Андрей Булычев

– Ну да, для засадной войны это самое то, – согласился с оружейником Алексей. – Так можно создавать сплошные убойные участки. Это, считай, как выстрел ближней картечью в упор из полевого орудия. А вторая задача – это, как я понял, собственно, опять же маскировка, так? Дым фитиля всё равно выдаёт расположение наших мин, верно? – Да, – согласился Курт, – то есть именно так

сырую землю. Помотавшись, Алексей чаще всего приезжал в усадьбу уже к ужину. Как и раньше, собирались за большим круглым столом все близкие. Детвора, поев быстрее всех, неслась играть дальше, а взрослые засиживались за чаем затемно. Поговорить всегда было о чём. – Ты уж там, Лёша, поспрашивай про Ильюшку, – нас

ответил Калюкин. – Не знай ещё, сколько времени куковать в казарме придётся, а потом ведь и в корабельных трюмах

там всё сидят, – прошептал подпоручик и прошёл на своё место. – Ну, с чего тебе начать рассказ,

Люди разбились по группкам и предавались любимому делу высшего общества – сплетням!

– шестнадцатом веках замка виднелись

поразоряли и дружину немного пощипали. С весенней распутицей большая война закончилась, а вот малая так до сих пор и тянется. Нет-нет, но на порубежье всё продолжают ратиться небольшими силами. На

пикинеров, квартироваться в селе Мешково. Теперь по поводу трофейных судов, Макарович, проверь-ка ты их сам, лично, они вот уже год как хранятся у той самой пристани, где мы турок хорошо эдак побили. Как только могли, местные рыбаки их там починили

будут? А лето-то какое нонче стоит доброе, не лето

Два года назад при присоединении к своим владениям Крыма наша империя стояла на пороге новой большой войны с турками, а возможно, что и кое с кем из «европ». Но как-то обошлось, и вот уже два года мы имеем возможность заниматься реформами в армии и укреплением рубежей всего нашего