Цитаты из книги «Кофейня (сборник)», страница 9

Не так легко перелистнуть старую страницу, когда нет продолжения на новой.

Сколько всего я мог сказать… Но я считал это постыдным, ведь мужчина должен выражать свои чувства не языком, а букетом, в красивый подарок.

– Каждая женщина желает быть любимой, – мечтательно начала она.

– А мне казалось, что каждая женщина мечтает, чтобы у ее мужчины носки не воняли. Ну, и крышку унитаза не забывал поднимать, – улыбнулся я.

Она повернулась ко мне и посмотрела, как на идиота. О, да. Этот взгляд не спутаешь ни с чем.

- “В тоске не гаснет жар мятежный, Горит за сенью гробовой, И к мертвой пламень безнадежный. Святее, чем любовь к живой…”

- Удивительно. Так точно и с чувством… Шекспир.

Такого ответа он больше всего ожидал, но меньше всего хотел услышать.

- Нет. Это Байрон,

Он каждый день вставал в это время, выходил на балкон и смотрел на хмурых, полусонных. Людей без яркости. Размытых. Они спешили на работу, которую ненавидели чуть меньше своего босса. Зарабатывали деньги, чтобы тратить их на то, что им не по карману. И все время стремились к роскоши, не имея даже свободы.

Любая ложь - это проявление слабости, трусости и подгнивающей души.

«Она услышала то, что хотела услышать. Да, женщины - они такие. Все им всегда нужно знать, а чего не знают - сами себе придумывают. От этого их все и беды»

У нее были темные волосы, как и глаза, а мысли – еще темнее. Она была непредсказуемая, наверное, поэтому я с каждым днем очаровывался ею все больше и глубже…

Дождь стучал в окно и навевал прохладный порыв грусти. Воспоминаний. Нелепых улыбок длиною в секунды, затем глухих ударов в груди, от которых порой можно было задохнуться. В такие минуты, наедине с дождем, ты готов верно ждать солнца. А с его приходом – и дальше тонуть в своих лужах. А может, дело не в погоде? Слабость времени – настоящее. Сегодня ты живешь вчера. А завтра снова… Незаметно. Быстротечно. И все проходит, кроме прошлого. Ему позволено быть вечным…

Из этой камеры выбирались немногие, ведь дверь открыть можно только изнутри. Снаружи нет входа, и как бы ей ни хотели помочь – никто не знал, где ее искать. Ее не было там, в своем теле, ее душа покинула его давно.