Цитаты из аудиокниги «Герой труда», страница 3

Оттого ли, что было лето, оттого ли, что он всегда был взволнован, оттого ли, что в нем уже сидела его смертная болезнь – сосудов, я никогда не видела его бледным, всегда – розовым, желто-ярко-розовым, медным. От розовости этой усугублялась и синева глаз, и серебро волос. От серебра же волос и серый костюм казался серебряным, мерцающим. Серебро, медь, лазурь – вот в каких цветах у меня остался Белый, летний Белый, берлинский Белый. Белый бедового своего тысяча девятьсот двадцать второго лета.

Такова была эпоха. Таковы были тогда души. Лучшие из душ. Символизм меньше всего литературное течение.

Белый с внезапным поворотом всего тела, хотя странно о нем говорить всего и тела, до того этого всего было мало, и до того это было не тело…

В жизни символиста все – символ. Не-символов – нет.

- Молодость, Елизавета Евграфовна, молодость! - кротко отвечал мой отец. - А о чем лекция?- О символизме, изволите ли видеть! То-то символизм какой-то выдумали, что символа веры не знают!

Восхищаться стихами - и не помочь поэту! Пить воду и давать источнику засоряться грязью, не вызволить его из земной тины, смотреть руки сложа и даже любуясь его "поэтичной" зеленью.

- Конечно, здесь, потому что я сейчас там, потому что там сейчас здесь, и никакого здесь, кроме там! Никакого сейчас, кроме тогда, потому что тогда вечно, вечно, вечно!.. Это и есть фетовское теперь.

Вы никогда не писали плохих стихов? – Нет, писала, только – всё мои плохие стихи написаны в дошкольном возрасте. Плохие стихи – ведь это корь.

при чем – может быть, на последние деньги, равно как и персидский халат, в котором это священнодействие совершается

веке мы любили Францию, а в первой половине XIX-го Германию», дело не в истории, а в до-истории, не в моментах, преходящих, а в нашей с Германией общей крови, одной прародине, в том вине, о котором русский поэт Осип Мандельштам, в самый разгар войны: А я пою вино времен — Источник речи италийской, И в колыбели праарийской Славянский и германский лен. Гениальная формула нашего с Германией отродясь и навек союза.