Цитаты из аудиокниги «Знаки ночи», страница 7

просипеть: – Ты что? Ты кто? А этот гад мне и говорит: – Убирайся, откуда приехал! Это мой дом! И давит все сильнее и сильнее, так, что мне уже дышать почти нечем. Спасибо Родьке, который от всего этого

Наутро, а оно наступило у меня гдето в полдень, в комнате была идеальная чистота, а у Родьки вид был прямо по уложению Петра Алексеевича, того, который Первый, –

сверх меры. Никогда не знаешь, как оно все дальше повернется, и кто когда тебе понадобиться сможет. Ты сегодня с кемто поругался, а завтра он окажется тем единственным человеком,

права Маринка. Мы с ней как-то у меня сидели, «мартишкой» баловались, и она тогда сказала, что встреча с бывшим – это как поход на кладбище. Стоишь над могильной плитой, думаешь о том, что не сделал, не сказал, не донес до человека, а изменить ничего нельзя. Все давно сгорело, превратилось в прах, ушло в землю, и ничего не осталось. А если даже и осталось, то применения этому не найдешь – человека-то уже нет.

Но ты же все одно к моему мнению не прислушаешься. В этот момент

каждого потомков Кащея. Раньше или

астролога, разумеется, но смысл этого выражения, я думаю, всем понятен. Я ее выслушаю. Чего теперь-то уж? И потом – «нет» я успею сказать всегда. Убрав телефон в карман, я глянул на небо и подумал о том, что со всей этой кутерьмой я совсем забыл о том, что на меня объявлена охота. Вот я сейчас торчу тут один, без прикрытия и в темноте. Приходи и убивай, по-другому не скажешь. Додумывал эту мысль я уже в подъезде, за закрытой дверью. Проходя мимо почтовых ящиков, я заметил, что в моем что-то белеет. Газет я не выписывал, письма мне писали только электронные, а всякие бумажки

А чтобы получить эту награду, им

– признался я. – У меня машины нет. – Не парень, а мечта, – ласково почти

– Вот тебе и раз, – опешил я. – С чего бы? – Струсила я! – взвизгнула Евгения. – Струсила! Ты – нет, хотя и должен был, а я – да! Первое дело, первое гребаное самостоятельное дело – и я обделалась! Мне нож сегодня Ровнин вручил, полноценным сотрудником признал, а я чуть в штаны там, на кладбище не напустила, когда этот черт на меня уставился! Слова сказать не могла, понимаешь? А ты как ни в чем не бывало держался, хоть и тюфяк, и дурак, каких свет не видывал