Читать книгу: «Стихотворения»

Посвящение

 
Когда стихи тебе я отдаю,
Их больше бы уж сердце не узнало,
И лучшего, что в сердце я таю,
Ни разу ты еще не прочитала.
Как около приманчивых цветов
Рой бабочек, белея нежно, вьется,
Так у меня о розы дивных снов
Что звучных строф крылом жемчужным бьется.
Увы! рука моя так тяжела:
Коснусь до них – и облако слетает,
И с нежного, дрожащего крыла
Мне только пыль на пальцы попадает.
Мне не дано, упрямых изловив,
Сберечь красы сиянье лучезарной,
Иль, им сердец булавкой не пронзив,
Рядами их накалывать попарно.
И пусть порой любимые мечты
Нарядятся в кокетливые звуки,
Не мотыльков в стихах увидишь ты,
Лишь пылью их окрашенные руки.
 

Разбитая ваза

 
Та ваза с гибнущей вербеной
Задета веером была.
Удар бесшумный и мгновенный
Чуть тронул зеркало стекла.
Но рана, легкая сначала,
Что день, таинственно росла:
Хрусталь точила, разъедала
И мерным кругом обошла.
Беда не вовремя открыта:
Цветок безмолвно умирал,
По капле кровью истекал… —
Не тронь её: она разбита!
Так часто милая рука
Нам сердце любящее ранит, —
И рана тонко-глубока,
И, как цветок тот, сердце вянет.
Но долго гибельный огонь
От равнодушных взоров прячет, —
Болит и тихо-тихо плачет…
Оно разбито ведь – не тронь!
 

Роса

 
Сижу в мечтах, и вижу, как уныло
Блестит роса на зелени лугов:
Рука холодной ночи положила
Eе на лепестки цветов.
Откуда капли свелые упали?
Там – без дождя свершают тучки путь.
Ах, прежде чем на лепестках блеснуть,
Они уж в воздухе дрожали!
Откуда слезы на моих глазах?
На ясном небе нет следа печали.
Ах, прежде чем заискриться в очах,
Они уж в сердце накипали!
Всегда, в сердечной притаясь тени,
Трепещут слезы, дремлют, накипают,
И даже счастья радостные дни
Порой блеснуть их заставляют!
 

К ласточке

 
Ты, которая к небу свободно
Направляешь отважный полет
И не падаешь в муке бесплодной
С недоступно-суровых высот;
Ты, которая жажду из тучи
На пути утоляешь порой,
Проносясь через горные кручи,
Через море и реки стрелой;
Ты, ненастной порою осенней
Покидавшая нас для того,
Чтоб вернуться с расцветом сиреней;
Ты, которой дороже всего
Лишь родное гнездо и свобода, —
Как с тобою схожусь я во всём!
И во мнћ пробудила природа
Всё, что в сердце ты носишь своем.
Я, как ты, поднимаюсь высоко
На крылах лучезарных мечты
И стремлюся туда одиноко,
Где паришь одиноко и ты.
Я ничьей не завидую доле,
Разделяя порывы твои,
Я хочу лишь простора и воли,
И любви, бесконечной любви!
 

Здесь на земле

 
Здесь на земле цветок лишь миг блистает
И пенье птиц так умолкает скоро, —
В моих мечтах – весна не отцветает
И вечны светлых песен хоры.
Здесь на земле, где всё так пусто, тленно,
Проходить страсть, сердца на миг волнуя, —
В моих мечтах – царить любовь бессменно
И звук отрадный поцелуя.
Здесь на земле, в томительной пустыне,
Над дружбой, над любовью плачут страстно, —
В моих мечтах – они, как две богини,
Всегда смеются тихо, ясно.
 

Сон

 
Я умер, и меня в могилу опускали,
Где предки улеглись согласною семьей,
И молвили они: «Как дрогнул мрак ночной,
Ужели там, вдали, огни уж засияли?
Ужели это знак? Ужель тоске конец?
Ужели настает эпоха обновленья?»
– Нет, то – моё дитя, – сказал им мой отец, —
Я вам рассказывал о дне его рожденья.
Не знаю, как теперь, он молод или сед?
Ведь я его тогда оставил в колыбели,
И волосы мои хранят свой русый цвет,
Твои же, милый сын, быть может, побелели? —
«О нет, отец, в борьбе на жизненном пути
Я скоро изнемог и пал, судьбой сраженный,
И жизни не вкусив, я должен был уйти
С душою жаждавшей, с душой неутоленной».
– Я ждал, что мать твоя почиет здесь со мной,
Я слышу наверху ее желаний звуки,
От слез ее промок наш камень гробовой
И влагой их смочил уста мои и руки.
Союз наш на земле недолговечен был,
Но долго перед тем любили мы друг друга,
Все прелести ее житейский вихрь сгубил,
Но мне ли не узнать любимую подругу?
А дочь? Мои черты знакомы были ей,
Она-то помнит ли? Иль, может быть, забыла?
Она ведь замужем? А дети есть у ней?