Читать книгу: «Воронья поляна»

Часть первая. Лесная западня.

1.

Солнце лишь слегка касалось вершин высоких сосен, когда две машины осторожно прокладывали путь среди деревьев. В первой машине, словно мощный корабль, рассекавший зелёные волны природы, ехали Илья и Настя – жених и невеста, чей союз вот-вот должен был состояться, а также мать невесты Ирина Яковлевна и её младший брат Матвей.

Вторая машина везла друзей пары: энергичного и обаятельного Дениса с его девушкой Мариной, весёлую подругу Викторию и общего друга всех собравшихся здесь мужчин – Славика.

Илья осторожно вёл машину, внимательно следя за дорогой, которая постепенно сужалась и становилась всё менее различимой. Это вызывало у молодого человека нарастающее беспокойство, однако он пока хранил молчание.

Начиналось всё хорошо. Они ехали по федеральной трассе, которую парень знал, как свои пять пальцев – он ни раз по ней ездил. Илья и Настя, сидя на передних сиденьях, оживленно обсуждали детали предстоящей свадьбы. Ирина Яковлевна, сидящая на заднем сиденье, уткнулась в телефон, а Матвейка увлеченно смотрел в окно, любуясь красотой леса.

Во второй машине атмосфера была весёлой. Денис и Марина сидели на передних сиденьях и весело смеялись над рассказами Вики о её проделках в детстве и над шутками Славика.

Всё было отлично до того момента, как будущая тёща заявила, что дорогу можно сократить, проехав напрямую через лес.

– Я не знаю дороги через лес, – ответил Илья. – Мы всегда ездим по основной дороге.

– Здесь есть короткий путь, – уверенно заявила Ирина Яковлевна, внимательно изучая карту на экране телефона. – Через несколько километров будет поворот. А дальше по лесной дороге – прямо, там точно не заблудимся. Лесная дорога приведет нас в село Осиновое, а там снова выедем на трассу. Таким образом, мы сэкономим полдня. Твои родители, кстати, нас уже ждут! – добавила она с таким тоном, что возражать было просто невозможно.

Илья глубоко вздохнул, осознавая, что родители действительно ждут их приезда. Они давно обосновались в другом городе, где отец успешно открыл филиал своей строительной фирмы.

Их не тревожило, что сын остался дома, за шестьсот километров от них: он уже давно стал самостоятельным, работал управляющим в фирме отца и прекрасно справлялся с заботой о себе. К тому же, рядом была Настя, которая всегда могла присмотреть за ним.

И вот теперь Илья и Настя, прихватив друзей, ехали к ним на выходные, чтобы познакомить родителей перед свадьбой.

Ехать через густой сумрак леса никому не хотелось, однако женщина обладала особым даром убеждения. Высокая ростом, статная, чуть пышнотелая, с суровым выражением лица и пристальным взором слегка прищуренных глаз – ей вовсе не требовалось произносить ни единого слова.

Друзья лишь торопливо кивнули в знак согласия, опасаясь спровоцировать скандал. Настя тихо вздохнула, прекрасно зная характер матери: стоило той лишь однажды решиться на задуманное – любые возражения становились бессмысленны и тщетны.

Они двигались по лесной дороге уже около двух с половиной часов. Деревья мелькали за окном, словно длинный зелёный коридор, не обещая скорого конца. Лес, казалось, тянулся бесконечно, укрывая их от внешнего мира и погружая в атмосферу спокойствия и уединения. Дорога петляла между вековыми соснами и берёзами, создавая ощущение, что они находятся в самом сердце природы, где время течёт медленнее, а звуки внешнего мира растворяются в шуме ветра и шелесте листьев.

Ирина Яковлевна сетовала:

– Ну вот, связи нет. Но я точно помню, что ехать нужно прямо. Совсем скоро мы въедем в Осиновое. Ещё немного!

Она была абсолютно уверена в своих словах, а Илья переглядывался с Настей и тихонько вздыхал.

Солнце уже давно спряталось за деревьями, забирая с собой зной и духоту летнего дня. Тени становились длиннее, воздух наполнялся прохладой и ароматом хвои. Дорога, по которой ехали путешественники, постепенно сужалась, превращаясь в узкую колею, едва заметную среди густых зарослей.

Через полчаса и она исчезла, оставив их в полном замешательстве. Путешественники оказались в тупике, окружённые со всех сторон лесом, который словно заключил их в свои объятия.

Деревья сомкнули свои могучие кроны над головами путников плотной зеленоватой завесой, словно пытаясь скрыть от чужих глаз какую-то тайну.

Илья решительно остановил автомобиль и, осторожно распахнув тяжелую дверцу машины, ступил на прохладную землю, покрытую ковром опавших игл и прелых листьев. За ним последовали Настя и Матвейка, одновременно выпорхнувшие из машины.

Чуть подальше, поскрипывая шинами, замер второй джип. Из него, пошатываясь после долгой дороги, вывалились остальные участники поездки. Они медленно приблизились к Илье, молча разглядывая величественный лесной массив перед собой, будто ожидая встретить здесь нечто таинственное и неизведанное.

– Ребята, кажется, мы застряли, – первой заговорила энергичная и бойкая Вика, слегка присмиревшая от такой простой истины.

– И заблудились, – добавил Славик.

Они остановились и внимательно осмотрелись вокруг, стараясь понять, что делать дальше. Ехать обратно было не только неудобно, но и рискованно – узкая дорога и стена деревьев не позволяли безопасно двигаться задним ходом.

– Развернуться тоже не получится, – сказал Денис, рассматривая густые заросли.

– Может, поищем другой путь? – предложила Марина, но лес был непроницаемым, никаких других путей не было и в помине.

– Связи тоже нет, – заметила Настя, глядя в свой телефон. – Нужно осмотреть всё вокруг, может, всё-таки есть какая-нибудь тропа. Раз дорога здесь проходит, значит, где-то недалеко есть люди, – предположила она.

Они разошлись в разные стороны, но так ничего не обнаружили. Между тем вечерело, и лес становился всё более мрачным и таинственным. Тени деревьев удлинились, создав причудливые узоры на земле, а звуки леса становились всё тише. В воздухе ощущалась прохлада, и лёгкий ветерок шевелил листья, словно шепча что-то загадочное. В такой обстановке даже самые смелые начинали чувствовать беспокойство и неуверенность. Лес менялся на глазах, превращаясь из обычного места в нечто загадочное и пугающее.

Славик, окружённый густой зеленью и назойливым жужжанием, недовольно оглядывался.

– И как нам теперь вернуться на трассу? – задумчиво сказал он, хмуро глядя на лес и отмахиваясь от комаров.

Как решить эту непростую задачу и найти выход из этой лесной ловушки, никто не понимал. Но решение нужно было найти немедленно, пока ещё не стемнело окончательно. Тревожные мысли кружились в головах, будто птицы, потерявшие направление. А лес словно затаился, не давая им ни намёка на правильный путь.

Наконец они решили попробовать привлечь к себе внимание: ребята отчаянно сигналили и кричали в лесную тишину:

– Ау! Помогите! Помогите! Мы застряли! Ау!

Их голоса тонули в густых кронах деревьев, создавая ощущение, что они находятся в каком-то безвыходном лабиринте.

Тем временем Матвейка подошёл к Ирине Яковлевне, которая к этому моменту вышла из машины и молча наблюдала за происходящим, и пожаловался:

– Мама, меня комары искусали! А ещё я хочу есть!

Ирина Яковлевна смерила всех тяжелым взглядом, остановила его на Илье, обняла сына и обратилась к будущему зятю:

– Я так и знала, что так будет. Завёз нас, затёк, непонятно куда, что теперь делать? Всю ночь здесь комаров кормить? Ребёнок устал и есть хочет, а еды у нас нет. Еду мы с собой не брали, в кафе, как ты помнишь, заехать собирались.

– У меня есть парочка бутербродов, – сказала Марина. – Сейчас.

Она достала из рюкзака вкусно пахнущие бутерброды, завёрнутые в пергамент, и протянула его Матвейке.

– Угощайся, – улыбнулась она.

– Спасибо, – улыбнулся ей в ответ парнишка и удовольствием принялся жевать.

– Мама, между прочим, это ты настояла, чтобы мы поехали через лес, – нахмурившись, напомнила Настя.

Мама только фыркнула и, отвернувшись, промолчала.

– Может ещё раз попробуем позвать на помощь? – предложила Настя. – Вдруг кто услышит.

– Давайте, – Согласился Денис, отмахиваясь от полчищ комаров сломанной с ближнего куста веткой. – На ночь здесь точно лучше не оставаться. – Он нажал на клаксон и долгий сигнал внедорожника вновь разрезал лесную тишину.

– Эй, есть здесь кто-нибудь? А-у-у! Помогите нам! – отчаянно взывали они, едва утих последний отзвук тревожного сигнала.

И вдруг сквозь густую тишину леса прорезались еле слышные звуки – тихое потрескивание сухих ветвей да осторожные шаги невидимого путника. Через мгновенье меж ветвистых теней замелькал силуэт человека, облачённого в защитный узор зелёного камуфляжа, словно вышедшего прямо из лесной глубины.

2.

Когда из сумрачной чащи выступил незнакомец, вся компания словно окаменела.

Высокий, широкоплечий, лет тридцати с небольшим. За спиной – потрёпанный рюкзак, на плече – охотничий карабин «Сайга», словно естественная часть его облика. Лицо – резкими, чёткими линиями: волевой подбородок, прямой нос, ни тени волнения.

Но глаза…

Настя почувствовала, как по спине пробежал ледяной озноб. Светлые, почти белёсые, они смотрели прямо – холодно, пронзительно, с нечеловеческой ясностью. В их глубине таилось что‑то неуловимое, от чего сердце сжималось в тревожном предчувствии.

Она не оборачивалась, но кожей ощущала: товарищи застыли так же неподвижно, их охватывает тот же липкий дискомфорт. Воздух сгущался, наполняясь невысказанным вопросом, а тишина становилась всё тяжелее – будто перед грозой.

– Кто вы и что вы тут делаете? – наконец произнёс незнакомец.

Его голос, низкий и глухой, словно доносился из‑под толщи воды. Каждое слово падало тяжело, будто камень.

Настя, оказавшаяся ближе всех, сглотнула. Пальцы невольно сжались в кулаки, пытаясь унять дрожь.

– Мы… мы заблудились, – выдавила она, запинаясь. – Не туда заехали… застряли…

Она хотела добавить что‑то ещё, но взгляд незнакомца – холодный, немигающий – сковал её речь. Слова рассыпались в голове, оставляя лишь гулкое ощущение тревоги.

Незнакомец помолчал немного, словно обдумывая то, что только что услышал, потом слегка кивнул и отвёл взгляд. Настя постаралась скрыть вздох облегчения.

Он подошёл к пленённым среди деревьев внедорожникам, оглядел внимательно и сказал:

– Да, крепко вы застряли. Самостоятельно вам отсюда не выбраться.

Оцепенение было снято, но настороженность и напряжение витали в воздухе.

– А вы кто? – запоздало спросил Илья. – Охотник?

– Я? – мужчина повернулся к Илье. – Нет, я лесничий. Делаю обход территории.

Фразы его были короткими, рублеными. Каждое слово он произносил чётко, будто выбивал на камне.

Илья невольно улыбнулся. В груди потеплело: наконец‑то хоть кто‑то! Он решил не заостряться на странностях лесничего. Наверняка тот давно отвык от людского общества – однообразие лесной глуши меняет человека.

Тем временем мужчина достал из кармана красную книжечку, открыл её и показал путешественникам.

– Борис Иванычем меня зовут. Лучше просто Иваныч, – сказал он и убрал книжечку обратно в карман. – Слышал я ваши крики.

– Я Илья, – представился парень, вышел вперёд и протянул руку.

Иваныч взглянул на протянутую ладонь, помедлил – ровно столько, чтобы Илья успел ощутить неловкость, – и наконец сжал его руку.

Ладонь лесничего была холодной, жёсткой, и на ощупь неприятно шершавой. Илья удержал на лице приветливую маску, но в груди уже шевельнулось тревожное предчувствие. Он тут же отогнал его: сейчас лесничий – их единственный шанс выбраться из этой западни.

– Вы можете нам помочь? – спросил Илья. — Мы понятия не имеем где мы. Здесь нет связи, мы не можем позвонить, чтобы вызвать спасателей. Боюсь, что в этих местах вообще нет людей поблизости.

– Люди здесь есть. Там, – Иваныч кивком головы указал направление, – село Луговое.

– И… как туда добраться? – спросил Денис, подойдя ближе.

Лесничий обвел компанию своим странным, пугающим взглядом и сказал:

– Я покажу вам путь. Идти придётся вам самим, проводить не смогу ‒ мне в другую сторону.

– Странный он какой‒то, – шепнула Настя, вплотную подойдя к Вике. – Мороз по коже, когда он смотрит.

– А, может, он не лесничий, а леший? – тихонько хихикнула Вика и тут же добавила: – Но я с тобой согласна, он действительно странный.

– Идти туда далеко? – спросил Илья, оглядываясь на вечерний лес.

– Километров восемь. Около шести километров лесом, остальное вдоль реки, – ответил Иваныч.

– И кто пойдёт? – Ирина Яковлевна подошла ближе и посмотрела на Илью.

– Как кто? – удивился он. – Все вместе и пойдём. Не здесь же оставаться.

– Шесть километров по ночному лесу? В босоножках и платье? —осведомилась она. – Нет уж, увольте, мы с Матвеем точно останемся тут.

Денис взглянул на Марину и сказал:

– И твоя обувь не располагает к лесным прогулкам.

Марина взглянула на свои новенькие босоножки на невысоком каблучке и вздохнула:

– Да, но оставаться здесь мне тоже не хочется, а вдруг медведь какой‒нибудь появится. Страшно.

– Сейчас здесь нет медведей. Они далеко в лесу, лето нынче сытное для них выдалось, – сказал Иваныч.

Марина пожала плечами.

– Кто‒то идти всё равно должен, – сказал Славик. – Нужно отсюда выбираться, и так день потерян.

– А, может, мы переночуем все здесь, а утром кто‒нибудь сходит в село? – предложила Настя.

– Я могу отвести вас в лесной дом, – сказал Иваныч, о котором все забыли. —Здесь, недалеко. Он крепкий, надежный и теплый. Есть еда и вода.

Путники, успевшие устать и проголодаться, обрадовались.

– Вот и отлично, – выдохнул Илья. – Я пойду в село за помощью, не буду ждать утра, так быстрей. А остальные пойдут в лесной дом. Приведу помощь, приду за вами. Как вам такой план?

– Но, Илюша, скоро совсем стемнеет, ночью по лесу лучше не ходить, – встревожилась Настя.

– Всё будет хорошо, котёнок, не волнуйся, – тепло улыбнулся Илья своей невесте. Настя улыбнулась ему в ответ. Илья повернулся к товарищам и продолжил: – Ну, если все согласны…

– Я не согласен, – хмуро сказал Славик. – Я пойду с тобой.

– И я не согласен, я тоже пойду, – Денис был настроен решительно. Марина сделала жест рукой, словно пыталась его удержать, но он только улыбнулся и сказал: – Мы скоро вернёмся.

Илья посмотрел на друзей и покачал головой:

– Кто‒то должен остаться. Не можем же мы оставить женщин одних в лесу.

– А я? Я уже не маленький, – обиженно заявил Матвейка.

– Не маленький, – согласился Илья, – но в двенадцать лет ты и не совсем большой. А если сила мужская понадобится, что ты будешь делать?

Матвейка подумал и кивнул:

– Согласен, не потяну.

Все заулыбались, а Настя, достав из сумочки носовой платок – розовый, с двумя белыми лебедями, пахнущий её духами, и смахнула крошки от недавно съеденного бутерброда, прилипшие к подбородку брата.

– Тогда останусь я, – немного разочаровано сказал Славик. – В случае чего и помочь смогу и защитить.

Ребята знали, что Славик занимался восточными единоборствами, с ним и правда было не так страшно. На том и порешили.

Иваныч, без эмоций ожидавший, когда путешественники договорятся, кивнул и сказал:

– Собирайтесь. Покажу куда идти.

Все засуетились, замелькали рюкзаки и сумки. Марина, улучшив момент, притянула к себе подруг и прошептала:

– Девочки, вы ничего не заметили? Странный какой‒то этот лесничий. Может, не стоит с ним идти?

– Я тоже думала об этом, – вздохнула Настя. – Но выбора у нас всё равно нет.

– А вдруг он нас обманет? Вдруг никакой он не лесничий. Вдруг он маньяк, заманить нас поглубже в лес хочет, – беспокоилась Марина.

– Вряд ли, – возразила Вика. – Ни один маньяк не станет искать жертву посреди глухого безлюдного леса. Он странный, да, даже очень. Но не маньяк.

Когда все нужное было собрано, Денис, захлопнувший дверцу автомобиля, спохватился:

– А как же машины? Мы оставим их прямо здесь?

– Здесь место глухое и безлюдное, – пожал плечами Иваныч. – Ничего с вашими машинами не случится.

Денис провёл рукой по дверце и повернулся к товарищам:

– Ну как? Все готовы?

Лесничий оглядел своих подопечных и проговорил:

– Идите друг за другом, не отставайте. Тут недалеко.

Когда они вошли в лес, вечер уже окутал его плотным покрывалом.

Между деревьями было заметно темнее, чем на дороге, и эта тьма казалась живой – она обступала, давила, заставляла прислушиваться к каждому звуку. Скрип ветвей, шорох листвы, неясный треск где‑то вдали – всё это сливалось в тревожную симфонию, от которой по спине пробегал холодок.

Городские жители не знали леса. Для них он был не просто местом – он был испытанием. Каждый куст виделся укрытием для зверя, каждое дерево – молчаливым стражем, наблюдающим за ними. Страх нарастал, как туман, заполняя мысли: а вдруг там, за поворотом, их ждёт что‑то, чего даже нельзя назвать?

Они шли вперёд, но с каждым шагом уверенность таяла.

Путники шли молча, ступая осторожно, словно боясь разбудить дремавшую в чаще тьму. Шум леса они старались не замечать, лишь крепче держались друг за друга, не отставая от впереди идущих.

Минут через десять Иваныч вдруг замер. Спутники, будто по незримой команде, подтянулись и тоже остановились.

Между деревьями, извиваясь тонкой серебряной нитью, струился родничок. Он бежал куда‑то вниз, в тёмный овражек, будто спешил скрыться от чужих глаз.

И тут на путников обрушилась новая напасть: рой комаров, голодных, разъярённых, накинулся словно по сигналу. Они жужжали, впивались в кожу, жалили – и люди отчаянно отмахивались сломанными ветками, топали ногами, шипели сквозь зубы. В голове билась одна мысль: как бы поскорее вырваться из этого негостеприимного леса.

– Запоминайте, – обратился Иваныч к Илье и Денису, – вот родник, вот оттуда мы пришли. Здесь не заблудиться, на деревьях стоят метки. Вы сейчас пойдёте в ту сторону, – лесничий указал рукой направление. – Здесь есть тропка, главное, с неё не сворачивать.

Ребята присмотрелись, тропка, слабая, едва заметная, действительно была.

– Держитесь тропки и моих меток. Вот таких, – он указал на ближайшее дерево с небольшой зарубкой, покрытой красной краской. – Леса не бойтесь, большого зверя здесь нет. Тропка вас выведет к реке. А там и того проще: пойдете по её руслу, в верх по течению. Река приведет вас в Луговое. Там найдёте главу сельской администрации Андрея Савельева. Дом его приметный: кирпичный с зелёной росписью. Он поможет. Всё запомнили?

Парни кивнули.

– Фонари у вас есть?

– В телефоне… – неуверенно проговорил Денис, достав телефон и демонстрируя фонарик.

Лесничий качнул головой и достал из своего рюкзака два фонаря.

– Держите, – произнёс он, передавая их друзьям. – Савельеву скажите: застряли на старой дороге, у самого тупика. Он знает это место.

Его рука указала вдаль – туда, где, словно стражи забытого царства, стояли два огромных дуба. Их стволы, толстые, как крепостные стены, тянулись в небо, а кроны там, в вышине, сплетясь, образовывали над землёй живой свод, словно крышу забытого храма.

Лесничий сделал шаг к дубам, жестом позвал за собой:

– За ними – поляна. На ней дом. Там вы найдёте своих. Тропа хорошо утоптана, не заблудитесь. Она сама вас приведёт.

Илья с Денисом ещё раз огляделись, чтобы получше запомнить местность и подошли к своим товарищам.

– Ну, пора идти, – Илья обнял Настю, прижал её к себе. Девушка прильнула к нему и попросила:

– Только не задерживайся, хорошо? Я буду тебя ждать.

Илья кивнул.

– Я люблю тебя, – сказал он.

– И я тебя люблю.

Илья поцеловал невесту. Она прижалась к нему и ему совсем не хотелось разжимать руки.

– Смотри, не найди там себе какую‒нибудь деревенскую красотку, – шутливо надула губки Марина.

– Ну ты же знаешь, что для меня ты первая красотка в мире, – Ответил девушке Денис и поцеловал.

– Я тебя жду, – улыбнулась она.

– Мы скоро, – твёрдо сказал Денис.

– Ну хватит уже обжиматься, – раздался недовольный голос Матвейки. – Меня уже комары съели, да я и сам хочу есть!

Илья и Денис стояли, не шевелясь, и смотрели вслед уходящим.

Иваныч первым скользнул между могучими дубами уверенно и твёрдо – он хорошо знал этот лес. За ним, один за другим, потянулись спутники, растворяясь в сгущающихся сумерках. Тени ложились на тропу, размывали очертания, превращали людей в призрачные силуэты.

Тревога впилась в сердце Ильи – холодная, цепкая, как когтистая лапа. Она сжимала грудь, шепча: «Останови, верни её». И не отпускала.

Когда последние фигуры спутников растворились в лесной мгле, ребята обернулись. Перед ними лежал путь – мимо родника, вглубь сумеречной чащи, по едва приметной тропке, будто прочерченной невидимой рукой среди зарослей.

Они ступили на неё. Каждый шаг отдавался глухим стуком в груди – будто лес отсчитывал время до чего‑то неизбежного. Тропка извивалась, скрываясь в тенях, и казалось, что она не ведёт куда‑то, а просто заманивает вглубь.

3.

Тропа была действительно хорошо утоптанной и ровной. Деревья, словно живая изгородь, образовали открытый коридор, приглашающий вперёд. Идти пришлось недолго. Вскоре деревья расступились, словно по незримой команде, и путники очутились на просторной поляне.

Сумерки сгущались, обволакивая всё холодным сумраком. Мир терял краски, превращался в серую тень. Но путники не замечали ничего вокруг – они чувствовали лишь пронизывающую сырость, усталость, гнетущую потребность укрыться.

Дом. Тепло. Крыша. Это было всё, чего они хотели.

– Наконец-то, – выдохнул Славик, разминая уставшие ноги. – Я уже думал, что мы никогда не выберемся из этого леса.

– Дом вон там, – объявил Иваныч, указывая в сторону. Все повернулись и увидели его. Небольшой деревенский срубовой дом выглядел очень уютно.

Запахло жильём. Из трубы на крыше дома вился дымок, в окнах горел тусклый свет, а входная дверь была приветливо открыта.

– Ура! – воскликнула Настя, с облегчением вдыхая свежий воздух и доставая из сумочки свой телефон. Она взглянула на экран: связи по-прежнему не было. Вздохнув, она положила телефон на место, резко развернулась к дому. И не заметила, как белый клочок ткани, её носовой платок, незаметно выскользнув из сумочки, упал на землю.

– Ура! – радостно вторил Матвейка, несясь к дому.

– Ну надо же, прямо как в сказке: избушка посреди леса, усталые путники, – усмехнулась Вика, поправляя за плечами рюкзак. – Надеюсь, нас отсюда не прогонят?

– Не прогонят. Идёмте, – сказал лесничий и зашагал к дому.

Путники подошли к двери.

– Проходите, – сказал Иваныч. – В доме никого нет.

Славик первым осторожно зашёл внутрь. В доме было тепло и светло от мерцания керосиновой лампы. На столе что-то стояло, а в углу уютно примостилось большое плетёное кресло.

Остальные, видя, как Славик скрылся в доме, робко потянулись следом. Минуя небольшие сенцы, они шагнули в просторную комнату – и сразу окунулись в мягкий, обволакивающий уют.

В левом углу тихо дышала русская печь. В её чреве теплился огонь, разливая по комнате живое тепло. Цветные занавески на окнах дрожали в неверном свете, создавая причудливую игру бликов.

Посреди комнаты стоял большой прямоугольный стол, окружённый стульями. За печью, в углу, примостился ещё один стол, только маленький, а напротив, у правой стены, ждало гостей уютное кресло. Вдоль стен – три пышно взбитые кровати, будто приглашающие отдохнуть.

Белёные стены придавали пространству чистоту и свет, а керосиновая лампа на столе мягко озаряла всё вокруг, позволяя разглядеть каждую деталь этого гостеприимного уголка.

– Здесь вы и переночуете, – сказал Иваныч, а путники с благодарностью оглядывали помещение.

– А здесь совсем не плохо, – восхитилась Марина, присаживаясь к столу. – Теперь можно и отдохнуть.

– Ну точно, как в сказке, – хихикнула Вика. – Даже русская печка есть.

Люди сбросили рюкзаки и сумки прямо на пол и с облегчением опустились на стулья. И в этот миг напряжение, долго сжимавшее сердце, начало медленно растворяться. Усталость, тяжёлая, как мокрый плащ, сползала с плеч, уступая место теплу – мягкому, живому, обнимающему.

Дом дышал вокруг них: огонь в печи, тихий свет, кружащий голову запах дерева, сухих трав и чего-то вкусного. Всё это было как обещание: «Здесь можно отдохнуть».

Когда все немного пришли в себя, Иваныч, глядя на каждого поочерёдно, сказал:

– Еда в печи. Тарелки за печкой, столовые приборы там же, в ящике стола. Разберётесь.

При этих словах лица путников озарились улыбками, и голод, который терзал их, стал ещё ощутимее.

– Та дверь ведёт в баньку, – Иваныч указал на противоположный угол, —Она небольшая, но тёплая. Воды достаточно, полотенца найдёте там же.

В углу обнаружилась неприметная дверь – такая, что с первого взгляда и не заметишь. За ней притаилась маленькая, но удивительно уютная банька.

В предбаннике, небольшом, но продуманном, стоял шкаф, доверху набитый душистыми полотенцами и чистым бельём. От них веяло свежестью и теплом, будто они только что были выглажены заботливыми руками.

– Спать можно на кроватях, а ещё на печи, она тёплая, – продолжал Иваныч.

– А где же дрова? Ну, чтобы огонь в печи не погас, – спросил Славик.

– Огонь не погаснет, – отрезал лесничий. – Об этом не беспокойтесь. Пожалуй, это всё. Располагайтесь. Не стану вас больше задерживать.

– Как, вы не останетесь с нами на ужин? – с удивлением в голосе спросила Ирина Яковлевна, глядя на Иваныча.

– Нет, – твёрдо ответил он, вскидывая свой рюкзак и вешая на плечо карабин. – У меня обход территории. Доброй ночи.

– Доброй ночи, спасибо вам за всё, Иваныч, – с искренней благодарностью произнесла Настя. – Вы нам очень помогли сегодня.

– Хорошего обхода, хорошей работы, спасибо, – подхватили её слова Славик и Матвейка, пожимая руку лесничего.

Ирина Яковлевна заботливо предложила:

– Возьмите с собой хоть немного еды. Не шутка – всю ночь по лесу бродить.

Иваныч медленно покачал головой:

– У меня с собой есть всё необходимое.

Он ещё раз окинул взглядом своих временных подопечных, словно запоминая их лица, и, поправив снаряжение, направился к выходу.

В дверях Иваныч остановился, повернулся к провожающим и сказал серьёзно и даже жёстко:

– Чуть не забыл. До утра дом в вашем полном распоряжении. Но есть одно неукоснительно исполняемое правило: входную дверь не закрывать.

На лицах присутствующих появилось удивление.

– Как это – дверь не закрывать? С открытой дверью спать, что ли? – спросила Марина, переглянувшись с Викой.

– А если всё-таки зверь какой заглянет? А если замёрзнем? – возмущённо воскликнула Ирина Яковлевна.

По лицу Иваныча пролетела едва заметная тень, в глубине белёсых глаз вспыхнул и тут же погас холодный огонь. Он строго пояснил:

– В доме не работает вытяжка. Сейчас не до неё, по зиме поправлю. Закроете дверь – можете угореть.

Затем он слегка усмехнулся и тут же добавил:

– Зверья бояться нечего, его здесь нет. До утра будет тепло, несмотря на открытую дверь. Никто сюда не придёт. Повторяю, на ночь входную дверь не закрывать. Надеюсь, вы услышали. А сейчас мне пора.

Иваныч повернулся и вышел в уже спустившиеся сумерки. В доме повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров в печи. Гости переглянулись, пытаясь переварить услышанное.

– Ну и порядки тут у него, – вздохнула Марина.

– Конечно, угореть здесь точно не хочется, – подытожила Ирина Яковлевна. – Ладно, разберёмся.

4.

Они шли, освещая дорогу тусклыми лучами фонарей. Лес обступал их – молчаливый, древний, полный скрытых угроз. Вековые деревья, словно свидетели забытого царства, тянули ветви, сплетая их в непроглядный шатёр над головами.

Вечерний лес не молчал – он шептал. Где‑то ломалась ветка, будто кто‑то невидимый пробирался следом. Изредка слышался голос какой-то птицы, но он звучал неестественно, странно. А комары… Они не просто зудели – они кружили, будто ждали момента, чтобы впитать тепло путников.

Каждый шаг отдавался в тишине, как удар сердца. Лес не отпускал.

Молодые люди, непривычные к лесным тропам, отчаянно отмахивались от роя назойливых насекомых. Лучи фонарей рыскали по земле, выхватывая из тьмы едва заметные метки – следы, оставленные лесничим.

Каждый шаг требовал предельной осторожности. Под ногами то и дело возникали скрытые ямы, перевитые корнями, или груды бурелома, готовые подловить неосторожного путника. Слух был натянут, как струна: любой шорох казался предупреждением или угрозой.

Лес замер – будто затаил дыхание в ожидании ночи. В его глубине царила особая тишина, густая и настороженная. Лишь изредка её нарушал мерный шорох невидимых обитателей да тихий шелест листвы, словно сам лес перешёптывался с собой.

Илья и Денис не расслаблялись ни на миг. Каждый звук, каждый треск ветки они пропускали сквозь настороженный слух. Они знали: за внешней безмятежностью может скрываться что угодно. Лес лишь притворялся дружелюбным.

Между тем совсем стемнело. Они шли уже довольно долго, изредка переговариваясь шёпотом или ругаясь на комаров и поваленные деревья, которые приходилось перешагивать. Лес становился всё более густым и непроходимым.

Денис шёл первым – и вдруг земля ушла из-под ног. Нога скользнула в ямку: мгновение – и он едва не рухнул, успев в последний миг ухватиться за ветку. Сердце подскочило к горлу, а в ушах застучало от резкого всплеска адреналина.

– Ох! – вырвалось у парня.

Он выронил фонарь и упал. Илья мгновенно кинулся к другу.