Читать книгу: «Последний воскресный рейс»

Художественное оформление А. Зининой

Во внутреннем дизайне использованы элементы оформления: © Avector / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Субботина С., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Бабуле, моей самой преданной читательнице

Ты мне рассказывала, что года в три я придумала себе старшую сестру Маргариту и говорила о ней всем так уверенно, что никто не сомневался, что она и правда настоящая. Мне уже давно не три, но теперь у нас есть новая история о Маргарите.

P. S. Бабушка Маргариты не списана с тебя!!!

Вместо предупреждения о триггерах

В данной книге затронута тема нездоровых созависимых отношений, а также присутствуют спойлеры к третьему сезону сериала «Флэш» и к финалу «Игры Престолов», будьте осторожны!

Ваша Соня Субботина

Плейлист

Horus – Два слова

Глупые треугольники – Девочка

Gonopolsky – Холодным дымом

Рубеж Веков – Душечка

XOLIDAYBOY – Я не буду твоим другом

Прекрасно – Догадки

Рубеж Веков – Выживи

Norma Tale & SATAROVA – Ведьма и экзорцист

LASCALA – Реванш

Который час – Не перегори

Танисия – Гореть как звезды

Manarine Manasian – Доктор

Glebova – Повод

ATMA, Мириада – Не было шанса

Зимавсегда – Убить королеву

Свет – Не отпускай

SHUREE – Тебя ждала

Женя Трофимов, Комната Культуры – Ночь

NIKITA – Машина

Митрич, LINARA – Не уезжай

Тома Гоче – Пиши, как доедешь

Дима Билан – Болен тобой

Совергон – Сказки

SARA – Жизнь тебя сожрет

SunThugga – Остаться нельзя

LASCALA – Кто ты

NЮ – Выручай меня

Бонд с кнопкой – Дом

pyrokinesis – моя великая вина

Stevie Insane – Полночь

Liser – Заря

Майк Бродский – Лодка

Глава 1. Легко пришло – легко ушло

Решительно убегала,

Ты знала, куда шагаешь.

Хотела закончить все разом,

Но как поступить, не знаешь.

Gonopolsky – Холодным дымом

– Давай, Маргарита, вдох-выдох, соберись. Они боятся тебя еще больше, чем ты их… наверное… а если нет, то ты сделаешь все возможное, чтобы забоялись и зауважали… – еле слышно пробормотала себе под нос девушка, отмечая про себя, что подобные разговоры с самой собой – уже тревожный звоночек.

Она сделала еще один глубокий вдох и взглянула на свои наручные часы на изящном зеленом кожаном ремешке. Пара началась уже десять минут назад.

«Опаздываю…» – пронеслось в голове у нее, но она тут же с мысленным смешком отогнала эту мысль – «начальство не опаздывает, оно задерживается».

Пальцы замерли в миллиметре от ручки двери, ведущей в нужную аудиторию, но Маргарита резко отдернула руку, будто ее прошибло током. Вместо того чтобы зайти в кабинет, где ее ждут студенты, она отошла к подоконнику и запрыгнула на него. Будто и не была в этих стенах преподавательницей, которой не подобает вести себя подобным образом. Хотя, если честно, плевать она хотела на все эти правила.

Но она не боится сделать шаг в первый рабочий день на новом месте. Это она решила устроить проверку своим студентам: последуют они правилу пятнадцати минут или нет, оправдывала свою минутную слабость Маргарита. Она готова была придумать все что угодно, лишь бы не признаваться, в первую очередь себе, что все-таки струсила. Не она ли совсем недавно получала сертификат по переподготовке, хотя и так проблем хватало? А потом еще и из кожи вон лезла, чтобы ее, пусть и прожившую за границей с десяток лет, но еще без опыта работы в преподавании, взяли хоть куда-нибудь вести английский?

Маргарита посмотрела на дверь аудитории, которую по-прежнему никто не спешил открывать.

Даже если группа сейчас решит по-тихому сбежать, никто даже не поймет, что на подоконнике сидит их преподавательница. Как минимум потому, что их первая встреча должна была состояться десять минут назад. Должна была, но не состоялась. И точно не потому, что кто-то струсил перед десятком каких-то первокурсников.

Скорее всего, группа, если все-таки решит сбежать и пройдет мимо, примет Маргариту за какую-нибудь старшекурсницу или заочницу. Можно было еще для полноты картины достать из сумочки стыренную у младшей сестры одноразку и закурить, озираясь по сторонам и отгоняя от себя облака пара с едким запахом личи. А потом, как бо́льшая часть студентов разбежится по домам (тут Маргарита их ни капли не осудила бы, сама не понимала, зачем ставить пары уже первого сентября, нет бы дать всем еще денечек отдохнуть, праздник же), наконец-то зайти в кабинет и начать занятие. Сразу и любимчиков можно определить. Кто остался – молодец. Зачет автоматом. Но об этом на первом занятии она, конечно же, никому не скажет.

Но из аудитории никто не вышел ни через пятнадцать минут от начала занятия, ни через двадцать.

«Вот же ж правильные, заразы, – Маргарита поправила сползшие на кончик носа очки в толстой черной пластиковой оправе, – а это даже не профильный предмет».

Проблем со зрением у нее никогда не было, если не считать пропущенных очевидных красных флагов, которые не смогла рассмотреть в своих последних серьезных отношениях. Очки без диоптрий она купила, только чтобы выглядеть умнее и строже в глазах своих студентов. Специально выбрала самые массивные, а потом еще долго стояла в них дома перед зеркалом, репетируя строгое выражение лица, суровый взгляд и командный голос.

К тому же она провела не один вечер за разговорами с Региной, своей младшей сестрой, учащейся в меде, впитывая все рассказы о слишком уж требовательных (Регина упорно называла их кончеными и душными) преподах. И о тех, кто быстро успел стать любимчиком среди своих групп. Об одной из последних, мисс Борщ (такое прозвище дали ей студенты из-за фамилии и отсутствия кольца на пальце), сестра рассказывала уж слишком много.

Маргарите хотелось быть где-то между: сначала строгая и суровая, но потом, как они притрутся друг к другу, стать веселой и понимающей (и поставить всей группе зачет автоматом, потому что принимать его ей хочется еще меньше, чем им его сдавать). Эдакая математичка, которая в школьные годы пилит тебя, потому что не понимает, как это кто-то не может с ходу решить интеграл. А потом, когда ты уже выпускник и приходишь проведать учителей, принимает тебя с теплом и распростертыми объятиями. Как будто и не было тех лет настоящего психолого-математического террора.

Маргарита еще раз взглянула на часы. Делать нечего, все же надо появиться на паре. Спрыгнула с подоконника и зашла в кабинет. На полпути к преподавательскому столу подвернула ногу из-за чертовых каблуков (еще одна часть составленного ею образа суровой училки), но чудом сохранила равновесие. Обычно она только так бегала на них. Не хватало еще упасть. И еще чтобы ее узкая юбка-карандаш треснула по шву прямо на попе! А она может! И так, с огромным трудом и руганью на двух языках, еле-еле сошлась утром.

Маргарита села за преподавательский стол, бросила на соседний стул сумочку и тут же скинула каблуки. Возможно, не очень профессионально, но стол все равно полностью скрывает ее ноги, и никто ничего даже не заметит.

Она старалась вести себя сдержанно и спокойно, но то, как она вцепилась в уже лежавший на столе журнал, явно выдавало, что не такая уж она и пуленепробиваемая, какой бы хотела казаться. Последний раз она так нервничала, когда сидела в кафе и ждала результатов суда, в котором так и не смогла выступить сама. Нужные бумаги, подтверждающие, что она может со своим заграничным образованием работать и здесь, еще не успели прийти. И в отличие от сегодняшнего дня, Маргарита тогда нервничала не зря. Суд они проиграли, хотя по всем законам Российской Федерации, логики и здравого смысла все должно было сложиться иначе. Хотя она не отрицала, что за годы жизни за границей успела и позабыть детали того, как работает судебно-правовая система здесь, на родине. Стоило ли тогда удивляться проигрышу? Даже если до этого момента она даже не знала, что это такое – проигрыш.

Маргарита поймала себя на мысли, что смотрит в журнал группы, но все равно не понимает, что в нем написано, слишком уж долго. Черные печатные буквы выглядели знакомо, она даже могла разобрать имена и фамилии, но смысл прочитанного едва ли мог отложиться у нее в голове. Неужели все это из-за какого-то волнения?

Казалось, план завоевать авторитет у студентов с треском провалился. Ненужные мысли тут же полезли в голову. Все, теперь здесь ее никто не будет уважать, а работа превратится в сущий ад. И все, привет, нулевая посещаемость, долги у всей группы, да и кто-нибудь возьмет и подложит ей кнопку на стул. Или же подобные розыгрыши остались только в сериалах нулевых и сейчас этим никто уже не занимается? Еще и очки эти дурацкие сползают. Интересно, еще не поздно сбежать отсюда? Сказать, что заболела. Неизлечимо. И больше никогда сюда не возвращаться.

Но она все же смогла взять себя в руки. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, начала говорить на чистом английском, намекая этим, что они сами виноваты, что не разбежались по домам. Она давала шанс, но раз они им не воспользовались и проявили неслыханную тягу к изучению иностранного языка, то пусть мучаются.

– Доброе утро, меня зовут Разумовская Маргарита Эдуардовна, и я буду вести у вас английский в сфере профессиональных коммуникаций. – Свой голос Маргарита слышала как будто из-под толщи воды и даже не сразу смогла осознать, что это она говорит. Отрепетированный накануне командный тон куда-то исчез. Наверное, улетел вместе с ее смелостью обратно в Лондон.

Но впечатление на группу она все же смогла произвести, хоть и немного не такое, какое ожидала. Она поправила вновь съехавшие на кончик носа очки и окинула взглядом аудиторию. Студенты смотрели на нее со смесью непонимания и удивления. Маргарита вздохнула. Если уж они не смогли понять ее приветствие, то дальше всем, в том числе и ей самой, придется тяжко.

«Не будь так требовательна, не все же прожили почти десять лет в Лондоне», – тут же осадила себя она, взглянула на список группы и достала из сумочки ежедневник с ручкой.

Теперь можно было переходить к перекличке и знакомству. Что там обычно спрашивают у первашей? Откуда они? Как сдали ЕГЭ? Почему выбрали эту, в данном случае юридическую, специальность? Похоже на правду. И пусть тогда еще немного о себе расскажут, желательно на английском.

Пока студенты собирали в кучку успевшие растаять за лето, как мороженое на солнце, извилины и пытались сложить пару предложений на английском, Маргарита делала пометки в своем ежедневнике.

В целом ей была безразлична жизнь ее подопечных за стенами учебного заведения. Единственное, что ее интересовало, – какое прозвище ей дадут, да и дадут ли. Может, даже и кличку не заслужит. Насколько она помнила свои студенческие годы, прозвища получали у них далеко не все преподаватели и профессора.

Маргарита пометила в журнале, кто староста, и дальше со скучающим видом оценивала выживаемость знаний своих студентов после школьного курса английского. Пусть она и не была нулевой, но отчаянно стремилась к этому показателю. Стараясь лишний раз не вздыхать, Маргарита пыталась подсказывать окончания некоторых фраз, исходя из контекста. И прикидывала, кто больше остальных будет испытывать ее терпение на прочность незнанием элементарных слов. Радовало только, что она не пошла в школу. С детьми бы точно сошла с ума раньше, чем начались каникулы. Хотя… кто знает, может, здесь, в институте, будет все то же самое. Да, дети (Маргарита никак не могла разглядеть в своих подопечных взрослых людей) старше и даже умнее, но и учебный семестр длится дольше школьной четверти.

Кто бы мог подумать, что после успешной юридической практики в Лондоне она окажется здесь… В родном городе в стенах университета, где учат чуть ли не всему подряд, но на деле выпускают едва ли десяток хороших специалистов в каждой из сфер. Кажется, ей и вовсе не стоило идти в преподавание, но у судьбы оказались другие планы…

Конечно, юридическую практику Маргарита не забросила, но на новом месте все пришлось начинать чуть ли не с нуля, хотя там, по другую сторону Ла-Манша, у нее уже было имя.

Было…

Теперь если там ее и вспоминают, то только с пренебрежением. И она сама в этом виновата. Люди, когда-то коллеги, знакомые и друзья, разочаровались в ней. Но что куда важнее, она подвела сама себя, и теперь ей, а не кому-то другому, с этим жить. От людей еще можно было, позорно поджав хвост, улететь в другую страну, но от себя не убежишь, как ни пытайся. Непобедимая Маргарита проиграла, и возвращение домой, потому что больше податься некуда, ощущалось шагом назад размером в сотню световых лет.

Она с силой выдернула себя из не самых приятных мыслей и прочитала имя последнего человека из списка. Закончив его слушать, еще раз взглянула в журнал.

Группа состояла почти полностью из девочек. Парней – раз-два и обчелся. Значит, меньше шансов, что кто-то осмелится подкатить к ней. Это, несомненно, плюс. Да и те, кто числились в списках, решили не приходить на первую пару.

От старосты Маргарита узнала, что они болеют, и не смогла удержать смешок.

– Если болеют, то пусть приносят справку. – Она посмотрела на старосту, которая чем-то напоминала ее сестру. Кажется, у нее уже появился первый «любимчик».

По растерянному взгляду старосты и шепоту от ее соседки Маргарита поняла, что стоит фразу повторить, но уже на русском.

– Да, да, я все передам, – ответила девушка.

Маргарита молча кивнула, мысленно скидывая старосту с пьедестала любимчиков. Легко пришло – легко ушло. Такова жизнь.

Самих же отсутствующих Маргарита не осуждала, а прекрасно понимала. Сама же была студенткой, причем не так уж и давно. И тоже, бывало, прилетала на учебу на пару недель позже начала семестра, потому что ее родители или же на данный момент уже бывший (и покойный) молодой человек брали ее в охапку и увозили на моря.

Но на обилии девочек в группе плюсы заканчивались. Новых она не видела даже в очках.

Хотя нет, еще один все-таки смогла разглядеть, когда вновь взглянула на время. За знакомством пролетела почти вся пара. Причем даже без особых происшествий.

Маргарита, прежде чем отпустить своих студентов, решила быстро посвятить их в то, чем же они будут заниматься в течение этого семестра. Начала на английском, но потом, когда перестала видеть понимание в их глазах, перешла на русский. Подбирать нужные слова стало в разы труднее, хотя раньше она не замечала за собой подобного. Несмотря на то, что почти треть жизни провела за границей, русский так и не забыла. Спасибо за это очень уж болтливой младшей сестре. Видимо, сейчас в этой частичной лингвистической амнезии виноваты стресс и шалящие нервы.

Наконец Маргарита отпустила группу. Получилось даже сильно раньше, чем официальное окончание пары, так что попросила своих уходить по одному и очень-очень тихо.

Когда за дверью скрылся последний человек, Маргарита шумно выдохнула. Не считая немного неловкого начала, все прошло более-менее гладко. Но мысль завалиться сегодня вечером к лучшей подруге и напиться после пережитого от первого рабочего дня стресса так и не покидала ее. И заодно отметить – первый день на новом месте, как-никак.

Оставалось только пережить все это еще раз с самого начала, но с другими людьми. И желательно без падений или почти-падений.

Когда-то студенткой она могла с самого утра отсидеть четыре пары, а потом еще найти силы, чтобы выбраться с подружками в бар. Теперь же уже после первой чувствовала себя выжатой как лимон, хоть и была тем, кто задает вопросы, а не тем, кто отвечает на них. И куда же все это делось?.. Неужели старость подкралась незаметно?

Как только бесконечно долгий первый рабочий день остался позади, Маргарита достала телефон и написала Лине, своей лучшей подруге. Узнать, хочет ли она посидеть где-нибудь вдвоем. И если да, есть ли ей с кем оставить Сеню. Ответ пришел сразу же. Да, хочет. И да, есть.

Домой Маргарита заходить не стала. Вместо этого забежала в первый попавшийся магазин, чтобы взять чего-нибудь, что сможет напрочь стереть воспоминания об этом жутко нервном и чуть неловком дне. Во всех этих бутылочках шато-лато-бурды и шардоне-совиньонах она совершенно не разбиралась, взяла бы самой обычной водки, но Лина не такая. Лина натура утонченная, и нужно ей что-то соответствующее.

В дверной звонок новой квартиры, куда совсем недавно переехали ее подруга с мужем и ребенком, Маргарита позвонила, держа в одной руке свои ужасно неудобные туфли, которые сняла еще в такси, а в другой – бутылку вина. Видел бы кто ее со стороны, непременно решил бы, что вторая, точно такая же, уже в ней.

– Накидаемся, моя хоро… – начала Маргарита, когда дверь открылась, и выронила туфли, не закончив фразы.

Вместо Лины или ее мужа, которого тоже можно было бы застать дома в этот час, на пороге стоял человек, с которым она уже и не думала когда-нибудь встретиться…

Да и, честности ради, видеть его она совершенно не хотела. Или, наоборот, мечтала увидеть его вновь… Все запуталось. Опять.

Ее жизнь, которую она только-только смогла в очередной раз починить и заставить идти с точностью швейцарских часов, вновь начала сбоить и выдавать ошибки.

Глава 2. Счастливые трусы

Ведь мы с тобою словно два слова,

Которые сложно зарифмовать.

Horus – Два слова

Маргарита смотрела на открывшего ей дверь Дениса и старалась не думать, что на нем одни шорты. Хотелось тихонечко и незаметно ущипнуть себя, чтобы проверить: а не сон ли все это? Может, она из магазина поехала прямо к себе домой и сладко уснула? Потому что не мог этот ужасный, как она считала, день стать еще хуже. Или, наоборот, появление Дениса немного скрасило его?

Клубок мыслей и сомнений Маргариты с каждым мгновением стягивался все сильнее и никак не хотел распутываться. Почему-то было ясно только одно: спокойной жизни с этого дня не будет. И не только из-за новой работы.

По-прежнему молча она смотрела на Дениса и не знала, что сказать, хотя подошло бы что угодно от нейтрального «привет» до иронического «а кто-нибудь из взрослых дома есть?».

Хотя на деле прошло всего несколько секунд, Маргарите показалось, что они стоят друг напротив друга так долго, что даже солнце успело погаснуть. На деле же это мигнула подъездная лампочка. Вот вроде и новые жилые комплексы, а сделать ничего нормально не могут.

– С тобой что угодно, моя королева, – наконец прервал неловкое молчание и широко улыбнулся Денис.

Маргарита не понимала, чего хочет больше – проклясть его за такие словечки или провалиться под землю от стыда и неловкости.

Когда Денис был просто забавным мальчишкой и братом Ромы, все было так просто. А потом… когда он возмужал и стал молодым человеком (пусть и бывшим) одной из их с Ромой клиенток, все запуталось. А когда они проиграли дело и их с Денисом больше не ограничивали никакие этические и рабочие вопросы, все запуталось еще сильнее.

Они провели вместе месяц, который она могла бы даже назвать чудесным. Им обоим было одиноко, но они нашли утешение друг в друге. Стоит ли говорить, что все узлы запутанного узора из жизней стянулись настолько, что дальше осталось только рубить и резать?..

И она бездумно рубанула со всей силы и улетела в Лондон.

Испугалась и сбежала.

Она боялась привязанности. Боялась, что это сможет перерасти во что-то большее. Боялась боли, которая всегда следовала за чувством влюбленности.

Свой побег Маргарита оправдывала тем, что их небольшая интрижка изначально была чем-то неправильным. Он брат мужа ее подруги. Младше на шесть лет. Да и бывший девушки, которой она так и не смогла помочь в суде, хотя на нее так надеялись. Она не должна была начинать эти встречи. Знала же, что ничем хорошим это не закончится. И пока можно было еще что-то исправить, взяла билет на ближайший рейс и вернулась туда, где, казалось, ее ждали. Она и так задержалась в своем родном городе дольше, чем могла себе позволить.

Так что нет, это не было ее жестоким решением сделать больно человеку, который так быстро попал в разряд близких ей людей. Это было единственное верное решение.

Так ей казалась тогда, но сейчас она уже не была так уверена в своей правоте. Это случилось чуть больше года назад, и она даже и подумать не могла, что они когда-нибудь встретятся вновь, но…

Маргарита скользнула взглядом по Денису. Те же точеные черты лица. И за что он такой красивый? Хотелось провести острыми, с ярко-зеленым маникюром ногтями по скуле, опуститься на щеку, потом к подбородку. Оставить парочку царапин, может, даже шрамов, чтобы выкинуть из своей головы все мысли о красоте и оставить только о боли.

Задержалась на рельефном торсе, сильных руках. Знала, что, стоит коснуться пальцами кубиков пресса или мускулов на руках, почувствует приятную твердость, будто Денис высечен лучшим мастером из монолитного куска камня. Спортсмен, баскетболист, чтоб его.

Он совсем не изменился с их последней встречи. В голове тут же вспышками пронеслось, как она таяла под его прикосновениями и забывала обо всех проблемах. Вот кто ей нужен после тяжелого рабочего дня, а не бутылочка шато-лато-бурды или что она там взяла не глядя.

Кажется, ее тоже не коснулись изменения. Прошло столько времени, а она, оказавшись рядом с ним, снова начинает сходить с ума. Как какая-то девчонка в пубертате при виде красавчика-старшеклассника, который никогда не обратит на нее внимания.

Чтобы Денис не решил, что она пялится на него, что-то там вспоминает и фантазирует (что чистейшая правда, ведь именно этим она и занималась сейчас, хотя пыталась себя убедить этого не делать), Маргарита отвела взгляд, наконец выбрала что-то среднее между «привет» и «позови взрослых» и сказала куда-то в сторону:

– Малышарик, а ты что тут забыл?

Очки начали сползать. Она их поправила свободной рукой, жалея, что не оставила их в машине. Вновь повернулась к Денису. Как раз вовремя, чтобы уловить каждое мельчайшее движение мышц под его кожей.

– К брату приехал, – пожал плечами он.

– Это я поняла, а что не на учебе?

– Я закончил в прошлом году, Гош.

От прозвища, которым ее называли только родные и близкие, по коже Маргариты пробежали мурашки. Она приложила все усилия, чтобы стать для него чужой, холодной и далекой, но он помнит. Он не забыл. И даже не представляет, как действует на нее.

Она – огонь. Он – сильный ветер. А кругом только сухая трава, которая может вспыхнуть в любое мгновение.

– То есть совсем уже взрослый и я могу повысить тебя с Малышарика до Смешарика?

– Рано пока, – посмеялся Денис, а Маргарите тут же захотелось его придушить, чтобы не мучиться от пожара, который начал из маленькой искорки превращаться в нечто большее где-то внутри. – Я теперь в магистратуре, на заочке.

– Похвально. Учение – свет, все такое…

Денис кивнул, но не спешил освобождать ей проход. Будто бы дразнил.

– К подруге пустишь?

– Для тебя что угодно, моя королева. – Он сделал шаг в сторону, пропуская ее внутрь.

Маргарита закатила глаза. Не «Гоша», от одного звука которой разбегаются и мысли, и мурашки, – и на том спасибо.

Стоило ей наклониться, чтобы поднять туфли, о которых она чуть не забыла, как раздался треск ткани.

– Это твои колени? – рассмеялся Денис. В отличие от самой Маргариты, он не считал ее старой, но шутки про скрип в коленях – святое. Он уже не однократно получал от нее за подобное, но так и не смог понять, что это – запретная зона в юморе.

– Это… – Маргарита распрямилась, мысленно проклиная этот день и наводя порчу на понос на всех, кто причастен к пошиву этой проклятой юбки (должны же быть какие-то плюсы от того, что в их роду, если верить Регине, были ведьмы). – Моя жизнь.

Она даже и не соврала. Еще когда-то давно поняла, что если бы у ее жизни был саундтрек, как у фильма, то он, скорее всего, был бы каким-то таким: треск, звон и грохот, с которым рушатся даже самые прочные конструкции. А она сама явно не крутой главный герой из разряда тех, кого играют Джейсон Стэйтем или Брюс Уиллис. Она не сможет уйти, даже не обернувшись на взрыв. Наоборот, будет смотреть на него и думать, что же она сделала не так и можно ли было избежать тех потерь. Но потом все же придет в себя и побежит. Так далеко и долго, чтобы не помнить себя от усталости и боли в мышцах.

– А ты всегда была такой пессимисткой?

– Да, ты просто никогда не замечал этого. Не смотри назад, пожалуйста! – взмолилась Маргарита. В шкафу у Лины возьмет что-нибудь переодеться, а пока до этого шкафа еще нужно как-то дойти.

– Гош, да что я там не видел.

«Мои стремные счастливые трусы не видел», – мысленно ответила она и тут же по смеху поняла, что все-таки это было сказано вслух.

– Ладно-ладно, – Денис поднял руки, – сдаюсь.

– Пора искать новые счастливые трусы, потому что эти уже исчерпали весь свой лимит удачи, – пробормотала себе под нос Маргарита, переступая порог квартиры, и бочком, держась спиной к стене, протиснулась внутрь.

– Могу помочь тебе. У меня хороший вкус! Выберу тебе самые красивые.

– Малышарик, не наглей, а? Счастливые трусы и должны быть стремными! – Маргарита присела на корточки, чтобы поставить туфли на пол, вздохнула, когда по звуку поняла, что шов на попе разошелся еще сильнее (надо было все-таки бросать), и выпрямилась. – Лучше покажи мне, что тут где, раз ты, я смотрю, здесь обжился уже. – Она провела ногтями по груди Дениса, обещая себе, что эта маленькая слабость будет единственной, что она позволит себе рядом с ним.

– А, это? – Денис, не отрывая взгляда от ярко-зеленых глаз, мягко взял ее запястье, отвел в сторону, но отпускать не стал. – Мы рисовали с Сеней, и он решил, что моя футболка – лучший холст. А я разве могу отказать своему мини-кенту?

– Ему даже если захочешь, не откажешь, – посмеялась Маргарита и впервые с момента, как переступила через этот порог, почувствовала легкость и непринужденность. – А где взр… все?

– Лина с Ромой на кухне. Вовсю готовятся к твоему приходу. Сеня у себя в игровой наверху.

– Неужели они оставили ребенка с ребенком? – усмехнулась она.

– Я помню времена, когда ты думала обо мне иначе. – Денис поудобнее перехватил руку Маргариты и прикоснулся губами к тыльной стороне ее ладони.

Она на мгновение опешила, но потом резко выдернула руку, развернулась и быстро зашагала вглубь квартиры. Тут она еще ни разу не была, но надеялась, что сориентируется. В конце концов, пойдет на запах еды и выйдет на кухню. Она даже на мгновение забыла о том, что ее юбка треснула по шву и прямо сейчас, с каждым ее шагом, ее спутнику снова и снова подмигивает какая-нибудь из Hello Kitty на ее трусах.

Денис пошел за Маргаритой следом, стараясь изо всех сил быть джентльменом и не смотреть на ее попу, не делать и так неловкий момент еще более неловким.

Он сотню раз представлял их новую встречу. Десятки сценариев. От случайной встречи где-то на улицах Лондона или Москвы до неслучайных где-то возле юридической фирмы, где Маргарита работала вместе с Ромой, или в этой квартире.

Денис знал, что Маргарита вернулась, на этот раз, кажется, насовсем, еще в мае, и с тех пор набирался сил. Ждал их встречи как безумец. И как глупец боялся, что Гоша оттолкнет его вновь, как это уже сделала когда-то.

В ее отговорку про работу он не верил никогда. Считал, что для настоящей любви километры не помеха. Зачем тогда было резко обрывать все общение? Что стряслось? В какой момент все пошло наперекосяк?

Как минимум он хотел узнать ответы на терзавшие его все это время вопросы из первых уст. Как максимум – исправить все и вернуть Маргариту. Но он даже не догадывался, что та поломка, которую надо устранить, чтобы заполучить желанное «долго и счастливо», у нее в голове и от нее не избавиться, если Маргарита сама этого не захочет.

– Кухня налево, – шепнул Денис на ухо Гоше, когда догнал ее. Еще немного, и он мог бы коснуться губами ее мочки.

От такой близости у Маргариты перехватило дыхание, перед глазами, как слайд-шоу, пронеслись картинки из их совместного прошлого. То, что было похоронено под горами работы, воскресло и в эту минуту выкарабкивалось наружу.

Но она все же смогла взять себя в руки.

– С-спасибо… – шепнула она, обернулась, но Дениса за ее спиной уже не было.

И Маргарита, и Лина знали, что под «посидеть где-нибудь» имеется в виду кухня одной из них. Тем более в этот раз помимо первого (пусть и не очень удачного) рабочего дня был еще один повод отметить – новоселье.

Лина, встретившая подругу на кухне, забрала у нее бутылку, завернула во влажное бумажное полотенце, чтобы она быстрее охладилась, и поставила ее в холодильник. Но звать Маргариту за стол она не спешила. Сначала Лина решила провести небольшую экскурсию по квартире.

Начали, конечно же, со шкафа с одеждой, потому что Маргарита, стоило им выйти в коридор, шепотом рассказала о случившемся конфузе.

В момент, когда на ней не сошлись ни одни штаны и не налезла ни одна юбка подруги, Маргарита поняла, что ей все же стоит пересмотреть свою диету.

– Все, больше после шести точно не ем, – пробурчала она, залезая в платье с юбкой свободного покроя.

– Обычно ты это говоришь перед летом, а не после.

Маргарита закатила глаза и повернулась к подруге спиной, чтобы Лина помогла ей с молнией.

– И почему ведьма-прапрабабка у меня, а ешь и не толстеешь ты?

– Потому что я делаю зарядку по утрам и занимаюсь йогой с пилатесом на дому.

– Ясно… не хочешь признаваться, что ты ведьма с хорошей генетикой, и не надо.

Вместо ответа Лина рассмеялась.

Новая квартира, куда переехало семейство Котовых, была светлее и просторнее предыдущей.

«Еще бы! Целых два этажа!» – не прекращала удивляться Маргарита.

Спальня, детская, игровая, гостевая, гардеробная, кабинет… хотелось бы Маргарите когда-нибудь так жить.

Наконец они вернулись на кухню.

– Так, не буду мешать вашему девичнику, – улыбнулся им Рома и поспешил уйти, – пойду, устроим мальчишник наверху.

– Останься, ты не будешь нам мешать, – ответила Маргарита и, хихикнув, добавила: – Будет почти встреча выпускников.

– Как скажешь. – Рома отодвинул стул, чтобы она могла сесть.

– Мерси. – Гоша улыбнулась ему и стала наблюдать за веселой суетой своих друзей.

– Кстати, о встречах выпускников, – бросила через плечо Лина, – в конце октября будет настоящая. Всей параллелью.

– А что не летом? – Маргарита пока еще не поняла, куда клонит подруга.

– Ждали, пока ты все свои дела уладишь, – пошутила Лина и добавила уже серьезно: – Так что, пойдешь?

– Нет.

Маргарите казалось, что ее тон не располагает к дальнейшим расспросам, да и причины всем находящимся в этой комнате должны быть предельно понятны. На некоторое время на кухне и правда повисла тишина, прерываемая только звяканьем тарелок и журчанием шато-лато-бурды, которую открыли и разливали по бокалам.

– Его не будет, – заговорил Рома, когда все уже сидели за столом.

– А если будет? – прищурилась Маргарита.

– То даже это не помешает нам повеселиться, – беспечно ответила Лина.

Маргарита переводила взгляд то на Рому, то на Лину, пытаясь понять, шутят они или нет. Если второе, то ее подруга и правда одна из самых сильных женщин, которых ей когда-либо приходилось встречать. После того, что случилось…

– За новоселье, – поднял свой бокал Рома, не давая Маргарите закончить мысль.

– За новоселье, – подхватили девушки.

Раздался звон бокалов. К теме встречи выпускников больше не возвращались, им и так было что обсудить.

Принесенную бутылочку шато-лато-бурды быстро прикончили, и в ход пошли запасы Ромы. Маргарита бы совершенно не удивилась, если бы за одной из дверей первого этажа оказался винный погреб или подвал, заполненный бочками с виски. Лина от чего покрепче отказалась, так что дальше пили вдвоем.

В какой-то момент Маргарита поняла, что проигрывает в своей борьбе с никотиновой зависимостью, взяла лежащую в сумочке одноразку, которую на днях конфисковала у младшей сестры, и, чуть пошатываясь, вышла через кухню на застекленную лоджию. Распахнула окно и облокотилась на подоконник. Тут же повеяло прохладой.

Она повела плечом и неожиданно почувствовала, как на него легла чья-то тяжелая рука. Вряд ли это Рома напился настолько, что начал к ней подкатывать. Его верность жене выжжена, кажется, где-то на подкорке.

– Успел закончить школу ниндзя, Малышарик? – Рядом с Денисом сразу стало тепло, и она не спешила сбрасывать его руку или сбегать. – Или мне называть тебя Саске?

– Я всегда ассоциировал себя с Шикамару.

– Понятия не имею, кто это. – Маргарита сделала затяжку, выпустила в открытое окно облачко пара с ароматом личи и протянула ему одноразку: – Будешь?

Денис молча забрал ту из рук Маргариты.

– Почти поцелуй, – хихикнула она и положила голову ему на плечо.

Он хотел бы взять ее за подбородок, повернуть лицом к себе, взглянуть в глаза и поцеловать по-настоящему, но вместо этого холодно ответил:

– Ты очень пьяна, Маргарита. Отвезти тебя домой?

– Только если ты доведешь меня прямо до двери. – Она забрала из его рук одноразку и затянулась еще пару раз, прежде чем закрыть окно.

– Как знаешь, моя королева, – не без грусти в голосе ответил Денис, но Маргарита уже давно была не в состоянии уловить подобное.

Хотелось бы ему знать, как так вышло, что теперь Маргарите нужно изрядно накачаться спиртным, чтобы прекратить отталкивать его и делать вид, что ничего между ними никогда не было и они теперь вновь почти чужие люди.

До дома Гоши доехали без пробок. Денис сдержал свое обещание, но Маргарите этого было мало. Она схватила на мгновение потерявшего бдительность Дениса за руку и затащила за собой в квартиру.

Дверь захлопнулась. Маргарита коварно улыбнулась. Теперь она не видела никаких проблем в том, что на ней стремные счастливые трусы, которые должны были бы стать преградой на пути к дальнейшему сближению.

Теперь она не видела никаких проблем вообще.

Глава 3. Прилипалы

Наше дело – корячиться,

Облажавшись с любовью,

Не думать иначе

И совесть пойлом

Глушить.

Рубеж Веков – Душечка

Месяц с небольшим Маргарита чуть ли не ежедневно убеждала себя, что она любит свою работу. Но едва ли смогла сдвинуться с мертвой точки.

Как ее студенты приходили в стены учебного заведения, только чтобы попить кофе и пообщаться со своими новыми друзьями, так и Маргарита приходила на кафедру, чтобы посидеть в преподавательской и послушать свежие сплетни за кружечкой чая или чашечкой кофе. Порой она даже делала вид, что ее срочно куда-то вызвали, и уходила туда прямо посреди пары, чтобы немного отдохнуть.

Благодаря одному из ее коллег, Руслану Олеговичу, на кафедре появились кофемашина и чуть ли не бесконечные запасы чая всевозможных видов и сортов, а также чего-нибудь сладенького. Руслан Олегович был чуть старше Маргариты и по возрасту, и по должности, но еще в первую встречу попросил называть его просто по имени.

Если кто-то и считал кафедру своим вторым домом, так это он – закончил этот вуз, а потом решил и не уходить никуда из своей альма-матер. Маргарита даже и не удивилась бы, если бы узнала, что через шкаф в преподавательской можно будет попасть, нет, не в Нарнию, а в его тайную комнату.

Маргарита дала группе пятнадцать минут времени на составление диалога и вышла из аудитории, четко осознавая, что раньше чем через полчаса туда не вернется. Причем, подходя к кабинету вновь, будет намеренно громко цокать шпильками по паркету, чтобы ее студенты успели закрыть все свои игры и соцсети или прекратить не предназначенные для ее ушей разговоры и хотя бы сделать вид бурной деятельности.

В преподавательской Маргарита поставила чайник, достала кружку и закинула туда пакетик с каким-то травяным сбором. Дождалась, пока чайник закипит.

– Как там твои прилипалы? – спросил появившийся в дверях Руслан. Каким-то чудесным образом их порывы прийти сюда и не возвращаться на пару совпадали.

– Ни один так и не достиг пока успеха, – посмеялась Маргарита, наливая в кружку кипяток. – Будешь?

– Я лучше кофе.

Под мерное гудение кофемашины Маргарита села за свой стол. Через пару минут Руслан сел напротив нее. Их столы были сдвинуты так, будто сама судьба хотела их свести. Хочешь не хочешь, а не замечать друг друга не выйдет, и даже если будешь смотреть в монитор рабочего компьютера, нет-нет да и скользнешь боковым зрением по своему визави. Но Маргарита уже давно не верила в знаки судьбы.

– А они снова пытались? – вернулся к начатой теме Руслан и пододвинул к ней шоколадную конфету в блестящей обертке.

Прилипалами они называли тех двух студентов, которые решили, что приходить первого сентября на пару к Маргарите выше их достоинства.

Свое отсутствие они компенсировали своим бурным появлением через неделю.

Маргарита в тот день вновь опоздала к своей первой паре (которая, к слову, в расписании была второй), а когда зашла, поняла, что забыла захватить распечатки к занятию. Пока отмечала присутствующих, заметила, как двое вновь прибывших хитро переглянулись и улыбнулись друг другу. Из кабинета она выходила с мыслями, что ей совсем это не нравится. Будто бы они что-то замышляют. Оставалось понять, что именно…

В преподавательской она задержалась сильнее, чем рассчитывала. Как оказалось, нужные распечатки она забыла не захватить, а сделать. И как назло, кафедральный принтер отказался с ней дружить, а рядом не было никого, кто помог бы ей справиться с ним. В момент, когда Маргарита вполголоса ругалась на него на причудливой смеси английского с русским матом, в комнату зашел Руслан. Их общение как коллег началось с парочки листов зажеванной бумаги и с тех пор продолжилось как приятельское и почти дружеское.

Когда Маргарита вернулась к своей аудитории и ненадолго задержалась в коридоре под дверью, еще раз пересчитывая распечатки и пытаясь понять, не забыла ли она чего-нибудь на этот раз, до нее начали доноситься отголоски оживленной беседы.

Маргарита застыла на месте и прислушалась. Она еще не понимала, насколько педагогично такое поведение, ведь разговоры ее студентов, кажется, не должны ее касаться, но вдруг услышала свое имя, причем голос принадлежал одному из парней.

Она не знала, сколько точно времени провела, подслушивая под дверью, но этого было достаточно, чтобы уяснить несколько вещей.

Во-первых, эта парочка вновь прибывших студентов, судя по всему, были неплохими такими друзьями.

Во-вторых, они решили поспорить и, более того, сделать этот спор достоянием всей группы.

В-третьих, прямо сейчас за дверью разворачивался нехилый такой тотализатор, только ставки там делают далеко не на спорт…

Эти два индивидуума (после всего услышанного Маргарита никак не могла назвать их иначе) решили устроить соревнование: кто быстрей сможет закадрить их преподавательницу английского и переспать с ней. Конечно же, потом нужно было предоставить какие-нибудь доказательства. В таких вопросах просто слов было недостаточно, и в ход должны были пойти фото, видео или какие-нибудь ее личные вещи.

Уж что-что, а веселиться эти перваши умели. И Маргарита, возможно, даже посмеялась бы над всей этой нелепицей, если бы не была этой самой преподавательницей английского.

Информация – один из самых ценных ресурсов в наши дни. И Маргарита слышала достаточно, чтобы прямо сейчас развернуться и донести о намечающемся мероприятии. Если один из этих парней не сын декана или ректора, то деканат точно будет на ее стороне. А запись диктофона, которую она на всякий случай успела сделать, поможет ей в этом.

Или же, как вариант, хорошенечко так припугнуть этих слишком уж борзых ребят, чтобы сбить с них всю спесь и они и думать забыли о подобных «развлечениях». Им ли не знать, что за каждым преступлением обязательно следует наказание? В их случае в качестве наказания будет дисциплинарное взыскание, как минимум за то, что они решили устроить ставки не совсем на спорт прямо в стенах института.

Так же как и в этом, Маргарита была уверена еще и в том, что они не видят ровным счетом ничего такого в данном споре. Просто небольшая шуточка. Никакого обмана, распространения фото или видео интимного характера или небольшой кражи. Совершенно ничего серьезного.

Но умные мысли уже давно не могли догнать Маргариту, чтобы превратиться в правильные поступки, так что она зашла в аудиторию и отвела пару как ни в чем не бывало. Будто бы и не слышала сейчас в коридоре ничего. Будто бы и не стала предметом излишнего внимания со стороны мужской половины ее группы.

Лишь в начале пары она обратилась к парням, чтобы осведомиться, принесли ли они справки от врача, да изредка сердито поглядывала в их сторону.

Если хотят поиграть, проиграть и опозориться, то пусть играют. Они ее совершенно не интересуют. Да и даже если бы интересовали, она бы все равно не стала спать ни с кем из своих студентов. Она не такая. Они для нее почти дети и недалеко ушли от глупых школьников.

Маргарита не стала ничего предпринимать только из соображений, что такой интерес к ее личности можно будет обернуть в свою пользу. В конце концов, ей же нужно будет привлечь кого-нибудь к написанию статей и участию в конференциях и олимпиадах. Эти глупцы еще не знают, на что себя обрекли. Запись она решила сохранить, но не чтобы их шантажировать (она была уверена, что этим двоим палец в рот не клади и подобный ход точно обернется против нее же), а чтобы раз и навсегда прекратить все поползновения в ее сторону, если они вдруг перейдут всякие границы.

Свое прозвище парни-прилипалы заслужили через пару дней после подслушанного Маргаритой разговора.

Они с Русланом стояли у автомата с кофе, потому что случилось, казалось бы, невозможное – запасы кофе на кафедре внезапно закончились, но еще нужно было как-то пережить пару часов до конца рабочего дня. И именно в этот момент к ним, вернее к Маргарите, подошел один из тех парней, чтобы задать парочку абсолютно глупых вопросов. Глупых в первую очередь потому, что она уже отвечала на них на паре. Да и подходить к ней лично было вовсе не обязательно. Можно было бы всего лишь написать старосте. Или же в общую беседу, которую создали еще на первом занятии, если уж хотелось узнать ответ из первых уст. Хотя бы не стал караулить ее возле дома, и на том спасибо.

Так что Маргарита была уверена, что эти вопросы были лишь предлогом. И возможно, ее студентик быстро бы перешел к более личным, если бы рядом с ней тогда не оказалось Руслана, которого он не сразу заметил.

– Нигде не спрятаться от этих прилипал, – вздохнула тогда Маргарита, когда студентик скрылся из виду.

В тот же день, но уже в преподавательской и без лишних ушей, Маргарита рассказала Руслану о том, как одна из ее групп успела отличиться, и теперь время от времени они возвращались к этой теме.

Маргарита спустилась из воспоминаний на реальную землю, взяла конфету и, разворачивая ее, ответила:

– Something like that… – В общении с Русланом она ценила, что может расслабиться, в любой момент случайно перейти на английский и ей не придется извиняться, что вдруг превратилась в женщину из мема «смотря какой fabric», а потом поспешно переводить сказанное. – Я по-прежнему игнорирую их запросы в друзья, но они кидают их снова. Должно быть, они really upset, раз не могут ставить лайки мне на фотки и присылать огонечки в ответ на истории. Молодежь ведь сейчас так флиртует, да?

Руслан рассмеялся. Маргарита приняла это за знак согласия, закинула конфету в рот и запила чаем.

– Но ты осторожнее с ними, а то кто знает, что у этих Малышариков на уме. Может, скоро их действия выйдут за рамки попыток общения в сети, раз там нечего ловить.

Маргарита от неожиданности поперхнулась чаем и закашлялась. Малышарики… Уж и не думала, что услышит это слово вне рамок их общения с Денисом.

– С тобой все в порядке? Ты чего подзависла? – вернул ее к реальности Руслан. Как раз вовремя, чтобы она не начала вспоминать, чем же закончилась их последняя с Денисом встреча.

– Не считая того, что наш не совсем five o’clock tea не может длиться вечно и придется идти на пары, в полном.

– Если я дождусь тебя после них и мы где-нибудь посидим, это скрасит твое настроение?

Маргарита чуть не подавилась чаем еще раз. Ладно у студентиков мозгов нет, раз они решили клеиться к ней, но этот-то куда?.. Нормально же общались и без всяких «посидим где-нибудь». На ней что, медом намазано? Ей казалось, что, если девушке почти тридцать, а она до сих пор одна, это что-то да значит. Подходит любой вариант от личного выбора до обычного скверного характера, который никто не может вынести.

– Решил спасти от прилипал и перехватить меня после работы раньше, чем они?

– И это тоже, – улыбнулся Руслан. Любая другая на месте Маргариты уже давно растаяла бы, но на нее подобные чары, кажется, не действовали.

– А что, если мне нужно бояться не их, а тебя? Ты берешь… – она провела кончиком пальца по ободку кружки, – втираешься ко мне в доверие… конфетами моими любимыми подкармливаешь при каждой встрече, – легким щелчком подтолкнула обертку в сторону своего собеседника, – чтобы у меня, как у собаки Павлова, слюни текли, стоит мне увидеть тебя, а потом…

– Ты меня раскусила, – рассмеялся Руслан.

– Так что, пожалуй, откажусь. У меня уже есть планы, прости, – чуть виновато улыбнулась она.

– Какой-то Малышарик все же сумел втереться к тебе в доверие раньше, чем я?

– Who knows… – пожала плечами Маргарита.

На самом деле она бы ответила так, даже если бы была в этот вечер совершенно свободна. Но в этот раз она даже и не соврала.

Маргарита отвела свою последнюю пару и покинула институт. До дома она решила идти пешком. Ей нужны были эти полчаса наедине с собой. Последнее время она очень сильно уставала от людей и все чаще хотела побыть одна. Так себе тенденция, когда вся твоя работа связана с разного рода социальными взаимодействиями.

Порой она даже думала о том, чтобы купить домик где-нибудь в глуши, где не ловят ни сеть, ни интернет, и пропасть со всех радаров.

Но сначала на него надо было заработать. Все свои достаточно солидные сбережения она промотала за то время, что пыталась найти новую работу в Лондоне.

Ее самовольный отъезд на родину по первому же звонку от Ромы ради призрачного шанса посадить человека, с которым у нее были давние счеты, не остался без последствий. Она потеряла не только работу, но и репутацию, которую зарабатывала годами. И как ни пыталась, так и не смогла ничего вернуть. Уже бывшая начальница и когда-то очень близкая подруга постаралась, чтобы все двери в приличные места оказались для нее закрыты. Как и всегда, больнее всего стало предательство близкого человека, от которого даже и не ждешь подобного.

Так что Маргарите ничего больше не оставалось, кроме как улететь домой и начать все заново.

Одна из вещей, что все еще могли радовать, – осознание, что еще остались люди, которые ее любят, верят в нее и ждут. Но Маргарита все же не могла отделаться от мыслей, какая же она неудачница. У нее было все, что она только могла пожелать, но она своими руками разрушила свою жизнь. Хватило всего лишь одного импульсивного поступка, который к тому же не оправдал себя.

Пока общество твердило, что женщина должна выбирать между семьей и карьерой, Маргарита не понимала, где так просчиталась, что ей не повезло ни там, ни там. Возможно, она ошиблась именно в тот момент, когда возомнила себя чудо-женщиной и решила, что добьется успехов везде. Не получилось.

«Легко пришло – легко ушло», – часто думала она обо всей этой ситуации.

Что же касается домика в глуши, она знала, что стоит озвучить папе свое желание, как он его тут же исполнит. Но в ее возрасте было уже как-то несолидно и даже немного неприлично постоянно просить об исполнении своих хотелок родителей. Уже давно пора было бы и самой из себя что-то представлять. Да и к тому же она уже жила в квартире, которую родители не стали продавать, хотя собирались, только из-за ее возвращения. Просить о большем было бы уже наглостью с ее стороны.

Маргарита зашла домой, быстро смыла макияж, сменила одежду на удобный спортивный костюм, подхватила заранее собранный рюкзак и ушла в фитнес-центр, куда купила абонемент еще месяц назад.

Когда на ней не сошлись ни одни брюки из гардероба Лины, она решила, что что-то пора в своей жизни менять. Тем более ближайший спортивный центр был в соседнем же доме. До тренажеров и занятий с тренерами она так и не дошла, зато каждый день после работы выбиралась, чтобы поплавать часок, успокоиться и забыть о суете прошедшего дня. Даже несмотря на то, что на соседних дорожках почти всегда были люди, они ее совершенно не напрягали.

Воду Маргарита всегда любила. Причем неважно, бассейн это, городской карьер, речка, море, океан или же просто набранная ванна.

В воде ей всегда хорошо думалось, причем не о работе или других людях, а о себе самой, своей жизни и той точке, куда привела ее совокупность принятых верных или не очень решений.

И сегодня Маргарите было о чем подумать.

Одного случайно брошенного Русланом слова хватило, чтобы воспоминания о Денисе вновь вышли с периферии сознания в самый центр ее внимания. Но ее волновали не столько сами воспоминания об их последней встрече, сколько недостающие фрагменты того вечера.

Она помнила, как напилась в гостях у Лины и Ромы. Как шутила какие-то глупые пьяные шутки, пока Денис подвозил ее домой. Как она затащила его в квартиру. А потом… провал. Следующее воспоминание: она просыпается одна в одних счастливых трусах на смятой простыни, а половина постели рядом с ней холодная. Как и всегда…

Ей хотелось бы верить, что у них ничего не было. Что Денис увидел ее стремные трусы с Hello Kitty, посмеялся и ушел, захлопнув дверь. Но почему-то ей в это слабо верилось. А интуиция ее очень редко обманывала.

Ей нужно было просто держать дистанцию между ними, желательно в несколько сотен километров. Всего-то. Но она и это провалила.

Не хватало того, чтобы Денис что-то там надумал себе и решил, что это – ее первый шаг к восстановлению того близкого общения, что у них когда-то было.

Оставалось надеяться, что новой неловкой встречи не будет. Но и в это почему-то верилось слабо…

Как смотреть Денису в глаза после всего произошедшего, она не знала. А взять и улететь в другую страну теперь не было возможности. Да и там ее уже точно больше никто не ждал.

Из мыслей Маргариту вывело урчание в животе. Она вылезла из бассейна и пошла в хаммам немного погреться перед уходом.

Почему-то все кругом твердили только о пользе бассейна. Шея и поясница, постоянно ноющие из-за сидячей работы, и правда стали меньше болеть. Но почему ее никто не предупредил, что после него будет непреодолимое желание съесть все, что находится в холодильнике? И желательно запить бокальчиком-другим какой-нибудь красной кислятины или же каким-нибудь простеньким коктейльчиком из водки и того, что окажется под рукой. Кажется, она с такими походами лишь набирает вес и сантиметры в талии и бедрах, а не теряет их.

Или это она одна такая неправильная, а у остальных все в порядке? Они выходят из воды с осиными талиями, а потом подсыхают в саунах до состояния воблы? Кто знает…

Дома Маргарита поставила жариться стейк, думая, зачем набрала их столько и успеет ли она все съесть. Сделала быстрый салатик из того, что оказалось под рукой. И так же быстро намешала себе упрощенный вариант «Кровавой Мэри». Если и в этом городе ее отовсюду попрут, пойдет в бармены.

Прикончив ужин, Маргарита наплевала на все наставления, что стоит есть за четыре часа до сна, и ушла в спальню, чтобы завтра оказаться в своем вечном дне сурка опять.

* * *

На свою основную работу Маргарита никогда не опаздывала. Начальство и клиенты – не студенты, ждать столько не будут. Да и за место там держалась куда сильнее.

Пришла она одновременно с Ромой, который тут же спросил, не забыла ли она, что этим вечером обещала посидеть с Сеней, чтобы они с Линой смогли сходить в театр.

– Тут даже если захочешь, не забудешь, – улыбнулась Маргарита, входя в офис, пока Рома придерживал ей дверь. – В конце концов, ты можешь выкрасть меня прямо из кабинета и отвезти, куда тебе надо.

– С вами приятно иметь дело, Маргарита, – посмеялся он, входя следом за ней.

– Просто интересно… почему я, а не бабушка?

– А ты это у нее спроси. – Рома кивнул в сторону своей матери, стоявшей в конце коридора и разговаривавшей с одним из их общих коллег. – Но советую не напоминать ей, что она уже пять с хвостиком лет как бабушка.

– Намек понят, – с серьезным видом кивнула Маргарита. – И кто он на этот раз?

– Какой-то депутат, – Рома понизил голос, – причем женатый, так что давай не будем об этом тут.

Маргарита молча кивнула и скрылась за дверью своего кабинета, чтобы после небольшой раскачки в виде кружечки кофе нырнуть в рабочий водоворот бумажек и изматывающих встреч с людьми.

Составление брачных договоров и бракоразводные процессы были не совсем тем, чем Маргарита хотела бы заниматься до конца своих дней, но жаловаться не приходилось. Тем более время от времени проскальзывали более-менее интересные дела. Но из-за этой работы она окончательно перестала верить людям, в людей и в любовь. Сложно оставаться романтиком, когда ты чуть ли не ежедневно сталкиваешься с теми, кто хочет отсудить практически все имущество у человека, которого он когда-то любил и считал своей семьей.

В конце рабочего дня в кабинет постучались.

– Входите, – крикнула она, выключая компьютер.

– Мадемуазель, мне сказали, что вас можно выкрасть. – В дверях появился Рома.

– Угу, – Маргарита сунула папку с бумагами в сумку, рассчитывая, что на выходных сможет немного поработать и из дома, – я почти готова.

Уже через каких-то полчаса она стояла в прихожей квартиры Котовых и слушала инструкции, что им с Сеней можно, что нельзя (второй список был, очевидно, длиннее) и когда его уложить спать.

Наконец входная дверь закрылась, и Маргарита осталась один на один с ребенком, убеждая себя, что за три с лишним часа (черт бы побрал эти постановки в три акта) ничего не случится.

– Что делать будем? – спросила Маргарита, ведя Сеню за руку по лестнице в игровую, хотя, скорее всего, он бы и сам прекрасно дошел.

– Не знаю, – пожал плечами тот.

– Ты все еще любишь динозавров? – Она предприняла еще одну попытку придумать им занятие.

– Да.

– Отлично. Представляешь, а мы с мамой твоей вместе в школу на мозазавре добирались.

– Тетя Гоша. – Сеня вдруг остановился перед самой дверью своей игровой и с серьезным видом посмотрел на свою глупую крестную. – Первое, это водный динозавр. Вы не могли на нем ездить. Человек не умеет столь-ко ды-шать под водой. Второе, все динозавры вы-мер-ли задолго до людей.

– Какой же ты умный. – Маргарита улыбнулась и взъерошила Сене волосы. В этот момент раздался звонок в дверь. – Кого это еще принесло?.. Поиграй пока без меня, а я пойду посмотрю.

Сеня кивнул и скрылся за дверью игровой.

Маргарита быстро сбежала по ступенькам. Первой мыслью было, что Лина с Ромой что-то забыли и решили вернуться. Но тогда зачем им звонить и почему нельзя открыть своими ключами?..

Глава 4. Пластилиновое свидание

Я здесь, чтобы разжечь огонь от угольков.

Jamal T – Темно

Она посмотрела в глазок. Человека за дверью она узнала не сразу, но это, без сомнений, был Денис. Только за месяц с небольшим, что они не виделись, Малышарик успел превратиться в… Малышрамика!

Теперь всю правую сторону его лица пересекало несколько полос шрамов. Одна из них криво тянулась от губы к внутреннему уголку глаза, чуть не доходя до нее исчезала и появлялась вновь, но уже над бровью. Если можно было говорить о везении, то Денису точно повезло. Так и без глаза остаться недолго. Вторая начиналась чуть в стороне от уголка рта и шла сначала параллельно первой, но потом резко меняла маршрут и отклонялась в сторону мочки уха, но так и не доходила до нее каких-то пару сантиметров. Третья линия, такая же искривленная, пересекала первые две почти под прямым уголком, создавая картинку, почти как из задачек по геометрии.

«Это где ж его угораздило… – подумала Маргарита, – и неужели это я…»

Но мысль про «тяжелый глаз» и что она уже не раз замечала за собой, как часто ее неосторожные мысли и брошенные со зла фразы сбывались, развить до конца не успела – в дверь снова позвонили.

«Никого нет дома», – вновь подумала она, надеясь, что этой неловкой встречи еще можно будет избежать.

– Да ладно, Маргарита, я слышу твой голос, – посмеялся за дверью Денис.

От досады, что она вновь ляпнула не предназначенные для его ушей слова вслух, Маргарита прислонилась лбом к двери, причем гораздо сильнее, чем собиралась, судя по звуку удара и боли, что за ним тут же последовали. И поделом. В следующий раз будет больше думать. Или, наоборот, меньше. А то вот оно как выходит… И вслух что попало говорит. И мысли ее Вселенная воспринимает как запрос. Хотя, конечно, это всего лишь совпадение, и никакой магии не существует.

– Ты там не убилась? – снова раздался голос Дениса.

– К сожалению, нет. – Маргарита наконец-то собралась с силами и открыла дверь. Не опять, а снова: будет делать вид, что между ними ничего не было, и держать дистанцию.

Она не спешила отходить, чтобы Денис мог войти. Вместо этого еще раз вгляделась в его лицо. Мысль показалась странной, но эти шрамы ему даже шли и добавляли мужественности. Хотелось провести кончиками пальцев по этим полосам, чтобы проверить: настоящие ли они или же искусный грим?

– Пустишь? – наконец прервал молчание Денис.

– Ты откуда такой красивый, Малышарик? Из Глазго? – Маргарита поджала свои и так тонкие губы и скрестила руки на груди, привалилась к дверному косяку.

– Да нет, вроде из Москвы, – не понял, к чему она клонит, Денис.

– Что с лицом?

– Все в порядке. А с твоим? Ты как будто Чупакабру увидела. Извини, конечно, но я не настолько страшный.

– Это ты меня извини, но настолько. И к Арсению я тебя в таком виде не пущу. А то заикаться до конца жизни будет. Или, чего хуже, не уснет, а мне его еще уложить до возвращения родителей надо.

– То есть я теперь с племянником даже увидеться не могу?

– Можешь, конечно. Но не в мою смену.

– Как по мне, куда опаснее оставить ребенка одного с тобой, чем дать ему увидеть меня.

Отвечать Маргарита не стала и лишь закатила глаза.

– И чем ты собиралась с ним заниматься?

– Честно? У меня в сумке лежит папка с мегаскучными документами, которые я планировала ему читать вслух, пока один из нас не уснет, – съязвила она, все еще немного обиженная его словами.

– Кошмар какой.

– Ладно, проходи. – Маргарита сделала шаг назад. – Если будет себя плохо вести, скажу, что его заберет злой и страшный дядя со шрамом.

– Я не злой и не страшный. – Денис скинул обувь.

– Но ты все еще его дядя со шрамом. Лучше скажи, это как же тебя так угораздило? – озвучила вопрос, который ее интересовал еще с того момента, как она взглянула в глазок, Маргарита.

– Девушку от гопников в подворотне защищал – и вот, почикали.

– От ножа полосы были бы ровнее, – не поверила ему Маргарита.

– А ты, я смотрю, прям специалистка по ножевым?

– Поверь, видела их побольше, чем ты.

– Ладно, ты меня раскусила. С электросамоката упал. На что-то налетел и потом…

– Шел, упал, очнулся, гипс? – Маргарита еле сдержала улыбку. Забавного во всей ситуации было мало, но… электросамокат? Серьезно?

– Да, что-то вроде того, только без бриллиантов. Не помню ничего, сразу вырубился, очнулся в больнице. Друг, с которым мы катались, вызвал скорую.

– Бедненький…

Маргарита не знала, как реагировать: то ли ужаснуться, то ли рассмеяться. С одной стороны, Малышарика было жалко, но с другой – сам дурак! Сколько в новостях пишут, как расшибаются на этих самокатах? Так что сама не поняла, чего было больше в ее реплике: сочувствия или сарказма.

– Да-да, знаю, нефиг было лезть на него, – по-своему истрактовал ее интонацию Денис, – но что уж там.

– Хорошо хоть, что оба глаза целы. А то был бы дядя-пират.

– Ага, повезло. – Денис повесил свое пальто в шкаф в прихожей.

Маргарита задумалась на мгновение, что надо бы предложить ему тапочки, но он ее опередил и сам их нашел. Видимо, бывал здесь гораздо чаще, чем она сама, и прекрасно знал, где что в этой квартире лежит.

– И повезло, что столбняк никакой не подхватил, – продолжил он.

Не дожидаясь приглашения, Денис взбежал по ступенькам и зашел в игровую. Маргарита проследовала за ним. За время ее отсутствия Сеня достал игрушечных динозавров и начал играть с ними. Услышав голос Дениса, позвавшего его, Сеня сначала обрадовался, потом чуть замешкался при виде шрама. А когда понял, что это по-прежнему его дядя, вскочил и подбежал к нему.

– И чем соизволите нас развлекать, Маргарита? – обратился к той Денис, ловко подхватывая и поднимая племянника на руки.

– Ты уже слышал мой план.

– Какой план? – спросил Сеня.

– Поверь, шкет, тебе лучше не знать. Ее план полнейший отстой.

– Ну спасибо! – возмутилась Маргарита, хотя эти слова были чистой правдой. Она по-прежнему не знала, что делать с ребенком, и теперь всерьез задумывалась, не усыпить ли его, а заодно и Дениса, нудными юридическими документами.

– Придумал! Устроим пластилиновое свидание.

– Малышарик, мы с тобой не на свидании.

– Бе-бе-бе, не на свидании, – передразнил ее Денис под аккомпанемент ее тяжелых раздраженных вздохов. – Тогда пластилиновое сидение с дитем.

– Мне что-то подсказывает, что детей тут двое. – По выражению лица Дениса она поняла, что тот пропустил ее колкость мимо ушей. – Ладно, и что лепить будем?

– Ну конечно же, динозавров, – с серьезным видом ответил Арсений.

Очень быстро воздушный пластилин и книга, откуда собирались брать примеры для лепки, оказались на маленьком детском столике. Сеня сел за ним на свой стульчик, а Маргарита с Денисом расположились рядом на полу.

Сеня с сосредоточенным видом листал книжку с картинками, выбирая первую модель на этот вечер.

– Вот, тетя Гоша, смотри. – Сеня тыкнул пальцем в изображение динозавра с внушительным хвостом и ластами, а еще вытянутым не то носом, не то каким-то клювом, Маргарита так сразу и не поняла, что это. – Это мо-за-завр. Как видишь, у него ласты, значит, он вод-ный. И вы с мамой никак не могли добираться на нем до школы. И тут, – он указал пальцем в угол страницы, где был крупный текст с фактами, – написано, что он, как и все другие динозавры, давно вы-мер из-за метеорита.

– Ты серьезно сказала ребенку, что добиралась в школу на мозазавре? – усмехнулся Денис. – Не могла придумать кого-нибудь еще? Диплодока там, пахицефалозавра, игуанодона, чтоб тебя не так с ходу раскусили.

– Что первое в голову пришло, то и сказала. И вообще, я его на ходу выдумала, кто ж знал, что такой реально существует, – шикнула на него Маргарита, пока Сеня продолжал листать страницы книжки и был так погружен в изучение динозавров, что, кажется, совершенно не замечал ничего вокруг.

– Существовал.

– Ой, не душни, а? И не говори еще, что ты сам эти названия знаешь, а не придумываешь на ходу, как я.

– Мне такое по профессии положено знать. Между прочим, нефть – это остатки вымерших динозавров. А пластиковые динозавры вообще сделаны из настоящих.

– Звучит как бред.

– Звучит как давно доказанный факт.

– Кем? Британскими учеными?

– Неважно. – Денис решил закрыть тему, чтобы не признаваться, что эти знания почерпнул из мема в интернете. – Доказано, и все.

Их перебранку прервал Сеня, который выбрал, кого же они будут лепить первым – трицератопса.

– А можно кого-нибудь попроще для разминки выбрать? – взмолилась Маргарита, изучая картинку и совершенно не представляя, как будет вылепливать эту «корону» с шипами.

– Шкет, смотри, наша тетя Гоша струсила.

– Еще чего!

Маргарита не трусила, а здраво оценивала свои шансы на успех. Любые занятия, которые требовали ловкости рук или пальцев и, наоборот, не требовали никакого мошенничества, не были ее коньком. Возможно, она бы еще справилась с обычным пластилином, но воздушный неприятно пах, лип к рукам и просто раздражал ее.

Так что уже после первого динозавра (который получился больше похожим на кривую кошку-мутанта, выбравшуюся откуда-то из Припяти) Маргарита выбыла из соревнования. Теперь же она взяла на себя роль судьи и оценивала, кто лучше справился с заданием.

Судья из Маргариты получился так себе: несерьезный, вечно смеющийся и присуждающий все победы одному и тому же человеку – Сене. Но под конец она все же сжалилась над Малышрамиком и сказала, что карнотавр получился лучше у него. Сеня не сильно расстроился своему единственному проигрышу.

Всю армию динозавров, в том числе и кривую «кошку» Маргариты, вместе с доской для лепки перенесли на подоконник и оставили подсыхать до утра.

Фантазия Маргариты, чем же занять ребенка, быстро иссякла, так и не появившись. У Дениса, наоборот, била ключом.

После того как отмыли руки и оттерли стол от пластилина, принялись играть в прятки. Найти пятилетнего ребенка в двухэтажной квартире оказалось задачкой со звездочкой. А когда Сеня устал и от пряток, построили в детской настоящий форт из подушек и одеял, потушили свет и включили в комнате гирлянды и ночник. Маргариту тоже пригласили залезть в крепость, но она отказалась. Сказала, что у нее разболелась голова, и ушла искать аптечку.

На деле же она здраво оценила, насколько близко они окажутся с Денисом, стоит ей залезть в игрушечный форт из подушек. Подобной близости, особенно после того, что между ними, кажется, произошло, она бы не вынесла. Да и весь вечер до этого момента у нее отлично получалось держать дистанцию. Она старалась не оставаться с Денисом наедине и почти не разговаривала с ним. Только спросила, зачем он приехал – очевидно, к брату и племяннику. И пересекся ли с Линой и Ромой, когда заходил, – нет, видимо, они поехали на разных лифтах. Спрашивать, почему Денис вдруг так зачастил к ним в гости, Маргарита не стала. Боялась услышать, что это все из-за нее, пусть это и слишком самоуверенно.

Вместо поисков аптечки Маргарита направилась к своей сумочке за одноразкой, а потом и на балкон. Раскрыла окно, вдохнула холодный осенний воздух и обхватила себя руками, чтобы хоть немного согреться. Пожалела, что не захватила из прихожей пальто, и сделала пару затяжек.

Несмотря на то что появление Дениса застало ее врасплох, она была ему благодарна. Конечно, она бы справилась с ребенком и одна, но вдвоем было как-то поспокойнее, хотя они и веселились вовсю. Она и не думала, что он настолько хорошо ладит с детьми. Возможно, потому что жизнь так и не успела убить в нем внутреннего ребенка и безнадежного оптимиста. Сама же Маргарита уже давно чувствовала себя вымотанной и уставшей, как какая-то старуха.

– О чем-то задумалась? – Денис подошел к Маргарите, обнял со спины и положил голову ей на макушку.

Она тут же вывернулась из этих объятий, хотя, казалось, это было именно тем местом, где бы она хотела остаться навсегда.

– Прости. – Денис сделал шаг назад и прислонился спиной к балконной стене. Ему стоило бы догадаться, что Маргарите подобное не понравится. – Сеня уснул, пока я читал ему.

– Ты классный дядя. – Маргарита повернулась лицом к Денису, спиной к распахнутому окну, и улыбнулась. – Об этом я и думала. А я, кажется, самая отстойная в мире крестная.

– Не надо так, твои бумажки помогли мне усыпить ребенка лучше любой детской книжки.

Маргарита посмеялась, повернулась к окну и похлопала ладонью по подоконнику рядом с собой. Денис подошел к ней, но приобнимать за плечи не стал, хотя и видел, как ей холодно.

– Гош, я же не дурак, я все понимаю. Я знаю, почему ты меня сторонишься. Не надо, ничего не было.

– В смысле? – Маргарита сделала вид, что ничего не понимает, и выпустила облачко ягодного пара. Думала, на конфискованной у сестры одноразке баловство закончится и она бросит отравлять свой организм никотином, но лишь подсела на другой вид саморазрушения.

– В прямом. В ту ночь, когда я довез тебя пьяную до дома, между нами ничего не было.

Маргарита повернула голову и посмотрела на Дениса. Хотелось бы ей поверить в это, но она пока что не могла. Одних слов было недостаточно.

– Допустим… – Она посмотрела вниз и заметила, как на хорошо освещенную парковку въезжает знакомая машина. – Что-то наши театралы рановато вернулись. – Маргарита посмотрела на часы. – Пойдем их встречать, что ли. – Она закрыла окно и вышла с балкона.

В прихожей знаком попросила Рому с Линой быть потише, потому что Сеня уже спит, и все вчетвером пошли немного посидеть на кухне.

Пока пили чай, Рома с Линой рассказывали про постановку. Вернее, про то, насколько она им не понравилась уже с первого акта. Они решили дать ей еще один шанс, но и после второго ситуация не изменилась, поэтому ушли. Радовало только, что они хотя бы деньги на это не тратили – билеты им кто-то подарил.

Маргарита еще раз взглянула на часы, увидела, что засиделась, и засобиралась домой. Ей завтра еще как-то пару вести. Она так и не поняла, кому перешла дорогу, чтобы ей поставили одну из них в восемь утра в субботу.

– Тебя подвезти? – спросил Денис, стоило ей выйти из-за стола.

– Не нужно, я прогуляюсь, мозги проветрю. Тут не так уж и далеко, – аккуратно отказалась Маргарита.

Даже если между ними ничего и не было, не нужно давать новых поводов для сближения. Чем больше дистанция между ними, тем спокойнее. Тем быстрее они друг друга смогут снова забыть, хотя на самом деле оба всегда помнили. Она уже давно, когда узнала обо всем, что натворил ее бывший жених, поставила крест на своей счастливой жизни в отношениях с мужчинами. Хотя и понимала, что не все такие моральные уроды, как Генри, все же не могла найти в себе силы дать кому-то еще один шанс. Даже Денису.

– Одна ночью? Давай я тебя провожу хотя бы, – не унимался он. Если Маргарита сейчас пойдет одна и с ней что-то случится, он никогда себе этого не простит.

– У меня шокер в сумке, показать? – тут же соврала она.

Пока Денис придумывал новую причину, почему ей не стоит идти по темноте одной, помощь ему пришла откуда не ждали – раздались раскаты грома, и в окно забарабанили первые капли дождя.

– Хорошо, поехали, – сдалась Маргарита. Зонта с собой у нее не было, забыла переложить в новую сумочку, пока собиралась с утра на работу. Да и, если верить прогнозу, никаких гроз не намечалось.

Они быстро собрались, распрощались с Линой и Ромой и вышли из квартиры. Уже в машине Маргарита вернулась к начатому, но так и не завершенному разговору.

– Ты говоришь, мы не спали, – осторожно начала она. Денис сдержанно кивнул. – Так что же тогда было?

– А ты совсем ничего не помнишь, что ли?

– Последнее – как я закрыла дверь.

– О-о-о-о… – протянул Денис. – Ты точно уверена, что хочешь это знать? Может, оно тебе и не надо?

– А ты можешь меня не пугать и просто все рассказать?

– Хорошо. Ты затащила меня в квартиру и полезла целоваться. – Маргарита прикрыла лицо рукой от стыда. Денис посмеялся и продолжил: – Потом попыталась затащить меня в спальню, но я за тобой не пошел. Так что ты с возгласом «Смотри, что покажу!» прямо в прихожей скинула с себя платье. Не понимаю, как ты сама его умудрилась расстегнуть в таком-то состоянии. Потом кинула в меня лифчик и осталась в одних счастливых трусах и пирсинге…

– Какой стыд. – Теперь Маргарита сидела, полностью спрятав лицо в ладонях. Лучше бы они и правда переспали, чем этот жутко неловкий пьяный стриптиз. Такое он, даже если и захочет, теперь никогда не развидит и не забудет.

– Да нет, очень даже симпатично. Не думал даже, что ты осмелишься на такое. С виду ты такая серьезная тетя Гоша, а внутри…

– Стоп! – Слушать и дальше про свои проколотые за компанию вместе с младшей сестрой соски было выше ее сил.

– Как скажешь, моя королева. – Денис резко затормозил. Если бы дорога не была пустой, в них бы точно кто-нибудь сзади врезался.

– Не буквально же! – Маргарита убрала руки от лица и посмеялась.

Денис посмотрел на нее и улыбнулся. Ему удалось разрядить обстановку и чуть снизить градус неловкости этого разговора.

– Продолжать?

Маргарита кивнула, и машина тронулась с места.

– Я так понимаю, на этом ночь не закончилась?

– Правильно понимаешь.

– Хорошо… – задумчиво протянула она, хотя ничего хорошего не видела. – А ты?

– А я с пьяными девушками как в музее: смотреть, но руками не трогать. Хотя, признаюсь тебе честно, тебе не нужно раздеваться, чтобы свести меня с ума.

– Возьму на заметку, больше никакого пьяного стриптиза, – посмеялась она. Стыд ушел, теперь ей казалось, что Денис рассказывает не о ней, а о какой-то другой Маргарите.

Тот выждал паузу и продолжил.

– Я никак не отреагировал, ты обиделась и ушла в спальню. Ну как, ты попыталась, но я решил, что проще тебя отнести.

– То есть… ты меня все же трогал руками?

– Это была вынужденная мера. Я отнес тебя в постель и хотел уже уйти, но ты попросила меня немного побыть с тобой. Сказала, где найти запасной ключ, и очень быстро уснула. Кстати, да. – Денис остановился на светофоре, залез в бардачок, достал оттуда что-то и вложил это в руку Маргарите. – Возвращаю.

– У тебя мой ключ?! – чуть запоздало отреагировала она.

– Больше нет. – Денис убрал руку.

Загорелся зеленый, и они вновь тронулись.

– М-да уж…

– Кажется, кому-то нужно меньше пить.

– Кто бы говорил, – посмеялась Маргарита, – я хотя бы даже пьяная не залезаю на электросамокат.

– Я промолчу, куда ты пыталась залезть вместо самоката.

– Денис!

– Молчу! Кстати, мы приехали, будешь выходить? Или тебя еще по городу покатать?

– Выхожу, но в качестве извинений за причиненные неудобства приглашаю тебя с собой на ужин. Я как раз мясо на стейки купила, и мне одной столько не съесть.

– Да какие неудобства, в основном приятности, я и правда будто в музее побывал… интерактивном!

Маргарита закатила глаза, прежде чем ответить:

– Так что? Обещаю, приставать больше не буду.

– А жаль. – Денис заглушил мотор. – Подожди, не выходи, я зонтик из багажника достану и открою тебе.

Маргарита посмотрела на Дениса и поняла, что очередной ее план держать дистанцию полетел ко всем чертям собачьим.

Глава 5. Ураган Регина

Если хочешь, чтоб я был лишь другом,

Лучше сразу меня прикончи.

XOLIDAYBOY – Я не буду твоим другом

Маргарита плеснула себе в стакан с апельсиновым соком водки и села за стол напротив Дениса. Хотела сделать «Кровавую Мэри», но Малышарик, пока она жарила мясо, раньше нее добрался до томатного сока и вылил его остатки себе в стакан.

– А может, все же не надо? – осторожно спросил Денис. Он прекрасно понимал, чем все это может закончиться. Еще один месяц без Маргариты, потому что она сначала перебрала, а потом ни с чего решила, что они переспали, он точно не вынесет.

– Все в порядке, я один, – чуть виновато улыбнулась Маргарита, не привыкшая оправдывать свое поведение перед другими. Тем более она никогда и не думала, что ее привычки, в том числе и вредные, могут показаться кому-то дикостью.

Но тем не менее она оправдывалась, причем в первую очередь перед самой собой. Ей это нужно, для храбрости, ведь разговор им предстоит не из приятных. Подобный уже был когда-то между ними, и после него она быстро собрала свои вещи и улетела в Лондон.

Тогда инициатором был Денис. В какой-то момент просто секс без обязательств перестал устраивать его. Он предложил ей перейти на другой уровень, стать парой. Настоящей, а не той, что встречается по вечерам и разбегается, даже не дождавшись утра. Совместные завтраки, поездки, планы на жизнь.

Она же в ответ предложила разойтись, будто бы между ними ничего и не было. Потому что не могла дать ему ничего из того, что он хотел. Максимум – истосковавшееся по мужской ласке тело с почти атрофированными чувствами, сломленной душой и разбитым сердцем, куда проникнуть еще сложнее, чем в личные покои королевы Англии. Боялась привязаться к кому-то настолько сильно, что придется потом с мясом вырывать человека из себя. Боялась стать зависимой от отношений. А потом и уязвимой и слабой, когда эти отношения закончатся. О том, что абсолютно все в этой жизни рано или поздно подходит к концу, она помнила всегда.

Что тогда, что сейчас перед ней сидел влюбленный мальчишка. А она не была до конца уверена, что сможет дать ему те любовь и заботу, которые он заслуживает.

Ему нужна нормальная девушка. Нормальная. А не с таким количеством поломок, что ремонту уже не подлежит. Проще забыть и найти другую. Ну как же он этого не понимает?!

Маргарита долго сидела и молча смотрела в свою тарелку. Аппетита не было. Слов тоже. Да и что она скажет: «Дело не в тебе, а во мне, давай просто дружить?» Это же смешно! Могла бы и речь какую-нибудь подготовить за то время, что жарилось мясо.

Ее не покидало ощущение, что год назад они не договорили. Ее внезапный поспешный отъезд вдруг оказался не точкой, а многоточием перед началом новой истории. И на этот раз инициативу, чтобы начать разговор, должна проявить именно она.

Маргарита сделала большой глоток из своего стакана, посмотрела на Дениса, который тоже так и не притронулся к мясу, и заговорила:

– Еще раз прости за… за все, что я устроила.

– Еще раз говорю, что все в порядке.

– Ты же понимаешь, что как раньше между нами уже не будет? – наотмашь рубанула она, чтобы снова разделаться с узлом, который уже невозможно распутать.

Лучше так, чем часами ходить вокруг да около. Если они не могут держать приличную дистанцию, то хотя бы прочертят границу, через которую нельзя переступать. Даже если эта граница будет трехметровой стеной, через которую напрочь не видно друг друга.

– А что было раньше?

Перед мысленным взором Маргариты тут же пронеслось несколько слов:

Недоразумение…

Ошибка…

Глупость…

Но ни одно из них не было правильным. Да и к тому же любой из ее вариантов сильно бы ранил чувства Дениса. Хотя, пожалуй, ей как раз таки и нужно было выставить себя сейчас самой мерзкой дрянью, чтобы раз и навсегда оттолкнуть его. Но Маргарита почему-то не могла поступить так. Не с ним.

– Маленькая слабость, которой поддались оба? – пришел ей на помощь Денис.

Маргарита вновь сделала большой глоток, хотя смелости ей это не прибавило, и кивнула.

Они оба были сломлены и одиноки. Тогда это казалось хорошей идей. Но, как показали время и новые их встречи, никогда таковой не являлось. Если уж разбегаться, то окончательно, не оставляя места для всяких «а что, если…».

– Маленькая слабость… – медленно и вдумчиво повторила она.

Слов, которые она хотела бы ему сказать, было куда больше, чем тех, что она произнесла вслух.

Им обоим нужно отпустить прошлое, похоронить обломки чувств, что у них остались друг к другу, и двигаться дальше. И желательно больше никогда-никогда не видеться.

Он должен понять, что у них ничего не выйдет, не пытаться ее починить и найти себе другую. А она должна помочь ему в этом. По крайней мере, с первой частью.

– Но даже ее мы теперь не можем себе позволить, – прервала тишину она.

– Ты слишком категорична.

Маргарита рассмеялась, и каждый отзвук ее смеха полоснул ножом по сердцу Дениса. Назвать ее категоричной – все равно что сказать «ты рыжая» или «у тебя веснушки».

– Я всегда такой была.

– Но мне и не нужно как раньше, Гош.

– Я бы хотела, чтобы мой ответ изменился. Но люди не меняются по щелчку пальцев. Мне же не хватило даже этого года.

– Давай просто общаться. Только, пожалуйста… не бегай больше от меня.

Кто-то должен был предложить компромисс, и Денис не считал слабостью пойти первым на этот шаг. Но что нужно сделать, чтобы вторая сторона его приняла, он не знал.

– Просто общаться? – Маргарита сделала еще один глоток, не понимая, куда завернул их разговор. Еще мгновение назад казалось, что ей вновь делают то же предложение, от которого она уже отказалась год назад. – Типа как друзья?

– Да, – подписал сам себе смертный приговор Денис.

Он прекрасно понимал, что будет очень тяжело дружить с той, кто уже давно прочно поселилась во всех его мыслях. Помнил каждое ее слово, которое она ему сказала, прежде чем исчезнуть, и был не согласен с каждым из них.

Ему не нужен был кто-то другой, ему была нужна она. Со всеми ее тараканами и проблемами. Он хотел быть рядом с ней. Что тогда, что сейчас. Для начала как друг. А потом… он не хотел загадывать, куда их приведет эта небольшая сделка. Боялся, что одна мысль о чем-то большем может повлиять на ответ Маргариты и качнуть чашу весов не в ту сторону.

– Хорошо, давай попробуем, – после небольших раздумий согласилась она, – но имей в виду, я не очень-то и верю в дружбу между мужчиной и женщиной.

«И тем более в дружбу между нами», – мысленно закончила она.

«Я тоже», – подумал Денис, но вслух ответил иначе:

– Но ты же дружишь с моим братом.

– Поверь, это другое. Я уверена, Лина его приворожила, и если он посмотрит хоть на одну девушку, то его сразу удар хватит.

У нее получилось развеселить Дениса. Но он считал, что если кто тут кого и приворожил, то эта рыжеволосая ведьма его самого. Пусть и не намеренно.

– Предлагаю выпить. – Она подняла свой стакан.

– За любовь?

– За дружбу. Причем без привилегий, секса, поцелуев и всего такого. – Маргарита все же попыталась очертить хоть какое-то подобие границ.

– Объятия и разговоры по душам можно?

– Исключительно дружеские.

– Пойдет.

Они чокнулись. Точно чокнулись. И не только своими стаканами. Если они и совершали раньше необдуманные поступки, то эта дружба определенно стала самым безумным и бездумным из них. Но, может, безумие – это не самый плохой вариант из тех, что им остались?

– Может, тогда…

Просьбу разблокировать его во всех соцсетях Денис не успел озвучить, потому что их теперь уже точно дружескую идиллию нарушил звук домофона.

Маргарита тяжело вздохнула и убежала открывать дверь, надеясь, что это не кто-то из ее двух студентов-прилипал, проследивших за ней и узнавших, где она живет.

– Твою ж мою мать, – выругалась она, посмотрев в экранчик домофона.

– Что случилось? Приехал твой мужчина и мне теперь нужно прыгать с окна? – Денису не захотелось ждать одному на кухне, и он последовал за Маргаритой в прихожую.

– Хуже – Регина со своей чихуяхуей. И судя по всему, – она снова вгляделась в экранчик и различила небольшой чемодан рядом со своей сестрой, – она поругалась со своим мужем, собрала манатки и поехала куда глаза глядят. Так что, если хочешь, можешь перелезть через балкон к соседям или спрятаться в шкафу.

– Уже мужем?

Маргарита кивнула.

– Был boyfriend, стал husband. Причем ниче такой, не то сын, не то племянник ее этого, как его… – нужное слово на русском снова выскользнуло из головы, – вспомнила, декана. – На последнем слове она нажала кнопку домофона. – А ты не в курсе, что ли?

– Знаешь, ты никогда особо ничего и не рассказывала о своей семье.

– Значит, исправляюсь. – У нее была всего пара минут, пока Регина доедет на лифте до десятого этажа и потом дотопает до двери, так что заговорила быстрее: – Они в июле поженились. У нас же двоюродный брат уже год как женился на ее одногруппнице, и после их свадьбы Регина начала выносить мозг своему бедолаге, что тоже хочет. Не знаю даже, как я в живых осталась после того, как на свадьбе нашего братца букет невесты поймала. Зимой Юрец вывез Регину куда-то в горы на лыжах кататься и сделал там предложение, хотя, как по мне, лучше бы ее там оставил насовсем. Как-то так. Главное, чтобы эти два Смешарика сейчас Малышарика себе не заделали, хотя… – Она вдруг вспомнила, что ее сестре уже давно не шестнадцать и в теории она уже серьезный и взрослый человек, который может самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Но это только в теории… а на практике ей сейчас предстояло узнать, что же случилось на этот раз. – Пусть делают что хотят.

«Мне бы сначала со своей жизнью разобраться, а потом уже лезть в чужие», – мысленно закончила свой мини-монолог Маргарита.

– Почему это они Смешарики, а я Малышарик? – поинтересовался Денис. Насколько он помнил, Регина была на год или два младше, чем он.

– Потому что из вас троих с электросамоката навернулся только ты.

– Справедливо, – принял свое поражение он.

К удивлению Маргариты, рассказать Денису о причудах своей временами сумасшедшей семейки оказалось так легко и просто, как будто он сам уже давно был ее частью. И что самое главное, он не стал задавать ей нетактичные и неуместные вопросы: каково ей, когда ее младшая сестра уже вышла замуж, а она еще нет.

В дверь настойчиво постучали, Маргарита открыла, и на пороге тут же показалась зареванная Регина с маленькой дрожащей собачкой на руках. Она с грохотом закатила чемодан в квартиру, захлопнула дверь, сунула сестре собаку в руки и, не замечая ничего вокруг, заплакала.

– Гоша-а-а… это точно коне-е-ец!.. Все-е-е!.. – Регина утерла слезы, шмыгнула носом, начала раздеваться и добавила немного спокойнее: – Мне нужна будет твоя помощь с судом и разделом совместно нажитого имущества. И вообще, жалею теперь, что мы договор не составили.

– Какого имущества? Какой договор? – Маргарита держала собаку на вытянутых руках и ждала, когда можно будет вернуть это дрожащее недоразумение законной хозяйке.

– Совместно нажитого. – Все еще шмыгающая носом Регина забрала собаку. – А договор брачный.

– И что ты делить собралась? У вас же из нажитого только конспекты к парам.

– Вот их и будем делить!

– Интересненько… – напомнил о своем присутствии Денис.

– И тебе привет, Малышарик. – В отличие от него, Регина, казалось, была совершенно не удивлена встречей. – И не надо на меня так смотреть. Я тебе это прозвище и придумала. Эта дурында, – Регина кивком указала на Маргариту, – уже слишком стара для юмора. А что с лицом? Это она тебя так?

– Нет, это памятка, к чему приводит катание на электросамокатах в нетрезвом виде.

– Поняла.

– То есть ты еще пьяный был?! – почти одновременно ответили Регина и Маргарита.

– Ну так… не сильнее, чем ты, когда…

– Все-все, поняла-поняла! – перебила его Маргарита, чтобы не давать сестре лишних поводов для подколов и шуточек.

Регине тут же стало интересно узнать, что же там от нее скрывают, но по одному взгляду Гоши поняла, что не время для расспросов. Так что вместо этого обратилась к Денису и сунула ему в руки собаку. Тот от неожиданности чуть не выронил животное.

– Кстати, знакомься, это Бусинка.

– Хуюсинка, – буркнула себе под нос Маргарита; Денис это услышал и посмеялся.

– Мне кажется, она все еще умеет шутить, – бросился на защиту Гоши он.

– Исковеркать кличку моей собаки – это не юмор! – Регина принюхалась и пошла на запах. – Это что у вас там? – Следующие ее слова раздались уже из кухни: – Стейки?! Гоша-а-а, а есть еще? Или какая из тарелок твоя? Я доем! – Последнее даже не было вопросом.

– Вот же паразитка… – не удержалась все еще стоящая в прихожей Маргарита.

Они с Денисом переглянулись. Не нужны были слова, чтобы понять, что оба не очень рады этому урагану по имени Регина.

– Малышарик, поздравляю, тебя только что повысили до Смешарика. На этот раз официально, окончательно и бесповоротно. У этой мозгов еще меньше, чем у тебя.

– Даже не знаю, обрадоваться или обидеться… – Денис все еще пребывал в состоянии крайней растерянности. Каких-то несколько минут назад они были близки к дружескому разговору по душам, а теперь… – Кажется, мне пора?

– Нет-нет-нет! Я одна это не переживу. Пожалуйста, побудь со мной еще немного! – Маргарита вцепилась ему в предплечье, боясь, что он прямо сейчас сбежит, хотя уходить по-английски всегда было ее стилем.

Она так жалобно и растерянно взглянула на него, что Денис посчитал бы себя самым последним гадом, если бы отказал ей. Тем более когда сам так отчаянно не хотел никуда от нее уходить.

– Как скажешь.

Маргарита тут же изменилась в лице и коварно улыбнулась. Он просто еще не знал, на что подписывается. Ей же, к сожалению, приходилось время от времени становиться зрительницей подобных сцен.

– А Бусинку куда?

– Да оставь за дверью. Если ей мозгов хватит, сбежит и не вернется. – Она поймала на себе строгий взгляд. – А тебя предупреждали, что я плохо шучу. Просто поставь ее, лапы вроде чистые. Кажется, Регина все время несла ее на руках.

Глава 6. Слабость

Я так устал скрывать догадки.

Ты обнимай меня сильней.

А с прошлым мы сыграем в прятки.

И ночь становится томней.

Прекрасно – Догадки

Регина уже достала из-под стола табуретку и уселась на нее, подтянув одну ногу коленом к груди. Она была практически уверена, что своим приходом помешала романтическому свиданию, но угрызений совести по этому поводу совсем не испытывала. В конце концов, у нее сейчас такое горе! Почти с мужем развелась!

– Ну наконец-то! – ухмыльнулась нарушительница царившей здесь еще каких-то несколько минут назад идиллии. – И какой из стейков я могу съесть?

Маргарита с Денисом сели к ней за стол. Бусинка, которая не отходила от них ни на шаг, улеглась под одним из стульев.

– Тебя что, муж голодом морил? – Маргарита подвинула свою тарелку и приборы к сестре.

– Нет, но я проголодалась, пока добиралась сюда. – Регина взяла вилку с ножом и принялась резать стейк. – Я еще пешком с Бусинкой под мышкой под дождем до остановки шла, чтоб этот абьюзер видел, до чего меня довел. И только потом вызвала такси. А есть кетчуп?

– Фу, – скривилась Маргарита, – ешь так, извращенка. И не выделывайся, а то отберу.

– Фсе-фсе, – ответила Регина с набитым ртом, а потом, как дожевала, взяла стакан Маргариты и принюхалась. – А это что тут?

– Куда-а-а мы лезем? – Маргарита одной рукой со скоростью света выхватила у младшей сестры стакан, а второй отвесила ей подзатыльник. А потом в один глоток осушила содержимое.

– К твоему сведенью, я уже совершенно…

– К твоему сведенью, ты ведешь себя как маленький ребенок! – резко перебила ее Маргарита, отходя к холодильнику, чтобы плеснуть себе еще. Да, она обещала Денису, что этот будет единственным, но тогда она еще не знала, что придется выслушивать рассказ Регины об их очередной ссоре с Юрой.

Денис при виде этого зрелища не смог удержать смешок. Кажется, Маргарита и без него отлично справляется с младшей сестрой.

– Малышарик, а ты что смеешься? Не видишь, что она домашний тиран? Беги, пока не поздно!.. – огрызнулась на него Регина, а потом спрятала лицо в ладонях и всхлипнула: – Меня никто не любит… и окружают одни изверги…

– Может… все же расскажешь, что случилось? – Денис погладил ее по плечу и попытался вернуть разговор хоть в какое-то русло.

– Да, может, расскажешь, что у тебя случилось на этот раз? – проявила максимум заинтересованности, который только смогла из себя выдавить, Маргарита, закидывая в стакан пару кубиков льда. – Смешарик, будешь? – бросила она уже Денису, совершенно позабыв из-за внезапного появления сестры, что он за рулем. Не оставлять же друга в беде. Предстоящее им нытье Регины на трезвую голову точно не вынести.

– Я буду, – вместо него отозвалась нарушительница спокойствия.

– Прости, но соплячкам не наливаю. – Маргарита вернулась за стол. – Давай, little stincler, рассказывай, что там у вас стряслось.

Регина шмыгнула носом и заговорила:

– Я сказала, что хочу смайл, а он сказал, что это хуйня полная.

– Что, прям так и сказал? – изогнула бровь Маргарита. Она ни разу не слышала, чтоб Юра хоть как-то выражался, хотя, казалось бы, рядом с Региной и принцесса Диана начала бы материться.

– Ну не прям так, но смысл тот же…

Регина продолжила есть стейк, а Маргарита и Денис уставились на нее, ожидая хоть какого-то продолжения, но рассказывать дальше она не спешила.

– И все? Ты решила развестись из-за какого-то… А что вообще это? – спросила Маргарита тоном «ну ты и дурочка».

– Это пирсинг такой, под верхней губой, – пояснил Денис, наблюдая, как Регина берет его стакан с томатным соком и допивает его.

Маргарита вдохнула поглубже. Хотелось заорать благим матом на выдохе, но вместо этого она лишь сладко улыбнулась и ответила обманчиво спокойным тоном:

– То есть все из-за какого-то пирсинга? – Она явно чувствовала, как у нее начинает дергаться глаз. Еще немного, и вместе с ним дернется рука, чтобы «случайно» прикончить эту засранку.

– Нет, ты не понимаешь, – затараторила Регина. – Это же совсем не про пирсинг. Это про отношение! Денис. – перевела она на него полный мольбы взгляд. Настолько хотела заручиться его поддержкой, что вместо прозвища обратилась по имени. – Вот если бы Гоша захотела себе смайл сделать, ты бы как отреагировал?

Маргарита хотела уже возразить, что это вообще-то другое, она все неправильно поняла и никакого воссоединения бывших любовников (Регина была в курсе тех непонятных отношений между этими двумя) здесь не было, как Денис, ничуть не смутившись подобным вопросом, ответил:

– Маргарита взрослый человек, который вправе сам распоряжаться своим телом. И если она захочет что-нибудь еще себе проколоть, это ее дело. Но мне, если честно, не очень нравится смайл. Есть пирсинги куда интереснее, раз на то пошло… – На последних словах он посмотрел на Маргариту и не смог сдержать улыбки от картинки, тут же возникшей перед мысленным взором. Пусть она тогда и была пьяна, но это не помешало ему вдоволь налюбоваться. Ее грудь была прекрасна и с пирсингом, и без.

«Я тебя прикончу», – прошептала одними губами Маргарита.

– Вот видишь, – обратилась Регина к сестре, – поддержка!

– Все равно разводиться только из-за того, что Юра не поддержал твою идею сделать пирсинг, настоящий долб… настоящая глупость.

Маргарита понимала, что, возможно, ей следует поддержать свою сестру, подставить плечо, чтобы она могла поплакаться, поддакнуть, какой же ее муж козлина, но и на этот раз (как и во все предыдущие) была на стороне Юры.

– Но не только из-за этого! – возразила Регина и, сделав глубокий вдох, разразилась гневной тирадой: – Это давно уже копится. Он никогда не ставит новый рулон туалетной бумаги, когда старый закончился. Значит, ему плевать на меня. Недавно он съел мои кислые мармеладки! А это уже про уважение личных границ.

– Если тут кто-то и не уважает личные границы, то точно не он, – съязвила Маргарита и отошла к холодильнику, чтобы еще раз обновить себе коктейль.

Регина проигнорировала замечание сестры и продолжила перечислять косяки своего муженька.

Но возвращаться к столу Маргарита не спешила. Стоя спиной к Денису и Регине, она взяла свой оставленный еще в начале вечера рядом с плитой телефон и под возмущенный бубнеж Регины набрала сообщение.

Маргарита:

Не переживай, твои красавицы у меня.

Маргарита:

Я про Регину и Бусинку, если что.

Юра:

Я понял, спасибо.

Юра:

Но я и не переживал, у нее на телефоне в приложении такси мой аккаунт «Яндекса», так что я знал, где она. Хотел тебе написать через часок, чтобы забрать ее, как успокоится.

Маргарита:

Погоди пока, тут жалобы в самом разгаре. Но я тебе напишу, как подходить к ней станет безопасно.

Юра:

Ок, жду тогда.

Маргарита:

Надеюсь, она со мной не на все выходные…

Она убрала телефон в карман и вернулась за стол к оживленному обсуждению, в котором, честности ради, участвовала только Регина.

– А когда моя очередь выбирать фильм на вечер, он тут же засыпает под него! Он не разделяет мои интересы! Совсем! Даже пяти минут не проходит, как он уже храпит мне на ухо и смотреть мешает!

Маргарита слушала сестру и лишний раз убеждалась в том, что не создана ни для отношений, ни тем более для замужества и ведения совместного быта. Когда-то у нее даже был жених, с которым они постоянно ругались по надуманным и не очень причинам, но чаще всего из-за его ревности, а потом… об этом даже вспоминать не хотелось.

Если вся любовь такая, с вечными ссорами по пустякам в начале и такой душевной болью, будто бы все кости раздробило катком, в конце, то она больше не собирается ни в кого влюбляться. Никогда. Ни за что.

Маргарита не сразу поняла, что сестра ждет ответ от нее, и судорожно начала вспоминать, на чем же они остановились:

– А не ты ли мне говорила, что он, помимо учебы в меде, теперь еще и работать начал?

– Да, я. А при чем тут это?

– Может… чисто гипотетически, он устает? И засыпает не потому, что ему плевать на тебя и твои интересы, а потому что он, ну не знаю… устал? – Маргарита попыталась достучаться до здравого смысла сестры, похороненного где-то под горой коротких роликов диванных психологов и экспертов по отношениям из интернета.

– Ой… а об этом я не подумала… Ладно, тут я не права, но! Когда мы съехались, начался настоящий ад!

– Ну-ну. – Маргарита закатила глаза.

– Ты же знаешь, ему не очень нравится, что я курю. Говорит, вредно и лучше бы я сигареты курила, а не эти свои. Сначала мне этим «Евали», простите, все мозги отъебали. – По реакции Регина поняла, что ни Денис, ни Маргарита не знают, что это, пришлось пояснить: – Ну болезнь вейперов. Сокращение такое electronic cigarette что-то там дальше, не помню. Потом он начал прятать одноразки мои. А потом!.. – Она выдержала драматичную паузу. – Он как-то откачал из моих одноразок всю жижу и закачал вместо нее нашатырь! Вот вы когда-нибудь курили нашатырь?! А я да! Вонища была ужасная!

– Не думаю, что хуже, чем от айкоса, – посмеялся Денис.

– Тебе смешно, а я из-за такого квартиру еле проветрила!

– Он просто заботится о тебе и твоем здоровье, потому что любит тебя. – Денис снова придумал первым, что ответить.

– Ага, поэтому подлил мне нашатырь, чтобы мне легкие окончательно сожгло?!

– Не думаю, что от него вреда больше, чем от одноразок, – ответила Маргарита. – Я уверена, что, прежде чем проводить эксперименты на тебе, он все внимательно изучил и просчитал все риски.

– Ладно… вы, должно быть, правы, – наконец признала Регина. Юра уже не казался ей таким абьюзером. – Но почему он мне так и не позвонил и не написал? Он что, меня не любит?

– Регина! – в один голос воскликнули Маргарита с Денисом и рассмеялись.

– Ладно-ладно! – повторила Регина чуть веселее. – Нельзя чуточку драматичной побыть, что ли? Все, я больше не разведенка, можете меня поздравить. – Она прищурилась, а потом выдала такое, из-за чего оба ее собеседника тут же упали бы, если бы не сидели за столом: – Малышарик, а почему твоя дама пьет уже третью «Отвертку» за вечер, а ты ее не останавливаешь? Совсем не любишь ее и тебе плевать на ее здоровье, что ли?

Денис, не успела Регина толком закончить вопрос, забрал из рук Маргариты стакан (она от неожиданности даже не стала сопротивляться) и в пару глотков избавился от его содержимого. Маргарита даже не успела ничего возразить. Ни что она не чья-то там дама, ни что она вообще-то сама может решить, сколько и чего ей пить.

– Но ты же за рулем… – только и смогла выдавить она.

– Больше нет, – пожал плечами Денис и поставил стакан на стол. Он ни о чем не жалел. Во-первых, Маргарита уже давно превысила обещанный лимит выпитого. А во-вторых, вдруг после такого получится задержаться здесь до утра?

– Так держать! – улыбнулась Регина. – Женский алкоголизм не лечится.

– У меня нет никаких проблем с алкоголем! – процедила сквозь зубы Маргарита. На языке уже вертелась гадость в сторону сестры, но ей так и не дали сорваться.

– Гош… – мягко позвал ее Денис.

Одного звука своего ласкового прозвища из уст Дениса Маргарите хватило, чтобы охладить свой пыл.

– Раз уж мы все решили и никто больше не разводится, – улыбнулась она, на этот раз весело и ничуть не наигранно, – может, объяснишь, почему ко мне, а не к родителям?

– Во-первых, к тебе ближе, и если Юра станет меня искать, то начнет именно с них. А во-вторых, плакаться маме из-за жениха – твоя прерогатива.

Если начало ответа Маргарита слушала с легкой улыбкой на губах из-за того, что сестра даже не подозревает, насколько никудышный из нее конспиратор, то под конец пожалела, что вообще задала этот вопрос.

– Серьезно? – Денис так и не смог понять, что его поразило больше: что у Маргариты когда-то был жених или что эта настоящая железная леди плакалась из-за кого-то маме?

– Регина-а-а, – в голосе Маргариты засквозили стальные нотки, намекающие, что стоит прекратить развивать эту тему, – не говори того, чего не знаешь!

– А Гоша тебе не рассказывала, что почти была замужем и чем это закончилось?

– Видимо, мы недостаточно близко дружили, – с укором в сторону Маргариты ответил Денис.

– Эх, Малышарик, да что ты вообще о ней знаешь? – Вопрос был скорее риторическим.

«Видимо, ничего», – мысленно ответил на него Денис. Конечно, ему бы хотелось узнавать подобные подробности жизни Маргариты без посредника в лице ее сестры, но, раз других вариантов не было, он согласен и на это.

– Сейчас расскажу! – Регина потерла руки в предвкушении.

– Стой! Я сама! – остановила ее Маргарита.

Один человек сказал, что, если драка неизбежна, нужно бить первым. С Региной и ее желанием посплетничать работала та же схема. Маргариту совершенно не устраивало, что ее приперли к стенке и вынудили вспомнить о главе жизни, от которой хотелось бы сбежать и спрятаться где-нибудь в другой галактике. Только вот от себя и своего прошлого не убежишь.

Еще одна причина, почему Маргарита решила заговорить, – небольшой отблеск надежды.

Во-первых, Регина наконец-то узнает, что такое настоящие абьюз и насилие во всех его проявлениях. И может, после такого наконец-то прекратит клеветать на Юру и обвинять его в чем-то.

А во-вторых, возможно, если она посвятит Дениса во все темные эпизоды своей биографии, начав со своего незадавшегося замужества, он наконец-то поймет, почему и насколько она не подходит на роль его, да и чьей-либо девушки в принципе, и сможет ее отпустить и найти другую.

Она жалела только об одном: что не может намешать себе новую «Отвертку». Нет, у нее нет проблем с алкоголем. Если у нее и есть какие-то проблемы, то только из-за того, что земля продолжает носить старых и порождать новых моральных уродов. И что в одного из таких ей когда-то не повезло влюбиться.

Маргарита поняла, что на нее внимательно смотрят и ждут историю, но все же помедлила, подбирая слова, прежде чем заговорить:

– Да, я почти вышла замуж во время учебы. Мы повстречались пару лет. Сначала все было прекрасно, но потом… начались звоночки. Мы постоянно ругались по поводу и без. А после каждой ссоры он задаривал меня подарками, чтобы я поскорее отошла. Он то ревновал меня ко всем мужчинам на свете и требовал моего внимания, то целыми днями не разговаривал со мной, будто бы меня никогда и не существовало и не мне он клялся в любви до гроба еще вчера. Постоянно намекал, что мне надо бы похудеть. А если у нас не было секса пару дней, начинал угрожать, что найдет себе кого-нибудь на стороне. Я хотела от него уйти, но не могла. Я жила тогда в Лондоне и практически полностью зависела от него в финансовом плане. Моя учеба дорого обошлась родителям, а когда я переехала к нему, им не пришлось платить хотя бы за мое проживание. А он британец со своей квартирой, родители у него кто-то там. Я думала, продержусь до конца учебы, ведь оставался последний год, найду другую работу, с зарплатой побольше, и уйду от него. Кстати, что я работала, находясь в отношениях с ним, ему тоже не особо нравилось. А потом мы полетели вместе в Ирландию в языковую школу, присматривать за старшеклассниками. И это обострило все наши конфликты, потому что ему не нравилось, что я на работе, видите ли, работаю. – Маргарита издала нервный смешок. – Там, на одной из выездных экскурсий, он сделал мне предложение. А потом я узнала, что еще до этого… – В горле встал ком, она не смогла договорить.

– Он изменил ей с одной из их коллег, – закончила вместо нее младшая сестра.

Маргарита наконец-то проглотила этот ком.

– Нет, Регина. Это версия, которую я выдумала для расспросов, как же так вышло, что такая красивая пара вдруг рассталась. Он изнасиловал одну из школьниц. Трижды. И запугал ее так, что она боялась об этом кому-либо рассказать.

– Охренеть… – выдохнула Регина.

Денис молча взял Маргариту за руку. Слова тут были излишни. Их взгляды встретились, и Маргарита слегка улыбнулась ему.

– А потом, когда я приперла его к стенке… – Маргарита как наяву слышала все его мерзкие слова, которые все эти годы пыталась выкинуть из головы, – он обвинил меня в том, что это я во всем виновата. Якобы все это из-за того, что у нас давно ничего не было. Брехня полная. Мне кажется, недели даже не прошло. А про ту девочку сказал, что она сама была не против и проявляла к нему интерес. Но она была просто запуганным ребенком! – Гоша почувствовала, как в уголках глаз начали скапливаться слезы, и посмотрела куда-то наверх. Не увидела, а почувствовала, как Денис начал гладить большим пальцем тыльную сторону ее ладони.

Подробности той ссоры и проклятия, которыми она в тот день сыпала в сторону своего жениха, Маргарита решила опустить. Какая разница, кто что сказал, и сбылось ли, и имеет ли вообще к этому отношение семейная легенда про ведьм в роду, когда прошлого уже не вернуть. Факт остается фактом: она пожелала ему, чтобы у него отсох член и он сдох. Так оно и случилось. Скорее всего, совпадение и глупость, но Маргарита не могла сейчас не думать об этом.

Да, Денис впервые видел слабость этой железной леди, но еще никогда она не выглядела настолько сильной в его глазах. Он знал, что у нее было не самое легкое прошлое, но теперь, когда узнал подробности, решил для себя, что сделает все возможное, чтобы ее будущее было самым светлым, насколько это возможно.

– Так что, – продолжила Маргарита, когда поняла, что разрыдаться ей больше не грозит, – если ты, little stincler, еще раз скажешь, что Юра тебя не ценит, не любит, ни во что не ставит и вообще абьюзер, я тебя придушу. И меня оправдают. Да даже если и нет, то я сяду с улыбкой. Ты меня поняла?

– Да, Гош… прости… я не знала.

– Да не извиняйся. Никто не знал. Совсем никто.

– Его посадили? – задал вполне логичный вопрос Денис.

– Нет. Сдох он. Мучительной смертью. У него нашли очень агрессивную форму рака члена. – Маргарита еле сдерживала злую улыбку, рассказывая о его участи.

После таких подробностей разговор больше не клеился. Регина засобиралась домой и вышла в туалет. Маргарита взяла пустые тарелки (оба стейка съела Регина) и начала их мыть.

– Ты еще хочешь, чтобы я побыл с тобой? – Денис подошел к Маргарите.

– Я хочу, – она уже терла тарелку дольше, чем это было нужно, но никак не могла успокоиться, – чтобы поехал на такси вместе с Региной, довел до двери и потом написал мне, когда она будет дома. Я тебя не прогоняю, просто… темно, а я…

– Понимаю, переживаешь за нее.

– Да… – еле слышно выдохнула она. – Я, может, очень резко вела себя сегодня, но…

– Тебе не нужно оправдываться, я все понимаю.

Маргарита домыла тарелку и отложила губку. Повернулась к Денису. Он смотрел на нее точно так же, как и всегда. В его взгляде не было жалости, а она терпеть не могла, когда ее жалели, сразу чувствовала себя какой-то ущербной. В этот вечер она сняла свои доспехи, на мгновение показала себя слабой, но… рядом с ним не чувствовала себя уязвимой.

– Спасибо, – улыбнулась она и в каком-то непонятном для себя порыве нежности быстро чмокнула, почти клюнула Дениса в щеку.

Просто невинный жест признательности, ничего такого, убеждала она себя, но мысль, что дружить им будет не так уж и просто, все же закралась.

– За что?.. – Он еле подавил желание коснуться подушечками пальцев места, где только что были губы Маргариты.

– За помощь. Ты сегодня спас брак моей сестры и сейчас поедешь провожать ее.

– Может, ты меня еще и разблокируешь везде? Ну так, исключительно в знак благодарности.

– Ой…

Через полчаса на телефон Маргариты пришло сообщение.

Денис:

Регина и Бусинка в целости и сохранности добрались домой. Передал их из рук в руки.

Маргарита:

Спасибо. Ты еще зайдешь ко мне?

Денис:

Нет, я уже в пути к Роме и Лине. Машину заберу утром.

Маргарита:

Хорошо, напиши тогда, как доберешься до них.

Она потушила телефон, стараясь не думать, насколько расстроилась из-за такого ответа.

Глава 7. Не влезай – убьет

Люди не те, и город не тот за окнами,

Кофе горчит, табак отдает дерьмом.

Рубеж Веков – Выживи

Утро и правда было добрым. По крайней мере, до тех пор, пока Маргарита не вышла из квартиры и не ударилась ногой об одну из коробок, стоявших в подъезде. Кажется, ее сосед решил съехать и заодно забрать с собой все кирпичи из не несущих стен, потому что в коробке, судя по всему, были именно они.

Маргарита понимала, что сама виновата, стоило смотреть под ноги, а не в переписку с Малышариком, но это не помешало ей, прыгая на одной ноге, обматерить и коробку, и ее владельца заодно.

– Прошу прощения за неудобства, – вдруг раздался у нее за спиной низкий мужской голос.

Маргарита медленно обернулась. За несколько месяцев она не раз видела своего соседа, возвращающегося с велопрогулок, но вот так, лицом к лицу, столкнулась с ним впервые. Она быстро оценила габариты этого бородатого громилы и поняла, что уж точно не с ее комплекцией посылать его по всем достопримечательностям пешего эротического маршрута. А вдруг он псих неуравновешенный какой-то? Такой пришибет и не заметит.

– Ой! Вы простите! – пискнула она, неловко улыбнувшись.

Она толком не знала, за что извиняется. Да, она только что его послала, но… вдруг он ничего не слышал? Судя по выражению лица, все так и было, а она загнала себя в неловкое положение еще больше. В кой-то веки вышла так, чтобы не опоздать на пары, а теперь стоит, не понимая, как остаться в живых после этой встречи с гризли.

– Сильно ударились? – В голосе соседа не было ни агрессии, ни иронии, только беспокойство.

– У вас там кирпичи, что ли? – прищурилась Маргарита. Смелость вновь вернулась к ней. Пусть только попробует ее тронуть, она его так по судам затаскает, что он пожалеет, что вообще родился.

– Почти, там на дне гантели, – серьезно ответил он. – Так что давайте я вас отвезу в травмпункт, снимок сделаем. Мало ли, перелом.

– Спасибо, конечно. – Маргарита перенесла вес тела на ушибленную ногу, больновато, однако жить можно. – Но у меня нет времени. И если бы я сломала палец, то точно поняла бы это.

– Давайте я вас подвезу хотя бы. Моральная компенсация за причиненный ущерб как-никак.

– А давайте.

Сосед уже не так сильно пугал, да и к тому же, кажется, не слышал или не понял ее тираду, так что она не видела причин, почему бы и не согласиться.

В машине они разговорились. Кирилл, так звали соседа, оказался врачом. Он еще раз предложил заехать в травмпункт. Пообещал, что одно сообщение знакомому, и они пройдут быстро и без очереди. Но Маргарита вновь отказалась. Говорить о том, что боится врачей, а от больниц у нее не самые приятные воспоминания, не стала.

Вместо этого прикрылась работой, на которую уж никак нельзя опаздывать. Кто, если не она, подаст пример подрастающему поколению юристов? Кирилл кивнул: сам когда-то был преподавателем, только в медицинском, так что все понимает.

– Куда переезжаете? Если не секрет, конечно, – решила закрыть тему с врачами и больницами Маргарита.

– С женой вещи в Москву потихоньку перевозим. Она там учится теперь, а мне место предложили в НМИЦ онкологии.

Этот набор букв Маргарите ровным счетом ничего не говорил, но по виду, с которым Кирилл ей это сообщил, она поняла, что, должно быть, место очень крутое.

– Вау, поздравляю! – Она постаралась придать своему ответу побольше воодушевленности.

Они поболтали еще немного. Маргарита даже начала немного жалеть, что нормально познакомилась с соседом, только когда его квартира выставлена на продажу, а уже до конца года туда въедут новые жильцы.

Через несколько минут Кирилл остановился перед институтом.

– Спасибо, что подбросили. И удачи в Москве! – попрощалась Маргарита и, насколько позволяла больная нога, побежала на пары.

Не считая утра, день был непримечательным.

Маргарита все так же делала вид, что не замечает, как студенты доделывают домашку к паре прямо перед ее носом, слушала одни и те же ответы, сгенерированные, судя по всему, одной и той же нейросетью, и выходила «по делам» в преподавательскую. Последнее на этот раз меньше, чем обычно, потому что ушибленная нога давала о себе знать при ходьбе.

Единственное, что хоть как-то скрасило день Маргариты, – сообщения от Дениса.

Она и представить не могла, как изголодалась по обычному человеческому общению. Да, у нее были Лина с Региной, но с первой они уже давно разошлись в интересах и взглядах на жизнь и поддерживали общение скорее из-за привычки и в память о теплых моментах, которые их связывали. А вторая была ее младшей сестрой, а значит, маленькой засранкой и занозой в заднице в одном флаконе.

По крайней мере, она так пыталась объяснить себе, почему же не отлипает от телефона и проверяет, не пришло ли новое сообщение. И конечно же, не забывала лишний раз напомнить себе, что Малышарик всего лишь друг.

Когда Маргарита в конце дня доковыляла до преподавательской, чтобы наконец-то сменить лодочки на каблуке на более удобную обувь и уехать домой, то ахнула. Под полупрозрачным бежевым капроном темнел синяк. Она, конечно, подозревала, что встреча ее пальца с гантелью не пройдет бесследно, но не думала, что настолько. Теперь она сидела на диванчике и мысленно собиралась с силами, чтобы встать.

– Это как тебя угораздило? – Руслан, как и всегда, знал, когда эффектно появиться.

– О гантели ударилась, – честно, но все же опуская подробности, ответила Маргарита, попыталась пошевелить ногой и поморщилась. Ушибленный палец тут же отозвался болью.

– Не знал, что ты занимаешься.

– Качаюсь, чтобы силы были свергнуть патриархат. – Маргарита прикусила губу и сунула больную ногу в ботинок.

– Свержение патриархата дело, возможно, хорошее, но, может, тебя подвезти? Куда ты с такой ногой? И как ты только весь день на каблуках отбегала?

– Домой, – ответила только на один из вопросов она. – И я сама доберусь. Все нормально, честно. Просто небольшой ушиб.

– Тогда хотя бы лед приложи, как доберешься, – принял свое поражение Руслан.

Из института Маргарита вышла в прескверном расположении духа. Организм с достоинством перенес день на каблуках, но теперь мстил. Да и излишнее внимание Руслана ее отнюдь не радовало. Но, возможно, она себе это надумала и в его словах не было ничего, кроме дружеской заботы. Тем более нога и правда выглядела неважно, даже под колготками. Без них, Маргарита не сомневалась, картинка будет еще хуже. Как будто она начала превращаться не то в аватара, не то в Смурфетту. Сегодня палец, завтра – все тело.

Она доковыляла до точки, куда вызвала такси, и посмотрела на экран телефона. Еще минуту назад приложение писало, что водитель приедет через три минуты, но сейчас показывало целых восемь. Она сделала глубокий вдох и шумно выдохнула, пытаясь придумать, что же теперь должен сделать несчастный водитель, чтобы она не поставила ему единицу.

В момент, когда решила, что хуже уже не будет, начал накрапывать дождь. Зонта у нее не было, так что она поплотнее запахнула плащ, посмотрела на покрасневшие клены в парке на противоположной стороне дороги и начала представлять, будто бы она сейчас где-то в Лондоне, ждет свой кеб, чтобы поехать в свою маленькую, но уютную квартирку на окраине.

Она не сразу поняла, что кто-то держит над ней зонтик и ей больше ничего не капает на макушку.

«Денис?» – пронеслась в голове бредовая мысль, от которой на лице Маргариты появилась улыбка.

Она повернулась, и уголки губ тут же поползли вниз.

– Подвезти, красавица? – спросил один из ее студентов-прилипал.

– Румянцев, к вашему сведенью, я остаюсь вашим преподавателем и за стенами института.

– Простите, Маргарита Эдуардовна, но предложение еще актуально. Такая женщина, как вы, если и должна мокнуть, то точно не под дождем, а…

Вместо завершения фразы раздался звук пощечины.

Маргарита понимала, что стоило спустить все на тормозах, ограничиться словами и уж точно не бить своего студента, который не смог преуспеть ни в английском, ни в подкатах, но умение держать себя в руках никогда не было в числе ее сильных качеств. Тем более сам нарвался, у нее же на лице написано: «Не влезай – убьет».

– Так, значит? – спросил студент, потирая покрасневшую щеку; Маргарите Эдуардовне стоило отдать должное, рука у нее тяжелая.

– Да, и если вы продолжите поползновения в мою сторону, то запись, на которой слышно, как вы с Майоровым спорите, кто меня быстрее трахнет и сольет фотки с доказательствами всему потоку, попадет в деканат. – Она до последнего не хотела выкладывать все карты на стол, но решила, что спокойная жизнь ей дороже каких-то студенческих олимпиад или статей, которые эти двое могли бы ей написать.

Как раз в этот момент перед ними затормозило такси, приехавшее все-таки раньше, чем через восемь минут. Маргарита, стараясь не хромать, пошла к машине.

– Это же всего лишь шутка, – тут же нашелся что ответить студент.

– Вот как? – Маргарита открыла заднюю дверцу машины и обернулась. – И тотализатор, который вы устроили, тоже? Если так, то деканат будет на вашей стороне и вам не о чем переживать.

Она села в такси и хлопнула дверью немного сильнее, чем следовало бы. Вытянула ноги и застонала от боли. Рука тоже ныла. Если ей сейчас на голову упадет кирпич, она совсем не удивится.

Растирая руку, Маргарита думала, как хорошо было бы, если бы в этот момент рядом оказался Денис. И чтобы разобраться с прилипалой, и чтобы подвезти ее домой. И все это по-дружески, разумеется.

* * *

– То есть ты ударила своего студента?

Они с Ромой сидели во время обеденного перерыва у него в кабинете и пили кофе. Кому вообще нужна нормальная еда, когда есть кофеин и глюкоза? Маргарита настаивала плеснуть еще коньяка или ликера, но Рома, как самый настоящий зануда, отказался пить на работе.

– В свою защиту скажу, что он сам напросился. У меня был дерьмовый день, синяк ты и сам видел, но могу снова пока… – Маргарита поставила кружку и потянулась снять туфлю. Весь вчерашний вечер она провела, прикладывая лед к ноге, а наутро выпила обезболивающее, чтобы передвигаться чуть быстрее хромой черепахи на каблуках.

– Не надо, – остановил Рома, – вряд ли за минуту что-то там изменилось.

– Хорошо, – Маргарита обратно надела туфлю, – так еще и этот со своими подкатами.

– Интересные у тебя педагогические методы, однако. – Рома отпил кофе.

– А еще он меня назвал «женщина», – закончила свою линию защиты Маргарита.

– Ну тогда ты полностью оправдана, Гош, – посмеялся Рома.

– И вообще, что они мне сделают? Уволят? – Маргарита рассмеялась. – Да пожалуйста! Я уж точно не расстроюсь.

– Ты нет, а система образования потеряет такой ценный кадр! Если, конечно, тебе ногу раньше не отрежут, – подхватил ее смех он.

– Рома!

– Давай все же отвезу тебя к врачу после работы.

– Нет! – Маргарита отставила свою кружку в сторону, вскочила и, почти не хромая, дошла до двери. Медленно, но дошла. – Смотри! Бегаю как лань!

Она открыла дверь, выглянула в коридор, но тут же захлопнула ее и повернулась, бледная, с широко распахнутыми глазами.

– Рома… там… там…

– Призрака увидела, что ли? – Рома еще не успел до конца подстроиться под смену настроения Маргариты.

– Хуже… там… Нечаева!

– Илью?! – Теперь реакция Маргариты стала ему предельно понятна, но в его появление в их офисе верилось с трудом. Куда вероятнее было увидеть здесь призрака.

– Будь там этот урод, тебе бы уже пришлось разнимать драку. Там его мать. Зашла только что в кабинет к твоей.

– Обязательно надо было драмы нагонять? – тяжело вздохнул Рома.

– Прости, от Регины набралась.

– Это всегда у тебя было. Не думала поступить в театральное?

– В двадцать восемь? – Маргарита скрестила руки на груди.

– Ты там еще всем молодухам задашь, старушка! – усмехнулся Рома.

– Так! Котов! Думаешь, я не понимаю, что ты мне зубы заговариваешь?!

– Все-все! Молчу! – Он отставил кружку с кофе и поднял руки.

– Что она тут забыла?

– Знаешь, бывает в жизни такое, когда человеку нужен юрист…

Прежде чем ответить, Маргарита закатила глаза.

– Знаю, когда человек заходит не в ту дверь. Но, кажется, сейчас не тот случай. И почему к нам? Слушай, а давай подслушаем под дверью!

– Гош, ты ведешь себя как ребенок и к тому же предлагаешь мне нарушить принцип адвокатской тайны.

– А ты ведешь себя как зануда! Ладно, пойду я работать, – Маргарита взялась за ручку двери, – а то тут меня не ценят. – Мысленно сосчитала до трех.

– Ладно, Роуз Лесли, твоя взяла.

Она тут же просияла и заулыбалась, но, прежде чем повернуться к Роме, вернула себе серьезный вид.

– Они разводятся.

Маргарита приподняла бровь, ожидая продолжения, но его не последовало.

– С ума сойти. А подробности?

– Будут, но после того, как ты сходишь со мной и Линой на встречу выпускников.

– Это шантаж, – нахмурилась она.

– Ты забыла значение слова шантаж.

– Ладно, твоя взяла, схожу я с вами.

– И в травмпункт сегодня заедем, чтоб ногу твою посмотрели.

– Котов, не наглей, а? – хмыкнула Маргарита и вышла из кабинета.

Остаток рабочего дня у нее из головы не выходило появление Нечаевой. И Маргарита была практически уверена, что Рома уже знает куда больше, чем рассказал ей. В любом случае грядет новое громкое дело. Глоток воздуха, который она так ждала. И уже неважно, что ее интерес носит далеко не профессиональный характер.

Глава 8. Вопрос времени

Я все скучаю по той одной,

Что так красиво забирает мой покой.

Nard – Ей одной

Если Денису раньше изредка казалось, что за ним кто-то следит, то теперь он был полностью уверен в этом. И даже прекрасно знал своего преследователя. Один лишь вопрос оставался без ответа: зачем? Но Дениса не слишком заботили мотивы, так что он решил остановиться на чем-то среднем между вариантами «просто кто-то самая настоящая мазохистка» и «делать кому-то нечего».

Сейчас ему показалось, что в зале мелькнула очень знакомая женская фигура. Денис постарался сосредоточиться на тренировке, очистить голову от лишних мыслей, не оборачиваться и уж точно не думать о ней, потому что так и до паранойи недалеко. Но получалось очень и очень плохо.

За последний год Денис сменил несколько тренажерных залов в разных концах города, но она снова и снова, как бы случайно, находила его. В этот он успел сходить всего лишь дважды или трижды, и вот опять. Или, может, вернее сказать: снова? Такими темпами в Москве закончатся все тренажерки, и ему придется переезжать в другой город. Но, возможно, даже это не поможет избавиться от внимания прилипчивой бывшей девушки.

Уже закрадывалась мысль, что когда-то давно, когда они еще были вместе, она закинула в его машину жучок-маячок, GPS-трекер или что-то другое в духе шпионских фильмов и теперь всегда знала, где он находится и куда собирается поехать. Пару раз Денис даже осматривал свой автомобиль на предмет чего-то такого, так ничего и не нашел, но все равно не сомневался, что эта девушка могла подстроить нечто подобное.

Ее планы всегда отличались особыми коварством и жестокостью. Парню, с которым она была в отношениях до Дениса, она организовала самую настоящую травлю. Чуть ли не свела с ума (в буквальном смысле этого слова) и не довела до самоубийства. И все это исключительно из-за какой-то крайне глупой обиды и желания отомстить. Доведение человека до самоубийства не входило в ее замыслы, но любые планы имеют пренеприятное свойство выходить из-под контроля и приводить к негативным и в том числе трагическим последствиям.

Для Дениса самым отвратительным в той ситуации была собственная причастность ко всему.

Он был слепо влюблен в эту девушку и готов на все ради нее, при этом не задавая лишних вопросов, но потом прозрел. Еще немного, и, не окажись он в нужном месте в нужное время, все закончилось бы иначе. Куда более трагично. Он понимал, что подобный эпизод биографии его совершенно не красит, но не собирался как-то замалчивать его или забывать. Сделанного когда-то уже не изменить, но можно измениться самому. Становиться лучше день ото дня, а для этого нужно помнить каждую свою ошибку или неправильный выбор.

Сейчас же Денис надеялся, что его она преследует не из мести, а потому что хочет вернуть. Хотя он и не видел причин, по которым она могла бы направить свой гнев в его сторону, все равно опасался. Мотивы этой девушки порой были загадкой даже для нее самой.

Возможно, она была не только мазохисткой, но и садисткой. Денис пока не знал, приносят ли ей удовольствие страдания других людей (да и проверять, если честно, ему не хотелось), но одна мысль о том, что она сейчас где-то рядом, выводила его из тонкого душевного равновесия.

Он не мог с уверенностью сказать, что они разошлись на дружеской ноте, как минимум потому, что не мог сохранять теплые отношения с той, кто изменял ему. Но момент их расставания наложился на такую тяжелую ситуацию в ее жизни, что Денис просто не смог ее оставить одну и не предложить свою помощь, это было бы совсем не по-человечески.

Им пришлось вместе пройти через суд против ее насильника и вместе проиграть. Но даже после этого Денис не стал безвозвратно исчезать из ее жизни. Остался присматривать, чтобы она не наложила на себя руки. Настолько хорошо ее знал, что не сомневался, что она попытается. Ей нужен был кто-то близкий, друг, а он был готов на время притвориться таким человеком. Да и к тому же им предстоял последний год бок о бок в одной группе, где она была старостой, и избегать ее полностью он все равно не смог бы.

Но, кажется, это было его ошибкой, потому что хорошее отношение к себе она расценила как дружбу и возможность вернуть былую любовь (как будто все ее страдания могли искупить вину перед ним). И теперь, когда их больше не связывало ровным счетом ничего, кроме воспоминаний, уже она не спешила исчезать из его жизни и время от времени напоминала о себе, пыталась поддерживать общение с человеком, который не верил в дружбу между бывшими.

Знакомая фигура еще раз мелькнула где-то рядом, возвращая Дениса в реальность. Он еще раз убедился, что это точно она. Находиться и дальше в этом тренажерном зале, где стало душно от воспоминаний, было невыносимо, и уже через каких-то пятнадцать минут он закинул спортивную сумку на заднее сиденье и сел за руль.

– Привет, – раздался рядом до боли знакомый голос.

Денис вздрогнул от неожиданности и повернул голову в сторону пассажирского сиденья, которое должно было оставаться свободным, где увидел призрак своего прошлого. В виде девушки из плоти и крови.

– Ника, твою мать! Что ты тут забыла?

– На йоге была, – пожала плечами она, собирая когда-то светлые и длинные, а теперь темные и едва достающие до плеч волосы в низкий хвост. – Знаешь, так хорошо мозги разгружает и расслабляет. Я как будто заново родилась после раскрытия всех чакр. Тебе бы тоже попробовать, а то ты что-то такой напряженный. – Она потянулась к плечу Дениса, но он тут же дернул им, сбрасывая ее руку. Ника сделала вид, что этого неловкого движения и не было, и продолжила: – Тут еще такая милая девочка занятия ведет.

Пока Ника говорила, Денис сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, считая до десяти, чтобы хоть как-то успокоиться. Не помогло.

– Ты меня за придурка не держи, – раздраженно ответил он. – Повторю медленнее. Что. Ты. Забыла. В. Моей. Машине?

– А, это? Давай где-нибудь посидим, мы же так давно с тобой не виделись, – широко улыбнулась она, изображая из себя идиотку. Попытка была изначально провальной, так как оба знали, что уж кем-кем, а идиоткой она никогда не была.

– Возможно, мы так давно не виделись, потому что, не знаю, я просто не хотел тебя видеть? Ну так, к примеру.

– Фу, как грубо, – обиженно надула губы Ника.

– Уж прости, но как есть. – Денис совершенно не жалел о сказанном.

– Хорошо, тогда ближе к делу, у меня есть одна прось…

С губ Дениса сорвался истеричный смешок.

– И ты еще собираешься что-то просить у меня?! – резко перебил он.

– Да. Одно небольшое одолжение. А потом, я обещаю, ты меня больше никогда не увидишь.

Денис смерил Нику взглядом, в котором не было ни капли доверия. Он понимал, что это всего лишь хитрая уловка. В ее словах нет ни крупицы правды. Вряд ли одолжение будет небольшим, и вряд ли она оставит его в покое, стоит ему помочь. Но он так устал, что был согласен даже на призрачный шанс отвязаться от нее.

– И куда ты хочешь?

– Так бы сразу, – самодовольно хмыкнула она, достала из кармана куртки телефон и быстро застучала ногтями по экрану, – адрес скинула.

– Говорю сразу, я не в том виде, чтобы тащиться в ресторан. – Денис достал телефон и открыл переписку.

– Да я тоже, мы просто в кафешке тут неподалеку кофе попьем. И я, если что, могу заплатить.

– Не нужны мне твои деньги, Ника, – отрезал Денис, вбивая в навигатор адрес.

– Супер, – улыбнулась она и достала из сумки айкос.

– Только попробуй, сразу придушу, – заметил ее движение Денис.

– А я и не против, – подмигнула она.

– Ника! – На самом деле Денис был даже немного рад подобным шуточкам. Они значили, что та, после всего, что с ней случилось, наконец-то пришла в норму.

– Хорошо! – возмущенно воскликнула она, но электронную сигарету все же убрала обратно.

Всю дорогу до кафе, а затем пока оплачивали заказ и еще несколько минут ожидания, пока его принесут, Ника пыталась засунуть в голову Дениса уйму ненужной и абсолютно неинтересной для него информации.

В отличие от него, Ника решила продлить свои счастливые студенческие годы еще на пару лет, поступила в магистратуру на очку и продолжила участвовать в жизни вуза. А еще почему-то считала, что Денису просто обязательно знать, как поживают их общие знакомые.

Денис же сидел и мысленно строил машину времени, чтобы перенестись в сегодняшнее утро и приковать себя дома к батарее, лишь бы избежать этой встречи с Никой. Он по-человечески радовался, что она вновь живет полной жизнью, но больше не хотел быть ее частью.

Ему не было дела ни до группы первашей, которую она взяла как куратор. Ни до того, что они с Громовым, их старым одногруппником и тем самым бывшим, которому она когда-то очень жестоко мстила, вновь в одной группе и теперь даже неплохо ладят (хотя в этой части рассказа Денис очень сомневался). Ни до того, что Сонечка, еще одна их одногруппница, чуть ли не лучшая на курсе, неожиданно для всех переквалифицировалась из нефтяника в литератора, выпустила свою первую книгу и теперь сидит дома в декрете и пишет новые, пока Макар, ее муж, ходит вместе с Никой на пары. Ни до… да ни до чего Денису не было дела!

Время от времени он поглядывал на лежащий на столе экранном вверх телефон в ожидании сообщения от Маргариты. Прошла уже неделя, как они «дружат», и еще ни разу за это время она не написала первой, но Денис ждал и верил, что когда-нибудь это изменится, пусть и чувствовал себя полнейшим идиотом из-за этого. Он был готов сделать навстречу Маргарите хоть тысячу шагов, а километры между их городами не казались ему расстоянием, но все же ему хотелось бы знать наверняка, что она сделает хотя бы шаг в ответ.

– Ты меня вообще слушаешь? – наконец заподозрила что-то неладное Ника вскоре после того, как официант, поставивший им на стол две чашки с кофе и одну с пирожным, ушел.

– Да, и можно уже как-то ближе к делу? Я немного занят сегодня. – На самом деле на выходные у Дениса не было абсолютно никаких планов, но Нике знать об этом было не обязательно.

– Папа хочет выдать меня замуж.

– Поздравляю? А я-то тут при чем? Не за меня же. Или ты уже готовишь план по срыву свадьбы и тебе нужно внезапное возвращение одного из бывших как гвоздь программы? – Он откинулся на спинку кресла, в котором сидел.

– В некотором роде, – улыбнулась Ника и облокотилась на столик, – но поздравлять тут не с чем. Он думает, что если я выйду замуж, то прекращу творить всякое.

– Могу его понять, – холодно заметил Денис. – Как там нога у Громова? Восстановился после той аварии?

– Ходит, бегает, – с напускным безразличием ответила она, но голос у нее все же дрогнул.

– Но не играет и больше никогда не будет, – продолжил неосознанно давить на нее Денис.

– Да, я была самой последней тварью, доволен? – Нике уже хотелось убежать домой и расплакаться, но она была не из числа тех, кто отступает от намеченного пути.

– Нет, но это уже не так важно. Продолжай, что там у тебя. – Он видел, что Ника вот-вот расплачется, а этого допустить никак не мог. Тогда у него точно не хватит духу ей отказать, и она втянет его в очередную крайне идиотскую авантюру.

– Спасибо. – Ника наигранно улыбнулась. – Кроме того, папе надоело меня содержать.

– Опять же, могу его понять. – Денис поймал на себе убийственный взгляд. – Все, не перебиваю больше.

– И на юристов мы потратились сильно. А он уверен, что меня… что я попала в такую ситуацию только потому, что дура, которая бегала от одного к другому. А вот если муж… Короче, папа считает, что сам уже не справляется, и поэтому хочет переселить меня в другую золотую клетку. Уже даже нашел жениха, и я тут подумала…

Ника сделала небольшую паузу и посмотрела на своего собеседника, собираясь с силами, чтобы на одном дыхании выпалить конец фразы.

Денису очень не нравился ее взгляд. Судя по всему, у нее уже готов план, и он – его неотъемлемая часть.

– Притворись моим парнем!

– С ума сошла? – От неожиданности Денис подавился кофе, хотя, скорее всего, ему следовало ожидать, что Ника выкинет нечто подобное.

– Пожалуйста! – ответила Ника таким тоном, что не знай Денис, на что она способна, то подумал бы, что это ангел, спустившийся с небес. Но если она и была ангелом, то Люцифером.

– Допустим, притворюсь. Как будто это остановит твоего отца. А дальше что? Притворяться твоим мужем? – усмехнулся Денис. – Принцесс, пойми…

Прозвище, которое он когда-то давно дал ей, случайно вырвалось, и он осекся. Ника же приняла эту оговорку за сигнал к действиям. Еще немного, и она сможет убедить его.

– Нет, Котенок, мужем не надо. – Ника по сдвинутым бровям поняла, что зря назвала его так. – Прости. Ты очень нравишься моему папе.

– Впервые об этом слышу. – Денис скрестил руки на груди. Он бы уже давно встал и ушел, но ему было уж очень интересно послушать другие доводы и аргументы Ники и узнать, куда же их заведет этот разговор. К тому же как-то невежливо перебивать девушку и уходить, даже не попрощавшись. – А я-то думал, что твоему отцу очень нравится состояние моего, которое перейдет мне, а потом и тебе. Ты только представь, какую роскошную золотую клетку можно будет тебе отгрохать. Но это, конечно, только в ваших фантазиях.

Ника закатила глаза и отпила кофе. Пролетевшую мимо шпильку она заметила, но отвечать на подобные обвинения была не намерена.

– Так вот, – продолжила, как будто, если она договорит, Денис поменяет свое мнение, – чисто гипотетически, если папулик узнает, что даже ты меня простил и мы снова вместе, то поймет, что я взялась за ум, и забудет о своей идее выдать меня замуж. Здорово я придумала, правда?

– Зашибись вообще.

Сарказма, с которым ответил Денис, Ника либо не заметила, либо отказалась замечать.

– Так это значит, что ты согласен?

– Нет, конечно.

Денису казалось, что ему не нужно объяснять, почему эта затея – одна из самых нелогичных и глупых вещей, которые ему приходилось слышать в жизни, что даже Сеня придумает стратегию лучше. Но Ника думала иначе.

– Но я же не прошу у тебя ничего такого, просто появиться со мной на людях несколько раз. Прямо как сейчас мы сидим с тобой.

– Все равно нет.

– Всего несколько свиданий?

– Мы не на торгах.

– Пара фоток?

– Ника, не надо унижаться.

– Один ужин у родителей?

– Вот ты вроде умная, но с чего ты вообще взяла, что это сработает? Ты прости, но большей чуши я никогда еще не слышал. Мы вроде как в цивилизованном обществе живем, насильно выдать замуж тебя никто не сможет. Тем более когда ты единственная и любимая доча.

– Но могут вынудить, не оставить другого выбора, и все. Папа ясно дал понять, что…

– То есть, – Денис понял окончание фразы без слов и перебил ее, – это все тупо из-за денег? Ника, это тогда вообще не смешно. Не притворяйся, я же знаю, что ты не настолько глупа, как порой хочешь казаться. Ты сможешь найти работу, чтобы не зависеть от отца. Это не проблема, по крайней мере, для тебя. Зачем на самом деле весь этот фарс, в который ты пытаешься меня втянуть?

– Чтобы выиграть время, пока я ее ищу. Котенок…

– Я перестал для тебя им быть, когда ты начала спать за моей спиной с мои лучшим другом, – резко перебил ее Денис.

Еще мгновение назад он думал над тем, чтобы и правда помочь Нике с поисками работы, поговорить с отцом, чтобы он подыскал ей местечко в его компании, но это внезапное «котенок» разом перечеркнуло все его намерения. Теперь он злился на девушку, сидящую перед ним, и думал, что не выходить сегодня никуда из дома было бы самым верным решением. Да, ему было интересно, что же скажет Ника, но сейчас он понимал, что это того не стоило.

Он всегда был готов прийти на помощь Нике, но у всего, в том числе у его терпения и доброты, есть предел. Одно дело помочь с юристами и судом, дать поддержку, когда она так нужна, но совсем другое – следовать всем ее «хочу» и «не хочу». Тем более когда они даже не друзья больше и уже были на полпути, чтобы и вовсе снова стать никем друг для друга.

– Денис, пожалуйста.

– Верю, что ты быстро найдешь себе работу. – Он натянул приветливую улыбку и ободряюще похлопал Нику по предплечью.

– Прошу тебя.

– Удачи с поисками, – еще раз улыбнулся он, убрал руку и взял со стола телефон. Понимал, что момент не самый подходящий, но все же глянул на экран. Маргарита так и не написала. – Главное, не унижайся, как сейчас. Это тебя совсем не красит и вряд ли понравится работодателям. Я, может, и был бы рад тебе помочь, но у меня уже давно своя жизнь, у тебя своя, и в мою фальшивые отношения никак не вписываются.

– Девушку нашел, что ли?

Денис понимал, что ему стоило прямо сейчас встать и уйти, но он поддался на провокацию.

– А что, если да?

– Это ты от нее сообщения ждешь и поэтому вечно смотришь в телефон? Ой, да не смотри на меня так, сам же сказал, что я не глупая. Это та адвокатесса, да? А я думала, эта твоя старушка давно отшила тебя. Получается, мы можем отметить воссоединение старых возлюбленных бутылочкой вина хорошей выдержки и сыром с плесенью? – Ника понимала, что ей давно стоило бы остановиться, но не могла. Да и наговорила она не со зла, а от обиды, что ее променяли на какую-то старуху, которой уже не поможет даже ботокс.

Денис вдохнул поглубже, начал считать до десяти на выдохе и уже на трех послал все к черту. У него никогда не было проблем с самоконтролем, но за один день Ника уже смогла вывести его дважды. Все-таки у нее талант, не иначе.

– А знаешь, если тебе так нужны фальшивые отношения, то… – Денис ненадолго умолк, чтобы сначала посмотреть на реакцию, а потом резко спустить собеседницу с небес на землю. – Найди актера, который сыграет твоего парня. Подобные схемы у тебя отлично получаются. Громов подтвердит. Хорошего вечера.