Читать книгу: «Февральские сны»

От автора

«Февральские сны» возникли как-то сами собой, как и положено снам. Мало того, в них идеально вписались две сказки и короткий рассказ, написанные автором в разное время и независимо друг от друга, задолго до «Снов». «Сны», в свою очередь, потянули за собой продолжение. Уже есть «Люся в небесах» и «Дайверы», автор почти готов написать четвертую, заключительную часть серии…

Пролог

Земля II

Год назад

Муся проснулась, посмотрела на часы. Часы висели непривычно высоко. Потянулась, выгнула спину, легко спрыгнула с кровати. Почему прямо с утра так хочется есть? Тогда на кухню.

С опаской подошла к холодильнику. С трудом открыла. Сердито мяукнула, вытащила кусок сыра. Подумала – хорошо, успела тогда в супермаркет съездить.

Надо сказать, Муся превратилась в кошку совсем недавно. И теперь не знает, что делать.

Ладно, на улицу приноровилась бегать через форточку, благо первый этаж. Но ни комп включить, ни по телефону позвонить…

Пару дней назад Муся была обычной женщиной. Ходила на обычную работу, изнывая от скуки. Боялась, что уволят, боялась, что коллеги за спиной сплетничают, начальницу боялась до судорог. Иногда хотелось послать все к чертям, но… боялась.

И вот пару дней назад, а уже, кажется, целую вечность, вызвала начальница Мусю на ковер. Видимо, Муся что-то накосячила, со страху. И сейчас сидит бедная Муся в приемной, зубами стучит, покрывается холодной испариной, трясется вся, и хочет исчезнуть. Да хоть сквозь землю провалиться.

Начальница дверь кабинета открывает, и вдруг вместо вежливого «Проходите» начинает истошно вопить: «Брысь! Кыш пошла!» Муся прифигела, конечно, но вместо испуганного «Что случилось?» вдруг говорит: «Мяу». И тут только обратила внимание, что начальница огромная, как великан. От испуга Муся вскочила и метнулась к выходу. На четырех ногах. Вернее, уже лапах…

Как домой добиралась, даже вспоминать не хочется.

…Закончив с сыром, Муся решила прогуляться, благо, форточка открыта. Спрыгнула на газон, понюхала травку. И как назло, из-за куста – собака. Страшная соседская собака, Муся ее и в человеческом обличье боялась, здоровый злобный доберман. Он даже на детей бросался, поэтому хозяин его всегда в наморднике выгуливал, и на поводке. Прижалась Муся к земле, затаилась.

К счастью, сегодня доберман выбрал другую жертву. К счастью для Муси. Но этот трехлетний карапуз, над которым нависла клыкастая морда, он же заикой останется… А если собака его укусит? Пацан смелый, палкой замахнулся… Точно укусит. И вокруг никого, как назло. Где мать младенца? Где хозяин пса?

У Муси все в голове помутилось от страха. Не за себя.

Никто не увидел, как побледнело лицо ребенка. Как грозная собака оскалилась и зарычала, и вдруг выскочила ниоткуда маленькая серая кошка, шипя и фыркая, и кинулась отчаянно на страшную собачью морду…

Муся не видела, как позорно ретировался испуганный пес. Она прижимала к груди плачущего ребенка. Человеческими руками. И думала, что теперь точно пошлет все к чертям. И работу. И коллег. И начальницу.

Земля I

Год назад.

Оператор не верил своим глазам. Канал связи чуть заметно мерцал. Оператор подкрутил частоту тонкой настройки, и его глаза полезли на лоб. На том конце канала был вовсе не потерянный двадцать лет назад разведчик. Незнакомая серая кошка неумело пыталась открыть холодильник. На позывные не реагировала. Связь была односторонней.

Оператор поспешил стабилизировать канал. По крайней мере, они смогут наблюдать.

Каково же было его удивление, когда через три дня стабильно работающий канал оказался связанным не с серой кошкой, а с женщиной. Женщиной с Земли II, невероятно.

Еще больший сюрприз – рядом с женщиной обнаружился потерянный разведчик. Живой и здоровый. Но без памяти.

Земля I

Двадцать лет назад.

Оператор внешней разведки сорвал шлем. Получилось! Разведчик вышел на связь. Он сохранил память, материализовался в нужном городе и чувствует артефакт. Наконец-то. Сколько их сгинуло на Земле II… И только этому удалось установить связь. Из этого мира канал связи неустойчив, его необходимо поддерживать с двух сторон, между оператором на Земле I и сознанием разведчика на Земле II. Но ничего, скоро он найдет артефакт, а передать его на Землю I – дело техники…

Оператор не знал, что через несколько месяцев связь оборвется. Именно в тот момент, когда разведчик обнаружит артефакт. Праздник превратится в траур, и долгие двадцать лет они будут бессмысленно мониторить Поток ничего не зная о том, что происходит на Земле II.

Сны реальны, пока они длятся

Земля II

Муся

Новосибирск. 17 февраля

Муся дописала страницу и вздохнула. У нее, в спрятанной от всех папке «Графомания», еще и не такое есть. Она никому не рассказывала про тот случай с собакой. Да и сама уже не очень-то верила в реальность произошедшего, хоть и прошел всего год с того странного события. Только шрам на тонком запястье от собачьих зубов… хотя, кто его знает, откуда у нее этот шрам.

Тогда Мусю нашли на газоне без сознания, рядом сидел ребенок и горько плакал. Мать карапуза их и нашла, она и скорую вызвала. Врач еще потом сказал – странные раны, это какая же должна быть собака. А собаку никто и не видел. А раны хирург аккуратно зашил, косметическим швом.

хх

Муся сохранила файл на диск и закрыла компьютер. Зачем она записала это странное воспоминание в виде сказки? С другой стороны, а как еще его можно записать?

После того случая некоторое время все было как в тумане. Какие-то смазанные, нечеткие воспоминания. На следующий день выписалась из больницы, из офиса уволилась вообще за за пару дней, стряхнула пыль с диплома юриста, неожиданно быстро устроилась в фирму старого приятеля, давно звал, все твердил про потенциал, Муся не особо верила, с ее-то характером трусихи, а тут вдруг решилась. Самое смешное, все сложилось неожиданно хорошо. Появились клиенты, неплохие деньги… даже возможность работать удаленно.

Вот только с личной жизнью не складывалось. Может поэтому в свободное время она пробует себя в писательстве?

Муся недовольно пробормотала традиционное «графоманка».

В комнату вошел Ша, старый рыжий кот, еще бабушкин, запрыгнул ей на колени. Муся улыбнулась, привычно обняла старого друга. Кот басовито замурлыкал. Интересно, сколько же ему лет? Бабушка подобрала его на какой-то помойке, уже взрослого, лет двадцать назад. Ободранный, блохастый, в каком-то странном ошейнике, похожем на браслет… Чем он очаровал утонченную танцовщицу? Странно бабушка его назвала – Ша. Но она вообще была эксцентричной особой.

Была у Муси еще одна сказочка, в той же папке, которую Муся тоже никому не показывала. Странное воспоминание из детства, из этой же серии… сколько ей тогда было лет?

Муся

Папка графомания

Ша

Жила-была девочка Муся, которая боялась. Всего боялась, даже оставаться в квартире одна, даже засыпать одна в своей комнате, из-под одеяла высунуться боялась.

Сегодня для Муси день вообще неудачный. Папа с мамой собрались в кино, Мусю не возьмут, хоть она и взрослая уже, восемь лет. Ну, почти. Останется дома одна. Ненадолго, но страшно-то как. Одна. Совсем одна.

Хлопнула входная дверь, Муся аж подпрыгнула от страха. Осторожно выглянула в коридор – папа. Такой молодец, принес бабушкиного кота, которого звали странно – Ша. Бабушка говорила, что «ша» это «кот» по-французски, Муся не очень верила, но кота любила. Толстый, рыжий, добрый мурлыка.

И осталась Муся с котом, бояться. За дверью шуршали чьи-то шаги, что-то звякнуло на кухне… Муся прижимала к себе Ша, замирая от страха.

Кот вдруг сказал: «Не бойся, девочка. Я с тобой».

«Ты разговариваешь!» – вскрикнула Муся.

– Да, – ответил Ша, – Когда тебе страшно, я могу говорить. Знаешь, я ловлю не только мышей, но и страхи. Хочешь, поймаю твоих?

Девочка быстро закивала. Кот мягко спрыгнул на пол, прошелся по комнате, прыгнул, как будто кого-то схватил… Муся не видела кого, но на душе стало спокойнее.

Неожиданно для себя спросила: «Ша, а ты можешь поймать моих ночных страхов?» «Конечно, – ответил Ша, – Но для этого я должен быть ночью в твоей комнате, а меня туда не пустят».

Муся загрустила. Точно, не пустят. Мама против. Все пропало.

Кот сказал: «Давай так. Ночью сделаешь вид, что заснула. А потом встанешь, и откроешь мне дверь.»

«Но я не смогу, – чуть не плача, сказала Муся, – Я боюсь вылезать в темноте из-под одеяла… когда никого нет рядом…»

«Ты сможешь, – уверенно сказал Ша, – ты смелая. А я приду и всех страхов поймаю. И тех, что под кроватью. И тех, что в шкафу».

«И за креслом?» – уточнила Муся

«Да, и за креслом» – важно сказал Ша.

«Я попробую» – зажмурилась Муся.

Ночью Муся сидела под одеялом и дрожала. Что-то шуршало в шкафу и под кроватью. Как, ну как тут вылезти и открыть дверь?

За дверью требовательно поскребся Ша: «Муся, открывай. Ты можешь. Давай, я здесь».

Муся отбросила одеяло и босиком пошла к двери. Какая-то тень метнулась за креслом. А вдруг там, за дверью, не Ша? А если родители узнают? Будут ругать… Кот ободряюще мурлыкнул, Муся распахнула дверь… Ша чуть мерцал в темноте, но это не пугало. Девочка взяла на руки тяжелого кота, прижала к себе… И испугалась еще раз. Но на этот раз совсем другого.

«Ша, может, ты не будешь ловить моих страхов?»

«Почему? – удивился кот, – Я их уже вижу».

«Ша… если я перестану бояться, ты не сможешь говорить!»

Ша потерся мордой о ее щеку: «Я не смогу говорить, но я умею мурлыкать. Ты же все равно будешь меня любить?»

«Конечно, – спохватилась Муся, – Конечно, я всегда буду тебя любить».

«Я сейчас их поймаю, – сказал кот, – И у нас будет еще минута, поговорить».

Уверенно спрыгнул на пол, метнулся под кровать. Под шкаф. И за кресло. Муся вдруг успокоилась.

«Все, – сказал Ша, – Можешь засыпать спокойно. Если вдруг испугаешься – зови меня. Просто скажи: Ша! Я услышу. А еще…» и вдруг замурлыкал.

Муся поняла, что время истекло. Ей было весело и грустно. Грустно от того, что больше не сможет поговорить с Ша, а весело – потому что страхов больше нет, зато есть такой замечательный кот. Уснула в обнимку с Ша, хотя знала, что мама будет ругаться. Но было не страшно.

Муся

Новосибирск. 17 февраля

Муся улыбнулась. После этого странного случая маленькая Муся несколько раз пыталась заговорить с котами, знакомыми и не очень. Но никто ее не понимал.

Кот лениво спрыгнул с колен, вразвалочку направился к окну, запрыгнул на подоконник.

– Что, опять гулять собрался, на ночь глядя?

Мусе показалось, что кот утвердительно кивнул. Он всегда был немного странным. Вспрыгнул на форточку и растворился в темноте.

– Что бы ты делал, если бы мы жили не на первом этаже?

Муся отключила ноутбук. Да уж, действительно, на ночь глядя. Выглянула в окно. Февраль, поземка, полная луна, черные тени деревьев. Муся зябко поежилась. Не замерз бы, гуляка. А то уже спать пора.

С удовольствием залезла под одеяло, свернулась клубочком. Тепло, уютно, и чего его на улицу понесло? Выключила торшер, закрыла глаза.

…Чертовщина какая-то. Пустая улица, редкие тусклые фонари, скользко и холодно. С отчаянным воплем прямо под ноги метнулся кот, сверкнул глазами и умчался в темноту, нехорошо подвывая. Хорошо хоть не черный, это было бы слишком. Какого черта в темноте все звуки кажутся опасными? Порыв ветра зло бросил в лицо горсть колючих снежинок. Антон поежился, плотнее закутался в шарф. Нужный поворот, наконец-то.

Над подъездом опять не горит фонарь. Антон потянул на себя тяжелую дверь. Дверь противно и издевательски скрипнула. Темнота и тишина. В подъезде опять кто-то разбил лампочку. Вдруг резкий хлопок – выстрел? Стон?? Звук падения тяжелого. А он, как дурак, все стоит, держась за проклятую дверь. Отчаянный вопль.

Решительный шаг внутрь, вот он, железный лом, которым дворник колет лед, он заметил его еще с утра, когда шел на работу, здесь, за дверью. Темная крупная тень метнулась навстречу, в руке у нее что-то блеснуло, нож? Не думая, опустил с размаху тяжелый лом. Фак. Режущий уши визг соседки. Он разбил в ее руке погасший стеклянный фонарь. Какого черта? Какие фонари, двадцать первый век на дворе…

…Чертовщина какая-то. Пустая улица, редкие тусклые фонари, скользко и холодно. С отчаянным воплем прямо под ноги метнулся кот, сверкнул глазами и умчался в темноту, нехорошо подвывая. Хорошо хоть не черный, это было бы слишком. Какого черта в темноте все звуки кажутся опасными? Порыв ветра зло бросил в лицо горсть колючих снежинок. Антон поежился, плотнее закутался в шарф. Нужный поворот, наконец-то.

Над подъездом опять не горит фонарь. Антон потянул на себя тяжелую дверь. Дверь противно и издевательски скрипнула. Темнота и тишина. В подъезде опять кто-то разбил лампочку. Вдруг резкий хлопок – выстрел? Стон?? Звук падения тяжелого. А он, как дурак, все стоит, держась за проклятую дверь. Отчаянный вопль.

Руки сами выпустили дверь, и вот он уже бежит, куда глаза глядят… вернее, ничего не видя от страха. Черный джип, летящий навстречу по гололеду, он тоже не заметил. Зато в последний момент заметил яркую наклейку на лобовом стекле. Удар. Темнота.

…Чертовщина какая-то. Пустая улица, редкие тусклые фонари, скользко и холодно. С отчаянным воплем прямо под ноги метнулся кот, сверкнул глазами и умчался в темноту, нехорошо подвывая. Хорошо хоть не черный, это было бы слишком. Какого черта в темноте все звуки кажутся опасными? Порыв ветра зло бросил в лицо горсть колючих снежинок. Антон поежился, плотнее закутался в шарф. Нужный поворот, наконец-то.

Над подъездом опять не горит фонарь. Антон потянул на себя тяжелую дверь. Дверь противно и издевательски скрипнула. Темнота и тишина. В подъезде опять кто-то разбил лампочку. Вдруг резкий хлопок – выстрел? Стон?? Звук падения тяжелого. А он, как дурак, все стоит, держась за проклятую дверь. Отчаянный вопль.

… Почему он стоит, не шевелясь, ноги будто приросли к земле? Чья-то рука в перчатке сзади обхватила его за лицо, резко повернула, противный хруст позвонков, вспышка света…

… Муся проснулась от собственного крика. Автоматически схватилась за шею. Чертов сон. Чтобы она ни делала, толку чуть, все заканчивается одинаково. И почему в этом сне она мужчина, да еще с дурацким именем Антон?

Шея холодная и липкая от пота, руки трясутся, сердце стучит как укуренный ударник. Идиотский сон, и почему он ей снится какими-то сериями? Тупорогая иллюстрация к «бей, беги, замри?»

Басовитое мурлыкание Лучшего в Мире Кота разгоняет липкий серый страх. Муся облегченно прижимает к себе толстого рыжика, нежно шепчет: «Мой сладкий Кот…», кот продолжает мурчать, аж похрюкивает от удовольствия.

Муся в сомнениях. Попробовать снова заснуть? А вдруг опять вернется многосерийный кошмар? Но теплая тяжесть Кота успокаивает. «Кот, пойдем со мной», – шепчет Муся, переворачивается на другой бок, и тащит с собой под одеяло кота.

…Чертовщина какая-то. Пустая улица, редкие тусклые фонари, скользко и холодно. С отчаянным мурлыканием прямо под ноги метнулся рыжий кот, сверкнул глазами, потерся о ноги. «Что ты здесь делаешь? Опять в форточку выпрыгнул?» Муся наклоняется, берет на руки тяжелого мурлыку. Порыв ветра зло бросил в лицо колючие снежинки. Муся поежилась, зарылась лицом в теплую шерсть кота. Нужный поворот, наконец-то.