Цитаты из аудиокниги «Красное и черное», страница 5

Неограниченное господство общественного мнения связано с тем неудобством, что оно, предоставляя свободу, вмешивается в такие области, кои ею совершенно не касаются, например, в частную жизнь.

Что же это за любовь, от которой тебя одолевает зевота? Уж лучше стать ханжой.

"…Охотник в лесу стреляет из ружья, добыча его падает, он бросается за ней, попадает сапогом в огромную муравьиную кучу, разрушает жилище муравьев, и муравьи и их яйца летят во все стороны… И самые мудрейшие философы из муравьиного рода, никогда не постигнут, что это было за огромное, черное, страшное тело, этот сапог охотника, который так внезапно и молниеносно ворвался в их обитель вслед за ужасающим грохотом и ярким снопом рыжего пламени.

…Так вот, и смерть, и жизнь, и вечность — все это должно быть очень просто для того, кто обладает достаточно мощными органами чувств, способными это объять…"

Да может ли быть какое-нибудь великое деяние, которое не было бы крайностью в ту минуту, когда его совершают? Вот когда оно уже совершено, тогда его начинают считать возможным и обыкновенные люди.

(Матильда)

Эти прекрасные парижские правила хорошего тона ухитрились испортить все, даже самую любовь!

Вот уж поистине несчастье нашего века: даже самые отчаянные сумасбродства не излечивают от скуки.

Уж если совершать преступления, то надо их совершать с радостью: а без этого что в них хорошего; если их хоть чем-нибудь можно оправдать, так только этим.

Она так бранила Жюльена за его безрассудство, когда он явился к ней в прошлую ночь, что теперь дрожала от страха: а вдруг он сегодня не придет?

Соберите вместе тысячу людей, -

Оно как будто не плохо

Но в клетке им будет не весело.

Истинная страсть думает только о себе.