минут. И снова натыкаюсь на его улыбающийся взгляд. – Понравилось? – спрашивает тихо. – Это… был оргазм? Хмыкает, молчит, изучая. – Очень красивая, когда кончаешь. Еще красивее… Глаза можно обжечь… И

и черный льняной пиджак. Руки в карманах. Такая же небрежная щетина на скулах. Не изменился…

Знаешь ли ты, дорогая, кто такие люди писания? В мире существует три религии, полагающиеся на святые тексты, послан

способ сделать его так, что ты сама не заметишь… – Это бы ничего

не терпится уже выйти наружу и выдохнуть после суетливого, пусть и довольно быстрого перевода. На душе сложно. Щемяще. Нас встречает микроавтобус с веселым сопровождающим, который тут же начинает рассказывать об истории и традициях

раздражение и отчуждение… Алихан свободен и волен делать

долг по восемь раз в неделю? Он прав в том, что я дура. Я и правда дура. И все мои проблемы от того, что я дура… Вот только

одна женщина не будет делить того,

красками жизни – и весельем, и чудачеством, и драками, и решением первых проблем, когда вдруг резко

тебя здесь силой? Я прикусываю губу. – Ну, и да… и нет…