Читать книгу: «Я всегда буду рядом 2»

Глава 1

– Эта квартира по праву ваша, ведь если бы не Василий Александрович, оказавший помощь в установлении моего биологического отца, то правда бы так и не вышла наружу. Но не будем о плохом в этот торжественный день, когда я не только сам являюсь женихом, но и братом невесты. Горько!

– Горько! – подхватили гости!

Василек посмотрел на Вадима и Полину, а затем поцеловал Зою. Не верилось, что с момента их знакомства пролетел целый год. Теперь он дипломированный специалист, новоиспеченный муж и … призывник.

Ему не хватило храбрости отложить этот разговор на более подходящее время.

– Нет, Зоя, мы не успеем, – крутил в руках повестку в военкомат Василек. – Даже если мы увидим две полоски на тесте, и я усыновлю Сеню, а Макс на это не пойдет, мы не успеем.

– Ты же юрист. – в голос сказали Зоя и Софья Андреевна.

– Нет вариантов, – развел он руками и помрачнел. – Зря я на военку не ходил. Время пролетит, вы и не заметите, но свадьба будет, как и планировали. Это мероприятие мы точно не отменим.

– Две свадьбы в один день – это экономно! – передразнила Бориса Зоя и рассмеялась.

Хмурые тучи, грозившие пролиться бабьими слезами развеялись и Василек с облечением вздохнул. Зоя отправилась с Полиной за платьем, и Софья Андреевна решилась на разговор.

– Не рано ли свадьба? – решила она поговорить с сыном. – Ты молод, расстояние – это всегда проверка чувств. За это время вы оба изменитесь. Вернешься и сыграем свадьбу, если в ней еще будет необходимость. Я подкоплю.

– Мам, прекрати. Уже все решено, деньги вложены.

– А где они будут жить? Одно дело, когда ты здесь, а другое. Я тоже личную жизнь хочу устроить. Мне и пятидесяти нет.

– Этот вопрос вскоре решиться, не переживай. Зоя тоже не хотела бы здесь жить без меня.

– Это почему еще? – восприняла Софья Андреевна слова сына, как личное оскорбление. – Я отлично к ним отношусь.

– Все будет хорошо, – сказал он сам не веря своим словам.

Целую неделю Василек штудировал «Консультанта», читал практики и рекомендации Верховного суда, но так и не нашел законной возможности уйти от обязанности.

Все предлагаемые Кириллом способы стоили дорого и не давали стопроцентной гарантии. Даже сегодня, в день свадьбы эта мысль не давала ему покоя. Крутилась в голове, отвлекая от возможно главного события в его жизни.

Квартира была спасением. Борис сдержал слово, обещая решить эту проблему.

– Иди спокойно, за Зоей я присмотрю. Тут такое дело, многие пути могут закрыться, но ты и сам это знаешь. Или бегай три года от властей до двадцати семи или тряси с Зои двойню, и сам старайся. – подмигнул Борис.

– Стараюсь. Тут мне помощники не нужны. – ответил Василек, чувствуя, что задел за живое Бориса, который все еще любил Зою и это нельзя было скрыть ни женитьбой на Полине, ни дружескими улыбками близкого родственника, поэтому Василек так отчаянно искал возможность остаться рядом с ней.

Доставшаяся Борису по наследству от биологического отца квартира была отремонтирована и обставлена мебелью под ключ. Зоя хоть и не знала об этом, принимала активное участие в ее обустройстве. Выбирала обои и обстановку по просьбе Полины и сильно расстраивалась, рассказывая об этом Васильку: «Ты знаешь, я, так для нас уже не смогу квартиру обустроить, не копировать же их интерьеры». Он молчал, хоть и очень хотел обрадовать любимую раньше времени.

– Это просто великолепно! – обомлела Зоя, переступив порог, подаренной Борисом квартиры. – Вот Боря молодец!

– Да, они постарались! – сказал жене Василек, почувствовав укол ревности. Если бы не он, Борис бы не доказал родство с убитым. Чего только стоило добиться возвращения взятых для теста ДНК волос покойного, не говоря уже о прочих нудных процедурах, окружённых бесконечными отчетами, запросами и уговорами. «Это я придумал способ узнать о твоих предпочтениях», – хотел он сказать Зое, но промолчал. За этой невысказанной фразой было много обиды, а ей сегодня не место и не время.

Свадебные торжества плавно переросли в проводы, и Зоя с Сеней остались одни в большой квартире.

«Ты сможешь приезжать ко мне. Сейчас с этим проще, – неоднократно говорил ей Василек до отъезда. – Тем более в соседний город. Каждые выходные наши, надо только подождать. Воспринимай это как командировку или вахту». Зоя кивала головой, но на вокзале так и не смогла сдержать слез.

Работа и сад отвлекали от грустных мыслей, но выходные были просто невыносимыми. Макс забирал Сеню на субботу и воскресенье, и Зоя оставалась совершенно одна. Только сейчас она поняла, что давно не испытывала одиночества. Всегда кто-то был рядом: Сеня, мама, Борис, Софья Андреевна и Василек. От таких размышлений слезы подкатывали к горлу и встали комом. У нее не было подруг, они давно потерялись за ранними пеленками и распашонками. Лишь Маринка прошла испытание временем, была позабыта Зоей после знакомства с Васильком. Она даже забыла пригласить ее на свадьбу.

«Мариша, прости меня, козу белобрысую, но есть возможность наверстать упущенное. Приезжай ко мне!» – отправила она сообщение единственной подруге и затаила дыхание. Информация была полученная сразу же, но адресат не торопился с ответом.

Через час раздался звонок и в квартиру ввалилась Маришка с полными пакетами вина и закусок.

– Тройной праздник, как никак: свадьба, новоселье и проводы мужа. Если подумать, то и четыре. Наша долгожданная встреча. Я ждала ее, а ты? – тараторила Маринка, освобождая пакеты. – За свадьбу не обижаюсь. Знаю, что прижимистый брат-не брат там всем верховодил.

Да, ты права, – соврала Зоя. – Поэтому, как только появилась возможность, я сразу же написала тебе.

Они болтали долго, перебирая в памяти прошлые события и хвастаясь новыми, пока Маринка не предложила отправится в клуб. Зоя, будучи хорошо навеселе, согласилась и через час они уже отрывались по полной на танцполе, разрывая мембраны микрофона. Возможно, именно этого не хватало Зое, чтобы хоть на время забыть столь мучительное расставание с мужем. Именно так она думала, пока ди-джей не объявил о коронном номере вечера. Увидев на сцене стриптизера, она сморщила свой носик и разревелась.

«Приезжай!» – кричала в трубку Маринка Борису, и он приехал, несмотря на явное недовольство Полины и ее неверие в то, что Зоя не может сама вернуться домой.

– Вызови ей такси.

– Нет. – отрезал Борис и Полина поняла, что спорить бесполезно. Свадьба не решила главной проблемы, Зоя так и осталась для него на первом месте.

Слушая рыдания сестры в машине, он злился на нее, на себя, на Василька и даже на Полину, которая могла бы проявить твердость и оставить его дома. Он мог бы вызвать Зое такси и никуда не ездить, а сейчас задавленные чувства лезли наружу, и он сдерживал себя из последних сил.

«Нет, не уходи, мне страшно одной», – заканючила она как в детстве, когда прибегала в его комнату и стягивала одеяло укрывшись с головой. Он остался, лежал на кровати и думал о том, что где-то в бесконечной череде событий принял неверное решение и теперь попал в собственноручно сделанную западню.

Глава 2

Дождавшись рассвета, напомнившего ему, что минутная слабость может стоить больших проблем Борис оставил Зою. Он боялся себя, разговора с Полиной, все еще ревновавшей его к сводной сестре, хотя за прошедший год он ни разу не дал ей повода усомнится в своих чувствах. Он тщательно скрыл от себя все связанное с Зоей, но вчерашний вечер вскрыл старую рану.

– Ты была права, зря я поехал, – чмокнул он Полину, предотвращая бурю. – Она вполне могла бы доехать на такси.

– Плохо, что ты не понял этого вчера, – обрадовалась она, пряча радость за напускной обидой. Воскресное утро еще можно было спасти, несмотря на испорченную субботнюю ночь.

«Ребенок, он бы исправил ситуацию», – в очередной раз подумала Полина, обвивая шею мужа, а это было реальной проблемой. Уже год они безрезультатно пытаются создать настоящую семью, да и Полине так будет спокойнее. Борис слишком ответственный, чтоб оставить ее со своим ребенком даже ради Зои.

Несмотря на видимые дружеские отношения, Полина старалась как можно реже видеться с Зоей, особенно сейчас, когда та вынужденно свободна, а значит волей-неволей будет обращаться к Боре по всякой несусветной мелочи.

Она понимала, что разорвать отношения совсем, было бы невозможно, пусть и названная, Зоя все же сестра, да и контролировать возможную соперницу необходимо. Для этого вполне хватало рабочих будней, где Зоя активно делилась со всеми своими планами и выливала негодование.

Работа могла бы стать спасением. Ей давно уже предлагали перебраться в другую область и возглавить филиал организации. Боря тоже подумывал о расширении и ночной звонок подтолкнул Полину к решительным действиям. Расстояние способно творить чудеса.

«Я согласна», написала она директору несмотря на воскресное утро. Он обрадовался и сообщил, что утром ждет ее в конторе для оформления командировочных.

«Командировочных?» уточнила она, но так и не получила ответа. Закрутившись в домашних делах, она отпустила ситуацию, но самого утра уже заметно нервничала, отчего рука срывалась, делая неровные штрихи подводкой на и так вредном левом веке.

Ровно в девять Полина сидела в приемной на жестких офисных стульях, а Павел Григорьевич, как назло, задерживался.

– Вы уже оформились? – спросил директор с порога.

– Нет, я бы хотела сначала уточнить, – побежала она за ним в кабинет, но тут же была остановлена недовольным взглядом.

– После.

Поплётшись в бухгалтерию, она оформила необходимые документы и только на обратном пути осознала, что выезд завра.

– Утренним поездом, на два месяца? – смотрела она ошарашенно на Павла Григорьевича.

– Вам надо больше времени на сборы? – удивился в свою очередь он. – Отчего его глаза собрались на переносице и уставились на нее

– Нет, я думала это долгосрочный проект. У мужа тоже планы.

– Переехать вы можете и сейчас, но я не могу гарантировать вам постоянную работу. – он уставился в большой монитор, закрывавший половину стола и найдя нужный файл зачитал цифры. – Достигните их, и я буду готов на полноценный офис, а пока это стол и пару образцов в торговом центре. Если все пойдет как надо, наберете команду и переедете в отдельный офис.

– Вы предлагаете мне стать продавцом? – не поняла она.

– Двигателем проекта! И заметьте, вашего проекта. Я даю вам деньги и поддержку, как быстро вы раскрутитесь до начальника филиала, зависит только от вас. – закончил он воодушевлению речь. – Жилье за счет предприятия. К меня тетка одна осталась в трехкомнатной квартире. Будете на полном обеспечении. Решайте!

– Я согласна, – выдавила из себя Полина и расписалась в приказе.

– Чуть не забыл, – развернул он ее около дверей. – Скиньте мне кандидатуры на ваше место.

– Сделаю, – кивнула она головой и поплелась в машину. Командировка не вызывала уже в ней столько радости: место продавца вместо собственного кабинета и комната в квартире у тетки, вместо собственной квартиры и главное, как она преподнесёт все это Борису.

Она представляла все абсолютно по-другому. Месяц, не меньше на уговоры Бориса и поиск жилья, а затем долгожданный переезд и должность директора в областном филиале.

Еще подбор кандидатуры на свое же место. Требование подписать себе же приговор. Собственноручное понижение. Она бы не хотела видеть на нем Зою, но профессионализма ей не занимать, и она всяко войдет в положение в случае провала Полины. А так по-родственному придержат место и Борис несомненно будет рад продвижению сестры.

Осталось только самое мучительное – разговор с Борисом.

Глава 3

На удивление Борис был дома и времени на подготовку к разговору совсем не оставалось.

– Сними мне с антресолей чемодан, тот что с синей ручкой, – заявила Полина с порога. – Меня отправляют в командировку.

– Чемодан. – засмеялся Борис. – На три дня не обязательно собирать полдома.

– Я еду на три месяца. – выпалила она залпом, зная, что в противном случае будет тянуть до последнего, а времени так мало.

– На сколько? – замер Борис с чемоданом в руках, не веря услышанному. –На три месяца?

– Да, на три месяца.

– Я не отпущу тебя. Ты обязана была сначала отпроситься, а

– А потом принести записку в школу? – оборвала Полина его на полуслове. – Ты прашивал у меня можно ли поехать за Зоей? Нет! Наплевал и понесся по первому ее зову.

– Так это месть, – спустился он с табурета и навис над Полиной, не выпуская чемодан из рук.

Нет – это шанс жить своей жизнью, – разрыдалась она. – Я не планировала скорый отъезд, но все так закрутилось и это шанс. Ты же тоже хотел развития, вот оно. Нам будет за что зацепиться.

Выложила она свою мечту. Борис слушал ее понимая, что возможно Полина права и Зоя до сих пор занимает значительную часть его, нет их жизни, но уязвленное самолюбие не позволило ему признать упускаемую возможность.

– Возможно ты права, – пересилил он себя спустя час наблюдений за ее молчаливыми сборами. – Не стоит упускать такой шанс. Дай мне время, и я сам приеду к тебе через неделю в выходные. Ты и сама сможешь приезжать, да?

– Да, – улыбнулась она, разрядив нависшие грозовые тучи. – Выходные будут наши.

Не веря тому, что все прошло на удивление легко, она вновь расплакалась, но уже от ощущения близкой разлуки. Окинула взглядом преобразившиеся стены и вдохнула запах домашнего уюта.

– Ты знаешь, у меня ведь будет личная горничная, – засмеялась она, рассказывая об условиях проживая «от фирмы».

– Надеюсь, свидания с мужем будут разрешены: – засмеялся он в ответ и внутренне почти смирился с такой командировкой.

Телефонный звонок вырвал его из домашней идиллии. Дела у предприятия «Продобснаб» в последнее время шли не очень хорошо. Сетевики выдавливали из крупных городов мелких бизнесменов и спрос на торговое оборудование совсем упал.

Это раньше он гордился собой, видя в бесконечных торговых центрах выполненные на заказ в организованном им небольшом цехе прилавки и витрины, но за последние десять лет крепкая лодка дала течь: конкуренты значительно потеснили его, предлагая доставку в короткий срок с любой точки мира.

– Меняй концепцию фирмы. Твоя стратегия ошибочна. – советовал Валька, институтский друг, слывший востребованным маркетологом.

– Не могу. – отнекивался Борис при каждой встрече.

– Болван, – ухмылялся он, поправляя несуществующий галстук. – Мне люди за эти советы такое бабло отваливают, которое тебе за месяц не заработать, а ты. Нет пророка в своем отечестве.

– Я подумаю, – обещал Борис и уводил разговор в сторону.

Он боялся перемен, успокаивая себя тем, что работает на совесть и качество всегда превыше концепций. Оборудование действительно было добротным и переходило из рук в руки от одного горе-предпринимателя к другому, лишая Бориса очередной прибыли.

– Сдавай в аренду. Начинающим предпринимателям легче и мебель остается при тебе, – посоветовала как–то Полина. На удивление, ее идея позволила продержаться фирме на плаву еще какое-то время, но «Рога и копыта», как ласково называл он свое детище, требовали перемен и расширение рынка могло действительно стать той самой струей свежего воздуха в загибающемся организме.

«Для расширения нужен свой человек, – думал он, сгребая рекламные проспекты. Она вполне бы могла прощупать почву, кинуть на своем столе брошюрки и так продвинуть семейный бизнес». Последнее выражение ему особенно понравилось, и он представил, как сыновья возглавляют многочисленные филиалы огромной сети семейного дела. У Полины была хватка, он понял это сразу и сделал действительно правильный выбор.

– Новый город – новые надежды! – вытер он слезы с мокрых щек Полины, словно сам отправил ее покорять новые вершины.

– Выходные наши, – прошептала она ему на ухо, чмокнула в колючую щеку и повернулась к проводнице, протягивая распечатанный билет.

Глава 4

Настойчивое солнце упрямо напоминало о том, что время стремиться к обеду, но вставать абсолютно не хотелось. Зоя наслаждалась тишиной и легким похмельем и так важным сейчас одиночеством. Она попыталась восстановить события прошедшего вечера, но нить действительности постоянно ускользала от нее. Она дома и это главное, а остальное уже не столь важно.

Настырный телефон пиликнул в очередной раз, заставляя протянуть руку к тумбочке. Василек. Современные технологии способны создавать эффект присутствия человека, даже если он далеко. У Василька был телефон и пусть раз в день, но он обязательно связывался с ней. Отчего становилось легче. Служба по контракту – это привилегия человека с профессиональным образованием, относительно свободного после рабочего дня, но два года, за которые память стирает выпестованные в универе знания и другой город, куда придется ехать вслед за мужем и то не сразу. Пока Василек сомневался, Зоя сказала решительное нет. Год, не более, а там свобода выбора и перспективы хорошей работы по специальности. Стриптиз – удел мальчиков. Собственный кабинет или юрисконсульт в крупной организации, не меньше, но сейчас она стала сомневаться в собственных словах и готова была переиграть. Прошедший вечер словно надорвал тонкую нить боли и стало значительно легче, от чего так не хотелось терять состояние безмятежности.

– С тобой все хорошо? Ты молчишь всю ночь? – плыли по экрану буквы от яркого экрана телефона.

– Все отлично. Устала, решила позволить себе пораньше лечь и дольше поспать. Извини. – ответила она, стараясь вновь нырнуть в ощущение полной безмятежности.

Она потянулась. Еще три часа личного пространства и надо будет ехать за сыном, а там по накатанной: подготовка к садику и работе, обычная суета в которой уже десять дней зияет огромная дыра под названием муж. Зоя постепенно стала привыкать к одиночеству, не суррогатному ощущению отсутствия в жизни того, кто заполняет твои пустоты, а к самодостаточной возможности побыть одной в расслабляющей тишине, зная, что за ее границами шум и гам привычной жизни.

Телефон предательски зазвонил и Маринка защебетала в трубку, выплескивая эмоции вчерашнего дня.

– Ну ты даешь, солдатская жена. А Борис твой, он так смотрел на тебя, что я испугалась отпускать вас вдвоем. Ты за того человека вышла замуж?

– Мариша, не кричи и не так быстро.

– Понимаю, я и не знала о твоей способности так быстро пьянеть, рыдать об одном и искренне радоваться другому.

– Борис там был?

– Вот это да, конечно. Он и отвез тебя домой!

– А потом?

– А потом, мне тоже интересно что потом?

– Уехал домой, не придумывай. Он с Полиной счастлив, как и я с Васильком и не забудь, что у твоего крестника скоро день рождения, а сейчас извини, надо успеть запланированное до приезда сына.

Зоя вдруг вспомнила попытки Бориса овладеть ею и засомневалась в сути «потом», но отогнала эти мысли как невозможные. С этим покончено и возврата быть не может.

Глава 5

Звонок в дверь вырвал Зою из размышлений о Борисе.

– Что –то случилось? – спросила она, увидев в дверях Макса с Сеней. – У вас же еще три часа времени.

– Ты не одна? – спросил Макс, стараясь заглянуть ей за спину.

– Одна – удивилась Зоя подобному вопросу.

– Можно я пройду, Севка так много рассказывал о своей комнате.

– Конечно проходи, ты же его отец и должен знать, как он живет, – уговаривала Зоя сама себя в допустимости присутствия в квартире Макса.

Он уверенно по-хозяйски прошел в комнаты осматривая обстановку и наконец выдал: «Неплохо!»

– Папа, смотри какая у меня кровать! Гоночная машинка! – тянул его за руку Сеня.

– Действительно гоночная машина.

Зоя почувствовала укол ревности, вспомнив, как радовался сын, когда они вместе выбрали, а затем привезли эту кроватку. Это Василек должен играть с Сеней, а не Макс. Год с небольшим назад она бы многое отдала за то, чтобы оказаться рядом с Максом в собственной квартире, но не сегодня.

Уйдя на кухню, чтобы не расстраиваться она заварила чай и посмотрела в окно, где кружили осенние листья.

– У Севы скоро день рождения. Я хотел бы провести этот день с ним, – сказал Макс.

– У него еще есть я, бабушка, дядя. – отстранено ответила Зоя

– Ты слишком холодна, – налил он себе кружку кофе и сел на диванчик. – Я давно хотел с тобой поговорить, но через твоих мужчин не пробиться. Один сломал мне прошлое, другой перекрыл будущее. Почему ты зовёшь его Васильком, не Васей, и не Василием? Впрочем, это не важно. Я конечно виноват перед тобой, струсил. Я должен был тогда еще пойти против Бориса, но сейчас у нас есть второй шанс.

– Я замужем, – провернулась она к Максу. «Как все не вовремя», – подумала она.

– Это не проблема, его не будет целый год, а у нас ребенок. Он должен жить с отцом. Позволь мне наверстать упущенное. Сама судьба дает нам второй шанс.

– Тебе пора, – только сейчас она поняла, что весь прошедший год боялась этого разговора.

Он уже не тот идеальный мальчишка, по которому она плакала, уткнувшись в подушку. Перед ней стоял чужой мужчина, заявлявший свои права на ее жизнь.

– Подумай, Зоя. В этот раз я точно не отступлю.

– Мы с тобой чужие люди. Так получилось, что у нас есть сын, трусость и обида. Маловато для семьи.

– Вы ссоритесь? – спросил, залетевший попить Сеня.

– Нет, дорогой, папа уговаривает маму жить вместе.

– Ты переедешь к нам? – загорелись глаза у Сени.

– Это невозможно. У папы есть свой дом и он уже уходит, а нам надо готовиться к садику. – присела Зоя рядом с Севой. – К тому же Василек обидится.

– Василек мне никто, он твой муж, – оттолкнул Сеня Зою и убежал в свою комнату.

– Тебе пора, – повторила Зоя еще раз. – Если ты продолжишь настраивать Севу против нас, я запрещу вам видеться. Официально ты ему никто, не забывай об этом.

– Я не забыл. – встал Макс из-за стола. – Надеялся до этого не дойдет, но я подаю в суд на установление отцовства.

Зоя онемела. Макс действительно выжидал удобного случая и нанес удар тогда, когда она осталась абсолютно одна.

Макс больше не проронил ни слова. Молча обулся и хлопнул дверью. К такому повороту событий Зоя явно была не готова.

Глава 6

Макс был недоволен всем: своей личной жизнью, работой, Зоей, но больше всего собой. «В одну реку не войти дважды», – повторял он себе, но желание стать лучшей версией себя, сидело как заноза, причиняя ужасную боль.

Искупление и самопрощение – это все, что он мог вынести из бесконечных и бессмысленных хождений в поисках себя: психологи, коучи, батюшка из местной церкви. Все перемешалось в вязкую, противную кашу. Она, состоящая, из ошибок прошлого и настоящих обид, держала его мертвой хваткой, мешая двигаться дальше.

Самое отвратительное в этой ситуации было то, что прекрасно осознавал собственное положение, но слова психологинии, твердившей о том, то гештальд должен быть завершен, локомотивом тянул его вглубь круто заваренных проблем. Он давно уже не общался с этой дамой, задавленной собственным разочарованием, но данная ей установка продолжала работать, сжигая лучшее, что он произвести.

Он продолжал ходить на консультации к коучу, надеясь все же увидеть тот самый свет, на дне тарелки.

– Он выманивает из тебя деньги, – твердила подруга детства, Танька из соседнего подъезда.

– Даже если так, мне становиться легче. Я вижу свои проблемы со стороны, – отмахивался он, понимая, что действительно стал зависимым от этого низенького круглого мужичка с высоким голосом. Он крутился вокруг Макса, напевая песню о светлом будущем и это давало определенный заряд жить, нет, существовать дальше.

И сейчас он был зол. Зачем ляпнул про суд? Хотел отомстить за собственную трусость, закрыть гештальд, доказать, что -то себе или ей?

Толкнув со злости подъездную дверь, он оторопел, ударив женщину, пытавшуюся протиснуться между двумя дверьми узкого тамбура. От неожиданности она ахнула и уронила пакет, из которого тут же посыпались продукты.

Он принялся поднимать и извиняться, наполовину открытая дверь мешала как ему, так и ей и он все же сделал шаг назад, позволяя войти на лестничную площадку.

– Давайте донесу, – предложил он, стараясь сгладить последствия своего импульсивного поступка, – вам на какой этаж?

– Я не знаю! – растерянно сказала она, пытаясь рассмотреть надпись на смятом клочке бумаги. – Понимаете, я волонтер и это мое первое дело.

– Для бодрой студентки вы староваты, – ляпнул он и стал корить себя за собственную глупость.

– Для студентки действительно старовата, – засмеялась она. – Наша организация решила помочь. Понимаете, репутация, имидж и все такое. Вот нас и отправили раздавать презенты с логотипом.

Сзади волонтера уже начала образовываться пробка из желающих попасть в подъезд.

– Граждане, не подскажете, квартира сорок семь – это какой этаж? Мы волонтерскую помощь оказываем? – удивился он сам своему поступку.

– Третий и не могли бы вы побыстрее, я с ребенком, а на улице дождь.

Макс прижался к стене, пропуская женщину с ребенком и накрыл собою волонтера. Запах ее волос ее темных волос, смесь теплого молока и домашнего печенья, окунул его в детство.

– Теперь вы решили меня задавить, если дверью прихлопнуть не удалось! – засмеялась она и подняв голову, посмотрела ему в глаза.

– Я, – толчок сзади, придавил его еще сильнее.

– Совсем обнаглели, – услышал он ворчание сзади, – вроде уже не пионеры по подъездам обжиматься.

– Мы волонтеры, продукты несем для бабушки, – сказала из-за спины Макса женщина. – В сорок седьмую квартиру.

– Волонтеры- шмалонтеры, развелось тут… В сорок седьмую? Так давайте. Что там у вас? – Вернулась грузная дама.

– Марья Ильинична?

– Она самая. Пакет давай!

–Погодите- погодите, – встрял Макс. – Документы покажите.

Бабка сплюнула и гордо развернувшись поплыла вверх по лестнице бубня себе под нос, что опять этой Машке, прошмандовке, достался лакомый кусок.

– Спасибо, я Лина – давясь от смеха, сказала жертва Максовской импульсивности.

– Макс, – так же смеясь ответил он. Взял пакет и пошел вверх по лестнице.

Мария Ильинична оказалась сухонькой старушкой, строго настрого приказавшей пить чай. Она жаловалась на собственную судьбу, оставившую ее одиноко доживать свой век и Верку снизу, никак не прощающей ей легкую интрижку с давно почившем мужем.

Только на улице Макс и Лида смогли вдоволь насмеяться, вспоминая сегодняшний вечер и интриги между старушками.

– Вы на машине? – спросил Макс.

– Нет, на такси сюда добралась. Пойду остановку искать.

– Так давайте я вас довезу.

– Давайте, – махнула рукой Лина. – Должна же я получить компенсацию за шишку на лбу. Под челкой действительно виднелся красный отек от чего Макс засмущался и опустил в пол глаза.

Глава 7

Полина поставила телефон на беззвучный режим и спрятала его в сумочку. Она смотрела на проплывающие за окном деревья, озерца, деревеньки и сердце щемило от боли расставания и надежды на новую жизнь. В купе царила тишина, изредка нарушаемая клацаньем телефонов. Еле слышное покачивание поезда напоминало о детстве, когда мир казался удивительным и прекрасным.

Казалось усталость последних лет стекала под массивные железные колеса и пропитывала шпалы своим тяжелым запахом.

Наконец-то Полина смогла остаться одна и на душе стало легко. Вырвавшись из круга ежедневных дел, она смогла посмотреть на себя со стороны от чего тут же стало грустно и даже немного противно. Целый год она боится потерять Бориса и изрядно вымотала себя ревностью.

Ольга, менеджер по персоналу, с которой Полина сдружилась после очередного корпоратива, при еженедельных встречах в головном офисе всегда задавала один и тот же вопрос:

– Разошлись?

– Нет, – отвечала Полина тихим голосом словно не оправдала ожиданий новоиспечённой подруги.

– Я тебе так и говорила, зря себя накручиваешь!

Они шли в ближайшее кафе и почти час болтали о самом сокровенном. Отчего-то они не поддерживали связь вне этих встреч, словно боясь нарушить сложившийся ритуал.

Поезд остановился на очередной станции и двое пассажиров покинули купе.

– Разошлись? – спросил сидевший напротив мужчина, не поднимая глаз от экрана телефона

– Нет, – быстро ответила Полина, удивившись такому совпадению.

– Я, знаете ли, хиромант. Одно время это было модно, но моя страсть к тайнам другим неутолима. Особенно в поезде, так и подмывает заглянуть в чью-то жизнь.

– Просите ручку позолотить, – засмеялась Поля.

– Нет, что вы, сам готов доплатить за практику. У меня, знаете ли, есть одна теория и я между делом собираю факты. Может и на серьезное исследование наберу. Вот видите, – протянул собеседник ей телефон. – Эта линия она у всех абсолютно разная.

Он листал фото на экране телефона, тыкал пальцем в линии и точки и с упоением рассказывал о своем увлечении. Она кивала, поддакивала, а сама рассматривала своего спутника. Смешно оттопыренные уши, придавали ему определенного шарма мальчика из соседнего двора. С таким определенно не будешь крутить роман, но побегать по стройке или поиграть в «Казаков-разбойников». Воспоминания опять унесли ее в детство.

– Вы готовы? – поднял он глаза и выжидающе посмотрел на Полю.

– Да, – опомнилась она и протянула правую руку, не отрывая взгляда от его глаз.

– Вторую тоже. – улыбнулся он всем лицом, а не только натянутыми губами, отчего Полина тоже улыбнулась. Он опустил глаза и присвистнул. – И здесь мне ничего не светит.

– Не самый лучший способ выбирать жену, – засмеялась Поля. – Обручальное кольцо видно из далека. Или у вас такой «ход конем». После этой фразы все девушки начинают вас успокаивать, а потом дверь закрывается и…

– Если бы, – оборвал он ее на полуслове. – С вами он действительно не пройдет. Да и сомнений вам и так очень много еще предстоит, а наша короткая связь, только усугубит ситуацию. Запомните одно, в конечном итоге вы останетесь при своем, но это не то, что вы думаете.

Раздался гудок, собеседник подскочил схватил свою куртку, спортивную сумку и выскочил за двери. Стоя на перроне, он показал ей свою ладонь и сказал: «Все что было не важно, но сейчас вам надо будут переступить через себя. Иначе крах! Пообещайте мне что сделаете это! – бежал он за вагоном.

Она утвердительно покачала головой и посмотрела на переплетение линий на ладони. Затем на стол и увидела оставленный на столике телефон.

Глава 8

Перрон уже скрылся и отдать телефон хозяину не было никакой возможности. Полина взяла его в руки и провела по тёмному экрану, который тут же отозвался, выдав фотографии различных ладоней. Отсутствие пароля радовало, но внутренний надзиратель корил ее за излишне любопытство.

«Я только найду нужный контакт», – успокаивала она себя, рассматривая галерею и скачанные файлы. Зашла в приложения соцсетей и засмеялась от возникшего желания написать кому-нибудь из веера, подписанных на него красивых и не очень дам. Самым простым было написать «письмо себе». На электронной почте, захламленной бесконечным спамом не было ничего интересного, и она, оставив сообщение кинула телефон к себе в сумочку.

В конце- концов он может позвонить сам себе и выяснить где находится его аппарат.

Оставшись совсем одна Полина загрустила, все казалось безумно мрачным и беспроглядным. Она опять бежит и как всегда от себя. В этом состоянии место назначения не важно: дно бокала в ночном клубе или столица соседнего региона, тени прошлого бегут рядом, проверяя надежно ли она спряталась от них. Опять всплыли в память разговоры с Ольгой.

– Ты не уверенна в себе.

– Уверенна, у меня не плохая работа и привлекательная внешность, я замужем.

– Поэтому трясешься каждый день, боясь все это потерять?

Полина молчала, крутила в руках чашку с кофе и у спрашивала.

– Что нового у тебя?

– Ничего, – отвечала Ольга. – Поэтому я завидую тебе.

У Ольги действительно не было ничего. Она безответно была влюблена в шефа, любившего свою жену, поэтому между ними в принципе ничего не могло быть.

– Не завидуй, брось все и не изводи себя. Найди себе новую работу.

– А там будет новый шеф, глядя на которого, я буду вспоминать нашего.

Они смеялись и расставались на неделю, чтобы опять говорить ни о чем.

Новый город встретил ее дождем и слякотью. Промокнув до нитки не успев добежать до вокзала, она приткнувшись у большого давно не мытого окна попыталась вызвать такси и была неприятно удивлена здешними ценами.

Вид из мутного окна не оставлял шанса сэкономить. Дождь стеной и переполненная остановка общественного транспорта убедили ее нажать на кнопку вызова.

Серый дождь в сером городе с однотипной архитектурой, хоть и поражал своими размерами был непримечательным. Такси остановилось у старой хрущевки.

Заплеванный подъезд с битыми окнами, обшарпанная дверь, обитая дерматином с глазком ничем, не отличалась от соседних. Трель дверного звонка сменилась кашлем и щёлканьем замка.

– Ты не Ольга, – заявила перевязанная шалью женщина с дулей на голове и отодвинулась, приглашая Полину войти. – Оно и к лучшему. Хватило мне одного раза племянничка с девкой привечать. Страху натерпелась. Все боялась, что Женечка позвонит, спросит, а я соврать не смогу. Сынок в мамашу. Та все мужиков таскала, а этот девок. Или ты его новая, а я тут душу изливаю?

– Нет, – замотала головой Полина. – Я замужем.

– А главное дитенка жалко, он не причем. Тоже внук получается. Пришлось его вписать в завещание, – выкладывала тетка все семейные секреты. – Тебя как величать?

– Полина.

– Меня Зиной зови. Комната твоя будет крайняя. Я ее обычно студентам сдаю, но коли племянник оплатил оно и к лучшему. Мужиков не води. Не люблю я этого.

– А если муж приедет? – спохватилась Полина, разглядывая комнату.

– Мужу можно. Располагайся. Чай пойдем пить. Расскажешь мне за племянника, раз рядом трешься должна о нем знать.

Продавленный диван когда-то зеленого цвета был застелен пледом, лакированный письменный стол и такой же шкаф с болтающимися дверцами вгоняли в уныние. Она не рассчитывала на номер люкс, но клоповник тоже не вписывался в ее планы.

Надо было срочно искать квартиру, немного передохнуть и устраиваться в новом городе. Она села на диван закрыла глаза и почувствовала, как до боли знакомый запах старой мебели вернул ее в детство. Тогда еще была жива бабушка, вечно возившаяся с пирогами, запах которых еще долго исходил от старой мебели. Полина любила сидеть в ее комнате с закрытыми глазами и вспоминать теплые морщинистые руки.

Придя однажды домой и не застав ее вещей, Полина не на шутку перепугалась.

«На мусорку снесли. Ремонт делать будем. Теперь это будет наша комната. Все как у людей» – ответила радостная мама, а Поля разрыдалась.

– Заснула с дороги? – бесцеремонно ввалилась Зина. – А у меня там пирог. Сто лет не пекла, но думала Ольга с дитем приедет, а дите оно не виновато.

– Пойдемте, – смахнула Полина набежавшую слезу.

– Я тоже в толк не могу взять зачем от тебя в мою хибару поселил, – вдруг сказала Зина. – Своим оно можно, но чужим зачем. Не студентка уже или у тебя беда?

– Нет, я немного передохну и займусь поисками квартиры.

– Не торопись, не гонят. За все уплачено, а племянничек мой жмот, весь в папашу. Ты думаешь он такой молодец их грязи в князи. Хрен-то то там, Женечка это начинала все, а потом декреты дети и наш голубь впрягся, а сам-то, прости господи. Всю жизнь за счет баб и выживает: Женя, Ольга, вот тебя недалекую нашел, чтоб ты ему место подготовила. У тебя такой же?