Цитаты из аудиокниги «Дым и зеркала (сборник)», страница 5

Но публика не в состоянии отличить волшебство от иллюзии, и для нее не имеют икакого значения иллюзии, становящиеся реальностью.

У стариков подолгу лежал шоколад,

до моего приезда; вот какова она, старость.

Мне было двадцать три, я был восходящей звездой, заведовал художественным отделом, делая вид, будто знаю, что делаю, хотя иногда так оно и было.

-"Эй!Я не монстр!Во всяком случае,не ваш монстр."

Всякие великие иллюзии заставляют нас усомниться в реальности.

На одно мгновение ей вдруг вспомнилось, каково это, быть молодой: когда у тебя упругое, стройное тело, которое тебе подвластно, и ты можешь неприлично скоро просто так мчаться по переулку, и когда при виде твоей радости и непосредственности тебе улыбаются встречные мужчины.

Истории - в каком-то смысле зеркала. Они нужны нам, чтобы объяснять себе устройство мира и его нестроение. Как и зеркала, истории готовят нас к грядущему дню. Отвлекают от того, что притаилось во тьме.

Память - великая обманщица. Моя память – лоскутное одеяло происшествий, наспех сшитых в лоскутный ковер обрывочных событий. Одни фрагменты я помню в точности, другие же выпали, исчезли без следа.

 Сплю – одинокий. И вижу сны одиноко.

  Глухо грохочут внизу поезда подземки.

  Странно: подземка нынче – почти легенда.

  Надо быть девственным или чистым душою,

  Чтоб поезд остановился перед тобою.

  (Первая остановка – на острове Авалон.

  Потом Лионесс, потом – Острова Блаженных).

  Возможно, получишь открытку…

  Возможно – нет.

  Ладно – ты смотришь в пропасть и понимаешь:

  Под Лондоном нет и не может быть поездов.