Цитаты из аудиокниги «Муравьи», страница 7
Коварство паучьих сетей в том, что если ты шевелишься, ты запутываешься, а если остаешься без движения, ты не можешь из них выбраться…
Ни одна паучья сеть на свете не повторяет другую. Это как отпечатки человеческих пальцев.
Самое удивительное то, что пауки обладают семью железами, каждая из которых производит разную нить: шелк троса для точек опоры, шелк троса для подачи сигналов, шелк троса для центра паутины, клейкий шелк для мгновенного захвата, шелк для защиты яиц, шелк для постройки убежища, шелк для связывания пленных…
Как большинство насекомых, самцы запрограммированы на смерть после первого полового акта. У них есть право только на один удар, без промаха. Покидая тело, сперматозоиды уносят с собой и жизнь своего владельца.У муравьев семяизвержение убивает самца. У других видов удовлетворенная самка сама уничтожает своего благодетеля. Просто потому, что волнение будит в ней аппетит. Надо признать очевидное: мир насекомых — это, в основном, мир самок, точнее, вдов. У самцов роль эпизодическая…
Воспитание: Воспитание муравьев происходит согласно следующим этапам.
С первого по десятый день большинство детей занимаются королевой-матерью. Они за ней ухаживают, облизывают ее, ласкают. В ответ королева обмазывает их своей питательной и дезинфицирующей слюной.
С одиннадцатого по двадцатый день рабочие получают право ухаживать за коконами.
С двадцать первого по тридцатый день они следят за личинками и кормят их.
С тридцать первого по сороковой день они помогают по хозяйству и в дорожных работах, продолжая ухаживать за королевой-матерью и куколками.
Сороковой день — важная дата. Рабочие считаются уже достаточно опытными и получают право выходить из Города.
С сорокового по пятидесятый день они служат охранниками или доильщиками тли.
С пятидесятого и по последний день своей жизни они могут предаться самому волнующему для муравья Города занятию: охоте и разведке неизвестных местностей.
Примечание: с одиннадцатого дня самцов и самок не заставляют работать. Чаще всего они остаются не у дел в своих кварталах до дня брачного полета.
Способны ли муравьи страдать? В принципе, нет. Они лишены предназначенной для этого нервной системы. Нет нервных окончаний, нет посланий боли. Вот потому-то обрубки муравьиных тел иногда продолжают «жить» очень долго, независимо от остального тела.
Отсутствие боли — новый мир научной фантастики. Без боли нет страха, может быть, даже нет осознания «себя». Энтомологи долго работали над этой проблемой: муравьи не чувствуют боли, может быть, поэтому их общество так сплочено? Это объясняет все и не объясняет ничего. У этой гипотезы есть и другое преимущество: мы можем со спокойной совестью убивать муравьев.
Я бы… очень боялся существа, которое не испытывает боли.
Но эта гипотеза не верна. Обезглавленный муравей выделяет особый запах. Запах боли. Значит, что-то происходит. У муравья нет нервного импульса, но у него есть импульс химический. Он знает, что ему отсекли часть тела, и он страдает. Он страдает совсем не так, как мы, но он страдает.
— Он предложил мне на спор сделать четыре равнобедренных треугольника всего из шести спичек. Это не легко, если хочешь, сам попробуй…
— Ну и как же это сделать?
— Нужно думать по-другому, если думать так, как мы привыкли, ничего не получится.
Надо признать очевидное: мир насекомых - это, в основном, мир самок, точнее, вдов. У самцов роль эпизодическая...
- Жил-был каменотес, который устал дробить гору под палящими лучами солнца. "Мне надоела такая жизнь. Тесать и тесать камень, пока не свалишься с ног... да еще это солнце, все время солнце! Ах, как бы я хотел быть на его месте! Я жил бы высоко в небе, я был бы всемогущим, горячим, заливал бы весь мир своими лучами", - сказал себе каменотес. И случилось чудо: его мольба была услышана, и каменотес тут же превратился в солнце. Он был счастлив оттого ,что его желание исполнилось. Но, радостно посылая всюду свои лучи, он заметил, что облака преграждают им дорогу. "На что мне быть солнцем, если простые облака могут не пропустить мои лучи! - воскликнул он. - Если облака сильнее солнца, я лучше буду облаком". И он стал облаком. Он обогнул весь мир, летел, проливал дождь, но вдруг поднялся ветер и развеял его. "Ах, ветер может разогнать облака, значит, он сильнее, я хочу быть ветром", - решил каменотес.
- И тогда он стал ветром?
- Да, и он веял надо всем миром. Он устраивал бури, шквалы и тайфуны. Но вдруг он заметил, что путь ему преграждает стена, Очень высокая и очень прочная. Это была гора. "Зачем мне быть ветром, если простоя гора может меня остановить? Она сильнее всех!" - сказал наш герой.
- - И тогда он превратился в гору!
- Точно. И тут он почувствовал, что-то стучит по его боку. Что-что, что сильнее его ,что дробит его изнутри. Это был ... маленький каменотес!
Я всегда все делал наполовину. Я всегда останавливался тогда, когда мой разум говорил мне, что я на волосок от краха. И посмотри, во что я превратился. В человека, который, конечно, ничего не потерял, но который ничего и не достиг.
