Читать книгу: «Страна Три Солнца»

Имеющий уши, да слышит…

Необычная по сюжету и не сразу определяемая по жанру литературно-философская, в чем-то исповедальная книга. Проба пера для непредвзятого осмысления феномена человека и человеческого мира, включая социум, историю, цивилизацию, современность. Пытливой молодежи, «бойцам с седою головою», неравнодушным к собственной жизни.

Сенина Т. В.

___________________________________________________

Былое и думы.

Какие иногда необычные, странные, а порой и волшебные чудеса дарит нам природа. Есть такие места, где от сочетания красок и чистоты воздуха даже дух захватывает, сразу же хочется взять кисть в руки и запечатлеть все это великолепие на холсте, чтобы даже случайный зритель смог насладиться истинным шедевром.

Но, к сожалению, не все всегда бывает белым и пушистым. Сегодня все чаще природа преподносит нам обескураживающие нас сюрпризы: то наводнения, то землетрясения, то пожары, то катастрофы…

Вспомним недавний случай, произошедший в Челябинске, а именно 15 февраля 2013 года, когда там упал метеорит. Еще, как говорится, «тело не остыло», а уже новое чудо. Пришел новый рассвет и 17 февраля 2015 года народ увидел необычное диво-дивное: на горизонте возникли сразу… Три солнца, хотя на Урале заметно похолодало, до –23, –25 градусов мороза. В воздухе образовались небольшие ледяные шестигранные кристаллы, которые нельзя увидеть невооруженным глазом. Сквозь них преломляются лучи солнца и в результате создается оптический эффект гало*.

Интересно, что в истории это необычное погодное явление считалось мистическим. Вот что рассказывает «Слово о полку Игореве»:

«Ночь прошла и кровяные зори

Возвещают бедствие с утра.

Туча надвигается от моря

На четыре княжеских шатра,

Чтоб четыре солнца не сверкали,

Освещая Игореву рать…»

Таким образом, историки соотносили явление гало на небе с грозящей русской трагедией.

Теперь же, в наши дни, это чудо можно было наблюдать над Монголией в 1986 году и 22 января 2015 года. И над Казахстаном в Уральске 22 мая 2011 года. И над Омском 18 февраля 2015 года. И над Новым Уренгоем также 18 февраля 2015 года, где температура воздуха понизилась до –40 градусов.

Даже у самого великого Уильяма Шекспира был описан этот феномен в «Генрихе IV», а в рассказе Джека Лондона «Тропой ложных солнц». Но самое поразительное то, что в 1535 году в Стокгольме изображение паргелия, то есть эффект гало, было запечатлено в живописи.

Ну а что касается научных терминов, то виды паргелия бывают от Солнца на параллели 22, 120, 160, 180 градусов. Но самый распространённый вид – это 22 градуса и выглядит он, как два радужных пятна.

Вот какие необычные чудеса дарит нам природа. А сколько еще сюрпризов ждет нас впереди.

…Пусть у природы нет плохой погоды,

Но как узнать, что ждет нас впереди?

Мы тихо ее портим год от года,

Потомкам, оставляя лишь пустошь позади.

_____________

*Гало – это оптический феномен, то есть светящееся кольцо вокруг источника света.

Мы с каждым часом меньше значим,

Уходим за часами вслед.

И катимся к чертям собачьим,

И сходим, медленно на нет.

(Франц Кафка)

Часть первая.

Миллисента.

Ничто не может снова повториться,

Вся наша жизнь – мелькание огней.

Но все-таки, не зря же говорится:

«Лишь потерявши, плачем мы над ней».

Пролог.

Сегодня темно-синий бархат неба, словно в сказке полностью покрылся звездной пылью, а невероятно яркий свет луны укутал большой город своим мерцающим саваном, он словно нечаянно заглядывал во все его окна. Но вот одну квартиру в высотном доме лунный свет изучал более тщательно: все предметы и вещи, которые в ней находились, сразу же приобретали очертания. Справа от окна стояла огромная дубовая кровать с прикроватными тумбочками, а напротив нее хрустальный туалетный столик с зеркалом в золотой оправе. Дальше во всю стену огромный встроенный шкаф, старинный комод для постельного белья и пара шикарных стульев в стиле барокко. В общем, все самое необходимое для молодого ловеласа.

И вот именно сейчас на этой огромной кровати лежал молодой человек и долго метался во сне. Он с криком просыпался и вновь забывался сном, но зловещие кошмары очень крепко держали спящего парня в своих цепких лапках. И лишь перед рассветом, последний раз проснувшись, он медленно перевернулся на другой бок и снова провалился в забытье. В этот раз ему приснился дивный сон: он спокойно стоял на берегу синего моря, ноги утопали в мягком желтом песке, а волны накатывали на берег, одна за другой, и словно играючи, убегали обратно. Недалеко от берега лежал огромный серый камень, вросший в землю, синие волны бились об него изо всех сил и пытались сдвинуть с места эту не подъемную глыбу. И вот, именно на этом бесформенном безликом булыжнике сидела Она.

Всего лишь раз парень взглянул на нее, и жар любви охватил его тело, и сердце вновь забилось с невероятной силой: о такой красавице можно только мечтать. Ее необычайно синие глаза, как два сапфира сверкали в утренней дымке, а шикарные волосы, словно золотая волна, обвивали стройное тело. Ужасно захотелось прикоснуться к этому чуду, и он осторожно протянул к ней руку, но незнакомка пронзительно вскрикнула и быстро прыгнула в воду, и огромный рыбий хвост исчез в глубине.

– Русалка, – выдохнул он и сейчас же проснулся.

Глава 1.

Тогда ему было всего лишь семнадцать, да и звали его тогда по-другому: Алексей, Алеша, Леха. Но после встречи с ней многие начали называть его Алекс, просто Алекс.

Они познакомились совершенно случайно. Друзья пригласили за город на пикничок, а он опоздал на электричку и решил поймать машину. Долго стоял на дороге и уже совсем отчаялся, почему-то никто не хотел останавливаться, и все же удача в этот день явно была на его стороне.

Когда парень совсем потерял надежду и уже решил вернуться домой, вдруг прямо возле него остановился серебристо-сиреневый «Мерседес». Именно сиреневый, а не просто серебристый. Алексу тогда еще больше понравился цвет машины, чем она сама. Тонированное стекло передней двери немного опустилось вниз.

– Простите, – заглядывая в сумрачный салон, он попытался разглядеть водителя. – Вы не подбросите меня до Мытищ? Я жутко опаздываю. О цене договоримся.

Дверной замок щелкнул, и стекло снова поднялось вверх. Алекс, недолго думая, прыгнул в машину и, повернув голову, хотел поблагодарить водителя, но слова тут же застряли в горле. За рулем сидела воплощение его мечты – красавица: русоволосая девушка, вернее молодая женщина, которой было лет тридцать, не больше, на ней было коротюсенькое леопардовое платье. Оно было настолько коротким, что полностью открывало всем любопытным взорам прелестные ножки своей хозяйки. От такой красоты у юноши даже дыхание остановилось, он судорожно втянул в себя воздух и инстинктивно сжался. Девушка насладилась произведенным эффектом и спокойно переключила коробку передач скоростей.

Они ехали в молчании минут десять, но за это время перед глазами юноши пролетели все его пылкие образы желанного счастья. Казалось, что внутри все переворачивается и дрожит, как плывущий в волнах детский бумажный кораблик. Юноша не мог понять, что происходит и пытался взять себя в руки, как-то успокоиться, но быстро понял, что его уже начинает сильно трясти и это становится слишком заметно. А если хорошенько подумать, то собственно, что произошло? Ну, сидит рядом красивая девушка, ну и что? Мало их было? А эта, так вообще, почти вдвое старше. Хотя, по правде сказать, Алекс как следует, и целоваться-то до сих пор не умеет, а что до остального, так лучше вообще помалкивать.

Автомобиль уже давно свернул с главной дороги, но молодой человек, слишком занятый своим необычным состоянием, этого даже не заметил. Они тихонько проехали по какой-то лесной тропинке и уже медленно подъезжали к маленькому домику, затерявшемуся где-то среди деревьев. Ворота слегка поскрипывая, открылись, и они оказались в таком же маленьком уютном дворике.

– Не желаете выпить чашечку кофе? – спросила девушка своим чарующим голоском, когда машина остановилась.

Парень как-то сразу сжался, словно пружина, и впервые посмотрел прямо в глаза незнакомке. В глубине зеленых глаз красавицы неожиданно сверкнул таинственный огонек, и в сердце Алекса мгновенно разбушевалось безумное пламя: стрела Амура сразила наповал.

Его руки долго не находили себе желанного покоя. Облегченно вздохнул лишь, когда оказался на воздухе. Но стоило девушке взять его за руку, как сердце, словно птичка в клетке, затрепыхалось еще сильнее. Она привела юношу в дом, где было довольно чисто и уютно. С левой стороны коридора была большая кухня, но незнакомка повела парня в другую сторону. Они медленно прошли через огромную столовую и остановились у двери закрытой комнаты. Девушка тихонько толкнула дверь, и они оказались прямо напротив огромной кровати…

Все остальное для юноши пронеслось, как в сказочном сне. Красотка быстро сбросила туфли и поднялась на кровать, завела правую руку за спину и расстегнула молнию на платье, которое тут же бесшумно соскользнуло с ее тела. И перед ошеломленным Алексом предстала, совершенно обнаженная богиня красоты. Она грациозно подняла свою ручку и поманила парня к себе…

Два-три часа спустя, они лежали в постели, тяжело дыша, крепко обнимали друг друга и счастливо улыбались. Да, первый опыт для этого юнца оказался довольно удачным, ведь такого блаженства он еще никогда в жизни не испытывал. Нежно прижимая к себе красотку, очень боялся отпустить видение, хотя в душе все пело и радовалось.

– Как тебя зовут, малыш? – вдруг спросила она.

– Алексей, – удивленно пробормотал он и только сейчас понял, что они до сих пор даже не познакомились.

– А-лек-сей, – произнесла она по буквам. – Нет. Это слишком длинно, скучно и старомодно. Я буду называть тебя просто, Алекс. Мой мачо Алекс.

И, конечно же, юноша согласился, потому что в тот момент был согласен абсолютно на все. Скажи она тогда ему «Умри», сделал бы это, даже не задумываясь.

Но именно с той роковой встречи жизнь Алекса полностью перевернулась. Из наивного и неуклюжего мальчика он в один миг превратился в настоящего мужчину. И учился буквально всему: от искусства любви до завязывания галстука-бабочки, исполнял любые ее просьбы и капризы, в общем, старался быть прилежным учеником.

Она купила ему шикарную квартиру и всю обстановку, а заодно и желтый кабриолет, на котором он с удовольствием разъезжал. Но стоило хоть раз отказаться от подарков, как девушка упрямо надувала губки и могла не разговаривать с ним по несколько дней. Долго выдержать такую пытку не хватало ни сил, ни желания, и лишь собрав всю свою волю в кулак приходилось соглашаться на все условия. Конечно, сначала Алекса раздражало, что женщина полностью содержит такого детину, и сам честно пытался заработать, чтоб не принимать подарков, но она была непреклонна. Составив расписание на неделю, так распланировала день и ночь, что для юноши не осталось ни одной свободной минуты для заработка. Он долго пытался хоть что-то изменить, доказать, но все было бесполезно: девушка твердо решила сделать из него то, что хотелось ей. А на все вопросы: зачем и почему, надувала губки и отмалчивалась. Бедолага Алекс, был так сильно в нее влюблен, что соглашался буквально на все и, скрепя сердце, перешагивал через свое мужское «я», потому что безумно боялся ее потерять – вот и сдавался каждый раз почти без боя…

Три года невероятно блаженного счастья пролетели, как один миг. В день своего двадцатилетия Алекс был как-то странно взволнован, дурное предчувствие, которое поселилось в душе еще с вечера, не давало покоя весь день. Сегодня он почти каждые пять минут названивал своей любимой и торопил с приездом.

– Я уже еду к тебе, любимый, – говорила она, и в трубке телефона ясно слышался звук проезжавших мимо машин.

Конечно же, она приехала. Хотя и не так скоро, как хотелось, но все же приехала. И как всегда они кинулись в объятья друг друга и пока не насытились, не успокоились, а потом долго лежали, прижимаясь, друг к дружке, и болтали о всякой ерунде.

– Почему ты не хочешь выйти за меня замуж? – уже в который раз спросил Алекс, надеясь услышать внятный ответ.

– А зачем? Ведь нам и так хорошо.

– Я хочу, чтоб ты стала моей женой и всегда была со мной.

– Я и так с тобой… Пожалуй, мне пора.

– Ты всегда будешь убегать, как только я заговорю о женитьбе?!

– Нет, любимый, но сегодня мне действительно надо уйти.

– Нет, – твердо сказал Алекс, и чувство тревоги вспыхнуло в душе с новой силой. – Сегодня ты точно никуда не уйдешь.

Впервые в жизни она посмотрела ему прямо в глаза с каким-то странным выражением: то ли боли, то ли мольбы, и вместо того, чтобы надуть губки, вдруг мило улыбнулась и прижалась к нему всем телом и душой. В этот момент у Алекса в голове мелькнула предательская мысль: как в последний раз. Сейчас же попытался выгнать ее вон, но эта мысль так прочно влезла в сознание, что как ни старался, никак не мог отделаться от нарастающего страха…

На рассвете Алекс по привычке начал нащупывать место рядом с собой, где еще недавно спала любимая, но там почему-то было пусто. Сон мгновенно улетучился и он, как ошпаренный, вскочил с кровати. Обыскал всю квартиру, но девушки нигде не было. В голове снова мелькнула страшная мысль: ее больше нет.

– Нет-нет! – в ужасе закричал он и сразу же попытался себя успокоить. – Просто ей срочно надо было уйти, вероятно, она опаздывала и не захотела меня будить. Сейчас я позвоню и все выясню.

Парень начал судорожно искать телефон и нечаянно наткнулся на записку, оставленную на столе: «Прости меня, любимый. Всегда твоя. Ассоль». Это было ее самое последнее желание. И больше они не виделись. Никогда. Этот день стал самым черным в жизни Алекса, потому что в этот день она погибла в автокатастрофе. (Как выяснилось позднее, кто-то намеренно испортил тормоза в ее «Мерседесе».) Но это было намного позже, а пока он метался по квартире в поисках ключей от машины.

Через полчаса выскочил на улицу, прыгнул в кабриолет и на сумасшедшей скорости помчался в «их уголок», в тот самый маленький уютный домик, где они всегда были счастливы. Мимо него быстро пронеслись «Скорая» и «Пожарная», наверное, опять где-то авария. Сегодня почти каждый день что-то случается. Но сейчас для Алекса это было не важно, больше всего беспокоило то, что Ассоль не отвечает на звонки. И вдруг неожиданно в трубке раздался щелчок. Алекс напрягся. Молчание. И вдруг – «алло!»

– Малышка! – завопил он от радости. – Почему ты так долго не берешь трубку? Я звоню два часа подряд. В чем дело, детка? Ведь ты не обижаешься на своего котенка? Обещаю, я больше не буду говорить «нет» и всегда буду хорошим послушным мальчиком… – он бы так и тараторил, если б не прервали.

– Молодой человек, – послышался в телефоне строгий мужской голос. – Кем вы приходитесь Ассоль Юрьевне?

– Что? – опешил Алекс и резко надавил на тормоза, развернув машину на сто восемьдесят градусов. – Кто это?! Почему вы говорите с ее телефона?! Вы кто?!

– Я инспектор ГИБДД, сержант Войковенко. Кем вы приходитесь Ассоль Юрьевне Яровой? Вы ее муж?

– Да.

– Тогда вам нужно подъехать на 24 км Ленинградского шоссе. Ваша жена попала в аварию… Алло… Алло… Вы меня слышите?… Алло… Алло-о…

– Да… я… приеду.

Алекс так сильно стиснул кулаки, что костяшки пальцев побелели, и просидел еще несколько минут в полном оцепенении. Потом не видящим взором посмотрел на дорогу, тщетно пытаясь сообразить: где он? зачем он? и что должен делать? Когда немного пришел в себя, снова развернул машину и помчался в ту сторону, куда с полчаса назад уехали спецмашины.

Впереди давно образовалась большая пробка. Юноша быстро свернул машину на обочину, вышел из нее, машинально вытащил ключи зажигания и включил сигнализацию. Спокойно пробираясь вдоль ряда машин, ничего не слышал, потому что уши, словно набитые ватой, не улавливали никаких посторонних шумов. Какой-то человек в форме остановил его и что-то не громко сказал, но Алекс уже ничего не соображал, а лишь в немом молчании, смотрел на стоящий впереди искореженный «Мерседес», который резали автогеном эмчеэсники.

Неподалеку от аварии припарковались два черных «БМВ» и черный «Джип чероки». Из этих машин вышла группа мужчин в строгих черных костюмах. Они очень внимательно наблюдали за действиями спасателей. Какой-то лысый пузатый мужичонка, иногда отделялся от этой группы и, жестикулируя маленькими ручками с демонстративно-скорбным видом, что-то пытался объяснить блюстителям порядка.

Наконец, спасатели закончили кромсать несчастный автомобиль и начали осторожно извлекать из него бездыханное тело. Мужичонка торжественно медленно подошел к носилкам и со скрытой усмешкой печально покачал головой.

Алекс, стоявший до сих пор в каком-то оцепенении, ничего этого не видел, он лишь пристально смотрел в одну точку, а вернее на ее израненный «Мерседес». И как только санитары положили изуродованный труп девушки на носилки, внутри него, словно что-то оборвалось. Расталкивая всех вокруг себя, юноша со всех ног побежал к носилкам. Он упал на колени и начал судорожно обнимать бездыханное тело любимой. До сознания вдруг дошло самое страшное: ее больше нет. И уже в полном отчаянье так пронзительно закричал, что все присутствующие неожиданно вздрогнули, остолбенев на какое-то мгновение от этого душераздирающего крика…

Первые полгода после смерти любимой Алекс почти не помнил, потому что был в глубоком шоке и совершенно не соображал, что делает и зачем. Родители очень боялись оставлять сына одного даже ночью, потому что им пришлось уже дважды вытаскивать парня из петли. И когда врачи были уверены, что пациент мертв, Алекс, вдруг медленно открывал глаза и стеклянным взором смотрел в потолок. Ни психотропные препараты, ни гипноз, ни психологи, ничего не помогало вывести юношу из депрессии. Все друзья окружали его заботой, пытаясь хоть на минуту отвлечь от плохих мыслей, но Алекс ни на что не реагировал и словно зомби передвигался по квартире. Его мама больше не могла выдержать такого напряжения и тоже слегла. Отец, опасаясь за ее жизнь, попросил молодежь всего одну ночь подежурить возле сына, а сам поехал в больницу к жене.

Да вот только молодые люди никогда не держат данного обещания: сначала решили по пивку, потом немного водочки и все скоро позабыли о своем несчастном друге. И естественно, что до утра никто не дотянул: все просто уснули. На рассвете Алекс неожиданно очнулся, поднялся с кровати, взял стул, ремень от брюк и подошел к «любимому» турнику…

– Нет, любимый. Я так не хочу.

Алекс спокойно открыл глаза и увидел себя в совершенно не знакомой ярко освещенной пустой комнате. Казалось, что этот свет исходил отовсюду: от стен, от потолка, от пола, везде было какое-то невероятно-яркое бело-голубое свечение. Напротив него стояла чья-то фигура в ослепительно-белоснежном одеянии и укоризненно качала головой. Юноша внимательно рассмотрел лицо, и душа мгновенно встрепенулась от счастья.

– Любовь моя, – прошептал он и, пытаясь обнять ее, протянул руки вперед.

– Нет, – девушка упрямо надула губки. – Я очень сердита на тебя, милый. В последнее время ты очень плохо себя ведешь. Вот я всегда была красивой, даже после смерти. А ты на кого похож? Ты знаешь? На какого-то старого, вонючего бомжа: весь синий, с высунутым языком. Фу! это так не красиво.

– Прости, милая, я больше не буду. Только забери меня с собой.

– Нет, любимый, – вздохнула она печально. – Твое время еще не пришло. Мне разрешили поговорить с тобой и образумить, чтоб ты смог вернуться обратно.

– Но я не хочу обратно, – упрямо повторил Алекс. – Я хочу к тебе.

– Нет, малыш. Твоя миссия на земле еще незавершенна. Ты должен жить на полную катушку. Встречайся с друзьями, меняй женщин, как перчатки, пока не встретишь настоящую любовь. А когда у тебя родится дочь, подари ей мое имя и оно принесет ей счастье.

– Я не хочу других женщин. Я хочу только тебя. Неужели ты этого не понимаешь?

– Я думала, ты меня любишь. А ты оказывается просто эгоист. Почему ты думаешь только о себе? А как же твои родители и друзья? По-твоему им все равно: живой ты или мертвый?

– Я просто хочу…

– Я знаю, что ты хочешь. Ты очень хочешь всем доказать, как сильно ты меня любишь, а на остальных тебе просто плевать.

– Нет…

– Да! Уже третий раз ты пытаешься свести счеты с жизнью и совершенно не думаешь, о том, какую боль каждый раз ты причиняешь своим близким этим поступком. Я тебя очень прошу… Нет! Я требую, чтобы ты немедленно это прекратил! И если ты действительно меня любишь, то сейчас же даешь мне твердое обещание, что такого больше не повторится!… Ну?… Я жду…

– Обещаю, – нехотя выдавил из себя Алекс.

– И будешь жить так, как я сказала!

– Обещаю.

– И свою дочь назовешь в мою честь!

– Обещаю.

– Вот теперь я на тебя не сержусь, – она мило улыбнулась и подошла ближе, а потом в последний раз крепко обняла юношу и нежно поцеловала в губы. – А теперь самое главное, малыш: тебе надо найти работу, где всегда будет много людей и днем и ночью – это поможет справиться с болью. А сейчас прости меня, любимый, и прощай.

Девушка так сильно толкнула Алекса в грудь, что от боли у него в глазах все потемнело; потом еще толчок и еще, и он словно провалился в непроглядную тьму. И уже через какое-то мгновение услышал тихий плач и печальный голос отца, который говорил что-то неразборчивое. Но совсем скоро это бормотание уже слышалось отчетливей, и Алекс понял, что говорит несчастный отец.

– Ну, что же ты наделал, сынок? Мама это больше не переживет. И как же я скажу ей об этом? – на стуле рядом с кроватью, сгорбившись, сидел совсем седой мужчина и, держась руками за голову, тихонько покачивался.

– А ты не говори, – сиплым голосом прошептал Алекс.

В палате раздался пронзительный женский визг, и кто-то упал в обморок. Мужчина вздрогнул от неожиданности, а потом испуганно повернул голову на знакомый до боли голос, и еще долго пытался себя ущипнуть, чтобы очнуться ото сна. На него спокойным и ясным взором смотрел Алекс и улыбался.

– Сын, – еле слышно прошептал родитель. – Ты жив?

– Живее всех живых, – просипел Алекс. – Прости меня, отец. Этого больше не повторится. Я дал ей слово.

– Кому?

– Ассоль.

– Сынок, – отец рывком прижал сына к себе. – Я понимаю, что тебе очень больно, и ты не хочешь об этом говорить…

– Хочу. Говори, отец, если есть, что сказать.

– Ты уверен, что хочешь этого?… Ну, хорошо… Я узнал, что наша Ася была женой олигарха Ярового. И пока она с тобой просто развлекалась, он смотрел на все сквозь пальцы. Но когда она заявила, что подала на развод, он ее убил. Именно по его приказу в «Мерседесе» повредили тормозной шланг, и во время движения вся жидкость постепенно вытекла, а когда Асенька начала тормозить, машину сильно занесло в сторону, и она на полном ходу врезалась в столб.

– Сволочь, – процедил сквозь зубы Алекс и с силой сжал кулаки. – Я по стенке размажу эту сволочь. Ассоль хотела остаться со мной, а этот гаденыш убил ее. Ну, почему, почему она ничего не говорила? Ведь я спрашивал, столько раз спрашивал. Я хотел, чтобы она стала моей женой, но всегда только и слышал упрямое «нет», и не понимал причины отказа. Каким же я был глупцом. Почему сразу не догадался? Ведь это было так очевидно.

– Успокойся, сынок. Теперь уже ничего не исправишь.

– Нет, я исправлю! Я сотру в порошок эту гниду. И пусть меня посадят, пусть, зато эта мразь больше не будет топтать землю!

– Не надо, сынок. Этот гад уже поплатился. Наша Асенька оказалась гораздо умнее, чем он рассчитывал. Наверно, она почувствовала, что запахло жареным, потому что за несколько дней до гибели она заказала своего муженька, но киллер почему-то не успел выполнить заказ, и поэтому сделал свою работу немножко позже. В день похорон Аси ее муженек получил запоздалый привет от своей супруги: пулю между глаз. Вот так вот наша Асюша и перехитрила неуловимого олигарха.

– Да. Моя малышка всегда была и останется для меня той самой Ассолью с алыми парусами, и уже никакая другая женщина не сможет ее заменить.

– Поживем – увидим, – прошептал отец и крепко пожал руку своему единственному сыну.

Глава 2.

Солнечные лучики долго играли в зеркале и отражались на стенах радужными бликами. Молодой человек сильно зажмурился и, открыв глаза, окончательно проснулся. Лениво зевнул, хорошенько потянулся и медленно осмотрелся вокруг, рядом с ним на кровати лежала крашеная блондинка и сладко посапывала. Только одним глазком взглянул на нее и резко поднялся с постели. Босыми ногами прошлепал в ванную, где не спеша принял душ и тщательно побрился. Полчаса спустя с чувством огромного облегчения вышел из ванной, зашёл в комнату и остановился у шкафа.

– Как бы мне сегодня приодеться? – задумчиво спросил он сам у себя. – Наверно, как обычно.

– Милый, – послышалось за спиной. – Куда это ты собрался в такую рань? Иди лучше ко мне, любимый.

– Прости, детка, но у меня сегодня другие планы. Лучше вставай, и пойдем завтракать. Мне скоро надо уходить.

– Разве тебе на работу? Ты вроде в ночь идешь.

– Да, но еще до работы у меня есть дела.

– А как же я? – она капризно надула свои силиконовые губки.

– Подброшу до дома. Давай, давай, вставай, мне некогда.

Она нехотя вылезла из-под теплого одеяла, словно делая большое одолжение, лениво потянулась, надела шелковый халатик и, бесстыдно виляя бедрами, прошла в ванную. Юноша посмотрел ей в след и брезгливо скривился, удивляясь самому себе, что может так долго встречаться с этой шлюшкой. И как он дошел до того, что превратился в бабника? Бабник поневоле? Может быть…

Алекс еще немного постоял возле шкафа, о чем-то подумал и стал одеваться. Надел джинсы, футболку, новые носки и, взглянув в зеркало, остался доволен своей внешностью. Потом прошел в кухню и поставил чайник на огонь. Затем достал сковородку из духовки и несколько яиц из холодильника. Быстро приготовил яичницу, и пока ждал чайник и девицу из ванной, спокойно съел свою порцию. В конце трапезы сварил крепкий кофе и с наслаждением выпил этот божественный напиток.

Прошел, наверно, целый час пока блондинка, наконец, выползла из ванной. С тюрбаном из полотенца на голове она по-хозяйски прошла в спальню, села у туалетного столика и спокойно принялась наводить макияж.

– Послушай, – не выдержал юноша, зайдя в комнату. – Моему терпению скоро придет конец. Тебе не кажется, что ты меня задерживаешь?

– Ну, не могу же я выйти из дома в не подобающем виде, – ответила она, аккуратно намазывая ресницы. – Я всегда должна выглядеть на все сто.

– Значит так, дорогуша, если ты не выйдешь отсюда через десять минут, я буду вынужден применить силу. Время пошло, – он спокойно развернулся и пошел в кухню, чтоб выключить уже дважды кипевший чайник.

Девушка выбежала из спальни через пять минут, наскоро съела холодную яичницу и запила обжигающим кипятком. Потом вымыла всю посуду и аккуратно разложила все по полочкам.

– Ну, вот, – сказал он, закинув руки за голову. – Ведь можешь, когда захочешь.

– Хм, – усмехнулась она. – А ты всегда любишь меня пугать, милый. Ну, может, хоть вечером куда-нибудь сходим?

– У меня впереди много дел и сегодня надо идти на работу.

– Ну а после работы?

– Слушай? Ты собралась? Уже начало одиннадцатого, а мне еще надо тебя до дому довезти. Пошли, мне некогда.

Они спустились во двор, и подошли к машине. Сели в желтый кабриолет, который завелся с пол-оборота, и помчались на Парковую улицу. Через полчаса были уже на месте и быстренько распрощались без всяких обещаний. Так как до вечера было далеко, Алекс решил съездить в фитнес-клуб и немного покачаться.

Он сидел в своем красавце кабриолете, и словно ветер мчался навстречу проказнице судьбе. Мимо мелькали незнакомые лица встречных людей, высокие и маленькие здания, широкие и узкие улицы, а впереди, словно маяк в темноте ждала неизвестность. Она звала и манила к себе, раскрывая объятья. Торопила и вновь останавливала время, дожидаясь удобного момента. А он жил своей размеренной жизнью и даже не подозревал, какие еще не раскрытые тайны и великие чудеса ждут его впереди.

Приехав в фитнес-клуб, Алекс припарковался недалеко от входа и твердой уверенной походкой вошел внутрь. Предъявил администратору свой годовой абонемент и поднялся на второй этаж, где стояли разнообразные тренажеры. И потом долгое время провел в изнурительных тренировках, истязая свое тело всякими упражнениями. Наконец, окончательно выбившись из сил, решил, что необходимо немного освежиться и пошел в бассейн, который находился совсем рядом: в соседнем зале. Оставил вещи в раздевалке и подошел к воде, манящей освежающей прохладой…

Отдохнув, таким образом, через полчаса вылез из бассейна и пошел в душ смыть с себя хлорку. Затем хорошенько растерся махровым полотенцем, оделся и решил спуститься в бар, чтоб спокойно выпить сока. А пока шел по широкому коридору прекрасно осознавал, почему все встречные женщины печально вздыхают и зачарованно смотрят ему в след.

«Красив, как бог», – тихо шептали они и пытались поймать его взгляд. А он, в свои 25, гордо поднимал голову и при этом загадочно улыбался произведенным эффектом, которым, кстати сказать, успешно пользовался. Ведь он – красивый, почти двухметровый брюнет с густой шевелюрой, изящно зачесанной назад. Не высокий лоб и полные страсти, черные глаза, прямой нос, загадочная улыбка, которая так и манит к себе, волевой подбородок с милой ямочкой и вдобавок атлетического телосложения. Такой красавчик, просто не мог остаться незамеченным. Все женщины его так и называли: «Красавчик Алекс». (Хотя настоящее имя было Алексей Ковалев, но он им практически не пользовался, потому что уже очень давно больше всего любил сокращенный вариант).

Юноша зашел в небольшой бар и заказал себе апельсиновый сок, а потом сел поближе к окну и начал наблюдать за уличным движением, не спеша, потягивая из трубочки кисло-сладкий напиток. И словно отгородившись от мира, задумался о чем-то ушедшем и давно забытом, и вдруг прямо над ухом услышал чей-то жалобный стон.

– А-а-а, – послышался протяжный вздох, словно из могилы.

От неожиданности Алекс сильно вздрогнул, даже волосы встали дыбом и мурашки поползли по всему телу. Но уже через минуту взял себя в руки и огляделся вокруг. В баре почти не было народа: играла легкая музыка, бармен спокойно протирал и без того чистые стаканы, а пара посетителей тихо обсуждала что-то свое и не обращала внимания на посторонних.

– Что это было? – прошептал Алекс, судорожно сглотнув слюну.

Он резко встал и мгновенно забыл про сок и все остальное. На автомате направился к выходу и словно в каком-то тумане шел по клубу. И больше уже не видел ни вздыхающих женщин, ни встречных мужчин. Какие-то знакомые пытались с ним заговорить, но не смогли вывести из ступора. Совершенно пустым взглядом, он смотрел на всех встречных людей и механически шагал к выходу. И только сидя в кабриолете, когда резко просигналила встречная машина и вывела из забытья, он окончательно пришел в себя: наваждение спало.

Пока ехал домой немного успокоился, а чтоб окончательно все забыть решил немного вздремнуть. Так как Алекс работал в ночном клубе барменом, то все так называемое свободное время он иногда тратил на так называемые «развлечения». Хотя прекрасно понимал, что леди из бара могли предложить ему все: и машины, и деньги, и иные предметы компенсации за радость чисто примитивных плотских утех. Да и другие барышни тоже вряд ли могли постоянно вызывать у Алекса эстетическое наслаждение своими пируэтами у ярко сверкающего барного шеста. Ах, Ассоль!… Ассоль… Ассоль…

Он часто видел ее во снах, ту далекую, но еще не забытую любовь, и сердце каждый раз трепетало от предвкушения нового и долгожданного счастья. Все мысли Алекса уносились вдаль, он словно чувствовал приближение чего-то неожиданного и загадочного. И так сладко было это томление, что однажды он ясно понял, что уже очень скоро должно случиться нечто прекрасное и удивительное, которое, наконец, излечит израненную душу, и принесет в его жизнь покой и наслаждение. Да, теперь он готов для новой любви, осталось лишь чуть-чуть подождать…

Помимо всех прочих перечисленных достоинств Алекс очень любил высоту. Даже иногда стоял на балконе своего пентхауса и, раскинув руки в стороны, смотрел на город с высоты птичьего полета. И в мечтах частенько представлял, как парит в вышине, обгоняя встречный ветер. Поэтому, недолго думая, отправился в летную школу и записался на учебу по дельтапланеризму.

И с тех пор все свое свободное время Алекс отдавал спорту и женщинам. Так бы могло продолжаться и дальше, если бы однажды с ним не приключилась невероятная и фантастическая история, которая перевернула всю его жизнь.

Глава 3.

Это был обычный летний день, когда Алекс приехал на занятия. Вся группа уже собралась на высокой горе, с которой предстояло парить вниз. Отсюда открывался великолепный вид, все было как на ладони: высокие деревья казались кустами, а кусты – травой. И вот всю эту великолепную красоту предстояло увидеть сверху.

Ведь сегодня был первый день соревнований. Но если б Алекс только знал, чем закончится этот полет, наверно, сидел бы дома и не высовывался. Хотя, от судьбы не уйдешь. Эта проказница прекрасно знает, когда и куда нужно подтолкнуть человека: или в пропасть, или на путь истинный. Вот и ему не удалось этого избежать. И сейчас, когда он стоял на краю бездны, спокойно проверял все крепления и ремни безопасности, а потом хорошенько разбежался, прыгнул в пропасть и полетел.

Пока тихонько парил в вышине и, закрыв глаза от удовольствия, думал о чем-то неизвестном, кажется, на секунду даже вздремнул. Но тут же очнулся и осмотрелся вокруг. Что за чудеса! Под ним настоящая пустыня с какой-то песочной постройкой, а чуть дальше железная ограда, дорога, лес и река.

Да и река какая-то странная, таких рек он еще не видел. На протяжении всего русла разделена на две части, словно это не одна, а две реки, что текут параллельно. Но только у нее одна сторона чистая и прозрачная, и вдоль всего берега желтый песок с густой травой, а вот вторая – мутная и грязная, и вдоль всего берега виднеются невероятно огромные крокодилы. По всей границе ее разделения что-то вроде длинного водоворота. Дальше, сделав крутой поворот вправо, половина реки пряталась в каких-то, то ли черных, то ли обгорелых зарослях. На самом же повороте, упираясь в гору со снежной вершиной, образовался водопад из чистой половины реки, а вот в заросли уходила только мутная часть…

Вдруг, неизвестно почему и каким образом с абсолютно безоблачного неба повалил густой снег, и дельтаплан сейчас же начал быстро терять высоту и опускаться вниз. Пытаясь поймать ветер, Алекс хотел выровняться, но дельтаплан словно взбесился и не позволял собой управлять. Он кружился в воздухе, как юла, все быстрее и быстрее опускаясь к земле. И уже через секунду с огромной скоростью рухнул в песок, а перед ошеломленным Алексом возникла стена. Белая вертикальная стена, покрытая плотным снежным покровом и убегающая куда-то ввысь.

– Ничего себе, – удивился Алекс, вылезая из-под обломков. – Откуда она здесь взялась?

Спокойно огляделся вокруг. Снежная стена казалась бесконечной: ни конца, ни края. Подошел ближе, пощупал: может обман зрения? Нет, настоящая. Даже снег в руках скрепит. Попробовать залезть? А вдруг развалится? Эх! Была, не была. Чем черт не шутит. Выдолбил левой ногой углубление, потом продавил руками твердый наст и подтянулся. Стена выдержала. Значит, можно рискнуть. Стараясь удерживать равновесие, начал медленно карабкаться вверх.

Белый серебристый снег хрустел в руках и под ногами, как при сильном морозе, но холода почему-то совсем не ощущалось, была лишь легкая усталость от напряжения мышц. Чем выше поднимался Алекс, тем сильнее слышался какой-то не понятный нарастающий шум: то ли это вой сильного ветра, то ли треск ломающихся деревьев.

Когда же выбрался на поверхность, то увидел впереди себя огромное озеро, в котором кружились обломки деревьев. Это странное озеро оказалось мутным бурлящим водоворотом, в центре которого вода крутилась по часовой стрелке, а по краям, примерно около метра шириной, движение шло в обратную сторону. Деревянные обломки кружились в бурлящем потоке и создавали страшный скрежет. Треск деревьев и шум воды – все смешалось в этом хаосе, но все же сквозь этот грохот Алекс четко услышал волнительный женский голосок, который повествовал о каком-то древнем поверии.

– Прыгай в омут, – требовал голос, – прыгай, не бойся. – И немного помолчав, разочарованно добавил: – Да, какая жалость! Каждый цепляется за свою никчемную жизнь и лишний раз не хочет рисковать: все боятся утонуть, поэтому никто и никогда не узнает истины.

Парня даже как-то задело, что его посчитали трусом. Недолго думая, лишь визуально рассчитал расстояние, как следует, разбежался и со всей силы оттолкнулся от земли. Немного пролетел и попал прямо в середину водоворота. Мутная вода тут же закружила его и потащила вниз, унося в неизвестность.

Боже мой! Неужели все кончено? И зачем он это сделал? Как позволил себя обмануть? Мысли вереницей пронеслись в голове. Но вдруг наступила звенящая тишина и природа мгновенно преобразилась. Всякое движение прекратилось, а вода в озере оказалась кристально прозрачной. Словно вынырнув из глубокого сна, Алекс спокойно стоял на берегу и восхищался красотой пейзажа. Прозрачно-голубая гладь озера искрилась в солнечном свете, по всему берегу росли зеленые деревья, а пушистая зеленая трава стелилась плотным ковром. Он смотрел на все это великолепие и никак не мог осознать, как возможны такие быстрые перемены. И на душе почему-то все стало так легко и спокойно, словно огромная ноша, наконец, свалилась с уставших плеч.

– Ну, наконец-то, – послышался все тот же приятный голосок. – Хоть один себя не пожалел. Теперь иди вперед, парень, и ничего не бойся. Мы всегда будем рядом.

Видение исчезло, а Алекс почему-то очутился в пустыни. С опаской огляделся вокруг. Было уже совсем темно, а вместо обломков дельтаплана на песке лежала лишь маленькая кучка пепла. Он оказался посреди бескрайней пустыни в полном одиночестве. Сначала немного растерялся, совсем не понимая: куда идти? и как отсюда выбраться? И вдруг вдалеке показался красный огонек, и словно маяк в темноте поманил за собой. Недолго думая, решил пойти ему на встречу, надеясь спросить дорогу.

Огонек, как казалось в начале, был близко, но чем быстрее шел Алекс, тем быстрее тот убегал. И вот, когда уже за горизонтом показался первый луч рассвета, огонек начал потихоньку затухать. Алекс бросился бежать со всех ног, пытаясь догнать этот неуловимый маячок. Увязая в песке, он карабкался на дюны и барханы, и уже окончательно выбился из сил, но потом все же остановился на минутку, чтоб хоть немного передохнуть. Пот катился градом по лицу, а в глазах стояли радужные круги. Тяжело дыша, упал на колени и никак не мог отдышаться, чтоб прийти в себя.

Вот уже и второй луч смело выглянул из-за горизонта, и наступил долгожданный рассвет. Хорошенько отдышавшись, Алекс поднял голову и ахнул: прямо перед ним возвышалось какое-то огромное сооружение из песка. Он внимательно присмотрелся – это была огромная песочная улитка. И что за мастер сотворил такое чудо среди бескрайней пустыни?

С большим трудом Алекс поднялся на ноги и обошел вокруг улитки, с удивлением разглядывая это трехэтажное творенье, и был абсолютно уверен, что еще минуту назад его здесь не было. Наверно, это чудо появляется с восходом солнца. Тогда какой же огонек он видел? Может здесь бывают ночные миражи?

Еще раз обошел песочную улитку и вдруг увидел небольшую и почти не заметную дверку. Только хотел дотронуться, как дверь сама отворилась, словно приглашая войти внутрь. Впереди оказался темный проход, и откуда-то из глубины послышалось не громкое заунывное пение, из-за которого неожиданно нахлынуло необъяснимое чувство страха, и по спине пробежал странный холодок. Алекс хотел отступить назад, но вдруг левое плечо, словно что-то ужалило.

– Ай! Что это?! – быстро схватился за левое плечо и увидел, что кожа сильно покраснела, вероятно, что-то его обожгло.

Он повернул голову и обомлел: из-за горизонта медленно поднимался диск солнца раскаленный до ослепительного ярко-красного цвета, а буквально в метре от себя увидел знакомую кучку пепла. Значит, все это время он топтался на одном месте? И весь проделанный кросс был всего лишь иллюзией? Да, как это ни парадоксально, но теперь оставалось только два выхода: сгореть заживо, или войти внутрь. И естественно, Алекс выбрал второй.

Сам проход был широким, окружной формы, так что можно идти свободно и не сгибаться пополам. Внутренние стенки улитки на ощупь оказались не песочные, а гораздо тверже и прочнее, больше напоминающие древнюю окаменелость. Словно это была не песочная улитка, а Египетская пирамида.

Алекс старался не спешить, а потихоньку продвигаться вперед, осторожно держась за стену и ощупывая ногой пол. На всем протяжении пути слышалось все тоже заунывное пение, которое не прекращалось ни на минуту. А дикий животный страх, что поселился в нем с самого начала, заставлял ноги идти только вперед. Наверно, так действует змея на свою жертву.

Но вот в темноте показалось какое-то светлое пятно, и Алекс уже смелее пошел вперед. А когда подошел ближе, увидел седого старика с длинной белой бородой, который сидел на полу, скрестив ноги, и играл на старинных гуслях. Одетый в белую рубаху и белые штаны, он больше напоминал гусляра из старой сказки. Его скрюченные пальцы ловко перебирали струны.

Рядом со старцем стоял мужчина лет пятидесяти, одетый в современный темно-серый костюм. Он нагнулся к старику и что-то тихо спросил. Старик показал глазами на дверь справа от себя, которая вдруг внезапно появилась. Как только мужчина скрылся за ней, старик запел громким звучным голосом, словно хотел кого-то перекричать.

Неожиданно за стеной послышался крик ужаса, лязг зубов и скрежет разрываемой плоти. Алекса словно парализовало от страха, а старик спокойно продолжал петь, заглушая крики несчастного. Внезапно все стихло, и старик тоже замолчал.

– Что… здесь… происходит? – спросил Алекс, заикаясь от страха.

У него даже волосы встали дыбом, и пот с лица покатился градом. Хотя, сам он был не из робкого десятка, но сейчас словно какой-то животный, дикий, неописуемый ужас сковал все тело, да так, что даже сердце от страха в пятки ушло.

А старик спокойно посмотрел в сторону двери и, как ни в чем не бывало, снова заиграл на гуслях. Парень дрожащей рукой тронул его за плечо, и старик снова показал глазами на дверь и опять громко запел. В этот раз Алекс постарался взять себя в руки и не шевелиться, и стал ждать, что же произойдет. Немного спустя, дверь приоткрылась и оттуда высунулась огромная черная лапа, с ее длинных изогнутых когтей еще капала свежая кровь. Мускулистые пальцы сжимались и разжимались, словно пытаясь что-то схватить, а два ярко-красных огонька глаз пристально смотрели на Алекса.

Словно под гипнозом он откинулся к стене, и стоял, не смея пошевелиться. Лапа повернулась когтями вверх и поманила к себе. В каком-то страшном кошмарном сне юноша оторвался от стены и уже сделал первый шаг, как вдруг послышался резкий звук порванной струны, и оцепенение тут же спало. Зверь взвыл от отчаянья и резко опустил лапу вниз. Дверь громко хлопнула и мгновенно исчезла.

– Убирайся! – вдруг завопил старик. – Вон! Пошел вон! – его морщинистое лицо неожиданно перекосилось в бессильной злобе. Милый на первый взгляд старичок на глазах превратился в разъяренную фурию. – Гусли, мои гусли, – тихо запричитал он.

Алекс, в страхе попятился назад и на ватных ногах пошел к выходу, а белобородый старик что-то невнятно бормотал себе под нос и совсем не обращал внимания на парня. Слегка пошатываясь от пережитого страха, Алекс сейчас думал только об одном: как быстрее отсюда выбраться. Руки и ноги страшно тряслись, в голове гудел целый улей, а в ушах все еще стоял крик несчастной жертвы и скрежет зубов чудовища.

– Дождись заката солнца, – вдруг послышался тихий шепот со всех сторон.

Алекс так ослабел от сильного потрясения, что куда-то бежать уже не было сил. Входная дверь снова сама открылась. Какое-то существо выскочило прямо из-под ног и, не успев скрыться в тени, сгорело заживо. Продолжая трястись от страха, юноша опустился на пол и, обхватив колени руками, решил собраться с силами в ожидании заката.

Раскаленное солнце медленно-медленно опускалось за горизонт. И чем ниже оно опускалось, тем меньше становилась его яркость. Наверно, только на закате внутренний огонь солнца потихоньку затухает, выплеснув за день всю свою страшную силу.

С большим трудом Алекс поднялся и вышел из улитки. Решил обойти ее с левой стороны, так как с правой еще опускалось раскаленное солнце. Через несколько метров увидел железный забор. Медленно подошел к нему и осторожно вышел за ограду. Лишь сделал шаг в сторону, как дверь резко захлопнулась и вся бескрайняя пустыня осталась за спиной. Оглянулся убедиться, что все это не сон, но улитка уже исчезла.

Глава 4.

Через полчаса стало смеркаться. Алекс был в недоумении и ошеломленно смотрел на пустыню, которая оказалась строго за забором. То есть на одной стороне бескрайняя пустыня, а на другой – земля с зеленой травой. Словно какой-то затейник склеил два разных мира.

Совершенно опустошенный и обессилевший от всего пережитого, юноша спокойно опустился в траву и задумался. Потирая обожженное плечо, никак не мог понять: почему же он раньше не сгорел на солнце? Ведь он практически упал в песок, а вот дельтаплан почему-то сгорел дотла. Может та снежная стена спасла его? Несколько раз прокрутил перед собой весь свой полет и падение, что-то быстро мелькнуло в голове, какая-то мимолетная мысль, и снова исчезла. Еще раз взглянул на догоравший закат, и внезапно понял: когда он летел, солнце было впереди, то есть на востоке, а потом вдруг оказалось за спиной, то есть на западе. Значит, сначала он летел на восток, а когда падал, солнце уже садилось? Но весь полет длился не более пяти минут. Тогда как же оно могло так быстро зайти? Ничего не понимая, Алекс попытался собраться с мыслями и все-таки найти ответ. И упорно продолжал размышлять над случившимся, пока проказник Орфей не укутал его своим мерцающим саваном, подарив долгожданный блаженный сон. Он прислонился спиной к ограде, всего лишь на секунду закрыл глаза и тут же мгновенно уснул.

– Тебе повезло, – послышался чей-то голос сквозь пелену сознания.

Алекс лишь немного приоткрыл заспанные глаза и увидел перед собой что-то серое. Поднял взгляд чуть выше и разглядел фигуру. А когда глаза привыкли к утреннему свету, и он окончательно проснулся, то увидел нечто невероятное: в серое безликое платье, словно в рубище, была одета настоящая сказочная красавица. За долгие годы одиночества Алексу приходилось встречать много женщин-однодневок: если одна была красивая, то и умом не слишком блистала, и глупа была до невозможности, если встречалась невзрачная, то считала себя слишком умной. И никак не получалось встретить и то и другое качество вместе в одной женщине. Он еще долго смотрел на видение и никак не мог понять: это еще сон? или уже явь? Как следует, потер глаза, но видение не исчезло. Перед ним действительно стояла Она: девушка из далеких сказочных снов, та самая синеглазая русалка. Ее золотистые волосы красивыми локонами опускались ниже колен и скрывали стройную фигурку.

Она протянула ему руку и помогла подняться. Алекс от радости встречи удивленно хлопал глазами и глупо улыбался своим порочным мыслям. Никакая крашеная блондинка или жгучая брюнетка, или еще кто не смогла бы сравниться с этой поистине настоящей сказочной красавицей.

– Кто ты? – чуть слышно спросил он.

Юноша продолжал любоваться этой завораживающей красотой и не мог поверить, что такое чудо еще бывает на свете. Сверкающие глазки незнакомки напоминали сияние двух сапфиров, маленький аккуратный носик чуть вздернут, розовые щечки и, словно нарисованный, маленький ротик, нижняя губка немного припухлая, красивая белая шейка и персиковая кожа…

О, трепет ласк людских, как жалок твой удел,

Беспомощной любви бесплодная попытка.

Достичь слиянья душ в сплетенье наших тел…

(Ги де Мопассан)

Частенько такая красота многих людей сразу шокирует, ты стоишь, как вкопанный, и боишься лишний раз вздохнуть или пошевелиться, чтоб ненароком не спугнуть видение. Вот и Алекс долго смотрел на девушку сверху вниз, возвышаясь над ней, как гора. Пьянящий взгляд его черных глаз восхищенно блуждал по ее великолепной, словно выточенной из мрамора фигурке. Прелестная головка едва касалась его могучего плеча. Он смущенно улыбался своим порочным мыслям, и словно пожирал ее глазами, но при этом чувствовал себя каким-то не полноценным, потому что впервые в жизни не находил нужных слов, чтоб выразить свое восхищение.

Вот так они и стояли некоторое время, любуясь друг другом: он ее ослепительной красотой, а она его исполинским ростом. Впервые в жизни Алекс чувствовал себя не в своей тарелке, опасаясь, лишний раз раскрыть рот, чтоб не сморозить какую-нибудь глупость, но девушка быстро привела его в чувство.

– Пошли уже. Нам пора, – равнодушно сказала она, совершенно не обращая внимания на его глупое смущение. – Главное солнце встает, а тень улитки быстро убегает. Нам надо спрятаться в черном лесу пока второе солнце не поднялось, – спокойно повернулась и пошла в лес.

Совершенно не понимая, о чем идет речь, Алекс только сейчас заметил, что начало светать. Он продолжал глупо улыбаться, как вдруг нечаянно глянул на горизонт, и улыбка тут же начала медленно сползать с лица: на небе происходило невероятное чудо. На утренний бирюзовый небосклон из-за линии горизонта медленно поднимался раскаленный диск солнца. Языки пламени, словно огненные змеи, вырывались наружу. Казалось, еще чуть-чуть и само солнце разорвется на тысячи раскаленных обломков и спалит всю землю.

Это огромное огненное светило, еще не успело подняться до верхушки улитки, но уже задержалось на мгновение, словно чего-то ожидая. И вот со стороны леса, который находился справа, показалось еще одно солнце. Только это было не огненное светило, а какое-то полупрозрачное и поэтому почти не заметное.

Солнечные диски начали быстро сближаться друг с другом. Прошло, наверно, всего несколько секунд, и они столкнулись, словно шары в бильярде. Наверно, этот оглушающий взрыв прозвучал на весь мир, а далекое эхо разнесло повсюду его ужасающий рев. Земля задрожала так, словно кто-то специально тряс ее, пытаясь просеять сквозь огромное сито все нужное и не нужное. Земля не просто уходила, а можно сказать, убегала из-под ног.

Ударная волна подняла Алекса вверх и с невероятной силой бросила об асфальтированную дорогу, которая находилась в паре метров от пустыни, и душа тут же выскочила из него. Но до конца он еще не осознал, что уже мертв, поэтому ясно увидел себя со стороны: загорелое мускулистое тело лежало распластанной бесформенной кучкой, с торчащими повсюду оголившимися костями, а вокруг него медленно разливались алые струйки крови. От такой «красочной» картинки даже немного замутило, а когда посмотрел в другую сторону, то увидел, что два абсолютно целых солнца давно разлетелись в разные стороны. Второе же солнце, что было над лесом, уже не было прозрачным, а стало темно-розовым.

Секунду спустя все вокруг успокоилось, и Алекс увидел, как из леса вышла его златовласка в окружении черных теней, немного похожих на людей. Они стояли возле его тела и долго о чем-то разговаривали. Он попробовал подойти ближе, чтоб хорошенько расслышать.

– Ну как? – спросила девушка у черной тени. – Вы сможете помочь?

– Мы постараемся, госпожа, – ответила одна тень. – Только это займет много времени. Надеюсь, к ночи управимся.

– Хорошо. Я соберу вечерний урожай и принесу в лес.

Черные тени подняли изуродованное тело Алекса и осторожно понесли в лес. Девушка подошла к кровавому пятну, раздавила в руке что-то золотистое и полила это место. Вся кровь почти мгновенно собралась в красный шар. Красавица аккуратно подняла его и тоже пошла в лес. Только она скрылась за деревьями, как буквально через секунду юноша почувствовал приближения холода. Непроглядный черный мрак окружил со всех сторон, и сейчас же унес в свою безмолвную пучину.

Глава 5.

В ночном небе ярко мерцали звезды, словно манили за собой во вселенную, а невероятно огромных размеров луна висела так низко, будто это была не луна, а большое белое яблоко, и ее холодный свет освещал все вокруг. Темно-синий бархат неба был словно утыкан звездами, из-за чего казалось, что оно висит прямо над головой, только протяни руку и дотронешься.

Прибрежные волны бились о берег и убегали обратно, словно играючи догоняли друг друга. Легкий ветерок играл листвой фруктовых деревьев, растущих недалеко от берега, и их запахи наполняли воздух чудесными ароматами. За дивным садом плотной стеной стоял лес, но деревья, которые в нем росли, никогда не знали солнечных лучей. Внутри леса всегда было темно, поэтому пушистая шелковая трава стелилась плотным зеленым ковром только вдоль берега, а мягкий желтый песок серебрился и в лунном и в солнечном свете.

И именно здесь, в этом живописном сказочном месте, на этой густой шелковистой траве Алекс пришел в себя и с трудом открыл глаза. Все тело изнывало от неудобного положения. Он кое-как поднялся, размял затекшие мышцы и удивленно огляделся вокруг.

– Где это я? – просипел юноша и потер онемевшую шею.

Последнее, что вспомнил, это оглушающий взрыв. Значит, он умер и попал в рай? Нет, не может быть, для рая все слишком реально. Алекс сильно ущипнул себя за руку и почувствовал боль. Значит, живой? Да разве такое возможно? Хотя… все кости целы, нигде не болит, и синяков совсем нет, а ведь должно быть все наоборот. Чудеса!

Он медленно подошел к воде, чтоб умыться и окончательно прогнать это наваждение. После чего решил спокойно прогуляться вдоль берега, и как следует осмотреть местные достопримечательности, и по возможности выяснить: куда же он все-таки попал?

Где-то вдалеке послышались какие-то странные звуки: то ли рычание зверя, то ли чье-то шипение. Алекс даже внимания на них не обратил, а спокойно подошел к воде с желанием поплавать, как вдруг она сильно забурлила и начала заползать на сушу, быстро затапливая берег. Юноша не на шутку испугался и побежал к деревьям, которые росли неподалеку.

Песчаная коса была небольшая: всего метров десять-двенадцать шириной. Но все, то время, что парень бежал, вода неотступно следовала за ним, а когда дошла до травы, почему-то резко остановилась, и дальше не двигалась.

Алекс добежал до ближайшего дерева и от страха быстро залез на него, а потом обернулся назад. Вода застыла возле травы и не шевелилась, словно на мгновенье задумалась в немом ожидании какого-то действия. Через некоторое время со стороны реки поднялся страшный вой, оглашая всю округу ужасным ревом, но потом все стихло и успокоилось, и снова наступила блаженная тишина.

Вода постояла еще немного и быстро отступила обратно. Прошло еще немного времени, прежде чем сердце Алекса успокоилось. Он решил больше не рисковать, а просто сидеть на дереве, пусть не очень удобное, зато надежное место, где можно дождаться рассвета. Переживая свой страх, ненадолго задумался: почему все время кажется, что это с ним уже было?

Прошло еще немного времени и появились первые предрассветные сумерки, а все ночные тени растворились в утренней дымке. На рассвете все оказалось не таким уж и страшным. Густо зеленая трава переливалась капельками хрустальной росы, а прозрачно-голубые волны шуршали прибрежными камешками. И то, что в ночи казалось морем, было всего лишь широкой рекой, вдалеке которой виднелась лишь тонкая полоска берега.

Недалеко от того места, где находился Алекс, лежал огромный серый камень, вросший в землю и на нем кто-то сидел. Он осторожно спрыгнул с дерева, и тихими шагами подошел ближе, чтоб хорошенько рассмотреть. На камне, склонив голову, сидела вчерашняя знакомая девушка-синеглазка. Она печально вздыхала и грустным взглядом смотрела на убегающие волны. Шикарные волосы обвивали все ее тело и в предрассветной дымке сверкали золотыми искрами. От этого невероятного блеска все вокруг переливалось разноцветными огнями.

Еще никогда в жизни Алексу не приходилось видеть более потрясающей картины, сейчас же захотелось прикоснуться к этому необыкновенному чуду. Он осторожно протянул руку и только слегка провел по золотым волосам красавицы, но она неожиданно вскрикнула, словно от удара, резко отпрянула от него и прыгнула в воду. Громкая плюха окатила Алекса холодными брызгами, и огромный рыбий хвост исчез в глубине.

– Русалка! – прошептал он, оторопев от неожиданности.

От страшной догадки никак не мог прийти в себя, и задумчиво вытирал руками мокрое лицо. Разве такой фантастический сон, который он видел всего несколько месяцев назад, может стать реальностью?…

Сколько еще прошло времени, неизвестно, но солнце уже показалось из-за деревьев, а Алекс по-прежнему стоял возле камня и стеклянным взглядом смотрел в одну точку. Он схватился руками за голову и тщетно пытался сбросить с себя это страшное наваждение. Если тот кошмарный сон воплотился в реальность, то впереди ожидают множество испытаний на прочность.

Отрешенным взглядом юноша осмотрел берег и тихонько прошелся по песку туда и обратно. На противоположном берегу появилось какое-то странное движение: что-то большое и зеленое медленно перемещалось с места на место. То ли это высокая трава колышется от налетевшего ветра, то ли что-то еще. Теперь это было неважно, и так ясно, что там кто-то есть.

Глава 6.

И вот когда солнце поднялось еще чуточку выше, вся река засветилась, заиграла разноцветными огнями. Где росли деревья, тоже показалось какое-то странное свечение, чей необычный яркий свет озарял все вокруг. Алекс с удивлением оглянулся назад, чтобы узнать происхождение света. Подошел ближе к деревьям и не мог поверить собственным глазам – это серебром и золотом переливались удивительные плоды: на самых, казалось, обычных ветках деревьев росли… золотые и серебряные кубики и пирамидки.

– Не может быть, – прошептал Алекс осипшим голосом и пощупал «живые» сокровища. – Здесь серебро и золото растет на деревьях? Чудеса!

Пока открыв рот, парень смотрел на сокровища, вокруг образовался такой сильный аромат, словно он оказался в удушающем коконе, и почти мгновенно потеряв сознание, рухнул в траву.

– Не спи, не спи, – кто-то держал Алекса за плечи и пытался разбудить. – Давай же, просыпайся!

Сладкий волшебный сон звал в мир грез и уносил свою «жертву» в самые дальние уголки бесконечного лабиринта. Но голос извне настойчиво добивался ответа, пытаясь вырвать из цепких лапок заблудшую душу. И когда волшебный сон лишь на мгновение ослабил хватку, Алексу с большим трудом удалось разлепить отяжелевшие веки.

– Не спи! – кричал кто-то в самое ухо. – Сколько ты съел? Говори же: сколько ты съел?!

– Да… не тряси… ты меня, – отвечал он, еле ворочая языком. – Ничего я… не ел. Отстань… от меня.

– Это точно? Ты уверен? – он лишь с трудом кивнул. – Значит, просто обнюхался. Это уже лучше. Сколько пальцев?

– Шесть, – промямлил он, хотя показали всего три.

– Все ясно. Подожди меня. Только не спи, я сейчас.

Сквозь полудрему Алекс увидел фигуру, которая подошла к деревьям, а потом снова приблизилась к нему, присела рядом и что-то сунула прямо под нос. Он резко дернулся, словно получил хороший удар тока, и сладкий сон мгновенно улетучился.

– Ой! – закашлялся юноша. – Что за гадость? Я думал, сейчас мозги выскочат.

И уже почти ясным взором посмотрел на фигуру. Это была та самая синеглазая девушка-русалка, она сидела рядом и мило улыбалась. Когда заметила растерянный вид юноши, звонко рассмеялась.

– Какой ты глупый, – сказала она. – Это всего лишь листья купидии, их сок снимает галлюцинации.

– Листья – чего? – не понял Алекс, продолжая откашливаться.

– Листья купидии, – она показала на деревья с растущими «драгоценностями». – Ее плоды можно есть только в одном случае: если находишься между жизнью и смертью. Тогда и мертвеца можно на ноги поднять, а вот здоровым людям ни в коем случае есть нельзя: сначала будут галлюцинации, а потом наступает смерть. В этом случае даже листья не помогут, так что лучше не рисковать.

– Значит, – вдруг осенило юношу, – ты спасла мне жизнь?

– Хм. Может быть, – произнесла она задумчиво. – Ведь ты был уже мертвый. Потом пришлось ждать, когда второе солнце опустится за горизонт и плоды купидии наберут полную силу. Наши деревья – это наше богатство. У них есть необычное свойство: они исчезают по ночам, оставляя лишь аромат, а днем снова появляются и сверкают на солнце, и этот свет виден издалека.

– Как же называется ваша страна? – спросил Алекс с восхищением.

– Три Солнца.

– Ого! Но, я видел только два. Значит, есть еще одно солнце?

– Да, но только чтобы увидеть третье солнце, придется преодолеть реку, – она пристально взглянула парню в глаза. – Но одной мне не справиться.

– Ты можешь рассчитывать на меня… Но для начала хотелось бы узнать твое имя. Меня зовут Алекс. А тебя?

– Миллисента, – девушка даже немного растерялась.

– Миллисента? – удивился юноша. – Какое интересное имя. Как у принцессы.

– Возможно, – прошептала она. – Что дальше?

– Дальше посложнее: надо сделать лодку. Только где взять инструменты?

– Это не сложно, – вздохнула она с облегчением. – Лодка находится в черном лесу. Пойдем со мной.

Миллисента взяла Алекса за руку и повела в лес. Только они прошли сквозь деревья купидий, и даже не успели сделать пару лишних шагов, как тут же были окутаны черной мглой, которая наступала со всех сторон, точно саван и лишала всякой возможности рассмотреть дорогу.

Алекс сильно зажмурился и снова открыл глаза, но тьма не отступила. Сразу же вспомнилась народная поговорка: «Темно, хоть глаз выколи». И действительно, зачем сейчас нужны глаза, если он все равно ничего не видит. Но девушка крепко держала парня за руку и уверенно вела за собой куда-то вглубь леса. Приходилось идти на ощупь, вытянув свободную руку впереди себя. Видимо, Миллисента прекрасно знала дорогу, поэтому совершенно спокойно тащила его за собой. И как она могла видеть во тьме?

– Послушай, – не выдержал Алекс, нащупывая на лбу очередную шишку. – Почему в этом лесу непроглядная тьма? Ведь солнце уже в зените.

– В моей стране много сюрпризов, – спокойно ответила девушка.

Все время, пока они шли, Алекс то и дело бился о встречное дерево, приговаривая: «Ну, вот, очередной фонарь обеспечен. Представляю свою рожу, когда мы выйдем на свет». Миллисента в ответ лишь звонко хохотала и подбадривала его, чтобы он не унывал.

Когда же злополучная лодка нашлась, появилась другая проблема: как ее оттуда вытащить? Но и эту задачу девушка решила быстро. Алекс с большим трудом кое-как взвалил лодку на плечо, а она держалась за нее и показывала дорогу, постоянно притормаживая и указывая нужное направление.

– Кстати, – вдруг сказал Алекс, когда они уже почти вышли на свет. – Ты мне так и не ответила на вопрос.

– Какой еще вопрос? – удивилась девушка.

– Почему здесь такая темень?

– Ну, потому что это черный лес. Стоит зайти за первые деревья, как сейчас же от земли поднимается черный туман. Так что можно идти с закрытыми глазами.

– Значит, внутри леса деревьев вообще нет? Только туман?

– Нет. Просто те деревья, которые растут по краям и все макушки, выглядят как обычные, а вот внутри леса все деревья черные. Солнца здесь никогда не бывает, потому что черный туман не дает.

– Как интересно. Никогда не видел черных деревьев. И что, весь лес такой?

– Да, – сказала она печально и когда они вышли из тьмы на свет тяжело вздохнула. – Давай поставим лодку возле купидий. Здесь будет надежней и они ничего не увидят.

– Кто это – Они? – спросил Алекс и осторожно поставил свою ношу на землю, беззаботно встряхивая затекшие руки и расправляя уставшие плечи.

– Они – это гигантские крокодилы, которые живут на другой стороне реки. И если вдруг замечают какое-либо движение, поднимают шум и будят его.

– Кого это – Его? – уже с опаской прошептал юноша, в ужасе округлив глаза.

– Речного монстра, – сказала девушка так спокойно, словно об этом знают все вокруг. – Он живет в центре реки, а когда пробуждается от сна, выходит на поверхность. Разве этой ночью ты ничего не слышал? Наверняка ты ходил вдоль берега реки. Не так ли?

Когда Алекс вспомнил бурно проведенную ночку, лишь утвердительно кивнул. И как только представил, что еще хотел искупаться в этой «чудной» речушке, так по всему телу тут же побежали мурашки. Да и перспектива, быть съеденным, тоже как-то не очень понравилась.

– Сегодня заночуем здесь, – сказала Миллисента. – А на рассвете тронемся в путь. Надеюсь, к вечеру доберемся до поворота.

– А он далеко? – спросил Алекс предательски дрожащим голосом.

– Нет, – улыбнулась девушка его опасениям. – Но нас могут съесть.

Потом спокойно развернулась и пошла, готовить постель из сухих листьев. Алекс судорожно сглотнул слюну и посмотрел на другой берег. «Ну, спасибо, – подумал он. – Успокоила. Не думал, не гадал, да в ад попал. Что ж теперь делать? Не отказываться же, в самом деле? Что она обо мне подумает? Вот, скажет, расхвастался, а сам струсил. Ладно, как в народе говорится: утро вечера мудренее». Обреченно вздохнул, и пошел помогать Миллисенте, готовить постель.

Глава 7.

Солнце пошло на закат, а вся речная гладь, вдруг засверкала разноцветными огнями, переливаясь в сумеречном свете радужными искрами, точно россыпью драгоценных камней. А вот сады купидий наоборот, начали терять свой блеск и потихоньку исчезать. Но такое сказочное чудо было только на левой стороне реки, то есть там, где находились Алекс с Миллисентой. А вот другая, правая сторона, потемнела и помутнела еще больше, словно кто-то разделил добро и зло на две половины.

Алекс стоял на берегу и поражался всему этому великолепию, продолжая тешить себя надеждой о почти не сбыточном. Кто знает, может завтра весь этот кошмар закончится? И он, как ни в чем не бывало, снова проснется в своей постели, и будет сладко потягиваться на шелковых простынях?…

Предрассветная дымка, своей тончайшей паутиной опутала кроны деревьев, а легкий белый туман, как сытый барин, развалился над всей поверхностью реки. В утреннем небе еще виднелись далекие звезды, а красавица луна еще играла в прятки с облаками.

Алекс лежал на постели из сухих листьев и сладко посапывал во сне. Миллисента проснулась еще до рассвета, присела рядом и спокойно наблюдала за этим сильным и красивым человеком. Какой он все-таки странный этот юноша, когда они были в черном лесу, так старался ее развеселить. А может просто не хотел показать свой страх? Хотя, опасность действительно существовала.

Ах! Если у них получится пройти реку, тогда появится, хоть маленькая надежда на спасение. Ведь не напрасно же она еще до заката собрала вечерний урожай купидий. Вдруг они пригодятся им в дороге.

– Алекс, вставай, – она нежно потрепала парня по щеке. – Нам пора.

– Хм, – он сладко потянулся. – Миллисента, еще рано.

Юноша открыл заспанные глаза, лениво протянул руку и погладил пышные волосы красавицы, а потом чему-то усмехнулся и в глазах зажегся давно забытый огонек страсти. Загадочно посмотрел на красотку и, по давно выработанной дурной привычке, не сдержался, наклонил ее голову к себе и со всей страстью и нежностью крепко поцеловал в губы. Видимо, девушка не поняла, что происходит и поэтому не сопротивлялась, что придало парню большей уверенности в своих действиях. Неожиданно он прижал ее к себе и начал ласкать это тело богини, быстро возбуждаясь от вожделения.

О, как же мы резки бываем иногда,

И трепета души совсем не замечаем.

Хотя и понимаем поздно, впрочем, как всегда:

То было счастье, что в пути встречаем!

– Что ты делаешь? – вдруг спросила девушка, чем привела разгоряченного парня в чувство. – Ты пытаешься меня съесть?

– Ха-ха-ха, – рассмеялся Алекс. – Ты что, никогда не целовалась?

Девушка с немым удивлением и смущением отрицательно покачала головой, хотя сама не поняла, почему ей это так понравилось? Юноше вдруг стало невыносимо стыдно за свои действия, и он даже слегка покраснел. «Что это со мной? – подумал он, потрясенный ее наивностью. – Неужели снова влюбился? Нет, не может быть. Это я-то, который вертел женщинами, как хотел, и бросал их, даже не задумываясь? Это они бегали за мной и признавались в любви. Я думал, что мое сердце уже навсегда покрылось ледяным панцирем и больше никто и никогда не сможет зажечь в нем искру любви. И вдруг на тебе… Ах! Ассоль! Прости меня, но, кажется, я снова слышу этот предательский зов, это сладкое томление. А может, мне просто показалось, что оно снова бьется?…»

– О чем ты думаешь? – спросила Миллисента.

– Да, так, – смутился юноша. – Ни о чем.

– Ну, тогда вставай. Нам надо подкрепиться и отправляться в путь. Солнце уже показалось. Значит, сейчас появятся купидии, и мы поедим.

И действительно, только она это произнесла, как первый луч лишь робко коснулся травы, и сразу же начали появляться волшебные деревья. Сначала замерцали, словно пугливо озираясь по сторонам, а потом ярко вспыхнули, точно в кромешной тьме резко включились все лампочки. От такой неожиданности Алекс даже зажмурился и долго хлопал глазами, пока не привык к свету, а Миллисента спокойно подошла к деревьям и ободрала с них кору.

– Вот, – сказала она, протягивая небольшой кусочек. – Держи. Это тебя взбодрит и прибавит сил.

– Ну, я же не кролик, – сказал Алекс, брезгливо сморщив нос. – Как ты можешь это есть?

– Ты сначала попробуй, – и она с удовольствием начала жевать хрустящую кору. – Это единственное, что можно есть с купидий и не опасаться за свою жизнь. Да и на вкус это не то, что кажется.

– Ну, раз ты так уверена.

И откусив маленький кусочек, чтоб никого не обидеть, медленно прожевал. Да это же настоящий хлебный сухарь! Алекс сразу почувствовал невероятный прилив сил и бодрость во всем теле. Такого поразительного эффекта он еще никогда в жизни не испытывал. Теперь и море по колено.

– Ну, как? – спросила девушка.

– Это нечто невероятное! – восхитился юноша. – Я ничего подобного в жизни не ел. Теперь можно и целые горы свернуть.

– Ха-ха. Ну, горы не надо, а вот реку придется. Тащи пока лодку к воде, а я сейчас весло принесу.

Миллисента ненадолго скрылась в зарослях и снова появилась с длинным веслом, у которого было две лопасти, так что можно грести и справа и слева. Они сразу сели в лодку и отправились в опасное путешествие. И уже очень скоро набрали хорошую скорость. Сначала Алекс совсем уж было расслабился, быстро загребая воду легким веслом, но не успели они пройти и сотни метров, как вода под ними сильно забурлила, и лодку медленно потянуло вправо.

Как только началось движение на левой стороне, весь соседний берег тут же оживился. Крокодилы быстро заползали в реку и мутили воду, поднимая со дна донный ил. Правая половина реки тут же замутилась и начала смешиваться с чистой, то есть левой половиной. Неожиданно со дна реки раздался страшный вой. В ее центре начинался маленький и почти незаметный водоворот, а потом вдруг быстро превратился в огромную засасывающую яму.

Алекс упорно работал веслом и уже почти выбился из сил. Соленый пот катился градом по лицу и слепил глаза, а лодка точно привязанная стояла на месте и совершенно не двигалась. Тогда Миллисента немного приподнялась и стала бросать по одной купидии в центр водоворота.

– Ты что? – закричал Алекс, стараясь перекричать шум. – Пытаешься кого-то убить этими фруктами? Это не поможет.

– Я просто хочу его накормить, – закричала девушка, – чтобы немного ослабить хватку.

И действительно, через несколько секунд лодка сдвинулась с мертвой точки и медленно пошла вперед, постепенно набирая ход. Хотя сил почти не оставалось, Алекс облегченно вздохнул и прибавил скорость.

Вот впереди уже показался поворот, рядом с которым почти под прямым углом половина реки резко уходила куда-то вправо и пряталась в черных зарослях, а вторая, по которой они шли, падала куда-то вниз, наверно, там был водопад.

– Бери влево! – крикнула Миллисента. – Впереди водопад!

Он и сам это уже понял и из последних сил пытался повернуть лодку к левому берегу. А за спиной продолжала выть бесконечная оглушающая сирена и совсем не давала расслабиться даже на секунду. Этот дикий вой не прекращался ни на минуту, все больше и больше нагнетая и без того не простую обстановку.

– Идиот, – бормотал Алекс, выбиваясь из сил. – Летал на «птице», а надо было идти на греблю. Если выберусь, так и сделаю.

До поворота оставались считанные метры, а вот сил уже совсем не хватало. Остановиться сейчас, на достигнутом, будет просто не простительной глупостью. Конечно, если бы не этот кровожадный монстр под водой, который как магнитом тянул лодку вправо, можно было бы спокойно и не торопясь за полчаса доплыть до места, а они потратили целую кучу времени. И пока неизвестно, сколько им еще потребуется, чтобы пройти эти злосчастные оставшиеся метры.

Прямо возле водопада находилась отвесная скала, а ее почти ровная стена уходила далеко вверх и терялась из виду. Прямо возле нее, не высоко от берега был широкий выступ, наподобие ступени, а сразу под ним небольшая расщелина. Алекс из последних сил направил лодку к выступу, надеясь хоть на маленькое чудо.

Когда же они почти добрались до берега, лодка снова пошла задом. Юноша перестал надеяться на чудо и просто постарался снова прибавил скорость. Лодку сильно потянуло назад, а потом вдруг резкий толчок вперед и она с размаху врезалась прямо в расщелину. Ею словно выстрелили, как стрелой из лука. И наши горе путешественники со скоростью звука шмякнулись на выступ.

Глава 8.

Ночное небо опять покрылось звездной пылью, а луна медленно вышла из-за облаков, наверно решив еще раз «прогуляться» по округе. На левом берегу не было никакого постороннего движения, все вокруг словно вымерло. Кругом стояла звенящая тишина. Неожиданно возле водопада показалось какое-то легкое движение. Странная тень медленно подплыла к выступу, на котором по-прежнему лежали двое молодых людей и не шевелились. Почти разбитая лодка, которая до сих пор торчала в расщелине, слегка нагнулась, и что-то маленькое и блестящее упало на ее дно. А таинственная тень снова скрылась под водой и ушла в глубину.

И вот снова начался новый рассвет. Первые лучи солнца смело выглянули из-за деревьев, пробуждая природу к новому дню. Утренний ветерок зашуршал в траве и освежил ночной воздух, а зеркальный водопад зашумел с новой силой, призывая все живое проснуться и скинуть оковы вечного сна.

Наконец, молодой человек, лежащий на каменном выступе, зашевелился и открыл глаза. Попытался встать, но тело совсем не слушалось и казалось приклеенным к скале, да и голова кружилась при малейшем движении. Когда он с трудом посмотрел в сторону, то увидел прекрасную девушку лежащую рядом. Ее золотистые волосы слега растрепались, легкий ветерок обдувал красивое лицо, а стеклянные синие глаза смотрели в пустоту.

– Милли, – прошептал Алекс дрожащим голосом.

С нечеловеческой силой воли юноша немного поднял трясущуюся руку и прикоснулся к ней, но ответа не дождался: девушка была мертва. Хрустальные струйки слез тут же потекли из его глаз. В надежде разбудить любимую, лишь все время звал и повторял ее имя. Уже второй раз в жизни Алекс позволил себе «расслабиться» и слезы бесконечной рекой снова омывали наболевшую душу. Только сейчас, когда ее больше нет, он вдруг ясно осознал, что сильно полюбил эту девушку: ее звонкий смех, ее чудные волосы, ее синие, как море, глаза. Еще вчера она так весело смеялась, когда он бился головой о каждое дерево в черном лесу, а уже сегодня…

Стоп! Ну, какой же он все-таки болван! И как можно было забыть про купидии? Ведь плоды этих чудо деревьев мертвецов на ноги поднимают, сама Миллисента об этом говорила. Необходимо немедленно их достать. Надо сейчас же вернуться обратно и спасти любимую.

Напрягаясь всем телом, Алекс кое-как повернулся на правый бок. И прямо под собой увидел лодку, нос которой попал в щель, и только поэтому она до сих пор висела не высоко от водопада. Оставалось всего лишь вырвать ее из каменных тисков. Но как Алекс ни напрягался, стараясь не замечать страшной боли во всем теле, лодка даже не шелохнулась. Слезы отчаянья потекли ручьем. Тогда осторожно перевернулся на живот и попытался еще раз, и вдруг увидел какой-то блеск на дне лодки. Радости не было предела: это были «священные» плоды, неизвестно каким чудом уцелевшие. Теперь надо только руку протянуть и взять их.

Юноша медленно подполз к самому краю, вытянул трясущуюся руку и двумя пальцами осторожно зацепил золотой кубик. Опасаясь выронить это сокровище, чуть подтянул к себе и слегка зажал в кулаке. Хотел было перевернуться, но плод тут же лопнул, и сок начал тихонько вытекать. В отчаянье поднес руку к губам, и сок поневоле попал в рот. Судорожно сглотнув, сразу почувствовал на языке необычный медово-ягодный привкус. Острая боль мгновенно притупилась, а голова стала лучше соображать. Тогда постарался съесть все без остатка и даже руку облизал. Прошли какие-то доли секунды и парень почувствовал здоровый прилив сил, руки и ноги снова задвигались, и уже можно было спокойно встать и осмотреться.

Алекс тщательно обследовал лодку и нашел еще один плод: золотую пирамидку. Осторожно нагнулся и вытащил ее, а потом аккуратно приподнял голову Миллисенте и легким нажатием начал по капле вливать волшебный нектар в приоткрытый ротик любимой. Едва сок коснулся ее язычка, как тут же по всему телу пробежала судорога, словно возвращая жизнь обратно. И уже через минуту дрогнули длинные густые ресницы, а в глазах «проснулся» синий огонек. Она сделала глубокий вдох и туманным взором долго смотрела в никуда.

– Милли, дорогая, – шептал Алекс, целуя ее лицо и нежно прижимая к себе. – Я думал, что больше никогда тебя не увижу.

– Мы живы? – спросила девушка чуть слышно.

– Да, любимая. Если б ты не взяла эти волшебные плоды, мы бы погибли. Какое счастье, что у вас есть такие чудесные деревья.

– Но я вроде все потратила, – неуверенно прошептала она и задумалась.

– Всего пара штук забилась под сиденье.

Алекс с улыбкой посмотрел в эти бездонные синие глаза, и волна сильного возбуждения пробежала по телу. Страстно прижимаясь к красавице, начал нежно целовать ее губы, шею, грудь… Но вдруг резко очнулся и сказал себе: «Стоп! Что я делаю? Ведь я ее люблю».

– Прости, – прошептал юноша, с трудом отрываясь от великолепного тела. – Не знаю, что на меня нашло… Так, – сказал он, немного успокоившись. – Что теперь делать? Куда идти?

– Здесь есть потайной ход, – как-то отрешенно ответила Миллисента, но Алекс, окончательно потерявший голову от любви, этого даже не заметил. – Надо забраться наверх, но действовать очень осторожно: один неверный шаг и сорвешься в пропасть.

Прямо над самым водопадом, почти в вертикальной скале, были еле заметные углубления. Надо было плотно прижиматься к стене, чтобы забраться на вершину. Но стоит хоть чуточку расслабиться, тут же полетишь вниз, а зацепиться будет не за что. Алекс все внимательно осмотрел и уже поставил ногу на ступень в скале, но Миллисента его остановила.

– Постой, – сказала она. – Я пойду первой и буду показывать дорогу. Если сорвусь, продолжай путь один. Значит, мне не судьба уйти отсюда.

– Ты что?!– воскликнул Алекс и прижал ее к себе. – Я тебя не брошу! Если понадобится, прыгну за тобой.

– Ты с ума сошел? – удивилась девушка. – Ты же разобьешься!

– А зачем мне такая жизнь, в которой не будет тебя? – он со всей нежностью прижал к себе девушку и поцеловал. – Я люблю тебя, Миллисента. Теперь даже смерть не сможет нас разлучить. Если так суждено, прыгнем вместе.

Они постояли еще немного, собираясь с духом, и начали свой опасный путь. Миллисента поставила одну ногу в углубление, ухватилась покрепче рукой, и плотно прижимаясь к стене, начала медленно ползти вверх. Алекс старался идти след в след. Сначала не уверенно, а потом приловчился, и скоро у него уже неплохо получалось. Но когда решил немного расслабить затекшие мышцы, рука тут же соскользнула вниз, и лишь в последнюю секунду смог удержаться на скале. Сердце бешено заколотилось от страха, но потом немного успокоился, отдохнул и медленно полез вверх за любимой.

Глава 9.

Дорога к вершине казалась бесконечно длинной: было такое чувство, что она вообще никогда не закончится. И все же к вечеру они преодолели ее. И хотя наверху лежал снег, холода почему-то совсем не ощущалось. В лунном свете вся вершина переливалась обильной россыпью серебра, а сам снег светился голубым светом.

Разгоряченные, уставшие и обессилившие, друзья рухнули прямо в снег и, казалось, что уже никакая сила в мире не заставит их подняться. Они долго лежали, прижимаясь, друг к другу, и их сердца бешено колотились от усталости и радости победы.

Здесь, на этой белоснежно-голубой вершине, и небо было ниже и звезды ярче, а огромный шар луны освещал все вокруг и, отражая звездный свет, серебрил снежный покров, и больше уже ничего не нарушало тишину ночи.

– Интересно, – сказал Алекс, пытаясь восстановить дыхание. – Мне кажется или у вас проблема со временем? Дни и ночи так быстро мелькают, что я никак не могу за ними уследить. Сколько часов в ваших сутках?

– Да везде по-разному, – тяжело дыша, ответила Миллисента. – Иногда день и ночь так быстро меняют друг друга, что даже не успеваешь сосредоточиться.

И вдруг в этой звенящей ночной тишине, прозвучал оглушающий взрыв. Поднялся страшный гул: все загрохотало и заревело, затрещали деревья, зашумела река. В самом ее центре все вздулось, как мыльный пузырь и поднялось вверх, рвануло, что было сил, и разверзлась бездна, а из самой ее глубины появилось страшное чудовище. С головы и до самого кончика хвоста торчали огромные шипы, которые шли в три ряда, а золотая чешуя, словно броня рыцаря, покрывала все его тело. Монстр громко рычал и ревел, а из пасти вырывалось пламя. Разгорелся страшный пожар. Огонь сжигал все на своем пути. Скоро запахло паленым, и воздух наполнился невыносимым смрадом, а пара перепуганных влюбленных крепко прижималась, друг к другу и с неподдельным страхом наблюдала с вершины горы за всем происходящим.

Когда этот огромный монстр неуклюже вылез на берег и пламя, вырвавшееся из его пасти, достигло деревьев, начался еще больший пожар, который охватил весь черный лес. Следом за монстром на берег выползли невероятно длиннющие крокодилы, наверно, метров шесть-семь в длину, если не больше. Алекс даже шею вытянул, чтоб убедиться в этом. Таких огромных ящеров он только в музеях и видел да еще на картинках, но в реальности, ни разу. Эти хладнокровные рептилии, словно свита короля, закрыли своими телами весь левый берег реки. Они словно войско окружили своего хозяина, и пошли в атаку на лес. Черный туман почти скрывал их из виду, но огромные фонтаны пламени иногда вырывались наружу и показывали всем любопытным, где в данный момент идет жестокое сражение.

Чудовище бушевало всю ночь и лишь перед рассветом немного успокоилось. Оставив за собой полнейший разгром, монстр спокойно вернулся в свою подводную стихию. Еще недавно цветущий левый берег реки сейчас был весь завален черными деревьями, которые уже почти догорели, и только струйки черного дыма тянулись к утреннему небу. Рядом с лесом, да и в самой реке виднелись обгоревшие трупы несчастных крокодилов, а уцелевшие из них переплывали на правый берег и быстро зарывались в песок. Да и сама река уже не была разделена на две половины, а так и оставалась единой мутной и грязной рекой. И вся вчерашняя красота левого берега превратилась в сплошной безумный хаос.

– Какой ужас, – прошептал Алекс и крепче прижал к себе Миллисенту. – Это просто какая-то Река Страха. Я даже и предположить не мог, что в вашей «милой» речушке живет настоящее чудовище? Неужели еще вчера все было по-другому?

– Да. Река Страха, – тихо повторила девушка и задумчиво посмотрела вниз. – Ну, ничего, – она попыталась успокоить парня, похлопала его по руке и показала куда-то в сторону. – Смотри, уже скоро начнется рассвет. Сейчас взойдут три солнца. И, кто знает, может быть, сегодняшний погром исчезнет к следующему утру?

– Как так? – удивился юноша, и уже через секунду перед ними явилась невероятно сказочная картина.

В утреннем голубом небе перед ними во всей красе возник тройной рассвет: ярко-красный, темно-розовый и бледно-розовый. Это было необыкновенное чудо: все три солнца показались из-за горизонта и начали медленно подниматься вверх, постепенно приближаясь, друг к другу. Расстояние между первым и вторым сближалось быстрее. И хотя дисков было три, лишь только один из них был ярко-красный, а два других были полупрозрачные, и поэтому почти не заметные сразу.

Все произошло, как и в первый раз: два солнца столкнулись вместе и взорвались, но при этом одно бледное окрасилось в темно-розовый цвет, да и дрожь земли от взрыва на вершине совсем не ощущалась. Диски разлетелись в разные стороны, а темно-розовое солнце уже столкнулось со вторым полупрозрачным. Опять произошел взрыв, но третье окрасилось лишь в ярко-белый цвет и тоже отлетело от второго в сторону. И теперь все три солнца застыли в небе, и каждое из них было на своем месте. Они освещали все вокруг, и каждое по-своему, словно это была не одна страна, а три, где у всех было свое, собственное солнце.

Река тоже успокоилась, но сейчас она выглядела, как обычная мутная речка и, протекая единым руслом, делала крутой поворот вправо и убегала в черные заросли. А вот водопада уже не было, оголившиеся камни и многочисленные пороги убегали куда-то далеко вниз. Да и черный лес сильно пострадал, почти половина его сгорела, но зато волшебный сад купидий снова стоял на прежнем месте. Если б не его «привычка» исчезать после заката, и он бы сгорел.

– Смотри, – обрадовалась Миллисента и захлопала в ладоши, – купидии не пострадали. Значит, все потихоньку возродится вновь.

– Разве такое возможно? – Алекс удивленно поднял брови.

– В нашей стране все возможно. Где-то ближе к вечеру, на закате солнца, когда купидии наберут самую полную силу, их плоды начнут лопаться и золотые струйки потекут на все обгорелые места леса, а серебряные – в реку, и тогда все, что погибло, снова оживет.

– Хм. Интересно. А почему в реку текут именно серебряные струйки, а не золотые?

– Потому что главное солнце находиться за черным лесом – это оно дает жизнь всем жителям нашей страны и делится своим теплом с двумя другими светилами. Если не будет главного солнца, наша страна и все, кто в ней живет, погибнут.

– А то, что оно каждый раз взрывается разве не опасно?

– Оно всегда взрывается, чтоб зажечь два других. Но у главного солнца есть еще одна особенность: оно всегда встает и садится на востоке. Если вдруг оно сядет на западе, случится катастрофа. Наверно поэтому наша страна так и называется: Три Солнца… Ну, ладно. Надо идти. Ведь ты сам сказал, что у нас проблема со временем. Думаю, к вечеру успеем в долину.

– Невероятно, – протянул Алекс и впервые задумался о реальной катастрофе, а когда услышал последнее слово, спросил: – В долину? И что, у вас там тоже монстры живут?

– Нет. Но, знаешь, – Миллисента взяла Алекса за руку и долго смотрела ему в глаза, а потом печально вздохнула и, словно на что-то решившись, добавила: – Этот путь считается самым опасным, потому что его еще никто не прошел. Ты должен запомнить одно очень важное правило: «Не потеряй себя, чтоб не забыть меня, а забудешь себя, потеряешь меня».

– И что это значит? Мы там погибнем?

– Ты можешь погибнуть. Именно поэтому тебе придется запомнить мои слова, – и она впервые сама поцеловала его, потом снова обреченно вздохнула и стала медленно спускаться вниз.

Алекс не ожидал, что эта гордая красавица сама его поцелует, поэтому в первый момент немного растерялся и даже онемел от неожиданности. Еще немного постоял, хорошенько поразмыслил над ее странным правилом, чему-то загадочно улыбнулся и пошел следом.

Глава 10.

Белое солнце быстро садилось за горизонт, а прощальные лучи освещали всю зеленую долину. Здесь было просто сказочное великолепие: все деревья стояли в цвету, а сладкий аромат миллионов цветов, висел в воздухе воздушным шлейфом. Сочная зеленая трава стелилась плотным ковром, а легкий ветерок шелестел молодой листвой деревьев. Всюду слышались трели разновидных птиц, а разноцветные бабочки порхали с цветка на цветок. Это была настоящая сказочная красота, радующая глаз и приносящая умиротворение.

За цветущими садами виднелась небольшая деревушка с похожими один на другой крохотными домиками. Возле одного из них собралась большая толпа маленьких человечков, у которых и глаза и волосы переливались настоящим золотом. Один маленький оратор залез на большую бочку и, жестикулируя крохотными ручками, что-то увлеченно рассказывал.

– Ничего себе, – сказал Алекс, открыв рот от изумления. – Золотые человечки?! – и судорожно сглотнув, добавил: – Невероятно… И как же называется это чудное местечко?

– Это «чудное местечко» называется: «Долина Золотых Карликов», – и Миллисента внимательно посмотрела на него, а потом сказала: – Видишь тех малышей? Это и есть карлики.

– Так что? Они действительно золотые?

– Не совсем. Скоро ты сам все узнаешь, – она еще раз печально взглянула на парня и, уже окончательно собравшись с духом, пригласила идти дальше.

Они подошли еще ближе, но толпа так внимательно слушала своего оратора, что ничего не заметила и даже внимания не обратила на чужаков. Все карлики стояли, разинув рты, и заворожено слушали своего любимца.

– Я, – говорил в это время человечек писклявым голосом, – самый умный и самый красивый. Именно поэтому Я самый главный в нашей долине. Я первый поселился здесь и научился всему. Это Я нашел золото, а вам указал дорогу к нему. Теперь и вы стали богатые. Только благодаря Мне мы всегда будем сытыми и богатыми. И зачем нам беспокоиться о других? А если кто-то еще захочет разбогатеть, то пусть приходит к нам, мы всем будем рады. Что на свете может быть дороже золота? Как вы думаете?

– Золото! Золото! Золото! – громко скандировала толпа и их глаза сверкали необычным золотым блеском.

– Любовь! – громко крикнула Миллисента и все тут же замолчали.

Маленький оратор обернулся на крик, и толпа удивленно уставилась на вновь прибывших незнакомцев. Их золотые глазки еще ярче засверкали в лучах заходящего солнца. Они все были в одинаковой одежде: белых штанишках и белых курточках, да и ростом не выше метра, и действительно напоминали детей. Единственное, в чем было различие – это длина волос.

– Приветствуем вас, люди! – крикнул оратор писклявым голоском и толпа тут же зааплодировала. – Мы долго ждали вас, и вот этот великий день настал. Да здравствуют наши новички! – завопил он, и толпа снова зааплодировала.

Миллисента хотела уйти и машинально взяла Алекса за руку, а он резко вырвался и с каким-то отвращением посмотрел на нее. Девушка взглянула на юношу и сразу ужаснулась увиденным: его черные глаза посветлели, и в их глубине уже появился золотой блеск. Ей даже в голову не приходило, что золотая лихорадка так быстро действует на людей. Подойдя ближе, она нежно погладила Алекса по щеке, пытаясь привести в чувство. Юноша смотрел в никуда стеклянным взглядом и не понимал, что происходит.

– Золото! Золото! Золото! – кричала в это время обезумевшая толпа.

– Алекс, – в страхе прошептала Миллисента. – Очнись, милый. Посмотри на меня.

– Милли? – словно какой-то гипнотический туман опутал все его тело и лишил силы воли. Он смотрел на возлюбленную потухшим взглядом и тщетно пытался осознать происходящее.

– Пойдем со мной, любимый, – она взяла его холодную руку, и потянула за собой. Парень стоял, как вкопанный и лишь слегка покачивался. Девушка не отступила, а с еще большей силой потащила за собой. Деревянной походкой он медленно пошел за ней, и чем дальше они уходили, тем быстрее проходил морок.

Толпа по-прежнему продолжала кричать, но влюбленные уже ничего и никого не слышали, а когда вышли на небольшую полянку, решили остановиться на ней и улеглись прямо в пушистой траве. Но потом еще долго любовались ночным небом, рассказывая друг другу разные истории: о далеких странах и городах, и о разных чудесах. И совсем не заметили, как уснули сладким безмятежным сном в нежных объятиях друг друга…

В солнечных утренних лучах трава сверкала бриллиантами росы, деревья благоухали цветочными ароматами, а первые бабочки и пчелы уже собирали пыльцу. Миллисента проснулась на рассвете и долго любовалась разнообразной красотой долины. Наконец, сладко потянулась, повернулась на другой бок, и уже хотела пожелать любимому доброго утра, но Алекса рядом не оказалось. Не хорошее предчувствие больно кольнуло сердце. Трава была лишь слегка примята, значит, он проснулся очень рано или…

– Нет, – сказала она вслух, пытаясь успокоить свое забившееся тревогой сердце. – Он не мог сам уйти. Неужели карлики решились на кражу? И как я об этом не подумала? – быстро поднялась и пошла в деревню.

Девушка все тщательно осмотрела, но, ни в саду, ни в деревушке Алекса не было. Теперь оставалось только одно место: золотой рудник. И она с сильной тревогой в душе отправилась туда, заранее предчувствуя беду, а когда подошла ближе к руднику, увидела человека, который сидел, согнувшись, на камне и что-то внимательно рассматривал. В его черно-смолянистых волосах уже появились первые золотые нити.

– Алекс, – в ужасе прошептала Миллисента и коснулась его плеча.

Юноша резко обернулся и отодвинулся в сторону, прижимая к груди большой кусок золота. Какое-то дикое и злобное выражение в черных глазах заставили девушку отшатнуться. Этот сверкающий дьявольский огонь предавал образ загнанного в угол дикого зверя. Казалось, еще немного и он бросится на нее с кулаками.

– Это мое, – прошипел Алекс не своим голосом и еще сильнее прижал к груди золотой слиток. – Мое золото. Это я его нашел.

– Конечно это твое, милый, – ласково сказала девушка. – Мне совсем не нужно твое золото. Мне нужен только ты. Вернись ко мне, любимый, – нежно касаясь его щеки, пыталась достучаться до сознания, а он снова отстранился от нее и скривился в презрении.

– Кто ты? – спросил Алекс уже более дружелюбно, внимательно вглядываясь в лицо незнакомки. – Милли, это ты? – глаза слегка потускнели, какие-то далекие воспоминания еще согревали душу.

– Да, милый. Это я, твоя Милли. Вспомни меня. Ты же очень хотел, чтобы мы были счастливы. Пойдем со мной, любимый, – со слезами на глазах девушка целовала любимое лицо парня, а тот смотрел сквозь нее и все еще плохо соображал.

– Что это? Вода из глаз? – выронив золотой слиток, он коснулся ее щеки и попробовал на вкус. – Соленая.

– Да. Соленая, – улыбнулась Миллисента. – Пойдем со мной, милый, – взяв парня за руку, потянула за собой, но тут из пещеры выскочили взволнованные карлики.

– Ты куда?! – запричитали они. – Зачем она нужна?! Пойдем скорей с нами! Ведь тебя ждет самый большой кусок золота!

При слове «золото» Алекс сильно вздрогнул и в глазах снова вспыхнул алчный огонек. Миллисента прижималась к нему всем сердцем и повторяла нежные слова. Сейчас главное, побороть «золотое» желание. Да только все было напрасно. Пока каждый из них тянул Алекса в свою сторону: карлики к себе, а Миллисента к себе, он тщетно боролся сам с собой, а красивые черные глаза то загорались ярким блеском, то снова затухали. Все же парень поборол эту «жажду», и снова потянулся к любимой, но тут вмешался главный карлик. Пытаясь привлечь к себе жертву, он протягивал руку с золотым слитком, поворачивая его в разные стороны. В солнечном свете слиток заиграл своими золотыми огнями и, переливаясь всеми цветами радуги, снова поманил за собой. И уже безо всякого сожаления, Алекс оттолкнул несчастную Миллисенту, как пустое препятствие, и с ненасытной жадностью схватил золото. А потом, расталкивая обрадованных карликов, хозяином вошел в пещеру. Жажда золота победила любовь.

Где ставят деньги в первый ряд,

Там человек не будет рад.

Там счастье птицей быстрой пролетит,

Которым уж никто не дорожит.

Глава 11.

Последние лучи солнца сверкнули своими золотыми стрелами в вечернем небе и скрылись за горизонтом. Легкий ветерок, наигравшись за день, затихал в листве деревьев, а все живые существа, как и прежде, готовились ко сну. И никто из них, конечно же, не замечал, как под пышно-цветущей яблонькой сидела девушка и горько плакала. Ее первая в жизни любовь потерпела полное фиаско, и хрустальные струйки слез быстро бежали по розовым щечкам. Она покачивалась в разные стороны и прижимала руки к груди, словно баюкала свое горе. Мысли путались в голове и совсем не давали сосредоточиться.

В деревушке послышались очень веселые голоса. Наверно, это карлики вернулись слишком довольные проделанной работой. Вероятнее всего, нашли очередную жилу или еще один большой кусок золота. Ведь на что-то остальное радости у них просто не хватало, потому что кроме золота эти бедняги не хотели ничего ни видеть, ни слышать.

Вдруг до боли знакомый голос вырвал Миллисенту из задумчивости и такой родной позвал за собой. Девушка решительно поднялась, привела себя в порядок и, собрав всю волю в кулак, отправилась в деревню. И уже ясно представляла, что нужно сделать для того, чтобы вытащить любимого из цепких когтей золотой лихорадки.

Сегодня Алекс был в центре внимания, поэтому с огромным удовольствием рассказывал, обступившим его карликам, какой большой кусок золота он нашел. Они же в свою очередь очень нахваливали нового партнера за ловкость и сообразительность. А бедняшка Миллисента стояла, прислонившись к дереву, и печально смотрела на своего возлюбленного. Его смолянистые волосы почти совсем позолотились, а в черных глазах горел золотой огонек и гигантский рост уже начал тихонько уменьшаться. Значит, совсем скоро начнется третья, заключительная стадия превращения: из гиганта в карлика.

После бурных оваций Алекс случайно глянул в сторону и вздрогнул. Какая-то тень далеких, забытых воспоминаний пробежала по его лицу. Бдительные карлики тут же заметили перемену и проследили за его взглядом.

– Немедленно выгнать ее из деревни, – тихо сказал главный карлик, указывая пальцем на Миллисенту, стоящую у дерева. – Эта особа опять будет мешаться под ногами.

Обезумевшая толпа недомерков бросилась к Миллисенте, чтобы криками и угрозами прогнать ее прочь. Но девушка на них совершенно не реагировала, а лишь печально смотрела на своего возлюбленного.

– Оставьте ее, друзья мои! – равнодушно крикнул Алекс карликам, которые уже собирались лезть в драку. – Она не причинит мне зла. Идемте лучше гулять, ведь сегодня у нас большой праздник.

– Да! У нас праздник! – запищали они. – Идем гулять! – и все тут же забыли про Миллисенту и поспешили в дом главного карлика. Прошло еще немного времени и в тишине ночи послышались пьяные голоса.

Большая пьянка продолжалась почти до самого утра, и лишь перед рассветом все успокоились. Карлики были сыты и довольны. Ведь вся их никчемная жизнь состояла из «самого главного»: добыча золота, хорошая еда и много выпивки. Золотом, конечно, занимались мужчины, а всем остальным – женщины. Они всегда нахваливали и подбадривали друг друга, оставаясь очень довольными собой. Но вот о любви среди них никто и никогда не говорил, потому что все уже давно позабыли, что это такое. И даже само слово «любовь», как что-то старое и совсем не нужное, словно это какая-то куча мусора, уже давным-давно вышло у них из обихода.

Но Алекс пока не был полноценным карликом, поэтому еще мог проявлять различные чувства. И в отличие от своих новых «друзей» в этот грандиозный вечер пил мало и практически не захмелел. А когда пьянка затихла, решил побродить по деревушке и подышать предрассветным воздухом, а заодно и осмотреть окрестности. Сначала походил немного туда-сюда, а потом присел под раскидистую ивушку. Облокотился спиной об шершавый ствол и о чем-то задумался. Какая-то не понятная гнетущая тоска давила на сердце. Чего-то страшно не хватало, но чего именно никак не мог сообразить. Вот так и сидел возле дерева, и совсем не заметил, как тихонько задремал.

– Алекс! – вдруг послышалось в предрассветной тишине.

Сонная дрема мгновенно улетучилась, и парень удивленно огляделся по сторонам, не понимая, кто его зовет. Поднялся и внимательно прислушался, не приснилось ли ему, а потом решил пройтись и осмотреть сад. Возле могучего дуба нашел спящую девушку с золотистыми волосами. Она была настолько прекрасна и совсем не похожа на других карликов, что сердце Алекса наполнилось сладкой истомой. Ему почему-то показалось, что он уже давно знает эту девушку – вот только никак не мог вспомнить, где и когда они познакомились. Он присел рядом, осторожно и нежно погладил ее по голове. От этих легких прикосновений она очнулась и, посмотрев на него невероятно-синими глазами, улыбнулась сияющей улыбкой.

– Кто ты? – спросил он чуть слышно.

– Миллисента, – сказала она с улыбкой на лице, вспоминая их первое знакомство.

– Мне кажется, или я тебя знаю?

– Да, мы очень хорошо знакомы.

– А-а, – он вдруг разочарованно махнул рукой. – Вспомнил. Это ведь ты вчера приходила в деревню? Но почему ты совсем не похожа на нас?

– На вас? – улыбка сошла с лица и девушка сильно побледнела. – Неужели ты совсем ничего не помнишь, милый?

И она рассказала всю историю их знакомства и приключений: где, когда и при каких обстоятельствах это было. Сначала недоверчиво и удивленно, а потом с большим интересом слушал он историю своей жизни. Миллисента старалась припомнить все мелкие подробности их встречи, приключений и любви. А в конце рассказа даже повторила те слова, которые говорила перед спуском в долину, и очень надеялась вывести его из ступора, в котором он до сих пор пребывал. Но как ни старалась, сколько, ни вкладывала страсти и огня в свои слова, на Алекса ничего не действовало. Вот тогда она и решилась сделать так, как задумала с самого начала, а пока пригласила прогуляться по саду. Юноша согласился, и они немного прошлись, но потом карлики позвали всех на рудник и он без всякого сожаления ушел вместе с ними. Миллисента, недолго думая, тоже отправилась в путь: на поиски средства от золотой лихорадки.

Между Долиной Карликов и садами купидий стояли не проходимые болота, а в самом центре трясины росло единственное дерево, тщательно спрятанное от посторонних глаз. Это была Черная купидия, которая резко выделялась своей необычной чернотой среди густых зарослей желто-коричневого камыша. Все ее листья, плоды, ветви и даже ствол – все было смолянисто-черного цвета. А так как в эти болота никто не заходил, то никто практически и не знал о ее существовании. И в отличие от своей родственницы, сок плодов черной купидии действовал лишь, как сильное снотворное. Но, к сожалению, у нее был один «небольшой побочный эффект», где имелась временная потеря памяти. А вот чтобы донести эти плоды до места назначения, срывать надо было непременно вместе с веткой, иначе они тут же лопались, как мыльные пузыри, даже от самого легкого прикосновения.

К дереву вела узкая и совсем не заметная тропинка, которая пряталась в камышах, и малейший шаг в сторону от нее мог привести к гибели. Только Миллисенту, отлично знавшую дорогу, уже ничто и никто не смог бы остановить, и поэтому она смело ступила на тропу. Все мысли сейчас были только об одном: как быстрее увести Алекса от карликов. Его рост уже начал уменьшаться, значит, еще чуть-чуть и будет совсем не обратимый процесс. Еще день промедления и все, назад ничего не вернуть, поэтому именно сегодня, вечером надо привести план в действие.

Девушка не спеша подходила к дереву, внимательно смотря под ноги. В самой середине трясины тропа резко уходила в сторону, огибая топкую кочку, а потом снова выравнивалась. До вечера было еще далеко и слишком спешить не приходилось, поэтому Миллисента осторожно шла вперед, постепенно приближаясь к своей цели.

Когда подошла к дереву, сразу заметила ближайшую ветку с плодами и, аккуратно сломив ее, повернула в обратный путь. Дошла до кочки и остановилась немного передохнуть, потому что ноги от напряжения сильно тряслись. И вдруг на болота опустился густой серый туман, спрятав заветную тропинку. Теперь приходилось идти на ощупь, что усложняло остаток пути, потому что дожидаться пока рассеется туман, не было свободного времени.

Когда Миллисента вернулась в деревню, уже наступил вечер. Чтобы ее не заметили раньше времени, спряталась за деревьями и стала ждать прихода карликов. И уже совсем скоро все пришли с рудника, но вместо отдыха снова готовились к очередной пьянке. Увидев любимого, девушка чуть не вскрикнула от ужаса, но успела зажать рот, чтоб не выдать себя. От гиганта атлета больше ничего не осталось: Алекс превратился в тощего уставшего старика. Сегодня золотой рудник забрал всю его силу, а завтра утром – остатки роста. И он больше уже никогда не станет человеком, так же, как и остальные навсегда останется золотым карликом.

– Сейчас или никогда, – прошептала Миллисента и, облокотившись на ствол дерева, чтоб не упасть в обморок, осталась дожидаться начала последней для Алекса попойки.

Прошло совсем немного времени и в тишине снова послышались пьяные голоса. Карлики уже в хорошем подпитии выходили из домиков с бокалами в руках, чтоб подышать свежим воздухом и посидеть на травке. Миллисента, тихонько и незаметно подходила со спины к каждому из маленьких пьяниц и, держа одной рукой ветку купидии, другой легким движением нажимала на плод. Несколько капель падали в бокалы с вином и перекрашивали его из красного в черный цвет. Но маленькие алкоголики не обращали на это никакого внимания, выпивали почерневшую жидкость, а потом начали по очереди засыпать. Теперь путь был свободен. Девушке оставалось только перетащить любимого в безопасное место, чтоб его никто не нашел.

Глава 12.

– Где это я? – прохрипел Алекс, когда очнулся в темноте и сразу застонал от ужасной головной боли.

Только перевернулся на живот, как его тут же вырвало, а потом стало просто выворачивать наизнанку, как после сильнейшего похмелья. Но еще никогда в жизни парень не испытывал такой необычной дикой боли. Все тело тряслось, как в лихорадке: бросало то в жар, то в холод. От такой не выносимой ломки даже слезы на глазах выступили. Захотелось сейчас же умереть, лишь бы больше не мучиться.

Когда наступил рассвет, и боль немного притупилась, Алекс смог осмотреться вокруг. Это была небольшая пещерка, на полу которой лежали жухлые листья, занесенные ветром. В проходе виднелись густые заросли кустарника, с которых облетали эти самые прелые листья. Он с трудом поднялся на четвереньки и медленно пополз к выходу.

Недалеко от кустарника была небольшая полянка, а уже дальше начинался лес. Солнце потихоньку поднималось над верхушками деревьев, освещая все темные уголки. Всюду слышался разноголосый хор птиц, а утренний ветерок шумел зеленой листвой.

Алекс медленно пополз вперед, постоянно выплевывая из себя какую-то черно-желтую жидкость, которая причиняла ужасную боль. Кое-как дополз до полянки, оставив позади себя блестящую дорожку, и прилег отдохнуть. И вдруг услышал нарастающий шум вертолета. Чтобы встать или махнуть рукой сил уже не хватало, осталось только надеяться, что его кто-нибудь заметит и подберет.

Вертолет приземлился почти рядом, и через несколько секунд из него вышли двое мужчин. Подошли к Алексу, о чем-то тихонько пошептались, а потом осторожно положили на носилки и занесли в вертолет…

Очнулся он уже в больнице. Возле кровати стояли врачи и о чем-то громко спорили. Но пока ничего не соображая, что происходит, Алекс лишь туманным взором обводил всех присутствующих. Тошнота до сих пор не прошла, а боль почему-то усилилась в несколько раз. И словно сквозь пелену сознания услышал только обрывок разговора.

– Почему вы ничего не делаете?! – возмущался кто-то.

– Потому что мы не понимаем, что происходит, – отвечали ему. – Поставили капельницу, а ему только хуже. Ни уколы, ни лекарства не помогают, и что прикажете делать? Пока взяли кровь на анализ. Может, станет, наконец, ясно, чем он отравился.

– Да чем можно отравиться в воздухе?! Вы только вдумайтесь! Это что ж за отрава такая, после которой выросла здоровенная бородища?!

– Вам легко рассуждать, потому что вы и сами не знаете ответа. А нам что прикажете делать? Что, по-вашему, мы должны делать, если организм пациента не принимает никаких лекарств?

– Ну, он хоть что-нибудь сказал?

– Да что он может сказать, если его все время выворачивает и корчит от боли? Я вообще не понимаю, как он еще жив? Сегодня уже третьи сутки пошли, а улучшений как не было, так и нет. Я вызвал из Питера своего коллегу, может хоть он что-нибудь посоветует. Лично я уже не знаю, чем еще можно помочь этому бедолаге… Ах, черт! Опять началось! Маша, скорее идите сюда, его опять рвет! Пойдемте, коллеги, сейчас мы все равно ничем не сможем ему помочь, тут надо подумать. Маша, подежурьте, пожалуйста, возле больного, если понадобится, сразу вызывайте.

Врачи ушли, осталась одна сиделка. Алекс мутным взором осмотрелся вокруг и его опять стошнило. Потом откинулся на подушку и, уже совсем ничего не соображая, тяжело задышал.

Сиделка спокойно убрала остатки рвоты на полу и выглянула в коридор. Убедившись, что никого нет, подошла к столу и взяла стакан. Что-то быстро в него налила и, приподняв Алексу голову, заставила выпить какую-то желтую блестящую жидкость. Чему-то еще сопротивляться уже никаких сил не осталось, и он покорно выпил. После этого, сиделка сразу же ушла и даже прихватила с собой грязный стакан. И скоро Алекс почувствовал, как боль притупилась и принесла с собой блаженный сон, он облегченно вздохнул и впервые за трое суток провалился в забытье…

Яркий солнечный свет, отражаясь от белых стен, разбудил больного, который потягиваясь и зевая с немым удивлением, смотрел вокруг. Какая-то небольшая, выкрашена в белый цвет, комната: одна кровать, тумбочка, стол и пара стульев – все это напоминало больничную палату. Парень встал и, открыв одну из двух дверей, увидел ванную комнату с большим зеркалом, возле которого лежали, словно кем-то специально приготовленные, бритвенные принадлежности, ножницы и кусок душистого мыла. Заметив в зеркале страшное чудовище, Алекс в ужасе подпрыгнул от неожиданности, но потом успокоился и посмотрел еще раз. С той стороны на него смотрело заросшее чучело: всклокоченные волосы торчали дыбом, длинная мохнатая борода до пояса с остатками рвоты и бледное лицо старого бомжа.

– Боже мой, – прошептал Алекс, щупая свою растительность. – Какой ужас. Неужели это я? Надо немедленно смыть с себя этот позор и приобрести человеческий вид.

Через час он вышел из ванной и, посмотрев в зеркало, остался, очень доволен своей внешностью. Потом пошел по коридору, чтобы найти кого-нибудь из медперсонала и забрать свою одежду. Заметив дверь с табличкой «Главврач», открыл ее и попросил разрешения войти.

– Входите, – сказал пожилой мужчина, сидящий за столом. Он что-то быстро писал в своем блокноте и поэтому совсем не обратил внимания на вошедшего.

– Я хотел узнать, – спросил Алекс. – Где можно забрать свою одежду?

– Вас уже выписали? Вы из какой палаты? – он продолжал писать и в сторону посетителя даже не смотрел.

– Из тридцать третьей.

– Так… А кто у нас там? – произнес доктор в глубокой задумчивости, и оставив блокнот в покое, впервые посмотрел на посетителя. – Вы шутите, молодой человек? Если мне не изменяет память, три дня назад туда положили больного старика, которого нашли в лесу. Я лично только вчера заходил в эту палату, поэтому уверен, что кроме старика там никого не было, да и быть не могло. Так что не надо со мной шутить, молодой человек, я вам не мальчик!

– Не знаю, профессор, – вздохнул Алекс, – обрадует вас это или огорчит, но вчерашний старик – это я, только без бороды и копны на голове. Я просто привел себя в порядок.

– Помилуйте, голубчик, – доктор внимательно посмотрел на бывшего старика и не мог поверить своим глазам, как такое вообще возможно. – Но этого просто не может быть! Вы же были при смерти!… Постойте, постойте… Значит, это вы тот самый пропавший дельтапланерист? – и, продолжая что-то невнятно бормотать себе под нос, стал нервно перебирать пальцами. – Кстати, – вдруг заметил профессор. – Ваша кровь показывает какие-то уж очень странные результаты.

– Что значит «странные», профессор?

– Да вот – можно подумать, что вы просто объелись золотом. Как вы это можете прокомментировать?

– Ну-у, – Алекс нахмурил брови, стараясь припомнить вчерашний день, но в голову ничего путного не приходило. Он только беспомощно пожал плечами, не зная, что ответить на это.

– Хм. Значит, ваш тренер не ошибся, показывая на вас. Он нас всех уверял, что вам 25 лет, а мы только посмеялись над ним и приняли за сумасшедшего… Но теперь возникли другие вопросы… Например, по утверждению вашего тренера с момента полета на дельтаплане прошло не более трех часов. Вся группа, кроме вас, вернулась на место. Вас же нашли на следующий день в девять утра, значит, прошли ровно сутки. Ведь ваши занятия начались в девять? Так вот, прошли только Одни сутки, но ваш вчерашний вид показал, что прошли не сутки, а несколько лет. Что на это вы можете сказать, молодой человек?

– Хм. Знаете что, профессор, вы не поверите, но когда я сегодня увидел себя в зеркале, меня это тоже шокировало, да еще как. К сожалению, ничем не могу помочь. Я смутно помню полет и все остальное.

– Понятно. Значит так, молодой человек, – повысил голос профессор, явно теряя терпение от своего собственного бессилия. – В данный момент отпустить вас я не имею право, потому что не хочу брать на себя такую ответственность. И будет лучше для всех и особенно для вас, если вы сейчас же вернетесь в свою палату. Пока отдыхайте и набирайтесь сил, а потом будем беседовать. Вам все понятно? А позже я зайду к вам вместе со своими коллегами, они вот-вот должны прилететь из Питера.

Алекс не стал больше спорить, а лишь кивнул головой в знак согласия. Но, выйдя из кабинета, в палату не вернулся, а сразу же отправился прямо к выходу. По дороге его никто не задержал, и он спокойно ушел в город.

Конечно пришлось идти по безлюдным улицам, чтоб не вызвать подозрение у прохожих, а то бы его наверняка сдали в психушку. И вот, когда юноша уже стоял возле двери своей квартиры, осторожно достал ключ из тайника в стене. Он сам его когда-то сделал, потому что все время боялся потерять ключи. И сейчас это как раз пригодилось, ведь он был в больничной пижаме. Вошел в квартиру и вздохнул с облегчением: наконец-то он дома.

Потом долго стоял под душем и размышлял о том, что же с ним произошло. Как всегда ничего вразумительного в голову не приходило. Ну а если серьезно подумать: ведь его не было всего сутки? Тогда откуда взялась бородища до пояса? Не могла же она отрасти за такой короткий срок? Тем более что Алекс вообще никогда не носил бороду и всегда тщательно брился. Да-а, от таких мыслей может и голова распухнуть, а воспоминаний все равно, как не было, так и нет. И чтобы больше ни о чем не думать и не засорять мозги, плюнул на все и решил немного поспать, ведь вечером надо идти на работу, поэтому просто необходимо выспаться.

Глава 13.

Жизнь вошла в привычную колею. Алекс, как и прежде, работал барменом, и как всегда был окружен красивыми женщинами. Но все вокруг заметили, что что-то в нем изменилось, хотя никто не находил причины: теперь он был более сдержанным, собранным и перестал флиртовать. Да он и сам не имел понятия, что произошло? Если раньше спокойно приводил домой женщину, то сейчас этого почему-то совсем не хотелось. Озорной чертенок в черных глазах, как будто присмирел. Все, что ему оставалось, это лишь равнодушно смотреть на всех клубных московских красавиц.

Но вот однажды в самый обычный вечер Алекс, как всегда приехал на работу и, встав за стойку бара, начал по привычке протирать стаканы. А пока не было посетителей, чтоб хоть как-то себя развлечь включил телевизор. Там показывали какой-то американский фильм: то ли боевик, то ли триллер, он не обратил на это внимания, главное – развлечение.

Вдруг стакан, который он так усиленно протирал, выскользнул из рук и разбился вдребезги. Такого у Алекса еще не было, и пока никто не заметил, схватил веник и быстро подмел осколки. А когда нагнулся за совком, собрать мусор, из телевизора послышался какой-то давно забытый, но все же знакомый женский голосок: «Не потеряй себя, чтоб не забыть меня…» Это было так неожиданно, что и веник, и совок, и только что собранные в него осколки полетели обратно на пол. Изумленно хлопая глазами, парень застыл с открытым ртом, и в каком-то немом оцепенении уставился в телевизор. Огляделся по сторонам и никак не мог понять: где он находится? и что здесь делает?

– Ну что, разбил? – словно откуда-то издалека послышался спокойный мужской голос, который немного вывел его из ступора.

– Что? – Алекс смотрел на говорящего мужчину стеклянными глазами, совсем не соображая, кто перед ним стоит.

– Бокал, говорю, разбил? Будешь платить.

– Да-да, конечно, – он лишь закивал головой, как китайский болванчик и снова уставился в телевизор, словно надеялся узнать какие-то подробности.

Мужчина внимательно на него посмотрел, не пьяный ли, немного потоптался на месте и, понимая, что бармен никак не реагирует, прошел в свой кабинет, чтоб просмотреть камеры видеонаблюдения и узнать причину странного поведения бармена. Когда же пришли первые посетители и заказали напитки, Алексу все равно пришлось их обслуживать, как бы ему этого не хотелось.

Но этот злополучный вечер не задался с самого начала: сначала юноша переколотил несколько стаканов, потом давал посетителям не те напитки, которые они просили и, наконец, на все вопросы отвечал невпопад – в общем, это был, чуть ли не конец его карьеры. И какой же хозяин захочет терпеть такого растяпу? А вдобавок ко всему вышесказанному, весь этот не удачный вечер у Алекса было такое чувство, что за ним все время кто-то очень внимательно наблюдает, вот так будто и сверлит глазами.

Уже где-то ближе к полуночи к бару подошла очередная яркая блондинка и заказала себе «Маргариту». Алекс машинально подал ей напиток и, мельком взглянув на незнакомку, вдруг неожиданно застыл. И словно пелена забвения упала с глаз. Сердце на мгновение остановилось и вновь забилось в бешенном темпе, в глазах все сразу потемнело, все куда-то поплыло и Алекс, как подкошенный свалился на пол. А блондинка лишь таинственно улыбнулась и растворилась в набежавшей толпе.

– Нашатырь! Дайте ему нашатырь! – услышал Алекс, словно через вату в ушах. Но вот туман в глазах немного рассеялся, и парень пришел в сознание. – Ну, наконец-то. Как ты, парень?

– Да, – прошептал он. – Все в порядке, – и только сейчас рассмотрел, кто с ним говорит – это был сам хозяин заведения. – Уже нормально, Максим Егорович. Я сейчас встану и приступлю к работе.

– Ну, уж нет, дружочек, – сказал хозяин. – Будет лучше, если ты прямо сейчас пойдешь домой. Достаточно того, что ты мне всю посуду перебил. Твоего сменщика я уже вызвал, а ты иди домой и отдыхай. Свою смену потом отработаешь.

– Может, я сейчас?

– Нет. Хватит. Мне здесь только трупов не хватает. Иди-ка ты лучше домой.

Через некоторое время Алекс поднялся и, пошатываясь, пошел к выходу. Оглядывая всех вокруг мутным взором, застонал от боли воспоминаний. Заметив в толпе яркую блондинку, подбежал к ней и схватил за руку. Но ошибся, это была не она.

И всю оставшуюся дорогу, пока ехал домой, при встрече с девушками давил на тормоз, надеясь в каждой блондинке увидеть свою любовь. Но каждый раз оставался лишь шлейф разочарований. И, в конце концов, уже потерял всякую надежду, понимая, что это была всего лишь очередная галлюцинация.

Вернувшись, домой, Алекс решил принять контрастный душ, чтобы окончательно смыть с себя это наваждение. Через час вышел из ванной и, накинув махровый халат, уже собирался приготовить себе поздний ужин, как вдруг раздался звонок в дверь.

– Кто это так поздно? – удивился он и пошел открывать дверь.

– Вы, Алекс? – спросил худенький паренек в форме курьера и протянул ему маленькую коробочку. – Вам посылка. Распишитесь в получении.

На кухонном столе Алекс осторожно открыл коробку и только взглянул внутрь, как тут же зажмурился от неожиданности. А потом дрожащей рукой вынул из нее… золотой кубик. Судорожно сглотнув слюну, упал на стул и попытался собраться с мыслями. Кто мог узнать, что он был там? Есть только один человек. Значит, это была не галлюцинация? Он действительно видел ее? Надо немедленно вернуться в клуб, наверняка она еще там. Как ошпаренный побежал в спальню, скинул халат и начал быстро одеваться. Только успел натянуть брюки, как в дверь снова позвонили и он побежал открывать. На пороге стояла давно покинутая им подружка.

– Алекс! – завизжала она и бросилась ему на шею. – Я так соскучилась, любимый. Почему ты так долго не звонил? Неужели ты забыл свою малышку?

– Извини, – сказал юноша и брезгливо скривился. – Я сейчас ужасно спешу. Давай, в следующий раз. Хорошо? – и попытался оторвать ее от себя.

– Ну, милый, – она упрямо надула губки. – Я приехала издалека, а ты хочешь выставить меня за дверь, да еще ночью?

– Вообще-то, я сейчас должен быть на работе, если ты помнишь. На болтовню у меня времени нет. А если в следующий раз захочешь прийти, сначала позвони. Хорошо? – и аккуратно выставил ее за дверь.

Облегченно вздохнул и снова побежал к шкафу. Уже вытащил рубашку и хотел надеть, как в дверь опять позвонили. Зарычав от злости, быстро натянул рубаху и подошел к двери, уже намериваясь сбросить с лестницы эту «назойливую муху». Рывком открыл ее, но тут же замер от неожиданности. Душа мгновенно встрепенулась от счастья, глаза засветились, а губы растянулись в широкой улыбке: на пороге стояла Она.

– Здравствуй, – сказала девушка чуть слышно и слезы счастья брызнули из синих глаз.

– Милли, – выдохнул Алекс и рывком прижал к себе любимую.

Парень был так поражен приходом возлюбленной, что больше ничего не смог сказать, только слышал бешеный стук своего сердца. Комок слез застревал в горле и путал все мысли. Перед глазами мелькали различные приключения и беспутно-прожитая жизнь, а еще огромный кусок золота, на который он так запросто променял свою любовь. И мелькнувший на мгновение золотой блеск в его черных глазах, заставил густо покраснеть.

– Прости меня, любимая, – тихо шептал Алекс. – Я причинил тебе столько боли, что мне до сих пор стыдно.

– Ничего, милый. Я все равно тебя люблю, – Миллисента нежно погладила парня по щеке.

– Правда? Но ведь я, променял тебя на кусок золота. И ты меня простила?

– Здесь есть и моя вина: я не знала, что золотая лихорадка так быстро действует на людей.

– Но ты тоже человек. Почему же на тебя она не подействовала?

– Ну, может потому что я долго жила в моей стране и привыкла ко всяким соблазнам, поэтому и не подействовала.

Алекс провел Миллисенту в комнату и усадил на диван. Боясь, что она снова исчезнет, крепко держал ее за руку и все расспрашивал и расспрашивал: где она пропадала и почему так долго не приходила. Обвинял себя, что долго ничего не мог вспомнить. И удивлялся, что очнулся в какой-то пещере, но как туда попал, до сих пор не может понять. И Миллисента рассказала как. Оказывается, что эта пещера некая граница, через которую можно попасть в ее страну, но об этом почти никто не знает. Кстати, и в больнице тоже была она и вылечила его соком «живой», то есть золотой купидии.

– Но где ты их взяла?! – воскликнул Алекс. – Ведь ты почти все бросила в реку, а в лодке всего две штуки остались. Я это точно помню.

– Я очень торопилась, хотела, как можно скорее помочь тебе. И старалась быстрее спуститься по скале на каменный выступ. Уже решала, как бы снова вернуться в сад, но на дне лодке обнаружила еще два кубика. Один из них ты получил сегодня в подарок, так что мы можем сохранить его себе на память. Жаль только, что я не успела вовремя вернуться и какие-то люди забрали тебя.

– О, Миллисента, – прошептал Алекс и еще сильнее прижал девушку к себе. – Ты так рисковала из-за меня своей жизнью. Я тебя не достоин.

– Ну, что ты, милый, – она нежно погладила его по щеке и поцеловала в губы. – Ты ведь тоже рисковал, хотя мог все бросить и спокойно уйти, но ты же этого не сделал.

– Хм. Ну, во-первых, я как-то об этом не думал, а во-вторых, хотелось вытащить нас обоих. Неужели ты думаешь, что я бросил бы тебя на произвол судьбы?

– Нет, теперь я так не думаю, – Миллисента улыбнулась и ненадолго притихла, а потом сменила тему разговора. – Знаешь, почему ты ничего не мог вспомнить? Это действие черной купидии. Она растет на болотах и лечит от золотой лихорадки, но временно забирает память. Пока я тебя искала, твои мучения длились трое суток. И только золотой кубик, пусть не сразу, но все же вернул тебе здоровье и память. Ты просто это не сразу понял. И лишь мое появление окончательно привело тебя в чувство. Зато теперь все будет хорошо.

Вот так они и сидели всю ночь, до самого утра продолжая бесконечный разговор. Для них было совсем не важно: сколько сейчас времени, день на дворе или ночь. Главное, что они, наконец, были вместе. И больше никто и ничто на свете не сможет их разлучить, потому что отныне их сердца будут биться только в унисон.

Эпилог.

Свадьба была в самом разгаре. Весь банкетный зал сверкал разноцветными огнями и пестрой публикой. Гости кричали «Горько!» и поднимали бокалы за молодых. На свадьбу года собрались все друзья и знакомые жениха, чтоб собственными глазами увидеть невероятно-красивую невесту Алекса.

Но даже сейчас, сидя за свадебным столом, он продолжал держать Миллисенту за руку и боялся отпустить хоть на секунду в страхе снова ее потерять. Они оба так светились от счастья, что были самой красивой парой на этом балу. И все собравшиеся фотографы только их и снимали.

На Миллисенте было длинное белоснежное платье, все расшитое розовым жемчугом, а шикарные золотистые волосы украшали нежно-розовые розы. Сегодня она выглядела, как самая настоящая сказочная принцесса. И Алекс был ей под стать: черный смокинг, белоснежная рубашка и галстук-бабочка. Буквально все это сидело на нем, как влитое. И сегодня, когда он сидел за столом рядом со своей красавицей невестой, тоже чувствовал себя сказочным принцем.

А когда молодые пошли танцевать, все гости замерли, словно в ожидании необыкновенного чуда. И оно не заставило себя долго ждать. В ритме волшебного вальса Алекс нежно прижимал к себе свою очаровательную невесту и со счастливой улыбкой смотрел в ее бездонные синие глаза. А невеста весело кружилась в танце со своим любимым законным супругом и была так счастлива, что совсем не замечала, как в свете миллионов разноцветных огней ее волосы засверкали настоящим золотым блеском. Весь банкетный зал так и ахнул, когда увидел эту невероятно-сказочную красоту. Молодые продолжали тихонько кружиться, а гости с замиранием сердца любовались этой поистине волшебной завораживающей сказочной красотой.

Часть вторая.

Черный рассвет.

Сейчас нам надо быть умней

И не бежать от света прочь…

Как страшно оказаться меж огней,

Где солнце почернело, словно ночь.

Пролог.

В небольшом городке на базарной площади, где обычно устраивают ярмарки, стояла толпа людей. Подняв головы вверх, и разинув рты от удивления, все смотрели на небосвод. На ярко-голубом небе начинался необычный рассвет. В утренней дымке отчётливо было видно, как с трех сторон горизонта медленно поднимались три солнца: белое, красное и черное. Внутри каждого из них горел оранжево-огненный шар, из которого вырывались наружу, словно живые, языки пламени. И пока солнечные диски поднимались все выше и выше, постепенно приближаясь, друг к другу, вокруг стояла гробовая тишина. Даже ветер и птицы затихли, словно в предчувствии беды.

И вот, все три светила вошли в зенит. Скорость сближения сразу же увеличилась вдвое. Прошло еще немного времени, и все три солнца столкнулись друг с другом точно шары в бильярде, и тут же прозвучал оглушительный тройной взрыв. Оранжевые шары, как разгневанные демоны, вырвавшиеся на волю, разорвали все три солнца изнутри и на землю хлынул огненный дождь.

Народ, словно очнулся ото сна и бросился в рассыпную. Жалобные стоны и крики отчаянья послышались со всех сторон. Да только на помощь прийти было некому. Пытаясь скорее спрятаться и, расталкивая друг друга, люди бежали кто куда, не разбирая дороги, но огненные капли настигали их быстрее, чем они успевали добежать до укрытий. Панический ужас был написан на каждом лице, никто не хотел умирать. И все же стихия оказалась сильнее. Люди падали на землю и продолжали корчиться от жуткой боли обожженного тела, а потом еще очень долго хрипели в предсмертных судорогах.

Глава 1.

Вот уже несколько ночей подряд Алекс кричал во сне: то просыпался, то вновь забывался сном. В этот раз Миллисента еле-еле разбудила его и снова нежно прижала к себе, погладила по голове, утешая и баюкая словно ребенка.

– Опять кошмар? – тихо спрашивала она. – Ничего, милый, все хорошо. Все уже позади. Это сон, это всего лишь сон.

– Не знаю, – шептал Алекс тяжело, дыша. – Может и сон, только слишком уж реальный…

За окном снова забрезжил рассвет. Летняя ночь коротка и все ночные страхи, жуткие кошмары и тени убегают прочь. И именно в такой прекрасный день оставаться дома просто не хочется. Но если бы Алекс знал, что именно сегодня все начинается снова, он бы, наверно, весь день провел под одеялом. Да, к сожалению, мы не всегда властны над своей судьбой, и поэтому, никогда не знаем наверняка: где надо обязательно свернуть, а где – просто остановиться.

За дверью послышались детские голоса и топот босых ног. Они осторожно приблизились к родительской спальне и начали тихонько перешептываться, быстро перебивая друг друга.

– Тихо, – сказал один. – Они, наверно, еще спят.

– Давай посмотрим, – ответил другой.

Дверь тихонько приоткрылась, и внутрь спальни просунулись две детские головки: одна с золотистыми волосами, а другая – со жгуче-черными. Они посмотрели на огромную кровать и когда заметили, что родители тоже на них смотрят и улыбаются, с визгом ворвались в комнату и бросились им в объятья. Родители тут же принялись их целовать и обнимать, как будто давно не видели своих отпрысков.

– Папочка, мамочка! – сказала девочка. – А мы с Темой уже собрались и готовы в путь. Ну, когда же мы пойдем?

– Куда это вы собрались? – удивился Алекс.

– Ну, папа, – обиделась девочка. – Ты что, забыл? Мы же собирались идти в поход, с ночевкой.

– Ох, – притворился он. – И как это я забыл? Видно уже совсем старенький стал и некому меня пожалеть.

– Я пожалею тебя, папочка! – и девочка бросилась ему на шею, крепко обнимая и целуя в щеку.

– Я тоже тебя пожалею, – капризно сказал мальчик и прижался к отцовскому плечу.

– И я тоже, – засмеялась Миллисента и вместе с детьми крепко прижалась к мужу.

– Ой, помогите, помогите, – весело засмеялся Алекс. – Они меня сейчас задушат в своих объятьях.

В их семье каждое утро начиналось одинаково: дети с визгом врывались в спальню родителей и бросались им в объятья. Потом все вместе «жалели» то папу, то маму – это был семейный ритуал, придуманный детьми, без которого ни один день не начинался. После такой церемонии все дружно шли на кухню, чтоб приготовить вкусный завтрак. Ну а сегодняшний день был особенный, потому что впереди их ждали приключения: сегодня предстоял поход в лес, с пикником, катанием на надувной лодке и ночевкой в палатке…

С тех пор, как Алекс вернулся из чудесной страны, прошло ровно десять лет. Но свой зарок, данный им на двухсторонней реке, он честно выполнил. И уже после медового месяца записался на греблю. И теперь вместе с женой и детьми занимался дельтапланеризмом и греблей почти одновременно. Вот и сегодня они всей командой пойдут по реке и постараются преодолеть все трудности.

– Ну, что? – строго спросил Алекс, когда все собрались у выхода. – Команда в сборе, а все ли собрали? Артем, доложи обстановку!

– Есть доложить обстановку! – и мальчик взял под козырек. – Все вещи упакованы, лодка в исправности, команда в сборе и ждет дальнейших приказаний!

– Приказываю! – улыбнулся довольный отец. – Всем взять ручную кладь и приготовиться к выходу!

– Есть, капитан! – ответили все дружно…

Изумрудная трава вся переливалась в солнечном свете капельками утренней росы, точно россыпью бриллиантов, на деревьях весело щебетали птицы, а прохладный ветерок обдувал разгоряченные тела туристов. Они не спеша шагали по лесу, постепенно приближаясь к реке. Оставалось еще немного, впереди уже слышался шум воды, а не далеко от нее показалась небольшая полянка.

– Давайте здесь, – предложил Алекс. – Как раз хорошее местечко: и палатку поставим, и костер можно разжечь, да и вода рядом. Милли, вы с Асей разбирайте вещи, а мы с Темой – за хворостом.

Все дружно взялись за дело, и через некоторое время палатка стояла на месте, а разожженный костер весело трещал сухими ветками.

Хорошенько отдохнув и подкрепившись, все вместе решили пуститься в далекое плаванье. Надули резиновую лодку и бросили на воду. Когда все уселись, Алекс прикрепил весла и пошел по течению реки.

Погода стояла великолепная. Ласковое солнце искрилось в водяной глади и, отражаясь, слепило глаза. А от самой воды поднималась приятная прохлада и освежала раскаленный воздух. Дети весело смеялись и брызгались водой. Алекс с Миллисентой нежно прижимались друг к другу и с любовью смотрели на своих детей.

– Знаешь, милый, – вдруг печально сказала Миллисента. – Я так счастлива с тобой, что иногда становится страшно. Мне все время кажется, что в любую минуту все это может закончиться.

– Ну, что ты, любимая, – Алекс оставил весла и нежно прижал к себе жену. – Посмотри вокруг: погода великолепная и река спокойная, мы вместе и наши дети рядом… Ты знаешь, когда я смотрю на них, то вижу нас. Наша Ассолька так похожа на тебя: у нее такие же синие глаза и золотистые волосы. А Тема полная ей противоположность: такой же чернявый, как я. Ну, точно моя копия. Они, как две стороны одной медали, как плюс и минус и совсем не похожи друг на друга, хоть и близнецы.

– Да. Наши дети – это наше отражение.

– Но тебя все равно что-то беспокоит.

– Да так, ерунда. Просто не хорошее предчувствие… Кстати, ты помнишь какой сегодня день?

– Ну, с утра вроде была пятница.

– Сегодня ровно десять лет, как ты перешел границу.

– Какую границу? Ты сейчас о чем?

– О твоих приключениях десять лет назад. Понимаю, сейчас не вовремя, но ты должен знать: на границе умереть нельзя (а их всего шесть), и вдоль них не ходи – это просто мираж.

– Не понимаю. Ты говоришь какими-то загадками. Может, объяснишь?

– Сейчас это все равно бессмысленно. Просто запомни мои слова. Может, это тебе еще пригодится.

Пока взрослые были увлечены серьезным разговором, а дети беззаботно смеялись, лодку тихонечко относило в другую сторону, где русло реки расширялось. Хотя все вокруг казалось спокойным и умиротворенным, беда уже стояла на пороге: она, как кошка, плавно и медленно подкрадывалась к своей добыче. И вдруг случилось то, чего никто не ожидал: лодка натолкнулась на подводную корягу, которая, как показалось в начале, лишь слега царапнула по дну. Но Алекс, словно почувствовал недоброе, и начал быстро грести к ближайшему берегу.

До него оставалось совсем чуть-чуть, но от тяжести лодка начала потихоньку прогибаться внутрь, быстро наполняясь водой. Дети завизжали от страха и, пытаясь подняться на ноги, раскачивали лодку. Миллисента просила их успокоиться и сидеть тихо, чтоб не мешать отцу, но лодка уже начала опускаться вниз. Тогда Алекс прыгнул в воду и потянул ее к берегу.

Когда все благополучно выбрались на сушу и немного успокоились, решили осмотреть лодку. Оказалось, что коряга не просто царапнула, а словно острой бритвой провела по дну лодки, чуть было, не разрезав ее пополам. И если бы Алекс не поторопился, могло бы случиться несчастье. Конечно, они все умеют плавать, но когда Алекс тянул лодку, то сразу почувствовал нечто вроде засасывающего водоворота, и поэтому приказал никому не прыгать в воду, чтоб не было большей беды.

Пару часов спустя решили вернуться обратно к месту стоянки. А саму «виновницу торжества» сдули, свернув трубочкой, и пока солнце было еще высоко, тронулись в путь. Медленно продвигаясь вперед, прятались за деревьями от палящего солнца, а чтоб не было скучно, старались развлечь друг друга веселыми историями.

Как далеко они заплыли – неизвестно, но пока шли, солнце медленно опускалось за горизонт и в лесу стало быстро смеркаться. Тогда решили идти вдоль берега, чтоб не пропустить свою стоянку. С реки подул прохладный ветерок и зашуршал листвой деревьев. На небе уже появились первые звезды, а палатка так и не появилась.

– Как странно, – удивилась Миллисента. – Неужели мы так далеко заплыли? Может, мы давно ее прошли?

– Не может быть, – Алекс осмотрел берег. – Я внимательно смотрел на ту сторону, мы не могли не заметить палатки, она слишком большая. Дети, держитесь ближе, а то потеряетесь.

– Папа, смотри! – вдруг воскликнула девочка и побежала в темнеющий лес.

– Ассоль! – в тревоге закричал Алекс. – Вернись немедленно!

– Я догоню ее, пап! – крикнул Артем на ходу и скрылся за деревьями.

– Артем, куда?! – схватившись за голову, парень впервые растерялся.

Наступила зловещая тишина: ветер сразу успокоился, и воздух словно застыл в каком-то ожидании. И на мгновенье показалось, что даже время остановилось. Эта тишь ужасно давила на уши, словно неведомая сила пыталась раздавить череп. Они еще немного постояли, прислушиваясь к звону в ушах и хлопая себя по лицу, чтоб прийти в чувство, а потом взялись за руки и медленно пошли навстречу своей судьбе.

– Дорогой, – прошептала Миллисента. – Наверно, что-то случилось. Они не стали бы нас зря пугать.

– Сейчас проверим, – тихо сказал Алекс и решительно повел жену за собой.

В лесу уже совсем стемнело, и лишь лунный свет, пронизывая насквозь ветви деревьев, немного помогал им в поисках. Родители обошли все вокруг, тщательно осмотрели все ямы и кочки, долго звали своих детей, надеясь, что они их услышат и отзовутся, но все было тщетно: дети, словно сквозь землю провалились.

И вдруг звенящую тишину пронзил оглушающий дикий вопль, от которого даже волосы встали дыбом, и сердце от страха чуть не выпрыгнуло из груди. Но потом снова все стихло. В ужасе округлив глаза, Алекс с Миллисентой переглянулись и, не сговариваясь, побежали на крик. А так как было уже совсем темно, быстро потеряли друг друга из виду.

– Милли! – в ужасе крикнул Алекс в темноту, но ему никто не ответил.

В сильной панике он начал метаться: то в одну сторону побежит, то в другую. С разбега наскочил на трухлявый пенек, запнулся об него и со всего маху врезался головой прямо в дерево. Искры из глаз так и брызнули цветным фейерверком. От такого невероятного удара парня закачало в разные стороны, а когда он сделал шаг вперед, земля сразу же ушла из-под ног. Попытался за что-нибудь ухватиться, да не успел сориентироваться и провалился в огромную дыру. А быстро наступившая черная мгла надолго помутила его сознание.

Глава 2.

Прошло много времени, прежде чем Алекс пришел в себя. Сначала застонал от страшной головной боли, потом попытался встать, но голова ужасно кружилась. И все, что ему удалось – это лишь приподняться на четвереньки. Вокруг стояла непроглядная темень: даже в шаге ничего не разглядишь. Не спеша и осторожно ощупывая руками все вокруг, он начал потихоньку продвигаться вперед, надеясь скоро найти выход.

Стена за спиной оказалась полукруглой и очень высокой, да такой, что края не видно, и продолжалась с двух сторон постепенно, расширяясь. Сначала можно было вытянуть в сторону только одну руку, а потом и второй стало мало: то ли стена заканчивалась, то ли проход куда-то сворачивал.

Алекс все время передвигался черепашьим шагом, тщательно прощупывая рукой пол и черный мрак вокруг себя. А когда коридорчик, по которому он полз, окончательно расширился, впереди забрезжил просвет, и все мрачные тени начали потихоньку приобретать очертания. Еще в начале пути обе стены шли узким коридором, который постепенно расширялся, а потом они снова закруглялись и уходили в темноту. Это было похоже на огромную бутылку с двумя горлышками.

Когда Алекс выполз на более широкое место, в нос ударило страшным смрадом, как будто здесь находился свежий могильник. От этой страшно-невыносимой вони парня тут же стошнило. Сначала немного отдышался и осторожно поднялся, потом зажал нос рукой и, пошатываясь, пошел к просвету. Но, не пройдя и метра, наступил на что-то склизкое и тут же растянулся навзничь, а при падении обо что-то больно ударился. Когда перевернулся на живот, то сразу же воткнулся носом прямо в человеческий череп.

– А-а-а! – пронзительно закричал Алекс и в испуге вскочил на ноги.

Сердце от страха бешено заколотилось и прыгнуло в пятки, а когда глаза постепенно привыкли к темноте, и сердце упокоилось, он уже более спокойно осмотрелся вокруг. Это был огромный круглый зал с высоченным потолком, а на полу то здесь, то там валялись полу обглоданные человеческие кости. Под ногами виднелось какое-то темное пятно, Алекс нагнулся и поднял с пола мужской серый пиджак, весь точно изрезанный ножницами. Кажется, кто-то специально изрезал его на тонкие полоски.

– Боже мой, – прошептал Алекс и судорожно сглотнул слюну. – Значит, я вернулся? Это же пиджак того мужика… Надо бежать от сюда и побыстрее.

Бросив пиджак, он побежал прямо по костям к просвету в стене. Свет в зал проникал через щель, наверно, это был выход. Дрожащей рукой он ощупывал стену и пытался открыть дверь, как вдруг за спиной послышался тихий шорох. Алекс резко обернулся и замер: два ярко-красных огонька глаз смотрели прямо на него. Волна панического животного ужаса наполнила душу, даже пальцем не пошевелить. И вот красные огоньки медленно опустились вниз, потом резко поднялись вверх и начали быстро приближаться…

Наверно, в последнюю секунду Алекс заставил себя отскочить в сторону. Зверь прыгнул и ударился о каменную дверь, которая немного приоткрылась и еще больше осветила сумрачный зал. И хотя монстр отскочил в сторону, все же его удалось немного рассмотреть. Это было огромное трехметровое чудовище, а из-за трех рогов на голове, которые как шипы торчали в разные стороны, словно корона, он казался еще выше. Все его тело было покрыто черной густой шерстью, а плечи в два раза шире человеческих. Передние лапы заканчивались мускулистыми пальцами с длинными и острыми, как бритва, когтями, а задние – больше напоминали кошачьи.

Зверь тихонько поднялся на задних лапах во весь свой могучий рост, клацнул огромными клыками и, приготовившись к новому прыжку, оглушительно взвыл. Алекс лихорадочно соображал, что бы предпринять. И тут в голове мелькнула одна опасная, но обнадеживающая мысль: надо заставить зверя открыть дверь. Но как? Парень осторожно продвинулся к двери, опасаясь, что монстр прыгнет раньше, но тот никуда не спешил и тоже тихонько пошел к двери. Тогда Алекс прыгнул в сторону, зверь повторил его маневр. Еще на что-то надеясь, молодой человек резко развернулся и побежал в уже знакомый коридор. Монстр издал победный клич и, с силой оттолкнувшись, прыгнул вперед. С лету сбил свою жертву с ног и поднял лапу высоко над головой, готовясь распороть ее на части.

– Прощай, Миллисента! – в отчаянье закричал Алекс и закрыл лицо руками в ожидании страшного конца.

Но зверь повел себя как-то очень странно: вместо того, чтобы разорвать свою жертву, как это было всегда, неожиданно замер. Потом спокойно опустил лапу и печально посмотрел на дрожащего Алекса. Его глаза вдруг наполнились слезами, и он завыл, словно от страшной боли. И уже через секунду прыгнул обратно в зал и убежал в другой коридор.

Алекс продолжал лежать неподвижно, опасаясь, лишний раз пошевелиться, и никак не мог поверить в свою удачу. Прошло еще несколько минут, а зверь так и не вернулся, и пока он не передумал, надо было быстрее пройти к выходу. Парень медленно поднялся и с опаской огляделся по сторонам, вокруг стояла звенящая тишина, и он осторожно пошел к просвету.

Проход был немного открыт, и чтобы выйти отсюда осталось лишь слегка расширить его. Алекс уперся ногами в пол и, напрягая последние силы, распахнул двери настежь. Впереди оказался еще один таинственный коридор. В последний раз оглянулся на зал мертвецов, и вышел вон. Но не успел сделать и несколько шагов в сторону, как за спиной раздался странный хлопок. Быстро обернулся назад и понял, что дверь «в преисподнюю» захлопнулась.

На этот раз старика-гусляра на месте не оказалось, и Алекс уже более спокойно направился к выходу из улитки. Раскаленное солнце уже садилось за горизонт, но жар его почему-то совсем не ощущался. Даже наоборот, воздух был довольно холодным, что так не похоже на пустыню.

Железная ограда была недалеко, осталось сделать лишь несколько шагов. Но от сильного волнения Алекс не заметил последнюю преграду, которая закрывала путь к выходу. И тут же поплатился за свою неосмотрительность: запнулся о какой-то железный прут, и земля мгновенно ушла из-под ног, открывая под ним глубокий провал.

Как ему удалось в последнюю секунду ухватиться за прут, и сам не понял. И хотя сейчас его вид больше напоминал сосиску на вертеле, был невероятно счастлив, что не провалился в пропасть, которая, кстати сказать, оказалась уж слишком широка, даже ногой не дотянуться. Быстро перебирая руками, чтоб дотянуться до поверхности, Алекс начал ползти по этому пруту.

Вдруг снизу послышался странный шорох. Знакомый вой, который был пока далеко, начал быстро приближаться. И где-то в глубине мрака уже сверкнули два уголька знакомых красных глаз. Наверное, монстр ожидал, что Алекс вот-вот сорвется, и он им славно пообедает.

– Не дождешься, – тихо прошептал Алекс и пополз еще быстрее.

– Чего ты ждешь?! – неожиданно раздался чей-то хриплый окрик из глубины подземелья. – Убей его!

Зверь оттолкнулся задними лапами и прыгнул вверх. Алекс успел быстро поджать под себя ноги и тот лишь слегка зацепил подошву когтями. Второй прыжок был сильнее, и зверь тихонько толкнул его в спину. А в третий раз он выпрыгнул на поверхность и теперь с любопытством смотрел сверху вниз.

– Хватит играться! – снова крикнули снизу. – Убей его!

Монстр очень пронзительно, и будто с возмущением крикнул в глубину провала, а потом схватил Алекса за шкирку и словно котенка вытащил наверх. «Ну, все, – подумал Алекс и зажмурился. – Теперь точно – конец». Но монстр поднялся на задних лапах и с легкостью швырнул его за железную ограду. Парень шмякнулся в траву и от боли падения потерял сознание.

Глава 3.

Солнечные зайчики играли на водяной глади и сверкали, как тысячи радужных бриллиантов. Легкий ветерок шуршал зеленой листвой на верхушках деревьев, а вокруг слышались знакомые голоса и радостный детский смех. Все кругом было зеленого и голубого цвета. Такое великолепие красок приносило невероятное блаженство и спокойное умиротворение.

– Милый, – послышался знакомый голос.

Алекс увидел себя на берегу реки, а в прозрачной воде весело плескались дети. И именно сейчас он почему-то вспомнил, что родились они в один день, с разницей лишь в три минуты. Они были похожи и различны одновременно, но Ася, как старшая сестра, всегда старалась опекать брата. А Тема, словно в знак протеста, долго обижался на это, хмурил брови и надувался, как индюк.

И тут Миллисента позвала детей. Они весело подбежали к матери и все вместе медленно пошли к лесу. Артем оглянулся и посмотрел на отца, потом печально вздохнул и пропал среди деревьев. Ассолька звонко рассмеялась и побежала вслед за ним, потом тоже выглянула из-за дерева, быстро помахала отцу рукой и тоже исчезла. Миллисента остановилась и с улыбкой посмотрела на мужа.

– Мы ждем тебя, любимый, – сказала она.

– Милли! Дети! – крикнул Алекс. – Куда вы? – хотел побежать за ними, но не мог пошевелиться: руки и ноги совсем не слушались.

– Помни, – девушка поняла указательный палец вверх, – на границе умереть нельзя, и вдоль не ходи – это мираж, – улыбнулась и исчезла в лесу.

– Миллисента! – закричал Алекс. – Миллисента! Миллисента!…

– Он ее знает, – удивился кто-то. – Может, его тоже в лес отнесем?

– Нет, – ответил другой голос. – Очнется сам дойдет.

– Но он же знает Ее!

– Ну и что? Он пока жив, а малышка уже мертва. Надо сначала ей помочь.

– Да, ты прав. Тогда давай быстрее, а то уже заря начинается. Надеюсь, он не успеет замерзнуть?

– Нет, он же на границе.

– Тогда пошли скорей, солнце вот-вот поднимется.

С трудом разлепив сонные глаза, Алекс долго смотрел в бесконечную и бездонную синеву неба. Уже действительно начинался рассвет: на востоке слегка заалел горизонт. Он медленно перевернулся на правый бок и сразу заметил, как между деревьями быстро мелькнуло нечто золотистое и тут же исчезло. «Я жив, – подумал он. – Значит, это был сон?… Что они там сказали о границе? Я не замерзну, потому что на границе. Интересно, почему я должен замерзнуть?… А что еще? Что-то было еще… Да, малышка мертва. Какая еще малышка…?»

– Ассоль! – выкрикнул Алекс и резко подскочил на ноги.

И сейчас же в голову ударила острая боль, он обхватил ее руками и упал на колени не в силах подняться, просто смотрел вперед и мычал от этой жутко-невыносимой боли. Парень уже чувствовал, как из-за горизонта медленно и величественно поднимается солнце. Пока оно лишь плавно и не спеша идет все выше и выше, но скоро и второе будет на подходе. А когда они столкнутся и произойдет взрыв, то от Алекса на этот раз наверняка ничего не останется: взрывная волна просто выбьет из него последние остатки жизни и на помощь к нему уже никто не придет. Парень весь внутри сжался и приготовился к своей страшной участи…

Вот сейчас оно взорвется… Сейчас…

Но, ни сейчас, ни потом ничего не произошло. Не понимая, в чем дело, взглянул на небо. Солнечные диски уже давно разлетелись. А где же «ядерный» взрыв? Посмотрел в сторону пустыни: улитка на месте, солнце на месте, еще чуть-чуть и покажется. Вот оно. Но… Что это? Почему оно не пышет жаром и вовсе не ярко-красное, а ослепительно-белое?

– Что это такое? – тихо спросил Алекс сам у себя. – Снег? Снег в пустыне?! Не может быть.

От такого неожиданного чуда даже головная боль прошла. Он неподвижно сидел с раскрытым ртом и удивленно хлопал глазами. В пустыне! В жаркой пустыне, с абсолютно безоблачного неба, валил густой снег. Самый настоящий, белый и пушистый снег, который шел плотной стеной и прямо на глазах создавал огромные сугробы. И с той стороны даже повеяло морозным холодом. Если бы Алекс не видел этого собственными глазами, никогда бы в жизни не поверил, что такое вообще возможно…

– Ассоль, – неожиданно вспомнил он. – Я должен ее найти.

Кто и зачем унес девочку, пока не понимал, но был почти уверен, что это именно ее волосы сверкали за деревьями, хотя и не вполне был уверен в этом. Потихоньку поднялся и, еще немного пошатываясь, зачем-то пошел по дороге, которая шла вдоль леса. А зачем? До сих пор не может объяснить. Наверно от недавней головной боли был еще немного дезориентирован.

И вот, идет он час, идет другой, а лес все не кончается. Нечаянно взглянул на пустыню и остолбенел: столько идет, а еще и половины улитки не прошел. «Неужели, – подумал Алекс, – я так медленно иду?» Потом снова посмотрел на лес, на дорогу, на пустыню, опять на дорогу, и тут вдруг вспомнил: о чем во сне говорила Миллисента.

– Вот идиот, – сказал он вслух. – Это, наверно, и есть граница! Как же я сразу не понял? Ведь Милли говорила, что ходить вдоль границы нельзя – это мираж. И эти тени, которые унесли Ассоль, они ведь тоже сказали, что я на границе. Ну, надо же быть таким ослом. Столько времени потерял, топчась на одном месте.

Вот так ругая себя последними словами, парень повернулся и пошел в лес. Только успел зайти за первые деревья, как черная мгла сейчас же обступила его со всех сторон и лишила возможности свободно двигаться дальше. Он вытянул руки вперед и, тщательно ощупывая вокруг себя пространство, начал медленно продвигаться.

Где-то совсем рядом послышался детский смех, но в такой темноте разглядеть ничего невозможно и он тихонько пошел на голос. Пройдя немного, остановился и прислушался. В окружающей звенящей тишине стало как-то не по себе: не знаешь, с какой стороны ждать подвоха.

– Итак, – сказал Алекс, как можно громче, чтобы прогнать свой собственный наступающий страх. – И в какую же сторону прикажете идти?

– А куда надо? – вдруг послышалось во тьме.

– Кто здесь?! – он с испугом обернулся, но, естественно, ничего не увидел, да и не мог увидеть, ведь все вокруг было окутано черной мглой.

– Хи-хи-хи, – послышалось со всех сторон.

– Так, спокойно, – прошептал Алекс, пытаясь успокоиться.

– Ну-у, – повторил кто-то. – Говори, зачем пришел или уходи.

– Кто вы такие?

– Лесные духи. Мы охраняем наш лес.

– Значит, это вы забрали мою дочь? – в ответ была тишина. – Почему вы молчите? Я очнулся и слышал ваш разговор на дороге, верней, на границе. Там вы сказали, что моя малышка мертва. Это правда?! Моя дочь мертва?!

– Да. Она мертва.

– Господи! – воскликнул Алекс и от боли закрыл лицо руками. – Ассолька, девочка моя. Не верю. Этого не может быть.

– У тебя есть возможность спасти ее.

– Спасти? Как?

– Верни наше солнце.

– Вернуть солнце?! И как, по-вашему, я должен это сделать?

– Все получится, если твой разум возьмет верх над твоим страхом. Спасешь королеву, найдешь принца. Вернешь нам солнце, получишь принцессу. Все очень просто.

– Просто?! – на какое-то время у Алекса даже дар речи пропал. – Я вообще не понимаю, о ком идет речь?! Объясните хотя бы, что еще за королева? Какой принц? И как мне их найти? – но в ответ лишь долгая звенящая тишина.

Можно было хоть до бесконечности требовать ответа, но лесные духи все равно будут хранить гробовое молчание. Алекс стоял, опустив голову, и пытался найти ответ. Ничего не остается, как покориться судьбе. Теперь уже все зависит от его действий. И только он принял важное решение, как мрак тут же расступился и впереди показался просвет. Понурив голову, парень в задумчивости вышел из леса к реке и проход за спиной сейчас же сомкнулся.

Глава 4.

Ночь стояла тихая и светлая. На темно-синем бархате неба звезд было так много, что яблоку негде упасть. Казалось, что даже сама луна улыбается этой бесконечно-огромной плеяде звезд.

Да и по всей округе почему-то тоже стояла самая настоящая гробовая тишина, что само по себе заставляло насторожиться. Даже река была настолько тихой и спокойной, что казалась застывшей на месте: движения на ней вообще никакого не было. И ветра тоже не было: ни одна травинка не дрожит, ни один листик не шелохнется.

– Какая все же удивительная эта страна, – прошептал Алекс, с тревогой оглядываясь по сторонам. – Всегда имеет три солнца, а луна почему-то одна, но зато такая огромная, словно находится очень близко к нашей земле… И эта странная тишина. Она мне совсем не нравится, как затишье перед бурей.

И, правда, парень еще не успел до конца высказать свою мысль, как тут же услышал легкий всплеск на реке. Где-то впереди происходило какое-то не уловимое движение. И вдруг заметил, что на прибрежный валун кто-то неловко вскарабкался и тихонько присел. Алекс решил посмотреть, кто это может быть и, чтобы никого не спугнуть, потихоньку пошел к камню. И только подойдя ближе, увидел знакомые золотистые волосы.

– Миллисента! – радостно вскрикнул он и уже хотел обнять жену, но тут же остановился.

– Ш-ш-ш! – резко обернувшись, яростно зашипело чудовище. Кошачьи глаза сильно расширились и злобно сверкнули, а изо рта высунулся длинный змеиный язык. – Чего ты хочешь, красавчик? – ласково сказала русалка хриплым голосом.

– Ты не Милли, – оторопев от ужаса, пробормотал Алекс.

– Я лучше, милый.

– Нет, – он отрицательно замотал головой и попятился назад.

– Ну, может, Он тебе больше понравиться? – ехидно спросила она и противно хихикнула, а потом с силой ударила по камню огромным рыбьим хвостом и прыгнула в воду.

Алекс обернулся назад и ужаснулся: прямо на него спокойно и медленно двигалась огромная «гора мышц»: самый настоящий динозавр! С головы и до самого кончика длиннющего хвоста, в три ряда торчали длинные острые шипы. И этот монстр был гораздо выше первого и намного больше. Передние конечности были такие же, как и у первого зверя, но только его мускулистые пальцы соединялись перепонками, и заканчивались длинными когтями-кинжалами. А вот задние конечности были похожи на метровые ласты, на которых он неуклюже шлепал по песку, тихо приближаясь к воде. Все его тело, словно броня рыцаря, покрывалось крупной золотой чешуей, а выпученные зеленые глаза почти не мигали и пристально смотрели прямо на Алекса.

Как же хорошо, что парень стоял рядом с огромным булыжником, на котором только что сидела русалка, сейчас это была единственная преграда между ними. Конечно этот «малыш» не мог бегать также быстро, как его первый собрат, но зато умел отлично плеваться огнем. И едва Алекс успел прыгнуть за камень, как огонь мощной струей вырвался из пасти чудовища, после чего по всей округе пронесся такой пронзительный вопль, что даже уши заложило. Алекс ненадолго оглох, поэтому сразу не услышал, как монстр шлепал вокруг камня, а только почувствовал легкую вибрацию под ногами.

Когда же монстр собирался еще раз выпустить из пасти очередную порцию огня, над поверхностью воды показалось какое-то белесое существо и громко заверещало. Тогда, словно передумав, он зашел в реку и, несмотря на всю свою неуклюжесть, ловко нырнул в воду и исчез в черной глубине.

Алекс стоял, ни жив, ни мертв и рукой опирался о камень, он тяжело дышал и никак не мог поверить в свое чудесное спасение. Если бы не этот булыжник, от него бы осталась всего лишь кучка пепла на песке. Парень осторожно огляделся по сторонам и решил подойти ближе к деревьям, чтоб там дождаться рассвета…

Мы с вами каждый день рассвет встречаем,

Давно уже привыкли с ним вставать,

Но одного уж точно мы не знаем:

Ведь наше завтра может не настать.

Луна и звезды уже давно погасли, но небосвод почему-то совсем не светлел. Сегодня на Реку Страха пришел… Черный рассвет. Кому увидеть это «чудо» не довелось, никогда не сможет понять: что это такое? Но сейчас над лесом поднималось не красное и даже не розовое, а самое настоящее Черное солнце. Мгла ночи вокруг лишь слегка рассеялась, и это выглядело так, словно наступило вечное солнечное затмение, которое навсегда скрыло солнце от грешного мира. Казалось, в самом воздухе висел самый настоящий запах смерти, который сковывал душу своим ледяным панцирем, и от этого чувства, словно легкой рябью по воде, часто-часто мороз пробегал по коже.

– Ну, ладно красное солнце, – удивленным и дрожащим голосом бормотал Алекс, не веря своим собственным глазам. – Или белое – это еще нормально, но черное – это уже нонсенс.

И хотя солнце было уже довольно высоко, на том месте, где должны были вспыхнуть ярким светом купидии, ничего не произошло. Да и вокруг все было по-прежнему: ни ветерка, ни какого-либо движения, словно все замерло в ожидании мировой катастрофы.

– Алекс! – вдруг послышался сдавленный писк со стороны реки.

Парень в испуге обернулся и внимательно прислушался. Никого. Абсолютная тишина и никакого постороннего движения. Когда уже решил, что это была очередная галлюцинация, заметил недалеко от берега прямо у поверхности воды то самое неизвестное существо, которое еще недавно заставило чудовище вернуться в свою подводную стихию. Оно медленно перемещалось из стороны в сторону прямо у кромки воды. Парню захотелось немного понаблюдать за ним и выяснить, наконец, что же это за существо такое, как вдруг из воды быстро вынырнула вчерашняя русалка.

– Алекс! – закричала она. – Помоги! – и снова исчезла под водой, да так быстро, словно кто-то резко дернул ее вниз.

Но он узнал этот голос, и сердце от радости чуть не выпрыгнуло из груди. Здесь уж точно не было ошибки: на поверхности воды то появлялась, то снова исчезала его любимая Миллисента. Видимо, она с кем-то боролась, и этот кто-то или что-то тянул ее вниз. Пренебрегая всякой осторожностью, Алекс бросился в воду и поплыл на помощь любимой. А когда до нее оставалось совсем чуть-чуть, почувствовал, как кто-то неизвестный схватил его за ногу и с силой потянул вниз. Только успел немного глотнуть воздуха, как тут же ушел в черные глубины.

Из-за этого необычного черного рассвета и вода в реке стала темной. И если на ее поверхности еще можно было что-нибудь рассмотреть, то уже в глубине вода вообще не просматривалась, поэтому и разглядеть можно было только с очень близкого расстояния. Когда же Алекс против воли ушел под воду, то почти сразу заметил на своей ноге нечто уродливое, и понял, что это речной монстр держит его за ногу и тянет вниз. В этот момент рядом с монстром кружилась русалка и пыталась освободить случайную жертву. Ее хвост так быстро извивался, что не возможно было уследить, и когда она нечаянно попала своим хвостом прямо по глазам монстра, тот неожиданно сморщился от боли. Закрываясь лапами от ее мощных ударов, он невольно отпустил ногу жертвы. Воздуха почти не осталось, и Алекс быстро поднялся наверх, чтоб немного отдышаться. И уже на поверхности услышал какой-то странный звук похожий на сдавленный крик. Это монстр схватил бедную русалку за хвост и потянул в глубину, а она извивалась всем телом, пытаясь вырваться, и в отчаянье звала на помощь.

Алекс выплыл на поверхность, хорошенько отдышался и снова нырнул. Хорошо, что искать не пришлось, золотая чешуя монстра слегка отсвечивала, поэтому парню повезло, что не понадобилось бесконечно блуждать в темноте. Когда подплыл ближе, на мгновение задумался: как же вырвать русалку из цепких лап чудовища? Обошел с другой стороны и, напрягаясь всем телом, со всей силы, ударил кулаками прямо по его выпученным рыбьим глазам. Издав какой-то булькающий звук, монстр закрылся передними лапами, и на секунду выпустил русалочий хвост. Этого вполне хватило, чтобы русалка отплыла в сторону. Алекс сначала последовал за ней, но в темноте быстро потерял из виду. Тогда решил подняться наверх, потому что дыхания уже совсем не осталось…

С огромным трудом он еле-еле выполз на берег, очень долго лежал в пушистой траве и тяжело дышал – вот теперь можно все спокойно обдумать. Сейчас Алекс мог поклясться, что видел и слышал Миллисенту, но ведь от монстра его спасла вчерашняя русалка с кошачьими глазами. Значит, это снова был мираж? В голове и в мыслях все перепуталось, продолжая тяжело дышать, прикрыл на секунду глаза и совсем не заметил, как уснул крепким сном.

Глава 5.

– Мм, Миллисента, – пробормотал Алекс в полудреме, увидев свою жену во сне такую же нежную и любящую…

Утро было хмурое, или скорее пасмурное, хотя на небе не было ни облачка. Зато теперь был не черный, а темно-серый рассвет. Слегка посветлевшее солнце уже медленно поднималось над лесом. Но вокруг по-прежнему стояла гробовая тишина, да и купидии тоже так и не появились.

Алекс проснулся и, лениво открыв глаза, увидел это хмурое неприветливое небо. И только потом заметил золотистые локоны, которые каскадом рассыпались у него на груди. Сначала подумал, что это сон и уже собирался проверить свою догадку: поднял руку и пощупал волосы, но в этот момент девушка проснулась и подняла голову.

– Доброе утро, любимый, – сказала она с улыбкой.

– Милли?! – радостно и удивленно воскликнул Алекс, и сон мгновенно улетучился. – Как ты здесь оказалась?

– Не знаю, – пожала она плечами. – Последнее, что помню – это как мы бежали по лесу, а потом какая-то яркая вспышка и темнота. И вдруг смотрю, ты на траве лежишь. Сначала подумала, тебе плохо, подошла ближе, а ты что-то невнятное бормочешь. Тогда поняла, что просто спишь. Не хотела будить и легла рядом… Кстати, милый, дети нашлись? Они где-то здесь, да?… Слушай, а что это за место такое? Что-то не пойму, где мы находимся?

– В твоей стране, дорогая. Ты что, не узнаешь?

– Нет.

Миллисента недоверчиво взглянула на мужа, потом медленно поднялась и спокойно огляделась вокруг. Как странно: все кругом знакомое, родное, но что-то не так. Хотя вроде те же деревья и та же река. Но все-таки что-то не то. Так что же? И почему вокруг так темно? И, кстати, где купидии? Ведь солнце уже встало. Разве еще ночь?

Алекс подошел к жене, обнял ее за плечи и крепко прижал к себе. Потом рассказал все, что случилось с ним, пока ее не было рядом.

– Так, – немного подумав, сказала Миллисента, когда он закончил свой длинный рассказ. – Ясно одно: Ася у лесных духов. Значит, с ней все будет в порядке. Но вот Темы у них нет. Тогда где?… Может, он попал к карликам?

– Не знаю, – Алекс понуро опустил голову. – Но здесь его точно нет. По-моему, кроме нас с тобой и речного монстра здесь вообще никого нет, и даже крокодилов я не видел. Все вокруг будто вымерли.

– Ну, это мне как раз понятно, – она задумчиво и равнодушно махнула рукой, а потом с грустью взглянула на серое небо. – Очевидно, что солнце село на западе, поэтому здесь все поменялось и изменилось: купидии без солнечного света не появятся, а животные, скорее всего, впали в спячку. И эта тишина всего лишь небольшое затишье перед страшной бурей. Значит, нас ждет мировая катастрофа.

– Боже мой, Миллисента. Что же нам делать? Как предотвратить беду?

– Сначала надо отыскать Артема. Придется посетить Долину Карликов. Может, Тема у них?

– Да уж, – сморщился Алекс от своих не совсем радостных воспоминаний. – Придется. Жаль только, купидий нет. Они бы нам сейчас не помешали. Хотя до поворота…

– Нет, – перебила его Миллисента. – Мы попробуем другой путь: через болота. Надеюсь, хотя бы там все по-прежнему.

– Подожди. Я что-то не понял. А почему мы в первый раз туда не пошли? Зачем надо было так рисковать и лезть по скале, если есть другой путь и более легкий?

– Хм. Понимаешь, милый, если б все было так просто, я бы давно ушла отсюда. В то время там проходила граница, и только поэтому нам пришлось идти в обход.

– А теперь что, не проходит?

– Вот сейчас мы это и выясним.

Вдалеке от того места, где они находились, росли высокие кустарники, которые стояли в несколько рядов плотной стеной от леса до реки. Миллисента подошла к самому первому кусту, который рос возле дерева и начала обламывать все верхние ветки, постепенно продвигаясь вдоль всего ряда слева направо, то есть от леса к реке. Алекс, внимательно наблюдавший за ее действиями, сначала не понял: зачем надо портить кустарник? А потом присмотрелся и заметил, что все сломанные ветви возвращались на свои места. Он даже подошел поближе, чтоб убедиться в этом. Ветки действительно были целы, словно их и вовсе не трогали.

– Есть! – радостно закричала Миллисента. – Иди сюда, скорей!

– Что – есть? – удивился Алекс.

– Смотри, – она указала пальцем на куст. – Видишь, ветка сломана? Значит, граница нарушена и здесь есть проход… Так вот, милый, – серьезно сказала девушка, – а теперь запомни самое главное: идти будем очень медленно, может даже до самого вечера. Я пойду вперед и буду искать дорогу, а ты будешь крепко держать меня за плечи, и учти: руки не убирай. Ты понял? Если хоть на один миг отпустишь, я тут же исчезну. Они разделят нас навсегда, и мы больше никогда не встретимся.

– Кто разделит?

– Миражи. Ведь мы собираемся идти вдоль границы, а здесь только один хозяин – мираж. Проход, конечно, есть, но дело в том, что он все время меняется. Понимаешь? Мне придется крутиться в разные стороны, чтоб узнать направление. Так что будь предельно внимательным. Хорошо?

От страха разлуки, Алекс вцепился в Миллисенту мертвой хваткой, и они начали свой опасный и долгий путь, медленно продвигаясь к цели. Девушка шла впереди, ломала все ветки подряд и сворачивала в ту сторону, где они оставались сломанными. Парень неотступно следовал за ней и, боясь хоть на миг отпустить от себя, крепко держался за ее хрупкие плечи.

Миллисента оказалась права: они действительно двигались очень медленно. И шли все время вовсе не по прямой линии, а петляли зигзагом, постоянно, останавливаясь и поворачивая в разные стороны. Девушка крутилась, как волчок, не зная усталости. От сильного напряжения у Алекса руки словно одеревенели. Ему все время хотелось опустить их и хоть немного расслабиться. И только страх, что Миллисента исчезнет, и они больше никогда не встретятся, пугал гораздо сильнее, чем какая-то глупая усталость.

Когда же, наконец, они вышли из этих зарослей, уже наступила ночь. Впереди показалась огромная равнина, на которой кое-где торчали небольшие кустики, а где-то совсем рядом виднелось что-то темное, и это нечто больше всего напоминало силуэт одинокого дерева.

– Ну что? – спросил Алекс, по-прежнему держась за плечи Миллисенты. – Мы пришли или нет? У меня руки, как деревяшки, совсем их не чувствую. Это что за равнина? Или это и есть знаменитые болота?

– Сама не знаю, вроде пришли, – неуверенно ответила она. – Все вокруг так изменилось, но болота точно должны быть здесь… Знаешь что, милый, давай-ка на всякий случай заночуем возле этих кустов… А теперь ты можешь смело меня отпустить, а то синяки останутся.

– Ой! Прости, любимая, – он нежно обнял жену и поцеловал в губы.

Наступившая ночь была тихая и спокойная. Но небо по-прежнему было хмурое и не приветливое и совсем без звезд, да и вокруг стояла все такая же гробовая тишина. Они решили хорошенько отдохнуть, чтобы набраться сил. Улеглись на опавшие листья, крепко прижались друг к другу и уснули безмятежным сном.

Глава 6.

Незадолго до восхода солнца на болота опустился густой серый туман. В этой серой безликой массе даже в шаге ничего не увидишь, а если еще и дороги не знать, то заблудиться легче легкого. А болотный туман особенно опасен, потому что кругом одни сплошные топи.

В этот раз Алекс снова проснулся первым. И спросонья еще не понимая, где находится, с опаской огляделся вокруг: сплошная серая мгла висела над болотами. Но когда увидел рядом свою любимую, которая мило улыбалась во сне, сразу все вспомнилось и на сердце немного полегчало. Крепко и нежно прижал к себе жену и все страхи показались такими пустяковыми, что самому стало смешно, и он улыбнулся застенчивой улыбкой.

– Любимый, – прошептала девушка. – Ты меня задушишь.

– Девочка моя, – продолжал улыбаться Алекс и с нежностью гладил жену по голове. – Ты так мило улыбалась во сне. Если б ты знала, как сильно я тебя люблю. Вот так бы и лежал с тобой целую вечность, хотя и ее будет мало.

– Я тоже тебя люблю, дорогой, всем сердцем и душой, и всегда чувствую, когда тебе больно. Ты подарил мне счастье жизни и двух прекрасных детей. Ты открыл для меня новый мир, которого я никогда не знала. И мне бы очень хотелось, чтобы наши дети, когда вырастут, были такими же счастливыми, как мы с тобой.

– Ну конечно, они будут счастливы. Я все для этого сделаю. Обещаю тебе, родная моя, мы скоро их найдем и все вместе вернемся домой.

– Конечно, найдем. Я в этом даже не сомневаюсь… Нам надо идти, любимый. Не будем терять время зря.

– Но кругом сильный туман, – Алекс вытянул руку вверх. – Смотри, даже руки не видно. Как же мы пойдем?

– Ничего скоро солнце поднимется, и он быстро рассеется… Кстати, ты не помнишь, какое солнце было в пустыне?

– По-моему, белое.

– Ах, да, точно. Значит, здесь должно быть главное. Но, к сожалению, нам пока неизвестно, что тут происходит. Так что давай держаться поближе к зарослям. Сейчас там проходит граница, и если что, мы не должны пострадать.

Хорошо, что они еще с вечера легли почти рядом с кустами, иначе бы в таком густом тумане не смогли бы их найти. И как только подошли ближе к зарослям, серый туман почти сразу же окрасился в розовый цвет, а потом в ярко-красный и уже скоро начал постепенно редеть. Когда же солнце поднялось еще немного выше, он и вовсе пропал.

Теперь бескрайние болота явились им во всей своей красе. Это была просто необъятная равнина, выжженная солнцем. Все, что здесь было когда-то зеленым, превратилось в черную безжизненную массу. И больше не было ни густо растущих камышей, ни высокой осоки, буквально вся растительность сгорела дотла. И лишь единственное черное дерево купидии, что росло посреди этих болот, как стойкий оловянный солдатик, так и оставалось на прежнем месте.

И вот когда раскаленный диск солнца поднялся еще чуточку выше, его плоды неожиданно вспыхнули, словно опаленные сильным огнем, и с резким треском начали быстро лопаться. И по всей равнине тут же разлетелся приторный, до тошноты, медово-ягодный аромат, от которого сразу же закружилась голова. И почти мгновенно вся равнина засветилась каким-то странным блеском.

– Скорее, зажми нос, – сказала Миллисента. – И постарайся сдерживать дыхание, а то упадешь замертво.

Алекс отдал носовой платок жене, а сам натянул футболку до самых глаз и старался как можно дольше не дышать. Сейчас надо было просто подождать, пока плоды не перестанут трещать, а заодно можно и полюбоваться потрясающим свечением вокруг. Но чем выше поднималось солнце, тем сильнее разносился запах, и сильнее становилось свечение. Можно конечно спрятаться в кусты, но где гарантия, что это не худший вариант? Приходилось ждать, а сколько ждать, неизвестно. Но самым странным было то, что жар от солнца практически не чувствовался. Может потому, что они стояли возле кустов?

Когда солнце вошло в зенит, треск плодов постепенно прекратился. А внезапно налетевший легкий ветерок быстро разогнал весь сильно-сладкий аромат. Миллисента взяла Алекса за руку, и они медленно пошли к купидии. Казалось, что болота давно пересохли, но кое-где еще попадались глубокие ямы с жидкой грязью. И лишь сверху они покрывались сухой коркой, а вот внутри них все еще оставалась сильная засасывающая сила.

Они шли так медленно, что Алекс уже начал нервничать: такими темпами и через год не дойдешь. Парню хотелось как можно быстрее пройти эти проклятые болота, но как сказать об этом Миллисенте, чтоб не обидеть. Он очень долго терпел и, в конце концов, не выдержал этой тягомотины.

– Милли, – сказал он голосом капризного ребенка. – Ну что мы так ползем, словно черепахи. Пойдем быстрее, все болота давно пересохли.

– Ты в этом уверен? – строго спросила девушка. – Тогда смотри.

Она подняла небольшой камень и бросила в ближайшую ровную на первый взгляд поверхность. Едва тот коснулся земли, как тут же с громким чавканьем исчез под водой, а болотная жижа снова сомкнулась. Увидев эту «волшебную» картинку, Алекс судорожно сглотнул, и все дальнейшие вопросы отпали сами собой, и никаких разъяснений больше не потребовалось.

Когда же, наконец, они подошли к купидии, выяснилась причина странного сияния: вокруг ствола застыли золотые и серебряные струйки сока, которые все еще разливались по всей равнине и придавали ей этот радужный блеск. Было очевидно, что сейчас на черном мертвом дереве выросли «живые» плоды, которые быстро полопались от сильного огня.

– Теперь понятно, – сказала Миллисента, – откуда такой сильный запах. Солнце поменялось, и на мертвом дереве выросли живые плоды.

– Как на мертвом может расти живое? – удивился Алекс.

– Очень просто: здесь встает главное солнце. Убивая все живое вокруг, оно возрождает мертвое. Ведь черная купидия – это мертвое дерево и на нем растут только черные мертвые плоды, которые в два раза больше своих сородичей. У них нет ни вкуса, ни запаха. Кстати, эти самые плоды именно с этой черной купидии освободили тебя от золотой лихорадки.

– Да-а? – и парень заботливо погладил шершавый ствол. – Значит, это ты моя «крестная»? Ну, спасибо тебе за помощь… Милли, ты, кажется, говорила, что главное солнце убивает все живое?

– Не поняла. Что ты хочешь этим сказать?

– А как же карлики и наш Артем?

– Не знаю, – девушка в страхе закрыла лицо руками и на секунду задумалась, а потом с ужасом взглянула на мужа. – Здесь мертвая зона и граница проходит рядом, а что там дальше, пока неизвестно… Давай будем надеяться на лучшее. Нам пора идти, не будем терять время.

Раскаленное солнце стояло в зените, но жары почему-то совсем не ощущалось. И пока еще не стемнело, они поспешили пройти бесконечную топь. Медленно пошли по уже знакомой Милли тропинки и, обогнув топкую кочку, благополучно добрались до твердой поверхности. А когда поднялись на вершину небольшого холма, перед ними открылась выжженная солнцем огромная прогалина, вдалеке которой виднелись какие-то кусты. Когда подошли ближе, стало ясно, что это вовсе не кусты, а бывший сад. Весь райский уголок превратился в обгорелые пеньки. Наверно здесь был сильный пожар, который возник из-за резкой перемены солнца и спалил все вокруг.

Домики карликов тоже сильно пострадали: некоторые из них совсем сгорели, некоторые развалились, а вот несколько недавно построенных сверкали своей новизной. Но широкого строительства как-то вообще не наблюдалось. Значит, у них были дела гораздо важнее, чем какая-то стройка. Да и самих хозяев пока что-то не было видно. Может, они по-прежнему работали на руднике? Ведь совсем отказаться от золота – это было не в их правилах. Алекс с Миллисентой решили спрятаться в первой попавшейся развалюхе, чтоб немного передохнуть и дождаться вечерних событий.

Глава 7.

Ярко-красное солнце медленно-медленно опускалось за горизонт, выпуская в красно-голубое небо свои последние золотые стрелы. Разноцветные птички робко пропели свои короткие рулады и смолкли до следующего утра.

Вдруг вдалеке послышались писклявые возбужденные голоса – это карлики возвращались с рудника, и как всегда были веселы и довольны. Выстроившись в длинный обоз, каждый из них тащил за собой тележку груженную золотыми слитками. А во главе всей процессии шел главный карлик и, о чем-то увлеченно болтая, жестикулировал руками.

Такое необычное поведение очень удивило и Алекса и Миллисенту, и они решили за ними проследить. Тихонько и незаметно перебегали от домика к домику, и сразу заметили, что вся толпа зачем-то направляется к огромной площади, наверно построенной совсем недавно. Быстро спрятались в ближайшей развалине и стали наблюдать за этими карапузами. Карлики подошли к площади и начали аккуратно вынимать из тележек золотые кирпичики, бережно складывая их в форме пирамиды. Две другие были уже готовы, осталось выложить еще одну, а чтобы все работали еще быстрее, главный карлик залез на большую бочку и отдавал команды по правильности построения пирамиды.

– Шевелитесь, бездельники! – кричал он. – У нас мало времени. По окончании прогулки его величество окажет нам великую честь: лично приедет сюда со всей своей свитой. Я не хочу, чтобы меня наказывали. Давайте, пошевеливайтесь.

– Ты слышал? – спросила в полголоса Миллисента. – У них появился король. Интересно посмотреть.

– Давай подойдем поближе.

Алекс взял Миллисенту за руку, и они осторожно перебежали в последнюю развалину, которая находилась почти рядом с площадью. А маленькие труженики, не покладая рук, работали в поте лица и ни на что постороннее не обращали внимания.

Оказывается, третья пирамида была конечным делом всей проделанной работы. А все это строительство началось с огромной площади, которую карлики выложили маленькими золотыми кирпичиками. В ее центре уже возвышался трехметровый куб правильной формы, а с двух его сторон уменьшенные в два раза пирамиды. Напротив этой постройки было то же самое, только наоборот: трехметровая пирамида, а по бокам такие же уменьшенные в два раза кубики.

За всем этим строением виднелись фонтаны необычной формы и красоты: квадрат и рядом треугольник, глубиной и шириной по три метра каждый. С двух левых углов квадрата и с правого верхнего угла треугольника поднимались голубые струйки воды. Они словно кланялись друг другу своими полупрозрачными арками и опускались к золотому мостику, который проходил прямо между ними. Его ажурные перила переливались разноцветными огнями, а метровая ширина позволяла спокойно ходить по нему.

Если же посмотреть с разных сторон в самую глубину фонтанов, то можно заметить, как быстро они меняют свою форму. А при особом освещении было очень заметно, что фонтаны сужаются и расширяются в разные стороны, словно все время танцуют. Особенно, когда стоишь на середине мостика, этот эффект увеличивается в несколько раз, производя впечатление, что фонтаны находятся в постоянном движении.

Алекс с Миллисентой потихоньку и незаметно для строителей обходили всю площадь, и с большим любопытством осматривали ее. После тщательного осмотра накопилось много вопросов к самим строителям, но сейчас Алекса заинтересовал самый главный вопрос.

– Послушай, Милли, – вдруг спросил он. – Я давно хотел спросить: почему в твоей стране все любят число «три»? Куда ни глянешь, везде это заметно: у вас есть три солнца и три абсолютно разные территории. Да и у ваших монстров все по три: и рост, и рога. И даже на этой площади все по три метра: и у фонтанов, и у построек. Вы что, поклоняетесь этой цифре?

– Ну, в некоторой степени, – задумчиво произнесла она. – Скорее всего, это все связано с одной старинной легендой. Хотя почти за триста лет она так и не сбылась, но мы по-прежнему верим в нее.

– А что за легенда?

– Это очень длинная история и в двух словах не расскажешь, – она ненадолго задумалась, а потом начала свой длинный рассказ.

Там, где всегда живет весна,

И где любовь, как бабочка порхает,

Чужая злоба точит меч свой докрасна

И ту любовь насильно истребляет.

Когда-то, очень давно, здесь было огромное царство, которым мудро и справедливо управлял король. Его подданные любили и уважали своего государя, потому что он никогда не был равнодушен к проблемам своего народа, и при необходимости всем помогал.

У короля было трое детей: два сына и дочь. С рождением каждого ребенка устраивались пышные празднества. Гости спешили со всех концов света, чтобы поздравить счастливых родителей. В те дни столы накрывались на всех улицах, так что голодных никогда не было. Весь народ, как один прославляли своего короля и желали его детям здоровья и долгих лет.

Да. Это было золотое время, как для правителей, так и для народа: много любви, много радости и счастья. Все считали, что так будет всегда, но, к сожалению, все когда-то кончается, как плохое, так и хорошее.

И вот однажды неизвестно откуда появился злой и кровожадный белобородый колдун. Он был противником всего хорошего и сразу же околдовал короля, лишив его разума, а королеву сделал своей наложницей. Но все это было сделано тайно, чтоб ни придворные, ни народ не смогли поднять бунт. Все просто решили, что король захворал, и только поэтому ведет себя странно и не обращает внимания на окружающих.

После такого «удачного» эксперимента колдун решил усыпить и бдительность придворных. Потихоньку отодвигая законных правителей на задний план, он уже от имени короля начал сам управлять страной. И, конечно, первыми под удар попали юные королевичи, которые просто боготворили своих родителей и искренне переживали за них.

И когда дети попытались обратить внимание родителей на то, что государство разваливается и уже есть много недовольных, король лишь посмеялся над их страхами. А королева в свою очередь тоже внесла небольшую лепту: как безумная накричала на своих любимых детей, чего в принципе никогда не делала, и выгнала их прочь из замка. Все придворные были шокированы таким непристойным поведением своих правителей, ведь они всегда с чуткостью относились к любому человеку, тем более к своим родным детям.

Юные королевичи проглотили несправедливую обиду и решили еще раз без лишних свидетелей спокойно поговорить с родителями. Глубокой ночью по тайному лабиринту пробрались они в родительские покои с большой надеждой на взаимопонимание. Но их ожидал страшный сюрприз: на ложе любви с королевой вместо отца возлежал колдун. Дети были настолько шокированы всем увиденным, что решили тут же прикончить мерзавца. Вытащив из-за поясов свои кинжалы, которые родители подарили им в день их совершеннолетия, быстро подбежали к кровати и с размаху вонзили в грудь белобородому старику.

Сейчас же по всей спальне пронесся дикий хохот. Возле окна появился живой и невредимый колдун и громко смеялся над всем происходящим. Удивленные королевичи взглянули на кровать и обомлели: на ложе любви рядом с их матерью лежал отец, а в его груди торчали три кинжала. Они бросились к нему на помощь, но было уже слишком поздно: отец умер мгновенно, даже не успев открыть глаза. Несчастные дети упали на колени возле бездыханного тела и горько оплакивали невинную жертву.

От этих безутешных рыданий очнулась и королева-мать. Вырвавшись из сонного плена, равнодушно взглянула на мертвого мужа и плачущих детей, потом спокойно поднялась и подошла к колдуну. Она страстно прижалась всем телом к старику и, поглаживая его длинную белую бороду, вдруг сама истерически захохотала. Тогда колдун с еще большей страстью прижал ее к себе и начал с жадностью целовать в губы прямо на глазах у изумленных детей. Увидев эту дикую сцену, королевичи словно взбесились. Они резко вырвали кинжалы из груди несчастного отца и поспешили во второй раз убить врага. Подбежали к паре, обезумевшей от страстных объятий, и с размаха снова вонзили все три кинжала в спину колдуна.

Скоро его тело упало, но тут снова раздался истерический хохот. Дети остолбенели от ужаса: колдун, как и прежде спокойно стоял у окна. На полу в луже собственной крови лежала их мать, в спине которой торчали три кинжала, а радостный мерзавец хохотал, как ненормальный. Королевичи были в шоке: только что они собственными руками убили своих родителей, которых безумно любили. И что теперь делать? Кто поможет им в их безутешном горе? Вряд ли хоть один человек поверит в их невиновность. Теперь остается только два выхода: умереть самим или в третий раз попытаться убить врага.

Старший брат, сильно взбешенный безграничной наглостью колдуна и своим собственным отчаяньем, вырвал кинжал из спины матери и с криком «Умри!» бросился на врага. Он нанес старику несколько смертельных ударов, но этот мерзавец оказался неуязвим. И пока принц соображал, что бы еще предпринять, колдун быстро пробормотал что-то невнятное и принц мгновенно исчез. Тогда сестра и младший брат вырвали свои кинжалы и поспешили на помощь, но колдун и их опередил, снова прошептав заклинание. Сначала исчезла сестра, а потом и младший брат.

На следующий же день весь народ был оповещен о страшной трагедии, произошедшей этой ночью в замке, но то, чему колдун был сам «свидетелем», сообщить не решился. А убитый горем народ пообещал беспощадному безумцу, что сам сообщит эту страшную весть юным королевичам.

Обыскали все царство вдоль и поперек, но королевичи, как в воду канули. И по истечении трех дней, так как дети не объявились, народ решил похоронить своих государей на вершине самой высокой горы, с которой открывался великолепный вид, и все государство было, как на ладони. Все вместе вырыли большую яму и опустили в нее два гроба, чтобы даже на небесах муж и жена оставались вместе.

Прощальная речь завершалась словами самого старого и почтенного жителя страны. Он долго говорил о благородстве усопших, об их уважении к любому человеку и об их несчастных детях, которые так внезапно исчезли и до сих пор не знают о постигшем их горе. Потом он долго смотрел на небо и, словно войдя в какой-то транс, сказал буквально следующее:

– Когда пройдет почти триста лет, с неба спустится ангел. Он трижды обойдет нашу землю и преодолеет три солнца. В третий раз он придет с черной смертью в руках и приведет с собой двух воинов. Вместе они победят белую бороду и вернут на царство трех королевичей.

Только это произнес, как глаза его закатились, и он упал замертво прямо в королевскую могилу. Толпа вздрогнула от страха, но вытаскивать третьего мертвеца побоялись, увидев в этом страшное пророчество. Было принято общее решение, что хоронить надо всех троих, так и сделали…

Глава 8.

– Вот такая у нас легенда, – грустно вздохнула Миллисента. – И как мне кажется, тройку начали считать священной немного позже. Ведь королевичей так и не нашли, поэтому слова старца посчитали за пророчество, которое должно непременно сбыться через триста лет. И наверно, поэтому до сегодняшнего дня у нас все по три, так как три пропавших королевича и три покойника придают всему этому какую-то страшную мистическую тайну.

– Да-а, – задумчиво произнес Алекс. – Интересная история. И ты в это веришь? Возможно, это просто чья-нибудь выдумка.

– Вполне вероятно, а может, и нет.

– А что случилось с колдуном?

– Точно не знаю, но говорили, что вначале он взял бразды правления в свои руки, а вот как долго он правил – неизвестно. И легенда об этом тоже молчит.

– Да. Страшная тайна, покрытая мраком.

Вот так за разговорами они не заметили, что солнце уже опустилось и все небо покрылось звездами. А трудяги карлики уже давно закончили свою работу и тщательно готовились к встрече с повелителем. Они выстроились в три шеренги и начали громко кричать приветственные речи. И лишь когда в кромешной тьме вспыхнули сотни факелов, на золотую площадь въехал королевский кортеж. Девятка белоснежных лошадей с золотыми гривами и хвостами, выбивая радужные искры, серебряными копытами цокала по мостовой. Она везла за собой золотую карету, а следом за ней торжественно вышагивали карлики, одетые в белые одежды и золотые мантии.

– Какая красота, – в полголоса сказал Алекс. – А какие удивительные кони. Я таких сказочных коней никогда в жизни не видел.

– Смотри, – прошептала Миллисента, – сейчас покажется король.

Карета остановилась. Главный карлик с важным напыщенным видом подошел ближе, чтобы открыть дверцу, и склонился в почтительном поклоне чуть ли не до земли. Из кареты вышел король, и вся огромная толпа взвыла от восторга, захлебываясь в приветствиях к своему господину.

– Фу-у, ну и король, – разочарованно сказал Алекс. – И где они только нашли такого уродца.

Из шикарной золотой кареты появился человечек метрового роста с огромным горбом за спиной, который почти складывал его пополам. Его огромные лопоухие уши были заострены и сверху и снизу, а крючковатый нос был такой длинный и изогнутый, что его кончик доставал до подбородка.

Обезумевшая толпа приветствовала своего повелителя бурными овациями. От неописуемого восторга король расплылся в довольной улыбке, обнажив желтые острые зубы, торчащие в разные стороны. Этот «милый оскал» превращал крохотного человечка в саблезубого тигра.

– Да здравствует король! – завопил главный карлик, что было сил.

Хотя в таком шуме послышался лишь слабый писк, толпа услышала приветствие и грянула трехкратное «Ура!». И сейчас же в ночное небо взметнулись залпы салютов, рассыпавшись мириадами разноцветных звездочек, и король царственно вступил своей маленькой ножкой на огромную золотую площадь.

Обойдя все постройки, и собственноручно проверив все на прочность, король пришел в бурный восторг. А когда побывал на мостике двух волшебных фонтанов, завопил еще сильнее. Главный карлик, сопровождавший его величество во время всего осмотра, тоже что-то увлеченно рассказывал, видимо с удовольствием объяснял своему повелителю, что и как работает.

– Ваше Величество! – обратился главный карлик к королю, когда они закончили весь осмотр. – Мы приготовили для вас маленький сюрприз.

Они подошли к большому кубу и как по сигналу погасли все факелы. Наступила звенящая тишина, и в абсолютной темноте все карлики замерли в ожидании чуда. Главный карлик незаметно нажал на кубе какую-то пружинку, и в нем открылась маленькая дверка. Внутри куба что-то тихонечко щелкнуло, и он тут же весь засветился, словно его одновременно пронзили тысячи золотых нитей. Создавалось такое впечатление, словно в кромешной тьме резко включилось солнце, и непослушные лучи вырвались наружу. И как по цепной реакции засветились все остальные постройки, и даже с самых глубин двух фонтанов показалось мягкое свечение. Вся площадь, как по волшебству, словно заиграла золотыми огнями, мгновенно превратив ночь в день.

– Шпионы, шпионы! – вдруг завопил кто-то в толпе.

Мгновенно наступила тишина и все дружно посмотрели на коротышку карлика, который показывал в сторону развалин. Алекс с Миллисентой даже не заметили, как из любопытства, все хорошенько рассмотреть, вышли на площадь. Ничего не оставалось, как дружно взяться за руки и невольно приблизиться к толпе.

– Схватить их! – вдруг завизжал король тоненьким голоском. – Немедленно! – внезапно упал под ноги на смерть перепуганного главного карлика и, словно ребенок, забился в истерике.

Толпа, словно очнулась и быстро подбежала к «шпионам», в один миг окружила их и перекрыла все пути к отступлению. Их подвели к королю и опустили перед ним на колени. Если бы карликов было несколько человек, Алекс быстро бы с ними расправился, но бороться против огромной толпы безумцев – все равно, что плевать против ветра. Пока ничего не оставалось, как сдаться на милость победителей.

– Убрать! – заверещал король. – С глаз долой!

Коротышки схватили Алекса и потащили к большому кубу. Открыли маленькую дверку, и как бы он ни упорствовал, быстро затолкали внутрь и сразу закрыли. Миллисенту подвели к большой пирамиде и заперли в ней. О проделанной работе немедленно доложили королю, который сразу же успокоился и даже немного приободрился.

Через несколько минут, как ни в чем не бывало, он с важным и гордым видом вышагивал среди толпы и с легким презрением на все приветствия карликов лишь слегка кивал головой. Король повелел толпе веселиться и все тут же забыли «о маленькой неприятности», и как всегда отметили завершение строительства золотой площади грандиозной попойкой…

Когда Алекс оказался внутри куба, то на какое-то время от ярчайшего света даже ненадолго ослеп, и пока не привык, стоял зажмурившись. Если снаружи было просто светло, то внутри свет казался ослепляющим, но при этом глазам совсем не было больно.

Немного привыкнув к этой ослепительной яркости, Алекс решил осмотреть необычное строение. Внутри куб выглядел гораздо объемнее и даже больше, чем снаружи. Золотой свет лился со всех сторон, и было совершенно непонятно: как это все работает? Ни проводов, ни лампочек, и даже свечей нет; то есть не было ни современных, ни старомодных приспособлений. Было очевидно, что это сами золотые кирпичики излучают сияние. И как такое возможно?

Алекс долго любовался этим сказочным чудом, медленно прохаживаясь от одной стены к другой. Задумавшись над работой мастеров, совсем не замечал, как противоположная стенка движется вместе с ним. А когда заметил, стало даже интересно, как это происходит. Решил попробовать пробежаться к соседней стене и дотронуться, но так и не достал до нее. Тогда вытянул руки и прыгнул вверх, но и так не получилось.

При таком исполинском росте, как у Алекса, достать до трехметрового потолка ничего ни стоит. Главное, как следует разбежаться и прыгнуть вверх, но результат почему-то никак не оправдывал ожидания. Как ни старался, лишь слегка проводил руками по воздуху, и даже чуть-чуть не зацепил. И сколько бы ни пробовал дотянуться, потолок, как заколдованный каждый раз поднимался все выше и выше.

– Хм. Надо же, – усмехнулся Алекс. – И как это им удалось? Вроде бы на вид такие олухи, а все же чудо-кубик построили. Интересно, неужели и все остальные постройки такие же?

Вдруг за спиной что-то тихонько щелкнуло, и послышались писклявые голоса. Алекс повернулся и увидел черный проем, в который вошли двое коротышек с пиками наперевес. Они с силой вытолкнули парня в эту тьму и продолжали колоть в спину, заставляя идти вперед.

Сначала кроме разноцветных кругов перед глазами, Алекс ничего не видел и никак не мог понять, почему кругом такая темень. Решил сильней зажмуриться и поморгать глазами, и уже скоро начал различать маленькие силуэты. А когда коротышки перестали колоть в спину, понял, что надо остановиться. Внимательно присмотрелся и увидел перед собой небольшое возвышение, где на золотом троне, согнувшись крючком, восседал король. Огляделся вокруг и заметил, что чудо постройки давно «выключены», и только лишь свет факелов освещает площадь.

– Великан, – пропищал король, – мы решили еще раз взглянуть на тебя.

– Для начала, – нахмурившись, сказал Алекс, – я хотел бы знать: куда вы дели мою жену?

– Вопросы здесь задаем мы! – гордо ответил маленький уродец и уже хотел важно откинуться назад, но горб не позволил сделать это эффектно, и ему пришлось принять прежнее положение. – Ну, так и быть, – продолжил король. – За твою дерзость мы тебя прощаем, а за твою смелость ответим на вопрос: ты увидишь свою жену, но только на рассвете. Осталось всего несколько часов, и мы очень надеемся, что ты не успеешь утонуть.

После этих слов вся свита, которая стояла рядом, противно захихикали. Толпа подхватила этот скрипучий смешок и вскоре вся площадь сотрясалась от сумасшедшего хохота. Алекс с нескрываемым презрением смотрел на короля и всех окружающих и никак не мог взять в толк: что так могло развеселить этих недомерков? Они долго хохотали, держась одной рукой за соседа, а другой – за живот и никак не могли остановиться.

– Пьяные они, что ли? – недоумевал Алекс.

И только один король по-прежнему спокойно сидел на троне и сурово смотрел на все происходящее (видимо смех – не его конек). И лишь когда у всех карликов началась настоящая истерика, придворные попытались восстановить порядок, но к этому времени толпа слишком разгулялась. Тогда король, которому это все уже надоело, показал своим скрюченным указательным пальцем на пленника и махнул рукой. Толпа, видимо только и ждавшая этого сигнала, с визгом и улюлюканьем бросилась на Алекса. Несколько карликов вцепились в него мертвой хваткой, тем самым лишив всякой попытки к сопротивлению, и потащили к кубическому фонтану. Хорошенько раскачали и бросили в воду.

Глава 9.

На долину карликов опустилась глубокая ночь, а все праздничные огни давно погасли. На черном шелке неба появились яркие звезды, но карликам сейчас было не до них. Они так устали и опьянели, что добраться до своих домиков уже не хватило сил, поэтому все дружно завалились прямо на площади и тут же громко захрапели. И конечно никто из них не заметил, как Алекс почти сразу же вынырнул на поверхность, подплыл к перилам мостика, ухватился за них и стал ждать, пока все вокруг успокоятся. Когда все затихло, осторожно вылез из воды и осмотрелся. Храп карликов разносился по всей долине.

Лихорадочно соображая, куда могли спрятать Миллисенту, он потихоньку обошел все постройки и развалины в ее поисках, но все было напрасно: девушка, словно сквозь землю провалилась. Окончательно выбившись из сил, устало присел возле большого куба и над чем-то задумался, а так как спешить было некуда, незаметно уснул.

Когда забрезжили предрассветные сумерки, а прохладный ветерок освежил воздух, прогнав остатки сна, на золотой площади началось первое пробуждение. Первыми проснулись женщины, и пошли готовить завтрак мужчинам, которые еще продолжали сладко посапывать. Не прошло и пару часов, как по всей площади разнеслись аппетитные ароматы.

Королевская свита старалась всегда и везде быть первой – вот и сейчас все карлики в золотых мантиях проснулись раньше остальных. Отобрав самые лучшие кусочки для короля и себя, они уселись за отдельный стол в ожидании своего господина. Чуть позже поднялись и все остальные, суетясь и толкая, друг дружку, они бежали к общему столу и с невероятной жадностью запихивали себе в рот все, что только успевали схватить.

Наевшись до отвала, карлики собрались уходить на рудник, но тут король напомнил им о пленнике, за которого все давно забыли. Развеселившись, вся дружная компания отправились к фонтанам, чтоб посмотреть на утопленника. Каково же было их удивление, когда там они никого не обнаружили. В расстроенных чувствах и с опущенной головой все возвратились к королю, чтоб доложить обстановку. Но вдруг увидели вчерашнего гостя, который спокойно сидел возле большого куба и, скрестив руки на груди, с презрительной усмешкой смотрел на всю толпу коротышек. От такой неожиданности все карлики даже остолбенели и испуганно попятились назад.

– Как? – завопил король, в ужасе округлив глаза. – Ты еще жив?!

– Хм. А с чего мне было умирать? – спокойно спросил Алекс. – Я отлично плаваю и ныряю. Так что, извините, что разочаровал. Предупреждать надо.

– Плавать могут только рыбы! – возмутился король. – А ты не рыба!

– Люди тоже умеют. Если хотите, я могу показать, как это делается.

– Да, – оживился король и, радостно заморгав своими поросячьими глазками, громко захлопал в ладоши. – Мы требуем доказательств.

– А как на счет Вашего обещания, Ваше Величество?

– Какого обещания?

– Вы обещали, что я смогу увидеть свою жену на рассвете, а солнце вот-вот поднимется.

– Да, действительно, – король задумчиво почесал затылок. – Ну, хорошо. Если ты покажешь нам, как выбрался из воды, мы выполним наше обещание и вернем тебе жену.

Алекс поднялся и спокойно пошел к фонтанам. Боясь пропустить удивительное зрелище, карлики поспешили следом. Король в окружении своей свиты гордо поднялся на мостик, чтобы лучше разглядеть всю картину, а все остальные обступили кубический фонтан и приготовились узреть чудо. Алекс остановился на краю, осмотрел всех любопытных и, вытянув руки вверх, тут же нырнул в воду. Коротышки затаили дыхание.

В это самое время солнечные лучи, как огненные стрелы демонов, неожиданно выскочили из-за горизонта и осветили все вокруг. Золотая площадь тут же заиграла в солнечных зайчиках, а на вершинах трех пирамид вспыхнули золотые огни и мгновенно ослепили толпу. Глазки карликов часто-часто заморгали и сильно заслезились.

Всю эту волшебную картинку Алекс увидел со дна фонтана, а еще увидел то, из-за чего чуть было, совсем не захлебнулся. Как только на пирамидах вспыхнули огни и ослепили толпу, он увидел на мостике… своего Артема. Это видение длилось всего лишь мгновенье – и вот снова на его месте опять стоял уродливый король.

Когда Алекс вынырнул на поверхность, тяжело дыша и отплевываясь, карлики еще терли кулачками ослепленные глазки. Но теперь ему было не до них, сейчас мысли были только об одном: был ли это очередной мираж? А может, это вовсе не мираж?

Наконец, толпа очнулась от солнечной вспышки и все уставились на фонтан, в котором продолжал барахтаться Алекс. Он держался за перила мостика и пристально смотрел на короля, думая о чем-то своем.

– О-о! – удивленно произнес король. – Как ты это сделал? Солнце нас ненадолго ослепило, и мы не заметили, как ты выбрался.

– Могу повторить, – радостно сказал Алекс, пытаясь разглядеть в этом уродце родные черты.

– Да-да! – воскликнул он и захлопал в ладоши.

Алекс улыбнулся и начал показывать, как умеет нырять и плавать под водой и на поверхности. Все карлики были просто в восторге и, радостно хлопая в ладоши, просили повторить еще и еще.

– Ну, что ж, – устало и в то же время радостно сказал Алекс, вылезая из фонтана. – Я выполнил ваш приказ, Ваше Величество. Теперь пришла ваша очередь выполнить свое обещание.

Король задумался и, нахмурив брови, важно надулся. «Артем», тут же мелькнуло в голове, и сердце Алекса учащенно забилось от радости. Карлики, в ожидании справедливого приговора, тоже раболепно уставились на своего повелителя.

– Ладно, – еле слышно пролепетал король и неопределенно махнул куда-то рукой. – Освободите ее.

Двое карликов в золотых мантиях вежливо поклонились своему господину и направились к большой пирамиде. Открыв потайную дверку, вошли внутрь и через секунду появились уже вместе с Миллисентой. Еще не веря своим глазам, Алекс тут же подбежал к своей жене и крепко прижал к себе. Радостные, что снова вместе они обернулись к толпе, и увидели испуганные выражения на лицах всех присутствующих.

– Какая… не слыханная… наглость, – промямлил король, заикаясь от злости, и топнул по мостику своей маленькой ножкой.

– Что не так, Ваше Величество? – спросил удивленный Алекс.

– Что не так? – запыхтел король и, словно ему не хватало воздуха, быстро задвигал нижней челюстью. – Да как ты посмел приблизиться к ней, даже не спросившись нашего позволения?

– Простите, Ваше Величество. Видно уже совсем старенький стал, и некому меня пожалеть.

От этих простых слов короля всего резко передернуло, словно сильно ударило током. Миллисента схватила мужа за руку, не понимая, что происходит, а тот лишь загадочно улыбнулся и заговорчески подмигнул. Король хотел еще что-то сказать, но карлики вдруг почему-то сильно забеспокоились и засуетились, беспомощно тыкая пальцами в небо.

– Смотрите, смотрите! – раздался радостный вопль со всех сторон. – Это чудо! Это великое чудо!

Вот это чудо из чудес:

Три солнца вряд на небосклоне!…

Да только чуду здесь конец:

Взрывной волной все смоет вскоре.

Алекс только взглянул вверх и ужасно побледнел: давно забытый кошмар опять реализуется? С трех сторон горизонта медленно и величественно поднимались три солнца: белое, красное и черное. Внутри каждого из них разгорался огненный шар, из которого, словно с яростью, вырывались наружу раскаленные языки пламени.

– Милли, – прошептал он дрожащим голосом. – Нам нужно немедленно уходить отсюда, пока не поздно.

– Почему? – удивилась девушка, с любопытством разглядывая небесное чудо.

– Нет времени объяснять. Подожди, я сейчас.

Парень с трудом протиснулся сквозь остолбеневшую толпу карликов и, встав за спиной короля, нажал ему на сонную артерию. Король тихонько присел, мгновенно потеряв сознание. Алекс поднял его на руки и медленно пошел к жене. Девушка так же, как и все вокруг замерла в одной позе: подняв голову вверх, со всеми вместе смотрела в утреннее небо. А солнечные диски уже входили в зенит и тихонько шли на сближение. Вот-вот должна была грянуть катастрофа, а толпа, как парализованная стояла на месте и не двигалась.

Во всеобщем столбняке Алекс быстро протиснулся к Миллисенте, схватил ее за руку и хотел, как можно быстрее, увести с площади, но девушка «одеревенела» вместе со всеми и даже шагу в сторону не сделала. Тогда он положил короля себе на одно плечо, жену на другое и побежал, что было сил, сам не зная куда. Сейчас было главное – быстрее спрятаться.

Час пик уже стремительно приближался. Еще секунда и будет поздно. Алекс лихорадочно соображал: куда бы им спрятаться? И вдруг заметил какое-то чернеющее углубление в полуразваленном домике, наверно там был подвал. Выбиваясь из последних сил, добежал до этого спасительного укрытия, осторожно положил свою ношу на землю, а потом по одному спустил вниз и оттащил подальше от входа. Окончательно обессилев, закрыл семью своим телом, и теперь в ожидании страшной трагедии, считал последние секунды, заранее простившись с жизнью.

И буквально через минуту прогремел оглушительный взрыв. Земля заходила ходуном, раскидывая все старые и новые постройки, пыль и камни разлетались в разные стороны. На землю хлынул огненный дождь и мощными струями сжигал все вокруг. Дикие вопли послышались со всех сторон – это карлики очнулись от необычного столбняка и в страшной панике метались из стороны в сторону.

Алекс прекрасно знал, что сейчас происходит снаружи, поэтому еще сильнее прижимался к любимым. Волна какого-то животного страха накатила на него, не оставляя ни сил, ни желания что-либо предпринимать.

Повсюду еще долго слышались душераздирающие крики, и чувствовался запах горелого мяса. Казалось, что огненная пытка уже никогда не закончится. Но внезапно все стихло, и кругом наступила зловещая тишина: ни криков, ни стонов. Как все быстро началось, так все быстро и закончилось. Алекс лежал, ни жив, ни мертв, и лишний раз боялся пошевелиться. Все тело тряслось, как в лихорадке, а сердце бешено колотилось от пережитого кошмара. И только когда все стихло, отважился выглянуть наружу.

Огромная золотая площадь была полностью разрушена. С таким трудом и любовью выложенные золотые кирпичики расплавились и превратились в большие теплые лужи. Построенные с таким невероятным искусством кубики и пирамидки, тоже растекались в разные стороны золотыми струйками. И золотой мостик двух фонтанов тоже исчез, а в его голубых водах еще шипели горячие обломки от трех разорванных дисков солнца.

Но вот карликов почему-то нигде не было видно. Как странно, ведь Алекс отчетливо слышал крики и стоны несчастных. Может, им все-таки удалось куда-нибудь спрятаться? Не увидев обугленных трупов, как ожидалось вначале, даже на сердце немного полегчало, ведь он чувствовал себя виновным в их гибели. Зато теперь можно с облегчением вздохнуть. С легким сердцем подошел к своим близким, улегся рядом и, нежно обнимая жену и сына, незаметно для самого себя крепко уснул.

Глава 10.

Яркий солнечный луч пролез сквозь небольшое оконце и начал потихоньку спускаться вниз. Тщательно изучил стену напротив и внимательно осмотрел все встречные бугорки и впадинки. Потом медленно заполз на спящего человека и на секунду замер прямо у него на носу. Пошмыгав носом, человек повернул голову в другую сторону и веселый луч тут же прыгнул ему на закрытый глаз. Тогда он повернулся на другой бок, но упрямый луч снова прыгнул уже на другой глаз. Человек что-то невнятно пробормотал, потом открыл глаза, но тут же быстро зажмурился ослепленный ярким светом. Потом сладко потянулся, широко зевнул и уже окончательно проснулся.

Еще до конца не понимая, где он в данный момент находится, приподнялся на локтях и осмотрелся вокруг. Он был в какой-то большой серо-зеленой палатке, в углах которой виднелись залетевшие жухлые листья, и лежал на двуспальном надувном матрасе. В открытое оконце дул свежий ветерок и слышался шум воды. На белом пластмассовом столике стоял стакан с водой, в котором ярко сверкали солнечные лучики и слепили глаза.

– Где это я? – растерянно прошептал человек хриплым голосом и прислушался к звукам, доносившимся снаружи.

Вдруг где-то рядом послышались звонкие детские голоса и радостный смех. А в окно залетели приятные знакомые запахи: костра и печеной картошки. От этих аппетитных ароматов даже слюнки потекли, и в животе заурчало от голода.

Кто-то тихонько подошел к палатке, остановился возле двери и кому-то что-то тихонечко прошептал. Дверная застежка-молния медленно поехала вниз, половинки откинулись в разные стороны и в палатку заглянули две детские головки. Когда они заметили, что спящий человек давно проснулся и сейчас с большим удивлением смотрит на них, с визгом ворвались внутрь и бросились в объятья ошеломленного отца.

– Милый, – сказала Миллисента, войдя следом за детьми. – Ты уже проснулся? А мы приготовили завтрак, и пришли тебя будить.

– Милли, дети, – прошептал Алекс растроганным голосом и никак не мог поверить в происходящее. Нежно прижимал к себе жену и детей и слезы счастья выступали на глазах.

– Папочка, не плач! – закричали дети в один голос и принялись целовать отца в щеки с обеих сторон.

Алекс смеялся и плакал одновременно, и был невероятно счастлив от того, что наконец-то они снова все вместе и страшные испытания уже позади. Теперь можно было свободно вздохнуть полной грудью, и больше не думать о мировой катастрофе.

Некоторое время спустя дети побежали обратно к костру, чтобы проверить, готова ли картошка, и оставили родителей одних. Теперь можно было спокойно обо всем поговорить. Миллисента села на матрас рядом с мужем и положила голову ему на плечо. Алекс прижал к себе жену и нежно погладил по голове. Они посидели так немного, с удовольствием прислушиваясь к детским голосам.

– Милли, – вдруг спросил он задумчиво, – а как мы оказались в нашей палатке? Я думал, что мы ее больше не увидим.

– Не знаю, – девушка пожала плечами. – Я вообще не понимаю, как мы сюда попали. Ведь мы с тобой были на площади… А вот что случилось потом?… Ты не знаешь?

– Такое вряд ли быстро забудешь, – содрогнулся Алекс от своих воспоминаний и сильно побледнел. – Но было б лучше, если б я этого вообще не знал.

– Что ты хочешь этим сказать?

И Алекс осторожно рассказал, какая страшная катастрофа произошла там, на площади, пока она вместе с карликами находилась в немом оцепенении. С широко раскрытыми от страха глазами Миллисента внимательно слушала о случившемся, и никак не могла поверить, что в ее любимой стране произошла такая страшная трагедия. В этой жуткой истории радовало лишь только одно: детям не пришлось увидеть всего того ужаса, который мог надолго нарушить их хрупкую психику.

– Ой-ой, как горячо! – послышалось снаружи.

Перепуганные родители, которые только что говорили о всяких ужасах, жутко испугались и, выскочив из палатки, подбежали к детям. Ощупали их с ног до головы и, не найдя никаких повреждений, облегченно вздохнули. Дети же, в свою очередь, ничего не понимая, с удивлением переглядывались друг с другом и задавались единственным вопросом: отчего это родители так всполошились?

– Мамочка, папочка! – не выдержала девочка. – С вами все в порядке?

– Понимаешь, детка, – взволнованно сказала Миллисента, – ты закричала, и мы с папой очень испугались.

– Но это всего лишь горячая картошка, – удивился мальчик.

– Да-да, конечно, – вмешался Алекс, пытаясь успокоить свое заколотившееся от страха сердце. – Это всего лишь картошка, дорогая. Ты сильно обожглась, малышка?

– Ну что ты, папочка. Мне вовсе не больно. – Ассоль протянула отцу обугленный комочек. – Вот, попробуй. Мы с Темой испекли для вас.

Алекс разломил обжигающий «уголек» картофеля и, протянув половинку жене, сам со вкусом отведал печеное лакомство. Да, давненько же он не ел ничего подобного! Это действительно была божественная вкуснятина, которая позволяла снова вернуться в далекое детство, где не было ни забот, ни хлопот. Он ненадолго прикрыл глаза и улыбнулся, вспоминая, как они с мальчишками и девчонками ходили всем классом в поход и как сидели у пионерского костра. Все дружно пели песни под гитару и радовались новому дню. Да, тогда это было золотое время! Потому что никто не думал о чем-то плохом. Все жили мирно, ходили на работу и твердо верили в светлое будущее. Он проглотил последний кусочек и снова улыбнулся своим далеким воспоминаниям.

– А можно еще? – спросил он.

– И мне, – улыбнулась Миллисента.

Дети так обрадовались, что всем понравилась их незатейливая «стряпня», что на радостях вытащили все оставшиеся картофелины из золы и поделили на всех. И потом еще долго спорили: кто же первый придумал запекать ее в золе? После таких споров аппетит только сильней разыгрался, было принято всеобщее решение открыть еще и несколько банок тушенки и устроить настоящий пикник с посиделками у костра.

Уже к вечеру мужчины наловили много рыбы и сварили настоящей ухи. Все с удовольствием наелись до отвала и улеглись у костра, чтобы любоваться ночным небом и загадывать друг другу загадки про далекие звезды. И казалось, что все эти дальние звездные планеты подмигивают им с небес, а самая ближняя планета луна, чему-то загадочно улыбается.

Все дни отдыха стояла прекрасная погода. Солнечные лучи, как золотые стрелы пронзали насквозь высокие кроны деревьев и сверкали радужными бликами в речной глади. Легкий летний ветерок играл зеленой листвой и приносил с реки освежающую прохладу. Птицы пели свои серенады, а блестящие пестрые рыбки весело плескались в прозрачной воде.

Вся семья осталась довольна проведенным отдыхом. Им редко удавалось отдыхать, но в этот раз они повеселились на славу. Алекс, переживший настоящий ужас, немного пришел в себя и успокоился. И уже к исходу третьего дня счастливые и загорелые все вместе вернулись домой.

Эпилог.

Огромный банкетный зал весь был заполнен приглашенными: кавалеры пришли в строгих костюмах, а дамы в шикарных вечерних платьях. По всему залу были расставлены высокие вазы с живыми цветами, а на стенах развешаны канделябры со свечками и небольшие картины с яркими живописными пейзажами. Оркестр наигрывал приятную мелодию, а официанты разносили легкие напитки. Все гости долго томились в ожидании новобрачных. Они разделились на отдельные группки и, переговариваясь друг с другом в полголоса, сейчас по всей вероятности обсуждали только одну тему: предстоящую церемонию.

И вот, наконец, по всему залу пробежал легкий шепоток: к парадному входу подъехал белый лимузин с женихом и невестой. Суетясь, и расталкивая друг друга, гости быстро выстроились в две шеренги и затаили дыхания. Все начали внимательно наблюдать за входом, чтоб ничего не пропустить и хорошенечко все рассмотреть.

Первыми в зал медленно и грациозно вошли дети: красивый чернявый мальчик в белом смокинге торжественно и гордо вел за руку свою красавицу сестру. Девочка была одета в бальное нежно-розовое платье, а ее золотистые волосы, заплетенные «в колосок», украшала нитка белого жемчуга. Этот скромный наряд превратил ее в настоящую маленькую принцессу. Брат очень гордился своей прелестницей сестрой и важно вышагивал, держа ее за руку, а она в свою очередь была просто невероятно счастлива, что у нее есть такой смелый и сильный заступник.

Следуя за детьми, вошли и сами виновники торжества. Алекс также как и сын, тоже надел смокинг, но только черный и сейчас торжественно шел рука об руку со своей красавицей женой. На Миллисенте также как и на дочери, тоже было бальное нежно-розовое платье, обшитое белым жемчугом, а золотистые волосы, уложенные в высокую прическу, украшала бриллиантовая диадема. Сейчас она выглядела, как самая настоящая королева, даже ее походка говорила об этом: медленно и величественно она словно плыла по залу и, крепко держа мужа за руку, мило улыбалась и лишь слегка кивала головой всем присутствующим.

Сегодня Алекс с Миллисентой решили вместе с друзьями отметить венчание и десять лет совместной жизни. Никто из присутствующих до сих пор никак не мог поверить, что этот прожженный Жигало вообще на такое способен. Ведь когда-то у Алекса была целая коллекция женщин, так неужели же ему удалось целых десять лет прожить только с одной единственной и при этом ни разу ей не изменить даже в мыслях.

К счастью для друзей никто из них даже не догадывался, через какие жуткие и страшные испытания пришлось пройти их другу, чтоб получить в награду такую красавицу. А если б кто об этом и узнал, тогда бы точно не стал завидовать. Да и охотники уж вряд ли бы нашлись: кому ж охота рисковать своей жизнью, даже ради такой сказочной красавицы, как Миллисента…

И вот, наконец, оркестр заиграл вальс Штрауса. Звуки волшебной музыки медленно поплыли по всему залу и тихонько расшевелили почти уснувшую толпу. Алекс, как настоящий джентльмен, поцеловал руку своей любимой жене, галантно поклонился и пригласил на танец. Они вышли в центр зала и медленно закружились в этих волшебных звуках. Уже через минуту к ним присоединились и их дети. Артем тоже галантно поклонился Ассоль и пригласил на танец. Они прошли в центр зала и вместе со счастливыми родителями закружились в темпе чарующего вальса.

Гости снова замерли в ожидании новых чудес, и они снова не заставили себя долго ждать. Когда две пары медленно и грациозно закружились по залу, золотистые волосы уже двух женщин вдруг ярко вспыхнули, и в приглушенном свете засверкали настоящим золотым блеском. И в тот же миг мириады разноцветных огней осветили сумеречный зал и тысячи маленьких солнечных зайчиков сейчас же заиграли на стенах. Все гости просто ахнули от восхищения, а две пары продолжали тихонько кружиться, совсем не обращая внимания на окружающих. Они лишь улыбались друг другу счастливыми улыбками и изредка посылали всем любопытным свои воздушные поцелуи.

Часть третья.

Три короля.

Сегодня в этот мир с тобой приходим,

Чтобы пройти судьбы большой круговорот.

А завтра призраком тихонечко уходим,

Прощаясь с миром у кладбищенских ворот.

Пролог.

Осенний лес стоял плотной стеной, а все верхушки высоких деревьев тихонько раскачивались в разные стороны, словно пересказывали друг другу ночные сны. Резкий ветер дул со всех сторон и был то сильный, то слабый. Весело играя побуревшими листьями, он срывал их с веток и уносил в неизвестность.

Ровно посередине леса протекала широкая спокойная река. В прозрачной воде весело плескались маленькие рыбки, и совсем не подозревали о скоро грядущей беде. Почти по всей протяженности река шла по прямой линии, и лишь в конце леса делала огромный зигзаг, а потом снова выравнивалась и бежала дальше.

И вдруг наступила звенящая тишина: веселые рыбки быстро ушли на дно, а легкий ветерок внезапно замер на месте, и больше уже ни один листик на деревьях не шелохнулся. Казалось, что воздух внезапно застыл и даже его величество время мгновенно остановилось…

Через минуту где-то вдалеке послышались звонкие детские голоса и уже скоро показались маленькие лодочки. Три десятка лодок, одна за другой, шли длинным ровным обозом. В каждой из них было по два мальчика от восьми до двенадцати лет и у всех в руках было по веслу. Громко перекрикиваясь и ругаясь, они медленно шли вперед. Когда до поворота оставались считанные метры, скорость лодок сразу же увеличилась вдвое. Им почему-то было необходимо, как можно быстрее пройти этот опасный зигзаг.

Когда же лодки только подошли к первому повороту реки, почти сразу начали появляться, один за другим, три небольших водоворота. Сначала они были совсем маленькие и почти не заметные, но чем ближе подходили гребцы, тем сильнее начинали закручиваться воронки. И вот, наконец, они набрали такую скорость, что гребцам никак не удавалось ни повернуть назад, ни пройти вперед. Лодки начало медленно затягивать внутрь воронки. Дети напрягали все силы и старались обойти их по краям, да только не у всех это получалось: одни падали в воду и, пытаясь удержаться, тянули за собой других. И лишь несколько из них дошли до второй воронки, хотя многие «везунчики» пытались помочь остальным, да только ругались и топили друг друга. И уже до третьей воронки никто из них не дошел, потому что дальше маленькие лодочки вместе с детьми быстро уходили на дно…

И вот уже скоро затихли все детские голоса и крики о помощи, и на реке снова наступила звенящая тишина. И лишь осенний ветерок, как ни в чем не бывало, опять заиграл багровой листвой деревьев, словно застывшее время снова пустилось в далекое путешествие. И только маленькие детские трупы, всплыв на поверхность воды, больше уже никуда не спешили, поэтому сейчас спокойно и медленно проходили третий поворот смертельного зигзага. И уже без всякой суеты тихонечко двигались дальше по прямому руслу реки. А притихший лес, устало сбрасывал теперь совсем не нужные листья, и лишь далекое эхо все еще печально вздыхало и, словно прощаясь со всеми, все повторяло и повторяло крики несчастных гребцов.

Глава 1.

Алекс весь мокрый от пота часто просыпался от собственного крика и снова забывался сном. Что-то невнятно бормотал во сне, в горячке пытался встать с кровати и куда-то бежать, но санитары продолжали крепко держать его за плечи и не давали подняться. И лишь когда врач вколол ему «лошадиную дозу» снотворного, немного успокоился и снова уснул. Бедная Миллисента все это время стояла у окна и укратко вытирала набежавшие слезинки.

– Как же все-таки странно, – сказал доктор, тяжело дыша и задумчиво покусывая нижнюю губу. – Ваш муж выглядит абсолютно здоровым. Но я никак не могу понять одно: из-за чего выявляются симптомы лихорадки? Температуры нет, давление в норме. Да и успокоительное почему-то вообще не действует, а наоборот, еще больше возбуждает. Ничего не понимаю. Да-а, такой странный случай в моей практике впервые… Голубушка, а вам сейчас тоже необходимо отдохнуть, вы итак еле держитесь на ногах. Я дал вашему мужу большую дозу снотворного, надеюсь, что до утра он уже точно не проснется.

– Спасибо, доктор, – всхлипнула Миллисента.

– Ну-ну, успокойтесь, – он по-отечески похлопал ее по плечу. – Все будет хорошо, я уверен.

Доктор хотел еще что-то сказать, как-то приободрить, но все слова вылетели из головы. Он немного потоптался на месте, подбирая нужные слова, но на ум ничего существенного не приходило. Потом попросил звонить в любое время в случае необходимости, развернулся и вместе с санитарами вышел из комнаты.

– Мамуль, – в комнату вошел стройный красивый юноша лет девятнадцати, жгуче-черные волосы были перетянуты резинкой на затылке, а хорошо развитая мускулатура говорила о том, что он далеко не лежебока. – Ну, что сказал доктор?

– Ничего нового, милый, – Миллисента печально посмотрела на мужа и тяжело вздохнула.

– Понятно. Этот тоже ничего не знает и ничего не понимает. И, конечно же, ничем не может помочь.

– Да, милый. Как и все предыдущие.

– Но он вообще хоть что-нибудь сделал?

– Лишь укол снотворного. Сказал, что до утра отец не проснется… А где Ася?

– Плачет у себя в комнате.

– Тема, сыночек, ну, ты же все-таки мужчина. Поговори с ней и успокой как-нибудь.

– Да я бы рад поговорить, но она заперла дверь и не открывает. Но ты не волнуйся, мамуль. Я сейчас пойду и попробую с ней поговорить.

– Иди, родной, – она прилегла к мужу на кровать и, поглаживая его руку, тихонечко задремала…

Моя любовь тебя согреет,

Душа с душой поговорит,

И вся болезнь твоя истлеет,

В окошко счастье постучит.

В четвертом часу утра уже новый рассвет ступил ногой на грешную землю. Ведь летом солнце всегда встает «с петухами». Тихонько поднимаясь, оно нежно и ласково согревает все вокруг. Ранние утренние птахи весело пропели свои серенады и снова замолчали до завтрашнего восхода. Зеленые верхушки деревьев медленно и спокойно раскачивались от легкого дуновения ветра и тихим шуршащим шепотом пересказывали свои ночные сны.

И где-то уже наверно через час солнечные лучи заглядывали в зеркало и ярко-слепящим светом отражались в нем. Алекс глубоко вздохнул и, открыв глаза, снова быстро зажмурился. Потом опять медленно их открыл, сладко зевнул и спокойно осмотрелся вокруг: на тумбочке были какие-то лекарства и шприцы. Миллисента лежала рядом, слегка свесив одну ногу вниз.

Сегодня мужчина чувствовал себя бодрым и отдохнувшим, и поэтому совсем не понимал: для кого предназначена эта огромная куча лекарств. Опасаясь за жизнь жены, осторожно прикоснулся к ее лицу, потом облегченно вздохнул и, прижавшись к ней, нежно поцеловал в губы.

– Доброе утро, любимая, – прошептал Алекс, когда Миллисента открыла глаза и улыбнулась.

– Милый, – она с тревогой потрогала его лоб. – Тебе уже лучше? Мы так волновались за тебя.

– Волновались? Но почему?

– Ты пролежал в лихорадке трое суток. Все время о чем-то бредил, хотел кого-то спасти и порывался бежать на помощь. Артем несколько раз вызывал «Скорую», но врачи ничего не могли сделать. Хотели забрать тебя в больницу, да я не согласилась: раз они здесь и сейчас ничем не могут помочь, то и там надежды не будет. Выписали целую кучу лекарств, а результата – ноль.

Алекс с большим удивлением и не доверием слушал тихое щебетание жены и пытался хоть что-нибудь вспомнить о прошедших днях. И удивляясь самому себе, никак не мог понять: как можно было, целых трое суток провалялся в постели и совершенно ничего об этом не помнить?

Дверь тихо скрипнула и медленно приоткрылась, и в родительскую спальню вошли двое молодых людей: красивый высокий юноша и стройная невероятно-обаятельная красивая девушка с золотистыми волосами, заплетенными в длинную тугую косу. Когда они увидели, что уже никто не спит, облегченно вздохнули и с радостными улыбками подбежали к родителям.

– Папочка, – сказала Ассоль, – я так рада, что с тобой все в порядке. Мы с Темой молились о твоем здоровье.

– Спасибо, родные мои, – Алекс нежно прижал к себе детей и обоих поцеловал в щеки. – Я тоже рад, что снова вместе с вами. Надеюсь, этот дурной сон больше не повторится… Ой, Милли! Я, кажется, только что вспомнил…

– Что вспомнил? – спросила она и все с удивлением переглянулись.

– Река Страха, – медленно и задумчиво произнес Алекс, а потом пристально посмотрел на жену. – Кажется, опять началось.

– Ты уверен? – она в ужасе округлила глаза.

– А сегодня вообще, какой день?

– Ну-у… По-моему, еще рановато.

– Мама, папа, – произнес Артем и переглянулся с сестрой. – Может, вы, наконец, объясните нам, что происходит? Если не ошибаюсь, вы скрываете от нас какую-то тайну. Не пора ли раскрыть карты? Мы уже выросли и все поймем.

– Да-да, милый. Ты прав, – Миллисента похлопала сына по руке. – У нас с папой действительно есть тайна. Дорогой, – обратилась она к мужу, – может и правда, пора все рассказать детям?

– Думаю, пора, – тяжело вздохнул Алекс. – Но ведь это дело не пяти минут. Правда? Для начала было бы неплохо привести себя в порядок и немного подкрепиться. Не знаю, как вы, а вот я лично ужасно проголодался.

Страшную тайну решили оставить на вечер, когда все успокоятся и отдохнут. А сейчас необходимо было, как следует подкрепиться…

После завтрака Миллисента поехала в банк за доказательством, а дети остались дома, присматривать за еще не совсем окрепшим отцом, (хотя он всем доказывал обратное). Все были как на иголках: каждую минуту поглядывали на часы, и просто лопались от нетерпения, ожидая приезда матери.

Через час Алекс позвонил на мобильник жене, но в ответ услышал, что абонент временно не доступен. Наверно, в хранилище банка нет связи, и он решил немного подождать. Прошел еще час, потом другой, но телефон Миллисенты по-прежнему был заблокирован. Уже не на шутку обеспокоившись, Алекс позвонил в банк, чтобы узнать о причине задержки. После недолгого разговора, устало опустился в кресло и от бессилия закрыл глаза.

– Ну, что? – спросил Артем, когда отец ничего не ответил. – Мама уже едет?

– Нет, – он только отрицательно покачал головой, и от внезапной боли закрыл лицо руками. – Ее там вообще не было.

– То есть, как это не было? Может, ты не в тот банк звонил?

– В тот, сынок.

– Папа! – воскликнула Ассоль. – А вдруг мама попала в аварию?! Позвони ей.

– Телефон заблокирован, – упавшим голосом сказал Алекс. – При аварии такого не бывает. Я уже несколько раз пытался дозвониться и ничего.

– Попробуй еще раз.

Мужчина неохотно взял трубку и попробовал снова набрать номер. И опять в ответ тишина. Немного посидел в глубокой задумчивости, пытаясь собраться с мыслями, и вдруг резкий звонок заставил всех вздрогнуть.

– Милли! – радостно крикнул Алекс в трубку телефона, но на том конце вдруг что-то резко щелкнуло, скрипнуло и тихо запищало, а потом механически-скрипучий голос жены очень медленно произнес: «Алекс, по-мо-ги»… И снова все затрещало, защелкало и заскрипело, а дальше – тишина.

– Это мама? – спросили дети в один голос, но отец лишь отрицательно замотал головой и пожал плечами; означало это «да» или «нет» – было совсем не понятно.

– Кажется, – протянул Алекс, – это опять началось. Давайте пока помолчим и подождем еще немного, мне надо подумать.

И все тут же замолчали. Дети уселись рядом с отцом, и каждый задумался о чем-то своем. И буквально каждые пять минут они все равно пытались дозвониться Миллисенте, но она по-прежнему была вне зоны доступа. Вот уже и вечер наступил, а жена так и не объявилась. Дети уговаривали отца обратиться в полицию, но он лишь отрицательно качал головой. Уж кто-кто, а Алекс прекрасно знал, что в этой ситуации никакая полиция не сможет помочь.

– Все, – спокойно произнес отец, усаживаясь как можно удобней в кресле. – Больше ждать нельзя, видимо, это время снова пришло. Присаживайтесь поближе, дети мои, я открою вам страшную тайну.

– Папа! – возмутилась Ассоль. – Я тебя не понимаю. А как же мама? Нужно срочно обзвонить все больницы и найти ее! А ты сейчас будешь просто спокойно сидеть в кресле, и рассказывать нам какую-то тайну?

– Понимаешь, детка, – он спокойно взял дочь за руку. – Если бы мама попала в больницу, телефон бы все равно продолжал работать. А как ты заметила, гудки не проходят вообще, поэтому я абсолютно уверен, что ее даже в городе нет. Мы сможем спасти маму только в том случае, если вы будете знать все: от начала истории и до самого ее конца.

– Спасти?! От кого?

– Теперь я просто уверен, что она снова вернулась в свою страну, и только поэтому ее телефон вне зоны доступа.

– В какую еще страну? – резко выдохнул Артем.

– В ту самую, где мы когда-то с ней познакомились. Эта загадочная страна называется Три Солнца… А теперь послушайте меня спокойно и не перебивайте. Вся эта необычная и загадочная история началась в тот самый день, когда у меня были первые показательные выступления на дельтаплане…

Глава 2.

Утром Алекс вместе с детьми отправился в банк, в который еще вчера уехала Миллисента и назад уже не вернулась. Оставив детей дожидаться в вестибюле, сам спустился в хранилище банка. Через несколько минут вышел оттуда, держа в руках небольшую коробочку.

Приехав домой, все вместе собрались в гостиной в ожидании чуда. Алекс подошел к столу и осторожно положил коробку, а потом острым ножом аккуратно разрезал клейкую ленту. Открыв крышку, вынул из нее еще одну коробку, только поменьше первой.

– Надеюсь, – сказал он, открывая вторую коробку, – он не совсем гнилой.

По всей комнате мгновенно разлетелся тонкий приятный аромат. Алекс со всей нежностью и осторожностью вынул из коробочки… золотой кубик, и положил в центр стола. Изумленные дети открыли рот от удивления. Это маленькое чудо разрушило все их сомнения. Ведь вчера они вовсе не поверили в ту байку, которую им рассказал отец.

– А он настоящий? – спросил Артем и осторожно тронул кубик пальцем.

– Конечно настоящий, – подтвердил Алекс. – Но это не просто кусок золота, а самый натуральный съедобный фрукт. И, как я вам уже говорил, здоровым людям его есть нельзя. Он всегда помогает только в одном случае: когда вам грозит смертельная опасность.

– Прости нас, папуль, – сказала Ассоль.

– За что?

– Вчера мы тебе не поверили. Думали, ты все выдумал, только чтоб маму больше не искать.

– Хм. Не переживай, детка. Если б мне это сказали лет двадцать назад, я бы тоже не поверил… Ну, что ж, теперь нам предстоит разработать план действий.

Он взял большой лист бумаги и карандашом начертил план страны, как она выглядит сверху. Показал четыре границы, через которые можно попасть в эту страну: первая граница была снежной стеной, благодаря которой он очутился в самом начале пути, вторая – проходила вдоль леса, третья – скрывалась на болотах, а вот четвертая – это пещера, в которой он оказался в самом конце. Теперь оставалось найти еще две неизвестные.

– Пап, – спросил Артем, показывая на правую сторону плана, – а что находится за Рекой Страха и под водопадом?

– Вот здесь, – Алекс ткнул пальцем в правую половину, – живут гигантские крокодилы, с левой стороны идут какие-то черные заросли. Кстати, вся правая часть реки теряется в них. Что находится за этими кустами дальше, я пока не знаю, а вот под водопадом камни и пороги.

– А мама не говорила, что находится на правой стороне?

– Я как-то спрашивал ее об этом, но ничего вразумительного не услышал. Все ее передвижения ограничивались лишь лесом и рекой, а правая сторона у них почему-то считается запретной зоной.

– А вдруг две ненайденные границы именно там.

– Ну-у, – Алекс серьезно задумался над словами сына. – Может, ты и прав? Ведь я был там дважды, но на правую сторону так ни разу и не попал. Возможно, она потому и запретная, что туда никак нельзя проникнуть. Но если жизнь есть на левой стороне, значит, и на правой должна быть, но сначала надо преодолеть Реку Страха. Вот только, как это сделать? В самом центре реки живет монстр, а в конце – водопад… Ни мостика, ни бережка… Здесь надо что-то придумать.

– Я вижу только один выход: надо убить речного монстра.

– Ха-ха-ха, – Алекс даже рассмеялся. – Святая наивность. Это тебе не компьютерные стрелялки, сынок. Представь себе хоть на минутку трехметрового гиганта, в бронированной чешуе и с огромными шипами по всей спине. Да один огненный плевок и от тебя лишь кучка пепла на песке. Этот монстр надежней любой охраны, через него ни один любопытный не пройдет.

– А если по воздуху? – вдруг вставила свое слово Ассоль.

– По воздуху? – спросили мужчины в один голос.

– Ну да. Если по реке нельзя, можно попробовать по воздуху. Ведь монстр не умеет летать, он только плавает и ходит.

– Доча! – радостно воскликнул Алекс, удивляясь находчивости дочери. – Да ты настоящий гений! Ведь мы сможем перелететь туда на дельтаплане. Вот видишь, сынок, мы с тобой целый час спорим, ищем решение, а она, бац, и за секунду нашла выход.

– Женская логика, – улыбнулся Артем и нежно обнял сестру. – Молодец, сестренка, хорошо придумала.

После того, как выход был найден, все вместе отправились в летный клуб, чтоб заказать сборный дельтаплан. В домашних условиях такой не сделать, а с помощью специалистов и точных расчетов, да еще на летном поле – вполне возможно. Он должен быть прочным и легким в использовании, и чтобы мог спокойно выдержать четырех человек.

Уже вечером, когда вернулись домой, все сразу почувствовали, что в квартире стоит какой-то тяжелый и очень сладкий аромат, от которого немного закружилась голова. Узнав знакомый запах, Алекс побежал к окнам и быстро открыл все настежь, чтоб немного освежить воздух.

И лишь только потом все заметили всеми позабытый золотой кубик, что до сих пор лежал на столе в гостиной. За серьезными разговорами о нем совсем позабыли и даже в коробку не убрали – вот он им и «отомстил». Алекс указал пальцем на источник не обычного аромата, и уже хотел положить кубик обратно в коробку, как тот неожиданно распался на две половинки. Все тут же собрались вокруг стола, с любопытством наблюдая за этим маленьким чудом. В середине одной половины кубика находился какой-то посторонний предмет: что-то вроде занозы. А может это просто белая косточка? Алекс осторожно вытащил маленький белый сверток, и половинки тут же соединились вновь.

На малюсеньком клочке бумаги мелким почерком было что-то неразборчиво написано. Он взял большое увеличительное стекло, приложил к клочку бумаги и тихо прочитал: «Три короля вернутся, когда умрет король…»

– Что это значит? – спросил Артем. – Еще одна загадка про королей?

– Хм. Не знаю, может, наоборот – отгадка, – Алекс медленно прочитал вслух еще несколько раз. – По-моему, я уже где-то слышал нечто подобное. Вот только где? Надо подумать.

Пока дети тщетно старались разгадать этот странный ребус, он пытался «поймать за хвост», мелькнувшую мысль. Все прокручивал и прокручивал в голове эти несколько слов, пытаясь найти, а вернее вспомнить забытый ответ.

– Может, – сказала задумчиво Ассоль, – это что-то вроде пророчества? Или нечто другое?

– Пророчество?! – Алекс чуть не подпрыгнул. – Ну, конечно. И как я об этом забыл? Это же самая настоящая подсказка!

– Ты это о чем? – удивился Артем.

– Вспомните старую легенду, которую я вам вчера рассказывал. Да, теперь вся эта головоломка сложилась: «… и с неба спустится ангел. Он трижды обойдет нашу землю и преодолеет три солнца. В третий раз он придет с черной смертью в руках и приведет с собой двух воинов. Вместе они победят белую бороду, и вернут трех королевичей».

– Ты хочешь сказать, – спросила Ассоль, – что эта легенда говорит о нас?

– Ну, конечно: «…и с неба спустится ангел». А ведь в первый раз я попал туда на дельтаплане, то есть именно с неба. Второй раз мы прошли все вместе. Теперь же предстоит идти в третий раз и снова пройти три солнца. Ведь там говорится: «…приведет с собой двух воинов». Вот вы и есть мои воины.

– Ну, хорошо, допустим, – снова возразил Артем. – Но ты забыл, что там говорится о какой-то «черной смерти в руках». Что это такое? И кто такой этот Белая Борода, которого мы должны победить? Значит, мы должны с ним сразиться? Тогда каким оружием? И кто эти три королевича, что мы должны вернуть? Где их искать?

– Ну, послушай, дорогой, ты задаешь слишком много вопросов, и требуешь немедленных ответов, а так не бывает, надо решать все по порядку и не спеша. Что такое «черная смерть», я действительно пока не знаю. А вот кто такой этот Белая Борода, надо серьезно подумать, – и Алекс в серьез задумался, долго прохаживаясь по комнате туда-сюда, а потом вдруг громко рассмеялся над своей тугодумостью. – Если не ошибаюсь, то только один персонаж из всей этой истории у меня на подозрении: по-моему, старик-гусляр и колдун, это один и тот же человек. А это значит, что когда он умрет, тогда и вернутся три королевича.

– Значит, мы все-таки должны с ним сразиться? А как это сделать? Если даже принцы не смогли его убить.

– Ну-у, как точно мы это сделаем, я пока не знаю, но мне почему-то кажется, что нам поможет вот этот малыш, – он осторожно положил золотой кубик себе на ладонь и поднял руку на уровне глаз. – Мы возьмем это маленькое золотое чудо с собой, и в нужную минуту сделаем ход конем. Только он мертвецов поднимает, а всех живых наповал убивает.

Лишь успел это произнести, как кубик тут же вспыхнул ярким светом, словно выстрелил изнутри своими золотыми лучиками. И вся комната тут же заиграла солнечными зайчиками. От такой необычной красоты, вся троица замерла, разинув рты и удивленно захлопала глазами. И тогда Алекс понял, что все-таки он разгадал эту сложную загадку.

Глава 3.

Прошло еще несколько дней, а Миллисента так и не объявилась. Наверняка и телефон уже полностью разрядился. И Алекс больше не сомневался, что она вернулась обратно в свою страну, а наоборот был абсолютно в этом уверен.

Тщательно разработанный план действий был практически готов и, поднявшись рано утром, они собрали все необходимое и все вместе отправились на летное поле. И уже там несколько раз собрали и разобрали дельтаплан, проверяя его в действии. После окончательной проверки, как следует, упаковали в специальный рюкзак и тронулись в путь.

Начать операцию Алекс решил с поиска поляны, той самой, на которую он сам когда-то попал, выползая из пещеры: именно там проходила четвертая граница между тем и этим миром.

И хотя обошли все поляны в лесу, никаких пещер ни близко, ни далеко не нашли. Уже начало смеркаться, когда уставшие и голодные они вышли к реке. Решили переночевать здесь, а рано утром снова отправиться на поиски. Быстро разбили палатку, плотно поужинали и почти сразу же уснули «мертвым» сном.

Примерно через час Алекс очнулся от резкого толчка в бок и, еще до конца не понимая, что происходит, словно в полудреме вышел из палатки и направился к реке. Вдруг он увидел Миллисенту, что стояла на другом берегу и звала за собой, махая рукой. Мужчина неожиданно прыгнул вверх, и как невесомое облачко полетел к ней на встречу. А когда приземлился рядом, не смог и пошевелиться: все тело и даже язык как будто одеревенели. Алекс, словно под гипнозом, шел за женой в чащу леса, не чувствуя перед собой никаких препятствий.

Они прошли совсем немного и оказались возле высоких кустов. Миллисента подошла ближе и раздвинула ветки, а потом обернулась к мужу и сказала:

– Береги детей, любимый. И запомни: в случае смертельной опасности, всегда вспоминай обо мне.

Она спокойно прошла сквозь кустарник и, махнув на прощанье рукой, исчезла в темноте. Алекс хотел побежать за ней, но тело совсем не слушалось: какая-то сила потянула назад, и он полетел обратно через лес, реку, и опустился прямо на матрас в своей палатке…

Солнечные лучики заглянули в оконце, и отразились в металлическом чайнике. Потом медленно опустились вниз на стакан с водой, и в нем сейчас же заиграли все цвета радуги.

Алекс резко очнулся и, чтобы окончательно собраться с мыслями, полежал еще немного с закрытыми глазами, вспоминая свой странный сон. Несколько раз прокрутил его в голове, пытаясь понять: насколько же все было реально? Чтоб никого не разбудить, тихонько поднялся и вышел из палатки. Потом спокойно набрал сухих веток и разжег костер, повесил на перекладину походный котелок и налил в него немного воды.

– Доброе утро, папуль, – послышалось над ухом.

– Вы уже встали? – не оборачиваясь, спросил Алекс и подбросил несколько веток в огонь. – Сейчас вода закипит, и будем завтракать, а пока идите умываться.

Сидя у костра, мужчина украдкой наблюдал за своими уже взрослыми детьми и с улыбкой вспоминал былые дни. Когда Ассоль подросла и превратилась в сказочную красавицу, Алекс не успевал отбиваться от назойливых женихов, которые выстраивались в очередь, претендуя на ее руку. Да только ему лично никто не нравился: все женихи были какими-то озабоченными. Как он понимал, все, что им было нужно – это доступ к телу, а что девушка будет при этом чувствовать, никого не волновало. Те же «проблемы» были и с Артемом: девчонки целыми стаями кружились вокруг него и «обрывали» телефон, тщетно пытаясь обратить на себя внимания. И как дети «не брыкались», стаи поклонников никогда не заканчивались…

После обильного завтрака все не нужные вещи: матрас и палатку, как не нужный балласт, спрятали в кустах. Не вдаваясь в лишние подробности, Алекс повел всех к реке, чтобы уже на месте проверить свой сон.

– Папа, – спросила удивленная Ассоль, – а разве палатка нам больше не понадобиться?

– Если мы сегодня найдем границу, – задумчиво произнес Алекс, внимательно осматривая другой берег, – то лишние вещи нам будут только мешать. Думаю, что там отдыхать будет некогда.

– А ты что, знаешь куда идти?! – воскликнул Артем.

– Просто хочу кое-что проверить.

Мужчина скинул ботинки, закатил брюки до колен и пошел на то самое место, что видел во сне. Стоя по колено в воде, прошелся немного вперед и буквально в метре от себя обнаружил брод. Облегченно вздохнул и с довольным видом повернулся к детям. Чтоб всем было легче идти, приказал распределить оставшиеся вещи, а потом все друг за другом осторожно перебрались на другой берег. Привели себя в порядок и уже смелее пошли вперед сквозь заросли леса.

Пройдя где-то сотню метров, наткнулись на высокий кустарник, который Алекс видел сегодня во сне. Теперь осталось проверить: есть ли проход. Все еще сильно волнуясь, осторожно раздвинул ветки кустарника в разные стороны.

– Есть! Мы нашли ее! – обрадовано закричал он и указал на черный проем.

– Что нашли? – не понял Артем.

– Четвертую границу.

– Так мы только вчера здесь были и несколько раз проходили мимо. Или ты просто вспомнил поляну?

– Ну-у, не совсем, – серьезно сказал Алекс. – Сегодня я видел вашу маму во сне. Это она указала дорогу… Значит так, я не знаю наверняка, куда мы попадем, поэтому очень вас прошу, будьте бдительны. Сейчас мы все вместе будем проходить сквозь миражи. И я требую, чтобы вы крепко держались за руки и не расслаблялись. Всем ясно?

– Да, пап, – испугано ответили дети в один голос.

Они крепко взялись за руки и по-очереди вошли в небольшую пещерку, которая оказалась довольно просторной. Сначала было совершенно темно и ничего не видно вокруг, но потом перед глазами начали проплывать какие-то не понятные разноцветные огоньки, словно это была размытая мозаика, которая постепенно собиралась в единый образ. Не успели они еще до конца опомниться, как пещерка вдруг вспыхнула ярким слепящим светом, и вся троица тут же оказались на вершине горы. Солнце стояло в зените и, отражаясь в снежной голубизне, точно в россыпи голубых бриллиантов, невыносимо слепило глаза. Все тут же зажмурились и постояли немного, чтоб привыкнуть к свету, и уже за спиной Алекс услышал шум водопада и увидел знакомый крутой обрыв.

– Вот мы и на месте, – сказал он и обвел рукой все вокруг. – Это родина вашей мамы: страна Три Солнца. Вершина – единственное место, где видно сразу все три светила. Посмотрите вон туда.

И для подтверждения своих слов указал пальцем в небо, где на голубом шелке отчетливо виднелись сразу три солнечных диска. Новые посетители даже рты открыли от удивления: это было что-то невероятное. Три солнца!!! Да такого чуда в природе вообще не существует.

Но и другие здешние чудеса были не менее интересны. Вдалеке, с левой стороны, мерещилась огромная, словно живая песочная улитка. Казалось, что еще чуть-чуть, и она сдвинется с места. Напротив нее, справа, располагалась Долина Золотых Карликов, утопающая в зелени, где находились сверкающие копи несметных богатств. А прямо у подножья горы, был волшебный черный лес с садами чудесных купидий, рядом с которым протекала двухсторонняя река, где поселилось настоящее чудовище.

– Как же здесь красиво, папочка! – восхитилась Ассоль. – Мы с Темой столько обсуждали твой рассказ, столько придумывали, но даже и представить себе не могли, что здесь, как в настоящей сказке. Столько чудес!

– Да уж, – задумчиво кивнул Алекс. – В первый раз мне тоже так показалось, пока не столкнулся с ее обитателями.

– А там что? – Артем показал назад.

– А там знаменитая правая сторона, которая почему-то считается запретной зоной. Ну а прямо под нами водопад и самая настоящая Река Страха, которая поделила страну на две части. Посмотрите внимательно на ее русло. Видите, всю реку на всем ее протяжении, словно разрезали пополам, и даже цвет у воды разный: здесь прозрачно-голубой, а там мутно-зеленый.

– По-моему, здесь не так страшно, как ты говорил.

– Да? Ты так думаешь? Хм. Ну конечно, если стоять на этой вершине, то все кажется белым и пушистым. А вот когда нос к носу столкнешься с реальной опасностью, то почему-то так больше не кажется. Может потому, что реальность и сказка – это разные понятия.

– Так куда же нам теперь идти? – Ассоль испуганно взяла мужчин за руки.

– Ну-у, – Алекс задумчиво посмотрел в сторону болот. – Думаю, что нам понадобится помощь, и пока светло надо спуститься к болотам.

– К болотам? – спросили дети в один голос и переглянулись. – Зачем?

– Нам нужна будет помощь, а золотые карлики – единственный народ, который здесь проживает. Только сейчас все их мысли движутся в одном направлении: добыча золота. Поэтому нам необходимо вылечить их черной купидией, а она, к сожалению, растет только на болотах.

– А если карлики все равно откажутся помогать? – спросил Артем.

– Ну, тогда уже будем рассчитывать только на свои силы, – и они начали медленно спускаться со снежной вершины, тихонько поворачивая в сторону бескрайних болот.

Глава 4.

Дружный хор лягушек встретил первых посетителей. Теперь все болота снова выглядели одинаково: высокие и густые заросли камыша медленно раскачивались в разные стороны от небольшого ветерка. Сейчас они словно хихикали над всеми вокруг, потому что хорошенько спрятали ту заветную тропинку, что вела к купидии. И в их тихом шуршащем шепоте отчетливо слышалось: «Не пройдешь, не пройдешь».

Увидев эту «чащу», Алекс даже немного растерялся, ведь тогда поблизости не было ни одного деревца, чтоб запомнить дорогу. Теперь надо снова подняться на гору и разглядеть все в бинокль, и хотя бы визуально приметить место. Он поднялся до середины вершины и среди зарослей камыша увидел, наконец, одинокое черное дерево. Оставил детей на суше, а сам решил в одиночку пройти вглубь болот. Рассчитав в уме расстояние, сначала нащупал в болотной жиже твердую почву и сделал неуверенный шаг вперед. Постоял немного в раздумье, а потом сделал следующий шаг и уже более уверенно потихоньку пошел по тропинке.

Пройдя почти половину пути, Алекс настолько расслабился, что уже совсем позабыл о топкой кочке, которая находилась как раз посередине тропинки. И когда последний раз шагнул вперед, тут же провалился по пояс и, быстро увязая в жидкой грязи, каждую секунду опускался все ниже и ниже. Долго пытался выбраться наружу, но все было тщетно: чем сильнее старался, тем сильнее затягивало вниз.

– Прощай, Милли, – в отчаянье прошептал Алекс и, уже почти захлебываясь болотной жижей, скрылся под водой.

И вот тут случилось то, на что он даже и не рассчитывал: кто-то схватил его за руку, потянул и, резко выдернув из болотной могилы, сразу бросил на твердую почву. Тяжело дыша и отплевываясь, Алекс обернулся поблагодарить своего спасителя, но рядом никого не оказалось. Это сильно озадачило и удивило, и было совершенно не понятно: кто же спасатель? Немного передохнул и отдышался, и решил уже больше не расслаблялся, и снова продолжить путь.

Медленно подошел к дереву и несколько раз попытался сорвать смолянистые плоды, но они почему-то никак не хотели идти в руки, все время лопались, как мыльные пузыри даже от самого легкого прикосновения. Но самым невероятным и удивительным было то, что плоды бились друг об друга и при этом все равно оставались абсолютно целыми. «Может, с веткой попробовать?» – подумал Алекс и, стараясь совсем не прикасаться к фруктам осторожно сломил одну и… О, чудо! Плоды остались целыми. Тогда на всякий случай сломал еще несколько веток, чтобы больше не возвращаться.

Теперь, отправляясь в обратный путь уже вместе с грузом, Алекс старался более внимательно смотреть себе под ноги, чтобы снова не провалиться в яму. Постоянно нащупывал ногой твердую почву и осторожно двигался дальше, когда обнаружил топкую кочку, остановился перевести дух и огляделся вокруг. И все-таки интересно: кто же его вытащил с того света?…

Весь грязный и мокрый, как болотный черт, Алекс, наконец, вышел из камышей. Перепуганные дети подбежали с вопросами, узнать, что случилось. От слишком сильного перенапряжения он ничего не мог ответить, а лишь неуклюже присел на траву и махнул рукой, давая понять, чтобы его на время оставили в покое. А смолянистые гроздья, словно стараясь еще раз напомнить «о чудесном» приключении, которое с ним произошло среди этих бескрайних топких болот, снова напомнили о своем присутствии своими тихими стуками.

– Папочка! – восклицала в это время Ассоль. – Что случилось? Почему ты весь мокрый? Тебе надо срочно переодеться.

– Ничего, доча, – сказал Алекс и глубоко вздохнул, чтобы поскорее прийти в себя. – Я в порядке; просто не вовремя расслабился – вот и результат.

– Ты что, провалился в трясину? – с тревогой в голосе тихо спросил Артем и оглянулся по сторонам. – У тебя даже волосы в тине.

– Да-а. Хорошо нырнул, и если бы не помощь друга, сейчас бы, наверно, пускал пузыри.

– Какого еще друга? Там кто-то был?

– Не знаю, кто это был, но он буквально выдернул меня с того света. Ну-ка, подержи купидии, сынок. Только смотри, плоды руками не трогай, а то они сразу же лопаются. А я пока переоденусь в сухую одежду.

Испугавшись за отца, дети даже внимания не обратили на его добычу, теперь же восхищенно разглядывали необычные фрукты. На черных пречерных, словно обугленных ветках, висели такие же черно-смолянистые кубики и пирамидки высотой десять-двенадцать сантиметров. Эти странные на вид «сокровища» так загадочно переливались своей невероятно ослепительной чернотой, что даже солнечный свет терял свою яркость. Такого волшебного черного цвета наверняка и в природе-то не существует. Когда же они более внимательно присмотрелись, то обнаружили еще одну странность: на самом срезе ветка тоже оказалась черной. Значит, и внутренняя и наружная часть – это единое целое?

– Пап, – спросил Артем удивленный таким открытием, – неужели эти ветви росли на дереве?

– Да, – ответил Алекс, смывая грязь с лица. – А что?

– Я никогда не видел, чтобы ветки имели один цвет и снаружи и внутри.

– Ты это о чем?

– Да вот, смотри, – и он указал на срез. – Ведь кора всегда должна отличаться от внутреннего слоя, а здесь все единого цвета и лишь плоды гораздо чернее. Так же в природе не бывает.

– Хм. Значит, бывает. Как я уже говорил: черная купидия – это мертвое дерево. Правда, то, что оно и внутри черное – для меня такое же открытие. Ну, ладно, – продолжил Алекс, запихивая грязное белье в рюкзак. – Не будем терять время. Главное у нас уже есть, так что теперь можно смело наведаться в гости к карликам.

Сады долины, как и прежде, благоухали чудесными ароматами, как будто и не было никакой катастрофы. Зеленая трава вновь стелилась пушистым ковром, а разнообразные птицы весело распевали свои серенады.

Когда путешественники подошли ближе к садам, за которыми уже виднелись маленькие домики, солнце начало медленно опускаться за горизонт, и своими прощальными бликами окрашивало в розовый цвет синеву неба. Еще издалека Алекс заметил впереди какое-то странное свечение, и все решили проверить его источник. Но сначала зашли в деревню и увидели новые домики, а вот самих хозяев пока не было видно, наверно, они по-прежнему работали на руднике. Тогда двинулись дальше, в сторону странного свечения, яркость которого сильно манила к себе, увеличиваясь с каждым шагом.

Прошли еще немного вперед и через несколько минут оказались… на золотой площади. От такой неожиданности Алекс резко встал, как вкопанный и потер кулаками глаза. Снова посмотрел, но площадь не исчезла: все кубики и пирамидки, и даже фонтаны, как и прежде, стояли на своих местах.

– Вот это да! – воскликнул Артем. – Пап, ты же говорил, что площадь уничтожена.

– Сам в шоке, – ответил Алекс, с любопытством щупая руками золотой «ковер» у себя под ногами. – Прямо глазам не верю. Огненный дождь все расплавил, я сам видел. Наверно, эти трудяги решили построить все заново.

– Папуль, – спросила Ассоль и показала на ажурные перила мостика, – а что вон там?

– О, доча! Там находятся самые настоящие волшебные фонтаны. Пойдемте скорей, я вам сейчас кое-что покажу.

Когда все вместе поднялись на золотой мостик, Алекс попросил детей внимательно смотреть в самые глубины фонтанов. Ярко сверкая разноцветными бликами, прощальные солнечные лучи еще отражались в прозрачно-голубой воде. Все тут же заметили, как фонтаны медленно двигаются в разные стороны, что вызвало огромную бурю эмоций. Двое молодых людей, словно маленькие дети, бегали вокруг фонтанов, заглядывая в их глубины с разных углов, и при этом радостно хлопали в ладоши.

Вдалеке послышались писклявые голоса – это карлики возвращались с рудника, как всегда радостные и возбужденные от работы. Когда они услышали шум со стороны площади, решили проверить, что там происходит, и всей дружной толпой подошли ближе. Возле их волшебных фонтанов «бесновались» и кружились в загадочном танце три «великана».

– Ой, папуль. Смотри, – сказала Ассоль, заметив раньше всех, большую толпу маленьких человечков.

– Надо же, – удивился Артем. – Какие малютки! А глаза и волосы у них действительно золотые! Невероятно!

Алекс повернулся к толпе и, немного растерявшись, не знал, что надо сказать. Юноша и девушка подошли к отцу и с каким-то детским любопытством разглядывали человечков. Карлики поначалу тоже притихли, внимательно осматривая «пришельцев», а потом почему-то немного занервничали и начали тихонько перешептываться.

– Пап, – спросил Артем. – Они не опасны? Как-то странно смотрят на нас.

– Не думаю, – ответил Алекс. – По-моему, они обсуждают что-то очень важное для них.

Вдруг главный карлик поднял руку вверх и все тут же притихли. В полной нерешительности он еще немного потоптался на месте, а потом медленно подошел «к пришельцам» и низко поклонился.

– Мы приветствуем вас, Ангелы Смерти и Спасенья! – пролепетал он своим плаксивым писклявым голоском, а потом вдруг упал на колени и сложил на груди свои крохотные ручки. – Только не убивайте нас сейчас. Мы сделаем все, что вы прикажете.

И остальная толпа тоже бухнулась на колени, оглашая всю площадь своим жалобным писком. Совершенно не понимая такой странной реакции, Алекс и дети с удивлением переглянулись.

– Да что вы такое говорите?! – воскликнула возмущенная Ассоль. – Мы вовсе не собираемся никого убивать. С чего вы это взяли?

– Да-а? – плаксиво пропищал главный карлик и показал на Алекса. – Тогда зачем он принес с собой черную смерть?

– Смерть? – удивился Алекс. А ведь и, правда, он совсем забыл о ветках купидии, которые до сих пор держал в руках. И сразу вспомнилось пророчество. «В третий раз он придет с черной смертью в руках…». Так вот значит это что. Ага, понятно. – Теперь я все понял, – прошептал он детям, и чтобы никто не услышал, тихонько объяснил свои мысли.

– Неужели они думают, – также в полголоса спросил Артем, – что купидия их убьет? Как же им доказать, что это не так?

– Кажется, я знаю как. Но сейчас их надо чем-нибудь отвлечь… Придумал: поговорите с ними о золоте, это их очень порадует и отвлечет от глупых мыслей.

Карлики продолжали стоять на коленях, с неподдельным страхом взирая на «ангелов». С ужасом ожидая приговора и опасаясь за свою никчемную жизнь, они имели такой потерянный вид, будто уже давно простились с ней.

– Ах, какая прелесть! Эта ваша золотая площадь! – радостно воскликнула Ассоль. – Я в жизни не видела ничего подобного. А фонтаны! Да это просто чудо! И как вам это удалось?!

Толпа в непонимании сначала забеспокоилась, а потом весь трагизм в один миг исчез с их маленьких лиц и, уже лучезарно улыбаясь, все поднялись с колен и с радостными восклицаниями подбежали к своим гостям. Мгновенно позабыв «о страшной каре», карлики тут же «сели» на своего любимого конька, и с упоением стали рассказывать о своей «сладкой жизни». Гости в ответ лишь понимающе кивали, за что и были приглашены на вечернюю трапезу.

В маленьких, словно детских домиках карликов, все было крохотным: и столы, и стулья, и кроватки, но все было рассчитано только на двух человечков. И чтобы гостям было удобно, все дружно решили устроить ужин возле цветущего сада. Вынесли крохотные столики и поставили в длинный ряд, а карлики-женщины быстренько накрыли их.

Совсем опьяневшие карапузы вели разговоры о золоте и только о золоте, ну в общем, как всегда. Алекс лишь тихонько посмеивался и, весело подмигивая своим детям, все время удивлялся: почему же золотая лихорадка совсем на них не действует? В их глазах почему-то ни одной золотой искры не сверкнуло, и даже намека на это не было. Поэтому, пока маленькие пьяницы были в ударе, он спокойно подходил к каждому из них и, осторожно сдавливая плод, капал в бокалы черный сок купидии. И уже скоро по всей долине далеко разлетелся дружный храп маленьких человечков.

– И что теперь? – спросил Артем, осматривая спящую толпу.

– Теперь, – Алекс потянулся и сладко зевнул, – и нам не помешает немного отдохнуть: завтра – тяжелый день.

– Папа, – голос Ассоль дрогнул. – Они не умрут?

– Ну-у, – он задумчиво почесал затылок. – Вряд ли. Это что-то вроде лекарства. Самое худшее, что может с ними случится – это сильная рвота. Только золотая купидия опасна, у нее даже запах смертельный, а черная – нет.

– Интересно, – ухмыльнулся Артем. – Черная лечит, золотая калечит.

– Вот именно. Ну, ладно, хватит об этом. Пошли спать.

Они зашли в сад, вынули из рюкзаков одеяла, расстелили их в густой траве, и легли, наконец, спокойно отдохнуть. Сначала долго лежали с открытыми глазами, любуясь ночным небом, и каждый думал о своем. И лишь когда серебряный шар луны выкатился из-за облаков, освещая всю сонную долину своим холодным блеском, и плеяды звезд зажглись в вышине, новые посетители уснули безмятежным сном.

Глава 5.

Солнце еще не успело показаться на небосклоне, а его лучи уже рассыпались по всей горной вершине. В солнечном блеске ярко-белый снег, точно в россыпи драгоценных камней, тут же заиграл этой золотой пылью, переливаясь всеми цветами радуги. Первые птахи давно пропели свои утренние серенады, а легкий ветерок тихонько прошуршал в высоких кронах деревьев. Неповторимые запахи множества разнообразных цветов наполнили всю долину благоухающими ароматами.

Алекс проснулся от какого-то непонятного нарастающего шума. Сначала приподнялся на локтях и спросонья осмотрелся: дети лежали рядом и мирно посапывали. А вот со стороны деревушки действительно слышался какой-то странный шум, больше похожий на возгласы огромной толпы людей, и чтобы никого не разбудить осторожно поднялся и пошел посмотреть, что происходит.

Возле крохотных домиков стояла огромная толпа людей и, дико озираясь по сторонам, была в полном недоумении и громко переговаривалась друг с другом. Наблюдая за всей этой толпой из-за деревьев, Алекс тоже не мог понять: откуда они взялись? И куда подевались все карлики? Решил осторожно заглянуть внутрь домиков, но там явно никого не было.

– Кто это? – от такой неожиданности Алекс даже подпрыгнул.

– Фу! Черт! – сказал он, обернувшись. – Артем, ты меня чуть заикой не оставил. Я думал, вы еще спите.

– Прости, пап, – юноша дружески похлопал отца по плечу. – Не хотел тебя пугать. Мы бы еще немного поспали, да этот шум разбудил. А что это за люди?

– Не знаю. И карликов что-то не видно. И вроде на рудник еще рано.

– А может, это и есть карлики? – тихонько спросила Ассоль.

– Ты хочешь сказать, что они превратились в людей? А что, вполне вероятно. Может сок черной купидии так на них подействовал и снял колдовские чары?

Вдруг кто-то из толпы заметил чужаков и сообщил об этом всем. Обе стороны замерли в ожидании, тщательно изучая друг друга. Какой-то непонятный шепоток вдруг пробежал по толпе и вызвал возгласы удивления, из-за чего все тут же склонились в почтительном поклоне.

– Ваше Высочество, вы вернулись?! – обратились они к Ассоль, и радостный возглас раздался со всех сторон. – Да здравствует принцесса Миллисента! – вдруг закричала толпа.

Они выкрикивала ее имя, а Алекс с детьми с удивлением оглядывались по сторонам. И лишь только потом все поняли, что они обращаются к Ассоль, которая была копией своей матери. Вот только почему они называют Милли принцессой?

– Послушайте! – выкрикнул Алекс и выступил вперед, и когда толпа притихла, громко сказал: – Вы все ошибаетесь. Эту девушку зовут не Миллисента – это ее дочь, Ассоль.

Недоверчивый и тихий ропот мгновенно пронесся по всей толпе. Все тут же переглянулись и тихонько зашептались, внимательно рассматривая чужаков. Один молодой человек сейчас же отделился от толпы и, переминаясь с ноги на ногу, еще не уверено оглядел всех вокруг. Подбадривающие возгласы послышались со всех сторон.

– Скажите, пожалуйста, господа, – обратился он к чужакам. – А кто из вас Ангел?

– Я ангел, – ответил Алекс и, выступая вперед, показал рукой на своих детей. – А они – мои воины.

– Если вы так уверенно говорите, сэр, значит, знаете, о чем идет речь?

– Конечно, знаю.

– Хм, – парень высокомерно поднял голову. – Если это так, то где та вещь, которую вы должны держать в руках?

– Хм, – ухмыльнулся Алекс в ответ. Они что, решили их проверить? Ну, что ж, сейчас он им ответит. – Буквально еще только вчера вы все были маленькими карликами, у которых имелись золотые волосы и золотые глаза, а вот сегодня вы снова стали людьми. И знаете почему? Потому что сок черной купидии, или черная смерть, как вы ее называете, снял с вас колдовские чары. По всей вероятности ваш колдун очень сильно постарался, чтобы кроме золота в вашей жизни вас больше ничего не интересовало.

– Вы знаете Яромира? – послышалось со всех сторон.

– Значит, вашего колдуна зовут Яромир… Нет, лично мы не были знакомы, но я думаю, что однажды наши дороги все-таки пересекались.

– Тогда откуда вам известно о пророчестве, сэр? – снова спросил все тот же парень и подозрительно посмотрел на незнакомцев.

– Моя жена Миллисента рассказала мне.

– Подождите минуту, – юноша схватился за голову и повернулся к толпе.

Возмущенный ропот послышался со всех сторон: люди были сильно поражены услышанным. Никто не мог поверить в сказанное, хотя доказательство было на лицо: перед ними стояла Ассоль – точная копия своей матери. Люди долго не успокаивались и все это непонятное волнение уже начало как-то настораживать. Спрятав за спину детей, Алекс напряженно думал, как быть. К сожалению, их было слишком много и самому с ними никак не справится, и даже помощь Артема вряд ли поможет.

– Скажите, – обратился Алекс к толпе, чтоб хоть как-то снять всеобщее напряжение. – Кто-нибудь из вас знает, что находится на правой стороне?

– Там запретная зона! – закричали люди со всех сторон. – Туда запрещено ходить! Реку Страха преодолеть нельзя – это опасно!

– Интересно, и кем же запрещено туда ходить?! Уж не вашим ли Яромиром?

И все тут же притихли, онемев от неожиданности. В данный момент они даже сами себе не смогли бы ответить на этот вопрос. Почему-то сразу вспомнились былые времена, когда жили и правили король с королевой. Ведь тогда все было хорошо, и не было никаких запретов или опасных зон. Так что же могло произойти? Почему все вдруг решили, что правая сторона может быть опасной?

– Ну, так что же? – спросил Алекс, сурово осмотрев всю толпу. – Больше вам нечего сказать? Тогда послушайте, что скажу вам я. Мы с детьми пришли из другого мира. Лично я пришел сюда за своей женой и матерью моих детей, но чтобы ее вернуть, надо спасти трех королевичей. Конечно, нам бы не помешала ваша помощь, но, если уж вы так трясетесь за свою жизнь и вам абсолютно все равно, что происходит в вашей стране, то мы как-нибудь и без вас обойдемся.

– Не правда, – выступил вперед все тот же юноша. – Мы вовсе не трясемся за свою жизнь. И, конечно же, нам не все равно, что происходит в нашей стране. Мы всего лишь хотели узнать: действительно ли вы те, за кого себя выдаете? Вы доказали, что это так оно и есть. Так что, сэр, вы вполне можете рассчитывать на нашу помощь.

– Говорите, что надо делать? – послышалось со всех сторон.

– Для начала, – крикнул Алекс громко, чтобы все слышали, – вам всем необходимо забыть о всякий запретах. А сейчас надо выяснить, что еще находится на правой стороне, не считая крокодилов.

– А как же речной монстр? – спросили в толпе.

– Он нам не помешает. Сейчас мы с ребятами поднимемся на вершину горы и хорошенько рассмотрим правую сторону в бинокль.

– Куда?! – выкрикнул какой-то любопытный.

– Ни куда, а во что, – Алекс достал из рюкзака бинокль и протянул первому, кто был ближе всех.

Визги восторга неожиданно разнеслись по всей долине. Никто из них еще никогда в жизни не видел такой «удивительной штуковины», каждый пытался посмотреть и пощупать. Алекс не успевал объяснять любопытным, как правильно обращаться с биноклем.

Солнце было в зените, и чтоб не терять время напрасно, решили немедленно идти на вершину. Всем любопытным Алекс приказал остаться внизу, а сам вместе с детьми поднялся наверх.

Пока дети любовались местными достопримечательностями, он внимательно смотрел в бинокль на правый берег реки. Но пока ничего зловещего не наблюдалось: сразу за лежбищем крокодилов был виден желтый песок, немного левее – черные заросли кустов, а справа от них какая-то странная полуразваленная сараюшка. И все, больше не было ничего интересного: ни справа, ни слева, ни дальше.

– Странно, – сказал он вслух. – Я почему-то думал, что крокодилы и монстр что-то охраняют, поэтому правый берег считается у них запретной зоной. Но теперь вообще ничего не понимаю.

– А что там? – спросил Артем и подошел ближе.

– Да вот, взгляни, – и он протянул сыну бинокль.

– Хм. Действительно как-то странно. Один разваленный сарай и больше ничего сверхъестественного. И зачем его надо охранять? Интересно, кому пришло в голову назвать «это чудо» запретной зоной? Ась, взгляни-ка, – и он передал бинокль сестре.

– Да-а, это очень странно, – задумчиво произнес Алекс. – Кто-то сильно постарался, чтобы туда никто не проник, поэтому выставил надежную охрану. Попасть на ту сторону можно действительно только по воздуху, но теперь в этом нет никакого смысла.

– А может, – медленно произнесла Ассоль, – не все так, как кажется на первый взгляд?

– А что, по-твоему, не так?

– Ну-у, папуль, ты же сам говорил, что здесь страна миражей. Что если этот сарай нам только кажется, а на самом деле там что-то другое? По-моему, с выводами торопиться не стоит.

– Ты права, доча. Все выглядит как-то уж слишком просто. Здесь надо будет серьезно подумать.

И они начали спускаться обратно в долину, а внизу их уже ждала толпа любопытных. Всем было интересно: что же такого необычного они увидели в свой бинокль? Только Алекс приблизился, как все тут же набросились на него с вопросами: что там? да как? Но внятных объяснений не последовало и, не узнав ничего интересного, все разочарованно разошлись в разные стороны.

– М-да, – протянул он, когда они остались одни. – Чувствую себя каким-то предателем. Сначала дал людям надежду, а потом снова забрал.

– Ничего, пап, – Артем дружески хлопнул отца по плечу. – Еще не вечер.

– Не расстраивайся, папуль, – сказала Ассоль и нежно обняла отца. – Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Солнце клонилось к закату, и все жители долины готовились ко сну. Бывшие карлики, а теперь уже крестьяне, разбрелись на ночлег кто куда и, вытащив из домиков крохотные одеяльца, улеглись прямо на улице, решив, что завтра начнут строить новые дома.

Алекс с детьми тоже готовился на ночлег. Они пошли в сад и расстелили одеяла прямо под деревьями. Дети немного пошептались и не заметили, как тихонько уснули, а он еще долго ворочался с боку на бок и тщетно пытался придумать план действий.

– Да, – прошептал Алекс в темноту. – Хреновый из меня лидер. Наобещал людям целую кучу счастья и в кусты. Ах, Милли, как же мне тебя сейчас не хватает. Где же ты, любимая? – поворочался еще немного и скоро уснул крепким сном праведника.

Глава 6.

– Милый, – послышалось откуда-то извне.

Алекс открыл глаза и увидел рядом с собой Миллисенту, что сидела у изголовья и, мило улыбаясь, держала его за руку. Она нагнулась и что-то зашептала прямо в ухо, но он ничего не понимал и пытался сказать ей об этом. Да только тело, словно свинцом налилось, а одеревеневший язык не двигался с места. Он смотрел сквозь нее не мигающим взглядом и ничего не мог с этим поделать.

– Ты должен найти моих братьев, – услышал он долетевший шепот. – Завтра начни с самого начала, – туман укутал ее своей пеленой, и ночное видение растворилось в сизой дымке…

Наступил рассвет. Солнечные лучики золотыми иглами пронзили насквозь кроны деревьев и спрятались в густой траве. Первые насекомые уже принялись за свои неотложные и важные дела, а ранние птахи пропели свои рулады утреннему солнцу.

В деревушке послышались стуки топоров и молотков, а дружные визги пилы всем сообщали, что стройка в самом разгаре. Люди, не теряя понапрасну времени, с раннего утра взялись за дело, ведь им надо построить много домов, в которые можно свободно заходить и при этом не сгибаться пополам.

Алекс резко проснулся, как будто кто-то толкнул его в бок, поднялся на локтях и удивленно огляделся вокруг. Знакомые запахи травы и цветов быстро привели в чувство. Он потер глаза, сладко потянулся, поднялся и пошел к детям, которые уже суетились, накрывая на стол.

– Доброе утро, папуль! – сказали они в один голос. – А мы уже завтрак приготовили.

– Вы у меня молодцы! – Алекс подошел и поцеловал каждого в щеку. – Доброе утро, родные мои. Все выглядит очень аппетитно, но для начала не помешало бы умыться. Полей-ка мне, дорогая.

Девушка взяла из рюкзака пластиковую бутылку с водой и налила немного отцу в руки, чтоб он умылся. В это время Алекс тщательно вспоминал все детали своего странного сна и, сидя за столом, в подробностях рассказал свой сон детям.

– Мама так и сказала? – спросил Артем после долгого раздумья. – Завтра начни с самого начала? Что она имела в виду?

– Не знаю, – протянул Алекс. – Если начать с начала, то это либо снежная стена, либо пустыня. Допустим, что начало – это пустыня. Значит, в нее еще можно попасть. Но если начало – это стена, то практически не возможно.

– Ну, если это пустыня, тогда ясно как попасть: надо идти через черный лес, а пустыня там недалеко.

– Нет, сын. Это будет не начало, а обратно.

И мужчины надолго задумались, пытаясь отыскать выход. Ассоль потихоньку убирала со стола остатки пищи, мыла грязную посуду и тоже думала об общей проблеме.

– Послушай, папуль, – вдруг сказала девушка. – Ты говорил, что границ всего шесть.

– Ну, – Алекс непонимающе уставился на дочь.

– Не знаю, – девушка немного сконфузилась. – Я просто подумала: может, бывшие карлики знают, где еще две. А вдруг одна из них ведет прямо в пустыню?

– Хм. А что, это идея. Надо попробовать. Они живут здесь всю жизнь, значит, должны знать все о своей стране.

Аккуратно сложив все вещи в рюкзак, они пошли к «новым» жителям деревни просить помощи. Там все утро слышались стуки топоров, а значит, на рудник идти никто не собирался.

В деревушке кипела работа. «Новые» жители строили все по-новому: маленькие домики разбирались только на половину, а потом расширялись в стороны и вверх. Таким образом, получалась значительная экономия и строительных материалов и времени. Только за это утро уже было построено несколько домов, глядишь, к вечеру их будет в два раза больше.

Когда Алекс с детьми этим же утром пришли в деревню, народ их сразу заметил и вся работа сейчас же остановилась. Все собрались вокруг своих спасителей, и в ожидании интересных новостей прекратили всякие разговоры.

– Доброе утро! – сказал Алекс, и вся толпа почтительно склонила голову. – Я смотрю, работа у вас в самом разгаре. А нам нужна ваша помощь.

– Мы вас слушаем, сэр, – выступил вперед вчерашний парень, наверное, он считался здесь самым главным, поэтому и говорил за всех.

– Кто-нибудь знает, как отсюда быстрее попасть в пустыню?

– Надо просто перейти границу.

– Нет, через черный лес – это будет слишком далеко.

– Зачем же через лес? Есть путь гораздо короче. Сначала надо обойти рудник с правой стороны, потом перейти через дорогу и выйти прямо к железной ограде. С левой стороны еще будет видна улитка, но как только она исчезнет, граница сразу откроется.

– Значит, – Алекс был просто ошеломлен такой новостью, – пятая граница находится за рудником? Так близко?

– Все границы на левой стороне: три входа и три перехода.

– А где же третий вход?

– Я не знаю, сэр, какой из них вы считаете третьим, но они все разные: есть опасный, есть безопасный. Воздушный путь находится в пустыне, морской – на Реке Страха, а сухопутный – в нашей долине. И только наш путь считается самым безопасным.

– Интересно… И откуда ты все знаешь?

– Мой дед был герцогом, сэр, и правой рукой короля Эдуарда. В нашей стране и титул, и все знания передаются по наследству.

– О-о, – растерялся Алекс. – Извините, я не знал, что вы герцог.

– Ничего, – печально вздохнул юноша. – Без короля мой титул не действителен, поэтому называйте меня просто по имени. Меня зовут Эмиль.

– Спасибо за помощь, Эмиль. Меня зовут Алекс, а это мои дети: Артем и Ассоль. Хм. Даже как-то смешно знакомиться через сутки после встречи, но лучше поздно, чем никогда… У меня остался только один вопрос: а где именно находится морской вход?

– Ну-у, – Эмиль немного побледнел и задумался: говорить или нет. А вдруг этой троице действительно удастся вернуть им трех королевичей? А если нет? Что если они тоже погибнут? Сможет ли он взять на себя такой грех? – Не думаю, сэр, – печально сказал он, – что вы захотите им когда-нибудь воспользоваться, но, кто знает, может быть, эти знания вам пригодятся? – он нагнулся ближе к Алексу и, чтоб никто не услышал, тихо сказал: – Вход находится на зигзаге, в третьем водовороте, но мы им давно не пользуемся. Он открывается всего лишь раз в сто лет, но через него еще никто не смог пройти. Мы лишь однажды попытались, но… Погибло слишком много народу, поэтому для нас этот путь заказан. Не знаю, может, вам больше повезет, но я бы на вашем месте не рисковал, так что подумайте над этим… Ну, что ж, – сказал он громко для всех, и чтоб самому уйти от грустной темы. – Сегодня у нас много дел, а до вечера еще далеко, так что если у вас есть желание, можете к нам присоединиться.

Не сказав больше ни слова, он резко развернулся к толпе и приказал всем разойтись по своим местам, а минуту спустя в деревне вновь закипела работа. Повсюду снова разнеслись стуки топоров и визги пилы. Люди торопились как можно быстрее выстроить себе жилища, чтоб вечером отпраздновать новоселье…

Последнее сообщение Эмиля привело Алекса в ужас. Он сразу побледнел, как смерть, и уже не стал вдаваться ни в какие подробности. Прислонился к дереву спиной и, закрыв лицо руками, вспомнил недавний кошмар: детские крики, тонущие лодки и трупы, трупы, трупы… Вот теперь Река Страха предстала перед ним во всей своей «красе»: милая на первый взгляд речка на глазах превращалась в дикое ненасытное чудовище, пожирающее все на своем пути…

Нет хуже смерти для людей,

Чем хоронить своих детей.

Кто это горе не познал,

Тот смысла жизни не узнал…

Тогда зачем гневить здесь надо Бога?

Врагу не скажешь, стоя у порога:

Ах, если вас минула эта чаша,

То знайте, жизнь еще прекрасна ваша.

– Хаос, страх и трупы, – тихо шептал Алекс, с силой растирая внезапно разболевшиеся виски. – Хаос, страх и трупы. Хаос, страх и трупы…

Обеспокоенные дети попытались вывести отца из этого внезапного ступора, но он ничего не слышал и ни на что не реагировал. В голове тут же загудели миллионы ульев и тысячи молотов застучали по наковальне. В висках начал зашкаливать пульс, и сердце сковал леденящий ужас. Детские крики о помощи слышались все громче и громче. Казалось, еще немного и голова взорвется. Алекс обхватил ее руками и со стоном опустился в траву. Как маятник, покачиваясь в разные стороны, снова и снова повторял одно и то же: хаос, страх и трупы… И тщетно старался успокоить эту невыносимую дикую боль, и как можно скорее забыть душераздирающую картину, которая прямо сейчас стояла у него перед глазами.

– Папочка, любимый, – словно откуда-то издалека послышался знакомый и плаксивый голос Ассоль. – Что с тобой?

Алекс медленно поднял еще гудевшую голову и сквозь туман в глазах долго смотрел на своих детей. В их заплаканных глазах ясно читался неподдельный страх. Они никак не могли понять: что такого ужасного сказал Эмиль? И что за новость так сильно потрясла отца? Алекс крепко обнял своих детей, и посидел так какое-то время. Головная боль слегка отступила и он уже начал немного соображать. Только о страшной трагедии, которая здесь когда-то произошла, не обмолвился ни словом.

– Все хорошо, родные мои, – шептал потрясенный отец, превозмогая невероятную усталость. – Все хорошо.

– Папуль, – Артем взял отца за плечо. – Что сказал Эмиль? Что случилось?

– Ничего, сынок. Уже все нормально, все хорошо… Сейчас надо помочь людям, а в пустыню пойдем вечером до заката.

– Ты не волнуйся, пап, мы с Асей поможем, а тебе надо отдохнуть.

– Спасибо, родной. Мне уже лучше.

Глава 7.

За час до захода солнца Эмиль остановил все работы. Народ собрался на краю деревни, и вся толпа отправилась провожать своих спасителей в опасный путь. Когда подошли к руднику, еще раз указали дорогу и, поблагодарив друг друга за оказанную помощь, люди ушли обратно в деревню, а Алекс вместе с детьми остался дожидаться заката.

Необычное и просто сказочное зрелище потрясло и удивило всех: буквально в каких-то трех метрах от них простирались не объятые просторы бескрайней пустыни. В пяти-шести метрах от дороги, с левой стороны, находилась огромная улитка из песка, желтая раковина которой сейчас переливалась всеми оттенками красного, создавая иллюзию движения. А справа начинался невероятно красивый закат: ярко-красные языки пламени вырывались наружу прямо изнутри диска солнца. Потихоньку затухая, они заставляли желтый песок светиться рубиновыми искрами. Было такое впечатление, что это вовсе не песок, а великие залежи драгоценных камней.

Алекс тоже впервые увидел эту волшебную красоту пустыни. Когда он в первый раз почти двадцать лет назад совершенно случайно попал в эту удивительную страну, любоваться этой красотой не представилось возможности. Сейчас же нет надобности, куда-то спешить, поэтому он сейчас вместе с детьми спокойно наслаждался этим чудесным великолепием.

Прощальные лучи последний раз сверкнули в вечернем небе и исчезли до следующего утра. Огромная улитка тут же замерцала и приготовилась совсем исчезнуть. В железной ограде, прямо напротив стоявшей троицы, показалось какое-то странное свечение: часть ограды мгновенно исчезла, и показался метровый проем. С двух его сторон в виде арки выстроились… человеческие черепа с горящими глазницами. Они весело прыгали друг на друга, не заслоняя проход, при этом клацали челюстями и подмигивали незнакомцам, как будто забавлялись своим весельем.

Алекс решил первым попробовать пройти сквозь эту арку. Подошел ближе и быстро проскочил. Черепки все также продолжали прыгать. Тогда уже и Ассоль с Артемом спокойно прошли сквозь нее. Только собирались идти дальше, как черепки начали прыгать из стороны в сторону, чтоб закрыть проход. Они закружились по кругу с бешеной скоростью, постепенно превращаясь в огромный кровавый шар. И как только его края коснулись боковых стенок арки, он тут же лопнул, словно мыльный пузырь, забрызгав все вокруг настоящей кровью, которая тут же просочилась в песок. И все представление мгновенно исчезло, а железная ограда опять встала на прежнее место.

– Да уж, – медленно протянул Алекс, поразившись увиденным. – Такого я еще не видел. По-моему, это самый удивительный проход.

– Ничего себе, – промямлил Артем. – Такое и во сне не увидишь… Так что теперь, пап?

– Не знаю. Сейчас мы в начале пути. Давайте пока отдохнем и подумаем.

Они отошли подальше от ограды и расположились прямо на песке. Небо здесь было почему-то темное: ни звезд, ни луны, словно их свет сюда вообще не доходил, что было довольно странно, поэтому вокруг стояла почти непроглядная тьма. Путники старались держаться вместе, чтоб не потеряться и дежурить решили по-очереди, чтоб не пропустить рассвет и вовремя войти в улитку. Первым вызвался Артем. Поудобнее уселся на песке и, осмотревшись вокруг, начал вглядываться в таинственную темноту.

Вдруг почти рядом с ним, где-то впереди, показались какие-то красные огоньки. Именно о них и предупреждал отец накануне. Юноша даже немного привстал, чтоб убедиться, что это не сон. Огоньки начали медленно перемещаться: то вправо, то влево, то назад, то вперед. Как будто кто-то спокойно и размеренно ходил под землей, и лишь красные огоньки глаз почему-то были видны на поверхности. Артем подошел еще немного ближе, огоньки продолжали спокойно передвигаться.

– Ух, ты! – удивился юноша. – Словно живые.

Его голос вроде бы не такой уж и громкий, как показалось, но в звенящей тишине он прозвучал, как удар грома. Огоньки тут же остановились и замерли на одном месте, потом «уставились» прямо на Артема и разгорелись еще ярче, вселяя дикий ужас в его светлую душу. Какой-то непонятный нарастающий животный страх заставил ноги двигаться только вперед, прямо навстречу огням и своей погибели.

– Стой! – услышал он сквозь пелену сознания.

Кто-то с силой схватил парня за плечи и наваждение сейчас же спало. Артем медленно повернул голову и невидящим взглядом посмотрел на отца, который продолжал крепко держать его за плечи.

– Очнись, сынок, – тихонько говорил Алекс и слегка тряс сына, приводя его в чувство. – Все хорошо: папа с тобой, – он прижал к себе сына и нежно гладил по голове, приговаривая: «Все хорошо, малыш, все хорошо».

– Пап, – пока еще механическим голосом отвечал Артем и прижимался к отцу. – Мне страшно, пап.

– Все хорошо, малыш. Все хорошо. Папа с тобой. Тебе просто надо отдохнуть. Пойдем, я уложу тебя в постель и тихонько покачаю. Как в детстве, помнишь?

Он уложил сына рядом со спящей дочерью, заботливо накрыл обоих одеялом и, похлопывая сына по руке, словно маленькому, тихонечко прошептал: «Чи-чи-чи». И только когда Артем уснул, сам уселся на песок рядом с детьми и, вглядываясь в ночную мглу, задумался о своем прошлом и далеком будущим.

Они с Миллисентой искренне любили своих детей и никогда не держали их «в ежовых рукавицах», а наоборот, всегда старались быть для них настоящими друзьями. В благодарность все горести и радости дети делили именно с родителями, и даже рассказывали им свои маленькие секретики.

– Милли, – задумчиво прошептал Алекс в темноту. – Где же ты, любимая?

Через минуту, где-то совсем рядом послышался какой-то странный шорох, что заставило насторожиться. Алекс медленно поднялся и осторожно осмотрелся вокруг. Вдруг впереди начало что-то тихонько мерцать, медленно превращаясь в человеческий силуэт. Красные огоньки приблизились к нему и тоже слегка замерцали, и уже рядом с первым показался второй силуэт. Они медленно закружились в мерцающем вихре, постепенно превращаясь в детей: мальчика и девочку, у которых были золотистые волосы и синие глаза. Минуту спустя вдалеке показался еще один силуэт, который тоже превратился в мальчика. При виде малышей он радостно рассмеялся и побежал к ним на встречу.

Алекс очень боялся нарушить эту идиллию, поэтому стоял, как вкопанный и, стараясь почти не дышать, внимательно наблюдал за всем происходящим. Малыши беззаботно смеялись, кружась в вихре танца, и менялись прямо на глазах, медленно превращаясь во взрослых людей. Мальчики становились красивыми и статными юношами, а вот девушка превратилась… в Миллисенту.

– Милли! – радостно крикнул Алекс, позабыв обо всем на свете.

Троица мгновенно остановилась и замерла в нерешительности. Алекс сломя голову побежал к ним, но вдруг какая-то невидимая сила больно ударила в грудь и опрокинула навзничь. Не ожидая такого «сюрприза», немного полежал и отдышался, а когда приподнялся на локтях, увидел страшную картину: эти удивительно красивые молодые люди, словно «одевались» в уродливые костюмы. У одного юноши вырос длинный хвост, и все тело покрылось золотой чешуей, а вдоль всего позвоночника отросли огромные шипы. Другой юноша прямо на глазах обрастал черной шерстью, а на голове, в виде короны, появились три огромных рога. Девушка тихонечко зашаталась и, словно пьяная, резко плюхнулась в песок, и Алекс увидел, как у нее тут же вырос огромный рыбий хвост.

Это видение длилось не более пяти минут, но после того, как вся троица перевоплотилась, оно сейчас же исчезло, растворившись в белесом тумане. И уже скоро забрезжили первые проблески рассвета. Темное небо потихоньку светлело, а ночная мгла медленно рассеивалась. Когда с левой стороны появились первые очертания будущей улитки, Алекс, словно опомнившись, вскочил на ноги и подбежал к спящим детям.

– Просыпайтесь! Скорее! – закричал он, хватая их за плечи. – Давайте быстрее, солнце встает!

Дети подскочили, как ошпаренные и быстро покидали вещи в рюкзак. Только первые лучи успели выстрелить из-за горизонта, как тут же во всей своей красе появилась спасительная песочная улитка, и они все вместе побежали к ней. Открыв маленькую дверцу, по-очереди юркнули внутрь.

– Пока вы беззаботно спали, – сказал Алекс, тяжело дыша от волнения, – я нашел принцев, всех троих.

– Где?! – в один голос крикнули дети.

– Тихо, – он с опаской посмотрел в глубину прохода и прислушался. – Здесь нельзя кричать.

– Так, где они, пап? – зашептал Артем и тоже огляделся по сторонам.

– Оказывается, я уже сталкивался с ними нос к носу. Хм. И кто бы мог подумать? Но факты на лицо.

– Да какие факты?

– Вы не поверите, ребята, но все наши загадочные принцы – это монстры, с которыми я здесь уже встречался. Да-да, не удивляйтесь. Сегодня ночью мне было виденье.

Они уселись прямо возле входа и, открыв рот, начали слушать, рассказ отца о том, что произошло ночью. Потом все вместе в подробностях обсуждали ночное «приключение» и старались во всем разобраться.

– Что же нам теперь делать, папуль? – разволновалась Ассоль. – Ведь мы должны им помочь. Но как? Мы же не будем их убивать? Правда?

– Нет, конечно. Ты что? – возмутился Алекс. – Во-первых, они в десять раз сильнее всех нас вместе взятых; во-вторых, мама нам этого никогда не простит; а в-третьих, нам надо вернуть всех трех королевичей, иначе ничего не получится.

– М-да, – протянул Артем. – Задачка.

– Задачка, над которой надо серьезно подумать… Вы ничего не слышите? – и все сразу затаили дыхание, а потом дружно замотали головой.

– А что мы должны услышать? – испуганно прошептала Ассоль.

– Старик, – полушепотом ответил Алекс. – Я думал, он каждое утро играет на гуслях, но сейчас почему-то тихо. Интересно, почему?

Все снова затихли и прислушались, но кроме легкого потрескивания песка от палящего солнца, никаких других звуков не было слышно. Алекс осторожно встал и еще раз послушал почти звенящую тишину, потом сделал знаки рукой, чтоб дети следовали за ним, но при этом соблюдали полную осторожность.

К счастью в конце коридора никого не было, тогда решили идти дальше. Сначала свернули налево и прошли мимо замурованной двери, из-за которой когда-то выглядывал зверь. Потом еще дважды свернули влево и оказались прямо возле черного проема, ведущего куда-то вглубь.

– Та-ак, – Алекс даже опешил от такой неожиданности. – Артем, ну-ка доставай фонари. Значит так, я пойду первый, а вы держите меня за пояс. И чтоб никакой самодеятельности. Понятно?

Дети взяли в одну руку фонарь, а другой схватились за ремень отца и все вместе вошли в темноту. Алекс направлял свет своего фонаря вперед, а дети – в стороны. Мощный свет фонарей осветил сумрачный коридорчик. Это был тот самый, по которому Алекс когда-то полз, когда провалился под землю во второй раз. Он сразу его узнал, но только тогда коридор казался гораздо длиннее.

Они еще не успели дойти до зала мертвецов, а Алекс уже почувствовал этот невыносимый тошнотворный запах. Сразу предупредил об этом детей и сказал, чтоб ни в коем случае не смели кричать. Повязали лица платками, как когда-то это делали ковбои и продолжили путь.

– Будьте предельно осторожны, – сказал Алекс полушепотом, когда они уже вошли в зал. – Светите себе под ноги, чтоб не споткнуться, а если кто заметит два красных огонька, немедленно направьте туда поток света.

– Папуль, – спросила Ассоль испуганным голосом, когда увидела под ногами человеческие кости. – Ты уверен, что здесь еще есть живые?

– Мы в логове зверя, поэтому живых здесь только четверо: мы и он.

Вдруг из кромешной тьмы долетел какой-то очень слабый шорох. Все тут же насторожились и прислушались. Прямо перед носом удивленного Алекса вспыхнули красные огни. Не давая и капли времени опомниться, зверь резко прыгнул и разбросал всех «посетителей» в разные стороны. От сильных ударов об пол вся троица мгновенно была обездвижена. Всего несколько секунд хватило на то, чтобы монстр скрылся в неизвестном направлении, прихватив с собой первую попавшуюся жертву.

Глава 8.

– Не бойся, его детка. Ты в безопасности, – услышала Ассоль сквозь пелену сознания.

Голос матери привел ее в чувство. Но, открыв глаза, кроме темноты вокруг девушка ничего не видела, а лишь ощущала нечто мягкое и теплое, лежащее у нее на животе, и что осторожно прижимало ее к полу. На ощупь она поняла, что это лапа огромного животного. Только испуганно вскрикнула, как ей тут же зажали рот и еще сильнее прижали к полу, лишив возможности сопротивляться дальше. Девушка зажмурилась и уже мысленно простилась с жизнью. И лишь когда она успокоилась, ее тут же отпустили.

Сквозь звенящую тишину послышались тихие удаляющиеся шаги, но уже через минуту они снова стали приближаться. Кто-то быстро подошел к девушке, помог подняться на ноги и, взяв ее руку, осторожно вложил в нее какую-то вещь. Удивленно подняв голову, Ассоль увидела два красных огонька глаз, которые начали быстро менять цвет: из красного в голубой, потом в синий, потом снова в красный.

Девушка еще не успела опомниться, как вдруг с правой стороны послышался страшный скрежет открываемой двери. За ней тоже стояла непроглядная темень, но Ассоль с силой вытолкнули в эту тьму и огромная дверь за ней сразу же захлопнулась.

– Ася! – закричали в унисон два мужских голоса, и яркий свет фонарей ненадолго ослепил ее.

Девушка зажмурилась от яркой вспышки и лишь почувствовала, как двое мужчин подбежали и крепко обняли ее. «Асенька, девочка моя», – с тревогой шептал один голос. «Сестричка, любимая», – вторил ему другой голос.

– Папа, Тема, – неожиданно всхлипнула девушка и горько заплакала. Чувство страха сразу же отпустило, и она дала волю слезам.

– Детка, родная, – дрожащим голосом шептал встревоженный отец. – Мы с Темой уже облазили все подземелье, осмотрели все темные уголки, кричали и звали тебя, но только эхо откликалось на наш зов. Мы уже думали, что потеряли тебя навсегда. С тобой все в порядке, родная моя?

– Все хорошо, папуль. Он меня не обидел.

– Кто? Монстр?

– Да, монстр. Знаете, мне даже жаль его. Кажется, он хороший: открыл дверь и отпустил меня, и даже что-то подарил.

Алекс только сейчас заметил, что Ассоль что-то держит в левой руке. Поднял фонарь и осветил этот предмет. Это были старинные немного потрескавшиеся гусли. Именно на этих самых гуслях когда-то играл старик и заманивал случайных и доверчивых «туристов» в глубину подземелья песочной улитки.

– Старые гусли? – удивился Артем. – А нам-то они зачем?

– Не знаю, – пожала плечами Ассоль. – Он ничего не сказал.

– На этих гуслях, – задумчиво произнес Алекс, – когда-то играл белобородый старик и вводил в глубокий транс все жертвы зверя. Быть может, он хотел этим что-то сказать? Раз сам зверь их отдал, значит, эти гусли для чего-то нужны, и в дальнейшем могут нам пригодиться.

– Какой ужас, папуль, – снова всхлипнула девушка. – Мне так жалко его. Как он мог так спокойно убивать невинных людей?

– Не знаю, милая. Но, ведь если подумать, этот бедолага не виноват, его таким сделали, – Алекс еще раз внимательно осмотрел гусли. Потом вытащил из рюкзака полотенце, обернул им гусли и аккуратно положил их обратно в рюкзак.

Где-то совсем рядом послышался страшный скрежет и лязг ржавых петель. Все тут же насторожились и направили свет фонарей на этот звук. Оказалось, что это немного открылась дверь, выходящая в коридор, осталось лишь слегка подтолкнуть ее.

Через некоторое время они вышли из зала мертвецов и направились к выходу из улитки. Входная дверь по-прежнему была открыта, но солнце еще не опустилось за горизонт. Путники уселись возле двери, чтоб немного передохнуть и дождаться заката. И потом, когда уже вышли из улитки и немного отошли в сторону, она исчезла через несколько секунд. Не торопливой поступью они подошли к открытой калитке и, выйдя из пустыни, оказались напротив черного леса: следующей ступени их приключений.

– Вот и черный лес, – сказал Алекс. – Пункт номер два.

– Здесь тоже есть чудовища? – спросил Артем, с тревогой оглядываясь по сторонам.

– Нет. Только лесные духи. За деревьями тьма будет еще сильнее, чем в подземелье. Держитесь за меня и включите фонари.

Три мощных струи света пронзили деревья и затерялись во мраке. Троица вошла в лес, и черная мгла окутала их со всех сторон своим черным саваном и поглотила весь свет, какой был. Проверив фонари, все убедились, что они исправны, только вокруг все равно ничего не было видно. Ребята пытались трясти фонари, стучать по ним, чтоб сильнее разгорелись, да только все было без толку: тьма была слишком насыщенной.

– Да выключите вы их, – сказал Алекс. – Они все равно слишком сильно не разгорятся.

– Это точно, – пропищал кто-то и противно захихикал.

– Кто здесь?! – испугано крикнул Артем.

– Спокойно, Тема, – Алекс взял детей за руки. – Ася, ты в порядке?

– Да, – еле слышно от страха произнесла девушка.

– Здравствуйте, лесные духи! – поздоровался он. – Вы меня помните?

– Конечно, – послышалось со всех сторон.

– Нам нужна ваша помощь.

– А-а-а, – протянул кто-то жалобно. – Нет, ты еще не готов.

– К чему не готов?

– Отдать самое дорогое.

– Что? – Алекс судорожно прижал к себе детей. – Я вам детей не отдам.

– Какой ты глупый. Разве это главное?

– Что может быть дороже детей?

– Жизнь. Готов ли ты отдать свою жизнь? Сможешь ли в час назначенный расстаться с ней, даже не задумываясь?

– Ну-у, – Алекс серьезно задумался и понял, что ради своих любимых он сможет принести себя в жертву. – Да, – сказал он твердо. – Смогу.

– Ты хорошо подумал? Дороги назад уже не будет.

– Да. Хорошо.

– Ну, что ж, тогда слушай и запоминай: когда взойдет солнце и вспыхнут купидии, сорви три серебряные пирамидки, по одной с каждого дерева и отрекись от жизни своей. С большого камня прыгай в омут зла, достань три кинжала и верни на землю. Если принесешь себя в жертву, вернешься живой.

– Подождите, что-то я не понял: как можно вернуться живым, если собой пожертвуешь? – но духи молчали. – И вот так уже второй раз, – сказал он детям. – Догадайся сам, а они в стороне.

– Что теперь, пап? – прошептал Артем.

– Не знаю.

Фонари внезапно включились. Их яркий свет пронзил черную мглу, указывая выход. Вся троица поспешила выйти из леса. На реке уже наступила глубокая ночь. Темно-синий бархат неба, как всегда был утыкан звездами, да и сама река тоже была тихая и спокойная, а серебристый лунный свет отражался на водяной глади, заставляя ее переливаться всеми цветами радуги.

– Ах! – воскликнула Ассоль, восхищаясь увиденным пейзажем. – Какое небо, папочка! Я никогда не видела столько звезд. А какая огромная луна.

– Да, – подтвердил Алекс. – Небо здесь всегда восхитительное, звезды и луна находятся так низко, что хочется их сорвать, – потом немного о чем-то подумал и добавил: – Здесь есть на что посмотреть. Ну ладно, ребята, надо укладываться спать, уже поздно.

– Ты что, пап? – возмутился Артем. – Как можно сейчас спать? Загадку надо отгадать!

– Да какая это загадка? Я ее уже почти решил.

– Правда? Ну, может, тогда и с нами поделишься? Ась, ты согласна? – девушка лишь кивнула в ответ.

– Да, что же тут непонятного? – бормотал Алекс полусонным голосом, укладываясь поудобнее на расстеленное одеяло. – На рассвете появятся купидии. Надо сорвать три и с большого камня прыгнуть в реку. Вот только лесные духи, наверно, забыли, что под водой живет монстр…

Напряжение, длившееся почти сутки, немного выбило Алекса из колеи. И сейчас, окончательно расслабившись, он прилег на импровизированную постель, где пушистая трава оказалась мягким ложем и, сладко зевая, почти мгновенно уснул. Дети заботливо укрыли отца вторым одеялом, а сами пошли прогуляться и как следует подумать о завтрашнем дне.

Беззаботно шагая вдоль берега, ребята обсуждали недавние события и не думали ни о чем плохом, как вдруг на реке неожиданно забурлила вода. Удивленные таким невиданным чудом, они подошли к самой кромке и начали с любопытством разглядывать водяной «фонтан», который начал медленно расти прямо посередине реки.

Вода быстро поднималась и уже доставала почти до колен, но ребята этого совсем не замечали. Словно в каком-то гипнотическом трансе они, как во сне заходили в воду и продолжали идти все глубже и глубже, пока поднявшаяся волна не накрыла их с головой…

Ах, дивный сон, блаженный сон,

Как часто сладострастен он.

Но как бы жизнь всю не проспать…

Порой не грех и раньше встать.

Алекс на мгновение очнулся, как ему показалось, от какого-то дикого истерического хохота, полусонно огляделся вокруг, небо еще было звездное, а кругом стояла звенящая тишина. Он внимательно прислушался, но ничего подозрительного не заметил, потом несколько раз моргнул заспанными глазами, перевернулся на другой бок и, сладко причмокивая, снова крепко уснул.

Глава 9.

На реке начинался новый рассвет. На водяной глади появились первые разноцветные огни и заиграли яркими пестрыми красками, превращая свои радужные блики в свечение драгоценных камней. Вот и первый луч пугливо и осторожно пронзил своей золотой иглой верхушки деревьев. Хотя небеса лишь слегка заалели, волшебные купидии уже начали немного мерцать, чтоб вновь продолжить свой жизненный путь.

Поворочавшись с боку на бок и, еще до конца не осознавая, что сон уже закончился, Алекс открыл глаза и долго смотрел в утреннее небо. Над ним простиралось сказочное и невероятно-красивое небо бирюзового оттенка с легкой примесью розового. Продолжая любоваться этой величественной красотой, он с начала даже забыл, где находится в данный момент. Заметив слегка мерцающие купидии, вдруг вспомнил о детях, которых рядом почему-то не оказалось. Мужчина поднялся и прошелся по всему берегу, но никого не встретил: дети, как в воду канули. Остановился у большого камня и, нечаянно глянув на песок, увидел следы ног, которые обрывались у кромки воды. Сначала он их даже не заметил, а сейчас решил внимательно все рассмотреть. Ну, так и есть: две пары следов ног шли вдоль всего берега и заканчивались у кромки воды. Значит, дети заходили в воду? Но зачем? И почему нет обратных следов? Неужели они так глупы, что решили поплавать? Нет, этого не может быть.

– Боже мой, – вдруг в ужасе пробормотал Алекс и схватился за голову. – Так это был не сон? Я действительно слышал какой-то истерический смех. Вероятно, этот проклятый колдун заманил их в ловушку и утащил под воду. Боже мой, какой болван! И почему я их не предупредил? Милли, прости меня, я не смог уберечь наших детей. Что ж теперь делать, господи?

Алекс упал на колени и, покачиваясь из стороны в сторону, начал что-то невнятно бормотать себе под нос. Через мгновение ярко вспыхнули купидии и осветили весь сумрачный берег. Он поднял голову и затуманенным взором посмотрел на волшебный сад.

– Как они там сказали? – спросил он сам у себя. – В час назначенный, не задумываясь отдать свою жизнь? Так кажется. Значит, этот час уже пробил? Ну и на кой черт мне нужна такая жизнь? Раз в ней больше ничего не осталось, так и жить уже не зачем.

Со всей решительностью мужчина поднялся и подошел к деревьям. Осторожно сорвал три серебряные пирамидки, (с каждого дерева по одной, как сказали лесные духи), и аккуратно положил их себе за пазуху. Потом осторожно вскарабкался на камень и, с силой оттолкнувшись, прыгнул в омут зла.

Вода была почти прозрачной и хорошо просматривалась. Вдалеке стояла четко выделенная мутно-зеленая стена, которая ровно отделила правую и левую половину реки. Точно посередине разделения двух половин показалась огромная черная яма. Наверно, это и есть логово речного монстра. Алекс перекрестился и, прощаясь с жизнью, поплыл навстречу своей погибели.

Внутренние стенки ямы оказались окружной формы, словно это была не яма, а огромная чаша, посередине которой проходила широкая полоса разделения двух вод. Заплыв в эту полосу, Алекс почувствовал себя как-то странно: как будто оказался в вакууме, грудь так больно сдавило, что заставило легкие выпустить остаток воздуха. Пытаясь сдерживать дыхание, он чуть не потерял сознание, а когда случайно вздохнул, неожиданно почувствовал, как живительный воздух наполняет грудную клетку. Просто чудеса, да и только!

Как следует, отдышался и уже с новыми силами спокойно огляделся вокруг: внутри чаши кроме черноты ничего такого особенного мужчина не заметил. Тогда решил нырнуть в самую глубину, прямо в самый ее центр. Вдруг впереди что-то сверкнуло. Очевидно, это и был сам хозяин. В этот момент он напоминал огромного ежа, который неуклюже поджал под себя ноги, а огромные шипы, что росли вдоль всего позвоночника, защищали его со всех сторон. Алекс впервые увидел монстра со спины и поразился его мощи: вокруг сплошные колючки и захочешь, не достанешь. Тогда что же могло так сверкать в глубине, чтоб привлечь к себе внимание? Алекс внимательно осмотрел монстра и заметил, что где-то в области лопаток у него находятся какие-то посторонние предметы. Сначала подумал, что это такие шипы, но когда подплыл ближе, то разглядел между ними кинжалы с золотыми рукоятками. Создавалось такое впечатление, что их нарочно там спрятали.

– Пирамидки, – не понятно, откуда послышался тихий шепот.

Алекс сам не понял: зачем он вытащил из-за пазухи одну и раздавил? Серебряные капельки тут же разлетелись в разные стороны, превращаясь в мерцающий саван, невидимые нити которого растянулись в большой круг и окутали монстра. Он неожиданно дернулся и замер в той же позе. Алекс осторожно раздвинул шипы и аккуратно вытащил три кинжала, потом заложил их себе за ремень брюк и отправился в обратный путь. А две оставшиеся пирамидки, на всякий случай зажал в руках.

Снова заплыл в полосу разделения и хорошенько отдышался. Затем набрал в легкие побольше воздуха и поплыл на левую сторону. Мужчина хотел, как можно скорее подняться наверх, да не тут-то было: стоило лишь оказаться в зоне прозрачной воды, как тут же сильный спазм сдавил горло. Он начал быстро задыхаться, и совсем позабыв, что держит в руке пирамидку, схватился за горло. Сок брызнул в разные стороны, и живительные капли поневоле попали ему в рот. Секунду спустя спазм прекратился, Алекс успокоился и с новыми силами поплыл вперед.

Когда был уже на середине пути, то почувствовал, как закрутился небольшой водоворот, который начал постепенно нарастать и затягивать свою жертву, медленно опуская вниз. Перед глазами Алекса тут же промелькнула вся его жизнь. Упорно барахтаясь под водой, он словно глазами монстра, увидел себя и Миллисенту в лодке. Это мимолетное видение напомнило ему тот день, когда они впервые вместе шли по реке. Из последних сил он раздавил третью пирамидку и бросил ее в центр водоворота. Как только ее затянуло внутрь, река почти сразу успокоилась, все тут же перестало крутиться и закручиваться, и уже совсем скоро наступила тишина…

Из последних сил Алекс добрался до берега и постарался, как можно дальше отползти от кромки воды. Потом кое-как перевернулся, лег на спину и тяжело задышал, а вялые движения говорили о том, что он пытался нащупать у себя за поясом добытые сокровища.

Прошло, наверно, пару часов, прежде чем мужчина окончательно пришел в себя, но бурные мысли никак не хотели успокоиться и еще продолжали роиться в его голове. Когда уселся поудобнее и стряхнул с одежды налипший песок, вытащил из-за пояса один кинжал и начал внимательно его рассматривать. Этот необычный клинок был самым настоящим произведением искусства. Серебряную рукоятку обвивала золотая змея с изумрудными глазами. В ее широко открытую пасть был вставлен огромный бриллиант чистой воды, который при любом освещении переливался всеми цветами радуги. Острые змеиные зубы крепко держали камень, а змеиные глаза таинственно мерцали и создавали впечатление, что змея вот-вот его проглотит. Само же тело змеи обвивалось вокруг рукоятки, а хвост расширялся в районе эфеса и снова уходил в рукоять. В центр эфеса был вставлен стальной обоюдоострый клинок длиной сантиметров тридцать. Под самим эфесом на змеином хвосте виднелась гравировка с затейливыми завитками. Алекс долго вертел в руках клинок, так чтобы на него попадал солнечный свет и никак не мог разобрать надпись. Наконец, среди множества лабиринтов завитков ему удалось прочитать имя обладателя клинка: «Миллисента».

– Миллисента? – рот так и открылся от изумления. В голове никак не укладывалось: что же такое он сейчас прочитал? И просидел так некоторое время в ожидании разъяснений, но их почему-то не последовало. – Причем здесь моя Миллисента?

Еще раз внимательно осмотрел клинок со всех сторон, и когда повернул острием вниз, ахнул от удивления: почти прозрачный бриллиант мгновенно окрасился в кровавый цвет. Тогда он повернул клинок острием вверх, и он снова стал прозрачным. Когда же вытащил из-за пояса остальные кинжалы и проделал тоже самое, эффект был одинаковый: все три бриллианта в клинках словно наливались кровью. Но сами клинки были абсолютно идентичны, и лишь имена на них значились разные: на одном было написано «Даниэль», на другом – «Кристиан».

– Это же королевские кинжалы, – догадался Алекс. – Неужели те самые? Но причем же здесь Миллисента?… Подожди, – сказал он сам себе. – Я же видел ее в пустыне вместе с братьями. И во сне она просила найти братьев. Значит, это она третий королевич?! Все же не зря Эмиль называл ее своей принцессой. Два монстра и русалка. Ну, Милли, молодец! Всех развела.

Он весело рассмеялся над своей собственной глупостью и тугодумством. Потом немного успокоился, вернулся к рюкзаку с вещами, аккуратно замотал кинжалы в полотенце и положил рядом с гуслями. Затем ободрал с купидии немного коры, сел в траву и, тщательно обдумывая дальнейшие действия, медленно похрустывал «древесным сухариком».

Надо было перебраться на другой берег, но как? Лодки нет, а чтоб разогнать дельтаплан, нужна высота. Конечно, прыгать лучше с горы, но до нее еще нужно добраться. Если идти через болота, то где гарантия, что в этот раз он не пойдет на дно? Если по потайной тропе в скале, то один он не сможет залезть, рюкзак слишком тяжелый, да и чтоб доплыть, лодка все равно будет нужна. Может, попробовать вдоль берега?

Солнце было уже высоко, а значит, времени пока достаточно. Алекс ободрал еще коры и сорвал пару серебряных купидий, на всякий случай, а чтоб их не перепутать и не раздавить, уложил в коробку «со старым» золотым кубиком, тем самым, что захватил из дома. Потом надел на плечи рюкзак и отправился в дальний путь.

Когда подошел к высоким кустарникам, остановился возле них и внимательно осмотрелся. Путь через кусты вел на болота, но Алексу этот вариант не подходил, и вообще, в них можно легко заблудиться. Тогда он подошел к реке и хорошенько ощупал ногой берег. Песчаная коса обрывалась почти у самых корней, а чуть дальше был глубокий ров. Но если держаться за кусты, можно попробовать пройти.

Алекс испытал ветки на прочность и, словно балансируя над пропастью, как акробат по канату, начал медленно продвигаться вдоль берега. Тяжелый рюкзак тянул назад, и чтобы не свалиться в воду он обхватывал кусты руками и, плотно прижимаясь к ним, почти на цыпочках пополз вперед…

Кустарник обрывался прямо у подножья горы. Весь взмыленный от напряжения, Алекс добрался до последних кустов, рухнул прямо на камни и тяжело задышал. Когда немного успокоился, снял рюкзак и трясущимися руками достал кусочек коры. Откусил немного, прожевал и уже через минуту почувствовал, как волшебная кора купидии снова наполнила его тело новыми силами, теперь он был готов преодолеть любое расстояние. До захода солнца оставалось немного времени, поэтому решил залезть на вершину со стороны долины и уже там устроить ночлег…

Ну вот, наконец, преодолел и вершину. Теперь можно спокойно отдохнуть и все хорошенько обдумать. Алекс не стал ужинать, а лишь закутался в одеяло, чтоб ночью не замерзнуть и, глядя в бездонное звездное небо, подумал о своих любимых. Кто знает, где они теперь и когда увидятся снова?

Глава 10.

Утреннее небо осветилось багряными всполохами и внезапно окрасилось в ярко-красный цвет. Неожиданно поднялся сильный порывистый ветер и завыл на все лады. С абсолютно-безоблачного красного неба вдруг хлынул ледяной дождь. Своими хрустальными нитями он пронзал насквозь все, что попадалось ему на пути. Но самое невероятное было то, что лишь касаясь земли, эти нити мгновенно замерзали, превращаясь в ледяные иглы. И уже совсем скоро вся вершина покрылась щетинистым ледяным панцирем.

Как же все-таки хорошо, что Алекс спал под одеялом, ветер-проказник чуть было не вырвал его из рук. В последний момент мужчина успел схватить одеяло и накрыться им, чтоб хоть немного защититься от дождя. Но скоро оно промокло насквозь и мгновенно обледенело. Рюкзак тоже пострадал, хотя и лежал рядом, но Алекс успел подвинуть его к себе и тоже накрыть, в противном случае он бы сильно обледенел, и достать из него хоть что-нибудь, было бы уже практически не возможно.

Ледяной дождь хлестал, не переставая, несколько часов подряд. Сидя под ледяной коркой, бедняга Алекс сильно продрог и выбивал зубами частую дробь. Вдруг вспомнил о фляжке с коньяком, которую еще когда-то давно положил в боковой карман рюкзака и все забывал вытащить. Сейчас дрожащей рукой кое-как открыл клапан и, опасаясь, что ее там нет, с большой надеждой засунул руку в карман.

О, чудо! Фляжка оказалась на месте. Трясущимися руками мужчина еле-еле отвинтил крышку. Это блаженное тепло медленно-медленно растекалось по всему нутру и, так приятно обжигая горло, согревало продрогшее тело. Ну, вот, теперь любое море по колено.

Дождь закончился также внезапно, как и начался. Наконец, наступила долгожданная тишина. Алекс с большим трудом разбил свой стеклянный панцирь, и одеяло тут же обмякло и упало, а ледяные колючки не позволили съехать вниз, но и дальше пройти тоже. Он свернул одеяло и начал сбивать им колючки, но тут же поскользнулся и чуть совсем не вылетел с вершины. Лишь благодаря хорошей реакции в последнюю секунду успел схватиться за лямку рюкзака, который намертво примерз к каменной поверхности. Зато теперь есть время хорошенько продумать все дальнейшие действия.

Неожиданно в голову пришла хорошая идея. Порывшись в рюкзаке, Алекс вытащил почти килограммовую пачку соли (зря он, что ли тащил ее в такую даль?). Насыпал немного в руку и «посолил» лед. Стеклянная корка тут же треснула. Потихоньку небольшая площадка очистилась и теперь можно хотя бы спокойно стоять на вершине и не бояться съехать вниз.

Но соль быстро закончилась, хотя оставалось еще много нерасчищенного места. Тогда мужчина решил попробовать на прочность кинжалы. Вытащил один из них, размахнулся и с силой воткнул в каменный наст. Стальной клинок плавно вошел в ледяной панцирь точно в сливочное масло.

– Ого! – воскликнул Алекс. – Вот так ножичек! Ничего себе. Да такими темпами, брат, мы с тобой быстро управимся.

Он взял еще один кинжал и уже двумя руками быстро расчистил площадку. А минуту спустя заметил еще одну особенность: клинки не только резали лед, но и растапливали его, словно были раскалены до предела.

Скоро площадка была готова, теперь осталось очистить рюкзак. Осторожными движениями сбил верхнюю корку, потом почистил вокруг и уже мог спокойно поднять его. Затем вытащил все из рюкзака и начал собирать дельтаплан, а кинжалы нежно вытер и завернул в полотенце.

Все лишнее Алекс решил оставить на вершине. И лишь несколько вещей прихватил с собой: сверток с кинжалами, коробку с купидиями, гусли, фонарик и спички. Сложил все в прочный мешок и привязал себе на пояс, потом пристегнул все ремни безопасности и поднял дельтаплан. Хорошенько разбежался и прыгнул в пропасть, почти сразу поймал воздушный поток и направил свою «птицу» на правый берег: в сторону полуразваленного сарая.

С высоты птичьего полета внимательно осмотрелся вокруг. Как странно: вся природа оставалась не тронутой и лишь одна гора сверкала на солнце от ледяного покрова. Значит, дождь был только на вершине? Разве такое возможно? Видимо, кто-то очень могущественный не хотел его оттуда выпускать, и пытался заживо замуровать во льду. И если б не обычное одеяло, возможно, так бы оно и было.

Мягко приземлившись, на серый зернистый песок недалеко от сарая, Алекс отцепил ремни безопасности и, уложив свою «птицу» на ведущую планку, вышел из-под дельтаплана. Ну, вот он и ступил ногой на запретную территорию. И что же здесь такого особенного? Да ничего. Просто еще одна пустыня. Только вместо песочной улитки, покосившийся деревянный сарай и кое-где из песка еще торчат клочки высохшей травы. А минуту спустя обнаружилось еще одно странное «неудобство»: жара, что была в первой пустыне, здесь почему-то совсем не ощущалась.

Алекс отвязал от пояса мешок «с драгоценностями» и решил сразу же распределить вещи. Спички положил в передний правый карман, фонарик и гусли привязал к поясу с левой стороны, коробку с купидиями положил за пазуху, а кинжалы, чтоб не потерять, связал за эфесы и прицепил к поясу с правой стороны. Вот теперь он в полном вооружении и готов к новым приключениям. Пришло время осмотреть эту загадочную сараюшку.

Построичка, на первый взгляд, выглядела неказистой: чуть ниже двух метров, плоская крыша, доски почти везде гнилые. Кажется, немного толкни и сарайчик совсем завалится. Да уж, как-то не клеилась эта хлипкая развалюшка, с той красотой, которая была на левой стороне. Здесь явно что-то было не так. Ведь даже крокодилы, которые находились не так уж и далеко от сарая, вообще никак не реагировали. Хотя частенько поднимали шум, если на противоположном берегу, что находился, не так уж и близко, было какое-то движение, но сейчас почему-то совсем не шевелились, словно уснули в немом ожидании.

Алекс несколько раз обошел постройку, но ничего подозрительного не заметил, и все-таки решил заглянуть внутрь. Покосившаяся дверь не сразу поддалась, но с большим усердием он все же открыл ее. Внутри кроме кромешной тьмы ничего не было видно. Это даже странно: солнце стояло в зените, на крыше и стенах дырки между досками величиной с кулак, а в эту завалюху ни один лучик не проникает. Это что? Еще одно чудо?

– Хм, – нахмурился Алекс. – Какой интересный сарайчик. Ну, что ж, мы еще посмотрим, кто кого.

Вытащив из-за пояса фонарик, посветил в темноту. Эффект был такой же, как и в лесу: черная мгла поглощала электрический свет. Тогда решил попробовать более древний способ: выломал из стены доску по целей, разорвал мешок на несколько полосок и соорудил факел. Затем подошел к сараю, вынул из кармана спички и поджег мешковину. Когда вошел внутрь, черная мгла тут же отступила в разные стороны. Видимо огонь – это единственное, что действует на этот беспросветный мрак.

Впереди себя Алекс увидел длиннющий коридор, выложенный каменными плитами. Еще не доверяя своим глазам, пощупал ногой пол и, продолжая освещать себе путь, медленно пошел вперед.

Это был не просто коридор, это было самое настоящее подземелье самого настоящего старинного замка. Алекс это понял сразу, как только поднялся по лестнице и попал в другой коридор, но уже хорошо освещенный и с высоченным потолком. Он затушил ногой факел и оставил на лестницы, по которой только что поднялся, а потом отправился осматривать замок с его многочисленными залами и переходами.

Великолепные фрески обрамляли стены, в огромных залах в золоченых рамах висели картины древних мастеров, на огромных окнах тяжелые пурпурные шторы с золотыми шнурками. Почти вся мебель из маренного дуба, кровати с балдахинами, и такие большущие, что хоть вдоль, хоть поперек. На огромных длинных столах вся посуда была из золота и серебра, и украшенная гравировками, бесчисленные зеркала разных форм и размеров, а на хрустальных изящных столиках стояли малахитовые и изумрудные шкатулки старинной работы, и все под завязку забиты женскими побрякушками: разными ожерельями, кольцами, серьгами и прочее.

В одной самой большой зале (наверно, бальной) на возвышении стояли два трона, обитые синим и красным бархатом. Казалось, что на них еще недавно сидели настоящие короли. И все вокруг было в таком идеальном состоянии: ни соринки, ни пылинки. Повсюду зажженные свечи, а в огромных каминах еще горит огонь. Было такое чувство, словно хозяева только что вышли и вот-вот должны вернуться.

Алекс был просто поражен таким великолепием замка. А ведь Ассоль оказалась права: эта сараюшка-развалюшка, действительно не совсем то, что, кажется на самом деле. Теперь хотя бы понятно, почему правая сторона считается запретной зоной. Кому ж захочется делиться такими богатствами?

Алекс обошел весь замок, но не встретил ни одного человека. И куда все подевались? Потом побродил еще немного по замку и снова попал в тронную бальную залу. Тогда подошел поближе к тронам, решив, как следует их рассмотреть, и от нечего делать сначала потрогал обивку. На ощупь она больше напоминала мох в лесу: такая же мягкая и пушистая. Ну а сами троны, были просто великолепны: у синего трона имелись золотые подлокотники, а в изголовье был отпечаток золотой короны, а у красного – и подлокотники, и корона были серебряные. Наверно, синий трон был мужской, а красный – женский. Алексу ужасно захотелось почувствовать себя королем, и он неловко плюхнулся на синий трон, нечаянно звякнув струнами. От этого неожиданного звука все вокруг почему-то показалось таким унылым и безжизненным, что даже захотелось хотя бы немного прогнать тоску. Он отвязал от пояса гусли и тихонько заиграл на них.

Красивой музыки, конечно же, не получилось: эхо замка лишь тоскливо повторяло это унылое бренчание. Но скоро и оно стало совсем монотонным, вводя самого игрока в глубокий транс. Почти не моргая, Алекс смотрел в одну точку, а его пальцы сами собой касались струн.

Откуда-то издалека перед глазами начали тихонько проплывать различные видения: то пышные королевские балы, то многочисленные пиры. Вдруг «картинка» резко поменялась и показалась чья-то спальня, посередине которой стояла широкая кровать с бордовым балдахином, а огромное окно было занавешено темно-красной шторой. На кровати лежали двое, наверно, муж и жена. В комнате был полумрак, потому что свечи почти догорели, а белый мраморный камин напротив кровати почти совсем погас.

Вдруг в спальню входят трое в темных плащах, их головы и лица скрыты низкими капюшонами, а в руках сверкают кинжалы. Они медленно подходят к лежащему на кровати мужчине и пронзают ему грудь. Через секунду женщина очнулась и, равнодушно взглянув на мертвого мужа, встала и подошла к окну, возле которого ее ждал другой мужчина с длинной белой бородой. Она нежно прильнула к нему, и в глазах обоих сверкнуло безумие. Любовники крепко обнялись и их губы слились в страстном поцелуе.

Троица в капюшонах вырывает из трупа мужчины свои кинжалы и бросается к любовникам. Подбежав, они вонзают их в спину женщине, которая тут же падает замертво, на что белобородый мужчина лишь громко смеется. Троица снова вырывает свои кинжалы уже из трупа женщины и снова пытается убить белобородого. Несколько раз, пронзив его, они ничего не добились, а лишь разозлили еще сильнее.

Теперь Алекс видит сразу две комнаты, как будто он стоит в дверном проеме и одновременно наблюдает, что происходит и слева и справа. С левой стороны находится все та же уже знакомая нам спальня, а с правой – сплошная чернота. Все дальнейшие действия происходят, как в замедленном кино: фигуры в плащах, по-очереди бьют старика кинжалом в грудь, а он что-то шепчет в ответ. И уже через секунду, каждый из них проходит сквозь стену, прямо в черноту с правой стороны. Сначала это человек, но потом он сразу же превращается в монстра: у первого из них вырастает длинный хвост, и появляются огромные шипы, второй – становится русалкой, а третий – обрастает черной шерстью. После превращения черная мгла окутывает всех троих своим мерцающим саваном и страшное виденье тут же исчезает.

Глава 11.

Прошел наверно целый час, прежде чем Алекс вышел из гипнотического сна. Медленно огляделся вокруг, ничего не изменилось, все было на своих местах. Может, просто заснул и видел сон? Нет, все было слишком реально, и комната показалась знакомой. Может, просто слышал нечто подобное?

– Ну, конечно! – радостно воскликнул Алекс. – Это же легенда, которую мне рассказывала Милли. А кто этот седой старикан? Кажется, я его уже где-то видел… Ладно, надо прогуляться и освежить память, – он снова привязал гусли к поясу и пошел спокойно побродить по замку.

Вокруг стояла звенящая тишина, и только легкое потрескивание свечей, да тихий топот его ног, нарушало это безмолвие. Алекс спокойно и задумчиво проходил по уже знакомым коридорам, разглядывал старинные фрески и картины, и вдруг вышел в какой-то новый незнакомый коридор. Но совсем не обратил на это внимания и спокойно продолжил осмотр.

– Это еще что? – он неожиданно заметил, что оказался возле необычной винтовой каменной лестницы. – Как это я тебя не заметил? Интересно.

Ступени лестницы выходили прямо из стены и шли винтом куда-то наверх. Шириной не больше метра, да еще без перил, они практически сливались со стеной, и при другом освещении были совсем не заметны. С непривычки приходилось прижиматься к стене, чтоб не свалиться вниз. Алекс осторожно поднялся наверх и остановился прямо у каменной стены, потому что ступени закончились, и дальше идти было просто некуда. Лестница ведет к пустой стене? Это что-то новенькое.

Он на секунду задумался и начал ощупывать шероховатую поверхность, чтоб проверить свою догадку. Вдруг нечаянно нажал на какую-то кнопку и чуть не упал вперед. Стена совершенно бесшумно отъехала в сторону, и впереди открылся темный проход. Алекс вытащил фонарик и посветил внутрь. Это оказалась малюсенькая безликая комнатушка, два на два метра, с шершавыми стенами и такой же «крохотной» двухметровой дверкой, которая открывалась внутрь. Он осторожно открыл дверь и увидел перед собой портьеру, за которой показался еще один коридор. Здесь все было в шахматном порядке: двери менялись с драпированными стенами. И если не знаешь о тайном ходе, никогда не догадаешься, где просто пустые ниши, а где выход на лесенку.

Прямо напротив потайной двери, которую скрывала портьера, была уже другая, трехметровая дверь. Алексу стало интересно, что там впереди и, открыв дверь, вошел внутрь. В комнате царил полумрак, и он снова включил фонарик. Это была огромная спальня. В левом углу от входа стоял небольшой стол, заваленный какими-то бумагами, напротив – огромная кровать с бордовым балдахином. Сразу за ней от пола до потолка окно с темно-красной шторой, а с правой стороны был погасший камин, выложенный белым мрамором, пара стульев и почти потухшие свечи в золотых канделябрах.

– Что это? – спросил Алекс сам у себя и еще раз все внимательно осмотрел. – Дежавю? Я же это только что видел, всего пару часов назад.

Он тихонько прошелся по комнате и заглянул в каждый уголок. На столе лежали старые книги, заваленные древними рукописями, хотел прочитать, но не смог, наверно это был еще неизвестный науке язык. Потом устало присел на кровать и, выключив фонарь, отрешенно посмотрел на тусклый свет свечей. От их слегка дрожащего свечения начали слипаться глаза, и почему-то ужасно захотелось спать. Решил ненадолго прилечь, но лишь голова коснулась подушки, как сильный сон мгновенно сморил его.

Вдруг в камине послышался странный шум, его внутренняя стена треснула пополам и разъехалась в разные стороны. Из темноты камина в комнату тихонько вошел белобородый старик в белом плаще. Низко надвинутый капюшон скрывал ядовитый взгляд его желтых глаз, а кривая ухмылка на секунду обнажила полу гнилые «лошадиные» зубы. Осторожной походкой хищника он приблизился к спящему Алексу и протянул к нему свою тощую костлявую руку с длинными острыми ногтями, больше напоминающую лапу стервятника, нежели человека. Неожиданно вспыхнувший яркий свет на мгновение ослепил старика, он успел лишь быстро закрыться рукой, совсем не понимая происхождения этого света. Когда старик очнулся от вспышки, то внимательно присмотрелся: это сверкали бриллиантовые набалдашники кинжалов. Они окутали своего спящего хозяина непреступной мерцающей шарообразной оболочкой. Сколько бы старик ни пытался, никак не мог пробить ее.

– Дьявол! – воскликнул он скрипучим голосом. – Из-за этих проклятых кинжалов я не могу забрать свои гусли. Пока они у него, я почти бессилен.

Даже пробовал произнести несколько заклинаний, но ничего не помогало. Может это потому, что сейчас все кинжалы были в одной связке, и поэтому имели тройную силу защиты? Только старик не любил проигрывать, поэтому повторял и повторял все заклинания, которые только знал. Да все было без толку: то ли защита была слишком сильна, то ли пришел конец его царству.

– Нет! – взревел он, как раненый зверь и, схватившись за голову, понял, что уже ничего не сможет сделать. – Мое время еще не пришло. Думаешь, ты победил? – обратился он к спящему Алексу. – Не-ет – это я победил: от твоих ублюдков уже ничего не осталось! Больше ты их никогда не увидишь. Слышишь? Никогда! Никогда! Никогда! Ха-ха-ха!

Эхо дикого истерического хохота пронеслось по всему замку и разбудило Алекса. Он внезапно открыл глаза, поднялся с кровати и огляделся вокруг. В комнате по-прежнему царил полумрак, и слышалось легкое потрескивание догорающих свечей. «Какой странный сон, – подумал он и посмотрел на камин. – Приснится же такое». Потом схватил себя за пояс и хорошенько ощупал: гусли и кинжалы были на месте. За окном было еще темно. Рассвет, наверно, еще не скоро. Немного успокоился, улегся поудобней и снова крепко уснул.

Через несколько секунд на кровать присел удивительно красивый мужчина средних лет, в синем камзоле с золотой вышивкой. Откуда он мог взяться, было совсем не понятно. Светло-русые волосы опускались до плеч, а голубые глаза искрились от счастья. Он внимательно посмотрел на Алекса и улыбнулся приветливой улыбкой, потом сделал знак рукой, и к нему подошла женщина. Золотистые волосы обвивали ее стройное тело, а синие глаза сверкали точно два сапфира. Она была очень похожа на Миллисенту, только немного старше.

– Как ты думаешь, дорогая, – спросил мужчина и нежно обнял женщину за ее осиную талию, – он достоин нашей дочери?

– Думаю, да, – ответила она, с женским любопытством рассматривая Алекса. – Он красивый, сильный и очень любит нашу малышку.

– Почему ты так решила?

– Раз он пришел сюда с кинжалами наших детей и гуслями Яромира, значит, способен на серьезные поступки.

– Хм. Прийти-то, он пришел, а вот что делать дальше, не знает.

– А ты подскажи ему, милый. Ну, я прошу тебя, Эдуард.

– Ах, Аврора, любовь моя! Как вам, женщинам, нравится вить из нас веревки. Конечно же, я скажу ему, что делать, ведь он наш зять… Слушай меня внимательно и все запоминай, сынок, – обратился он к спящему Алексу. – Я скажу тебе все дословно: «Прошедший три солнца, найдет вещь врага, а в час назначенный добудет кинжалы. В начале конца положить первое слева, а второе связать одеждой двух воинов. Ровно в полночь послышится музыка, призывая хозяина. Не мешкая, трижды ударить в сердце единым тройным ударом, и дать испить золотой яд»… Именно так было написано в старинных письменах.

– Дорогой, а что значит «в начале конца»?

– Думаю, это какое-то определенное место, где все события начались и закончились одновременно, что же до остального, пусть додумается сам… Нам пора, милая. Мы сделали все, что смогли.

Они нежно обняли друг друга и, улыбаясь от счастья единения лучезарными улыбками, медленно подошли к камину. Взявшись за руки, последний раз оглянулись на спящего парня, и словно растворились в воздухе. Алекс резко очнулся и долго смотрел на погасший камин, но там никого не было. В комнате, как и во всем замке, по-прежнему стояла тишина, и только легкое потрескивание свечей и их слабый свет разбавляли полумрак спальни. Он присел на кровать и долго обдумывал свой странный сон. А может это вовсе не сон? Может, к нему действительно приходили родители Миллисенты?

Он резко поднялся с кровати и несколько раз прошелся по комнате в глубокой задумчивости, потом еще раз все внимательно осмотрел и вышел из царских покоев. Снова прошел через потайную комнату и опять оказался на винтовой лестнице. Спустился вниз и хорошенько все осмотрел, чтобы точно запомнить это место, а потом пошел по длинному коридору к уже знакомому входу в подземелье. Давно потушенный самодельный факел лежал на прежнем месте. Алекс снова поджег его, спустился вниз по лестнице и пошел вперед по подземелью прямо к выходу из сарая.

На реке начинался новый рассвет. На другой стороне, где стоял черный лес, над верхушками деревьев уже показались первые лучи солнца, осветившие бирюзовое покрывало небосвода. Сейчас же вспыхнули и замерцали ярким светом, волшебные сады купидий, и все ночные тени растворились в предрассветной дымке.

Когда Алекс вышел из мрака подземелья с горящим факелом в руках, увидел рассвет нового дня. Остолбенев от неожиданности, не мог поверить, что провел в замке полдня и всю ночь. Тогда совсем неудивительно, что он проспал несколько часов подряд. Бросил почти погасший факел возле сарая и пошел к дельтаплану, который оставил совсем недалеко. Когда уже подошел ближе, вспомнил, что рюкзак «с лишними» вещами остался на вершине горы.

– Тьфу, черт! – выругался он вслух. – Совсем забыл… Что ж теперь делать?

Неожиданно налетевший прохладный ветерок освежил воздух и привел Алекса в чувство. Он спокойно огляделся по сторонам, все было так же, как и вчера: даже крокодилы, кажется, застыли в одной позе. Тогда решил прогуляться по окрестности и спокойно все обдумать. Пройдя мимо сарайчика, еще раз осмотрелся и направился к давно манящим черным зарослям, которые росли на повороте реки, почти у водопада.

Когда подошел ближе, то понял, что это были не обгоревшие, как он сначала подумал, а действительно черные кусты. Точно такие же черные ветки были и у черной купидии. Густые заросли кустарника шли плотной длинной стеной, хорошенько спрятав от любопытных глаз мутный журчащий поток правой половины реки. А немного дальше отчетливо слышался грохочущий шум водопада, который практически заглушал все посторонние шумы.

Алекс внимательно осмотрел кустарник, и уже хотел уйти, как вдруг меж веток что-то ярко сверкнуло. Кажется, что-то блестящее запуталось в тонких прутьях. Он аккуратно раздвинул их, просунул руку, как можно дальше и осторожно вытащил длинный золотой волос.

– Это же конский волос, – удивился мужчина. – Откуда он здесь взялся?

Когда Алекс сильнее раздвинул ветки, солнечные лучи проникли внутрь и золотой блеск стал еще заметней. При ярком свете множество золотых волосков заиграли радужными красками. Возможно, именно в этих черных зарослях кто-то прятал тех удивительных белоснежных лошадей.

Налюбовавшись вволю пестротой красок, Алекс намотал на ветку золотой волос, и медленно пошел вдоль берега в обратную сторону. Впереди неожиданно заметил какой-то необычный предмет, который привлек к себе внимание, и он направился прямо к нему. Подойдя ближе, присел на корточки и вытащил из песка две резинки для волос: черную и красную. Эти простые милые вещицы принадлежали его детям. Артем частенько связывал свои волосы именно черной резинкой, чтобы она не бросалась в глаза, а Ассоль, наоборот, подвязывала косу красной резинкой, чтоб был красивый контраст. И откуда они могли здесь взяться? Прижав к себе эти милые сердцу безделушки, еще раз более внимательно осмотрел весь берег, но больше ничего привлекательного не обнаружил. Судорожно сглотнув слюну, он понуро опустил голову, присел на песок и со слезами на глазах опустошенным взглядом смотрел на медленно убегающие волны.

Палач, что ходит меж теней

Всегда решает чью-то долю.

Что в жизни может быть страшней?

Лишь детский плач от жуткой боли.

А где-то рядом по-прежнему шумел водопад и равнодушно взирал на все происходящее: на слезы человека, сидящего на берегу, и на боль его утраты. Для его величества водопада все было не важно. Главное сейчас было, чтобы река стекала каскадом, ударялась об острые камни и убегала в неизвестность. Да еще его личное эхо, которое с большим удовольствием разносило грохочущий шум воды и уносилось далеко за его пределы.

Глава 12.

Алекс просидел на берегу почти до самого вечера и в полной задумчивости жевал древесный «сухарик», который случайно обнаружил в заднем кармане брюк. Застывшим взглядом смотрел в глубину мутно-зеленой воды, вспоминал своих детей, и тот миг счастья в их глазах, когда они по-настоящему увидели эту загадочную страну. И именно здесь их постигла страшная участь. Когда-то, уже очень давно, он пришел сюда один, встретил настоящую любовь и вырастил двух прекрасных детей. Неужели и обратно придется идти в одиночку?

– Стоп! – сказал он сам себе. – Чего это я раскис? Может, не все еще потеряно. Ведь час пик еще не пробил.

Алекс серьезно задумался, вспоминая дословно, что говорил ему король Эдуард, потом резко поднялся и направился к сараю.

Самодельный факел сиротливо лежал возле двери сараюшки. Тщательно проверив свою боеготовность, он поджег факел и решительно вошел внутрь. «Ничего, – говорил он сам себе, продвигаясь вперед. – Еще не вечер».

Поднялся по лестнице и попал в уже знакомый освещенный коридор, потушил факел и направился к винтовой лестнице. Теперь уже смелее поднялся наверх, снова прошел маленькую комнату и вошел в королевские покои. Здесь все оставалось по-прежнему: давно потухший камин и угасающие свечи, которые сейчас придавали комнате мрачное таинственное очарование.

Для начала присел на кровать и постарался еще раз дословно вспомнить королевский наказ. Сопоставив все факты, нашел отгадку и довольно улыбнулся. Вынул из кармана две резинки и связал их вместе, потом снял с пояса кинжалы и надел на рукоятки. И таким образом, две вещи, которые принадлежали двум воинам, соединили все три кинжала в единое целое. Теперь оставалось самое сложное: отыскать «начало конца».

Алекс держал в руке все три кинжала и бродил по комнате взад и вперед, сосредоточившись на словах короля Эдуарда. Так, «вещь врага» – это наверняка будут гусли. Да, это точно, без всяких сомнений. Так, дальше – «золотой яд», скорее всего это «старый» кубик купидии. Так, теперь остается «начало конца». Что это может быть? Вернее, где это место? Как он там сказал: «…где все события начались и закончились одновременно».

– Итак, – размышлял он вслух, еще раз внимательно осмотрев комнату. – Все же не зря мне было видение в тронной зале, и если не ошибаюсь, то это и есть та самая комната, в которой произошло двойное убийство. Значит, и отгадка должна быть здесь, – он встал спиной к двери и мысленно прокрутил недавно увиденное «кино», потом медленно пошел вперед до противоположной стены, где висела тяжелая портьера. – Кажется, здесь.

Резко отдернул штору и осмотрел окно. Вверху оконный проем будто врастал в потолок, внизу словно исчезал под полом, а за окном стояла непроглядная тьма. Казалось, что черная мгла окутала весь замок своим беспросветным саваном, да так плотно, что ни один лучик солнца не мог проникнуть внутрь. Если бы кому-то пришло в голову потушить все свечи, то во всем замке воцарился бы абсолютный мрак. Алекс очнулся от своих дум, отвязал гусли и положил на пол, прикрыв их шторой, потом присел на кровать и вытащил из-за пазухи коробку с золотым кубиком. Осторожно взял кубик в одну руку кинжалы в другую и настроился дождаться полуночи.

Глаза неожиданно начали слипаться, хотя прошло не так уж много времени, и мужчина потихоньку стал «клевать носом». Все еще крепко сжимая одной рукой кинжалы, а другой – кубик, он откинулся на кровать и тот час отключился.

Через секунду послышались тихие звуки музыки, стенки в камине медленно и бесшумно разъехались в разные стороны, и в комнату вошел старик с длинной белой бородой. Он крадучись подошел к окну, взглянул на спящего Алекса и усмехнулся своей хищной улыбкой. Сначала хотел взять кинжалы, но тут же передумал, опасаясь, что яркий свет может разбудить врага.

Тогда старик решил забрать хотя бы свои гусли. Только наклонился вниз, чтоб поднять их, но так и не успел, какие-то черные тени окружили его со всех сторон. Они прижали старика спиной к стене и начали медленно душить, так что сопротивление было бесполезно. Старик тщетно пытался сорвать невидимую руку и вырваться, но силы были лишком не равны.

Алекс продолжал еще крепко спать, хотя ему казалось, что на самом деле он сразу очнулся, когда услышал плавные, словно завораживающие звуки музыки. Стиснув в руках свои «сокровища», он осторожно поднялся и выглянул из-за балдахина. У стены стоял колдун и усердно шептал какие-то заклинания. Черные тени кружили по комнате и вокруг него, плотно сжимая кольцо. Старик пытался вырваться из этого круга, но тени держали мертвой хваткой и совсем не давали пошевелиться.

– Чего ты ждешь?! – прохрипел старик из последних сил. – Помоги мне.

Алекс осторожно подошел ближе, поднял руку с кинжалами и хотел попасть в тень, но замер в нерешительности. Колдун уже расплылся в довольной улыбке, надеясь на чудесное спасение, но тут появилась Миллисента и указала пальцем на старика. Алекс кивнул в ответ, сжал рукоятки кинжалов и с силой воткнул клинки прямо ему в сердце. От неожиданности колдун удивленно округлил глаза и уже открыл рот, собираясь выплеснуть проклятья, но тут же чуть не захлебнулся золотым нектаром купидии, которым его накормил Алекс. Черные тени сразу отступили и оставили их один на один.

Внезапно струны на гуслях лопнули, и музыка моментально стихла. Колдун зашатался и упал на колени, а из его рта потекли золотисто-кровавые струйки. Он завалился на правый бок и тщетно пытался вырвать кинжалы. Но смерть уже набросила свои оковы, выражаясь в страшных судорогах и конвульсиях. Через несколько секунд старик совсем затих, а еще через мгновение его тело вспыхнуло, точно спичка и разлетелось по комнате мерцающим салютом.

– Мм, – выдохнул Алекс и, наконец, действительно проснулся.

Резко вскочил на ноги и огляделся вокруг: все та же комната и та же кровать. Тогда что это было? Очередной сон или уже реальность? Он подошел к окну и отдернул штору, гусли были целые и лежали на том же месте, и все остальное тоже было без изменений. Значит, это все-таки сон. От злости на свою слабость изо всех сил ущипнул себя за ногу.

– Ай! – воскликнул Алекс. – Больно. Зато теперь я точно знаю, что не сплю, – и, потирая ногу, нечаянно бросил взгляд на золотой кубик, который лежал на кровати вместе со связкой кинжалов. – А-а, это ты негодник, – и он погрозил кубику пальцем, потом осторожно положил его себе на ладонь. – Из-за тебя, брат, я чуть не проспал все веселье.

Только немного успокоился, как вдруг со стороны окна послышался тихий мелодичный звук. Алекс прислушался и осторожно отодвинул штору, струны на гуслях двигались сами собой, издавая нежные переливы. Внутри камина тоже послышался какой-то странный шорох. Он быстро поправил штору, взял в руки свои «сокровища», лег на кровать и притворился спящим. А чтобы не пропустить все дальнейшие действия немного прищурился и смотрел сквозь ресницы.

Стенки внутри камина бесшумно раздвинулись в разные стороны и в комнату кто-то вошел. Это был высокий мужчина с длинной белой бородой. Осторожной походкой хищника он тихонько подошел к окну и, взглянув на «спящего» Алекса, брезгливо скривился в довольной улыбке победителя. Потом внимательно пригляделся, словно учуял неладное, но скоро успокоился и, отдернув занавеску, замер от неожиданности: внезапно громкие звуки музыки на мгновение обездвижили его. Старик уже хотел взять гусли, но какая-то невидимая сила отбросила его назад и прижала спиной к стене. Музыка заиграла еще громче, старик резко схватился руками за горло и захрипел, точно от удуший.

«Пора», – подумал Алекс и вскочил с кровати. Сжимая в руке кинжалы, быстро подошел к мужчине и оторопел. Это был тот самый старик, который когда-то сидел внутри улитки и притворялся немощным. Это он своей игрой на гуслях заманивал случайные жертвы.

– Так это ты? – удивился Алекс и остановился в нерешительности. Сейчас они были почти одного роста и телосложения. – Ты и есть колдун Яромир?… Я давно это подозревал, но до конца не был уверен.

– Ха-ха-ха, – прохрипел старик, пытаясь оторвать от своего горла невидимую душившую руку. – Да, это я – великий Яромир! Я создатель этого мира, но тебе отсюда никогда не выбраться. Ну, чего же ты ждешь? Убей меня! Убей! И больше никогда не увидишь своих детей.

– Где они?!

– В логове речного монстра. Он любит свежее мясо.

– Ах, ты, грязный ублюдок, – сквозь стиснутые зубы процедил Алекс и еще сильнее зажал в руке кинжалы. – Если с моих детей упадет хоть один волосок…

– Думаю, ты слегка опоздал с угрозами, папаша. Монстр ими уже давно пообедал. Ха-ха-ха.

Зря он это сказал. После таких слов Алекса словно переклинило: в слепой ярости он трижды вонзил клинки в сердце Яромира, который, кстати сказать, этого совсем не ожидал. Удивленно округлив глаза, колдун хотел еще что-то сказать в ответ, но Алекс его опередил, затолкав ему в рот золотой кубик, который мгновенно лопнул и, растекаясь по всему телу золотыми струйками, тихо зашипел, словно карбит в луже.

– Сдохни, ублюдок, – с лютой злобой в голосе прошипел разъяренный мужчина.

Оставив кинжалы в груди Яромира, Алекс отошел подальше и, с отвращением нахмурив брови, уже спокойно наблюдал за его кончиной. Колдун упал на колени и завалился на правый бок. Музыка, что звучала до сих пор, внезапно стихла, и тут же звякнули порванные струны. Все тело Яромира покрылось золотой коркой. Ну а дальше все произошло почти так же, как в недавнем сне: тело колдуна лопнуло, как мыльный пузырь и разлетелось по комнате золотыми искрами. Внезапная взрывная волна, как последний привет от Яромира, ударила Алекса в грудь и резко отбросила к двери. От сильного удара головой об дверной косяк он мгновенно потерял сознание.

Но самые интересные события произошли немного позднее: с правой стороны, прямо напротив кровати, образовалась черная дыра в полстены и сейчас же в комнату вошли три огромных чудовища. Как в каком-то замедленном кино с них начали медленно сползать все их «страшные одежды» и рассыпаться в прах, а три чудовища тут же превратились в красивых молодых людей: двух парней и одну девушку.

Глава 13.

– Где это мы? – спросил один парень и с удивлением огляделся вокруг. – Эта комната похожа на родительские покои.

Три человека переглядывались друг с другом и никак не могли понять: как они вообще сюда попали и зачем? Вдруг под ногами что-то сверкнуло, и они увидели связку кинжалов. Второй парень нагнулся и поднял их.

– Так это же наши кинжалы, – удивился он. – Ты помнишь, Даниэль? Отец торжественно вручил их нам в день нашего совершеннолетия.

– Да, помню, – согласился тот. – А я все думал, почему у нас только ножны и где же сами клинки? А они, оказывается, все это время были здесь. Только я что-то не пойму: почему они связаны?

– Может, тот мужчина что-нибудь знает об этом? – спросила девушка, указав на незнакомца, лежащего у двери.

– Милли, дорогая, – Даниэль нежно обнял сестру за плечи. – Ты всегда замечаешь то, что мы с Кристианом не можем разглядеть и под самым носом.

Они все вместе подошли к Алексу и внимательно осмотрели. Крови не было, значит, это просто обморок, осторожно подняли его и положили на кровать. Даниэль приказал позвать кого-нибудь из слуг. Возле двери висел специальный шнур для вызова слуг, Миллисента несколько раз дернула за шнурок.

– Как странно он одет, – говорил в это время Кристиан, указывая пальцем на джинсы Алекса. – Смотри, Даник. Какие интересные у него чулки. Как можно в таких ходить? Это наверно так неудобно.

– Ты прав, Крис, – согласился Даниэль и пощупал джинсовую ткань. – Они такие жесткие.

Они еще немного постояли у постели «больного», с любопытством разглядывая необычную одежду незнакомца. Какие-то странные чувства нахлынули на всех троих: казалось, они совсем недавно встречались с этим самым незнакомцем. Но где и когда, никак не могли припомнить.

– Почему слуги так долго не идут? – возмутился Даниэль. – Сколько можно ждать?

– Давай, еще позвоню, – Миллисента снова подергала за шнурок. – Может, не слышали?

– А, по-моему, их просто нет на месте. Сейчас пойдем и разберемся.

– А с ним что делать? – Кристиан кивнул в сторону «больного».

– Ничего не делать. Обморок – это не смертельно. Пусть спокойно отдыхает, пойдемте.

Даниэль был старшим братом, поэтому его приказы никогда не обсуждались. С самого детства ему внушали, что если он вовремя не сможет научить своих младших брата и сестру совершать правильные поступки, то всегда будет отвечать за их промахи. А младшим частенько влетало за то, что они не слушались старшего брата. Вот и сейчас никто даже не посмел перечить Даниэлю и все молча, удалились.

Прошло немного времени, прежде чем Алекс очнулся. Он медленно открыл глаза и обвел комнату мутным взором. Когда взгляд немного прояснился, резко поднялся с кровати и тут же замычал от жуткой головной боли. На затылке нащупал здоровенную шишку и, потирая ушиб, пытался припомнить: откуда могло привалить столько «счастья»?

– Ах, да! – прошептал Алекс, продолжая тереть ушиб. – Проклятый Яромир. Значит, все-таки это был не сон и я действительно его убил. Так вот о чем свидетельствует полученное в бою «ранение», – он осторожно поднялся и медленно прошелся по комнате. – А куда же подевались кинжалы?

Еще раз внимательно осмотрел всю комнату и даже под кровать заглянул, но кинжалов нигде не было. Тогда с большим волнением подошел к окну и резко отдернул штору. Гусли лежали на том же месте, куда он вчера их положил, только струны на них были порваны. Алекс улыбнулся и облегченно вздохнул, поднял их с пола и лишь жалобное «пиу-пиу» разнеслось по комнате. «Слава Богу! – подумал он. – Есть доказательство. Значит, я не сумасшедший». Пристегнул гусли к поясу, вышел из спальни и снова направился к потайному ходу.

Но вдруг ему показалось, что что-то не так. Мужчина внимательно осмотрелся вокруг и заметил, что с правой стороны, где-то вдалеке убегающего коридора, виднеется какое-то бесформенное темное пятно, хотя раньше его там не было. Тогда решил пройтись по коридору и выяснить, что же это было за пятно. Медленно подошел ближе и уже в свете свечей разглядел две связанных вместе, резинки для волос красную и черную.

– О! – удивился Алекс и присел на корточки, чтоб поднять вещи. – И как же вы здесь оказались, ребята?

Он положил находку в карман и отправился дальше по коридору, чтобы выяснить, как эти вещицы попали сюда. Невероятно длинный коридор был похож на огромную змею, которая извивалась то вправо, то влево. Наконец, впереди показалась развилка, с правой стороны спускалась вниз широкая белая мраморная лестница с ажурными золотыми перилами. Алекс подошел ближе и осмотрелся: на стенах с двух сторон висели старинные картины, а горящие свечи в золотых канделябрах освещали каждую из них. Лестница делала небольшой поворот, и нижний этаж совсем не просматривался, поэтому надо было спуститься ниже. Внизу было что-то вроде фойе, вдоль стен, которого стояли каменные скамьи, а немного дальше огромные двойные двери. Алекс подошел ближе, открыл их и вышел прямо к реке.

– О! – удивился он. – Где это я?

Перед ним протекала все та же двухсторонняя река, но только теперь вместо песка вся округа утопала в зелени, а на другом берегу по-прежнему виднелись сверкающие сады купидий. Алекс удивленно обернулся назад и не мог поверить своим глазам: на месте почти разваленного сарая возвышался настоящий огромный каменный замок. Рот так и открылся в немом удивлении. Да, Яромир действительно, был великий колдун! Чтоб превратить огромный замок в малюсенький сарайчик, здесь нужна невероятная сила. А может Алекс просто не туда попал? Надо срочно проверить эту версию и обойти вокруг замка.

В многочисленных кустах благоухающих роз и орхидей, лежал давно забытый дельтаплан. Вытащить его оттуда и ничего не сломать, было бы просто невозможно, поэтому было решено, оставить все как есть и он пошел осматриваться дальше. С другой стороны замка, где были черные заросли, стояла длиннющая постройка, которая полностью заменяла правый поворот реки. Интересно, а изменилась ли сама река? Гигантских крокодилов на берегу почему-то не было, зато теперь можно подойти к реке с любой стороны. Мужчина стоял почти у кромки воды и не верил своим глазам: вдоль всего берега песчаная коса, вода в реке прозрачно-голубая, а прямо у водопада с берега на берег перекинут длинный мост из белого мрамора с золотыми ажурными перилами.

– Вот это да! – восхитился Алекс. – Какая здесь оказывается красотища!

Он улыбнулся блаженной улыбкой и с невероятным удовольствием вдохнул чистый прохладный воздух. Еще немного постоял у воды и пошел посмотреть новую постройку, что теперь стояла на месте черных зарослей. Прошел вдоль нее несколько метров и обнаружил высокую дверь, осторожно открыл и вошел внутрь. Дружное ржание послышалось со всех сторон, словно приветствуя нового гостя.

– Вот это да! – воскликнул Алекс и замер в восхищении.

Это была самая настоящая королевская конюшня, где содержались сотни белоснежных лошадей с золотыми гривами и хвостами. Лошади кивали головами, приветствуя нового гостя, и били серебряными копытами, высекая радужные искры. Они были очень дружелюбны и с удовольствием разрешали гладить себя, ласково тыркаясь носом в подставленные руки. Алекс с любовью гладил их, и все время восхищался невероятной красотой этих милых лошадок.

Вдруг сквозь сотни лошадиных ржаний мужчина четко различил человеческие голоса. Внимательно прислушался, но больше ничего не услышал, тогда решил, что это просто показалось. Неожиданно вдалеке конюшни он действительно увидел человека и тут же замер на месте. Первых и последних людей, которых он видел, были перевоплощенные карлики.

Человек вдалеке тоже заметил оторопевшего Алекса и, гордо подняв голову, уверенной походкой пошел к нему на встречу. Секунду спустя, еще двое присоединились к нему, и пошли следом.

Фигуры постепенно приближались. Алекс решал, как быть: идти на встречу или оставаться на месте? Но когда до знакомства оставалось несколько метров, расплылся в приветливой улыбке. К нему приближались два парня с синими глазами и с золотистыми волосами, те самые которых он недавно видел в пустыне, и его любимая Миллисента. Сейчас она выглядела просто обворожительно: фисташковое длинное платье, украшенное крупным белым жемчугом, четко выделяло ее осиную талию и высокую красивую грудь, приподнятые золотистые волосы, заколотые жемчужным гребнем, открыли любопытным взорам прелестную шейку, а рядом с гребнем красовалась маленькая золотая корона. А вот парни выглядели почти одинаково: оба были одеты в камзолы с узкими рукавами, обшитые золотыми и серебряными нитями, но один был в синем камзоле, а другой в зеленом. У обоих были белые узкие штаны, башмаки синего и зеленого цвета с золотыми пряжками, и у каждого на голове по золотой короне, а на поясе по кинжалу.

– Так вот они где! – улыбнулся Алекс, увидев пропажу. – А я уж было подумал, что у них ноги выросли, и они сами ушли. Ну, здравствуй, любимая. Я уж и не надеялся на нашу встречу, – он подошел к жене, нежно обнял ее и поцеловал в губы.

От такой неожиданной наглости вся троица сначала даже онемела, потом братья удивленно переглянулись, медленно вынули из ножен кинжалы и угрожающе посмотрели на Алекса и Миллисенту. Бедная девушка лишь растерянно пожала плечами и отрицательно покачала головой, давая братьям понять, что этого человека она видит впервые. Тогда они начали осторожно подходить к Алексу и, подняв руки с кинжалами вверх, уже собрались наказать наглеца.

– Эй-эй, потише, ребята! – немного струхнул Алекс. – Я все-таки ваш зять. Милли, – обратился он к жене, – объясни уже своим братьям, что я твой муж, пока они меня не зарезали.

– Что?! – возмутился брат в синем камзоле и строго взглянул на растерявшуюся сестру. – Да как ты посмел, холоп, назвать нашу сестру своей женой? Миллисента, кто это такой?!

– Не знаю, – девушка в ужасе пожала плечами. – Я впервые вижу этого человека.

– Как впервые?! – возмутился Алекс. – Мы прожили вместе двадцать лет и у нас с тобой двое детей! Ты что, от них тоже откажешься?

– Что? – удивился брат в зеленом камзоле. – У тебя еще и дети от этого холопа?

– Даник, Крис, – взмолилась девушка. – Я действительно ничего не понимаю… Да кто вы такой в конце концов?! – воскликнула она на Алекса с возмущением. – Как вы посмели бросить мне в лицо столь дерзкое обвинение?!

– Милли, – от такого неожиданного ответа мужчина оторопел и, не найдясь, что сказать, лишь печально опустил голову. Даже почудилось, что над ним словно пронесся радостный хохот Яромира.

– Хорошо, – высокомерно сказал Даниэль. – Давайте спокойно во всем разберемся. Для начала прошу ответить на несколько вопросов. Кто ты такой? Как попал в нашу страну? Как очутился в покоях наших родителей и что там делал? И самое главное: почему ты решил, что наша сестра – это твоя жена?

– Это очень длинная история, – печально вздохнул Алекс.

– Ничего, – так же гордо ответил Кристиан. – Мы потерпим.

– Хорошо. Слушайте, – опустив все «лишние» детали, он вкратце рассказал свою длинную повесть.

Глава 14.

Прошло наверно часа два, если не больше, прежде чем Алекс закончил свой рассказ. Слезы умиления и восхищения выступили у всех присутствующих. Королевичи слушали очень внимательно, ни разу не перебив рассказчика своими вопросами. Все сидели в глубокой задумчивости на приставленных к стойлам скамейках и, словно пытаясь что-то вспомнить, вбирали в себя каждое слово. Некоторые детали в рассказе сильно удивляли, а некоторые заставляли задуматься. И как только Алекс замолчал, Даниэль забросал его вопросами.

– Послушай, – сказал он. – Многое из того, что ты сообщил, имеет огромное значение для нашей страны, но мне не понятны некоторые пункты. Во-первых, что такое дельтаплан?

– Ну, – Алекс попытался показать на пальцах. – Это что-то вроде треугольника с трубками и ремнями. Так не объяснишь, я потом покажу. Он застрял в кустах роз, что растут у стен замка.

– Хорошо, оставим это. Тогда, второй вопрос, о каких письменах говорил наш отец?

– Точно не знаю, но в покоях ваших родителей на столе полно бумаг. Я их просмотрел, но ничего не понял. Может, где-то среди них.

– Хм. Ну, хорошо. Тогда последний вопрос: где твои дети, о которых ты все время упоминаешь?

– А этого я не могу вам сказать, потому что не знаю, – печально вздохнул Алекс, и комок боли застрял в горле. – Последний раз мы виделись на левой стороне возле садов купидий, а потом я обнаружил следы, ведущие в реку, и больше ничего. Вот это все, что от них осталось, – он вынул из кармана две резинки для волос. – Я их нашел на берегу немного позже, когда уже был на правой стороне реки.

Кристиан взял в руки эти вещицы и внимательно осмотрел. В это время Алекс с силой потер руками лицо, чтобы немного успокоиться, резко опустил их и нечаянно задел порванные струны. Жалобный писк пролетел над всей конюшней, как удар грома, и вся троица неожиданно вздрогнула.

– Что это? – прошептал Даниэль сдавленным голосом и огляделся по сторонам.

– Это? – Алекс отцепил гусли. – А это все, что осталось от вашего хваленного колдуна, – порванные струны торчали в разные стороны и издавали жалобные звуки при малейшем движении. Он беззаботно несколько раз ударил по ним. – Всего лишь порванные струны.

Люди и лошади в конюшне мгновенно стихли, словно какой-то оглушающий взрыв этим трехкратным «пиу» пролетел по всему помещению. И вся троица, как подкошенная, тут же рухнула на пол. Алекс онемел от ужаса и лишь открывал рот, точно рыба, выброшенная на берег. Растерянно стоял возле трех тел и никак не мог понять: что произошло?

Внезапно лошади дико заржали и зафыркали с пеной у рта, остервенело, забив копытами. Неужели все дело в гуслях? Он бросил их на пол и в ярости начал топтать, пытаясь раздавить в щепки, да не тут-то было: то ли гусли оказались слишком прочные, то ли Алекс был слишком легким.

Выместив всю злобу на неподдающихся гуслях, немного успокоился. Хотя королевичам это совсем не помогло: они все также были обездвижены. Алекс подошел к Миллисенте, присел рядом с ней на корточки и нежно погладил по голове, а потом осторожно поднял и вынес на воздух. Беспомощно огляделся вокруг и пошел к замку. Неожиданно на встречу вышли двое мужчин в красных ливреях.

– Эй! Вы кто такие? – крикнул им Алекс, прижимая к себе Миллисенту.

– Мы? – мужчины удивленно переглянулись, а потом склонились в почтительном поклоне. – Мы слуги ее величества, сэр.

– А-а, – вздохнул он с облегчением.

– Вам помочь, сэр?

– Нет, я сам. А что, вас только двое?

– Ну что вы, сэр? В замке полно слуг.

– Это хорошо, потому что понадобится еще несколько человек. В конюшне остались два принца, они без сознания.

– Не волнуйтесь, сэр. Минго вас проводит, а я позову на помощь.

– Там на полу гусли лежат. Принесите их мне.

– Слушаюсь, сэр.

Неразговорчивый Минго повел Алекса по широкой мраморной лестнице на второй этаж, где он был часа три назад. Когда поднялись, повернули направо и прошли по коридору еще несколько метров. Лакей открыл дверь и провел Алекса в спальню. Здесь все было в розовых тонах: покрывало на кровати, балдахин, портьера, даже узоры на стенах и лишь канделябры переливались золотом, да еще камин выложенный белым мрамором. На маленьком хрустальном столике лежали разные женские побрякушки, а в углу стола стояла одна большая красивая кукла в коробке. При первом же взгляде было понятно, что это девичья спальня.

Алекс осторожно положил Миллисенту на кровать и любовно разгладил все складочки на ее платье, а потом присел у изголовья и нежно поцеловал в пухлую щечку. Минго, стоявший рядом, удивленно взирал на все происходящее, но вмешиваться в дела господ было не в его правилах. Ведь он всего лишь слуга, хорошо исполняющий свои обязанности.

– Послушай, Минго, – обратился к нему Алекс. – Ты случайно не знаешь, куда подевались все крокодилы?

– Крокодилы, сэр? – ужаснулся он, удивленно округлив глаза. – У нас никогда не было крокодилов.

– Разве? Кажется, еще вчера они лежали вдоль всего правого берега реки.

– Вы что-то путаете, сэр. В нашей стране крокодилы вообще не водятся.

– Да? Странно. А как называется ваша страна?

– Три Солнца, сэр, – удивился лакей такому вопросу, и чтоб поскорей сменить тему странного разговора, спросил: – Может мне разжечь камин, сэр? Здесь немного прохладно, ее величество может простудиться.

Алекс только кивнул в ответ, прекрасно понимая, что от этого лакея ничего вразумительного уже не добьешься. Минго, обрадованный тем, что больше не надо отвечать на дурацкие вопросы, быстро разжег камин, а потом спросил позволения удалиться. Через несколько минут пришел другой лакей и принес гусли.

– Как там принцы? – спросил у него Алекс.

– Их величества в своих покоях, сэр, – ответил лакей, – но все еще без сознания. К ним приставлены слуги, как будут изменения, мы вам сообщим.

Лакей почтительно поклонился и ушел. Алекс уселся в кресло возле камина, взял в руки гусли и серьезно задумался: в чем же кроется причина их прочности? Ведь это всего лишь обычный музыкальный инструмент, сделанный из дерева. Тогда почему же их невозможно сломать? Допустим, струны лопнули пополам по неизвестной причине. Но почему гусли до сих пор целые и даже мелкой трещинки нет? Ведь он чуть ли не прыгал на них, а с ними ничего не случилось.

Долгим задумчивым взглядом Алекс смотрел на красно-рыжий огонь в камине. Сухие поленья тихонько потрескивали в глубине. Совершенно не осознанно он поворачивал гусли в разные стороны, тщетно пытаясь понять причину их «долголетия», а в ответ слышал лишь легкое позвякивание струн. Наконец, это надоело, он резко встал и, от злобного бессилия, бросил инструмент в огонь. Пламя тут же обхватило его со всех сторон, впиваясь раскаленными языками, а чтобы огонь быстрее уничтожил проклятый инструмент, Алекс взял кочергу и начал ворочать гусли туда-сюда, в ответ на это они лишь жалобно попискивали.

Заколдованные гусли – это последнее, что осталось от великого колдуна Яромира. И пусть их не возможно было ни сломать, ни разбить, но все же огонь оказался сильнее. И теперь от удивительного инструмента остался лишь черный пепел в камине. Алекс подбросил еще несколько поленьев и огонь с новой силой весело затрещал.

– Милый, – вдруг послышалось за спиной.

Мужчина, сидящий у камина, неожиданно замер и боялся пошевелиться. Потом медленно обернулся назад и увидел Миллисенту, которая спокойно сидела на кровати, мило улыбалась, и как ни в чем, ни бывало, расчесывала волосы жемчужным гребнем. Алекс от счастья даже прослезился, сейчас же оставил кочергу у камина, подошел к жене и нежно прижал ее к сердцу.

– Милли, родная моя, – дрожащим голосом прошептал он.

– Все хорошо, любимый, – она с любовью погладила мужа по голове. – Теперь мы всегда будем вместе. Ты избавил мою страну от вечной тьмы и спас всех нас. Мы перед тобой в неоплатном долгу.

– Нет, к сожалению, не всех, – чуть слышно пробормотал он. – Дети… Их больше нет.

– Хм… Ты слишком плохо думаешь о моих братьях, родной.

– Причем здесь твои братья? – удивился Алекс. – Это я виноват. Я не доглядел.

– А я уверена, что дети живы и с ними все в порядке, – задумчиво ответила Миллисента.

– Но я видел их следы, ведущие в реку и…

– Не будем спорить, лучше спросим у братьев. Наверняка, они тоже очнулись, так что скоро за нами пришлют. Ты же бросил гусли в огонь? И они сгорели дотла? Не так ли?

– Да-а, – он даже рот открыл от изумления. – А ты откуда знаешь? Ты же была без сознания.

– Кажется, я знала об этом с самого детства, но никогда не предавала этому значения. А вот сейчас вспомнила: когда мы с братьями были маленькими, мама частенько пела нам перед сном одну забавную колыбельную песенку. Спустя несколько лет я случайно нашла ее текст, в старых рукописях моего прапрапрадедушки, но снова не придала значения. Хотя отгадка всегда лежала на поверхности.

Она встала с кровати и подошла к хрустальному столику, долго рылась в разных ящичках и искала нечто важное. Наконец, нашла и осторожно вытащила небольшой свернутый в трубочку почти древний пожелтевший папирус. Потом аккуратно развернула его и запела:

Три короля вернутся, когда умрет король.

Лет триста проживет он, играя свою роль.

Но инструмент жестокий тихонько песнь споет

И двери распахнутся, когда король войдет.

Лишь звонко лопнут струны, и зло сгорит в огне,

Пронзенный трижды в сердце исчезнет, как во сне.

Три принца златовласых придут из темноты

И возродится снова все волшебство страны.

Алекс внимательно выслушал эту действительно забавную колыбельную, которая вкратце рассказывала всю историю этой удивительной страны. В этой песне четко и ясно был написан весь сценарий возрождения. Значит, если бы не он, то кто-то другой должен был пройти весь его путь, и именно тот, другой, был бы сейчас счастлив. Он прижал к себе жену и улыбнулся.

– Скажи-ка мне, родная, – вдруг спросил Алекс, – это ведь ты оставила записку в кубике? Именно поэтому еще тогда ты решила его сохранить, так как была уверена, что эта ноша мне по плечу?

Миллисента лишь мило улыбнулась в ответ и еще сильнее прижалась к мужу. Он нежно обнял ее за плечи и поцеловал в губы долгим страстным поцелуем. Сейчас для них было самое главное, что теперь они навсегда будут вместе, и больше уже никто не сможет их разлучить. И возможно, что уже скоро они увидят своих детей и все вместе вернуться домой.

Глава 15.

Спустя два-три часа в дверь постучали – это лакей принес новое одеяние: Алексу голубой камзол, расшитый золотыми нитями, белые узкие штаны и голубые башмаки, а Миллисенте – нежно-розовое платье, вышитое белым жемчугом. Предложил свои услуги, но получив отрицательный ответ, почтительно поклонился и сообщил, что через час господ ожидают в тронной зале, затем еще раз поклонился и вышел вон.

– Дорогая, мне обязательно это надо надевать? –капризным голосом спросил Алекс, разглядывая костюм.

– Ну что ты, милый, совсем не обязательно, – ответила Миллисента, рассматривая свое великолепное платье и подбирая к нему драгоценности. – Не думаю, что мои братья хотят, чтоб тебе было неловко. Наверняка там будет полно народу и все в пышных нарядах, но если не хочешь надевать камзол, можешь идти в джинсах.

– Ну, – немного подумал и понял, что среди разряженной толпы он действительно будет выглядеть не героем, а всего лишь изгоем.

Быстро скинул свою одежду, надел штаны и камзол. Вся одежда и обувь оказалась по размеру. Оставалось только удивляться: как же точно эти лакеи угадали все его размеры? Когда оделся сам, помог Миллисенте надеть и застегнуть новое платье. Она красиво уложила свои шикарные волосы, как следует, причесала мужа, потом еще раз все хорошенько рассмотрела и осталась довольна.

– Ну вот, – сказала она. – Сейчас ты похож на самого настоящего сказочного принца, только короны пока не хватает, но это дело поправимо.

Последний раз посмотрелась в зеркало, поправила все складочки на своем шикарном платье, еще раз оглядела мужа и повела его в тронную залу. Они спустились по широкой мраморной лестнице, свернули направо и попали в уже знакомый Алексу коридор. Казалось, здесь все было прежним, но теперь у всех дверей стояли слуги в красных ливреях, да свет свечей горел на много ярче, чем раньше.

Они торжественно подошли к высоким двойным дверям и остановились. Сейчас им обоим надо собраться с духом, чтобы встретиться со всеми жителями волшебной страны. Церимонимейстер сообщил всем присутствующим о приходе двух новых господ и двери сразу же распахнулись настежь. Миллисента крепко сжала руку мужа, и едва они успели сделать несколько шагов вперед, как весь зал взорвался бурными аплодисментами. В огромной зале было полно придворных: дамы пришли в пышных платьях, а кавалеры в камзолах разных цветов и узких штанах. Алекс даже вздохнул с облегчением, когда увидел пестро-одетую толпу. Действительно, приди он в джинсах и футболке, то выглядел бы просто смешно.

Толпа немедленно расступилась и на встречу вышли два принца. Они тоже были в голубых камзолах и белых штанах. Торжественно медленно они подошли ближе и нежно обняли сестру, а потом крепко пожали руку Алекса и в знак особой признательности слегка кивнули головой. После этого Даниэль поднял правую руку, и в зале тут же наступила звенящая тишина. Он сделал знак рукой, и толпа снова расступилась, где-то вдалеке послышались приближающиеся шаги. Только в центр залы вышли три человека, как Алекс радостно вскрикнул и вместе с Миллисентой побежал к ним на встречу.

В момент радости все обнимались и целовались друг с другом, совсем не обращая внимания на окружающих, которые с любопытством наблюдали за воссоединением семьи. Красивый черноглазый юноша, так же как принцы и отец, был одет в голубой камзол и белые штаны, а синеглазая девушка, как и мать, была в нежно-розовом платье. А вот среди пестрой толпы придворных ни у кого в одежде не было ни голубого, ни розового: сегодня эта привилегия была только у королей. Алекс это понял, когда хорошенько всех рассмотрел. Но сейчас было не до толпы любопытных, в данный момент его больше интересовали дети, которые как будто немного изменились, и даже, кажется, повзрослели.

– Как же вы спаслись? – заботливо спросил Алекс у детей. – Я думал, вы утонули и больше уж не надеялся на встречу.

– Ну что ты, папочка! – радостно сказала Ассоль. – Мы с Темой были в деревне, – девушка смущенно улыбнулась и показала на стоящего рядом юношу, на которого Алекс до сих пор не обратил никакого внимания. – Эмиль прятал нас в погребе, и заботился все это время.

– Да, пап, это было настоящее приключение, – беззаботно вставил Артем. – Сначала монстр, то есть дядя Даниэль прятал нас под водой, а глубокой ночью вывел на берег. Хотя до сих пор не пойму: почему мы не захлебнулись? Уже потом он передал нас Эмилю, который ждал на берегу. И под покровом ночи мы тайно добрались до деревни.

– Значит, – удивился Алекс, – когда я был под водой, вы тоже там были? А почему я вас не заметил?

– Потому что я их спрятал, – сказал подошедший ближе Даниэль, улыбнулся и дружески похлопал Алекса по плечу. – Я закрыл их своим телом, чтоб Яромир поверил в их смерть. Понимаю, это было жестоко по отношению к тебе, но иначе было нельзя. Все должно было выглядеть по-настоящему, чтоб никто ничего не заподозрил. Прости, если причинил тебе боль.

– Нет, все правильно, – немного подумав, ответил Алекс. – Только злость и жажда мести заставляли меня двигаться вперед. Если б я знал, что с детьми все в порядке, не смог бы преодолеть свой страх. Спасибо всем, а тебе Кристиан, отдельное спасибо.

– А мне-то за что? – удивился Крис.

– За гусли. Ты ведь не просто так отдал их Асе? Когда я чуть не застрял на вершине, а потом немного поиграл на них, понял, что это не просто музыкальный инструмент, а очень важная вещь и скоро может пригодиться.

– Да уж, – вставил Даниэль. – Я видел, как вершина обледенела и ужаснулся. Думал, все кончено, и мы обречены, но ты оказался проворным малым.

– Надеюсь, – сказала Миллисента, – теперь все закончилось и нас всех ожидает счастливое будущее.

– На счет будущего не знаю, а вот сейчас нас ждет большой пир.

И огромная толпа сейчас же направилась в другой зал, где уже давно были накрыты пышные столы, и все было готово к празднеству. За главным столом восседали все три королевича, Алекс и двое его детей, а за другими – уместились все придворные и пришедшие из деревни крестьяне.

И начался большой пир. Все столы просто ломились от разнообразных кушаний. Но самым неожиданным для Алекса и детей было то, что на всех столах стояли огромные золотые блюда с купидиями. На всех столах придворных и крестьян стояли блюда только с серебряными купидиями, а вот уже на главном столе – только с золотыми. Это означало, что лишь у королей есть особая привилегия вкушать золотые плоды.

– Милли, – прошептал удивленный Алекс. – Ты же говорила, что купидии есть опасно. Зачем же их поставили на стол?

– Да, так было при Яромире, – сказала она. – Он все перевернул с ног на голову, пытаясь уничтожить все самое лучшее, но теперь все изменилось. Или точнее сказать, все вернулось на круги своя. Теперь купидии можно смело есть и ничего не бояться. Весь собранный вечерний урожай мы отдаем лошадям, а утренний – едим сами. Так было всегда и теперь так будет.

– Ты хочешь сказать, что ваши лошади едят купидии?!

– Конечно, а почему ты думаешь у них такие золотые гривы и хвосты? Наши лошадки просто обожают купидии – это самое лучшее лакомство для них.

– Значит, и нам можно есть?

– Конечно, это очень вкусно. Вот, попробуй, – и она протянула ему золотой кубик.

Алекс взял кубик и немного покрутил в руках, обдумывая, как лучше сделать: отказаться или попробовать. Но потом все же слегка надкусил. По нутру тут же растеклась, уже знакомая на вкус, медово-ягодная жидкость. Хотя сейчас чувствовался не только приятный вкус, по жилам, словно по электрическим проводам, расходилось нежное тепло и невероятный прилив сил. Наверно, даже самое подавленное настроение можно поднять этим супер фруктом.

– Ася, Тема, – обратился Алекс к детям и протянул им купидии. – Попробуйте – это оказывается такая вкуснятина, – они удивленно переглянулись и вопросительно взглянули на отца. – Ешьте, не бойтесь, мама разрешила.

– Мм, папочка! – воскликнула Ассоль, смакуя «сокровище». – Это что-то необыкновенное! Я никогда не пробовала ничего подобного.

– Да, пап, ты прав, – подтвердил Артем. – Действительно, это невероятная вкуснятина. Я никогда не ел ничего подобного. Надеюсь, мы не умрем от обжорства…

Пир длился несколько часов подряд, все прославляли королевичей и Алекса, как нового кронпринца. После долгих излияний все дружно решили прогуляться на свежем воздухе. Для начала прошли в огромный благоухающий сад, где росли многочисленные и удивительные сорта цветов. Например, кустовые и плетущиеся розы, всех цветов и расцветок, от ярко-белого оттенка до смолянисто-черного с хрустальными каплями «слез» на листьях. Великое разнообразие орхидей разных форм и разновидностей: в виде бабочек, птиц, животных и так далее. Черные пионы и огромные шоколадные георгины, и это только известные названия цветов, а сколько еще удивительно-красивых, необычных и совсем неизвестных сортов. Да, такая красота могла зародиться только здесь: в этой чудесной волшебной стране.

– Ну что ж, – сказал Даниэль, – я думаю, все насладились красотой нашего сада, а теперь пройдемте на пастбище и навестим наших любимых питомцев.

И вся дружная толпа гостей тронулась в путь. Сначала они медленно обошли замок и вышли к длиннющей конюшне. Немного дальше находился небольшой спуск, который плавно переходил в огромную зеленую поляну. Вот на ней-то и паслись златогривые лошади. Недалеко от поляны шумел красавец-водопад, и протекала широкая река с хрустально-чистой водой. Табун мирно пощипывал зеленую траву и совсем не обращал внимания на пришедших к нему людей. Лошади спокойно передвигались вдоль всей поляны, и при каждом движении их золотые гривы и хвосты переливались в лучах заходящего солнца разноцветными красками. Создавалось впечатление, что вокруг них, словно разливались волшебные радужные искры.

– Апо, Апо! – вдруг изо всех сил закричал Даниэль.

Красавец-конь отнял голову от сочной травы и, подняв хвост трубой, рысцой побежал на клич хозяина. Радостно фыркая и выбивая копытами серебряные искры, подбежал к нему и уткнулся носом в подставленные руки, явно требуя, чтобы его немедленно погладили. Даниэль нежно потрепал коня по загривку и почесал за ухом, что привело последнего в полный восторг, и тот довольно заржал. Потом он спокойно подвел коня к удивленным племянникам и предложил немного прокатиться верхом на этом чуде.

– Я не умею, – растерялся Артем. – Никогда не катался на лошади.

– А ты попробуй, – подбодрил его Кристиан и подмигнул брату. – Только крепко держи Апо за шею и увидишь, на что он способен.

– Давай, сынок! – поддержала братьев Миллисента. – Не бойся.

– Да, я не боюсь, – не уверенно сказал Артем и начал примеряться, как и с какой стороны залезть на коня.

Подошедшие слуги показали, как надо правильно садиться на лошадь и помогли ему усесться по удобней, а Кристиан легонько хлопнул коня по крупу. Апо потихоньку начал разбег, и вдруг неожиданно оттолкнулся от земли и взлетел вверх. В испуге Артем мертвой хваткой вцепился в шею коня и зажмурился, но потом немного успокоился, открыл глаза и осторожно осмотрелся вокруг. Апо по-привычке спокойно летел по воздуху, словно скакал по земле, и по-хозяйски озирал свои зеленые владения, а пасшийся внизу табун радостно приветствовал вожака своим веселым ржанием. Покружившись еще немного над своими собратьями, Апо начал медленно опускаться к толпе людей, сверкая на прощание своими серебряными копытами. И едва лишь коснувшись твердой поверхности, он легкой рысью пробежался по траве, словно завершая воздушное путешествие, а потом уже спокойно подошел к Даниэлю.

– Вот это конь! – откровенно восхищался Алекс. – Всем коням конь.

– Молодец, Апо! – похвалил Кристиан жеребца и потрепал по загривку. – Ну, как первое впечатление, племяш?

– Супер, – пробормотал Артем и взволнованно улыбнулся. – Даже лучше, чем на дельтаплане.

– Ха-ха-ха, – весело рассмеялся Алекс. – Ну, ты и сравнил, сынок, то бездушная машина, а это живое чудо.

– Милли, дорогая, – улыбаясь на шутку, спросил Даниэль, – а ты не желаешь прокатиться?

– С огромным удовольствием, – ответила Миллисента и ловко вскочила верхом на коня.

От такой неожиданности у Алекса даже челюсть отвисла, ведь он и не предполагал, что жена так здорово умеет ездить верхом. Как мало, оказывается, он знает о своей любимой жене.

Обрадованный Апо принял нового седока и с удовольствием еще раз пролетел над пастбищем словно ветер, и долгим ржанием призывал собратьев хорошенько повеселиться. Табун тут же принял клич вожака и скоро в воздухе плавно парили уже сотни златогривых лошадей. В прощальных лучах заходящего солнца их гривы, хвосты и даже копыта искрились радужными огоньками, словно где-то во вселенной зажглось далекое северное сияние, и рассыпалось разноцветной пылью в вечернем небе.

Волшебный табун еще немного покружился в воздухе и медленно опустился на поляну под бурные аплодисменты стоящей внизу толпы людей. Разгоряченный Апо величественно вышел впереди своего табуна и закивал головой, словно полностью одобряя аплодисменты зрителей. Миллисента с легкостью соскочила с довольного Апо и потрепала его по загривку, таким образом, отблагодарив за прогулку.

– Ваши Величества! – обратился какой-то слуга сразу ко всем трем королевичам и почтительно поклонился. – Весь вечерний урожай собран.

– Хорошо, – ответил за всех Даниэль. – Несите сюда, мы сами покормим лошадей. Апо, – обратился он к коню, – зови свой табун, время ужина.

Апо закивал головой, словно понял о чем идет речь и радостно заржал. На его призывный клич откликнулся весь табун и, оповещая всю округу дружным ржанием, медленно двинулся к вожаку. Лошади величественно подходили к людям, где их уже ждали множество ведер наполненных сладкими купидиями. Даниэль выбрал самое большое ведро, и как вожаку табуна поставил перед Апо. Второе ведро Миллисента поставила перед другой лошадью, подошедшей к ней, а третье – Кристиан отдал третьему коню, который тоже подошел именно к нему, и ласково похлопал по холке своего любимца.

– Алекс, – обратился к нему Даниэль. – Вам тоже надо выбрать себе коней. Вы – наша семья, а значит, у каждого из вас тоже должен быть свой собственный конь. Артем, Ассоль, не стесняйтесь. Берите ведра с купидиями и попробуйте накормить лошадей. Та лошадь, что подойдет к вам первой, будет только ваша.

Все трое с удовольствием взяли по ведру с купидиями и встали в ряд в ожидании любителей фруктов. Они наивно надеялись, что будет целая очередь к их ведрам, да не тут-то было. Угощения предлагались всем подряд, но лошади почему-то только отрицательно мотали головами, словно отказывали в просьбе отведать плоды. Королевичи, которые стояли за ними, лишь тихонько посмеивались над растерявшимися «неудачниками». Уж они-то прекрасно понимали причину отказа. Все дело в том, что не люди, а лошади выбирали себе хозяев и решали, кому служить, поэтому спокойно проходили мимо и даже внимания не обращали на любимое лакомство.

Вот, наконец, одна молодая кобыла подошла к Ассоль и тщательно обнюхала девушку, а потом принялась с удовольствием уплетать золотые фрукты. Через минуту Артему тоже повезло: молодой статный жеребец медленно подошел к нему, основательно обнюхал, а потом приступил к трапезе. А вот бедняга Алекс уже отчаялся в ожидании чуда, потому что весь табун проходил мимо него. Но все же и ему улыбнулась удача: последний жеребец, из всего проходящего табуна, остановился возле него, внимательно осмотрел с ног до головы, обнюхал своего будущего хозяина, и лишь потом с удовольствием принялся за угощения.

– Очень хорошо, – с облегчением выдохнул довольный Даниэль. – Ну что ж, а теперь хорошенько подумайте и дайте имена своим питомцам, но с выбором не торопитесь, потому что лошадям оно тоже должно понравиться, иначе они просто не будут на него откликаться.

После вкусного ужина довольные кони разошлись по пастбищу, осталась только королевская шестерка. Даниэль предложил всей семьей прокатиться над страной и хорошенько рассмотреть окрестности, на что все с удовольствием согласились.

В вечернем небе уже появились первые звезды, весь народ разошелся по своим делам, и лишь шестерка златогривых белоснежных лошадей, плавно парила в вышине, медленно облетая округу, и приветствуя всех жителей волшебной страны своим веселым ржанием.

Эпилог.

Прошло три месяца, за которые новые королевичи изучали историю страны Три Солнца. И вот наступил день коронации, когда венчаются на царство все шесть королей, чтобы каждый из них занимался ее процветанием.

С восточной стороны замка был пристроен большой храм, где проходила сегодняшняя церемония. Здесь еще с раннего утра начали собраться все жители страны и приглашенные гости, приехавшие со всех концов света.

На внутреннем возвышении храма слуги поставили шесть тронов: четыре синих и два красных. В это же время в потайной комнате четыре принца в пурпурных камзолах и две принцессы в небесно-голубых платьях с волнением ожидали начала церемонии. Слуги торжественно внесли шесть золотых корон, каждая из которых лежала на маленькой белой подушке. Они медленно прошли сквозь всю толпу через весь храм, подошли к возвышению и аккуратно положили подушки с коронами на специальные стойки. И вот уже ударили в большой колокол, и в храме наступила звенящая тишина.

Чтобы возложить короны на головы принцев, нужен был человек королевских кровей или весьма, приближенное лицо. Так как Эмиль, который когда-то прятал в погребе Артема и Ассоль от всевидящего ока Яромира, был настоящим герцогом, и значит, имел все права, было принято решение, что эту важную миссию нужно доверить именно ему. Наконец, началась церемония. Каждый из коронующихся, вставал на одно колено, а Эмиль торжественно подходил к нему и возлагал на голову корону со словами: «Да здравствует король!», и сообщал всем присутствующим имя нового короля. А потом каждый новый король усаживался на свой трон и в знак признательности слегка склонял голову.

После окончания церемонии все торжественно поздравили новоиспеченных королей с пожеланиями здравия и долгих лет правления. А потом все гости отправились в бальную залу, где уже все было готово для пышного торжества. Длинные столы, заставленные разными яствами, стояли вдоль стен, а середина залы была пустой, что очень хорошо подходило для танцев.

И теперь уже законные короли расположились за главным столом, на котором все блюда с яствами и даже столовые приборы были из золота. А на всех столах приглашенных вся посуда была из серебра. Лишь все гости уселись вдоль стен, как музыканты сразу заиграли на своих инструментах нежную спокойную мелодию и пир начался. Минуту спустя несколько пар вышли в центр залы и закружились в музыке вальса. Неожиданно к королевскому столу подошел Эмиль и почтительно поклонился.

– Ваше Величество! – обратился он к Алексу. – Разрешите пригласить вашу дочь на танец.

– Ну, – от такого не привычного обращения Алекс немного стушевался и не уверенно пожал плечами. – Если она сама захочет, то и я не буду против.

Эмиль подошел к Ассоль и склонился в почтительном поклоне. Девушка смущенно улыбнулась и, потупив глазки, поднялась с места. В знак глубокой признательности Эмиль нежно поцеловал ей руку. Они прошли в середину танцующих пар, и тоже закружились в чарующих звуках музыки.

– Послушай, Алекс, – спросил в полголоса Даниэль. – Тебе не кажется, что Эмиль и Ассоль – отличная пара?

– Ты так думаешь? – Алекс оценивающим взглядом посмотрел на кружащуюся пару, и словно впервые увидел будущего зятя. А потом долго наблюдал за его действиями по отношению к дочери.

Эмиль был высокий и статный юноша, великолепного телосложения, с зеленым блеском в глазах и массой обаяния. Одной рукой он нежно обнимал за талию смущенную Ассоль, а другой – слегка пожимал ее маленькую ручку, которую она доверчиво вложила в его большую руку. Девушка смущенно прятала улыбку, и все время краснела, вероятно, выслушивая признания своего кавалера. Алекс внимательно следил за реакцией дочери и сразу понял, что эти двое уже давно влюблены друг в друга.

– Милли, Артем, – обратился он к сидящей слева от него семье. – Мы еще долго пробудем в этой чудесной стране?

– Пап, – удивился Артем, – ты что, хочешь сейчас уехать? Разве тебе здесь не нравится?

– В чем дело, дорогой, – поддержала сына Миллисента. – Что случилось?

– Да нет, все в порядке, – поспешил он их успокоить. – Я тут подумал: если мы никуда не торопимся, может, сыграем свадьбу? Как вы считаете, Эмиль подходит на роль жениха для нашей красавицы Ассоль?

И все внимательно посмотрели на смущенную пару, что сейчас медленно кружилась в вальсе и словно плыла по залу. Все дружно сжали кулаки и подняли большие пальцы вверх, что означало полное одобрение жениха. Видимо, действительно быть пышной свадьбе и новой любви, но это будет уже совсем другая история.

Конец.

P.S.____________________________

Все мы близкие, все мы чьи-то,

Кто-то любит нас, кто-то ждет

И то ласково, то сердито,

Помогает идти вперед.

И давно бы земля истлела,

Все бы прахом давно пошло,

Если б нас на земле не грело

Человеческое тепло.