Читать книгу: «Блютус»

Кирпо Сергей

БЛЮТУС

Детектив

Аннотация

Богатый бизнесмен и депутат взял от жизни все и даже нашел свою любовь. Все идет просто замечательно, но неожиданное покушение на его жизнь резко меняет планы. Мобильные технологии позволяют уйти от врагов и найти новых среди тех, от кого этого совсем не ожидал. Герою предстоит распутать клубок заговора, используя интуицию, связи и все те же технологии.

1. Ангел

– Максым-джан, нелзя езжать, – сокрушался туркмен проводник.

 Он закатывал вверх глаза, поднимал руки к пыльному лицу, словно молился Аллаху и говорил что-то по-своему. «Какой-то нервный мне достался проводник», – подумал Максим.

– Не волнуйся, Джезмет, я по тем барханам попрыгаю недолго и вернусь.

Проводник продолжал умолять его не ехать и показывал на небо. Теперь в его туркменской речи проскакивало русское «буря». Максим посмотрел на чистое голубое небо Каракумов. «Какая к черту буря? Жара неимоверная, это да!» Он достал из кармана десятидолларовую купюру и отдал ее проводнику. Тот замолчал и посмотрел с недоумением на Максима.

– Ну вот, нет уже бури, – Макс подмигнул, хлопнул проводника по плечу, выбив из его халата клуб пыли, включил передачу на мотоцикле и дал газу.

 В зеркало он увидел, как проводник упал на колени и воздел руки к небу. Максим отнес это к странностям востока, к которым он начал привыкать за то время, когда он прилетел в Душанбе и выдвинулся на перекладных в свое экстремальное путешествие. После сытой и щедрой на успехи жизни в Москве этот уголок Земли казался поистине инопланетным. Здесь отсутствовало все, к чему привык цивилизованный городской житель. Ни воды, ни электричества, ни туалетов. Порой задницу песком приходится вытирать. Настоящий первобытный экстрим, какой он хотел ощутить, направляясь сюда, и от которого его отговаривали довольные жизнью московские коллеги-бизнесмены. Однако пустыня манила его еще, когда он был мальчишкой, и вот мечта побывать в Каракумах наконец сбылась. Теперь это не символ с обертки конфеты, а реальность, порой жесткая и невыносимая. В Душанбе он приобрел спортивный мотоцикл, чтобы расширить территорию знакомства с пустыней. И теперь имел сильное желание погонять на нем по барханам, чему так противился проводник, придумывая какую-то бурю. Денег, наверное, выпрашивал таким образом. Ничего, пусть последит пока за базой. Хотя база это громко сказано, две палатки цвета хаки, три верблюда и колодец с мутной водой, которую обязательно надо кипятить перед употреблением.

      Барханы тем временем впереди становились все круче, и он прыгал с них как с трамплинов. Прыжки захватывали дух, и хотелось разогнаться еще быстрее и прыгнуть еще выше, потому что в полете встречные потоки воздуха немного охлаждали разогретое солнцем тело, принося временное облегчение от жары. Он оглянулся, как бы не потерять базу из виду, и увидел на песке следы колес за собой – нормально, по ним и вернется. Он снова дал газу. Вот она желтая, коричневая, белая, разная пустыня – впечатлений масса, будет что друзьям рассказать. Впереди барханы сменились плоскими скалами и камнями, по ним не попрыгаешь. Он решил объехать их. Объезд затянулся и он уже подумывал, а не повернуть ли обратно, но любопытство брало верх. Очень интересно – какой новый пейзаж откроется за этой скалистой возвышенностью. И вот снова пустынная равнина простирающаяся до … . А почему не видно горизонта? Впереди между голубым небом и песками пустыни было какое-то желтое колыхающееся марево, становившееся на глазах все темнее. Максим вспомнил описания путешественников по пустыне и содержания книжек, которые он читал в детстве – песчаная буря! Вот о чем его предупреждал проводник. Надо давать деру. Он развернул мотоцикл и поехал обратно, но назад путь оказался не таким легким, сюда он ехал по пологим склонам дюн, прыгая со стороны крутых, а теперь ему приходилось взбираться по крутым склонам галсами и  с пробуксовкой. Во время очередной пробуксовки буря его и настигла. Песок неожиданно оказался везде: внизу, вверху, в волосах, в карманах, во рту, в носу. Максим дал газу, пытаясь уйти от бури, но куда там ехать при нулевой видимости, глядя между ресницами сквозь прищуренные глаза. Он уткнулся в ближайший песчаный холм и завяз в песке. Ехать дальше было невозможно, да что там ехать – существовать дальше было почти невозможно. Без халата и платка в песчаной буре все равно, что голым на морозе – песок, как и мороз, отвоевывает у тебя жизненное пространство, заполняя все собой. Максим развернул мотоцикл боком к ветру, немного наклонил его и лег в образовавшуюся нишу, обжигаясь о горячий двигатель. Он повернулся лицом к мотоциклу, надвинул рубашку на голову, чтобы песок не забивался ему во все отверстия и принялся ждать, что будет дальше. Буря свистела над ним. Постепенно его засыпало, а он потихоньку отгребал песок от головы, чтобы обеспечить себе немного воздуха. Было тесно, неуютно, горло пересохло, горячий воздух тяжело входил в легкие, но все же жить можно было. Главное сейчас переждать бурю, а там у Макса была надежда, что он быстро найдет лагерь. Потому что без воды долго он не протянет.

            Чтобы отвлечься он думал о своей московской жизни в малиновом пиджаке, о своем купи-продайном бизнесе с хорошей крышей. О планах сделать политическую карьеру. А что? Все для этого есть: деньги, связи. А сейчас, став депутатом, можно такие деньги делать, покруче чем в бизнесе. Вот только выберусь отсюда и с новой энергией, с новыми впечатлениями в бой. Эх, жаль, здесь нет такой новой мобильной связи как в Москве. Там он совсем недавно приобрел «лопату» – сотовый телефон последней модели размером со школьный пенал. Не везде правда сигнал ловит, но все равно очень удобно, можно звонить, разъезжая по городу. Не нужно уже висеть на проводе. Еще он думал о своих женщинах. Постоянной девушки у него не было. Он крутил роман сразу с тремя симпатичными девушками падкими на его деньги. Отношения с ним он не ценил. Он использовал их, они использовали его. Но вот с последней секс был особенно хорош, впрочем, так как когда-то казалось и с другими.

            В думах время пролетало быстрее, но над ним, точнее над слоем песка, который был над ним, все также свистело. Макс задремал и очнулся от тишины. Неужели буря закончилась? Он пошевелил рукой. Тяжело, много сверху песка на него навалило, но кое-как двигаться можно. Он вытянул руку вверх, и пальцы почувствовали воздух. Он начал энергично двигать телом и откапываться руками. И вот белый ослепительный свет солнца. Бури как будто не бывало, только ландшафт вокруг изменился. Дюны словно переместились, а мотоцикл так и вовсе занесло, не видно. На том месте, где Макс лежал с мотоциклом теперь пологий склон дюны. Максим пошел на вершину дюны осмотреться. Когда он поднялся, то понял, что буря кончилась, но его приключения, похоже, только начались. Вокруг был один и тот же пейзаж, и куда идти он не знал. Воды Макс не взял, уезжал же всего на несколько минут. Одет он в шорты и рубашку – невелика защита от солнца. А солнце припекало, будь здоров, несмотря на то, что время было уже три часа. А можно ведь по солнцу сориентироваться! Макс прикинул, где солнце сейчас, и где оно предположительно должно было быть шесть часов назад, когда он выезжал. А было оно тогда от него на северо-западе, а значит двигаться ему надо вон в том направлении, хоть оно и не отличается от других. И Макс пошел в рассчитанном им направлении. Солнце жгло голову, и он сделал из рукавов рубашки что-то похожее на платок-панамку. Он переваливался с дюны на дюну, корректируя направление движения с движением солнца. Через пару часов очень сильно захотелось пить, и голова совсем перестала соображать в каком направлении идти. Пробовал кричать, но смог лишь выдавить из себя сиплый стон. Усталость пришла вместе с жаждой, но останавливаться он не смел, потому что считал, что тогда точно пропадет и лишь движение его спасет.

 Проделав до вечера изматывающий путь по жаре, он так и не увидел впереди ничего кроме барханов. Максим плелся и смотрел краем глаза на закатное солнце – ну садись же скорее, спрячь свою иссушающую сущность. Когда солнце село, и сумерки плотно сгустились, он упал без сил в небольшую ложбинку. Ночь принесла небольшое облегчение, однако, жажда уже мучала вовсю.  Он вспомнил, как отказывался от холодного калинового сока, который ему давала мать в летние деньки, напоминая каждый раз о его пользе. Вот был дурак. Сейчас бы пил и пил. Макс впал в забытье и ему приснился водопад, в котором вместо воды падал калиновый сок. Он запрыгнул в него и стал пить, но не мог напиться. «Зато он очень полезный», – сказал сзади голос матери. Он обернулся, но увидел вместо нее красное палящее солнце.

Максим открыл глаза. Уже было утро, солнце поднялось и снова стало припекать. Голова звенела, кожа на открытых участках тела была красной и кое-где пошла волдырями. Он с огромным усилием встал и поплелся вперед.  Было только одно желание – выбраться поскорее. Сначала было. Но вскоре все желания пропали. Просто волочил ноги от бархана к бархану.  Тело звало упасть на песок и забыться, но Максим выбирал следующий бархан своей целью и шел к нему в надежде увидеть за ним что угодно, что принесет спасение. Сто барханов – сто надежд, тысяча барханов – тысяча надежд. А барханы все не кончались и не кончались. Макс понимал, что это может быть его конец, и логично было бы вспомнить жизнь, подвести итоги, но голова была занята целью – следующим барханом. А он был всегда очень целеустремленным и шел до конца. Так было, пока он не споткнулся, и не упал лицом в песок. Перед глазами поплыло. Умирать совсем не хотелось. «Господи продли мой век, если я достоин, не дай умереть, позволь еще сделать многое». Он попытался встать, но не смог, от жажды тело обессилело. Он открыл глаза. Мимо двигался ангел. «Ангел подойди ко мне», – прошептал сухими потрескавшимися губами Максим. Ангел увидел его и направился к нему. Ангел выглядел как очаровательная светловолосая молоденькая девушка в узбекском платье. «Ангел, я люблю тебя», – снова прошептал Максим. А ангел уже заливал ему в рот воды, спасая от жажды. И, как оказалось, от смерти.

2. Сюрпризы

            Слушая жену по мобильному, Макс уловил краем уха голос Кинчева, песню которого передавали по радио. Мысли его унеслись далеко, в голодное студенчество, когда под песни «Алисы» они с друзьями клялись в верности и ни разу в жизни с той поры он больше  не ощущал такой радости ощущения единения и свободы. Тогда они верили, что свернут горы и впереди одни победы. Что ж, много он гор посворачивал и побед было немало.

– Ну,  Максим, ты слушаешь меня? – голос жены вернул в нынешнюю сытую и стабильную реальность.

– А, прости, мой ангел, засмотрелся на рекламу на дороге.

– Надеюсь, не на девушек ты засмотрелся?

– Нет, конечно, смотреть не на кого. Настенька, ты одна такая красивая,– не соврал Макс, несмотря даже на то, что у жены был сегодня день рождения, и он был просто обязан говорить ей одни комплименты, – ты же знаешь, как увидел тебя тогда еще в виде ангела, так и влюбился на всю жизнь.

Жена у него была действительно красотка. Без преувеличения – сам вырастил. Стройная, подтянутая, длинные ноги, средний бюст, слегка восточный разрез глаз, смуглая кожа. Ох уж этот Восток, чуть не сгубил Максима в свое время, но взамен преподнес такой подарок! Губки, улыбка, жеманность, грациозность  довольно часто будили в нем страсть, которая бы и не засыпала, если бы он так много времени не пропадал на работе.  Но такова судьба депутата: днем заседания, обсуждения, законопроекты, приемы; по вечерам встречи, рестораны, бизнес. Последнее было самым важным. Именно бизнес, которому очень помогала должность депутата, приносил столько денег, что он мог позволить себе с женой новогодние каникулы в Куршавеле или на Фиджи, трехэтажный дом под Москвой, выстроенный по модному проекту и много других удовольствий недоступных простому смертному.

– Ах ты лиса! Ну приезжай вечером пораньше до прихода гостей, покажу всю мою красоту – томно проговорила Настя.

– Обязательно родная. Сам жду с нетерпением этого момента.

– Спасибо за колечко. Дорогое, наверное.

– Да ну брось. Ради тебя ничего не жалко.

– Ну целую, милый.

– Пока!

Макс бросил телефон рядом на кожаное сиденье и сказал водителю, сидящему впереди: «Володь, сделай погромче!»

«У-у-у-у-у! Доброе утро таким как ты, и таким как я!» – пропел Кинчев.

«Доброе утро!» – подумал Макс, улыбнулся, закинул руки за голову и откинулся на спинку сиденья.  День хорошо начинался, его черная «Ауди» мчалась по МКАДу, солнце вставало на безоблачном небе, день обещал быть чудным, настроение было хорошим.

            Заиграл  музыка из телефона, Макс посмотрел на дисплей – долгожданный звонок.

– Алло, – ответил он, – да, сегодня все решится. Погоди, ты мне на рабочий звонишь. Сейчас я со своего тебе перезвоню.

Максим достал из кармана второй телефон, отметив про себя, что давно пора купить телефон на две, а лучше три, если такие есть, симки и не таскать с собой все это излучающее хозяйство.

– Алло! Да! Сегодня состоится третье чтение и должно пройти, кому надо уже сказали и все сделали. Почти уверен, что все будет как надо. Почти, потому что все не предугадаешь. Депутатская система такая же живая, как и бизнес. Порой непредвиденные повороты событий случаются. Риски есть в любой системе, сам знаешь, не мне тебе рассказывать. Как закон пройдет – с тебя тридцать процентов акций, как и договорились. Ну все, давай созвонимся. Спасибо и тебе того же.

 Холл здания госдумы встретил его свежей превосходной отделкой, вечно чистыми красными ковровыми дорожками, живым движением коллег, пытающихся сделать умные лица,  и полюбившимся кабинетным запахом. Он легко взбежал по ступеням лестницы, мягко пружиня по коврам, бодро прошелся по коридору и по-хозяйски зашел в свой рабочий кабинет. Валентина Семеновна улыбчивая женщина средних лет, которая работала его секретарем, по своему обыкновению была уже на месте и манящий запах свежего кофе, приготовленного ею, защекотал ему ноздри.

– Здравствуйте, Валентина Семеновна! Вы ранняя пташка уже на месте. Как всегда бесконечно радуете меня.

– Доброе утро, Максим Олегович, стараюсь, на благо электората.

– Ну и правильно, все мы стараемся.

Максим прошел в кабинет и погрузился в свое шикарное кожаное кресло. Валентина Семеновна принесла кофе. Максим глотнул бодрящего напитка и постарался настроиться на работу. Сегодня был один из важных дней, когда долгоиграющие проекты приносят результат. Он очень надеялся, что результат будет положительным и интуиция с утра подсказывала ему, что так оно и будет. Давно ему и его партнеру Димке Горину – бывшему однокашнику и новоиспеченному миллионеру пришла идея превратить в новое качество результат их прошлого проекта – бизнес по поставке в Россию пластиковой крошки, из которой делают почти все пластиковые изделия. И вот подвернулся под руку заводик в Тамбовской области по производству пластиковых пакетов. Небольшое переоборудование и модернизация, консультации со знакомыми финансистами и вот заводик готов выпускать современные заклеивающиеся пакеты со специальной защитой от несанкционированного вскрытия. Осталось запустить его на полную катушку. А для этого надо создать спрос. Для того чтобы обеспечить стабильный спрос на долгие годы он и двигал в своих кругах закон об обязательном использовании инкассаторами при перевозке денег пакетов нового образца со специальной защитой. Сегодня должно будет состояться третье чтение этого закона. Большинство должно быть «за». С теми, кто не был «за», он уже поработал, и по всем расчетам закон должен будет пройти. Максим скрестил пальцы на удачу.

Вечером он выходил из здания госдумы в прекрасном настроении. Все прошло как надо. Горин тоже, наверное, плясал от радости от такой новости. Это был жирный куш, и они его сорвали. Весь проект финансировал преимущественно Горин и ему принадлежали все акции. После удачного продвижения закона Макс по договоренности получал тридцать процентов акций, а это по его подсчетам только дивидендами около миллиона долларов  в год. Неплохая прибавка к его капиталам. Когда Макс вернется из отпуска, они завершат сделку, и можно будет приступать к новым проектам. Ну а пока можно задуматься об отдыхе. Послезавтра они с Настей выезжают в Карелию, в их личный особнячок, который находится почти в глухом лесу на берегу чудесного озера, и неделя блаженства вдвоем, без городской суеты им обеспечена.

По пути домой Максим заехал в торговый центр купить Насте огромный букет ее любимых роз и, проходя мимо салона с сотовыми телефонами, вспомнил, что хотел присмотреть себе новый телефон.

– Добрый вечер! – откликнулся продавец, когда Максим вошел в салон, – телефон хотите выбрать?

– Хочу, – ответил Макс, – знаешь, такой…, на две симки.

Продавец стал ему демонстрировать существующие модели, в которые можно вставлять две сим-карты, но Максим его уже не слушал. Его внимание было приковано к люксовому телефону с сенсорным экраном размером в ладонь. Он зазывно блестел своим золотистым корпусом, и Макс уже представлял, как он достает его во время встреч, вызывая завистливые взгляды партнеров. Ну а что? Марку успешного и делового человека надо держать. Цена телефона кусалась, но дорогой имидж стоит дорого.

– Погоди, – прервал он энергичную речь продавца, – покажи мне лучше эту модель.

Продавец проследил за его указующим жестом и стал еще более энергичным.  Пока он открывал витрину, Макс подумал, что Насте тоже будет приятно получить неожиданно в подарок еще и новый телефон. На той же витрине стоял похожий телефон, только как будто уменьшенная копия и с голубоватым отливом. Как раз дамский вариант. Когда Макс попросил завернуть оба, то продавца прорвало, и он увлеченно принялся рассказывать о функциях этих телефонах. Максим уже хотел отмахнуться, но одна функция показалась ему интересной.

– Как, говоришь, напрямую сообщения друг другу передавать?

Ему показалось забавной своя идея, о том как в лесу, где нет связи он передаст неожиданно сообщение на телефон Насте, а она будет гадать от кого оно пришло.

– Ну вот смотрите, – объяснял продавец, – телефонам можно задать имена. Вашему, например…

– Пиши сразу «Макс».

– Хорошо, Макс.

Продавец набрал латиницей «Maks».

– А этот как назвать?

– Ну-у, давай «Ангел».

Продавец набрал «Angel».

– Вот, значит смотрите, «голубой зуб» на обоих телефонах должен быть включен.

– Какой еще зуб?

Продавец улыбнулся.

– Извините, блютус.  Это мы продавцы между собой его так называем. Это беспроводной интерфейс, созданный для передачи информации между цифровыми устройствами.

– Ааа. Понятно. Так и что там дальше?

– Нажимаете «поиск других устройств».

На экране телефона появилось: «Storm», «Я», «Angel».

– Первые два мой и еще чей-то. Щелкаете «Ангел» и в выпавшем меню выбираете «Отправить сообщение».

Продавец набрал «привет» и отправил сообщение.

На маленьком телефоне проиграл сигнал, и появилась надпись «Для вас сообщение от Maks».

– Все ясно. Заворачивай, а то уже задержался тут у вас.

Пробираясь за МКАД через вечерние пробки Максим немного припоздал на праздничный ужин и дома уже собрались гости. На пороге Макс услышал женский смех в столовой и музыку из гостиной. С виноватым лицом он вручил Насте букет.

– Прости любимая что опоздал, эти пробки даже самого пунктуального доконают.

– Ну может оно и к лучшему, а то мама пораньше приехала, все равно не дала бы нам побыть наедине.

            Тут как раз вышла и теща. Представитель питерской богемы. Хорошо сохранившаяся одинокая актриса театра «За черной речкой».

– Здравствуйте, Максим! А мы вас уже заждались, – пропела она своим поставленным актерским голосом.

– Здравствуйте Наталья Петровна! Вы как всегда цветете неувядающей молодостью.

– О, помилуйте, годы уже не те, но спасибо за комплимент.

– А вам спасибо, что передали красоту Насте.

– Ах, в ней больше отцовской крови, поэтому она так красива.

– Вы уж великодушно простите, – вмешалась Настя с интонацией на их волне, – но я осмелюсь вас прервать, так как нас ждут к столу наши любезные гости.

Они рассмеялись, и Максим побежал наверх переодеваться в вечерний костюм.

            Вечеринка прошла как обычно в хорошем светском тоне. На празднике также присутствовали три Настины подруги – блондинистые светские львицы, их мужья – актеры или бизнесмены и семейная пара – общие знакомые Максима и Насти, с которыми они познакомились в Анталии и весело вместе проводили время. Сначала все было пафосно, все тонко шутили и оценивали отличное французское вино. Потом когда все наелись, и вино согрело кровь, гости немного расслабились и принялись шутить с натуральной веселостью, танцевать и даже петь песни. Наталья Петровна даже исполнила пару романсов, аккомпанируя себе на пианино.

            Затем все снова уселись за стол. Один из актеров начал рассказывать анекдот: «Одна старушка рассказывает другой: «Михайловна, представляешь, наш президент завел блох в свитере!»». Засмеялись не все. Наталья Петровна вообще пожала недоуменно плечами. Бизнесмен решил пояснить:

– Имеется в виду блог в Твиттере. Новомодная штука в Интернете, в которой сейчас многие прогрессивные люди пишут свои мысли. Вы, Максим, свой блог еще не завели? – обратился он к Максу.

– Знаете, еще нет. Некогда. Занимаюсь более серьезными делами. Но признаюсь, в этом направлении думаю. Надо налаживать обратную связь с избирателями.

– Не всегда эта связь приятна. В выражениях блогеры не стесняются и критиковать любят, – вмешался в разговор рассказчик анекдота.

– С этим я справлюсь. Будем фильтровать.

– А вот это правильно! – подняв вверх указательный палец, отметил бизнесмен, – нынешнее поколение затянуло в интернет, и пишут все кому не лень. Сидят в согнутых позах перед мониторами ночами. А лучше бы взяли рюкзачок и на природу с ночевкой. Все больше пользы для здоровья.

– Поддерживаю, – ответил Макс, – мы с Настюшей как раз планируем провести отпуск на природе, в нашей таежной резиденции на берегу озера.

– Представляете, – сказала Настя, – там даже связи нет.  Так что девчонки поболтать не удастся. Место там глухое и поговаривают, что там рядом база инопланетян, что постоянно видят летающие тарелки.

Тут все рассмеялись и Настя тоже.

– Максим, а правду говорят, что Настя вас когда-то  спасла?

Макс покосился на Настю. Она покосилась на своих подруг. Те скромно опустили глаза.

– Она и сейчас продолжает меня спасать! Живу только ради нее! Предлагаю тост! – воскликнул Максим, – за моего ангела– спасителя!

Все поддержали и бокалы, искрясь вином и шампанским, зазвенели. Однако гостя не удовлетворил такой уход Максима от ответа, и он потребовал рассказа. И Максим в который раз рассказал версию своего знакомства с Настей для гостей. Свою личную версию он никогда никому не рассказывал. Потому что это был один из самых и сокровенных дней его жизни. Можно сказать новая точка отсчета. В тот день он дал много клятв себе и богу.

Когда гости разошлись Макс пошел помогать теще и Насте на кухне. Он раскладывал посуду по полкам и краем глаза видел, как теща посматривает на него. Он посмотрел на нее.

– Максим, вы не против, если я у вас немного поживу, помогу Насте по хозяйству.

– Да, конечно, – автоматически ответил Макс, и только после подумал, зачем помогать Насте, если ее дома не будет.

Он покосился на Настю, которая мешал себе коктейль. Она виновато улыбнулась.           Когда они закончили на кухне и поднялись к себе в комнату, он спросил у Насти:

– Что твоя мама имела в виду про помощь тебе? Чего это она удумала пожить у нас?

Настя виновато потупила голову подошла к нему, обняла и прижалась. Макс ощутил волнующий запах ее волос

– Прости, что я тебе сразу не сказала, не хотела, чтобы ты расстроенный сидел на празднике. Понимаешь, у меня не получится поехать в Карелию. Сегодня позвонил Зигизмунд и сказал, что ему удалось устроить для меня показ в Кремле, который будет через неделю. Представляешь сколько мне надо работы сделать за неделю, чтобы успеть к показу, у меня еще половина моделей не до конца готовы.

Макс вскинул голову к потолку, это была действительно неприятная новость. Он уже душой был там, в Карелии, с удочкой на берегу озера, и тут вдруг все может отмениться. Настя подняла голову и посмотрела в его глаза.

– А зачем тогда ты подругам говорила, что едешь со мной?

– Ну я же те говорю, чтобы тебя поддержать и не подставлять. Ты сильно расстроился?

Он кивнул.

– Расстроился. Я думал, что мы там прекрасно проведем с тобой время. Да и хотел отдохнуть от городской суеты. Подышать свежим воздухом. Иванычу позвонил, сказал, чтобы все готовил к нашему приезду.

– Прости, милый, я виновата. Я бы очень хотела с тобой поехать, но сам понимаешь, этот  показ очень важен для меня и моего бизнеса. Езжай один, выспишься, порыбачишь, отдохнешь. Хорошо?

Она начала расстегивать пуговицы на его рубашке, и он понял, что не сможет на нее долго сердиться. Ее ноготки взялись за молнию на брюках, а язычок заскользил по груди и все ниже и ниже…

            Спустя час они лежали и нежились обнаженные в кровати. Макс обдумывал перспективы своей, как оказалось, одинокой поездки. Можно конечно настоять, поругаться, но Настя так любит свой модельный бизнес. Это ее творчество и не хочется лишать ее вдохновения. Да и, если разобраться, возможность побыть одному, посидеть в тишине с удочкой на берегу озера, привести мысли в порядок это тоже неплохо. В глубине души он давно о таком мечтал. Чем дольше расставание с любимой, тем ярче встреча. Решено, он едет один. Плохо, конечно, что сотовой связи там до сих пор нет. Чтобы попасть в зону доступа, надо ехать несколько километров к трассе. Макс вдруг вспомнил о подарке для Насти.

– Настя, у меня для тебя есть еще сюрприз.

Она весело вскинула голову.

– Да? Ой, покажи, покажи!

Он подошел к портфелю и достал две коробки с телефонами.

– Смотри, с помощью этого мы будем еще ближе. Этот голубенький твой, а этот здоровенный мой. Скажи похож на «лопаты» из девяностых?

– Ух ты класс! – Настя взвизгнула и пустилась прыгать по комнате, запрыгнула на кровать и принялась изучать подарок.

Максим смотрел, как она ловко скачет пальцами по меню телефона.

– Ловко ты с ним управляешься!

– Так тут все понятно, интуитивно понятный интерфейс, – сказала, Настя, не отрываясь от экрана, – так надо запрос провайдеру послать на подключение к интернету. Ой, что это? Сообщение от Макса «я тебя люблю».  Миилый!

Она посмотрела на Максима. Он улыбался. Настя вскочила, обняла его за шею и нежно поцеловала.

– Спасибо за подарок, любимый. Я так тебя ценю. Ты столько делаешь для меня, а я даже не спросила, как у тебя сегодня день прошел.

– Да все хорошо. Теперь тридцать процентов акций завода у нас в кармане. А это хорошая прибыль в год.

– Ой, я так рада, что все хорошо. Иди ко мне, мой мужчина, мой жеребец.

Настя повернулась к нему спиной и он почувствовал как она трется о него ягодицами. Он мягко толкнул ее на кровать. Она упала на бордовый шелк простыни лицом вниз, подтянула под себя коленки и призывно замерла в ожидании. Макс приблизился к ней.

3. Случай в Карелии

После Петрозаводска Макс провел еще пять часов в пути. Усталость как рукой смахнуло, когда он увидел живописные места. Дорога переходила с берега одного озера на берег другого. Погода благоприятствовала, светило солнце и сочетание зелени лугов и лесов с голубизной озер радовало глаз и вселяло чувство единения с природой.  Люди и дома теперь встречались на дороге редко, и казалось, что он забирается все глубже в нетронутый край, хотя знал, что впереди еще немало населенных пунктов. Макс невольно сильней давил на газ, чтобы быстрее оказаться в пахнущем деревом коттедже, услышать шум ветра в листве и шелест волн озера. Все чаще встречающиеся финские названия речушек и деревень говорили, что он скоро будет на месте. Он поймал себя на том, что уже больше не думает о работе, бизнесах и даже о Насте. Хотя первую половину пути только о ней и думал. Переживал как-там она без него в окружении своих нафуфыренных модных геев и столичной богемы. Глаз да глаз за ней нужен, ну да ладно, девочка взрослая, к тому же бизнесвумен. Пусть учится самостоятельности, а он пока отдохнет. Насколько его хватит без женской ласки? Неделя, две? Время покажет. А впереди природа, рыбалка, шашлыки! Карелия встречай меня!

С хорошими мыслями Макса повернул свой хаммер на грунтовую дорогу и покатил, поднимая клубы пыли, в сторону рыбацкой деревушки, где его ждал Иваныч – одинокий рыбак, который присматривал за его коттеджем и вел приготовления к его приезду. Иваныч как обычно сидел у своих сетей и что-то с ними делал. Похоже за год, пока Максим его не видел ничто у рыбака не изменилось. Та же меховая безрукавка, те же седые пряди, понимающий ясный взгляд  из-под густых бровей.

– Иваныч, приветствую! Рад тебя видеть! Как у тебя дела?

– Нормально, – у Иваныча всегда все было нормально. Одинокая жизнь смирила его со всеми перипетиями судьбы и дала отрешенность от мирских переживаний и спокойное созерцание жизни во всех ее проявлениях. В хорошую погоду он привычно рыбачил и продавал заезжим коммерсантам рыбу, а в бурю он был спокоен, так как знал, что буря сменится хорошей погодой и он вернется к своим занятиям, и даже может рыбы в озерах будет больше.

– Иваныч, ты как всегда немногословен, чего не скажешь о моих многих столичных знакомых. Как там мой домик? Стоит?

– Конечно стоит, Максим. Что ему будет? Я все подготовил. Дрова, вода, мяса вот только завтра привезу.

– Отлично, посидим вместе, поговорим. Ну, или помолчим, – добавил Макс, вспомнив «словоохотливость» Иваныча.

– А ты один нынче?

– Да, жене надо карьеру делать, а мне срочно приспичило отдохнуть.

Они рассмеялись.

Максим позвонил Насте сказать, что почти приехал и будет без нее скучать. Потом позвонить не удастся, так как связи в коттедже не будет. Поблагодарил рыбака и поехал в сторону леса. От кособокой хижины Иваныча до коттеджа еще около часа пути по лесной дороге вдоль берега озера. Коттедж стоял во всей красе на поляне, окруженной стройными соснами. Красное закатное солнце освещало витражи второго этажа. От коттеджа вниз по склону спускалась дорожка из камня, выходящая к деревянному пирсу на озере. К пирсу была привязана деревянная лодка с мотором просмоленная Иванычем. В обстановке вокруг коттеджа чувствовалась заботливая рука рыбака: старая листва была убрана, кустарник подрезан, дорожки подметены, дрова аккуратно сложены. То же и внутри, пыли не было, окна вымыты.

Всю эту красоту с приложением в виде верного Иваныча Максим приобрел по сходной цене у бывшего депутата три года назад. Тот достиг такого возраста и состояния, когда уже все есть и понимаешь, что радость в жизни не только в постоянном обогащении. Эксдепутат продал все в России и уехал на постоянное местожительство в другую страну, живя на пенсию в виде процентов со счета в швейцарском банке.

Дело близилось к вечеру, и Макс затопил камин. Сел перед ним и стал смотреть на огонь. С непривычки, после шумной городской суеты, поначалу ему стало скучновато. Но пара рюмок шотландского виски разогрели кровь и подняли настроение. Засыпал Макс с хорошими мыслями и радовался, что все идет почти гладко. Эх, надеюсь, никто не вспугнет удачу. Но сердце, освобожденное от суетных пут, где-то в глубине уже предчувствовало недоброе.

Наутро Максим искупался в озере, пожарил на газовой плитке яишницу, сварил в кастрюльке кофе и отправился на рыбалку. Рыба клевала не часто, и в тишине озера Максим чуть не уснул с удочкой. Вернулся он с небольшим уловом: пару плотвинок и средней величины язь.  После обеда он завалился спать и проснулся перед самым приездом Иваныча. Иваныч приехал на своей «Ниве» и  привез уже замаринованную говядину.  Они решили пожарить шашлык и пойманную рыбу прямо на улице. Когда все было готово, они уселись в шезлонги у мангала и стали наблюдать закат.

– Дождь будет завтра, а может уже ночью – проговорил Иваныч.

– Откуда знаешь? – спросил Максим.

– Вон видишь те облака, над елями? И кости мои чувствуют, давление падает.

– А я то думаю, что меня весь день в сон клонит.

Они посидели еще немного, помолчали, пригубили виски.

– Иваныч, а ты не хочешь в город перебраться? Народ, смотрю, из деревень перебирается, каждый год все больше брошенных домов вдоль дороги.

Иваныч вздохнул.

– Не перебирается он, а вымирает, от старости, бедности и болезней. Забыты и заброшены мы. Но я не жалуюсь,  живу рыбалкой, лесом, землей и вряд ли привыкну к городу. Буду как все доживать здесь до старости, а может и до смерти.

– Такие люди как ты в диковинку для нас москвичей, городских. Мы, знаешь, привыкли стремиться к глобальным целям, в основном к деньгам конечно. Кто больше заработает тот и круче, а тут у вас другие законы. Жить, как дается. Нам трудно это понять. Я немного завидую тебе, но вот у меня духу, наверное, не хватило бы жить как ты. А ты можно сказать свободный человек.

Рыбак усмехнулся.

– Нет свободных людей. Все мы от чего то несвободны. Свободен человек только перед смертью, когда он к ней готов. Мы в Афгане когда шли в бой, то внутренне готовились встретить смерть, и кто не боялся мысли о ней, тот был по-настоящему свободен.

Максим покивал.

– Так ты был в Афгане. Это многое объясняет.

Иваныч допил до дна, поднял голову и посмотрел на закатное солнце.

– У каждого своя судьба. Я привык к одинокой жизни. А вы детей еще не завели?

– Нет пока, я ж говорю, думаем только о карьере. Но кое-какие планы есть.

– Понятно.

– Кстати, у меня для тебя подарок.

Макс встал, подошел к хаммеру, открыл заднюю дверь и достал новое, сверкающее на солнце удилище.

– Вот это тебе, японское, на крупных щук пойдет, а вот еще набор блесен, говорят щука на них идет очень хорошо.

Иваныч встал и принял подарок. Погладил удилище, оценил качество и вес.

– Спасибо, Максим. Хорошая вещь. Прослужит долго. Еще ей наловлю тебе рыбы.

– А давай с тобой порыбачим на днях? Поучусь у тебя старого рыбака.

– Давай, послезавтра пойдет?

– Пойдет.

Они еще посидели, поболтали о рыбалке, о женщинах и когда стемнело, были уже достаточно веселые от горячительного виски.

– Ну ладно, надо ехать – сказал Иваныч и встал,  пошатываясь.

– Да ты, как говорится, слегка пьян! – весело воскликнул Максим, – гаишников не боишься?

Они оба загоготали над шуткой, в такой глуши гаишников отродясь не видели. Только ваишники порой проезжали, сопровождая машины с ракетами и боеприпасами.

Иваныч погрузился в Ниву и уехал, а Макс затопил камин, уселся в кресло-качалку и когда начал клевать носом, то решил перебраться  на второй этаж в постель. В постели как назло сон пропал, в голову полезли мысли о работе, бизнесе, потом о Насте и, в конце концов, Максим сел на кровати и задумался чем бы себя занять. Потом он часто думал, что в тот момент вмешалось провидение, не иначе.

            Он вспомнил про свой новый еще неосвоенный телефон, взял его и начал осваивать. «Что тут есть интересного? Клиент Твиттера, ВКонтакте, Фэйсбука. Эх, без связи этим не воспользуешься, музыки всего пара демопесен, тоже не закачаешь, послезавтра на рыбалке качну». Он случайно нажал на блютус (тоже провидение). Так, тут что можно делать? Найти новые устройства. Ну, это понятно. Сейчас телефон по идее ничего не найдет. Стоп. Не понял. Что это?». На экране светилось: «Найденные устройства: 1. b@nderos». Максим сидел в недоумении, пытаясь понять что это: или техника глючит или телефон нашел новое устройство с блютусом, но тогда чье это устройство, да еще с таким странным именем. Может Иваныч телефон оставил? А, ну наверное! Валяется где-нибудь в траве у мангала.

            Максим натянул одежду, встал, чтобы пойти и найти телефон Иваныча, но замер на месте, уловив едва легкий стук откуда-то снизу. Как будто дверь стукнула или оконная рама. Странно все это. Он тихонько подошел к витражу, со стеклянной дверью, выходящей на балкон. Месяц тускло пробивался сквозь облака, начинался дождь. Первые капли упали на стекла. Смутные очертания машины, предметов во дворе не внушали опасения. И вдруг со стороны лестницы донесся тихий скрип, как будто деревянная ступенька предательски выдала непрошеного гостя. Тут Максим встревожился не на шутку, ведь свое охотничье ружье он оставил на вешалке в холле, а до него добраться можно только по лестнице. Стараясь не шуметь, он открыл стеклянную дверь, вышел на балкон, прижался к стене и стал вглядываться в темноту комнаты, надеясь, что вскоре он посмеется над своими страхами. Но холодно стало внутри, когда он увидал, что дверь, ведущая с лестницы в комнату, приоткрылась, и в комнату проник человек. Лица было не разглядеть, только темный силуэт фигуры, но по вкрадчивым передвижениям было ясно, что незваный гость явился не с добрыми намерениями. Человек замер и поднял руку, темное ее продолжение было не иначе как пистолетом с глушителем. Максим понял, что тот не может разобрать в темноте, что его нет в постели и принял силуэт синтетического одеяла за него. Вспышка из пистолета, как бесшумная молния озарила комнату, и только одна мысль возникла у Макса в голове – «Бежать!».

            Он перемахнул через деревянные перила и попытался повиснуть, чтобы спрыгнуть вниз, но рука соскользнула по мокрому резному бруску и он неловко, с шумом упал вниз на газон, задев рукой поленницу с дровами. Дрова посыпались с грохотом. Максим вскочил  и, превозмогая боль в ушибленном бедре, побежал, хромая, вдоль стены. Забегая за угол, он слышал, как со стеклянным звуком распахнулась дверь балкона. За углом он лихорадочно стал соображать куда бежать, чтобы скрыться от убийцы. Пытаться добраться до ружья или машины было опасно, могут подстрелить. Впереди была чернота леса, которая пугала в обычной ситуации, но сейчас казалась спасительным занавесом, который может укрыть и сохранить. Решено, в лес!

            Максим побежал что есть силы в темноту через редкие кустарники, огибая темные силуэты деревьев, бежал минут десять, задыхаясь, пока не забежал в небольшой овражек с густым кустарником. Там он сел на траву за толстым деревом и замер, пытаясь сдержать учащенное дыхание и прислушаться – нет ли погони. Ноги в шлепанцах исцарапанные кустами немного саднили, но было терпимо. Дыхание скоро успокоилось, и он смог слушать звуки леса. Лес ночью жил своей жизнью и был наполнен шорохами и шумом листьев в верхушках деревьев. Шума производимого человеком слышно не было. Максим решил, что если все пойдет в его пользу, если эту ситуацию вообще можно назвать в его пользу, то он дождется утра, а затем попытается найти дорогу и вдоль дороги пешком добраться до Иваныча. Только бы дожить до утра. А сидеть на траве в ночном лесу было непросто. Дождь шел все сильней, толстовка намокла и перестала согревать. Максим сидел в огромном напряжении, вслушиваясь в звуки темноты и дрожа от холода и стресса. Пытаясь отвлечься от холода, он стал вспоминать о Насте, перед лицом опасности горячо захотелось увидеть родное лицо. Затем стал думать, кому он перешел дорогу. Кто мог его заказать? Явно точно никому он не делал ничего плохого. Может конкуренты, а может должники? А кто много Максиму должен? Неужели Горин захотел стать полновластным хозяином бизнеса? Столько вопросов. Только бы выбраться и он обязательно доберется до правды. Через несколько часов Максим начал впадать в полусонное забытье и, в конце концов, задремал. Ему приснились пески Каракумов. Тот день, когда он встретил своего ангела.

5. Снова сюрпризы.

Как он ни старался в тот день увлечься работой, она никак не двигалась, потому что приходилось каждому рассказывать, что с ним все в порядке и все позади. К пяти часам он уже утомился от постоянных расспросов и решил уехать домой. Однако, сидя в машине, захотел увидеть Настю и приказал водителю двигаться к ней в офис на Садовом кольце. Охранники, которые стали его постоянными спутниками переглянулись, но ничего не сказали, он тоже не стал комментировать своего решения изменить запланированный маршрут. По пути он купил шикарный букет – решил порадовать свою любимую и таким образом поднять себе настроение.

Секретарша жены была в своем привычном амплуа – тщательно выверенный макияж, на которые наверняка тратит не менее часа каждое утро. Платье с вырезом, которое больше подходило бы к вечернему выгулу и туфли на высоких каблуках. Можно сказать, что она всегда была готова стать участником модной гламурной тусовки. И к ее чести это совсем не мешало выполнять все рабочие обязанности, и вот сейчас она набивала какой-то документ, стукая по клавиатуре своими наращенными ногтями.

– Я к Анастасии Григорьевне, – бросил Максим на ходу и направился в кабинет жены.

– Погодите, погодите,  – чуть ли не вскочила секретарша, – у нее важные переговоры и она просила никого не пускать.

– Даже меня? – удивился Максим и оторопело встал.

– Ни-ко-го, – проговорила по слогам секретарша в такт ударам по клавиатуре.

– Хм, хорошо, подожду, – нехотя согласился Максим и уселся на шикарный кожаный диван, на котором обычно сидели в ожидании топ-модели.

Секретарша, подала ему кофе и, не обращая на него внимания, продолжала стучать по клавиатуре, набивая текст теперь в такт молодым приятным голосам, которые пели речитативом в колонках на ее рабочем столе: «Коламбия пикчерз не представляет…».

Прошло минут пять ожидания, Максим начал скучать и поглядывать на часы. Секретарша иногда прерывалась в работе на получения и отправку СМС через свой гламурный айфон. Она навела Максима на одну мысль. Он достал свой уже почти родной телефон, с которым побывал в передрягах и решил отправить Насте через блютус какое-нибудь сообщение, дабы удивить ее. Телефон начал искать устройства. «Милашка».., это секретарша, понятно, «Angel», вот моя любимая. Максим собрался уже щелкнуть на ее имени, чтобы набрать для нее собщение, но тут телефон нашел еще одно устройство. Максим не поверил глазам, встряхнул головой, нет, не показалось. Вот оно – «b@nderos». Раненое плечо заныло. В глазах слегка потемнело, от ненависти, страха, непонимания. Он сжал челюсти и усилием воли привел эмоции в равновесие, затем покосился на секретаршу и медленно спросил, еле разжимая зубы:

– А кто у нее?

Та на секунду удивленно посмотрела на него и ответила:

– Да какой-то молодой человек.

– Кто он? Чем занимается?

– Точно не знаю, но похоже устроитель праздников с какого-то агенства, да вы не переживайте, он регулярно приходит, и они по долгу обсуждают подробности организации мероприятий. Я после их переговоров потом еще по два дня занимаюсь рассылкой писем подрядчикам.

– А в прошлый раз когда приезжал?

Секретарша глянула на него уже с подозрением, чего, мол, устроил допрос.

– Перед последним показом, где-то месяц назад. Да они скоро закончат, и сами все узнаете.

Ему стало жарко, галстук вдруг невыносимо стал давить горло и он ослабил его.

– Пойду пройдусь, – сказал он и вышел в коридор. Дал знак охраннику оставаться на месте и зашел в туалет. Букет он швырнул в корзину, подошел к крану, умыл лицо холодной водой и посмотрел на себя в зеркало.

Этого не может быть! Неужели Настя? Слова детектива зазвучали у него в голове с устрашающим смыслом: «Это вы так считаете», «мой опыт доказывает», «зависть человеческая не знает границ». Что за бредовая ситуация! Это же мой ангел! Как я могу в нем сомневаться? Она мне жизнь спасла! Нет, но как все совпадает : прямо перед его отъездом в Карелию она с встречалась с этим молодым человеком и это имя телефона, да и если подумать у нее самый больший финансовый интерес. Она знает, что завещания он не писал и все перейдет ей в случае его смерти. Боже мой, но почему? На ней итак больше половины всех его активов и пассивов. Неужели мало? Он выругался вслух и вышел. Но в приемную уже не вернулся, а быстро пошел к машине.  Охранник за ним почти бежал.

– Поехали в ресторан! – почти крикнул водителю, и глядя не его вопросительное лицо, спокойно добавил, – в «Дрова», сегодня будем в дрова. Так хреново, что самое время выпить хреновухи.

В ресторане он заказал  2 литра хреновухи , немного закуски себе и поесть охране и водителю. Охранники отказались с ним выпить – на работе. Ну и ладно, он и один не прочь выпить. Первая рюмка разогнала холод внутри. Вторая – успокоила поток мыслей. Третья  – подняла настроение. После четвертой Максим уже улавливал внутри позитивные нотки молодецкой энергии. Через стол  сидели три красотки и весело поглядывали на Максима, угадывая в нем респектабельного и щедрого мужчину, с которым можно хорошо провести время. «Так не обманем их ожидания!» – подумал Макс после пятой. Зазвонил телефон. Это была Настя. «А-а-а, звонишь!» – вслух усмехнулся пьяненький Максим, глядя на телефон, и переключил аппарат на бесшумный режим.

Через минуту он сидел среди красоток и кричал официанту, чтобы он принес девушкам шампанского, вина и фруктов. Те были рады. Вечер обещал быть с продолжением. А это и надо было Максиму – забыться в чужом теплом плече, в чужом пряном запахе волос, пусть на один вечер, на одну ночь, но забыть кошмар, с которым он столкнулся. Вечер до ночи пролетел весело, с пьяными шутками, выкидонами, танцами до упаду. Под закрытие остались только Максим с блондинкой, которая ему понравилась больше всех и охранники, сидящие поодаль.  Официанты делали вид, что уборка и подготовка к закрытию это естественные занятия в течение всего рабочего дня и угрюмо косились на Максима, который сидел, уже без пиджака, приобняв такую же пьяную как он блондинку, и плел ей про свои переживания:

– Работаешь, живешь, думаешь любовь, счастье вот оно. Приходит беда, но ты все равно думаешь любовь, счастье вот оно. Но не, все не так просто. Оказывается ты все время себя обманывал, тешил, что это чувство тебя и спасает от того, чтобы не стать как все те подлецы. Ан нет, только подлость и есть альтернатива всей этой призрачной любви. Или нет? Ты как думаешь?

Девушка посмотрела в бокал и поиграла лучами света в шампанском.

– Думаю не надо сдаваться. Как писал Пауло Коэлье – хранить в себе луч света и быть воином света.

– Воином света? Тут знаешь, грань тонка между тьмой и светом. Но давай выпьем за свет! На брудершафт.

– Давай!

Они чокнулись, переплелись локтями и без стеснения поцеловались взасос, глубоко засовывая языки друг другу в рот. У Макса закружилась голова. У нее, судя по всему, тоже. Он отпрянула и посмотрела на официанта.

– Мне кажется, ресторан уже закрывается. Может, поедем?

– Куда скажешь, моя дорогая.

Они определились в свежий «Хаятт», в люксовый номер. Максим отпустил охрану и водителя до утра. Несмотря на то, что его шатало из стороны в стороны, он все прекрасно осознавал. Это была его особенность, всегда контролировать ситуацию, даже будучи сильно пьяным. Он никогда не дурел, как многие, сильно веселел и всегда наутро помнил, что с ним было, и это иногда вгоняло его в стыд.

Вместе с красоткой они в обнимку вошли в номер, споткнулись на пороге и упали. Это их сильно развеселило, и они принялись целоваться, а затем сдирать друг с друга одежду. Из пиджака Максима выпал телефон. Он кое-как навел на него фокусировку пьяных глаз, увидел много пропущенных звонков и непринятых сообщений. Блондинка  ткнулась ему в лицо своей упругой грудью с торчащими сосками, и он тут же забыл про свои проблемы. Точнее не забыл, а заставил себя забыть и наплевать.

Они отдались страсти со всей энергией двух молодых тел, разгоряченным алкоголем. Макс неистово владел ею, а она кричала и стонала, и это заводило его еще больше, и он выплескивал свою энергию в резких мощных движениях, которые ее тоже заводили. Потом они упали обессиленные.

– Надеюсь, мы никого не разбудили, – проговорил Максим, успокаивая дыхание.

– Это были бешеные скачки, – проговорила она.

Они оба улыбнулись и почти сразу уснули, переплетясь телами.

Максима разбудил будильник на его телефоне. Он встал достаточно легко. Во время бурной ночи дурной хмель выветрился, и осталась легкость и небольшая слабость в теле. Голова слегка гудела, но не болела. Все-таки качественное спиртное и хороший секс многое значат. Блондинка тоже проснулась и подняла сонную физиономию над подушкой.

– Спи, – сказал Максим, – номер проплачен до двенадцати. Можешь оставаться до этого времени.

Он положил  пять стодолларовых купюр на журнальный столик. Девушка закрыла глаза и уронила лицо на подушку.

6. Расследование

Максим ехал вниз в начищенном лифте и смотрел на свое отражение. Что он должен чувствовать? Угрызения совести или жажду мести? Что он там вчера болтал по пьянке про подлецов вокруг? Стоит ли таким уподобляться? Хотя, что там говорить, уже уподобился вечером и ночью. А если Настя не виновата? А вдруг все так, как он подозревает? Надо разложить все по полочкам и разобраться. По крайней мере, расставив все точки над “i”, он успокоится, как бы все ни сложилось. А сейчас он полон холодной решимости. Надо действовать. Как мужчина.

Он достал из кармана телефон и нажал кнопку.

– Алло, Настя.

– Максим, что это значит? Как ты можешь после всех событий так поступать, не отвечать на звонки? Хорошо, что я записала телефон твоего водителя, он сказал, что ты на важной встрече и все с тобой в порядке. Я так волновалась! Ты что смерти моей хочешь?

– А ты? – холодно ответил Максим.

– Что я?

– Ты смерти моей хочешь?

– О чем ты и еще таким тоном? Кстати мне вчера Лерка рассказала, что ты, похоже, приревновал к моему подрядчику.

– Болтает много твоя Лерка и не по делу. Однако  я много знаю про твоего под-ряд-чи-ка, – Максим решил пойти ва-банк.

– Ты что следил за ним? Зачем? Твои волнения напрасны абсолютно. Я люблю только тебя, несмотря даже на то, что ты так по-свински поступаешь. Если ты его видел, то должен понять, что я и он вместе вообще никак.

– Ну вместе то и необязательно.

– О чем ты? Я тебя не понимаю. Ты какой то чужой. Где ты был всю ночь?

Либо хорошо играет, либо действительно не понимает, о чем он говорит.

– Ладно, Настя, послушай. Мне надо разобраться в одной ситуации. Пока я не могу появляться дома.

– Это связано с нападением?

– Хм, вот с этим то и надо разобраться связано или нет. В общем, как только разберусь, я с тобой свяжусь.

Он выключил телефон. Разговор закончился, когда Максим подходил к машине.

– Доброе утро, ребята! – поздоровался он с охраной и водителем, – на работу!

В машине он обдумывал сложившуюся ситуацию, вопросов прибавилось. С Настей надо побыстрей разобраться, пока не наломал дров.

Рабочий день пролетел обыденно, без сюрпризов. Было обсуждение законопроекта, на котором он боролся со сном и потом он поехал на встречу с детективом. Встретились в кафешке. Максим рассказал, что вчера произошло.

– Петр Семенович, Настю необходимо проверить первой. Я этот вопрос хочу разрешить поскорей.

– Понимаю. Но в любом случае вас ждет разочарование, либо в себе, либо…

– Это уже мне решать. А сейчас, пожалуйста, бросьте все силы на ее проверку.

– Хорошо, постараюсь. Конечно, в планы это не входило и придется, так сказать, передислоцировать силы, что займет некоторое время.

– В первую очередь надо понять, как часто к ней наведывается этот Бандерос. Допустим, если он был у нее, значит, они что-то замышляют и мне надо держать ухо востро.

Петр Семенович задумался, почесывая гладко выбритый подбородок. Через минуту поднял палец.

– Есть у меня одна идея, раз высокие технологии вам так удачно помогают, то пусть и дальше помогут нам. Есть у меня хорошие знакомые программисты. Они мне уже писали кое-что для слежения через телефоны. Добавим сюда возможности блютуса и получим сканер.

– Что вы имеете в виду?

– Установим на ваш телефон такую программу, которая будет сканировать эфир через блютус и  сообщать, если телефон с именем Бандерос появится в зоне видимости.

– Хм, неплохая идея!

– Более того, можно заставить такую программу незаметно передавать сообщения на нужный номер, если Бандерос будет рядом.

– А зачем мне кому-то передавать?

 Детектив покачал головой.

– Нет. Речь идет о вашей жене. Проблема только в том, как незаметно установить программу на ее телефон. Но это я возьму на себя.

– Думаете получится? Она с ним расстается только ночью.

– А на работе?

– Не знаю.

– Вот и узнаем.

Детектив тут же позвонил программистам и описал в двух словах задачу. Те согласились сделать за неделю и кругленькую сумму. «Не жизнь пошла, а сплошной детектив», – подумал Максим, – «и всему есть своя цена. Поскорей бы все закончилось, а то можно и поиздержаться».  А расходы росли как снежный ком, на время расследования он снял небольшой коттедж с противоположной от его дома стороны Москвы. Сделал это втайне от водителя, чтобы тот не сообщил Насте. И вообще соблюдал конспирацию. Водителя отпустил в отпуск, водил машину сам. Встречался только с охраной по утрам. Утром на работу, вечером обратно в коттедж, разгонять тоску телевизором и пивом. От скуки научился готовить пару новых блюд. Настя звонила несколько раз, то ругалась, то умоляла его вернуться или сообщить где находится.

– Сейчас не могу тебе сказать, надо кое-что выяснить, – был его постоянный ответ. Сам он на контакт не шел, хотя это было очень тяжело. Депрессия одолевала его и хватала по вечерам за горло.  Еще и теща подлила масла в огонь. Позвонила ему из Питера.

– Максим. Почему Настюша звонит мне и плачет? Что у вас происходит? Что за глупая ревность?

– Наталья Петровна, при всем моем уважении, эти наши небольшие проблемы мы утрясем сами. Это не ревность, уверяю вас.

– А что же?

– Пока не могу сказать.

– Столько тайн, Максим, столько тайн. Где ты сейчас находишься?

– В командировке.

– Где?

– Вы очень любопытны.

– Ладно, Максим, это ваша жизнь, но смотри не доводи Настю, а то пожалеешь.

И бросила трубку. Максим недоуменно посмотрел на телефон. Что это с тещей? «А то пожалеешь». Совсем сбрендила?

Спустя неделю после встречи с детективом, они снова встретились, и тот установил ему на телефон какую-то программу.

– Вот смотрите, можно настроить, чтобы телефон искал любое имя, протестируем на примере моего телефона.

Петр Семенович понажимал кнопки. После его настройки телефон завибрировал и прерывисто запищал.

– Видите, в красном окне появляется сообщение.

И правда, на экране было красное окошко и надпись «Сэмэн в зоне видимости сигнала!!!»

– Сэмэн?

Детектив улыбнулся и пожал плечами.

– Это имя моего телефона. Давайте настрою на телефон вашего киллера. Как точно пишется имя его телефона?

Максим написал на листе блокнота.

– А Насте установили?

– Пока нет, работаем над этим. Пришлось им немного сети попортить в офисе. Теперь мои «кабельщики» чинят, – детектив улыбнулся.

– Теперь буду знать кого винить, если неполадки с сетями будут, – тоже улыбнулся Максим.

Через пару дней детектив позвонил и настоял на встрече. Вечером они встретились.

– Удивительное дело, -сказал Петр Семенович, – телефон вашей жены постоянно сообщает мне, что рядом бандерос. Причем сигнал идет примерно с десяти утра и до шести – семи вечера. При этом слежка показывает, что она в это время на работе. Создается впечатление, что киллер рядом с ней, пока она на работе.

– Да, странно это. Не может же быть, чтобы они все время вместе проводили.

– Не может, так как по наблюдениям она часто была одна в кабинете, а сигнал все равно шел. Более того, я поставил себе тоже на телефон программу и телефон обнаруживает Бандероса, когда я рядом с вашим офисом, а жена на выезде.

– Что за ерунда? Может он рядом с офисом ждет меня?

– Не думаю. Мы все тщательно проверили.

У Максима проснулась надежда, что все, что касается Насти это большая ошибка. Простит ли она его, если все окажется так?

– Поедем вместе и все проверим! – решительно заявил он.

– Ну что ж, – спокойно согласился Петр Семенович, – я за любые приключения без смертельных исходов.

Они сели по машинам, Макс выставил синий маячок на крышу, чтобы преодолеть пробки, так как выбрались они на дорогу ровно в час пик. Но и это не сильно помогло, потому что на перекрестках творилось невообразимое – никто никому не хотел уступать. Через час они все-таки добрались до офиса Насти и припарковались подальше от него. Встретились у его машины.

– Настя, к сожалению, уже уехала из офиса, – сообщил детектив, – но я все равно предлагаю пройти к ее офису и проверить, среагируют ли наши телефоны.

– Да, конечно – согласился Максим.

– Будьте настороже, – предупредил детектив и начал отдавать команды по своей рабочей связи.

– Сейчас внимание, – приказал Максим охранникам.

Они не спеша, внешне спокойно, но с внутренним напряжением двинулись к офису.  Петр Семенович остался внизу, а Макс с охраной начали подниматься наверх. И тут телефон Макса завибрировал и запищал. Он вытащил его и посмотрел на экран. Красное окно предупреждало: «b@nderos в зоне видимости сигнала!!!»

– Твою мать, – выругался Максим.

Но продолжил подниматься к офису, надо закончить это дело. Только инстинктивно приблизился ближе к охранникам. Охранники, крепкие ребята тоже были все внимание. Они прошли мимо охранника офиса, тот узнал Максима и встал в приветствии, прошли через коридор и подошли к двери приемной. Пока все спокойно. Максим дал рукой сигнал оставаться охране в коридоре, а сам открыл дверь, рукой нащупывая под пиджаком кобуру с «макаровым».

Секретарша сидела все такая же модно-гламурная в своей привычной позе и долбила под музыку клавиши наращенными ногтями. Увидав Максима, удивленно вытаращилась на него.

– Давно вас не видела!

– Настя у себя? – спросил Максим.

– Нет, уехала.

– И никого нет у нее в кабинете?

Телефон Максима продолжал вибрировать и тихо попискивать.

– Никого.

Она сказал что-то еще, но Максим не расслышал.

– Что? Сделай музыку потише.

Она приглушила звук.

– Я говорю, что никого в ее отсутствие в кабинет не пускаю.

– А-а, ну правильно, молодец. Давно хотел спросить, что за группа у тебя все время поет? – спросил Максим, чтобы еще потянуть время.

– Бандерос.

Максим опешил и застыл на месте.

– Какая?

Похоже, он спросил с таким выражением лица, секретарша испуганно ответила.

– Бандерос. Популярная сейчас группа. Мне очень нравится. А вам нет?

И тут Максим осенило.

– Ну ка, дай посмотреть свой телефон.

– Зачем?

– Ну дай, дай. Интересно. Думаю, может айфон Насте новой модели взять. Только ей не говори.

– Ладно, вот возьмите.

Максим взял телефон и попытался посмотреть настройки блютуса. Черт ногу сломит в незнакомом интерфейсе.

– А ты умеешь сообщения по блютусу отправлять?

– Конечно.

– Ну ка, отправь мне слово «тест».

Секретарша принялась гладить сенсорный экран телефона.

– Смею предположить, что устройство с именем Макс это ваш телефон.

– Смей.

Телефон Максим сообщил о принятом сообщении. Он глянул на него. «Вам сообщение от b@nderos»

– Интересное имя у твоего телефона. Редкое. И почти как у группы.

– Да не такое уж и редкое, в интернет полно таких ников. Но назвала я в честь любимой группы.

– И давно так назвала?

– Месяца два, три точно не помню. А вам это зачем?

– Да чистое любопытство, – ответил Максим, еле сдерживая себя от проявления чувства радости нахлынувшего на него. Такой груз упал, напряжение многих дней схлынуло, и сердце наполнилось песней.

– Ну бывай, – сказал он, – Насте не говори, что я приезжал. Это сюрприз.

– Ладно,– пожала плечами секретарша, – до свидания.

Максим буквально вылетел на крыльях счастья из приемной и полетел по коридору, а за ним недоуменные охранники. Петр Семенович тоже подозрительно посмотрел на него, когда он появился на выходе с улыбкой до ушей, а затем и вовсе расхохотался.

– Ха-ха, ну надо же, ха-ха, смех сквозь слезы, ха-ха-ха, бывают же такие совпадения, ха-ха-ха, недоразумения!

– Да что случилось то, расскажите? – обращался детектив то к охране, то к Максиму.

Охранники пожимали плечами, а Максим еще несколько минут не успокоиться и бил себя в лоб от переполнивших его чувств и от досады, какой он был подозрительный дурак, что смог подумать такое о Насте, о своем ангеле-спасителе. И когда успокоился, то поведал обо всем Петру Семеновичу. Тот в отличие от Максима хохотать не стал, а только улыбнулся спокойной улыбкой и сказал:

– Хорошо, что так, но мы все перепроверим. Так что бдительности не теряйте. И рекомендую пока дома не появляться до моего сигнала.

Максим выразил согласие, но внутри он уже знал, что наплюет на предупреждения детектива и отправится домой. Он истосковался по теплому и уютному быту, а уж по Насте то как. Сразу же он позвонил ей.

– Привет, милая! Что делаешь?

– А что это тебя так вдруг заинтересовало?

– Хочу тебя увидеть!

– А хочу ли я тебя увидеть, после того, как ты пропадал непонятно где? Я, знаешь ли, всерьез начала думать об одинокой жизни. И уже нашла в ней преимущества.

– Ну погоди, не горячись. У меня действительно были серьезные обстоятельства, от которых зависело наше будущее. Я при встрече тебе все объясню.

– Я должна подумать. Дай мне время.

– Хорошо, подумай, дорогая, а я пока подумаю в какой ресторан мы пойдем.

Через пять минут он звонил ей снова.

– Я еще не подумала.

– Не подумала? Но я уже решил, где мы проведем сегодня сказочный вечер!

– Сказочный? Звучит неплохо!

– Я за тобой заеду.

– Погоди. Приезжай часа через два. Я должна подготовиться.

– Хорошо, договорились.

Максим находился в приятном расположении духа. Все-таки высокие технологии нужная  вещь. Надо будет полоббировать проекты с хай-теком. Ведь технологии ему и жизнь спасли и не дали совершить непоправимых ошибок. Зазвонил телефон. Это был следователь из МВД.

– Добрый вечер, Максим Олегович. Давно от вас не было вестей.

– От вас тоже.

– А я как раз и звоню с вестями.  Не знаю, правда, хорошими или плохими. Мы нащупали каналы, по которым проходил заказ на вас. Еще несколько недель и возможно мы выйдем и на исполнителя. А вот насчет заказчика.

Следователь замолчал.

– И что насчет заказчика? – нетерпеливо спросил Максим.

– Не похоже, что это было как-то связано с бизнесом. Скорее личные мотивы. Возможно это кто-то близкий к вам.

«Да что ж это творится то?», – подумал Максим, – «и вы туда же. Только поздно.»

Он посмотрел на телефон и проговорил беззвучно: «Пошел ты!».

– Хорошо я учту, – спокойно сказал он следователю вслух .

– Мне нравится, что вы не паникуете, но все-таки советую быть очень внимательным даже дома. Это не постоянно, временно, пока мы не распутаем ниточку до конца.

– Я понял, буду внимателен.

– И усильте охрану.

– Уже усилил.

– Это хорошо. Всего доброго. Я позвоню, когда разведаем подробнее.

– Спасибо, буду ждать с нетерпением.

– До связи.

– Всего хорошего.

Максим почти в отчаянии стукнул по спинке сидения. Охранники с волнением посмотрели на него.

– Все нормально, – успокоил он их.

Почему всегда находится кто-то, кто пытается вбить клин между ним и Настей? Только он со всем разобрался, исчезли последние сомнения, как какой-то засранец снова сеет их в нем. Все! Хватит! Плевать на все. Он верит, что Настя не могла все это устроить. Сердце ему подсказывает, что она не причем. Жаль, что раньше его не слушал. А завтра он еще подумает кто причем. А сегодня он едет на встречу с любимой после долгой разлуки.

Когда в конце улицы появился каменный забор его участка, он ощутил как соскучился  по своему уютному солнечному дому, построенному по индивидуальному проекту, по двору, мощенного брусчаткой, по бассейну с прилегающим садом и по своей земле. Когда автомобиль остановился, он схватил с сиденья огромный букет и, не скрывая радости, почти бегом направился к дому. Он почти дошел до входа, как дверь открылась и на пороге появилась Настя в белом длинном вечернем платье, которое подчеркивало все ее прелестные формы, и Максим страстно захотел ее.

– Настя, любимая, прости меня, – он протянул ей букет.

Она кокетливо приняла его, понюхала цветы. Максим немного расслабился, он ожидал другой реакции.

– Ну что ж, я подумаю. Поехали в ресторан.

Они поехали на ее Мерседесе, а охрана на Ауди поехала за ними. Она не дала ему вести свою машину и повела сама, а он смотрел на ее профиль, не отрываясь.

– Ты моя королева!

– Заброшенная и забытая королева.

– Малыш, прости…

– Прости? Это после всего, что я пережила, передумала? Знаешь кто ты после всего этого?

– Гад последний? – виноватым голосом спросил Максим. Похоже, рано он расслабился.

– Ты просто свинья! Ты издеваешься надо мной. Десять дней тебя не было дома.

– Восемь…

– Восемь, десять. Ты был неизвестно где и неизвестно с кем.

– Уверяю тебя, я был один и думал только о тебе.

– Ты будешь меня слушать или нет?

Настя вцепилась в руль и злобно смотрела на дорогу в напряженной позе. Максим поглядывал на спидометр. Стрелка скорости приближалась к цифре 100.

– Настюша, я тебя слушаю. Пожалуйста, сбавь немного скорость.

– Ты говоришь, что слушаешь, а на самом деле слушаешь только себя и еще указываешь, как ездить.

Максим почувствовал, что начал накаляться и решил выдерживать молчание, чтобы не дальше накалять ситуацию и успокоиться. Настя ждала, что он что-нибудь ей ответит, но он молчал, а ей, похоже, этого и надо было. Она хотела выговориться.

– Я знаю, что ты скажешь в свое оправдание: после этого ужасного случая тебе надо было решить проблемы с безопасностью, и ты не хотел, чтобы я была в опасности и прочее. Но как ты мог подумать, что я могу остаться спокойной в стороне от твоих проблем, которые, по сути, являются нашими общими. Помнишь, как перед свадьбой мы договаривались идти вместе,  рука об руку, какие проблемы бы нас ни ждали. И вот ты отстраняешься от меня, прячешься, оставляешь одну. Знаешь, как это тяжело жить в неведении, чувствовать себя одинокой?

Она грозно взглянула на него.

– Что сидишь голову повесив? Хоть бы одно слово раскаяния сказал.

– Я действительно ощущаю вину перед тобой, – не соврал Максим, – своими действиями я чуть не разрушил нашу любовь. Прости меня, если сможешь. Если хочешь.

Она немного помолчала.

– Ладно, рассказывай в какой ресторан мы едем.

Он улыбнулся. Настя простила его.

В ресторане царила приятная атмосфера. Бархатные драпировки, приглушенный свет, приятная музыка успокаивали и настраивали на романтический лад. Несколько бокалов красного вина и лучики в глазах Насти засверкали ярче, ее грудь стала призывнее натягивать ткань платья.

– Что ты так на меня смотришь? Думаешь, я простила тебя, – Настя продолжала играть обиженную девушку.

– Нет, конечно, что ты. Не смею даже, после всего, что я натворил.

– Много натворил?

– Да как сказать. Столько неясных событий встали между тобой и мной, столько всего пришлось пережить, передумать, и вот ты сидишь и думаешь простить меня или нет. А я сижу и думаю, получится ли вернуть твою любовь обратно.

– Макс, у тебя многое получается.

– Это намек, что не все потеряно.

– Вечер покажет, налей мне еще вина…

Это платье мешало ему, он пытался его снять как можно быстрее, однако оно цеплялось за тело Насти, словно не желая сдавать свои бастионы без боя. Но он соскучился по ней и жаждал ее тела, а платье своим сопротивлением только разожгло сильнее его страсть. Они не доехали до дома, он набросился на жену прямо в машине, и она ответила ему такой же страстью. Вполне возможно, что водители, проезжавшие мимо стоящей на обочине машины, видели, как она ходит ходуном и подскакивает, но Макса и Настю это не волновало. Они наслаждались друг другом.

Дома Макс с удовольствием окунулся в родную обстановку, прошелся по кухне, посидел на диване, пощелкал пультом от телевизора, помылся в душе с водным массажем, поднялся в спальню, столкнулся там с раздетой Настей и снова овладел ей.  Ночью еще несколько раз, когда его рука касалась упругой груди Насти, в Максе вырастало желание, и он доводил жену до неистовых оргазмов, которые она испытывала после многократного секса.

На следующий день был выходной, и они спали почти до обеда.

За завтраком его ждала новость:

– Извини, вчера забыла сказать. Сегодня вечером мама приезжает.

– Хм, ну пусть приезжает, комнат у нас много. С какой целью?

– Да понимаешь, она не знала, что у нас с тобой все наладится и хотела меня поддержать. Я отказываться не стала.

– Что ж. Заодно и с ней наладим отношения.

Настя улыбнулась. Ей понравился такой ответ.

Вечером они встретили тещу на вокзале. Максим был с огромным букетом для нее, и она, сначала грозно взглянув на зятя, после оттаяла и  приняла цветы. В течение дня она все выспрашивала у Максима, где он был все это время, какие у него теперь планы. Он либо отшучивался, либо переводил разговор в другое русло. Наталье Петровне это конечно не нравилось, но ему было наплевать. Он не любил, когда кто-то, пусть даже не самый далекий человек совал нос в его сугубо личные дела. Особенно, когда он не понимал мотивов человека. А теща обычно не открывалась до конца с ним и скрывала свои мотивы под завесой пространных разговоров ни о чем. Единственное о чем ему нравилось с ней говорить так это о театре. Говоря о театре, она с самозабвением и упоением открывала собеседникам интересный мир театральной богемы с его тонкостями и противоречиями.  Очень интересно было послушать, как проживают свою жизнь за кулисами известнейшие актеры. Наверняка Наталья Петровна привирала и добавляла свои подробности, но от этого ее рассказы становились еще интереснее.

Однако, этим вечером, когда Максим пытался вывести ее на беседу о театре, теща свела все разговоры на нет и ушла на улицу разговаривать с кем-то по телефону. Максим решил, что это она ему в отместку и не стал навязываться. Он утащил Настю наверх, и вместе они продолжили воплощать свои фантазии, которые накопились у них за время расставания.

7. Развязка

            Через пару дней теща уехала, и жизнь стала возвращаться в свое нормальное русло. Все шло своим чередом. Вскоре его приехал навестить Дмитрий Горин. Вечером они пили коньяк, сидя в креслах у камина и беседовали.

– Макс, давай расставим все точки над i. Признайся, ты ведь рассматривал версию, что киллера я нанял? – перешел на откровенный разговор Горин.

Макс, поболтал коньяк в стакане, вдохнул его крепкий аромат, сделал глоток и посмотрел на Димку.

– Отпираться не буду. Все версии рассматривались, в том числе и эта. Понимаешь, ни у кого нет таких мощных мотивов как у тебя.

– Да не переживай, я все понимаю. Но так ли уж и ни у кого?

– Ты только не начинай, я тут такое пережил с этим расследованием, что никому не пожелаешь.

– На след то напали?

– Пока нет, но я верю в своего детектива. Хороший профессионал. Рекомендовали.

– Значит найдет. Давай выпьем за это.

Они выпили и пошли есть барашка, которого до этого приготовили в тандыре. После барашка они выпили еще и в разгар вечера веселились как когда-то раньше, забыв про все неприятности.

Утром по пути на работу надо было подвезти Горина в аэропорт. После песен до часу ночи и распития коньяка они были еще навеселе и, сидя на заднем сидении автомобиля, слегка охрипшими голосами обсуждали, куда поедут охотиться в следующую встречу. Перешучиваясь, они гоготали во все горло, и Максим не сразу обратил внимание на вибрацию телефона в кармане. Потом он все-таки достал надоедливый телефон и глянул на экран. Хмель согнало в один миг. «b@nderos в зоне видимости сигнала!!!» – была надпись на экране. Он принялся озираться по сторонам, всматриваться в окружающие автомобили, летящие рядом по трассе.

– Макс, что с тобой? Ты чегой-то побледнел, – шутливо сказал Димка.

– Погоди-ка.

Внимание Максима привлек темный джип «Cherokee» с тонированными стеклами, который шел слева в соседнем ряду и немного позади.

– Володя, ну ка перестройся в крайний правый, – приказал Макс водителю.

– Будет сделано, – ответил водитель и начал вклинивать в правый ряд. Раздались гудки недовольных и неуступчивых водителей, но Володя все-таки оттер для себя местечко в правом ряду и перестроился.

– Макс, ты объясни что происходит, – уже серьезно сказал Димка.

– Сейчас выясним, не нравится мне этот джип, – Макс показал на Cherokee, который тоже перестроился на соседний ряд, – и охрану я до обеда отпустил, как назло.

Джип стал потихоньку догонять их и уже почти сравнялся. Максим повернулся к водителю, чтобы отдать указания, но тут Димка закричал:

– Окно открывает!

Макс повернулся и увидел, что у джипа опускается стекло окна водителя и появляется не что иное, как дуло оружия, похожего на УЗИ.

– Тормози! – закричал он и пригнулся, толкнув плечом Димку, чтобы тот тоже согнулся. Водитель вовремя нажал на тормоз, потому что из джипа начали стрелять, и пули просвистели у водителя перед носом, пробив боковые и лобовое стекла.  Визжа колесами, Ауди пошла юзом и остановилась. Сзади в нее кто-то несильно стукнулся. Сбоку тоже послышался визг тормозов и скрежет кузовов автомобилей. Потом все стихло. Макс поднял голову и увидел, что джип тоже предпринял экстренное торможение и стоит, развернувшись, впереди в метрах тридцать. Макс вытащил свой «Макаров» и вовремя, так как дверь джипа начала открываться и из машины выскочил тот самый, который был в карельском лесу. Недолго думая, Максим открыл по нему огонь прямо из Ауди через лобовое стекло и, похоже, подранил врага, не ожидающего отпора, потому что тот остановился, начал озираться по сторонам, запрыгнул обратно в джип и резко стартанул с места. В заключение всех «порадовал» Димка, который выскочил из машины и открыл вдогонку по джипу огонь из своего пистолета. Но тот на большой скорости уже уходил по МКАДу. Максим тут же набрал детектива.

– Петр Семенович, я только что отстреливался от нашего «бандероса», он сбежал на черном джипе Чероке и мчится сейчас по МКАДУ в северном направлении.

– Ясно, что с охраной?

– Я ее сегодня отпустил.

– Кто-нибудь ранен?

– Слава богу, никто, кроме нападающего. Я, кажется, его подстрелил.

– Ладно, разберемся, сейчас скажу бойцам, пусть попробуют отследить. Позвоню, как будет результат.

Максим вышел из машины на свежий воздух. Сзади и сбоку было несколько мелких аварий, спровоцированных резким торможением. Из авто вылезли несколько зевак, кто-то звонил по телефону, кто-то матерился. Макс облокотился спиной на автомобиль и посмотрел на белые облака, которые далекие от их земной суеты медленно двигались по небосклону. Подошли Димка и водитель.

– Макс, ты нас спас, – сказал Горин.

– Димка, есть закурить? – спросил Максим.

– Ты же не куришь.

– Все равно, дай закурить. Только Насте ничего не говорите.

– Про курение или про нападение? – спросил водитель.

– Про все.

В тот день Горин так и не улетел. До вечера их задержали в милиции с заполнением разных бланков и протоколов. А вечером они поехали с прибывшей охраной на такси домой.

– Макс, мне кажется ситуация очень серьезная. Давай я еще своих людей подключу. Сам видишь, это уже и меня почти касается.

– Давай, Дима, до утра подождем. Как детектив отзвонится, тогда и посмотрим.

– Хорошо, только ты охрану не отпускай. Хочу завтра на самолет все-таки попасть.

Максим вяло улыбнулся.

Настя удивилась, когда увидела дома Макса и Горина перед телевизором с банками «Асахи».

– А ты чего еще здесь? – спросила она Горина.

– Да понравилось у вас, решил еще остаться.

Настя недоверчиво покосилась на Максима.

– Шутит он, – сказал тот.

– Да шучу, конечно, – подтвердил Димка, – возникли несколько срочных дел в Москве, пришлось отложить вылет, а Макс согласился снова меня приютить.

Максим кивнул головой.

– А что такие невеселые?

– Да устали, и после вчерашнего голова болит, – сказал Максим.

– Все с вами понятно, ну вы хоть сегодня то не напивайтесь.

– Постараемся, – ответил Димка.

Тут раздался звонок максового телефона, и он снял трубку. Звонил детектив. Макс встал и, стремясь отдалиться от Насти, сделал вид, что прохаживается по дому.

– Максим Олегович, хорошо, что вы позвонили сразу после нападения. Благодаря этому, нам удалось напасть на след. Теперь мы сидим плотно на его хвосте, и он от нас не должен уйти.

– Может взять его?

– Пока не стоит, мы хотим, чтобы он привел нас к заказчикам. На это надо время. Как что-то новое будет, я вам позвоню.

– Хорошо, до свидания.

Максим отключился и показал Димке жест «Йес!». Когда Настя ушла на кухню, Дима спросил:

– Как я понял, есть информация?

– Да, мои ребята у него на хвосте. Подождем, когда он выведет нас на заказчика.

– Это радует. Завтра полечу почти со спокойной душой. Но ты это дело не запускай. Если будут проблемы, сразу звони. Сам понимаешь, я тоже хочу чувствовать себя в безопасности, когда встречаюсь с тобой.

Следующий месяц прошел ровно, без происшествий. Максим ездил на работу с охраной на новой Ауди, Петр Семенович почти каждый день докладывал о передвижениях киллера. Месяц тот провел в Кронштадте, наверно раны залечивал. Затем переместился под Санкт-Петербург и, наконец, появился в самом Санкт-Петербурге.

– На след заказчика хоть напали? – спрашивал Максим.

– На след напали, есть уже подозреваемые.

– Кто?

– Пока озвучить не могу, это может помешать расследованию, но когда проверим все тщательно, я вам предоставлю всю информацию.

– Ну хорошо, только не задерживайте с ответом. Надоело сидеть как на иголках.

– Я вас понимаю. Не задержим.

Скоро случился у Максима день рождения, которые пришелся на выходной. Вечеринка планировалась многолюдная.  Димка Горин сказал, что приедет к вечеру, теща приехала накануне вечером вся на творческом подъеме, а утром позвонил Петр Семенович, поздравил и начал напрашиваться на приглашение:

– Возможно, у меня есть для вас своего рода подарок – информация о раскрытии истории с нападением, буду рад все выложить вам сегодня. Есть очень интересные подробности.

– Заинтриговали. А приезжайте сегодня ко мне вечером  на праздник. Все и выложите.

– Это будет наилучший вариант, – ответил детектив.

Максим повесил трубку и пожал плечами. Что детектив имел в виду? Но тут же забыл про это, так как предстояло организовывать празднество с пиршеством, оркестром, танцами и фейерверком. С утра он был в роли менеджера-организатора, а Настя его ассистентом, но вскоре ему все надоело, и всю организацию праздника в свои руки привычно взяла жена. С этим она справилась отменно. Когда ближе к вечеру Максим приоделся и вышел в гостиную, все было готово к приему гостей. Из гостиной на улицу через витражные двери выходил длинный стол с первичной сервировкой. Стол заканчивался там, где начиналась дощатая танцплощалка. Рядом разместился оркестр, а неподалеку бригада пиротехников с оборудованием. Максим подошел к Насте и обнял ее:

– Какая ты у меня умничка, спасибо тебе!

– Не за что, милый, мне не сложно для тебя.

Она поцеловала его.

– А вот и первые гости! Встречайте голубки! – послышался голос Натальи Петровны, которая бегала рядом и создавала творческую суету.

Приехали депутат Левандовский с женой. Максим вышел принимать поздравления и подарки. Дальше гости начали прибывать почти один за одним. И к запланированному началу праздника были почти все, кроме подружки Насти, которая застряла в пробке. Вот и еду привезли с ресторана и почти полностью накрыли стол. Максим поглядел на публику: все одинокие уже перезнакомились, взрослые парочки обсуждали политику, молодые моду, Петр Семенович ходил в одиночестве с загадочным видом как будто что-то задумал, но не забывал контролировать обстановку, Горин клеил московскую красавицу. В общем пора было начинать:

– Друзья! Я рад, что вы все со мной! Прошу всех подтягиваться к столу и ни в чем себе не отказывать.

И праздник начался, как обычно все говорили тосты в честь именинника и накачивались спиртным. Максим тоже подналег на коньяк и к разгару вечеринки был очень даже навеселе. В прекрасном настроении он схватил Настю за талию и потащил на танцплощадку. Оркестр грянул что-то энергичное и Макс закружил жену в танце.

– Осторожно, у меня сейчас голова закружится, – предупредила Настя.

– Ничего, у меня уже кружится, – ответил Максим и захохотал.

Гости тоже начали присоединяться. Всем было весело. Максим вскоре запыхался и пошел отдышаться. Настю тут же подхватили другие кавалеры. Он взглянул на нее строго: «Смотри, мол, у меня». Он невинно подняла глаза к небу.

            В гостиной Максим заметил одинокую фигуру детектива.

– Петр Семенович, вы что не танцуете?

– Да не очень умею. И жду удобного случая выложить вам всю информацию, пока ваш разум еще готов ее воспринять, – ответил Петр Семенович, едва улыбнувшись.

– Не хочется нарушать ход праздника, но и откладывать не стоит, – добавил детектив и глянул по сторонам, словно ждал какой-то опасности.

– Ну, давайте выкладывайте, – сказал Максим, плюхнулся в кресло и вольготно развалился в нем.

Детектив присел рядом на край дивана и начал:

«Когда мы сели на хвост Бандероса, то сразу же стали получать данные о его текущих телефонных контактах и начали искать подозреваемых с мотивом. Среди нескольких контактов нас очень заинтересовал руководитель санкт-петербуржского общества «Совесть России» Астраханцев Сергей Мирославович. Официальная деятельность этого общества связана с помощью жертвам афганской и чеченских войн, а также жертвам чиновничьего произвола и ошибок системы. Мы начали копать источники финансирования этой организации и узнали много интересных бизнесов принадлежащих Астраханцеву, в том числе и незаконный оборот алкогольной продукции, также его имя всплывает в массе дел связанных с незаконным оборотом оружия и наркотиков. Прикрывают его деятельность все те же бывшие воины афганцы и прошедшие Чечню. Но последние годы его деятельности заинтересовали нас особенно».

Проходящий мимо Горин заинтересовался рассказом и замер с бокалом коктейля в руке.

«Пару лет назад Астраханцев под прикрытием своего официального общества организовал некое тайное общество, которое борется, как вы думаете с чем? В нескольких словах с беззаконием, которое творят чиновники и олигархи, укравшие состояние у народа».

– Ну, это нормальное народное явление, – заметил Горин.

Детектив продолжал: «Однако это общество действует по принципу секты. Астраханцев применяет похожие на сектантские методы психологического воздействия и люди, впадая в психологическую зависимость от него, готовы мать родную продать. А в секту берут людей, которые имеют доступ к информации о деятельности влиятельных и богатых людей. И с помощью них или через них совершают налеты, убийства, рейдерские захваты».

– А смысл меня убивать? – спросил Максим, – как я им дорогу перешел? Мое имущество им вряд ли удастся получить.

– Они устраняют человека порой ради перспективы, а методы захвата его имущества найдутся. Тем более, когда убийство оплачено заказчиком с промытыми Астраханцевым мозгами.

– А кто заказчик? – спросил Горин.

– Да, кто заказчик? – стали спрашивать и другие гости, которые собрались вокруг Горина, увидев, что здесь обсуждают что-то интересное, что потом может послужить хорошим материалом для светских сплетен.

«Вот это мы и хотели выяснить, так как Астраханцев ничто не делает своими руками, нам было интересно, кого он привлек, чтобы выйти на вас. Кое-кого мы заподозрили и поставили на прослушку его телефон и продолжали слушать телефон Бандероса. И не зря. Заказчик, потеряв осторожность, вышел на Бандероса напрямую, чтобы поинтересоваться, когда наконец будет оказана услуга, за которую он оплатил десять тысяч долларов.

– Маловато что-то, – заметил Максим.

– Что так мало то, – возмутился Горин, допивая коктейль – имя этого крохобора и негодяя в студию!

– Может и хорошо, что мало, – ответил детектив, – хватило только на дилетанта, который не смог справиться с задачей. А имя заказчика легко узнать, позвонив по его номеру. Вот он у меня забит в телефоне.

Петр Семенович нажал кнопку на своем телефоне и пошел вызов. Все притихли, была слышна лишь музыка оркестра, который выдавал медленный вальс. И резко на фоне оркестра вдруг зазвучало у кого-то на телефоне  бутусовское «Скованные одной цепью, связанные одной целью!». Максим поднял голову. Звучало со стороны Горина. Горин, увидев, что Макс смотрит на него с удивлением, развел руками в стороны, мол, я тут при чем, и отошел в сторону. За Гориным стояла теща и спешно пыталась выключить свой телефон. Наконец она с этим справилась, подняла голову и замерла, увидев, что все с изумлением смотрят на нее.

– Наталья Петровна?! – с недоумением проговорил Макс.

– Что, Наталья Петровна? – попыталась изобразить удивление теща.

Максим резко встал, выхватил телефон у Петра Семеновича и снова нажал кнопку вызова. И опять заиграло «Скованные одной цепью…». Максим осмотрелся и не увидел Настю. Он подошел к Горину и тихо сказал ему на ухо:

– Отвлеки Настю.

– Понял, – ответил Димка и ушел в сторону улицы.

– Наталья Петровна! – продолжил наступление Максим, приближаясь к теще, – теперь многое становится понятным. Непонятно только одно – зачем, ради чего? Чего вам не хватало в этой жизни? Ведь все у вас было – работа, деньги я всегда давал.

Теща, которая отступала с жалким видом, вдруг встрепенулась, собралась, словно актер перед выступлением и резко изменилась. Это была не жалкая оступившаяся женщина, а революционерка, этакая Жанна Д`Арк, не сдающаяся и идущая до конца.

– Да деньги давал, но я их откладывала! Думаешь на какие шиши я наняла киллера?

– Но зачем? Ответьте мне зачем?!

– Да разве ты поймешь, зачем? Разве ты помнишь советское время, когда все были равны, когда не было таких хозяев жизни как вы, решивших, что все им можно, воровать, обирать простой народ. Скажешь, не украл ничего? Идти в милицию скажешь? Как же! Вы все за одно! А мы тоже заодно, но против вас. Наше дело правое и мы непобедимы.

– Это какой-то дурдом, – развел руками Максим, – а о Насте вы подумали?

– А что Настя? Застило ей глаза твоим богатством вот и все. Пережила бы, ничего бы с ней не случилось. Она уже самостоятельная и нашла бы себе честного инженера какого-нибудь.

– Ну а вам бы что это дало?

– А то и дало бы, что знала бы, что не зря прожигаю свою жизнь в захудалом театре, о котором никакая власть позаботиться не хочет, что внесла свою лепту в наведение порядка и установление справедливости

Максиму показалось, что он участвует в каком-то спектакле, настолько все было неправдоподобным. Он повернулся к Петру Семеновичу:

– Скажите, что все это мне снится.

Петр Семенович покачал головой и спокойно посмотрел через плечо Максима.

– Максим берегись! – прокричал кто-то сбоку.

Он обернулся и увидел, что теща наставила ему в сердце маленький дамский однозарядный пистолет.

– Сейчас узнаешь, что такое сон!

– Вы его тоже на мои деньги купили?

– А как же! Благодаря вам все продается и покупается! – почти прокричала Наталья Петровна и нажала курок.

Раздался хлопок, на Максима посыпались искры, и его обдало дымом. Он отпрянул и начал осматривать себя. Вроде цел.

– Спокойно! – громко сказал Петр Семенович, – мы предусмотрели эту ситуацию, и пистолет был заряжен холостым.

– Спасибо, – проговорил Максим.

– Браво! – крикнул кто-то, тоже решивший, что это спектакль и все захлопали.

– Теперь можно ее брать, – сказал детектив и дал сигнал своим людям, которые находились среди гостей.

– А-а-а!–  закричала теща, схватила с камина кинжал из дамасской стали, подаренный депутатом и бросилась на Максима. Пьяный Максим не успел среагировать, и кинжал вонзился ему прямо в район сердца. Кто-то закричал, теща отошла, опустив руки, смотря исподлобья на Максима, у которого на рубашке расплывалось кровавое пятно. Люди детектива схватили тещу и потащили ее на выход. Максим остался стоять. Он поглядел на торчащий нож и сказал:

– Хорошая сталь, пробила телефон и даже немного меня поцарапала.

Он выдернул кинжал и вытащил из нагрудного кармана пробитый насквозь телефон.

– И снова техника меня спасла. Вы это тоже предусмотрели, Петр Семенович?

– Вы знаете, это мы не предвидели, но ангелы ваши работают лучше нас и снова вас спасли.

– Буду молиться до гроба, – проговорил устало Максим и побрел наверх приводить себя в порядок.

Прибежала Настя.

– Этот Горин такой нудный, еле от него отвязалась, что это у тебя на рубашке.

– Вино пролил, – соврал Максим. Он не мог смотреть Насте в глаза. Он знал правду про ее мать, а она еще не чувствовала перед ним вины за нее. Но им придется обоим через это пройти, и он сделает все, чтобы они остались вдвоем. Он обнял ее.

– Пойдем наверх, спрячемся ото всех. Главное ты запомни, чтобы ты ни узнала, чтобы ни случилось, ты – мой ангел. И с тобой ни за что не расстанусь, и ты не бросай меня.

Эпилог

Через три года Максим брел по заснеженной окраине Москвы и смотрел на купола новой церкви. Ее вид доставлял ему приятные ощущения завершенности и начала чего-то нового. Ведь это он затеял ее строительство и был рад, что все удачно завершилось, это была его благодарность богу за спасение.

Осталось сделать еще одно дело – вернуть Настю. Они все-таки расстались. Не выдержала она всех этих страданий и уехала в Питер, «побыть одной». И вот уже почти три года она одна, и он один и очень скучает по ней. Максим уже решил, что завтра поедет в Санкт-Петербург и сообщит Насте новость, что Наталью Петровну досрочно выпускают, но не скажет ей, что это он постарался. А Астраханцев с бандой еще посидит.

И из Петербурга он уедет только со своим ангелом-хранителем.