Цитаты из аудиокниги «Идиот (спектакль)», страница 144

Я вам должна еще сказать, что я ни одного человека не встречала в жизни, подобного ему по благородному простодушию и безграничной доверчивости.

<...> есть целый слой писателей, чрезвычайно любящих приписываться печатно в дружбу к великим, но умершим писателям <...>

Он был счастливой наружности, хотя почему-то несколько отвратительной <..>

<...> писателю надо стараться отыскивать интересные и поучительные оттенки даже и между ординарностями.

Деликатности и достоинству само сердце учит, а не танцмейстер, — сентенциозно заключила Лизавета Прокофьевна <...>

Если уже раз мне дали сознать, что “я есмь”, то какое мне дело до того, что мир устроен с ошибками, и что иначе он не может стоять? Кто же и за что меня после этого будет судить?

Мне бы только дозволили объясниться с его превосходительством! Только бы я возмог получить честь объяснить на словах! — воскликнул он, дрожа как в лихорадке и с сверкавшими глазами. Он так и сказал: возмог.

— Да шляпу-то по крайней мере захватить дайте… — Вот твоя мерзкая шляпенка, идем! Фасону даже не умел со вкусом выбрать!..

“Князь Лев Николаевич! Если, после всего, что было, вы намерены удивить меня посещением нашей дачи, то меня, будьте уверены, не найдете в числе обрадованных. Аглая Епанчина”.

Согласитесь, что я мог бы отказаться отвечать на такой вопрос; но чтобы показать вам, что я не боюсь за письмо, и не сожалею, что написал, и отнюдь не краснею за него (князь покраснел еще чуть не вдвое более), я вам прочту это письмо, потому что, кажется, помню его наизусть.