Ровно три недели в году в юконской долине не темнеет по ночам. Три недели, когда солнце не заходит за гребень, а озеро стоит изумрудным зеркалом и кажется, будто мир создан только для тебя. Четверо приехали именно за этим: хариус на рассвете, гитара у костра, купание нагишом в чёрной воде.

Они не заметили табличку на развилке — жестяную, выцветшую, со словом «гризли».

А в долине третью неделю не ел тот, кто больше не мог охотиться.

Капкан оставил в её пасти осколок вместо клыка. Восемнадцать лет люди кормили её со своей помойки — а потом уехали и забыли. И вот в самое длинное лето к старой медведице пришло нечто страшнее голода: понимание. Человек — это еда. Мягкая. Медленная. Приходит сама.