Цитаты из книги «Свет в августе», страница 4

Байрон слушал молча и думал про себя, что люди, в общем, всюду одинаковы, но, видно, в маленьком городке, где зло осуществить труднее, где возможностей скрытничать меньше, люди зато могут придумать больше зла -- приписав его другому. Потому что этого хватило: одной мыслишки, одного-единственного праздного слова, передававшегося из уст в уста.

Похоже, что человек может выдержать почти все. Выдержать даже то, чего он не сделал. Выдержать даже мысль, что есть такое, чего он не в силах выдержать. Выдержать даже то, что ему впору упасть и заплакать, а он себе этого не позволяет. Выдержать — не оглянуться, даже когда знает, что оглядывайся, не оглядывайся, проку все равно не будет.

Память верит раньше, чем вспоминает знание. Верит дольше, чем помнит, дольше, чем знание даже спрашивает.

Матери у нее нет, потому что отцова кровь ненавидит с любовью и гордостью, а материнская - с ненавистью любит и сожительствует.

Это чёрная кровь вынесла его за черту человеческой помощи, вынесла в самозабвенном восторге из чёрных дебрей, где жизнь кончается раньше, чем остановилось сердце, а смерть — утоление жажды.

Байрон слушал молча и думал про себя, что люди, в общем, всюду одинаковы, но, видно, в маленьком городке, где зло осуществить труднее, где возможностей скрытничать меньше, люди зато могут придумать больше зла - приписав его другому.

Ибо единственное, на что может надеяться человек, - это чтобы ему было позволено спокойно жить среди собратьев.

... таково уж счастливое свойство ума - забывать то, чего не может переварить совесть.

Выглядел он более одиноко, чем телефонный столб посреди пустыни.

Для чего же церковь, как не для помощи тем, кто глуп, но хочет правды?