Токио, пульсирующий неоновым светом и неустанным ритмом, казался Тэкуми чужим, враждебным миром. В двадцать пять лет он носил на себе тяжесть регалий: концертмейстер токийского симфонического оркестра, виртуоз, чьи пальцы оживляли скрипку, как никто другой. Но за виртуозностью скрывалась рана, зияющая, как след от невидимого шрама. Гений, проснувшийся в нем слишком рано – дар, ставший проклятием. Тэкуми вырос, ненавидя мир глянца и лжи, мир, где истинные чувства были под запретом, а улыбки прикрывали лишь холодный расчет. Лицемерие высшего общества въелось в него, как яд, отравив душу. Тэкуми было шестнадцать, когда его мир рухнул, от внезапной трагедии, которую он не мог осмыслить, смириться с ней. Но скрипка была единственным языком, на котором Тэкуми худо-бедно умел говорить, поэтому он продолжил играть на ней ни смотря ни на что. Всё перевернулось в жизни Тэкуми, когда в оркестр пришла работать молодая девушка, обладающая нежным и певучем голосом.