Цитаты из книги «Орхидея съела их всех», страница 3

Вот в этом-то и состоит задача эго. Оно делает так, чтобы просветление и объединенность казались нам скукотой.

И еще этот хлеб на закваске, у него такой вкус, будто взяли блевотину и завернули в бумагу. Да вдобавок козий творог, он похож на такие, знаете, бляшки, которые появляются в артериях у курильщиков, им в школе показывали фильм, и Холли теперь никак не может выбросить эти бляшки из головы.

Клем разговаривает с мойщиками окон так, будто бы целыми днями только и делает, что принимает заказы на “чай для бедноты” (Олли запретили называть такой чай “рабоче-крестьянскими помоями”).

Мысли у Брионии путаются, как будто бы бар закрывается, и им всем пора идти домой, но они никак не могут вспомнить, где живут...

– Что ты ищешь?

– Мою овощечистку.

Хотя они женаты, овощечистка у каждого своя, отдельная, как и абонемент в спортклуб и бассейн.

Олли пожимает плечами:

– Я не брал.

[..]

Клем нашла овощечистку – миниатюрный предмет из нержавеющей стали. Он выглядит так, будто того и гляди перережет тебе вены. У Олли овощечистка толковая, с резиновой рукояткой. Ножом Клем можно чистить овощи в любом направлении, размахивая им во все стороны, словно рапирой, и сражаясь с овощем до тех пор, пока к чертовой матери его не прикончишь. А нож Олли чистит вдумчиво и осторожно. Клем наносит первый смертельный удар своей жертве. Тыкве.

Просветление – во всяком случае, как я его вижу, – это способ отмотать пленку назад и вернуться в то состояние, когда яблоко еще не было надкушено.

Или ее неправильно поймут? Или, что еще хуже, поймут правильно?

Олеандра стояла перед экраном, а за ее спиной мыши, полевки и даже случайный горностай отчаянно бились за каждую крошку, брошенную на пень, и в конце концов она произнесла, обращаясь к зрителям:

– Это вы. Это вы, когда девушка, которую вы любите, спит с другим мужчиной. Когда мать снова и снова напоминает, что вам пора найти работу. Когда ушлый тип в метро советует вам подстричься. Это вы, когда лучшая подруга покупает платье, о котором вы мечтали. Это вы, когда нужно оплатить парковку, а у вас ни одной монеты в пятьдесят пенсов. Это ожесточенность, сидящая глубоко внутри вас. Ожесточенность наполняет ваше сознание и отдаляет вас от брата или сестры, возводит между вами стену. Возможно, она не выйдет за пределы вашего сознания. Да, большинство из нас никогда не проявят жестокость в форме действия. Но разум ваш ожесточен, мысли пропитаны гневом, и в уме вы по тысяче раз на дню убиваете людей. Выдираете им глаза своими мелкими коготками и ненавидите, ненавидите, ненавидите.

Моя сестра дает своим студентам такое задание: просит их найти связь между яблоками и розами, ну, теми розами, которые рисуют на открытках и ставят в вазы, Rosa damascena или что-нибудь вроде этого, и большинство из них не может понять, что между ними общего. Они не знают, что яблоки тоже принадлежат к порядку розоцветных и что цветы яблони, до того как из них вызревают плоды, выглядят точь-в-точь как розы.

Врачи, юристы, банкиры, ветеринары… Все они определенно счастливее, чем теннисисты. Ведь в больнице никогда не встретишь хирурга, который ПЛАЧЕТ из-за того, что другой хирург сделал операцию намного лучше, чем он сам. Или вот в банке служащие не рыдают, видя, что Эйми из отдела расчетно-кассового обслуживания быстрее всех пересчитывает стодолларовые купюры. И когда в нормальной жизни человек хорошо выполняет свою работу (например, учитель исправляет ошибки в тетради у ребенка), он ведь не вскакивает и не принимается безумно танцевать, бить себя в грудь и орать: “Да-а-а-а!”.