Цитаты из аудиокниги «Чапаев и Пустота», страница 51

Все, что мы видим, находится в нашем сознании, Петька. Поэтому сказать, что наше сознание находится где-то, нельзя. Мы находимся нигде просто потому, что нет такого места, про которое можно было бы сказать, что мы в нем находимся. Вот поэтому мы нигде. Вспомнил? – Чапаев, – сказал я, – мне лучше одному побыть. – Ну как знаешь. Чтоб завтра был у меня, как огурец. В полдень выступаем.

Его черные очки смотрели Марии прямо в душу, и она поняла, что сейчас, именно сейчас решается ее судьба. Это, несомненно, был экзамен. Женщина, достойная того, чтобы быть рядом со Шварценеггером, не могла оказаться трусливым и пошлым существом, годным только для вялых многосерийных интриг на сексуально-бытовой почве. Она должна была быть способна встречать лицом к лицу смертельную опасность и не выдавать своих чувств ничем, кроме улыбки

Понимаете ли, мир, который находится вокруг нас, отражается в нашем сознании и становится объектом ума.

С Россией всегда так, подумала Мария, водя руками по холодной стали – любуешься и плачешь, а присмотришься к тому, чем любуешься, так и вырвать может.

Я нахожу занятной ту сновидческую легкость, с которой на несколько минут получил прописку в реальности этот бред

– Да как ты вообще попал в эту компанию? Фон Эрнен широко улыбнулся. – Вот уж что легче легкого. Пять минут поговорил с Горьким по телефону… – И что, сразу дали маузер и авто? – Послушай, – сказал он, – жизнь – это те

смерти; умереть в моей ситуации было так же естественно и разумно, как покинуть театр, запылавший во время бездарного

Да в том, что если пытаешься убежать от других, то поневоле всю жизнь идешь по их зыбким путям. Уже хотя бы потому, что продолжаешь от них убегать. Для бегства нужно твердо знать не то, куда бежишь, а откуда. Поэтому необходимо постоянно иметь перед глазами свою тюрьму.

чекистских ухватках, и в моей душе не мелькнуло даже тени доверия. – Ни до какой особенной жизни я не доходил

В древние времена, – сказал Кавабата, – в нашей стране чиновников назначали на важные посты после экзаменов, на которых они писали сочинения о прекрасном. И это был очень мудрый принцип – ведь если человек понимает в том, что неизмеримо выше всех этих бюрократических манипуляций, то уж с ними-то он, без сомнения, справится.