Читать книгу: «Аномалии Хроноса»

ПРЕДИСЛОВИЕ

Данная книга рекомендована для подростков, выпускников школ и любознательных жителей нашей планеты. В этом произведении рассказывается о трёх изобретателях разного возраста. Они были одержимы одной идеей, которая волновала на протяжении почти ста лет умы познавательных и изобретательных людей. В прошлом некоторые посвятили всю свою сознательную жизнь решению этой проблемы. Только в наше время, нашим героям стало подвластно это решение. Непомерный труд и врождённая изобретательность с малых лет этих трёх человек позволила им постепенно добраться до истины и в короткий срок познать силы природы, побуждающие процессы движения времени в нашей вселенной. Разработать и построить конструкцию аппарата, которая, воздействуя на эти силы природы, всё-таки проломала пространство времени. В этой книге рассказывается, как наши герои построили реальную машину времени. И как эти события изменили их жизнь, как они нашли себе благородную, интересную, но очень опасную работу. Эта книга для тех, кто увлекается физикой времени и решается всё-таки понять, почему время, невзирая ни на что, идёт. А также для любителей фантастики и желающих познать возможное будущее и для тех, кто постоянно находится в поиске истины и размышлениях, по сути. Для тех, кто, не боясь своих ошибок, смело идёт вперёд, невзирая ни на какие трудности, целенаправленно и настойчиво, ломая перед собой всевозможные преграды, выстроенные как судьбой, так и человеком. Начиная с первой главы, читатель погружается в мир интересных фантазий и разных изобретений, связывая всё это реальными доводами, подтверждая их научными фактами. Наши герои, ломая головы, копаясь в тоннах технической литературы, изыскивают одно единственное и в то же время самое верное решение, дающее возможность построить им конструкцию машины времени. Их многообещающая идея и вложенный в неё неимоверный труд дали возможность реально познать физику времени и как следствие этого обуздать наш континуум времени, проломав временной барьер. Вот с этого всё и началось. Помимо выполнения своих служебных заданий им постоянно приходилось совершенствовать свой космический корабль и машину времени. Повышая свою мощь для борьбы в первую очередь с катастрофическими природными явлениями. Несущими жителям многих планет смерть, разруху и горе. А так же с попутным и, как правило, не менее опасным фактором, разгулявшимся в те времена космическим братством пиратов, корсаров и настоящих флибустьеров. Было это или не было, никто этого не помнит, время изменчиво. Но герои этой книги точно знают, что были космические пираты и они с ними стойко боролись, как только могли. Оно, это явление, в какой-то мере живёт и в наше время на море и в воздухе. А в то время пираты и флибустьеры особенно разгулялись в нашей галактике на обычных космических трассах. Пиратство в это время обрело для себя новую жизнь, примерив на себя новую форму галактического терроризма и разбоя. Как правило, ведущего к силовому захвату слаборазвитых планет и космических кораблей. В итоге всё заканчивалось насильственным порабощением жителей этих планет и гибелью космических экипажей или, в лучшем случаи, скоропостижной высадкой экспедиций вместе с экипажем корабля на необитаемую планету. Каждая цивилизация проходила через эту воинствующую эпоху разбоя и наживы. Но чтобы так она разгулялась в нашей галактике, такого произвола ещё никогда не было. Борьба наших героев завершилась успешно. В кротчайшее время, по всем космическим меркам, пиратство как фактор грабежа и разбоя в галактике было скоропостижно побеждено. Космическая эпоха пиратов была сломлена, частично разбита, а остатки рассеяны по галактическим просторам. Мир в обозримой вселенной восторжествовал, и в этом была весомая заслуга нашего боевого экипажа. Кроме выполнения своих служебных обязанностей, спасая на обречённых планетах целые цивилизации от природных катастроф, происходящих в открытом космосе, наши герои участвовали в далёких переходах во времени. Совершали в разных созвездиях и даже в галактиках научно-познавательные экспедиции с коллективом учёных. Наш экипаж доставлял их на заданное место, как в пространстве, так и во времени. Целеустремлённо преодолевая огромное расстояние за короткий промежуток времени, наши герои порой смело, и самоотверженно предотвращали все угрозы и опасные препятствия.

ГЛАВА № 1
Воплощение мечты в реальность – «Машина времени»

Это всё началось поздним осенним вечером. Запоздавшее бабье лето, навевая грусть, дышало ночной прохладой. Лёгкие порывы ветра срывали с деревьев подсохшую листву, подхватывая и кружа, уносили её к ближайшим кустарникам парка и впадинам вялой травы, где она и оседала. Выгуливая своё домашнее животное, я бродил по аллеям опустевшего близлежащего парка. Кое-где, частично освещая территорию парка, столбы стояли в унылом одиночестве и мой вальяжный переход от одного к другому, напоминал мне изменение поры суток: день-ночь, день-ночь. Медленно двигаясь от одного фонаря к другому, иногда замедляя шаг или останавливаясь, я вглядывался в звёздное небо, которое в этот вечер было, почему-то ярче обычного. Я поражался его глубиной и насыщенностью далёких ярких светил при этом, задумываясь над тем, что бы было, если бы я видел, и те планеты, которые окружали своими орбитами каждую звёздочку. Какая звездная масса открылась бы моему взгляду. Скорее всего, Млечный путь, представил я, стал бы сплошным потоком света, если осветить всю вселенную, всю тёмную массу, находящуюся в ней: планет, астероидных полей, газовых скоплений, галактик и темной материи. Весь вечерний небосклон стал бы как лесная поляна, густо усеянная цветами, и на Земле от этого яркого света стали бы белыми ночи. Думая об этом, я искал взглядом свою собаку, которая игриво бегала от кустарника к кучам нанесённой ветром листвы. С лаем, зарываясь в неё, то, гоняясь за крупными падающими листьями, пытаясь поймать каждый лист и растерзать его в клочья. Собака заигралась, и начала постепенно удаляться вглубь большого парка. «Билл, ко мне!», – прикрикнул я на него (так зовут моего кобеля). Собака у меня породистая английский кокер-спаниель ранней зрелости, то есть ещё молодой, но по росту достигший своего предела, а вообще в меру игривый, добродушный пес.

Глядя в ночное небо, у меня возникало множество вопросов, на которые я не мог сразу дать себе ответ. Из астрономии и космологии, которыми я увлекался, я знаю, что наша Вселенная состоит из планет, звёзд, звёздных скоплений, галактик – всё это составляет единую звёздную систему, видимую нами и во много раз больше невидимой массы вещества. Весь этот механизм хорошо отлаженной системы вселенной постоянно находится в быстром движении. Большие массы вещества, приведенные к различному роду перемещения, имеют и различные скорости. А самая конечная и в то же время самая большая скорость, где-то я вспоминаю, читал, доходит до скорости света. Это далёкие разбегающиеся в разные стороны квазары.

И тут прерывая все мои мысли, мой кобель исчез из поля зрения, не реагируя на мой зов. Через некоторое время, обходя кустарники между деревьями, я его нашёл. Он, старательно обнюхивая какую-то норку, суетливо бегал вокруг неё. Увидев меня, начал громко лаять, мол, давай доставай этого хомяка. Взяв кобеля на поводок, мы вышли на широкую аллею вечернего парка. По многократному взгляду Билла на меня я понял, что ему пора предоставить определённую свободу. Так о чём же это я? Вспоминая и возвращаясь к своим мыслям, о квазарах и о больших скоростях в нашей вселенной, я продолжил рассуждать.

Многие теоретики доказывают, вспоминаю я, из ранее прочитанного, что наша вселенная замкнута в необозримом пространстве кривизной, порождаемой силами своей тяготеющей массы. Которая, по всей видимости, тоже имеет динамическое движение, превышающее скорость света. Я так думаю, или отсюда следует, что чем больше масса этого вещества, принимающая непосредственное участие в одноплоскостном движении, тем больше скорость этого вещества. А их разным удалением от точки измерения, то есть расстоянием их совокупное взаимодействие, усиливаясь, уравновешиваются. Сливаясь в одну направленную большую плоскость. Каждая тяготеющая масса имеет много форм движений. Основное или общее для всех видов является поступательное движение материи разлёта вселенной. Далее идут, я так предполагаю, представляя перед собой строение галактик и всей вселенной, плоскости перпендикулярные друг другу вращающихся галактик и их скоплений под разными углами. К этим массам каждой галактики я ещё хотел добавить массу невидимой темной материи присутствующей в каждой галактике. Которая в три раза больше видимой.

Прохаживаясь по парку со своей собакой, совершая вечерний променад, присматриваясь к этим далёким звёздам, я не мог понять, почему эти мысли приходят ко мне, глядя в позднее вечернее небо. Но мысли, невзирая, ни на что, сами по себе навязывались далее. Я уверен, что динамика вращения этих масс каждой отдельно создают свои плоскости воздействия, под разными углами. Самой последней же формой динамического вращения, участвующей в этом подвижном процессе взаимодействия является наша солнечная система, в которой и находится наш земной шарик. Обладающей своей не менее важной для нашего процесса тяготеющей массой и определённой скоростью. Ещё размышляя вслух, так как в парке никого в это время не было, я хотел добавить, что в общем воздействии плоскостных сил в данной точке, то есть на нашей Земле, происходит под различными углами, но в одной данной точке измерения, порождая при этом трёхмерность. Каждая мерность или плоскость имеет свою разную динамическую скорость, определяющую тяготеющей массой и своей кривизной.

Пусть эти скорости различны, но и объекты вращения имеют различную массу и удалены от поверхности Земли на совершенно разные расстояния. То есть, чем больше масса вещества, тем больше его скорость и дальше от Земли находится объект вращения. А отсюда и его информация вращения более рассеяна в пространстве. Раздумывая над всем этим, я пришёл к единому выводу, что все эти энергетические плоскости уравновешиваются своими скоростями и кривизной на Земле, как и на других планетах. Но на удаленных планетах от Земли, ближе к центру галактики, так как там больше скоплений звёзд и систем, может быть другая мерность – пяти – семимерное воздействие. То есть к высоте, ширине и глубине прибавляются ещё, какие-то совершенно другие измерения. Ранее до сегодняшней прогулки я частенько ломая голову, задумывался над самим временем, меня мучил один и тот же вопрос, всё-таки, почему оно идет? И как его обуздать? Я сопоставлял различные факторы воздействия на него, даже иногда выстраивая разные приспособления, экспериментировал, но ничего из этого не получалось.

Заканчивая вечернюю прогулку со своим кобелём, я возвращался домой. Передвигаясь тёмными, знакомыми улицами, я настраивался на домашний уют и поздние интересные телепрограммы. Но мысли мои меня не покидали, настойчиво преследуя на каждом шагу. Вычёркивая временно всё из сознания, упорно навязывались с большей силой. Из прочитанной мной технической литературы, я знал, что свойства пространства и времени не абсолютны, не заданы раз и навсегда, а зависят от распределения и движения тяготеющих масс. Вспоминая Эйнштейна и его теорию относительности, которая это неоднократно подтверждает. Но теория относительности сама заходит в тупик «Почему время идет?». Я думаю, что мы просто привыкли к своему ходу времени, а мне кажется, что оно изменчиво в разных космических сферах и связанно с изменением вращения тяготеющих масс, наклоном плоскостей их количеством и скоростями. И тут меня осенило, пришла моя основная мысль или идея. Изменяя принудительно все эти условия, одновременно и будет меняться само время.

Я, задумавшись над этим, даже подпрыгнул при ходьбе по улице, как будто меня кто-то подтолкнул. Мой кобель вопросительно посмотрел на меня и, наверное, подумал: «Что это с ним случилось, чего он скачет?» Не подозревая, что ко мне пришло или я понял решение проблемы, над которой давно задумывался. А именно создать аппарат или машину, которая будет в состоянии замедлить или ускорить обычный ход времени, а может даже и перенестись или переместиться во времени, да ещё и в разных направлениях. То есть проложить дорогу во времени в прошлое и в будущее, обязательно с человеком на борту. Решение этой проблемы – это создание аппарата по принципу строения всей Вселенной с её системами, галактиками, скоплениями, с её динамикой вращения и их скоростями. Конечно решение это не очень простое, оно потребует множество сложных специальных разработок, находчивых, знающих и умных специалистов математиков, физиков. Но и ещё, чуть ли не главное в наше время, что на это уйдут очень большие денежные затраты. Главное источник энергии – он должен быть автономным и сверхмощным, ведь аппарат должен перемещаться в пространстве, иначе будет не ход времени, а просто фотография какого-то заданного мгновения времени. Хотя теория относительности и не вскрывает проблему движения времени. Я думаю, что движение времени в данном месте или на нашей Земле порождает разлёт материи, то есть поступательное движение. Значит, аппарат, преодолевая пространство времени должен летать, да ещё и с определённой скоростью. Приближаясь к своему дому, я подумал, что пора отдыхать. Да и кобель целеустремленно ринулся к подъезду, наверно думая о своём теплом уютном месте. Находясь уже в квартире, включив телевизор, я понял, что эта поздняя прогулка по парку под ярким звёздным небосклоном навеяла мне множество мыслей и решений. Которые я должен обязательно воплотить в жизнь и, во что бы то ни стало, разработать и построить этот аппарат.

Теперь у меня возникла очередная проблема, как заинтересовать и привлечь нужных специалистов. Но их мне ещё надо было найти! Я думаю так, составляя в уме план своей деятельности, подобрать нужных для этой работы специалистов, разработать и рассчитать всё до мелочей. А уже потом найти спонсора, может быть даже не одного. Мысли о конструкции аппарата меня преследовали везде, куда бы я ни шёл, чтобы я не делал. Главное не потерять основной принцип работы моего будущего аппарата. Я его на ночь даже записал: «Вращение во вращении с общей кривизной поступательного движения». Это можно понять, так как три плоскости, а возможно их и больше, но некоторые могут накладываться друг на друга. В нашем, случаи это три отдельные постоянно смещающиеся мерности с разными скоростями вращения и разнонаправленными воздействиями во вселенной. То есть быстро разлетаются, имея поступательное движение. Если не будет этого движения, то будет не бегущая «Стрела времени», а просто фотография. Вот так, я думаю, рождается четвёртая единица измерения – время. А чем и как оно передаётся пока вопрос. Ну ладно, мой кобель давно уже спит, да и мне пора. Утро вечера мудренее. Лёжа в постели, я долго не мог заснуть. Размышлял, ворочался, сопоставляя все факты, слишком уж крутая идея меня посетила в этот раз, но физиология всё-таки постепенно взяла своё. Утром, рано закончив процедуры, сварив кофе, я погрузился в работу. Ведь прежде чем идти и искать будущих сотрудников, нужно всё описать, начертить, чтобы было, что показать. Не на пальцах же поясняя им всё рассказывать?

Моя навязчивая идея не давала мне покоя, всё больше и больше заставляла меня думать, работать над технической литературой, вытягивая из неё всё нужное для моей работы. Бегать по библиотекам в поисках моей тематики, перерывать большие горы технических книг, много писать, чертить. Временами самого себя, убеждая о собственной правоте своего же решения. При этом всё время повторяя: «Смогла природа – сможем и мы». Ведь человечество – это разумная ветвь развития и достаточно упрямая в достижении своей заданной цели. Хотя она и кажется чересчур фантастической, но это только кажется. Из всей изученной мной технической литературы я довольно-таки много подчеркнул для разработки и построения своего будущего аппарата. Очень многие проблемы стали для меня понятны и разрешимы. Так, например: теория относительности учит нас, что ход времени зависит от физических явлений. Квантовая теория указывает на то, что наблюдаемый временной поток состоит из отдельных мельчайших толчков. Исходя из этого, можно предположить, что воздействие должно быть импульсным мощным и постоянным. Чем больше направленный поток воздействия, тем больше площадь будет поддаваться изменению. Передача временной информации протекает энергетическим путём от кривизны вселенной, галактики, солнечной системы и нашей Земли одновременно. При этом каждая отдельная кривизна имеет своё поступательное движение.

Вчитываясь во все эти законы и постулаты, меня осенила идея. «О, эврика!», – вдруг подумал я. Воздействуя на эти три вида измерения, на их кривизну – можно воздействовать на четвёртое, то есть на само время. Так как эти все четыре измерения взаимосвязаны между собой, ибо порождены одним процессом – движением, а точнее перемещением тяготеющих масс. Каждое вращающееся тело или плоскость имеет свой гравитационный, направленный эффект. Который возникает почти мгновенно при начале его вращении, сила эффекта зависит непосредственно от скорости этого вращения. Это всё и надо обязательно учитывать при разработках и построении будущего аппарата. Который активно будет воздействовать на эту кривизну. При совокупном воздействии на все динамические плоскости, я так думаю, что изменится и само время, при обязательном присутствии поступательного движения.

Да, ещё одно чуть не забыл, заканчивая свою работу для предъявления своим друзьям, будущим сотрудникам. Я так думаю, что они согласятся, ведь очень заманчивая и интересная тема, в итоге дающая сногсшибательный результат. Последнее в моей теории построения аппарата и его работы, я хотел внести ясность по поводу поступательного движения во вселенной так, как всё это нам надо для образования «Стрелы времени». При исследовании галактик радиотелескопом было замечено, что из ядер галактик происходят яркие выбросы сингулярной массы плазмы перпендикулярно вращению самих галактик. Протяженностью пять тысяч световых лет и более, и эти выбросы проходят со скоростью света. Придавая галактике определённое, поступательное движение, эти выбросы повторяются. Как раз это всё нужно и учесть при разработке нашего аппарата и его поступательного движения. Сказал я неожиданно вслух, тут же задумавшись, поймал себя на мысли, как же она меня всё-таки достала эта идея, что я начал вслух разговаривать сам с собой. Изготовив чертежи разработанного мной аппарата – машины времени я был готов к встрече с моими друзьями. Есть у меня два хороших старых друга, о которых я не так давно начал задумываться. Ведь специальности у них как раз по теме моей научной работы. Один работает в НИИ, доктор физико-математических наук, Александр Михайлович, человек средних лет, перспективный сотрудник, любящий свою работу. А другая женщина чуть моложе Александра, но настойчивая в работе и все дела любит доводить до конца, зовут её Ксения. Научный сотрудник, астроном, увлекается космологией.

Вот я и решил пригласить их, поделиться мыслями и заинтересовать их своей идеей. Показать свою разработку и чертежи, при этом убедить их в успешном итоге нашей совместной работы. Сегодня вечером всё, обдумав, я им позвонил, договорившись о встрече на завтра, к полудню, как раз выходной, у меня дома. В назначенное время пришли мои званые гости. Усадив их за стол, заварив кофе, я начал издалека. Излагая суть строения вселенной, они слушали меня внимательно. Дойдя до слов: «Машина времени» они, заёрзав на месте, начали улыбаться, поглядывая друг на друга, но я настойчиво продолжал: «На мой взгляд, все процессы, происходящие во вселенной, как бы сами нас подталкивают к созданию этих искусственных вариантов. Эти процессы во вселенной во многом очень сходны с условиями предложенного мной проекта аппарата». «Мой вариант я хочу сейчас вам предложить, – сказал я, и тут же продолжил: – Он представляет собой аппарат концентрации и взаимодействия направленных высоких энергий на центральный круг общего взаимодействия. А впоследствии в заключительной фазе, комбинацию суммарного взаимодействия частиц переносчиков всего аппарата». Мои гости продолжали, молча улыбаться, поглядывая то на меня, то на часы. Я же был убеждён, что, раскрывая тему далее, они меня всё же поймут, и обязательно поддержат.

– Теперь перейдём от гипотезы к главному, – продолжил я, – как нам практически создать аппарат, который непосредственно повлияет на четвёртую мерность, на само время, проломав наш континуум. Второй немаловажный у нас вопрос – это решение проблемы безопасности нашего с вами аппарата и управляемого синтеза термоядерной реакции. Чтобы у нас при его работе случайно не возникли подвижки к образованию реакции деления ядра. Молча, достав заранее приготовленный тубус, я предоставил им свои чертежи. Разглядывая мои наброски, они подозрительно и в то же время с интересом, вглядывались в строение будущего аппарата. Они всё внимательней и серьёзней воспринимали мои слова. Улыбки и недоверие с их лиц как-то быстро сами собой бесследно исчезли. С каждыми моими доводами, выслушивая мои мысли и сопоставляя всю предложенную информацию с предоставленными мною чертежами, они начали постепенно добавлять свои предложения. Тем самым, совершенствуя предложенную мною модель. Я понял, что мои друзья неожиданно заинтересовались моей идеей, наперебой спрашивая меня, а что это? А это для чего? Я им вкратце рассказал суть работы всего аппарата.

Ксения, оторвав взгляд, от чертежей посматривая на Александра, заявила: «Ну да тут есть над, чем поработать». Саша, кивнув головой исправляя, добавил: «Не поработать, а хорошенько повкалывать». Я облегчённо вздохнул. «Да не переживай ты так за свой будущий «Чайник» не пойдёт, а поедет: то есть полетит», – шуточно изрёк Александр. «Не мой, а уже наш», – поправил я его. «Ты, что хочешь взять нас в свою компанию?» – спросил Саша. «А для чего же я вас и позвал», – твёрдо ответил я. «А я вначале подумала, что ты нас хочешь развести, пошутив над нами, – произнесла, улыбаясь, Ксения, – а оно видишь, как обернулось, очень интересным, но непосильно затратным делом». «О деньгах мы потом решим. Давай послушаем о строении нашего будущего аппарата», – перебил её Александр, умащиваясь поудобней. «Мой предлагаемый аппарат, – начал я, – основан на динамическом вращении больших энергий, электромагнитном воздействии, с обязательным применением мощного импульсного лазерного излучения и эффектом сфокусированного отражения. Состоит он весь как бы из отдельно собранных энергетических силовых блоков с большой динамикой вращения. Направлены они все к небольшому, но горячему тороидальному кругу общего взаимодействия».

Далее я хотел рассмотреть строение силового блока, пользуясь моими чертежами. «Он имеет форму кругло-вогнутого диска или скорее зонтика, – продолжал я упорно доказывать своё. – Все соленоиды внутри этого «зонтика» под разными углами равномерно размещены по кругу. В центре установим трубчатый соленоид сопровождения газа, а в будущем плазмы. Я хотел вернуться к нашему вогнутому диску, то есть основанию силового блока. Состоит он из вогнутого металлического зеркала, с отверстием в середине, обнимая весь конус соленоидов. За зеркалом с наружи расположен кольцевой соленоид с лазерной установкой».

Ксения, подняв руку, приостановив мой рассказ, спросила: «А что из себя представляет соленоид, я где-то давно читала про него, но уже позабыла». Продолжая рассказ, я начал с соленоида: «Состоит он из металлического сердечника направленного к центру вогнутого зеркала, сердечник покрыт твёрдым изолятором с одновитковой обмоткой, то есть в один слой, сечение проводника прямоугольной формы, выдерживающие большое напряжение. Вот они-то и создают вокруг себя при прохождении по ним большого тока, огромные по мощности и направлению электромагнитные поля». Ксения, вопросительно посматривая на меня, тут же поинтересовалась: «А где же тут лазерная установка и плазма?» «Терпение, мои друзья, обо всём этом я хотел рассказать отдельно, ибо тут присутствуют элементы безопасности, – прояснил я. – Во-первых, лазерная пушка устанавливается с внешней стороны «зонтика». Луч, проходя через отверстие в зеркале и внутри трубчатого соленоида, по которому движется смесь газов, вместе с магнитными полями соленоидов разогревает их до состояния плазмы. Лазерное воздействие должно быть импульсным, чтобы газ не горел, а плавился». «Так в чём же заключается опасность?» – спросил меня Александр. «Вот-вот, – ответил я, – в этом то и состоит опасность. При собранной энергетической секции, в которую входят двадцать два силовых энергоблока. При определённом расположении их орбит вращения и подачи высоких энергий рождается плазма в центральной точке, разогреваемая лазером. Чтобы не было синтеза ядерной реакции нам необходимо эту точку размазать, как бы растянуть в тороидальный круг, чтобы не зажечь случайно яркое солнце, чтобы не возникла ядерная реакция».

Александр и Ксения поочерёдно начали задавать мне кучу вопросов, обсуждая и «обсасывая» эту тему вплоть до мелочей. Из их реакции и задаваемого потока вопросов, для меня стало понятно, что я не только заинтересовал их своей идеей, они после всех объяснений прямо-таки подсели на эту тему. Александр, вздохнув, сделав паузу, произнёс: «Нам необходим план роботы, каждый из нас выбирает посильную себе работу, постепенно, поэтапно будем рассчитывать всю техническую часть блоков. Построим один, испытаем, а потом возьмёмся за силовые секции. Допустим, я возьмусь в данный момент за расчеты соленоидов и метало-зеркал». «А я за смесь газов и лазерную установку, – добавила Ксения. – Но я ещё хотела поднять вопрос о финансировании всей этой затеи. Нам надо срочно искать спонсора и не одного. Проблема очень затратная, давайте этим вопросом заниматься все вместе». Подумав, я мгновенно дал им ответ: «Можно и даже необходимо, но давайте не будем пока посвящать спонсоров в суть нашей затеи. Сошлёмся на какой-то эксперимент, чтобы не появились доброжелатели в кавычках и не начали нам гадить с целью перехвата новой идеи». Тщательно обсудив ещё некоторые мелкие вопросы, мы договорились о наших периодических встречах, определив их место, и вообще, чаще быть на связи. Каждый из нас знал свой фронт работы. Периодически нам необходимо было встречаться, общаясь между собой, предварительно созваниваясь друг с другом. Под конец нашей беседы, откупорив бутылочку полусладкого шампанского, заранее мной приготовленной, мы отметили начало совместного сотрудничества.

Прошло некоторое время. Каждый из нас имел довольно большие наработки. Эта идея заставляла творчески мыслить в этой области, подгоняя нас в работе. Я же занимался финансовыми вопросами, настойчиво искал спонсора. Заранее созвонившись, мы встретились и начали обговаривать каждый свои проработанные проблемы. Александр начал толковать про соленоиды, что обмотка их должна быть одновитковой, согласующаяся с любым источником импульсного тока. Проводник должен быть из мартенисто-состаренной стали с прямоугольной формой сечения, изолятор должен выдерживать очень высокие температуры и так далее. Он ещё долго говорил про соленоиды, про металлическое зеркало, отражающее магнитные поля. В конце своего рассказа он добавил: «Главное, если погрузить все соленоиды в криостат с жидким гелием, то можно добиться накопления очень больших энергий, а отсюда больших магнитных полей. Главное, сверхпроводящие соленоиды могут работать, не потребляя больше энергии. Поскольку однажды возбуждённый в них ток не будет затухать. В наших условиях с большим затруднением подачи высокой энергии на вращающиеся в разных плоскостях блоки и секции, этот процесс просто незаменим. Но этот вопрос пока оставим на дальнейшее».

Ксения, полистав подготовленный талмуд, начала свою длинную речь с конкретных фактов: «Лазерная установка должна быть коротковолновой. Своим коротким импульсным излучением через металлическое зеркало, воздействуем на газовую смесь, ионизируя её, в дальнейшем подогреваем вместе с магнитными полями до плазмы. Лазерное воздействие должно быть мощным. А одиночные импульсы будут длительными, чтобы газ не испарялся, а плавился, прогревая плазму как можно глубже. Лазерная установка не участвует во вращении силового блока, но вращается во втором динамическом движении серии блоков. Да, ещё, газ должен состоять из водородной гелиевой смеси, в пропорциях три к одному. Возможно, использовать смесь – дейтерий гелий три, которая в плазменном состоянии совсем не даёт радиоактивного излучения – то есть менее опасна для человека». Выслушав их доводы и основную суть наработок, я понял, что мои друзья работают в поте лица, и я не ошибся, обратившись к ним. Работа продвигается быстро. Я же им рассказал, как я нашёл спонсора. Обратившись в одну из компаний, не раскрывая сути, мне сразу отказали, но в конце беседы один из отраслевых директоров посоветовал мне, обратится к Петровичу: «А кто это?» – спросил я у него. «Да так, богатый «Буратино», подпольный миллиардер, – ответил он, сразу, тут же добавив: – Я ему сегодня же перезвоню». «Добро», – заявил я согласившись. На следующее утро, долго не думая, я поехал к нему. Петрович довольно-таки приветливо для первого знакомства, встретил меня. Он был не совсем дряхлым, но по годам, как я позже узнал, старичком. Разместившись с ним в креслах, мы начали беседу, рассказывая ему, суть дела, описывая наши возможности и потребности, я хотел задать вопрос, вы понимаете какой.

Он, тут же перебивая меня, говорит: «Я согласен, сам раздумывал над этим, как мне продлить мою жизнь и прожить намного дольше. Мне вас сам бог послал. Видите, я стар и совсем одинок, всего накопленного с собой не заберу, а вам я, почему-то поверил». «Вы меня поймите правильно, – начал я, – эта затея у нас может, не получиться, наш аппарат может не преодолеть пространство времени, эта процедура ещё в проекте и никем не испытана». «Я всё прекрасно понимаю, – ответил Петрович, – но попытаться всё-таки надо обязательно. Я буду финансировать вашу затею. Ведь в будущем технологии совершенно другие, может и удастся продлить нам эту прекрасную, но короткую жизнь». Пояснив вкратце ему строение нашего аппарата, договорившись о дальнейшей финансовой помощи на разработку и построение нашей будущей машины времени, мы, распрощавшись, расстались. Через некоторое время Петрович сам, позвонив мне, спросил, не отказались ли мы от этой идеи? И тут же, добавил, что уговорил своего друга участвовать в этом эксперименте. Попросил при этом больше никого не искать, объяснив, денег на эту интересную затею у двоих стариков хватит с головой. Он пообещал, что будут обязательно держать это всё в тайне. Задавая каждый себе новые задачи по разработке узлов и секций аппарата, наметив сроки, друзья отправились их выполнять.

Прошло время в напряжённой, трудоёмкой работе. Договорившись, мы собрались в нашем удачно арендованном офисе. Туда стекается вся нами наработанная информация, для того, чтобы каждый из нас мог в любой момент воспользоваться всеми данными совместной разработки. У каждого из нас по этой тематике собралось довольно-таки много нужной для нас информации. Первым как всегда излагать начал я: «Наш проект энергетического блока по времени мы удачно завершили, запустив его в производство. Пока в соответствии полученных чертежей и заверенного договора на фирме будут его по узлам изготавливать и частично собирать, мы же займёмся проектированием рабочей секции нашего аппарата».

– В соответствии с нашими чертежами, – продолжал я, – наша секция состоит из двух взаимно направленных энергоблоков, верхнего и нижнего. Начиная от этих блоков к центру, идут две орбиты, по шесть энергоблоков каждая, а между ними, то есть по центру расположена орбита из восьми блоков. Все орбиты имеют направление вращения в разные стороны. Это и есть силовые плоскости вращения. Ещё одна фаза движения силовых блоков заключается в том, чтобы блоки имели небольшую осевую подвижность. Как на салазках, отъезжая от самого центра воздействия плазменного потока туда и обратно. Как бы постепенно в очень малых порциях выпуская горячую плазму из мощных магнитных ловушек. Этот процесс необходимо выполнять в заключительной фазе перехода во времени, на определённой высоте.

Александр, дополняя меня, добавил: «Если на обмотки блока подать мощный импульс тока и мощный лазерный пучок излучения, то в газовом ионизированном потоке возникает электрический ток, проходя по газу вместе с лазерным излучением и всеми магнитными полями, превращают газ в плазму». «Под совокупным влиянием, – продолжает настойчиво Саша, – всех этих факторов силовых блоков и их орбит, на внутреннем плоскостном кругу

секции образуется плазменный электромагнитный поток. Который, вместе с торсионными полями трёх секций постепенно высвобождаясь с потока, воздействует на энергетические окружающие плоскости самой планеты, нашего созвездия и в итоге всей галактики».

– Гравитационное взаимодействие, – подхватывает сразу же его слова Ксения, – управляет всем движением небесных тел, а электромагнитное определяет движение заряженных тел. Эти разные взаимодействия имеют два различных свойства – они слабые и дальнодействующие, обладающие глубокой связью сил со свойствами пространства и размерности. Раскручивая все свои плоскости, мы добьемся значительных изменений в нашем небольшом локальном месте других природных плоскостей нашей вселенной. Плазма в данной ситуации будет являться переносчиком магнитных и гравитационных полей, имея свою большую энергию и динамику быстрого вращения этой же энергии. Отсюда мы будем иметь своё мощное торсионное направленное поле и его определённо-направленный быстрым вращением вектор.

– Сегодня мы втроём, – начал я, – теоретически решили работу нашей секции. Осталось немного, сочленить эти три секции, поместив их в электромагнитную ловушку. Над всем этим, то есть сверху, будет главенствовать небольшая капсула пилотов. Наш аппарат теоретически готов, остались некоторые незначительные доработки. Ну, это всё будет в процессе построения.

– Есть у нас ещё одна проблема, – заверила Ксения, – необходимо нам оградить наших пилотов от опасной электромагнитной индукции. То есть нашу капсулу необходимо хорошо изолировать от различных мощных силовых полей. Вот я и буду прорабатывать всю эту тему,

добиваясь полной электромагнитной изоляции будущей кабины пилотов. Мы же вдвоём с Александром решили заняться практическим изготовлением энергетических блоков и секций на нашем арендуемом полигоне. На одной из военных баз нам выделили небольшой ангар с двумя подсобными комнатами. В одной из них мы оборудовали раздевалку и складское помещение, в другой всё было приспособлено под рабочий кабинет для чертежей и научных разработок. Это место нас как бы вполне устраивало, тем более оно охранялось. Целых три месяца мы потратили на поиски материалов и изготовление одного только блока. В итоге испытав его, с некоторыми небольшими доработками он нас своим рабочим процессом вполне удовлетворил. Собрав ещё двадцать один блок, приступили к сборке энергетической секции в целом. С этим нам пришлось повозиться, не на шутку. То и дело, что-то не подходило, а то не хотело работать, прямо замучались с этой всей подгонкой и кропотливой трудоёмкой работой. Как старички и обещали, всё финансирование прошло без каких-либо задержек.

Испытание рабочей секции вызвало большое затруднение, особенно это коснулось подача электроэнергии и газа к блокам. И ещё оказывается, что большую проводимость плазма имеет при постоянном токе и при переменном напряжении не очень большой частоты, (короткие волны). Это мы узнали непосредственно при испытании. Прибыв на полигон, как мы и договаривались для испытания энергетической секции, я подошёл к ангару. Ксения и Саша как раз вывозили её для испытания. Я сразу же приступил к работе. Александр, проверяя все крепления секции с тяжёлой станиной, на которой она установлена, произнёс: «Вы знаете, что наша секция может улететь». «Как это, без двигателя?» – спросила возмущённо Ксения. «Да, – ответил Александр, – ещё Джон Шарль в своё время открыл новый эффект электромеханики, в быстро вращающемся намагниченном диске появлялась радиальная электродвижущая сила с вертикальным вектором. Так, что надо быть готовым ко всему». Проверив все блоки и саму секцию, устранив все мелкие недостатки, ещё раз проверили крепление её со станиной. Подключив ток и газ, запустили её. У нас был договор не подавать на соленоиды слишком высокое напряжение, а управление лазерным пучком перевести в ручной режим. Проверять лишь механическую часть и частично излучение. Подавая газ, разогреваемый лазером до определённой температуры, а соленоиды под нагрузкой, одновременно подымали магнитные поля в орбитах плоскостей до половины максимальной нагрузки. Газ, нагреваясь, довольно ярко светился при минимальном сдвиге энергетических блоков от тороидального круга секции. При максимальной же нагрузке, уверены мы, и минимальном сдвиге, секция должна светиться ярко как солнце. Включив большие обороты, или вращение всей секции вокруг своей оси, мы наблюдали за отдельными вспышками. Продолжая наши испытания, мы ощутили редкое вздрагивание, после чего появилось лёгкое пошатывание секции вместе со станиной, к которой она крепилась. Секция начала нервно шевелиться и подпрыгивать, при этом зло шипела, искрилась и мигала вспышками. Пытаясь оторваться от тяжёлой станины, от жесткого крепления и улететь вверх. «Сейчас улетит!» – громко во весь голос закричала Ксения.

Все засуетились. Александр кинулся к пульту, немного сбавив обороты вращения орбит блоков, крикнул: «Да, чуть не лишились секции, нам надо быть осторожней, думать на пять шагов вперёд». Мы знали, что работающая секция должна вертикально взлетать высоко в атмосферу, побеждая гравитацию Земли. Но, чтобы при таких маленьких нагрузках на соленоидах и орбитах, такого мы не предполагали. Александр вовремя догадался, что весь этот процесс регулируется направлением орбит блоков и силой подаваемого тока. Закончив испытание секции, и облегчённо вздохнув, я позвал своих друзей в комнату ангара для обсуждения испытаний. «У нас, – начал я, – получился очень мощный горячий генератор торсионных полей, только вот, все торсионные генераторы холодные. А горячий генератор с одинаковой скоростью вращения, намного мощней. Отсюда и скорость распространения торсионных полей намного больше. А в совокупности с заряженной плазмой как в нашем горячем генераторе, я уверен, все эти процессы вместе помогут нам изменить ход времени».

– Я хочу рассказать о работе секции, – начала Ксения, – если у одной секции такие тяговые способности, то в совокупности всех трёх штук подвергаемых большей мощности, и имеющих свою динамику вращения, у нас появится возможность не только взлетать вверх, но и участвовать в прямолинейном, поступательном движении в воздухе. При этом, резко меняя направление своего движения без инерционной массы, добьёмся того, что нам в край для этого необходимо. Нет гравитации, следовательно, нет и тяжелой массы нашего аппарата.

Прошло полгода. Три секции у нас были в сборе готовые к дальнейшему использованию. Тем временем Ксения полностью разработала пассивную и активную защиту капсулы пилотов от сильного электромагнитного потока. И описала весь процесс управления аппаратом из кабины пилотов. А также она обговорила, согласовав с нами свою давнюю наработку по изготовлению большой зеркальной ловушки всего аппарата, для электромагнитного излучения. Собравшись на офисе, даже не договариваясь об этом между собой, начали оговаривать заключительную часть нашей работы. Это завершение построения совместного детища. Все отдельные части нашего аппарата не вызывали никаких сомнений. Мы были уверенны, что при сочленении их в одно единое целое, у нас всё-таки получится ожидаемый нами эффект. То есть время будет обуздано, а управлять им тогда я думаю, особого труда уже не составит.

– Рассматривая все чертежи нашего аппарата, делаем вывод, – произнёс я, – машина времени у нас создана по подобию строения вселенной. То есть все соленоиды это наша солнечная система, силовой блок – это галактика, силовая секция – это скопление галактик. И, наконец, три силовых секции или весь аппарат – это наша вселенная. Построенный нами аппарат имеет мощные силовые динамические плоскости сопротивления всем плоскостям вселенной. При интенсивном вращении наших энергетических плоскостей аппарата, мы будем по своему усмотрению воздействовать на природные направленные динамические силы вселенной. То есть выброшенная мощная заряженная торсионными полями плазма будет воздействовать на окружающие природные силовые поля вокруг нашей Земли. Усиливая или сопротивляясь им, мы проломаем континуум времени по нашему желанию вперёд или назад во времени. И, наконец, самая завершающая функция всего аппарата, это будет поступательное движение, и непосредственно выброс заряженной плазмы с нарастанием, даст нам ожидаемый эффект подвижной стрелы времени. И непосредственного перехода в другое измерение.

Александр высказываясь, меня поддержал: «Многие очевидцы НЛО утверждают, перед тем, как взлететь тарелки раскручиваются, передвигаясь в воздухе, ярко светятся даже днём. А ещё могут резко менять направление и вообще мгновенно скрыться. Все эти факторы в нашем аппарате как бы присутствуют. Я думаю, более того, я полностью уверен, что у нас всё получится». «Немаловажный вопрос я хочу осветить, – начала сразу Ксения. – Человеческий организм подвержен воздействию сильных внешних электромагнитных полей, которые могут нанести ему большой вред и даже убить его. Поэтому человеку необходима защита. Такой защитой может являться непосредственно капсула пилотов эллипсной формы. Изготовлена она из сплава алюминия и покрыта вся редкоземельными элементами с поверхностной обработкой высокого класса частоты. Второй же активной защитой кабины у нас будет отражающее, направленное зеркало, со своими наружным и многими внутренними соленоидами. Это верхнее самое большое зеркало аппарата». Обсудив всё это, выбрав пути реализации заключительной части построения и испытания нашего подопечного, мы поздно вечером разошлись по домам.

Большие затруднения и задержки в работе построения аппарата вызвали проблематичное изготовление огромных металлических зеркал отражения. Не все предприятия были готовы к такому заказу. Пришлось поломать голову и стереть пару туфлей пока у нас приняли этот заказ. Да и наша кабина пилотов на три человека, с её внутренней начинкой и приводами управления блоков была настоящим камнем преткновения. Особенно её поверхностной слой с обработкой высокого класса чистоты тоже были задержки. Чтобы вся поверхность была как зеркало, отражающая высокие энергетические потоки магнитных полей и горячие плазменные выбросы. Возвращаясь из очередного удачного похода по предприятиям, слава богу, город у нас огромный и в этот раз заказ у нас приняли. Мы, с Александром в хорошем настроении ехали в офис. Я сидел за рулём своей машины, вспоминая удачную сделку. Саша находился, справа от меня, смотрел в окно и что-то иногда бурчал. «Что случилось? Чем ты не доволен? Ведь всё прошло успешно», – спросил я. Тут нас перебил звонок мобилки. Саша, выслушав, произнёс: «Наш офис ограбили». Этот звонок поступил с пульта охраны. Подъехав к офису, возле дома там уже стояли две полицейские машины. Внутри нашего помещения, мы увидели трёх полицейских. Один из них был криминалист. Полиция оперативно сработала, подумал я. Пока мы добрались, они уже всё осмотрели. «Что пропало?» – спросил один для протокола. Мы обошли комнату и кухню, всё было перевёрнуто, даже из духовки газовой плиты всё вытащили.

Безжалостным путём была вскрыта дверца сейфа, но это фактически был не сейф, а металлический шкаф, где мы держали кое-какую одежду и рукописи. Были похищены блок компьютера и настольные старинные резные часы, но они были ещё в отличном состоянии и стоили довольно-таки дорого. Да ещё и рукописи, но они не составляли для нас ценности. Получить по ним какую-то информацию о нашей деятельности преступники никак не смогли бы. Всё было в компьютере, но и вытащить информацию из него было сложно. Каждая тема была у нас под своим паролем, а пароли были взяты из научной терминологии. Это всё придумала Ксения, она как предчувствовала, что это может произойти. Как она выразилась: «Надо шифроваться, а теперь хоть молотком его бей, ничего не узнаешь». Она имела в виду компьютер. Конечно, хакеры могут взломать, но на это надо время. Мы сами иногда путались с этими паролями, у каждого из нас в кармане была записная книжка с кодами, так как всё не запомнишь. От сотрудников полиции мы узнали, что преступников в квартире было двое. Один бы всего этого натворить бы не успел. Сотрудники охранной фирмы после сигнала на пульт выехали быстро. Из их слов мы поняли, что приехав сюда после оповещения, они никого не застали. Только варварски была вскрыта входная дверь, а в офисе был полный разгром.

Опрос граждан по горячим следам показал, что была машина, иномарка, чёрная с помятым правым крылом, номер никто не пытался запоминать. Из слов участкового, я так понял, что сумма похищенного особой ценности не составляет, и вряд ли будут, что-то искать, всё спустят на тормозах. Полиция, полицией, но нам нельзя было терять время, надо было срочно искать блок компьютера. Договорившись о встрече с нашим участковым, которого звали Виктор, Саша его заверил: «Мы как можно быстрее продумаем все возможные варианты и вам вскоре обязательно перезвоним». Срочно собравшись в офисе, мы начали выдвигать всевозможные версии хищения. Сильно проявили интерес к нашей работе трое, кладовщик базы, молодой охранник полигона и руководитель одной из фирм. Где мы делаем довольно часто дорогие и ёмкие заказы. Да ещё мастер этой же фирмы частенько нас обо всём расспрашивал, всё норовил узнать, для чего это всё нам нужно, и что это мы там делаем втайне от всех? Причина ограбления озвучил Саша: «Это всё наша работа с непонятными заказами или же огромные деньги, которые мы тратили довольно-таки часто и много на большие, дорогие заказы и покупки». Первым делом мы поехали на полигон, расспросив сотрудников, где был кладовщик в это время? Ведь преступление было совершено по данным дежурного на пульте в четырнадцать часов. Он был на месте, никуда не отлучался, вход, и выезд с полигона был один, по периметру ограждение было всё под сигнализацией. Полигон был в подчинении военных, для нужд армии. Мы туда попали со своей деятельностью благодаря Сашиным связям, частично арендовав его. Саша обратился к начальнику охраны: «А где молодой охранник?» «Он сегодня выходной», – ответил тот. «А есть ли у него машина?» – полюбопытствовал Александр. «Да есть, он на ней иногда приезжает на работу, какая-то чёрная иномарка, но старенькая, с помятым правым крылом», – ответил спокойно он. Узнав адрес, мы позвонили участковому, рассказав всё, договорились о встрече. Нельзя было терять ни минуты, чтобы он не успел сдать краденное. Мы подъехали к дому участкового, подобрав Виктора, который ожидал нас на улице. «Вы мне вовремя позвонили, я ещё не успел сдать оружие», – поправляя кобуру и умащиваясь на сидение, громко произнёс участковый.

Мы втроём поехали по указанному адресу. Жил он на окраине города, в начале квартала, а в конце через кольцевую дорогу, шла наша дорога через лес. Лес возле города был ухоженный, но густой. Подъехав к дому, участковый предложил обойти дом и осмотреться. Саша остался на улице наблюдать. Мы зашли во двор, собаки не было. Постучали в дверь. Никакого ответа на стук не последовало. Постучали настойчиво. В ответ тишина. Только услышали, с тыльной стороны дома подозрительный шум и треск забора. Я сразу понял, охранник-то у нас был молодой, но рослый верзила. Участковый кинулся за ним, а я в обход, через улицу. Преодолев ограждение и двор, охранник быстро ринулся к своей машине, которая стояла у гаража соседа, он его арендовал. Я, выскочив на улицу, крикнул Саше: «Подъезжай», – кинув ему ключи от машины. Оббежав два двора, я увидел, как участковый выбегает из калитки соседнего двора, а чёрный «Опель Вектра» буксуя колёсами на месте, быстро стартует. За рулём, которого сидит наш охранник. Правого крыла мне видно не было, машина ехала левой стороной ко мне. Но я, зато очень хорошо разглядел охранника, эту толстую перепуганную физиономию. Он ехал, повернув голову, пряча лицо, как бы отворачиваясь от меня. Как раз в этот момент подъехал Саша. Поменявшись местами с Александром, мы все с участковым запрыгнули в машину и быстро поехали за ним вдогонку. Я из своей машины выжимал всё возможное, хорошо хоть дорога позволяла. Но Опель есть Опель, он хоть и старенький, но ездит быстрее. Да плюс нас трое в машине, а он один. В общем, он начал постепенно от нас отрываться. Виктор позвонил сотрудникам, чтобы с поста ДАИ впереди выслали машину полиции на перехват. Ведь до поста полиции есть ещё перекрёсток. «В сторону поста он не поедет», – заключил Саша. Его машина постепенно удалялась от нас и за дальним поворотом вообще скрылась. Мы ехали быстро, как могли ещё минут десять, встречных машин не было. Подъезжая к перекрёстку, мы увидели его машину в кювете. Машина была целая, но выехать обратно без помощи, он не мог. Что случилось, почему он оказался там, мы не знали. По всей видимости, на повороте, на большой скорости встретившись с другой машиной, избегая неминуемого столкновения, он слетел в кювет. Завидев нас, он быстро начал убегать в сторону города через лес. «Останови! – громко крикнул мне участковый, – я наперерез, а вы после поворота, догоняйте его с другой стороны».

Участковый выскочил из машины. Проехав немного с большой скоростью, далее дорого уходила резко вправо. Мы съехали к обочине и бросились его догонять. Бежать быстро он совсем не мог, так как был толстоватый. Участковый, двигаясь наперерез, вскоре его догнал. Завязалась драка. Охранник был посильней, но Виктор, по всей видимости, знал приёмы рукопашного боя и начал одолевать противника, (видимо учили его в полиции всем этим премудростям). Ощутив всё это на себе, охранник, вынув нож, с криком и бешеным взглядом ринулся вперёд. Участковый, вовремя отскочил, выхватив пистолет из кобуры, произвёл два выстрела вверх после чего, направив оружие на преступника, крикнул: «Брось нож, буду стрелять!». Сосредоточившись, направив на бандита с ножом свой безжалостный взгляд, участковый, прицелившись, крикнул: «Ещё один твой шаг и!..». Виктор замолчал, потрясая в воздухе изготовленным к стрельбе боевым оружием. Охранник остановился, замежевался и обмяк, стоял, молча, но нож не бросал. Только когда мы подбежали, увидав нас, он нехотя бросил его на землю. Виктор с нашей помощью уложил охранника лицом вниз на живот, силой застегнув наручники у него за спиной. Участковый сел на большую кочку, глубоко дыша, переводя дух, произнёс: «Спрашивайте пока он свежий, пока ничего не придумал».

Мы с Александром, приподняв его, усадили под дерево и начали допрашивать, но он не хотел с нами разговаривать. Участковый, отдышавшись, говорит: «Кто же так спрашивает?» Поднявшись, подошёл к охраннику, пару раз наградив ударом ноги по рёбрам, вынув пистолет, произвёл выстрел возле его уха. Пригрозив оружием, крикнул: «Сейчас будет при попытке к бегству, а лучше самооборона против ножа. Смотри, нож-то вон валяется на траве с твоими отпечатками». Направив свой пистолет на охранника, он рявкнул: «Говори скотина!». Вдалеке показалась подъезжающая машина полиции с поста. Охранник понял, что с ним не шутят, будет очень большой срок или убьют. Он начал говорить, перед этим тихо попросил: «Уберите нож, я всё скажу». Он быстро и подробно рассказывал, чтобы другие полицейские, которые вышли уже из машины, направляясь к нам, его не слышали: «Я получил заказ на все бумаги и компьютерный блок от начальника одной фирмы». «Какой? – спросили мы, – и где наш блок?» «Блок у моего знакомого компьютерщика, он его хочет выпотрошить, я его попросил, сам хочу узнать, что там, чтобы подороже ему продать, а часы лежат у меня дома», – ответил он. Узнав фамилию, имя друга и его адрес, решили ехать, директора фирмы мы и так знали где найти.

Забрав нож, участковый ему, пригрозив, сказал: «Если соврал, я тебя в КПЗ найду и кончу, это точно, хотя ты и так получишь срок большой. Вдруг что, отпечатки то я с твоего ножа не стёр, сегодня же отдам на экспертизу», – показывая прозрачный пакет с ножом, убедительно добавил участковый. Составив протокол задержания и карту местности, полиция, забрала нашего охранника и его машину. Предварительно вытащив её из кювета, уехали в отделение. Убедившись, что правое крыло, помятое в Опеле, мы с участковым поехали к его другу за блоком. Парень, узнав обо всём, отдал блок со словами: «Я к нему не прикасался, у меня не было времени. Он меня попросил вскрыть его, что, мол, это его отца блок, а он, куда-то уехал и я не могу его найти». Участковый пригрозил ему статьёй за соучастие в краже. Заставив его подписать акт изъятия. Мы забрали компьютерный блок, отвезли участкового Виктора домой, поблагодарив его за оказанную помощь, поехали на свой офис наводить порядок. Переступив порог арендуемого помещения, мы увидели, что порядок уже наведен. Ксения, сидя за столом, попивая кофе, с улыбкой предложила: «Не хотите кофейку? Всё готово, вы этого заслужили», – отметила она, рассматривая блок. «Да после этих похождений не мешало бы, что-нибудь покрепче», – заявил я, потирая руки. Поговорив о завтрашнем дне, наметив фронт работы, отдыхать времени не было, мы хотели побыстрее закончить построение нашего детища. Сильно затянули с работой, с проверкой агрегатов, да и этот случай нас выбил из колеи. Надо к концу весны провести испытание всего аппарата ведь, сколько труда в него было вложено. Последнее время мы начали собираться в кабинете полигона, перебравшись туда со всеми вещами, документацией и своим компьютером. У нас там есть своя комната. Всё-таки вся территория под охраной. А наш офис мы сразу же сдали хозяину за ненадобностью.

Работа кипела, продвигаясь вперёд быстрым темпом. У нас много времени занимали переходы на офис и обратно. Сейчас же этого нет и работать нам стало комфортней. Работа у нас творческая и трудоёмкая, а главное интересная, а конечная цель захватывающая. Вплотную мы занялись построением ещё двух силовых секций. Все три секции должны быть полностью идентичными, чтобы при быстром их вращении, не было никаких сбоев в работе. Чтобы вырабатывались магнитные поля одинаковой мощности, чтобы выброс заряженной плазмы соответствовал одинаковой мерности. Каждую секцию надо было изготовить и собрать из блоков, при этом испытать эту же секцию необходимо при самой минимальной нагрузке.

Не всё шло так гладко, то отражающие зеркала не того качества, что заказывали, то соленоиды из одной группы, но почему-то получались разного сопротивления проводника, то по времени изготовления заказы немного пробуксовывали. Время как никогда быстро шло и реализация нашей совместной мечты, затягивалась. Во время этих вынужденных простоев мы ещё и ещё раз неустанно оговаривали наши разные наработки по различным узлам и их функциям в работе будущего аппарата. Вот в один из таких простоев мы собрались в кабинете, обсуждая заключительную часть сборки аппарата, сводя всё в одно единое целое.

Александр, сосредоточившись, взяв карандаш, показывая ним на чертеже, начал нам подробно растолковывать: «Заключительное действие в нашем проекте – это три энергосекции которые вращаются под углом от основания или края нижнего зеркала. А вершина оси вращения смотрит в центр верхнего вогнутого зеркала, как бы создавая ловушку для мощных магнитных полей, переносимых плазмой при выбросе из трёх секций. При вращении этих трёх секций и выбросе горячей плазмы образуются три плоскости вращения. Синхронизация этих полей приводит к увеличению мощности излучения и направления их потоков. Скажем проще, покоящийся шар или масса не имеет ось координат и времени. Вращение этой массы, вокруг какого-либо центра порождает координатную ось, а отсюда быстро вращаясь, временную плоскость. Вращение трёх таких масс вызовет изменение объёмного времени, или его сдвиг». Внимательно выслушав Александра, обговорив эту тему до конца, мы с Ксенией начали разбор нашей совместной разработки. «Чтобы преодолеть пространство времени, – начала Ксения, – во-первых, надо на средних оборотах блоков секций оторваться от поверхности Земли. Взлетев в воздух на большую высоту, пока не знаю на какую, надо просчитать, необходимо набрать поступательное движение с определённой скоростью. Во-вторых, на этой высоте, запустить вращение самих секций вокруг оси аппарата. Набрать большие обороты и за счёт сдвига секций, постепенно выпуская горячую заряженную плазму, появится возможность изменить само время». Сделав небольшую паузу, она тут же продолжила: «Возле поверхности Земли или на ней, изменить его будет довольно сложно, хотя, затратив очень большое количество энергии всё-таки возможно. Мешает большая гравитация нашей Земли. После преодоления временного пространства, аппарат сам выключит большие обороты секций вокруг своей оси. После всего этого, сбавляя остальные обороты всех блоков и секций, постепенно приземлимся. Возможно, в этом же месте, но я полностью уверена, что уже совершенно в другом времени».

Наконец-то нам после обеда, привезли зеркала отражения, и опять во всю работа закипела. Конструкция «проходимца» во времени постепенно вырисовывалась, после тщательной сборки всех блоков, мы приступили комплектовать оставшиеся две секции. В течение двух недель секции были собраны и проверены, показатели их работы нас удовлетворили полностью. К этому времени нам на полигон доставили большие вогнутые зеркала «ловушки», малое нижнее и большее верхнее всего аппарата. Все остальные комплектующие мы привезли с другой фирмы, где их заказывали. Вот на счёт нашей капсулы пилотов и приводов управления к ней, было намного сложнее. Пришлось в поисках комплектующих несколько раз выезжать в другие города, обращаться в другие фирмы, чтобы найти нужное количество редких материалов. Затратив много времени и целую кучу энергии, мы наконец-то получили всё необходимое. Это три секции и кабину для поэтапной сборки всего аппарата. С каждым днём, продвигающейся вперёд работы, нас периодически охватывало вполне реальное волнение. Иногда это волнение проявлялось в некоторых противоречиях, спорах и колебаниях. Но мы прекрасно понимали, что всё это предвещает завершение всех работ над построением нашего детища, запуском его, и испытанием. Ведь сколько ради него было высушено мозгов, сколько было потрачено энергии на разработку, на его построение. Да и денег на всё это ушло немеренно. Но наши старички не роптали, а смиренно ждали испытания. Иногда приезжая к нам, посмотреть, как продвигаются дела, долго ли ждать завершения. Вот и сегодня они нас посетили. К их каждому приезду мы относились доброжелательно, ведь без их финансовой поддержки, а она была огромная, мы бы ничего не построили. Да и старички наши на удивление были добродушные, это редкость среди богатых, а ещё ко всему они оказались познавательными. Подходили к нам во время работы и спрашивали: «А что это? А как оно работает?» Даже один раз помогли в работе, увидев мелкую неисправность. В общем, мы считаем, что нам с ними конкретно повезло и если всё у нас получится, как было запланировано, то мы обязательно выполним перед ними наши обещания.

Сегодня, ранним утром весеннего дня, переодеваясь в рабочую форму, в течение пяти минут мы обсудили план нашей роботы на этот день. Осмотрев оставшиеся комплектующие, и основание самой конструкции с тремя выставленными секциями, мы приступили к установке кабины пилотов или капсулы. Внутренний интерьер с блоком управления был уже готов. Водрузив кабину пилотов на самый верх, за большим верхним отражающим зеркалом и его соленоидом, мы принялись за её оснастку, она имела вид неправильной эллипсной формы. Тем самым мы защищали, оберегая пилотов, от воздействия больших магнитных полей и горячей плазмы. Это будет активная защита. Весь привод управления от кабины пилотов к рабочим секциям мы поместили в трубчатый канал, проходящий вертикально, через весь наш аппарат от верхнего большого зеркала к малому нижнему отражателю. Этот канал являлся позвонком всего нашего механизма, который обязан выдерживать при работе все огромные нагрузки.

– Бока аппарата кожухом закрывать не будем, – пояснил нам Александр, – то есть он будет иметь свободный выход для остывающей плазмы. Будет всего только три ребра жёсткости для подвижности, фиксации и крепления секций. Также по ним будут передвигаться секции одним краем, изменяя свой вектор воздействия при наборе скорости и резком повороте в атмосфере. Это будет осуществляться при отсутствии общего вращения секций, и самое главное это вращение вокруг оси аппарата. Ещё к этим несущим рёбрам крепятся опоры основания всей конструкции. Собственно говоря, вот и весь аппарат. По всей видимости, скоро этот «Самовар» закипит и обязательно полетит», – пошутил, улыбаясь, Саша, поглядывая на мою реакцию.

Недельку, ещё помучавшись с работой, которая нам порядком надоела, мы уставшие предвкушали итог нашей деятельности, а также было и волнение, как пройдут испытания? Доделав все мелочи, ещё раз всё перепроверив, мы закончили сборку, зачехлив аппарат. Облегчённо вздохнув, посидев, подумав, молча, мы удовлетворённые окончанием работы ушли домой. Пару дней отдохнув, мы собрались в нашем кабинете на полигоне. Необходимо было в последний раз перед испытанием всё продумать: где проводить, как подключать, заправить аккумуляторы и ёмкости смесью газов, и вообще подготовиться к испытанию. К концу дня, собравшись в комнате, мы назначили день и время частичного испытания, то есть под малой нагрузкой. Собравшись наутро в назначенный день, всё обсудив, мы приступили к подготовке. Испытание аппарата разделили на четыре фазы. Первая – это прогонка без образования плазмы с пилотом, на сухую, и без подачи энергии на соленоиды. Вторая же фаза – это прогонка нашего изделия, с подключением соленоидов и образованием плазмы на земле на малых оборотах. Третья – это подъём аппарата на небольшую высоту и посадка. И, наконец, четвёртая фаза – это пилотирование аппарата в атмосфере с прямолинейным движением без вращения вокруг оси всего аппарата трёх основных силовых секций. То есть, не преодолевая временной барьер. Наш аппарат установили недалеко от ангара, подсоединили мощный кабель, чтобы не задействовать и не посадить наши аккумуляторы. Испытание мы проводили на плацу.

Александр Михайлович уверенно забрался в кабину и, постепенно увеличивая подачу энергии на электродвигатели, повышая обороты, поглядывал за приборами и поведением всего аппарата. Мы же наблюдали с наружи, прислушиваясь, нет ли постороннего шума и вибрации. Проверив вращение блоков, всех орбит, также сдвиги внутри трёх секций. Он перешёл к проверке подвижности секций и вращения их вокруг оси всего аппарата. Вся динамика соединений и секций работали превосходно. Постепенно сбавляя обороты всех агрегатов, Саша выключил подаваемое питание на аппарат. Не скрывая улыбки, спускаясь вниз из кабины, тут же заявил: «Так бы и дальше шло, было бы всё отлично, мы бы быстро провели испытания, подготовив аппарат к вылету». Дав некоторое время остыть двигателям и соленоидам, мы осмотрели все узлы и механизмы. Всё было исправно и не вызывало никаких сомнений к дальнейшим испытаниям нашего аппарата. Обговорив всё «за» и «против», мы решили сейчас провести вторую фазу испытаний. Александр, направляясь к кабине, пояснил: «У меня уже есть опыт, пойду я управлять этим «чайником». Пошутил он, поглядывая на нас. Подавая нагрузку на соленоиды и лазерные пушки, открыв заслонки подачи газа, Саша постепенно поднял обороты блоков и их орбит. Аппарат запыхтел, зафыркал, появилось свечение вокруг секций. Осознав, что аппарат скоро начнёт шевелиться, Саша, уменьшая нагрузку, немного сбросил обороты. В дальнейшем поведение всех механизмов было спокойным и прогнозируемым.

Давая некоторое время ему попыхтеть, одновременно проверяя его работу на шум и вибрацию, осмотрел показание приборов. Саша, постепенно сбавляя обороты и подачу газа, выключил аппарат. Только тогда он получил возможность говорить с нами по рации, ожидая пока все секции, остынут от высокой температуры. Радиосвязь прекратилась, когда заработали орбиты секций аппарата, от которых и появился в динамике сплошной треск, а возобновилась, когда работа агрегатов прекратилась. Вылезая из кабины, Саша произнёс: «Неплохо, я, почему-то ожидал результат намного хуже». «Как вели себя все секции, как управление?» Спросила Ксения. Александр, подумав тут же, ответил: «Да вроде всё ничего, только вот управление подтормаживает, пока орбиты секций прореагируют на команду, то есть раскрутятся, проходит две или три секунды, после чего аппарат становится послушным. Но по-другому никак нельзя. Ничего страшного, привыкнем, главное, чтобы аппарат работал исправно, не подводил».

Закончив все намеченные испытание во второй половине дня, мы аппарат завезли в ангар, внимательно всё осмотрели, ощупали, убедились, что нет нигде обгорания и цела ли кабина. После всего этого, зачехлив аппарат, мы собрались в нашей комнате и уже конкретно начали обсуждение, по всем частям и агрегатам. Что видел Саша, что он ощущал и что видели мы со стороны. Обсуждая сегодняшние события, мы уже думали о завтрашнем дне. В конце нашей беседы мы договорились, что через день, с утра мы встречаемся в этой же комнате, с нашими старичками-спонсорами. Мы их хотели позвать, чтобы они сами убедились, что не зря были потрачены их деньги. В этот день мы планировали провести остальные две фазы испытаний. Поздравив друг друга, с успешным частичным испытанием, мы разошлись по домам, отдохнуть и приготовиться к следующей нашей проверке с учётом проведенной обязательной прогонки. Собравшись на полигоне в условленное время, обсудив все вопросы сегодняшней проверки, мы начали тщательно и постепенно готовить наш аппарат к испытанию. Но уже без подключения

кабеля к источнику питания. В этот раз наш корабль во времени, должен был обязательно подняться в воздух дважды. Через некоторое время к нам на полигон подъехали наши уважаемые старички. Поприветствовали нас. После короткого разговора они стали в сторонку и долго внимательно рассматривали наше изделие, иногда обходя его вокруг, изучали. В конце столь тщательного осмотра, Петрович подошёл ко мне и тихонько спросил: «А можно нам залезть в кабину?» «Петрович давай мы договоримся, после всех испытаний, но сегодня, только напомнишь мне», – ответил я ему. Приготовив всё к испытанию, мы начали решать, влезать в кабину одному или вдвоём. Посоветовавшись, приняли решение лететь вдвоём. Одному возможно, но управлять будет тяжеловато, особенно при переходе на прямолинейное движение или при повороте в сторону. Неудобно будет, не хватит рук для управления всеми рычагами.

Предварительно предупредив всех, чтобы на всякий случай отошли подальше от нашего взлетающего корабля в сторону. Мы по лестнице забрались в кабину, именно залезли потому, что кабина находилась на самом верху нашего аппарата. Немного привыкнув к приборам и рычагам управления, освоились, особенно это касалось меня, (Александр уже имел, кое-какой опыт управления). Мы включили питание на соленоиды и подачу смешанного газа. Разогревая лазерные излучатели и сам газ, мы подали обороты последовательно на блоки, после их разогрева на их орбиты. Поэтапно и постепенно увеличивая обороты и подаваемую энергию на соленоиды и на лазерные пушки, превращая смесь газа в плазму. Осуществляя контроль всех приборов, прислушиваясь к мягкому еле слышному гудению соленоидов и механики блоков, мы наблюдали в иллюминаторы за окружающей средой за бортом нашего аппарата.

Наш извозчик во времени ожил, пошевелившись, неожиданно вздрогнул. Задумавшись на какое-то мгновение, наполняясь ярким светом, начал шевелиться и постепенно, но вполне уверенно отрываться от поверхности бетонного покрытия плаца. Ксения, которая находилась недалеко от нашего аппарата, зафиксировала резкое падение давления воздуха. Как она описывает дальше: «Уже при малых оборотах в радиальном направлении орбит, появилась большая разность потенциалов, что было заметно по характерному треску кистевых разрядов и запаху озона». Далее, продолжала она: «Вокруг быстро ускоряющегося корабля возникло розовое свечение. Это был явный показатель активизации окружающего воздуха, его никак невозможно было перепутать с незначительным выбросом плазмы». Значит, дело пошло и мы, предвкушая маленькую победу, успешно продолжили дальше наш испытательный полёт.

При старте аппарата в кабине мы ощутили непонятное и совсем незнакомое чувство, которое резко начало прибывать с быстрым взлётом аппарата вверх. Вначале наши внутренние органы начали вести себя как-то непривычно. С последующим ускорением аппарата вверх нас начало отрывать от кресел, на которых мы сидели. Мы же ждали обратного – увеличение веса и перегрузки, как обычно при резком взлёте, а тут наоборот. И, наконец-то мы поняли, что теряем свой вес, приобретая постепенно новое свойство для нас – невесомость. Взволнованные стартом мы забыли, что наш аппарат должен преодолевать гравитацию. Мы думали, что это произойдёт на большой высоте и при прямолинейном движении, но никак не при взлёте. Наше испытание пока проходило успешно. Мы же, не предусмотрев в наших креслах ремней безопасности, управляли нашим кораблём времени в горизонтальном положении, летая по кабине в воздухе. Это было интересно и непривычно. Александр мне сказал: «Не делай резких движений, можно столкнуться и получить травму или нажать не на тот рычаг». Глянув на приборы, на показатель заряда аккумуляторов мы поняли, что у нас ещё посадка, а уж потом взлететь второй раз, продолжая сегодня испытания, мы не сможем. Необходимо будет срочная подзарядка аккумуляторов, а это займёт где-то сутки по времени. Посовещавшись, мы решили четвёртую фазу испытания провести сейчас, то есть испытать аппарат в прямолинейном, поступательном движении и при различных поворотах, а потом уже приземляться. В маленькие иллюминаторы, которые нам были необходимы для обзора, мы увидели, что наш корабль согласно расчётов, находится на достаточном удалении от поверхности Земли.

Переглянувшись с Александром, который, тут же осмотревшись, утвердительно кивнул мне головой, мол, давай, начинай. Перекрестившись, я с искаженной улыбкой и небольшим волнением двинул рычаг вперёд, осторожно озираясь вокруг себя. Я ожидал, чего-то скверного и непредвиденного. Выдержав небольшую паузу наш послушный аппарат, перемещаясь вперёд резко, изменил своё направление. Но мы не ощутили никакого толчка, только в иллюминаторы было видно, что мы перешли в прямолинейное движение. За бортом аппарата мы наблюдали розовое свечение, а вниз, ближе к секциям, преобладало жёлто-голубое. Пролетев небольшую дистанцию, судя по времени, мы произвели несколько поворотов влево и вправо. Чем дольше держишь рычаг подъема секции, тем больше он поворачивает, возможен даже разворот на месте. Пролетев пару кругов в разные стороны, мы перешли в поступательное движение, в горизонтальном направлении в обратную сторону. При нашем быстром движении и изменении направления, никакой инерционной массы не было, то есть мы, резко изменяли курс движения, при этом, не ощущая никаких перегрузок и толчков. Набор скорости превзошел все наши ожидания, машина, как будто выпрыгивая из штанов, мгновенно набирала скорость, неслась вперёд, невзирая на сопротивление воздуха. Территория базы приближалась, набор скорости был неестественно быстрым. Пролетев некоторое расстояние, постепенно уменьшая нагрузку на соленоиды, чтобы ни взлетать, а опускаться, регулируя полёт и направление оборотами, мы подлетели к нашей базе. Все сотрудники полигона наблюдали за нашим полётом и вдалеке за оградой, тоже было с десяток ротозеев, видать отдыхали на близлежащем озере. Так, что наша конспирация может провалиться. «Видно нам придётся менять место нахождения, – произнёс Саша, – слишком заметно наш «Чайник» сияет и пыхтит», – пошутил он опять. Я ему спокойно возразил: «Вряд ли подумают на нас, скорее скажут армия, что-то новое испытывает».

Приближаясь к ангару, мы приземлились на то же место, но посадка была жестковатой. Рано повернув рычаг, уменьшили обороты, и аппарат, теряя высоту, резко рухнул, твёрдо приземлившись. Хорошо, что высота была очень маленькой. Сломали только одну опору или подножку, которую мы быстро заменили. Находясь на твёрдом плацу, ожидая, когда спадёт сильный жар с раскалённых секций, мы, разговаривая, вспоминали и прокручивали весь наш полёт. Всё получилось. По рации узнали, что сломали одну «лапу», ну это не беда, просто надо отработать навык приземления. А поменять быстро опору это для нас пару пустяков.

При выходе из кабины, мы осмотрелись и сразу, не теряя время, приступили к замене опоры аппарата. Сняли перед этим все аккумуляторы на подзарядку, только потом разрешили доступ в кабину нашим старичкам, уж очень они просили. «Петрович только будьте там осторожны, не улетите», – пошутил я. Они, рассмеявшись, полезли в кабину. Собравшись в кабинете, мы обсудили все наши ощущения и всё увиденное. «Приближается время старта, – заявил я, подумав, всматриваясь в своих друзей, добавил: – А если не мы полетим первые, а собака, как вы на это смотрите? Я давно это задумал, и долгое время дрессировал своего пса». Они в один голос запели: «Не жалко тебе свою любимую собаку?» «Да наши жизни-то дороже, – ответил я им. – И какая разница моя или чужая собака, но моя уже дрессированная вот, в чём дело. Вы подумайте, а потом обсудим». В конце нашего разговора, мы завели речь об аккумуляторах, что они слабенькие, и летать во времени с ними опасно. На каком-то перелёте, можно, потерпеть аварию, или где-то потеряться в космосе во временном переходе.

Обсудив все проблемы, мы вышли на территорию, старички, осторожно вылезая из кабины, спустившись, направились к нам. В один голос заявляя: «Да, вы потрудились на славу, видать, вы упорные в достижении своей мечты, значит, у вас всё получится. Мы знаем это на своём опыте, не было бы упорства, не было бы у нас и такого капитала». Пожелав нам удачи, они попросили обязательно сообщить им число и время нашего перелёта во времени. Мы завезли аппарат в ангар, подальше от чужих глаз, тщательно осмотрели все детали, подвижные узлы и рабочие соленоиды. Зачехлив его, уставшие, но окрылённые победой отправились по домам. Всю следующую неделю мы были заняты поиском новых мощных аккумуляторов. Нашли в одном из НИИ учёного, который довольно много отдал своего времени на разработку абсолютно новых накопителей энергии, большой, даже очень большой мощности.

Мы к его удивлению с дорогой душой помогли ему деньгами, воплотив его новую наработку в долгожданную жизнь. Договорившись с ним, что за это мы и себя не обделим, первыми испытаем их на нашем аппарате. Он с большой радостью воплотил свою мечту в реальность, тем самым помог и нам. Доставив на полигон новые мощные аккумуляторы, мы их, не откладывая в долгий ящик, сразу установили в наш аппарат. Проверив заряд аккумуляторов, измерив ёмкость, одновременно проверяя их работоспособность, мы остались довольные. Аккумуляторы хоть немного соответствовали нашим энергетическим запросам. Теперь дело пошло быстрее. «Так, где твой пёс?» – с улыбкой спрашивая, кивнул Саша. «Так вы, что уже согласны?» – с интересом полюбопытствовал я. «Да пусть полетает, будет первооткрывателем как Белка и Стрелка. Я думаю, с ним ничего не случится. Главное нам необходимо продумать, изготовить и проверить после изготовления аппаратуру возврата и коррекции движения на высоте», – произнесла Ксения. «Я уже продумал, как автоматику, так и механику», – сказал я и предоставил им все свои бумаги. Внимательно просмотрев всё, продумав, кое-что, добавив, мы озадаченно разошлись в поисках всех запчастей. Через некоторое время, изготовив нужную аппаратуру, с самого утра встретились на полигоне. Прогнав, испытывая нашу автоматику несколько раз на стенде, установили её в кабине. Сбоя при проверке не было. Дополнительно поставили две камеры наблюдения – одну для записи поведения собаки внутри кабины, другую – со взглядом в иллюминатор для обзора окружающей среды за бортом аппарата.

До конца этого дня мы возились с расчетами для аппаратуры перехода во времени и обратно. Надо было всё разложить по полочкам до секунды, ведь пёс живое существо – жалко ведь. Программа у нас была разделена на два этапа. Первый – это взлёт нашего аппарата с моим псом, переход в воздухе на прямолинейное движение, переход во времени без посадки в том временном измерении. Второй этап – переход обратно, прямолинейное движение и естественно мягкая посадка на бетонку. Ведь там мой кобель. Александр задумчиво, глядя на нас, тихо произнёс: «Главное, чтобы прямолинейное движение аппарата в этом времени соответствовало точно по времени до секунды, обратному горизонтальному движению в том временном измерении. А посадка была намного медленнее и плавней, почти зависая перед самой землёй. Вот эти критерии нам необходимо обязательно соблюдать, а то залетим, бог знает куда». Подготовив всё к завтрашнему дню испытаний и еще раз всё обсудив, мы собрались ехать в город. Уже в машине, Александр с улыбкой мне заявил: «Ты ж не забудь кобеля своего завтра взять, нашего «время-укротителя», да не корми его сильно, аппарат не потянет», – пошутил он.

Проснувшись утром, выгуляв собаку, накормив его, взяв с собой всё необходимое для кобеля и для его будущего похода во времени, мы сели в машину, отправившись на полигон. Добравшись до ангара, я обратил внимание на погоду. Было раннее майское утро, тёплая солнечная погода, подымая настроение, как бы подыгрывала нам и в то же время настраивала нас на успешное завершение испытаний. Не успев, я полностью открыть дверцу в «Жигулях», как Билл с лаем выскочил из машины. Тут же завидев Ксению, завиляв обрубком своего купированного хвоста, прытью побежал прямо к ней. Вылезая из кабины своих «Жигулей», поприветствовав Ксению, я спросил: «А Саши ещё нет?» «Да нет, ты ж знаешь, что он любит поспать, – ответила она. – Должен скоро быть». Пока она поиграла, осматривая собаку, прибыл Александр. Выкатив наш транспорт во времени, мы занялись его подготовкой.

Работа кипела: аккумуляторы заряжены, газ закачен. Просмотрев остальное, мы забрались в кабину, чтобы подготовить место для нашего четырёхлапого астронавта. Установив две видео камеры: одну с обзором на кресло, где должна находиться моя собака, другую со взглядом в иллюминатор для обзора из кабины. Разложив кресло, застелив его толстой непромокаемой подстилкой, закрепили четырёхточечные ремни с ошейником, фиксирующие собаку в кресле, чтобы ни летала по кабине. Установив динамик, я крикнул: «Билл ко мне!» Спустившись по приставной лестнице, я поднял кобеля в кабину. Пристегнув его к креслу, положил перед ним долгоиграющую косточку, чтобы он не скучал. Вообще, у нас в кабине есть раскладная лестница, просто мы на полигоне её не используем. Ксения успокаивала собаку по рации через установленный динамик, глядя в камеру, до начала запуска двигателей. Связь с кабиной и изображение смогут работать до взлёта и после посадки, пока остывают секции, а во время – будут мешать сильные помехи от мощных электромагнитных полей и раскалённой плазмы. Тем временем, мы включили автоматическую аппаратуру пуска и будущего полёта, выполнили все последующие подготовительные команды по очереди. Аккуратно выставив поэтапно время всего перелёта. Закрыв кабину, откатив быстро лестницу от аппарата, все отошли на безопасное расстояние, наблюдая за стартом. Наш «чайник» закрутился и запыхтел, начал светиться, сверкать разрядами, пугая при этом всех присутствующих зрителей. Вокруг него появилось полупрозрачное, розовое облако, и он взмыл, резко набирая скорость. Прошло буквально несколько секунд, аппарат был уже на высоте около десяти или двенадцати тысяч метров.

После набранной высоты неожиданно резко, без инерционного перехода перешёл на поступательное движение. Пролетев секунды три или четыре с огромной скоростью, преодолев большое расстояние, он быстро превратился в огненный шар с голубым ореолом. Яркой вспышкой, засветившись высоко в атмосфере, он тут же исчез. Мы стояли в оцепенении, думали ну «труба», с «концами». Но буквально через тридцать секунд появилась яркая вспышка, переходящая в плазмоид, то есть огненный шар. Но материализовался он намного ближе к нам, чем исчез. Мы наблюдали за всем этим, думая, а где же он приземлится? Так и произошло. Пролетев заданное время с большой скоростью, он резко остановился и начал медленно спускаться вниз, сбавляя скорость и своё свечение. Снижался он, за озером, далеко от полигона. Мы, вдвоём поторапливаясь, усевшись в мои «Жигули», быстро поехали на место непредвиденной посадки аппарата. Александр, договорившись с руководством полигона, взял тягач, оборудованный площадкой для транспортировки и мощный передвижной подъёмный кран, сразу же отправился вслед за нами. Подъезжая на место посадки, мы увидели, что наш аппарат стоит на слегка заболоченном месте, с небольшим перекосом в одну сторону.

Недалёко перепуганный дед, выгуливающий свою бурёнку, ошарашенными глазами поглядывал то на нас, то на приземлившийся аппарат. Осмотревшись вокруг, я спросил у деда: «Что здесь произошло?» Переводя дух, слегка заикаясь дрожащим голосом, дед ответил: «Вот эта страшная бомба свистела, горела и падала, я подумал, ну всё «капут». Сразу вспомнились военные дни, бомбёжки разруха. Я перекрестился и мгновенно залёг за кочку, прижимаясь к земле, ожидая огромного взрыва, ведь бомба, Во! какая», – разводя руки в стороны, показал дед. «Она подлетела к земле, – продолжал он, но уже более спокойным голосом, – повисла низко, низко где-то на метр от земли и сразу замерла. Ожидая большого взрыва, я долго лежал, перепугался не на шутку, до сих пор к ней боюсь близко подходить. А она повисела немного и упала в болото. Да вы сами на неё посмотрите – это же натуральная огромная бомба». Осматривая место, мы увидели, что аппарат приземлился возле просёлочной укатанной дороги, в начинающийся торфяник. Опоры, вязко загрузнув в мягкой почве, застыли как вкопанные.

Одно из трёх несущих рёбер было оторвано от основания и сломаны две посадочные опоры. Все блоки и секции были в порядке. «А как же пёс», – спросила Ксения, включая рацию. «Билл!» – громко крикнула она, никакого лая или визга не было, но камера показывала, что собака шевелится. «Биллуша», – ласково позвала она его ещё раз, пёс отозвался громким лаем. Волнуясь за свою собаку, я сказал Ксении: «Хорошо, что у нас кабина герметична, холод был бы ему тоже не страшен, ведь секции раскалены, а вот задохнуться без кислорода на такой высоте он смог бы запросто». Ожидая пока остынет аппарат, мы успокаивали пса по рации, думая об установке баллонов со сжатым воздухом на дальнейшие перелёты. Ведь придётся нам летать-то втроём, а кабина наша по внутреннему объёму у аппарата не очень большая.

Тем временем подъехал и Саша. Приставив лестницу, поднявшись и открыв кабину, я увидел, что шерсть на собаке взъерошена, а глаза округлены, видно защита кабины слабовата, подумал я. Но при испытании мы этого не ощутили, очевидно, собака более восприимчива к электромагнитному полю, чем человек. Кобель, завидев меня, завилял остатком своего хвоста и немного преобразился, я понял, что с ним было всё в порядке. Снимая ремни, я взял кобеля, спустившись на землю. Освободившись от всех фиксирующих пут, мой пёс вытворял чудеса, с громким лаем бегая между стоявшими машинами. Видимо все его переживания и стрессы вырывались нанаружу. Глядя на наш вездеход во времени, подготавливая подъёмный кран к погрузке его на платформу, я последовательно прокручивал в голове все мной увиденное отрывки перелёта и частичного из-за удалённого расстояния приземления нашего аппарата.

Саша, обходя его со всех сторон, внимательно всё, осмотрев, всех успокоил: «Видите, аппарат встрял в торфяник – значит, падение с небольшой высоты было более-менее мягким, если бы не торфяник повреждений было бы намного больше. Слава богу, все блоки и секции остались без повреждений, кабина тоже осталась целой». Аккуратно погрузив аппарат на платформу, закрепив его, мы все вместе отправились на полигон. Устранить недостатки от неудачного приземления нам хватило ровно суток. Закатив в ангар наш транспорт во времени, оставшись довольными нашими проведенными испытаниями, мы разъехались по домам. На следующий день занялись осмотром и проверкой технического состояния соленоидов и блоков. Прогнали, испытывая их на стендах, а также проверили на всякий случай радиацию. Всё оказалось в исправном состоянии. «Хорошо, что всё так обошлось, – заметила с удовольствием Ксения, – я так переживала за Билла и за наш аппарат. А ведь мог вообще не вернуться в наше время. Сколько в итоге на него труда и денег затрачено, ведь на второй такой же аппарат, нам никто, ни копейки не даст». Поставив все аккумуляторы на подзарядку, и закачав в резервуары, наполнив их смесью нужных газов, я на своей машине всех развёз по домам. По дороге Александр всё, анализируя громко и доходчиво, нам заявил: «Я думаю, у нас всё получится, я полностью уверен, что мы, в этот раз, разрывая пространство, используя аномалию бога времени «Хроноса» всё-таки пройдём сквозь червоточину, проламывая временной континуум».

На следующее утро мы, обдумав всё до мелочей, назначили число и время нашего будущего старта, сообщив наше решение Петровичу. Сомневаясь, он нас спросил: «А не рановато ли вы хотите полететь? Надо всё взвесить, проверить, а то потом будет поздно, да и место будущего приземления надо чётко определить». Видно он беспокоился за нас больше чем за свои деньги, так как от нашего удачного перелёта во времени зависела его долгожданная мечта. Прислушавшись к его совету, мы ещё и ещё раз всё решили проверить, и хорошенько подготовить наш аппарат. Долго выбирали, рассчитывая время и место нашего будущего перелёта во времени. Просматривая и выбирая направление полёта, все склонились к одному, посетить Африканское побережье Среднеземноморья. Решили побывать в его недалёком прошлом. Узнать, как в те времена жилось людям, а главное испытать в реальных условиях наш аппарат, изучить и проверить его в деле, узнать, в конце концов, на что он способен.

Ксения, сомневаясь, задала вопрос: «Долетим ли, ведь это так далеко? Хватит ли нам энергии в наших аккумуляторах? Саша, задумчиво посмотрев, ей ответил: «По идее и по всем нашим расчетам должно хватить, да ещё и остаться на обратный путь, а там кто его знает, что в итоге получится». «Дорогие мои! – неожиданно вспоминая, возмутилась Ксения, обращаясь к нам с Сашей: – Вы, наверное, забыли, что у вас хромает приземление нашего совместного детища. Необходимо обязательно всё до мелочей отработать, а то ведь там, в космосе в далёком прошлом или неизвестном будущем после нашего временного перехода условий к ремонту аппарата может и не быть». Мы опять взялись за расчеты и через некоторое время прояснив обстановку с весом аппарата и его возможной инерцией при случайно-резкой посадке поняли, что нам необходимо установить гасители инерции. Что мы фактически и сделали, заказав на фирме нужные приспособления. Изготовили по нашим чертежам они их быстро. Нам осталось их только установить на каждую опору аппарата. На следующий день все амортизаторы и реактивные тормозные микродвигатели красовались на аппарате. «Вот теперь всё готово, можно не бояться за наше приземление», – уверенно заявил Саша, поглядывая в сторону нашего извозчика во времени. Закончив все работы, собравшись в кабинете договорившись конкретно о старте, мы отправились в город готовиться к нашему первому перелёту.

ГЛАВА № 2
Первая и в то же время самая опасная наша экспедиция в далёкое прошлое

Ранним утром как обычно я со своим кобелём прогуливался по парку. Солнышко вставало из-за деревьев, ярко пробиваясь через раннюю, но уже густую листву, настойчиво прогревая своими тёплыми лучами все аллеи парка. Предвещая хорошую, тёплую погоду в этот майский день. Закончив прогулку, я завёл собаку к соседу, у которого часто её оставлял. Пёс к нему привык и не возражал, да и сосед был не против кобеля, он давно хотел завести себе такое существо. Вернувшись домой, я собрался, взяв всё необходимое для перелёта, позвонил Петровичу напомнив ему о сегодняшнем событии, отправился на полигон. Мои друзья меня уже ожидали, греясь на солнышке. Поприветствовав их, я спросил: «Вы меня ждёте или боитесь начинать? Да не дрейфьте, всё будет «Вэри вел», – добавил я с улыбкой, поглядывая на открытый ангар. Засучив рукава, мы приступили, подготавливая наш аппарат к взлёту.

Сняв чехол с нашего изделия, проверив все секции, мы выкатили его из ангара. Открыв кабину, проверив заряд аккумуляторов и наличие в резервуарах смеси газов, мы начали загружать вовнутрь всё необходимое. Продукты питания, воду и на всякий случай заранее приобретённое оружие, тоже, взяли с собой. Это помповое ружьё и карабин со снайперским прицелом, я когда-то давно увлекался стрельбой с винтовки. Оружие брали с собой для самообороны и от диких зверей, не зная, куда мы попадём, и как нас встретят. Чуть не забыл взять большой патрон. Накануне у руководства нашей базы выпросили этот патрон захвата, стреляющий сеткой – путанкой, для обездвижения и захвата врага. Патрон нам был нужен для того, чтобы поймать небольшое доисторическое животное и живьём переправить его в наше время, чтобы оно служило прямым доказательством того, что мы были в другом времени, а не у «тёщи на блинах». Подготовив всё необходимое к нашему старту, именно старту, потому, что мы будем взлетать с большой скоростью, как ракета, а возможно и быстрее, на очень большую высоту. Мы, не спеша пошли в раздевалку переодеваться в наши специальные комбинезоны: «Это моя завершающая разработка, по последнему крику моды», – улыбаясь с гордостью, заявила Ксения. «Главное, чтобы удобной была униформа, да побольше карманов», – поправил её Саша. Одежда действительно была удобна, и положить мелкие предметы было куда, да и цвета белый с голубым подчёркивали элегантность. А вообще-то яркий цвет комбинезона был предназначен для розыска на поверхности планеты случайно потерявшегося члена экипажа.

Шествуя в амуниции по базе, мы были удивлены количеством людей собравшихся в стороне, под соседним ангаром. Это были сотрудники полигона и начальство со штаба, которое после испытаний с моим кобелём с интересом заглядывались на наш аппарат. Как раз к этому времени подъехал Мерседес, из него вышли наши уважаемые старички и направились к нам. Поприветствовав друг друга, Ксения с улыбкой к ним обратилась: «А мы тут уже начали переживать, вас нет и нет». Саша, глядя на них, продолжил: «Но вы как раз во время, теперь мы не будем думать, вспоминая, что улетели не попрощавшись». Ещё поговорив немного о жизни, и здоровее старичков, о нашем обещании, которое надо было выполнить, и вернуться обратно домой. После короткого общения мы начали прощаться. На дорожку, улыбаясь, старики нам пожелали удачи, добавив: «Счастливого пути вам «Святая троица». Ждём с победой!».

Забравшись в кабину, попросив всех отойти на безопасное расстояние, мы захлопнули за собой люк нашего аппарата. Подавая напряжение, на блоки и лазерные установки, открыв газовые заслонки, мы активировали обороты блоков, и их орбит, а далее и самих секций вокруг своей оси. Машина ожила, набирая обороты, нагреваясь, начала понемногу дышать горячей плазмой. Наш извозчик, во времени слегка качнувшись в разные стороны, засверкав яркими проскакивающими разрядами, начал грузно отрываться от земли. Появилось розовое свечение вокруг нас, и мы резко взмыли вверх, набирая при этом огромную скорость.

Кабина нашего аппарата была герметична и от внешнего шума хорошо изолирована. Так, что до нас доносился только звук от работы секций намного децибел ниже, чем к окружающим снаружи зрителям и нашим знакомым провожающих нас. Ксения, попавшая в кабину при движущемся аппарате впервые, произнесла: «Так это же прелесть, летать как птица, не ощущая веса». Расстёгнув ремни безопасности, и оттолкнувшись от кресла, быстро полетела вверх, не рассчитав толчок. Хорошо, что у меня неплохая реакция, я еле-еле успел её поймать за край комбинезона. «Да не отталкивайся же ты сильно», – пробормотал я ей, удерживая за одежду. В дальнейшем до перехода во времени, она просто барражировала в воздухе по кабине аппарата, ей это сильно нравилось. Саша тихо заметил: «Ну, совсем как ребёнок, готовься присаживаться и застегнись, будем переходить в другое временное измерение». Тем временем, поднявшись на нужную высоту, аппарат перешёл на горизонтальный полёт. После этого резкого поворота, хотя мы его и не ощутили, у нас появилось некоторое волнение, переходящее со временем в беспокойство, но не в панику. Мы были уверены, что всё у нас обязательно получится.

Переглянувшись, мы продолжили наше поступательное движение. На огромной высоте пролетев по горизонтали несколько секунд, мы осмотрелись вокруг. Внизу под нами леса, поля и озера, мелькая, уносились быстро назад, с такой бешеной скоростью мы летели над редкой облачностью. «Раньше я летал на самолётах много раз, но чтобы так быстро, никогда», – произнёс с восторгом Саша. «Вот-вот, о скорости, последнее время я задумывался, почему у нас такая большая скорость, да ещё с таким резким набором, а ответ оказывается простой. Мы своей плазмой сжигаем кислород и остальные примеси газов вокруг нашего аппарата почти мгновенно, и как бы влетаем в пустоту, то есть тяга есть, а сопротивления воздуха нет. Вот из-за этого и скорость у нас, что по вертикали, что по горизонтали, бешенная», – ответил я ему. Саша тут же с восхищением громко воскликнул: «Так это же нам на руку, меньше будет энергетических затрат при перелёте». Глянув ещё раз в иллюминатор, Ксения удивлённо проговорила: «Смотрите, мы уже над морем! А от нас до Чёрного моря, если лететь по прямой, больше двухсот километров, ну и отмахали, скорость-то у нас приличная».

Дождавшись, суши, по всем нашим расчетам это была Турция, начали готовиться к переходу туда, где мы ещё никогда не бывали. Как сказала Ксения, пристёгивая с неохотой ремни. Пока мы готовились, на горизонте опять появилось море. Саша мне подсказал: «Смотри Средиземное, давай включай большие обороты секций, пока мы над сушей, я подам больше энергии на соленоиды и на наши лазерные установки». Активировав привод, я подал ток на двигатели, приводящие в движение три секции вокруг оси аппарата, постепенно увеличивая обороты. «Саша, не забудь за смесь газа!» – громко крикнул я ему. Появился небольшой шум вращающихся секций. За бортом, вокруг аппарата возникло голубоватое облако, переходящее в яркое огненное свечение, иллюминаторы засветились ярким светом, невыносимым для глаз.

Ксения, закрывая их полупрозрачными шторками, промолвила: «Ну, началось, держись ребята». Я ей ответил: «Не переживай пёс все преграды прошел и мы пройдём. Главное нам запомнить все свои ощущения». Пребывая в этом непонятном для нас положении, моментально решали, как нам поступать дальше. Пару секунд, подумав, я спросил у Александра: «Какие цифры по времени ты установил перед переходом в аппаратуре вовремя собачьего перехода?» «Двенадцать секунд, – пояснил Саша, – восемь секунд на разворот и двенадцать на обратный путь, всего тридцать две». Я ему крикнул: «Сбавляй энергию и подачу газа, только не очень быстро, мы перебываем во временном переходе уже три минуты!» Сам же двигая рычаг, убрал обороты, до полной остановки трёх вращающихся секций вокруг оси всего аппарата. Тут же ему сказал: «Мы залетели назад во времени, черт знает куда. Прозевали всё на свете, раскрыли варежку, не попасть бы к динозаврам в лапы, ведь опыта перехода во времени у нас-то нет». Глядя в иллюминаторы через затемненные шторки, мы увидели, что яркий свет начал тускнеть. Сдвигая шторки защиты, увидели затухающее огненное свечение от плазмы и ярко голубое, полупрозрачное облако вокруг нас, мы сразу поняли, что выходим из временного перехода.

Прошло секунды три, четыре и мы вместо земли в иллюминаторах, увидели море. «А море то мы почти пролетели, смотрите далеко впереди на горизонте как будто суша», – вглядываясь, промолвил Саша. «Да, вроде бы вырисовывается устье большой реки, – ответила Ксения. – Так это же «Нил!» – громко добавила она. «Поздравляю вас, мы в Африке». Сбавляя обороты до скорости медленно летящего самолёта, рассматривая при этом территорию, мы выискивали место приземления. Но садиться в чистом поле, даже возле большой реки нет смысла, тем более, куда не глянь, везде были заросли. Нам надо было приземлиться недалеко от какого-то селения или города, желательно в небольшом овраге или в каком-то углублении, чтобы замаскировать наш аппарат. Маскировочную сеть мы взяли с собой именно для этого случая. Пролетая всё дальше и дальше в глубь по реке Нил, мы не находили селений. Редкие первобытные строения нам попадались, но это нас не устраивало. Наконец, мы подлетели к небольшому, по нашим меркам городку. Подыскивая место, а его было везде вдоволь, хоть выбирай. Перед тем, как произвести посадку Саша, обращаясь ко мне, предложил: «Давай вспомним наши тренировки и расчёты, чтобы не угробить наш аппарат, ведь ремонтировать-то негде». Мы, аккуратно выбирая подходящее место, зашли на посадку, выровняв наш аппарат по горизонтали над углублением, прицелившись в центр, я произнёс: «Давай!». Саша, медленно опуская аппарат, управлял рычагами подачи энергии, ещё мгновение и мы приземлились.

Это было углубление, больше по высоте, чем нам нужно было, почти с отвесными стенами, возле самой скалы. Подняв секции аппарата вверх до отказа, отключив клеммы аккумуляторов, закрыли кабину и иллюминаторы. Предварительно взяв из неё провизию, воду и всё оружие с большим боекомплектом, а также патрон с сеткой для захвата небольшого животного. Мы аккуратно зачехлили аппарат и тщательно накрыли его маскировочной сеткой. Убедившись со стороны, что его с пустыря совершенно не было видно, собрались в путь.

Осмотревшись, распределив вещи, с учётом, что Ксения женщина, мы отправились в сторону интересующего нас города. Планируя, что первый переход во времени будет у нас короткий, в связи со слабыми и ненадёжными аккумуляторами. Приземлились мы мягко на плоскогорье в самом устье реки Нил, неподалеку от Танитского рукава Нила, ближе к началу самого разлива. Возле небольшого доисторического селения, судя сверху с птичьего полёта. Зная географию, в пределах школьной программы, может чуть больше, я им пояснил: «Все рукава Нила в устье реки впадают в Средиземное море. Так, что мы не так и далеко удалились от берега, а дальше начинается пустыня, но тут пустыней, почему-то и не пахнет». «Видимо климат у нас поменялся в худшую сторону», – ответил Саша. Природа здесь действительно была подходящей, всё вокруг оказалось процветающим царством разнообразной зелени Восточного Средиземноморья. Тёплая прекрасная погода, даже немного жарко. Мягкий влажный климат, по всей видимости, здесь частые дожди. Передвигаясь от места нашего приземления, мы обратили внимание, что гористая местность постепенно закончилась. Началась непроходимая чаща: кустарника, тростника и деревьев вперемешку, а кое-где красовались одинокие пальмы. Пробираясь через этот «чагарлык», мы неожиданно вышли на более цивилизованное место. Впереди нас простирались поля, поделены частями под разные культуры. Мы аккуратно передвигались по узким тропинкам между участками. Поля впереди и вокруг нас были отвоёваны у природы и возделаны по всей вероятности местными жителями.

Чем ближе мы подходили к городу, тем больше нам встречались люди, работающие в поле, которые убирали урожай. То есть, то, что осталось после уборки, весь урожай давно был собран. Даже неопытным взглядом можно было сразу определить, что в этой местности очень благоприятные возможности для сельского хозяйства. Которое процветало, как мы позже узнали, особенно у реки Нил, это было с другой стороны города. Всё это давало возможность жителям выращивать различные культуры. Продвигаясь ближе к городу, мы увидели, что на нас начали обращать внимание, люди кланяясь, что-то бормотали, а потом опять приступали к работе. Перед самым городом люди, работающие в поле, начали подходить к нам становиться на колени, молиться. Некоторые преподносили нам дары, разные овощи, в основном фрукты, принимая нас, по всей видимости, за богов, рассматривая нашу одежду, поклажу и оружие. Мы им всё возвращали, но они не хотели брать обратно, убегали. Мы их благодарили кивком головы. А при входе в город все наши подарки отдали здешнему мальчику, который нас очень внимательно с интересом рассматривал. «А вот эти два плода оставлю себе, я их никогда не видела, интересно какие они на вкус», – поинтересовавшись, проронила Ксения. Тем временем наш мальчик, поторапливаясь, бежал еле, успевая за нами. Мы перешли на быстрый шаг, чтобы избавиться от этих ненужных поклонов. А он как назло, ещё долго нас преследовал с громкими провозглашениями на все окружающие улицы. Из его многочисленных жестов и глубоких поклонов мы поняли, что он нас боготворит. Окружающие останавливались, кланялись, и в то же время с большим интересом, рассматривали нас. Люди нам встречались пока мы шли в центр города доброжелательные, все были чем-то заняты, возле своих ветхих строений, нам показалось, что у них нет лентяев и озлоблённых лиц. Одежда у людей окружающих нас была разная, некоторые мужчины были одеты в обработанные звериные шкуры, короткие штаны, типа шорт или белые льняные передники, прикрывая стыд. Женщины в длинные сотканные изо льна одежды, ниспадающие с плеч донизу. Двигаясь в город, мы обратили внимание на строения, на улицы. В начале лачуги стояли хаотически, улиц практически не было. Постройки были изготовлены из плетёного тростника, некоторые из них обмазанные глиной. Ближе к центру посёлка начинают уже прослеживаться более ровные улицы. Дома здесь выстроились в правильные ряды и построены уже из кирпича, высушенного на солнце.

Продвигаясь далее, мы обратили внимание, что некоторые люди трапезничали возле своих домов, используя глиняные тарелки. Оказавшись на площади, мы осмотрелись, она была довольно-таки большая, как бы посредине всей огромной площади мы увидели основное строение. Оно сразу бросалось в глаза. «Такое строение и в наше время впечатляло бы, интересно кто там обитает?» – спросила Ксения. «Сейчас увидим», – отозвался Саша. Мы обошли строение и примыкающий к нему, большой, красивый парк. Территория отдельно стоящего особняка была огромна. Строения были высокие, мощные, из больших глыб, похожих на гранит, только без кварца, гладкой прямоугольной формы. Эти глыбы были тщательно подогнаны друг к другу, швы были ровные как под линейку, без изъянов. Всего было четыре постройки, из них две были высотой как наши три этажа и метров по тридцать длиной. А две были поменьше как наш двухэтажный дом, но намного длиннее первых. Приближаясь к входу, обратил внимание на дверной проём, это были небольшие распашные двери. Только мы подошли, как из дверей вышел местный житель в льняном переднике с браслетами на ногах и руках украшенными кварцем. Поклонившись, он что-то, бормотал под нос, проводя медленно рукой, усердно показывал на вход. Мы поняли, что нас всех приглашают зайти вовнутрь.

Проводив нас в большое помещение, он, куда-то моментально исчез. Комната была обставлена некрасивой, но очень удобной мебелью. Высота потолков составляла около четырёх с половиной или пяти метров, стены были украшены разноцветными фресками и картинами на разный мотив, некоторые нам были на первый взгляд совсем непонятны. Прохаживаясь, мы внимательно их рассматривали, пытаясь понять, что это и к чему оно. Мы терялись в догадках, кто к нам выйдет и как нам с ними общаться. И вообще кто они такие, разница, в уровни жизни, судя по постройкам, огромна. Через некоторое время, в дверном проёме появилась ухоженная женщина, высокого роста, бледнолицая. Покрывая аккуратную причёску, красовался золотой обруч, который был украшен разноцветными, драгоценными камнями. В обруч было красиво вставлено искусственное перо страуса. Через голову одета круглая накидка, доходящая до края плеча. Изготовлена она из хорошо вычиненной кожи и отделана небольшими золотыми, плоскими фигурками. На запястьях рук браслеты, тоже отделаны золотом. На тело надет сарафан нарядный, из непонятной красивой дорогой ткани, ниспадающий донизу.

Её сопровождал какой-то автономный механизм. Медленно приближаясь к нам, положив руку себе на грудь, она произнесла: «Маат». Мы этот жест сразу поняли, её так зовут. После чего, повторяя этот же жест, мы представились по очереди. Из её следующих толкований, мы поняли, что я, мол, отсюда, а вы откуда пришли? Мы ей долго показывали, что мы не пришли, а прилетели из-за моря. Она на нас смотрела, но понять не могла, подозвав слугу, что-то ему сказала, а нам жестом предложила отдохнуть. Не успели мы присесть, как слуга бегом принёс карту. Удерживая карту в руках, жестом попросила нас показать, откуда мы? Рассматривая карту, которую понять нам, было тяжело, слишком она отличалась от наших современных карт. Выискивая в ней приблизительное место нашего города, мы указали на одну из точек. Она, удивлённо посматривая на нас, замахала руками, мы поняли, что-то не так. Потом начала жестикулировать. Из её жестов мы поняли, что они там были или пролетали, и никого там и близко не видели, и строений тоже никаких там нет. После этих слов, она указала на механизм, который её сопровождал и постоянно присутствовал при нашем разговоре, прислушиваясь к каждому нашему слову. После чего, она сделала, паузу подымая палец руки вверх, показала жестом, чтобы мы с ним поговорили. Мы, переглянувшись, особо не понимая, чего она от нас в данный момент хочет, начали между собой общаясь разговаривать, пытаясь найти выход, из этой сложившейся ситуации. Не обращая никакого внимания на этот непонятный механизм.

Буквально, минут через пятнадцать этот аппарат самостоятельно на ломаном нашем языке с неправильным произношением представившись, огласил, что он переводчик и рад нам служить и что он будет постепенно совершенствоваться. Мы с удивлением посмотрели друг на друга, потом на хозяйку, она улыбалась, утвердительно махая головой, внимательно смотрела на нас. Автомат представлял собой вертикальный цилиндр, приподнятый на колёсах, в верхней его части был установлен экран. Я так понял, для программы и коррекции, а также три камеры, по кругу, три микрофона и ещё три динамика. Если два или больше собеседника из нас передвигались, то он, самостоятельно выбирая место и маршрут, ездил за нами или между нас, выслушивая наши фразы. Тут же моментально переводил их на язык другого собеседника.

Вначале изъяснялся совсем некорректно, через небольшое время, адаптировавшись к нашим словам, исправился. Ксения, изъявив желание заиметь такой вот аппарат на корабле, специально и громко сказала: «Нам бы он не помешал, ведь мы не знаем после перехода во времени, куда попадём и какой у них там язык, а тут на тебе, пожалуйста, всё дословно, да ещё и ездит за тобой». Как мы потом узнали, ко всему этому он ещё снимает, записывает и это всё передаёт в эфир. Не прошло и пяти минут как переводчик начал работать без искажений речи, и мы начали полноценную беседу, без жестов. Маат осмотрев нас, в очередной раз спросила: «Так откуда вы прилетели? На этой планете нет местных жителей, у которых цивилизация достигла бы, такого уровня как экипированы вы, к тому же и речь у вас совершенна».

Спрашивая нас, беседуя, она издалека, внимательно рассматривала все наши вещи, комбинезоны, рюкзаки и особое внимание поглядывая, уделила оружию. Маат кивнув головой, указывая на оружие, спросила: «А это, что такое?» Я ей ответил: «Это средство самозащиты от зверей». «Ну, это вам вряд ли пригодится, у нас звери в посёлке боятся людей, завидев, сразу убегают», – объяснила Маат. «Мы с Земли, – ответил я, указав опять на карте на то же место, что и раньше: – Но живём в другом временном измерении», – заверил я. Она, недоумевающим взглядом посматривая на меня, спросила: «А как это возможно? Не может этого быть, вы мне говорите не правду», – добавила она немного, подумав. «Так всё-таки, с какой вы планеты, и с какой системы, то есть звезды?» – спросила она, глядя на нас с любопытством и недоверием. Александр ей повторил: «Мы действительно с Земли», – описав при этом наши большие города и наш уровень жизни, наш транспорт, авиацию и космические достижения. А она, нам с улыбкой, ответила: «Такого на Земле нет, мы её облетали много раз, практически везде были и такого как вы рассказываете, нигде не видели». Маат взглянув на нас, подошла к переводчику, нажимая одну из кнопок, произнесла: «Я позвала Исиду, она давно тут проживает, работая с местным населением, больше знает и более компетентна во всех этих вопросах».

Мы минуты три, общаясь, переговаривались между собой, понимая, что у них такого аппарата ещё нет и вести с ними беседу, раскрывая все «карты» и премудрости построения этой машины, не познав хорошенько их нельзя. Через время появилась Исида. Увидев женщину красивую стройную, лет сорока пяти, мы поняли, что они все высокие ростом. Одета она была почти так же как Маат, но сарафан из ткани с переливом, да и украшения дороже. На голове вместо страусиного пера, тоже был обруч из золота, но в передней части обруча возвышалась голова змеи кобры, готовая к прыжку к атаке. Подходя ближе к нам, она заявила: «Я Исида, весь ваш разговор я слышала и видела. Вы утверждаете, что вы земляне, это легко проверить. Кто-нибудь из вас положите кисть руки на этот экран – это безболезненно». И она указала на экран переводчика. Саша, недолго думая, шагнув ближе к экрану, положил на него руку. Экран засветился, помигав, потух, тут же из динамика донёсся голос переводчика: «Действительно земляне, но есть существенная разница в отличие от ранних экземпляров». «Я в большой растерянности, – удивляясь, промолвила Исида, – вы, что с таким уровнем развития, только без обид, но это правда? Изобрели и изготовили реально машину времени? А может вас просто сюда кто-то забросили. Ведь у вас, судя по вашим рассказам развитие общества ещё чуть ниже среднего, вы только начали осваивать космос, как вы могли такое изобрести? Мы давно летаем к другим звёздам и планетам, осваивая их, зарождая там культурную жизнь, переделывая окружающую среду. Обучаем местных аборигенов, воспитывая и подготавливая их к более культурной и общинной жизни, но до такого наши учёные ещё не додумались».

– Не так давно преодолели первую половину скорости света, – добавила она. – Но до сих пор никто не удосужился изобрести аппарат, преодолевающий время. Я думаю, что мы просто не достигли этого уровня, – произнесла Исида, продолжая: – Вообще то, вы извините, но мы не желаем иметь какие-либо дела с землянами. Когда мы провели генную характеристику, мы обнаружили, что у людей вашей планеты заложено довольно много негативной информации, несущей в итоге один единственный немаловажный фактор – это самоуничтожение. Это различные вредные привычки стремление к наживе, к власти любой ценой, это различные войны, убийства и много других отрицательных фактов. Но самое страшное – это заранее придуманное и хорошо спланированное преступление против своего народа, – добавила Исида.

– Да я не скрою, – заверил я, – были и у нас совсем недавно такие правители, в итоге, один удрал за границу в противоборствующую страну, а другого люди просто выгнали с его поста.

– Это хорошо, что общество так реагирует на этих нелюдей, значит прогресс эволюции общества у вас налицо, – промолвила Исида. – Даже у нас, в столь развитом обществе, очень редко, но иногда встречаются такие экземпляры, но об этом я расскажу, чуть позже сами всё увидите. А к вопросу о машине времени я думаю, с вашего согласия мы ещё вернёмся к этому для нас абсолютно новому изобретению. Не скрою, нас эта новая тема сильно заинтересовала.

Поглядывая в нашу сторону, Исида продолжала пояснять: «Мы сюда прилетели не так давно, чтобы зародить на этой планете культурную жизнь. Облетая несколько раз эту планету, осматривая её, совершая посадки, только нате места, где мы обнаруживали человеческую жизнь в небольших поселениях. Все они были разрознены, и вели себя вовсе как полудикие. Мы выбрали это маленькое поселение из-за очень удобного месторасположения и хороших климатических условий. Наш эксперимент носит очень длительный характер. Заключается он в скрещивании разных видов, то есть нашего вида с местными жителями. С последующим уходом за ними, воспитанием и обучением новых жителей, будем так говорить, в новых условиях жизни. Такие эксперименты хорошо стимулируют дальнейшее, быстрое, а главное правильное развитие общества». «Да, вы мне скажите, как долго вы хотите у нас пробыть? Ведь я хотела завтра показать вам это общество, вам наверно будет интересно. Ведь это ваше далёкое прошлое, да и рассказать вам будет о чём, когда вернётесь домой, в своё время. Мы вам выделим помещение для ночлега, не в юртах же вам селиться», – добавила, улыбаясь, она.

Я поблагодарил её за добрую встречу и гостеприимство: «Я надеюсь своим присутствием, мы вас долго обременять не будем». При этих сказанных мною словах я мысленно вспоминал аккумуляторы своего аппарата, которые без подзарядки могут потерять свою ёмкость и наш взлёт будет невозможен. Исида попрощавшись, покидая помещение, произнесла: «Вас сейчас непременно, поселят после чего, проведут в комнату для приёма пищи. А завтра, часов в девять утра зайдут за вами. Извините, но завтра мы вас ещё будем опекать, я думаю, за этот день вы вполне привыкните. Да вот ещё, что, завтра к обеду должен прибыть мой напарник, с другого поселения, здесь рядом не очень далеко, я вас с ним обязательно познакомлю. Это молодой парень, зовут его Гор, кстати, он родился уже здесь, на этой планете, при первом нашем посещении. Вот тогда и пообщаемся, нам надо ещё о многом поговорить, вы должны увидеть, если конечно хотите, плоды нашей работы». С этими словами она, попрощавшись, удалилась.

Ксения, задумавшись над этой встречей, делая выводы, неожиданно предположила: «Да, я так думаю, что нас ещё завтра будут изучать, как землян. Вы же слышали, что она сказала, что мы с землянами дела не имеем. Да и вела она себя сегодня осторожно, изучая нас, аккуратно выводя разговор на различные темы. Проверяя нашу реакцию и ответы на её хитрые вопросы». Поселили нас в отдельно расположенное небольшое здание, состоящее из нескольких блоков. Нам дали современный двухкомнатный номер. Само помещение было неплохо оборудовано: спальными принадлежностями, большой экран в стене, стол, стулья, плательный шкаф и какой-то пульт с экраном. Не дав нам освоиться, разложить вещи, нас сразу пригласили в комнату для приема пищи. Комната оказалась большой, как наше среднее кафе. На стенах были фрески с непонятными иероглифами и картинами аппетитных фрукт и овощей, некоторых из них мы ранее не видели. Присаживаясь за один из столов, мы осмотрелись, к нам сразу подошел человек, предложил меню, в нём кроме названия были ещё и цветные фотографии всех блюд. Выбрав несколько и заказав, мы их попробовали, пища оказалась довольно-таки вкусной. После трапезы вышли в парк, деревья здесь отличались от наших, были редкие, экзотические и уникальные. Разнообразие их, нас поразило, аккуратно выложены дорожки, красивые, удобные лавочки вообще приятно было по его аллеям прогуливаться. Начало постепенно темнеть, в парке мы практически никого не встретили кроме молчаливой обслуги. Прогулявшись по аллеям, пошли в комнату, это всё было на территории их базы или небольшого городка.

Переступив порог комнаты, мы сразу занялись своей поклажей, всё, разложив, включили большой экран, находившийся на стене. Показывали прибрежные пейзажи реки Нил, морской берег, потом началась какая-то постановка, смотрели, но смысл был непонятен. Вдруг Ксения громко произнесла: «Выслушайте меня, то есть моё предположение. Её зовут Исида, его зовут Гор, он очень молод, окружающие люди слепо верят и покоряются богам. Их настоящее время, это время зарождение культурной жизни. И, наконец, природа с условиями жизни, очень похожа на описание в мифе». «В каком ещё мифе?» поинтересовался Александр. «Я когда-то читала, – ответила Ксения, – очень давно миф об «Осирисе и Исиде». Этот миф про богов, явившихся на Землю, для того, чтобы научить первобытных людей культурной жизни. Осирис был у них добрый и главный бог, а также судья, научил египтян выращивать зерно, виноград, печь хлеб. При нём люди жили очень хорошо. Но появился бог Тифон или Сет это одно и, то же, лицо, который завидовал Осирису и хотел его убить, а народ поработить. И ему это удалось. Путём обмана он уложил Осириса в деревянный ящик и бросил в воды реки Нил. Река вынесла его в море, и он умер. Исида его нашла, спасая, оживила. Осирис и Исида были женаты, у их был сын, звали Гор. В дальнейшем Осирис отказался руководить поселением, и бразды правления взял на себя Гор. Который потом долго воевал с Сетом и победил его. Так вот смотрите, всё совпадает, значит, мы залетели очень далеко в прошлое. Это где-то около шести с половиной тысяч лет до нашей эры, плюс две тысячи нашей эры, представляете, всего получается больше восьми». «Вот завтра мы у них и спросим, попытаемся узнать, кто они такие? – пробормотал недовольно Саша, – а сейчас поздно, давайте уже отдыхать».

Утром мы проснулись, привели себя в порядок и как раз в это время, прибежал посыльный – как Саша его назвал: «Человек в браслетах и трусах с передником», сопроводил нас на завтрак. Видать его приставили к нам, имя мы его, как ни старались долго не могли выговорить. Встретили мы Исиду в этой же комнате, что мы ранее беседовали с ней, Поприветствовав друг друга, она настойчиво пояснила: «Сегодня я хочу показать вам плоды нашей длительной работы и провести экскурсию по селению». Мы вместе вышли за пределы их базы или городка. Наблюдая вокруг, мы видели, что природа была богата на земли, которые были надёжным источником воды и пропитания. По мере продвижения по городу Исида нам, очень подробно рассказывала, как они добились этой культурной жизни, от первобытных разрозненных поселений с полудиким озлобленным народом. Местные жители помимо выращивания занимались сбором дикорастущих злаков. В это время земледелие в своей начальной стадии процветало, отвоёвывая у дикой природы новые не освоенные территории. Урожай собирали с марта по июнь включительно. Второй раз в году, урожай в прибрежной зоне не давала собирать река, хотя условия позволяли. Нил, разливаясь, обладал большой разрушительной силой. В этот период года люди занимались ремеслом: придумывая и изготавливая различного рода приспособления для уборки и обработки урожая. Мы долго ходили по большому селению рассматривали, как живут люди, чем занимаются, местные жители. Часто улыбаясь, общались между собой, видно было, что они довольны своей жизнью.

Продвигаясь ближе к самой окраине селения, мы увидели вдалеке животных пасущихся на лугу. Мы спросили за животных, особенно нас, интересовали звери, чтобы знать с кем можно, случайно столкнуться. Исида нам рассказала за животных, что есть слоны, жирафы, бегемоты, какие-то странные окапи, а также львы. Люди ещё были искусными рыболовами, охотниками. Охотились на львов, диких быков, крокодилов которых тут было вдоволь. После охоты, увековечив свои подвиги на крутых склонах скалах, с добычей и копьями в руках удовлетворённые удачной охотой и рыбной ловлей, громко рассуждая, расходились по домам.

На обратном пути, Саша спросил Исиду: «Уважаемая Исида, а кто такой Осирис?» Исида удивлёно даже, с недоумением посмотрев на нас, ответила: «Это глава нашей секционной экспедиции». И тут же спросила: «А вы его, откуда знаете? Местные жители о нём не говорят, он улетел на основном корабле довольно-таки давно, кстати, скоро прилетит. Года через три, а может быть намного, раньше, должен прибыть сюда на эту планету». «А как понять выражение секционный руководитель?» – спросил я. «У нас маточный межзвёздный большой корабль, преодолевающий почти половину скорость света. В нём встроены семь межпланетных малых кораблей для небольших перелётов в системе одной звёзды или бинарных двух звёздных систем. Прибыв в вашу систему «Птах», по-вашему, Солнечную систему, мы высадились. Четыре секции на вашу планету и три секции на оранжевую планету, расположенную рядом, я имею в виду расположение орбит этих планет», – добавила, улыбаясь, она.

– Через некоторое время после высадки наши астрономы высказали мнение, что совсем скоро состоится столкновение с небольшой кометой соседней планеты. Упредив удар кометы, наши секции перебазировались на «Геб», по-вашему, на Землю. Удар кометы, лишив её и без того слабой атмосферы, привёл планету в негодность для существования на ней полноценной жизни. Основной корабль, пробыв здесь, пять лет, улетел домой на планету «Нут», которая находится далеко. Придём в наш палац, я вам покажу на карте звёздного неба, со взглядом с вашей планеты. И так на планете оказалось семь секций. Секция – это одно поселение, вот как у меня в данный момент. Четыре на разных материках, а на этом материке поселились три секции и все на реке Нил. Хорошие климатические условия, мало подвержены изменениям поры года, плодородная земля, богатый выбор животного мира, что ещё надо для жизни? Здесь в большом устье реке успешно работают и размножаются две секции, а вот третья по реке чуть выше, как вы говорили в семье не без урода, ну, об этом немного позже, – добавила она.

– А сейчас я вам хотела рассказать за моего напарника, – продолжила она. – Его секция, в которой он руководитель расположена вверх по течению, я вам уже говорила, на самом разливе реки Нил делящегося на несколько рукавов, то есть разместилась на самом устье. Это молодой, талантливый парень. А я у него долгое время была наставником, опекала по работе. Моё опекунство уже давно закончилось, но мы продолжаем общаться и дружить, встречаясь чаще, чем все остальные. Ведь наши базы находятся почти рядом. Скоро сами убедитесь, он должен прибыть, я думаю, он будет уже на месте, когда мы подойдём к нашей базе.

Взглянув на нас, Исида с интересом задала вопрос: «Так откуда вы знаете об Осирисе?» И тогда Ксения ей поведала знаменитый старинный миф про «Осириса и Исиду». Выслушав с интересом миф, Исида с гордостью и восклицанием объявила: «Так не напрасно это всё, помнят же о нас на протяжении многих веков! Ведь восемь с половиной тысяч лет прошло по вашим расчетам». «Да», – подтвердила Ксения, – шесть с половиной до нашей эры и плюс две тысячи нашей эры, так и есть». «Да вот ещё, – добавила Исида, – никакая мы не семья и даже не родственники, просто, члены одной экспедиции. По прибытию корабля Осириса эта командировка может завершиться, это где-то года через три, а может быть и раньше».

Возле самой базы ближе ко входу, мы увидели двух хорошо одетых людей в масках на голове, у одного была одета маска крокодила, а у другого птицы ибис. «Что у вас, где-то торжество, маскарад?» – предположил Саша. Исида, немного подумав, ответила: «Когда мы сюда прибыли, нас приняли за богов, нас слушали, повиновались, даже иногда молились на нас. Вот на совете руководителей секций было принято решение, изготовить вот такие маски, как вы видите. Почти каждый член экипажа имеет свою маску и периодически их одевают, Вот идут два наших бога в кавычках, это «Тот» в маске птицы ибис и «Себек» в маске крокодила, нам так легче с ними работать. Хоть мы и провели скрещивание разных генов, но среди их иногда проявляется чувство злости и ненависти, они сами приходят, заявляя нам об этом. Тогда мы с ними проводим тренинг, психологическую работу, после скрещивания все недостатки сразу не уходят, они сбалансируются, но со временем. Пусть они думают, что мы боги, им это удобней и нам легче с ними общаться. Мы ведь скоро улетим отсюда. Закончится наша миссия, когда люди будут готовы к самостоятельной жизни, вот тогда пусть вспоминают нас как богов. Это воспоминание долго держится в памяти, ибо они молятся на богов, передавая информацию о нас с поколения в поколение. Тем самым, продолжительно стимулируя свою культурную жизнь воспоминанием верой и богобоязнью к плохим поступкам и даже помыслам на века».

– Местные жители, – продолжала Исида, – называют нас «Анонаки», прилетев сюда в систему «Птах», так мы называем вашу звезду, выбрали вашу планету, мы её назвали «Геб», а у вас она называется Земля. Начав свою работу с людьми, мы дали толчок в развитии эволюции научили языку и всем премудростям бытия в этой жизни, ускорили развитие их культурной деятельности. Закончив свою работу, мы улетим. Когда ваше общество в своём развитии достигнет среднего уровня как у вас, современного развитого человека, мы вернёмся для совместного существования, сотрудничества и дальнейшей, если надо помощи.

Приближаясь ко входу в палац, мы встретили человека в маске птицы сокол. Исида с улыбкой нам сообщила: «Это и есть Гор, тот о ком я недавно рассказывала, познакомьтесь». Поприветствовав друг друга, мы зашли в помещение и только тогда, Гор снимая маску, сказал: «Если вышел за пределы палаца в маске, то снимать её при людях нельзя, чтобы они не видели и не поняли, что это маски, а то разуверятся и поймут, что их обманывают. Если выходить за пределы, маску одевать или нет, это ваш выбор, но если вы одел, то снимать её нужно только здесь в помещении». Увидев, Гора без маски, мы поняли, что это хоть и молодой парень, но человек твёрдого характера. Рассудительный, добрый, как мы позже узнали, справедливый руководитель секции. Мы ему рассказывали о нашей жизни и порядках в нашем времени, он внимательно слушал, иногда спрашивая нас. Большое количество вопросов последовало о сельском хозяйстве, какие злаки у нас выращивают, как и чем обрабатывают поля? Подробно расспрашивал за нашу технику, автотранспорт, космонавтику. Особенно его заинтересовал вопрос о строении и структуре управления государством. Какие у вас отношения с другими странами, войны, вооружение. Ему очень понравился миф, который мы ему тоже рассказали. Где он играет важную роль. Он нас ещё переспросил: «Так я точно выиграю в войне с Сетом?»

Саша, подтверждая, его убедил: «В соответствии с этим мифом, да». Удовлетворившись ответом, он твёрдо заверил: «Я в этом не сомневался». А мы в свою очередь, переспросили у него, так, что у вас действительно идёт эта война? И он нам поведал обо всём, что у них в данный момент происходит. По прилёту нашего звёздного крейсера секцию Сета разместили на соседней жёлтой планете. «По всей видимости, скорее на Марсе», – подсказал ему Саша. «Да, следующая планета поменьше вашей, рядом орбиты, – продолжал Гор» – потом мы узнали, что планета будет подвержена атаке кометы. Сет перебазировался на «Геб», то есть на Землю. И поселился вверх по течению реки Нил. В начале всех работ проводимых на новом месте было всё нормально. Он, как и все проводил обязательное скрещивание генов местного населения с привезенными генами с нашей планеты. Всё шло как бы хорошо. Но потом мы узнали, что он провёл скрещивание, взяв семьдесят две особи, которым он добавил ген злости и повиновения с другой планеты. И вырастил из них личный состав своей охраны, для осуществления надсмотра и принуждения к рабству остальных скрещенных жителей своей секции. Построив большую пирамиду, но назвал себя Фараоном, поработив всех жителей, он стал над ними деспотом». «Как-то повлиять на него мы не можем, в нашем праве, только посоветовать ему, что мы много раз делали, но прислушаться к совету он никак не хочет. Организовал воинствующую рать охраны, вооружил их и сейчас издевается, как хочет над своим народом, сделав их всех рабами. Вот мы недавно и начали с ним борьбу, вплоть до военных действий. У нас существуют дни сборов руководителей секций, где мы обговариваем все вопросы и этот тоже. Посещение этих сборов обязательно. Прилетают все кроме Сета, он уже не руководитель секции, а фараон. С ним будут конкретно разбираться, по прибытию Осирис и его бригада», – заявил Гор.

Александр задал попутный вопрос: «Вот вы говорите, прилетают на сборы, на чём вы летаете?» Гор, посматривая на Сашу, ответил: «У нас два вида транспорта, это малый аппарат замаскирован под крылья, олицетворяя крылья богов, для перелётов на небольшие расстояния. И капсулы для больших межконтинентальных полётов, для исследований и посещений общих сборов». «Уважаемый Гор я хотел спросить. Вот вы делаете долгие перелёты, проводите длительные эксперименты, то есть вы тратите всю свою жизнь на эти работы. Какая же тогда, по продолжительности ваша биологическая жизнь? – спросил я, – Вот у нас в среднем, где-то семьдесят пять лет». Гор не задумываясь, отвечает: «На планете от ста до ста двадцати, но у нас есть медблок, мы периодически пользуемся ним, продлевая её до ста шестидесяти, но не больше. Есть у нас ещё жидкость, продлевающая жизнь, где-то в среднем на восемнадцать или двадцать лет, мы нею не пользуемся, она малоэффективна. Но мы не знаем её формулы и она у нас в ограниченном количестве, всего две штуки, в специальных колбочках, и воспользоваться нею, один человек может один раз. Мы хотели продлить жизнь нескольким жителям вашей планеты, в медблоке, но аппарат им жизнь не продлевает, а только лечит болезни. Видимо не полностью соответствует ДНК, необходима коррекция в его непонятных для нас настройках».

Исида, отсутствуя некоторое время, тихо зашла в комнату, дослушав рассказ Гора, предложила нам пройти с ней в другую комнату. По дороге поясняя, произнесла: «Я обещала вам показать карту созвездия «Стрельца», нашу звезду и обитель в планетарной системе». Внутри небольшой круглой комнаты, мы увидели, в центре, стационарно разместившись, стояли шесть стульев, вертушек, а при входе какой-то пульт. Она предложила нам присесть в центре комнаты. Сама, повернувшись к пульту, что-то включила. Потух свет и на полукруглом потолке и прямо в воздухе, появилось изображение звёздного неба. Звёзды, галактики и туманности были на потолке и в воздухе, как бы висели, я даже встал и прошел несколько шагов, некоторые звёзды, двигаясь, запрятались за туманность. Изображение было в системе как у нас – «3-д», проецировалось оно шестью проекторами, установленными по кругу, возле стен. Исида, что-то переключила, и карта сразу поменялась на нашу знакомую полусферу.

Обратившись к нам, она указала на созвездие Стрельца, на одну из ярких звёзд. «А пятая планета от звезды и есть наша, – объяснила Исида, – по имени «Нут», чуть больше вашей Земли и дальше удалена от яркого светила. Звезда у нас больше, вот и уравновешиваются условия как у вас на Земле, тем самым, создавая благоприятные возможности для жизни на ней. А природные условия на планете такие же, как и у вас, может немного теплее». Мы вернулись в комнату для приёма, где ранее вели беседу, нас в ней ожидал Гор. Он, сразу с порога не дожидаясь, пока мы войдём, задал вопрос: «Как у вас обстоят дела с медициной, много ли болезней осталось, которые вы не победили?» Мы ему вкратце рассказали. На, что он ответил: «Мы вас подлечим, у нас отличные медблоки. Вам очень понравится. И последний вопрос, уже поздно, вы устали, вам наверно нужно отдыхать. Как у вас с личным оружием, что оно с себя представляет». Саша ему ответил: «У нас есть помповое огнестрельное ружьё и снайперский карабин, стреляют они картечью и пулями. Достаточно эффективное оружие, бьёт вполне прицельно, с хорошей убойной силой». Гор выслушал, подняв голову, спросил: «Я ведь не просто спрашиваю, вы наверно будете ходить, осматривать не только территорию селения, но и за пределы его, к реке Нил или в горы пойдёте. Обязательно берите своё оружие. За пределами посёлка много зверей, которые могут напасть, да и от вооруженных бандитов Сета можно ожидать любой подлости или убийства. При нападении или угрозе оружием, с их стороны, не задумываясь, применяйте ваше оружие. Своё оружие, вы как-то выберете время и нам продемонстрируете в нашем тире, если конечно захотите». На этом наша беседа закончилась.

Попрощавшись, мы разошлись отдыхать по своим комнатам. Утром встали рано, как всегда привели себя в порядок, взяв с собой всё необходимое, прихватив наше оружие с боекомплектом, на всякий случай, отправились в поход. Решили в этот раз пойти к большой реке Нил. По селению шли быстро, так как мы ещё вчера всё осмотрели, было всё как обычно, люди заняты работой возле своих домов, каждый, что-то делал, в основном готовили пищу. Быстро покинув пределы посёлка, мы увидели, что работа в поле уже кипит. Продвигаясь дальше, наткнулись на начинающую густую чащобу, чередующуюся с небольшими полянами. То стена кустарника стояла перед нами, то заросли тростника не давали нам продвигаться по намеченному курсу. Хорошо хоть наш опекун в браслетах и коротких шортах, когда мы выходили из кафе, настаивая на своём, вручил нам мачете в чехле – это такой большой, больше чем полметра, длинный мощный нож, похожий на короткую острую саблю.

Вот он нам сейчас и пригодился, мы ним орудуем как на поле боя, только с тростником, прокладывая тропу к воде. Чем ближе мы подходили к реке, тем больше нам попадались на пути различные животные. Вот жираф сверху из-за дерева нас рассматривает. А вот твари похожие на наших диких свиней, только с удлинённой головой, стаей пробежали, поперёк нашего пути. У самой реки, мы осмотрелись. Недалеко от нас какие-то мелкие животные, озираясь, пришли на водопой, в затоке два бегемота, один погрузился в воду, а другой рядом стоя вводе, полоскался приседая. В воздухе и на ветвях близлежащих деревьев было довольно много разнообразных неизвестных птиц. Направляясь ближе к воде, мы по дороге осматривали природу. Особенно интересно смотреть, как птицы ныряют, доставая рыбу из воды, взлетая вместе с ней, садятся на деревья и приступают к трапезе. Некоторые, вытянув из воды слишком большую рыбу, взлететь, не могут, так они её буксируют к берегу, а там вытянув из воды, едят её, разрывая мощным клювом. А за этими птицами охотятся крокодилы, медленно подплывая, а потом резко бросаются на добычу, или, подныривая под неё, хватают из воды.

Ксении понравилась небольшая черепаха, она взяла палочку и начала с ней играться, забыв об окружающей опасности. Тем временем из прибрежного кустарника вылез огромный крокодил и направился быстрым шагом, перебирая своими лапами, к Ксении. «Ксения убегай крокодил!» – крикнул Саша и выстрелил в него жаканом, крокодил два раза дёрнулся, но продолжал бежать, в сторону убегающей от воды Ксении. Тогда я приложился ему в голову с карабина, тут последовал ещё один выстрел, Саша жаканом влепил ему в шею. Крокодил замедлил шаг, я передёрнул затвор, от попадания в шею и возникшей боли, он повернул голову и его лоб оказался у меня в оптическом прицеле, я уверенно нажал на спусковой крючок. Произошел выстрел, крокодил рухнул на землю, пару раз дёрнув хвостом, замер. Подходя к нему, Саша сказал: «Такого здорового мы ещё не видели, даже у нас в тележурналах». Помолчав, добавил: «Это же нильский крокодил, они самые большие в мире, да ещё и в этом времени». Я его поддержал: «Четырьмя выстрелами еле завалили, такая тварь огромная, да ещё и живучая». Ксения осторожно, переводя дух от бега и испуга, подошла к крокодилу, пнув его ногой, буркнула: «Вот гад сожрать меня хотел, а смотрите, какие шипы у него на позвонке». Саша ей говорит: «Ты лучше на зубы его посмотри, наверное, сантиметров по пятнадцать, а то и больше». «Такому попадись, проглотит и даже глазом не моргнёт», – заверила Ксения. Обойдя, его кругом мы хорошенько его рассмотрели, где ещё такого увидишь. Уже хотели уходить, Ксения вдруг заявила: «Давай разделаем его и шкуру заберём, смотри какая большая красивая, а главное выразительная и броская». «Было бы совсем неплохо, но как мы её дотащим?» – произнёс Саша. Хорошенько рассмотрев, мы его оставили в покое. «Нет, у нас на это времени, а на счёт разделать, звери быстро разберутся и без нас», – добавил я.

Мы пошли вдоль реки, Ксения произнесла: «Когда мы ещё тут побываем, надо всё рассмотреть». Вот бегемот, открыв свою здоровенную пасть, с четырьмя огромными зубами пугает нас, защищая свою территорию. Где-то через полмили вдоль реки мы встретили рыбаков с нашего селения, они поклонились нам, поприветствовали, продолжая вылавливать рыбу. Ловили они её такими круглыми конусами с уздечкой, состояли они из небольшого круга, изготовленного из лозы с грузом с одной стороны, далее конус был из сетки. Они их забрасывали далеко в воду, а потом двигались против течения, вытаскивая сеть, выбирали рыбу. А рыбы в реке в то время было вдоволь. Мы им жестами рассказали, где мы оставили убитого крокодила. Четыре человека с ножами и копьями, побежали вдоль реки в указанном направлении. А мы отправились дальше в сторону посёлка. Шли не долго, разглядывая и внимательно изучая окружающую местность, и попали как нельзя, кстати, как раз к обеду.

После обеда, который был очень вкусным, немного отдохнув, мы отправились в парк. В беседке нас поджидала Исида, она спросила: «Как прогулка?» Мы ей всё подробно рассказали. Она, покачав головой, подтвердила: «Надо вам за пределами посёлка быть осторожными. А как далеко вы решили отправиться после обеда? Или будете отдыхать на базе?» «Да нет, мы пойдём в горы, нам всё в этом времени интересно посмотреть, ведь скоро надо возвращаться в своё время», – ответил я. Отдохнув некоторое время в парке, мы отправились в сторону гор, взяв с собой всё необходимое. Путь в горы был не таким далёким. Двигаясь между полями, мы

заметили, что они по величине были на много меньше, чем у реки, а дальше начинался песчаник. Пробравшись через зелёный массив кустарника, тростника и деревьев, мы вышли на плоскогорье. «Давайте глянем на наш замаскированный аппарат», – изъявила желание Ксения. «Это немного в сторону, – поправил Саша, – но надо сходить». Мы свернули и пошли в сторону большой скалы, по дороге нам встречались мелкие грызуны и змеи, одна была метра два, мы её обошли стороной, понаблюдав за ней. Скорее всего, сожрав грызуна, она грелась на солнышке, лёжа на плоском камне. Осматривая на месте маскировочную сетку, мы поняли, что непрошеных гостей не было. Вернувшись на свой маршрут, мы пошли к острым скалам. Исида рассказывая, нам говорила, что там есть красивое озеро и есть на, что посмотреть.

Двигаясь вокруг большого уступа очередной скалы, мы с восхищением остановились, перед нами открылась огромная красивая долина, с чистым озером посредине. Природа так всё подобрала, как, будто это было выполнено с большим вкусом вручную. Зеркальную гладь озера нарушали только птицы. Подход к озеру был чудесным, как будто траву кто-то подстриг, такая она была ровная и не очень высокая. У самого озера Ксения размышляя, спросила: «А тут нет крокодилов?» Мы с улыбкой вспомнили прошлую встречу. Саша, посмотрев на неё, ответил: «Тут же кустарника у воды нет, нападать неудобно, да и птицы плавают без боязни». Зато птиц здесь было очень много, целое царство пернатых, да ещё таких, что мы никогда и не видели. Осмотревшись, присаживаясь на траву отдохнуть, мы внимательно наблюдали за окружающей средой и мелкими животными, расслабляться в этом времени и в этой среде, никак нельзя было. Кровожадных зверей здесь хватало и каждый из них при атаке подкрадываясь, прятался. Птицы нас практически не боялись. Те, которые были побольше, без боязни, подходили совсем близко, поворачивая голову на бок, долго всматривались в нашем направлении.

Опуская руку в воду, Саша предложил: «Может, искупаемся?» Ксения ответила ему: «Я в воду не полезу, там ещё, какой-то гад кровожадный окажется». «Да может и такое быть», – поддержал её Саша, – времена-то доисторические, опасно». Ещё немного отдохнув, мы собрались идти в обратный путь. Глянув немного в сторону, Ксения обронила: «Я сейчас». Отойдя шагов на двадцать, она сразу вернулась, держа в руках два огромных яйца. «Будет, что показать, вырастим этих неизвестных птичек, у нас таких нет», – заверила Ксения, укладывая яйца в сумку, предварительно их завернув. Мы не торопясь, двинулись в обратный путь. Обогнув последнюю скалу, мы постепенно вышли на ровное место, поросшее травой и мелким кустарником. И сразу все втроём увидели льва, расположившегося не так далеко от нас. Лев, повернув голову в нашем направлении, сразу встал, посмотрев на нас, вначале шагом, а потом бегом направился в нашу сторону. Ускоряя свой бег, ломая кустарник, он целеустремлённо двигался в нашем направлении. Нам срочно пришлось искать выход со сложившейся ситуации. Убивать зверя не очень-то хотелось. Саша, указывая на скалу, предложил: «Давай заберёмся, а то у него слюнки катятся, смотри какой след за собой оставляет». Мы по уступам, забрались на небольшую скалу, приготовив оружие. Лев, пытаясь к нам залезть, пару раз свалился. После чего лёг у скалы. Ксения тихо говорит: «Решил взять нас на измор». Посидев немного, мы поняли, что он не собирается уходить, а стрелять в него жалко, большой красивый лев. Мы решили его напугать, выстрелом с ружья. Свинцовый жакан ударил рядом в камень, лев подскочил, посматривая по сторонам. Я сразу выстрелил с карабина тоже в скалу, пуля, завизжав, выбивая кусочки камней, отрикошетила. Лев, поджав хвост, позорно убежал прочь.

Мы, осматриваясь, спустились со скалы, держа оружие наперевес, готовы в любой момент отразить атаку зверя. Но никакой опасности к нападению не было. Мы спокойно отправились дальше. Добравшись до тростника, мы увидели, что какая-то большая птица кружит над нами. Саша начал ударами мачете рубить тростник, проделывая проход. Мы почти выходили из зарослей тростника, как вдруг над нашими головами, пронеслась эта огромная птица с выпущенными большими когтями, мы, побаиваясь, даже пригнулись. «Да вы посмотрите, какая она большая, – проговорила Ксения, выпрямляя шею и подымая вверх голову: – Да ещё и кровожадная, раз нападает», – добавила она. Тем временем развернувшись, птица начала заходить на второй заход, быстро снижаясь, пикируя на нас. Как штурмовик при атаке, неслась над самыми верхушками тростника над тропинкой, сбивая мелкие ветки и листву. Саша подобрал толстый дрын и как заядлый бейсболист принял позу для нанесения удара, своим увесистым дубком. Птица была огромная, не обращая на Сашу, никакого внимания, пошла в атаку. Выставив когти, открыв клюв, начала громко кричать, ринувшись на полном ходу к нам.

Мы с Ксенией пригнулись, услышав удар, подымая головы, увидели, птица летела, кувырком ломая кустарник. После тяжелого болезненного стресса, вскочила на лапы. Сразу взлететь она не смогла, а бежала, прихрамывая, как огромная раненая курица, напугано подпрыгивая. Только с третей попытки кое-как поднялась в воздух. Взлетела высоко, сразу взяла курс в сторону гор. Александр так и стоял, с переломанным дубком в руках, видать, он был немного подгнивший. Поглядывая на нас, спокойно произнёс: «Нечего было нападать на мирных граждан». При этом сам внимательно наблюдал, прослеживая за непонятными реверансами в полёте перепуганной птицы. «Ксения, – сказал я, – это, наверное, та птица, что ты у неё нагло спёрла два яйца. А возможно это совершенно другая, у неё наверно, где-то здесь гнездо и она его всячески стойко защищает». Ксения мне ответила: «Пусть она гордится тем, что её два птенца будут жить в более цивилизованном месте, скорее всего в зоопарке, уж слишком у них мама здоровая и злая». Мы не торопясь, отправились дальше, через кустарник, обходя деревья, кусты пальмы, удерживая курс прямо на селение. Издалека, мы услышали хлопки и увидели небольшие вспышки в центре посёлке. «Наверное, фейерверк, какое-то торжество, что ли», – настаивая, громко промолвила Ксения. Мы на всякий случай ускорили шаг. Выбравшись из зарослей на открытую местность, в поле увидели, что это не фейерверк, а какая-то редкая разрозненная стрельба и отдельные яркие взрывы небольшой мощности.

Мы, поторапливаясь, на всякий случай, перешли на ускоренный шаг. Приближаясь к базе, увидели, что ни на полях, ни вначале посёлка людей не было. Попрятались или ушли. А возле ворот, которые всегда были открыты, скопилось много каких-то людей, стреляющих по обороняющимся на стенах и в закрытые ворота. Наверное, их закрыли непосредственно перед атакой нападающих. Люди были незнакомые и одеты совершенно по-другому, стреляли из-за домов и с положения, лёжа напротив центрального входа. Стреляют они, из какого-то оружия похожего на одноствольное ружьё, но сам ствол по диаметру намного толще, звук выстрела приглушенный, из ствола вылетает какой-то небольшой огненный шар. Быстро перемещаясь, он несётся и бьёт по стенам, а в основном по воротам, прожигая небольшие отверстия, но особенной разрушительной силы он не несёт. Эти люди полумесяцем окружили центральный вход, стреляя по воротам, они, тщетно пытаются их пробить. Для разрушения стены, это оружие было малоэффективным. Сверху из-за ограды и со стен звучат редкие выстрелы, но их для защиты базы было явно мало. Из их ружей вылетают такие же заряды, как и у нападающих в виде огненных шариков, которые мгновенно летели в сторону бандитов. Подбираясь всё ближе к воротам, противник норовит ворваться вовнутрь. Судя по попаданиям в ворота и стены, было понятно, что оружие у них особой прицельной точности не имеет, а так, где-то плюс минус метр. Большой разброс при стрельбе, но прожигает толстые деревянные ворота легко, оставляя небольшое отверстие. Нам стало ясно, что через центральный вход, внутрь двора мы не попадём. Александр сообщил: «Я видел в парке калитку в стене ограды, надо там попробовать, наверно чёрный ход. Возможно, они про него ещё не знают и туда не добрались».

Ксения, посмотрев на Сашу, добавила: «Да надо быстрее туда идти. Это, наверное, эти бандиты, что говорил Гор, банда Сета. Надо помочь Исиде». Обходя их базу, мы видели, как все люди бегут в том же направлении. Вдруг со стороны реки появился, какой-то летательный аппарат, похож на наш легковой автомобиль только без колёс. Подлетая к базе, он открыл огонь, с такого же оружия, встроенного впереди аппарата, но намного мощней. Кружа по периметру базы, периодически стреляя, в основном в сторону ворот по защитникам на стене. Большие огненные шары, моментально достигая своей цели, ломали строения и обжигали защитников городка, сбивая их с укреплений. На всякий случай мы взяли своё оружие наперевес и привели его в полную боевую готовность. Люди бежали к чёрному входу, спасаясь от бандитов, которые грабили и ломали их лачуги. Кто покрепче из мужиков, защищали свои дома, орудуя вилами, длинными ножами мачете и дубинами которыми они всегда забивали крокодилов. Но у нападающих бандитов оружие было намного эффективней, они стреляли по населению, не обращая никакого внимания, дети это или взрослые. Много было раненых, а некоторые лежали мёртвые. Женщины с детьми бежали к калитке в парке, надеясь, что их защитит Исида. С десяток наступающих бандитов кое-где валялись в лужах крови, убитыми.

Люди, подхватив их оружие, не зная как ним пользоваться, бегом несли его на базу. Из-за деревьев неожиданно выскочил один из этих бандитов Сета. Внешне он был ужасным. Лицо, которое тяжело было назвать лицом, скорее мордой было всё заросшее длинными волосами, рот и нос превратились в одно удлинённое рыло, ну зверь, зверем. А в злых заросших руках оружие. Пока он понял, в чём дело, видать, они тугодумы и полные дебилы, что мы его враги, он начал подымать своё оружие. Саша успел выстрелом из своего помпового ружья разнести картечью ему пол головы. Пробегающие мимо люди, увидев всё происходящее, по нашему указанию подобрали его оружие и понесли его на базу. Подходя к двери, мы увидели большое скопление женщин и детей, рвущихся к входу. Мы с Сашей остановились у входа, упорядочив движение входящих, а впоследствии с оружием стали прикрывать мирных бегущих граждан от возможного нападения. Ксения зашла вовнутрь, узнать, кто напал и что с ними делать? Долго бандиты не заставили себя ждать. Из-за домов между деревьями показались две гориллы, начали стрелять в бегущих жителей, одну женщину ранили в ногу, её сразу подхватили и понесли. Я поймал в прицел своей оптики одного из этих нелюдей и спокойно удерживая, нажал на спусковой крючок. Его ударом пули развернуло, оружие полетело в сторону, и он упал. Второй, перепугавшись звука громкого выстрела и увидев своего напарника лежащего с окровавленной грудью, резко поднявшись, бросился бежать. Передёрнув быстро затвор, я выстрелил, пуля его догнала, когда он хотел забежать, запрятавшись за угол дома.

– Ты видишь, – пояснил Саша, – как они боятся звука выстрела, ведь у них оружие тихое, а наши выстрелы им сильно режут ухо, и они пугаются, это нам на руку. Когда ты выстрелил, он, перепугавшись, аж присел и с боязнью, оглядываясь по сторонам, медленно начал встать, после чего короткими рывками оглядываясь, начал убегать, быстро спасаясь бегством.

К этому времени пришла Ксения, я её озадачил: «Надо патронов принести, мы же с собой много не брали, а тут давай, и давай, отбоя нет». Она, улыбаясь, протягивая мне сумку, говорит: «Да я уже позаботилась, всё в сумке и тебе и Саше». Открыв сумку, я увидел целый патронташ для ружья и много картонных коробочек винтовочных патронов. Я ей говорю: «Ну, спасибо, теперь гориллы держитесь, повоюем, как следует». Вслед за Ксенией из двери вышла Исида, в расстроенных чувствах и, не успев дойти до нас, предупредила: «Сет прилетел на капсуле или он или кто-то из его подручных. Видите, летает и ведёт огонь по нашим людям и строениям, главное попал по боксу, где находилась наша капсула, повредив её. Теперь мы не можем его сбить, и он спокойно вершит свои кровавые дела, убивая наших и местных людей. Ведь такое оружие вмонтировано только в капсулу». Я глянул вверх, он летал по периметру базы, иногда зависая в воздухе, вёл огонь по людям и строениям. К нам он был ещё на подлёте, присмотревшись, я успокоил Исиду: «Сейчас попробуем». Взяв из сумки, пять бронебойных патронов, снарядив ими, магазин карабина, передёрнув затвор, приспособил опору, используя дерево. Я замер в ожидании удобного момента, расстояние и ветер я учел, выставив всё на своей оптике. Приближаясь в своём медленном полёте к двери чёрного хода, он начал спокойно и размеренно стрелять по населению огненными сгустками. Которые, ударяясь о землю, ярко вспыхивали, поражая при этом местных жителей. Людей было много и он, завис, чтобы вести прицельный огонь. «Где у него двигатель?» – спросил я. «Под ним», – ответила Исида.

Оказавшись близко, он завис в воздухе, как будто позируя для меня, не ожидая никакой опасности. Поймав его грудь в прицел оптики, я мягко нажал на спусковой крючок, успел выстрелить я всего три раза. Капсула, наконец, пошатнулась и начала валится набок: «Ну, вот и всё», – заявил я. Исида, обрадовавшись, и в то же время удивлено, посмотрев на меня, спросила: «Как вы его сбили, ведь огненного шара не было, был только сильный звук?» В это время капсула упала недалеко от нас. «Пойдёмте лучше посмотрим, а потом я всё расскажу», – ответил я. Но к ней спешили не только мы, четыре вооруженные гориллы бежали спасать своего пилота, два впереди и два сзади. Исида, увидев бегущего противника, приостановилась, показывая на двух нападающих, промолвила: «Вон смотрите два бегут». Я ей ответил: «Не два, а четыре, вон видите за деревьями ещё два, догоняют этих, я их давно вижу. Саша твои два впереди, А мои два, те, которые сзади». Саша волчьей картечью открыл огонь, первого уложил сразу. Второго поранил, он начал отстреливаться, но второй выстрел по его корпусу жаканом, пришелся ему не по «вкусу», выронив своё ружьё, он тут же, упал замертво.

Два находящихся сзади бандита залегли, чувствуя себя в полной безопасности подымая головы, посматривая на нас, методически готовили своё оружие к стрельбе. Они знали, что с такого ружья как у них попасть в голову лежащего очень трудно, а на большом расстоянии практически вовсе невозможно. О наличии и возможности нашего оружия они не знали. Я, не торопясь, зная, что у себя на большом полигоне, на тренировках на расстоянии двести метров по появляющейся мишени «голова», все десять прицельных выстрелов были в яблочко. Не было не одного промаха, даже касательные пробоины, отсутствовали. Стоя, во весь рост, я поднял карабин, каких-то семьдесят метров, я приготовился к выстрелу. Саша спросил: «Ты их достанешь?» «А как же, оптика есть оптика», – ответил тихо я, и плавно пару раз нажал на спусковой крючок. Горячий свинец по очереди нашел свою цель, ковыряя те места у бандитов, где должны были быть их мозги. Исида, обращаясь ко мне, тихо проговорила: «Я вижу вам жалко убивать, но этих полулюдей, полуживотных надо уничтожать. Это биологические уроды, роботы настоящие убийцы, специально выведенные Сетом. Все человеческие гены у них безвозвратно приглушены». Исида продолжала, но уже обычным голосом, без волнения, удивлённо спросила: «Как возможно так точно попадать и убивать звуком? Или при выстреле у вас со ствола, что-то, всё-таки вылетает?» «Конечно, вылетает, пуля», – ответил я, показав ей целый патрон, указав на пулю. Я обратился к Саше: «У них наверно такого огнестрельного или порохового оружия нет». Саша мне ответил: «Они не знают, что такое порох и, наверное, про тротил ничего не слышали, не говоря о современной мощной взрывчатке».

Добравшись до капсулы, мы увидели, что пилот был убит попаданием в грудь и в плечо. Лобовое и боковое стекло были пробиты, а третья пробоина была внизу обшивки. Упавшая

капсула была слегка, повреждена от падения. Я говорю Исиде: «Возьмёте эту капсулу и из двух сделаете одну, но уже рабочую». Исида, полностью согласившись со мной, заглядывая в кабину, рассматривая пилота, убеждёно заявила: «Это не Сет, это его помощник, значит Сет где-то рядом». «Поищем, раз он тут, то обязательно найдётся», – утвердительно ответил Саша.

Местное население почти всё зашло вовнутрь базы, мы же вошли последние, закрыв за собой дверь. Оставили десять бойцов на стене, предварительно научив их стрелять с забранных ружей у врага. Мы отправились с парка к центральному входу, там было горячо, стрельба продолжалась. Я рассказал Исиде об увиденном нами бое возле ворот: «Мы были, с той стороны, перед главным входом, там они выстроились полумесяцем и ведут огонь в основном по воротам. Ваши люди отвечают, постреливая, но недостаточно сильно, для защиты ворот, которые вот-вот развалятся. Да ещё я хотел сказать, надо выставить наблюдателей по всему периметру вашего городка. Они где угодно могут пролезть и ворваться на территорию». «Да я об этом уже думала, сейчас расставим», – подтвердила Исида. Она тут же собрала человек тридцать из мужского населения, всё им, рассказав, отправила со старшими на стены. «При нападении, или каких-либо подвижек за стеной, сразу сообщить», – добавила настойчиво она.

У ворот главного входа, Исида у нас спросила: «Что вы собираетесь делать?» Саша ей пояснил: «Вести бой по всем правилам защиты в полном окружении». Она, тут же возразила: «Но ведь это не ваша война. Вы можете нам и не помогать, никто вас в этом не осудит». Саша ей ответил: «Мы не так воспитаны и по-другому не можем». Забравшись на стену, мы вели беспрерывный огонь, уничтожали противника, готового нас разорвать в клочья, мы уже видели кто они такие и на что способны. Меняя всякий раз позиции, остерегаясь прицельного огня, мы наносили смертельный урон противнику. Я со своей оптикой упражнялся в труднодоступных местах, выковыривая их из разных щелей и близлежащих кустарников возле основного входа. Особенно лежачих горилл активно стреляющих по защитникам городка на стенах. Огонь обороняющихся редко достигал цели, огненные сгустки пролетали сверху залёгшего врага или взрывались рядом, не причиняя им никакого вреда. Мне же стрелять сверху, ликвидируя врага с помощью оптики, особого труда не составляло, враг или бежал или больше не подымался.

Исида подошла ко мне, и говорит: «Этих горилл всего семьдесят две, ну пусть ещё с десяток персонала, он и два зама, может они кого-то из гражданского населения взяли, в общем, всего пусть будет девяносто. Давайте будем считать, вы убили семь перед чёрным ходом, плюс пилот, восемь, до вашего прихода мы порешили человек десять, сейчас убили двадцать пять человекоподобных горилл. Получается сорок три человека. Говорю человек, а сама знаю, что это не люди и потомства у них не может быть, фактически это фатальная ошибка генной инженерии и скрещивания, но эту ошибку произвёл Сет специально. По правилам мы должны их заморозить и предоставить комиссии на нашей планете, это, что-то вроде вашего суда. Если нет возможности транспортировать в замороженном состоянии, то необходимо уничтожить на месте». Добавляя в счёте, я говорю Исиде: «Мы, когда шли к чёрному ходу, то насчитали с десяток убитых бандитов. Местные мужики, обозлённые хамским нападением обороняясь, орудовали подручным инвентарём. Значит где-то пятьдесят три трупа. Осталось по нашим подсчётам тридцать семь, из них двенадцать тяжелораненых. Итого двадцать пять бойцов противника». Исида пошла, проверить крепление ворот и осмотреть стены возле входа. Я, подозвав Ксению, попросил её: «Ксения, пожалуйста, принеси мне, пока я тут занят, наш патрон захвата с сеткой, на всякий случай, мне кажется, что настоящего зверя мы поймаем здесь». Нападающие, где-то взяли тачку и какие-то щиты, тачку нагрузили сухим тростником, облили его, по всей видимости, животным жиром, подожгли и начали толкать всё это горящее «добро» к воротам. Сами же спасаясь от выстрелов, прятались за деревянными щитами. Щиты пуля пробивала, но так как огонь был неприцельным, большого вреда не было.

Много было раненых и убитых, но тачку с огнём, они до ворот успешно довезли, облив их при этом жиром. Ворота сразу загорелись. Было видно, как ликовали по ту сторону ворот эти обезьяны, потрясая в воздухе своим оружием, угрожая нам своим громким непонятным криком. Я подсказал Исиде: «Срочно надо построить напротив ворот баррикаду и за ней расположить как можно больше наших бойцов с оружием, для неожиданного залпового огня по врагу, Они пойдут на прорыв, как только догорят ворота. Это возможно будет минут через двадцать. А остальных наших воинов поставить по бокам баррикады, они должны стрелять во врага в промежутках между залпами, не давая им подняться. А мы их будем выбивать прицельным, огнём, сверху, со стены». Исида сразу согласилась и отдала своим команду строить из подручного материала, брёвен и мешков с песком высокую баррикаду.

Вход пошло всё, что было поблизости: лавочки, столы урны, даже разобрали большую беседку, каменные глыбы, которые приготовили для строительства барака. Через двадцать минут длинная баррикада, почти в рост человека была готова. Все у кого было оружие, выстроились вдоль баррикады и по бокам её, даже те, что были на стенах чёрного хода прибыли сюда. Все, выстроившись полумесяцем, заняли свои позиции и приготовились к залповому огню по врагу. Мы же забрались на стену, с двух сторон ворот. К этому времени враг начал ломать догорающие ворота. С треском, с искрами и дымом догорающих ворот враг ворвался на территорию базы. Толпа озлоблённых перекошенных морд с диким рёвом хлынула во внутренний двор городка, веером разбегаясь в разные стороны, потрясая воздух короткими острыми саблями. Сразу грянули выстрелы, слившись в один мощный продолжительный залп.

Десятка два огненных шаров понеслись навстречу оголтелому противнику. Они падали с душераздирающим криком, воздух наполнился запахом горелого мяса. Те, кто были ещё живые под страхом смерти залегли, но через минуту кто-то сзади дал им команду, подгоняя вперёд. Они, послушно вскочили и, не успев сделать пару шагов, как были поражены вторым залпом, не менее сильным за первый, наших боковых стрелков. Все человекоподобные гориллы, оставшиеся в живых, снова залегли. Мы тут же включились в работу, методически, сверху расстреливая их прицельными выстрелами. Внизу Гор командовал залповым огнём. Почти закончив свою чёрную работу, мы по лестнице спускались вниз. Тут неожиданно в проёме дымящихся ворот появились пять вражеских бойцов, медленно неуклюже, но достаточно настойчиво передвигались в сторону Гора. Они были одеты в золотистые плотные костюмы, на голове были шлемы из такого же материала, лицо было полностью закрыто прозрачным толстым несгораемым экраном. Наши бойцы мгновенно открыли по ним огонь, но огненные шары их не брали, разрываясь, хлопая, огонь обтекал эти костюмы, не причиняя им никакого вреда. Лишь слегка отталкивая врага назад при жестком касании. Ксения заметила: «Это огнезащитные костюмы, как у наших пожарников, только качеством намного лучше, да и красивее наших», – не выдержав, добавила она. «Так жакан их всё равно возьмёт», – убеждая, заявил Саша. Передёргивая своё помповое ружьё, долго не думая, прицелившись, тут же выстрелил в одного из этих бандитов. Его ударом объёмной пули сложило почти вдвое. Отлетев в сторону, он с рёвом упал, корчась от сильной боли, видимо заряд попал ему в живот.

Они стреляли в ответ, но скорость полёта огненного шара была намного меньше скорости пули. И мы успевали реагировать на выстрел, уклоняясь, спрятавшись за баррикаду. Вся баррикада горела, от неё исходил едкий дым. Саша ещё двоих нападающих тяжело ранил, они, с криком упав на землю, вначале извивались от боли, но предсмертные судороги постепенно брали своё. Один всё-таки как-то ожил, потянувшись за оружием, кое-как изготовился к стрельбе. Саша отвернулся и с кем-то из селян, пытаясь его понять, говорил. Раненая горилла выстрелила в Сашу. Увидев как, этот бандит, целится в сторону Саши, перед самым выстрелом я успел толкнуть Александра. Огненный шар, пролетев над самой его головой, ударил в стену здания. Саша с разворота всадил ему в шею заряд картечи. «Вот теперь ему достаточно», – сказала Ксения. Перед этим я одного застрелил, остался один, как раз он то и прорвался к Гору, вступив с ним в бой. Выхватив длинный нож, другой рукой снимая шлем с маской, кинул его на землю и решительно ринулся к Гору, атакуя его. Гор увернувшись от удара ножа, отскочив от него в сторону, схватил дубину, попавшуюся под руку с баррикады, чтобы стойко отразить следующую атаку кровожадного врага. Исида, стоявшая немого сзади с Ксенией, громко крикнула: «Так это же Сет! Надо брать живьём». «Помогите ему», – обратилась она к своим помощникам. И уже тихо добавила: – «Нам его надо сохранить в криокамере для комиссии».

Пока помощники думали, направляясь к Гору как ему помочь. Я достал патрон с сеткой прицелился и выстрелил контейнером в человека, готовящегося с ножом напасть, угрожая убить стоявшего к нам боком Гора. Сетка опутала Сета, скрутив его в клубок, в то время когда он начал движение вперёд с поднятым ножом в руке. Он упал, барахтаясь в сетке и пытаясь ножом разрезать её. Но вовремя подоспевший Гор оглушил его крепким ударом по голове тем же, подручным увесистым дубком. Все окружающие и мы тоже облегчённо вздохнули. «С врагом покончено, – произнесла Исида, – возьмите этого бандита, распутайте его из сетки, свяжите ему руки и ноги и отнесите в криокамеру. Заморозьте там его, пока он не очнулся, да не забудьте снять перед заморозкой верёвки с рук и ног». Указывая в сторону стянутого сеткой Сета, продолжала Исида: «Откуда он такой взялся, у нас уже давно общество культурное, такие вот люди давно выродились. Будем надеяться, что эти негативные остатки будут последние в нашем обществе». «Что с ним будет на вашей планете?» – спросила Ксения. Исида, подумав, ответила: «Когда мы его доставим на «Нут», на нашу планету, его преступные действия с сопутствующими бумагами будут подробно разбирать на комиссии, а там, что она решит».

– Решение будет выполняться сразу после работы комиссии. Приговор обычно включает в себя переделку разума на генном уровне, а как глубока будет эта переделка, заключается в решении самой комиссии. Чем сильнее преступление против человечества, тем глубже в мозг будут влезать врачи с переделкой ДНК. В случаи с Сетом переделка я думаю, будет полная или полностью глубокая, воздействуя на все его жизненно-важные центры и наследственные гены, ломая и перестраивая при этом полностью его наследственность. Будет совершенно другой человек, с другими добрыми привычками и переделанным мозгом, – добавила убедительно она.

Жители селения обходили территорию боевых действий, подбирали раненых, оказывали им помощь и отдельно уносили убитых. Начали тушить огонь, разбирая баррикаду и подбирая остатки сожженных ворот. Мы с Исидой и Гором пошли в помещение, обговорить дальнейшие действия. Предстояло много работы. Находясь уже в комнате, Исида, с большим уважением обратилась к нам: «Я вам очень благодарна, не только от себя, но и от всех жителей посёлка, они тоже попросили вас поблагодарить. Вы нам очень помогли, мы даже не знаем, чтобы без вас у нас получилось. Я даже не знаю чем вас отблагодарить, мы ещё об этом поговорим», – добавила она. Уже начинало темнеть, на территории базы наводили порядок. Исида собрала своих помощников, поставила им конкретную задачу на сегодня и последующие дни по ремонту повреждённых построек, ограждений, ворот, а также помощи и лечении раненых. Мы, произведя чистку своего оружия после стрельбы, отправились в свою комнату отдыхать.

Чересчур был загружен день разными событиями. Перед уходом Саша пояснил Исиде: «Мы завтра после обеда будем собираться, и производить перелёт или переход в своё время. Задерживаться нам надолго не позволяют наши аккумуляторы, они со временем могут подсесть и мы тогда, никак не сможем взлететь. Нам для взлёта и преодоления пространства времени необходимо было много энергии». Добравшись до своей комнаты, мы поужинали своими запасами. Не хотели Исиду напрягать в это время, у них и без нас было довольно-таки много работы, по восстановлению разбитой базы лечения личного состава инопланетян и жителей селения. В этот раз мы долго ворочались, не могли спокойно заснуть. Вспоминали и делились впечатлениями сегодняшнего дня, прокручивая все события. Лицо связанного Сета долго стояло перед глазами. Чего ему не хватало, будучи фараоном, не знаю, наверное, не только жадность подстёгивала его к злодеянию, скорее всего это всё было в комплексе со стремлением к власти. После длительной беседы улеглись в постель, успокоившись, расслабились и только тогда поняли, что физически устали. На следующее утро, бодро встав, привели себя в порядок, вышли в парк. Прогулявшись немного по аллеям, мы присели в беседке.

Через некоторое время пришла Исида со своими помощниками, присев возле нас, спросила: «Вы сегодня хотите, куда-то пойти на экскурсию, или будете здесь на базе?» Ксения ответила: «Хватит с нас вчерашней прогулки, порезвились вчера так, что спали без задних ног». «Вот и хорошо нам надо обсудить и решить некоторые вопросы», – объяснила Исида. В этот момент подошел к нам Гор. Поприветствовав нас, он завёл разговор о вчерашнем дне, ещё раз поблагодарил нас за помощь: «Я вам обещал показать наш медблок, рассказать, как он работает, и обязательно попробовать его в действии. Через полчаса я вас жду вон там в том блоке на первом этаже. Да кстати, вы ещё не передумали?» Мы, переглянувшись, согласились.

Гор обсудил с Исидой вопрос ремонта помещений и разбитой летательной капсулы. Напомнил, что скоро надо будет лететь на сборы руководителей секции. Исида, утвердительно кивнув головой, ответила: «А до сборов нужно полететь в хозяйство Сета, вверх по реке Нил, посмотреть, как живёт местное население. Объяснить им, что ваш Сет уже улетел и не вернётся, что рабство закончилось, что они вольные люди и никаких фараонов у них больше не будет. А главное нужно им назначить руководителя, выбрав из наших с тобой замов, чтобы он навёл порядок и распределил плодородные земли между жителями и временно возглавлял всю работу в этом селении до прибытия Осириса». Гор, пообщавшись с Исидой по поводу замов, вскоре ушел. Исида, уже обращаясь к нам, предложила: «При нашем давнем разговоре из высказывания Ксении я поняла, что вам необходим автомат переводчик. Так вот я хочу один экземпляр с чертежами и описанием его работы, а также ремонтом отдать вам». Поблагодарив её, мы, рассказывая, убеждали их, что он нам действительно нужен. Александр, размышляя над его функциями, спросил: «Ваш аппарат переводит разговорную речь только на ваш язык, а вот допустим чужой язык, на наш переведёт?» «Да, – ответила Исида, – он адаптируется к любому языку и откладывает его в своей памяти. То есть он переводит на любой язык, который есть у него в памяти, при этом запоминает новый. Вот насчёт доставки его к вашему аппарату мы обязательно вам поможем», – добавила Исида. Поговорив о вчерашнем дне, Исида, вспоминая наш разговор, улыбнувшись, сказала: «Вы обещали показать и рассказать, как действует ваше непонятное оружие в полевых условиях». Я, утвердительно махнув головой, ответил: «Ничего там сложного нет, позовите Гора, а я пойду за оружием». Взяв в комнате карабин в чехле и патроны, я пошел в беседку. Гор уже с нетерпением меня ожидал, не скрывая своё желание освоить новое оружие. Мы вышли с парка. Ни так далеко, за оврагом было чистое поле с большой насыпью в конце. «Это и есть наш тир, вот здесь и расположимся», – определил Гор.

Я им подробно рассказал технику безопасности при стрельбе, принцип работы оружия и оптического прицела. Гор принял положение упор, лёжа на локти, предварительно подложив подстилку, приготовившись к стрельбе. Прицелившись через оптический прицел в мишень, я, стоя рядом, ему подсказываю: «В окуляре оптики посади мишень на «пенёк», плавно жми на спусковой крючок, удерживая прицел на месте, прижми затыльник приклада к плечу и не жди выстрела, плавно, огонь!» – тихо скомандовал я. Прозвучал выстрел. Гор встал, потирая плечо, улыбаясь, глянул на Исиду. Мы сразу отправились к мишеням. В одной из них была пробоина, почти по центру. Гор довольно заявил: «Хоть и плечо побаливает, но я мишень поразил, попал куда целился». Я, объясняя ему, его поправил: «Это без привычки, а потом ощущать боли вообще никакой не будешь, научишься правильно держать приклад у плеча. От этого снайперские возможности возрастут, да и скорость стрельбы увеличится». Вернувшись на позицию стрельбы, я увидел, что Исида держала в одной руке целый патрон, а в другой стреляную гильзу и с интересом рассматривая их, указывая на пулю, спросила: «Так вот эта штука убила пилота?». «Да верно такая же, только с другого патрона», – ответил я.

Передавая им, карабин и все остальные патроны, там, в сумке их было штук сто, я предложил: «Возьмите это себе, если вдруг, еще будет какое-то нападение, будете защищаться. В вашей местности довольно много диких зверей, которые иногда нападают, так это оружие будет верно служить вам для самозащиты. А у меня есть ещё одно дома». Они поблагодарили меня, оружие им очень понравилось. Гор, взмахнув руками, громко объявил: «Ой, я о нём совсем забыл, пойдёмте в дом, медблок уже готов и давно вас ждёт». Мы пошли в здание, где находился этот незнакомый аппарат. «А как он работает?», – поинтересовался я. «Вы ложитесь, принудительно засыпаете, аппарат начинает расслаблять вас, как бы стирая все старые программы в ДНК. И в то же время, задаёт на генном уровне новые совершенные программы, клетки организма омолаживаются, можно сказать, лечатся, а потом начинают работать по новой программе в автономном режиме, заново», – пояснил Гор. Я лёг первый, пролежав где-то, минуты три, блок самостоятельно открылся. «Что не сработало?» – расстроившись, спросил я у Гора. Он, улыбаясь мне, ответил: «Да нет, всё прошло успешно, программа завершила свою работу, вы поспали чудесно, можно вставать». «А я ничего не заметил и не ощутил», – удивлённо ответил я. Поднявшись с медблока, я ощутил прилив сил и бодрость духа. Я сделал несколько шагов, присел, наклонился, не веря своим ощущениям, резко подпрыгнул «Вот это да! – произнёс я, – ко мне действительно пришла молодость, ничего не болит, ни спина, ни шея, ни желудок, да ещё и видеть лучше стал». А что самое интересное в стороне недалеко от медблока, я почувствовал сильный голод. Гор с улыбкой, произнёс: «Представляете если бы настроить аппарат на ДНК вашего вида, то он бы вас ещё и омолаживал, добавляя вам года жизни». Саша и Ксения по очереди прошли сеанс восстановления клеток всего организма в медблоке, тем самым, избавляясь от разных болезней и вредных привычек. Как заверил Гор, открывая медблок, всё прошло отлично, у вас организмы моложе, отсюда и реакция лучше. По очереди, вылезая из него, тут же сделав несколько шагов, радовались, подпрыгивая как дети.

Я им так и сказал: «Вы довольны как малолетки от конфетки». Они мне ответили: «Ты б на себя посмотрел, когда вылез». После чего мы остались, очень довольны своим телом, порхали как бабочки. Да и бодрость духа была отличной. «Как бы у вас взять, или скопировать все данные этого аппарата омоложения, с чертежами и описанием? Чтобы построить у себя дома такой же», – спросил я. Исида, улыбаясь, протягивала, держа в руке мне большую толстую папку: «Я это предвидела, уж слишком хорошее изобретение, чтобы от него отказываться. Я всё вам приготовила, здесь все чертежи, принцип работы описание. Вы по этим всем данным изготовите аппарат, после всех его испытаний настроите сразу под свои данные. Как настраивать на ДНК? В описании всё есть, полная инструкция с подробным изложением. Только не отдавайте его в злые руки, пойдёт во вред человеку, люди то разные бывают».

– Подождите не надо эмоций, это ещё не всё, – заявила Исида, – я видела при нашем прошлом разговоре, вас сильно заинтересовало лекарство продления жизни в колбах. Но у нас, их в наличии только две из оставшихся двадцати пяти после отлёта корабля, остальные мы давно израсходовали на больных, а вас ведь трое. Осирис обязательно привезёт большую партию, мы их сами не используем, это для местных жителей. У нас, их было много, но мы часто лечили тяжелобольных. Если хотите, возьмите эти две колбы с собой.

Мы этот дар с удовольствием приняли. У нас просто не было слов, чтобы выразить им свою благодарность, вспоминая при этом наших старичков, ведь они ждут и надеются на нас. Хоть прилетим, для них не с пустыми руками. Покинув помещение, мы направились с Исидой в парк, присев в большой красивой беседке, изготовленной из меди с резными вставками из тёмного дерева. Сидя мы разговорились о сбитой капсуле, как её восстановить, думали о ремонте помещений. Исида много нам рассказала об Осирисе, какой он человек, как удачно и справедливо командует их экспедицией. Об их большом звездолёте. Как они научились почти преодолевать скорость света и как они быстро совершают большие перелёты, в межзвёздном пространстве. В конце разговора произнесла: «Мы бы хотели присутствовать при вашем старте, посмотреть на ваш аппарат». «Хорошо, – ответил я, – проблем нет, если вас это интересует, я вам могу полностью рассказать его строение и принцип работы. Сделать наброски чертежей, у нас времени ещё предостаточно, а потом вы сами всю его работу увидите при старте».

В этот момент я пожалел, что не взял с собой эти чертежи, ну ничего всё в головном компьютере, то есть в голове. «Там не так сложно, дома изготовите, будете к нам частенько прилетать в гости на чашечку кофе», – добавил я. Исида, улыбнувшись, пригласила нас в комнату, где были все премудрости и приспособления для разработок новых проектов. Посылая гонца за Гором, она нас убедила: «Он лучше разбирается в этом вопросе и быстрее всё схватывает, он же моложе меня. Не знаю как у вас, но у нас, молодежь быстрее всё запоминает и адаптируется лучше, более развита, чем предыдущее поколение, что поделаешь, эволюция». Гор не заставил себя долго ждать, эта тема для него тоже была весьма интересной.

Мы на протяжении двух с половиной часов, поясняя, рассказывали, усердно чертили на специальном столе компьютере, вспоминая все узлы до мелочей. Гор задавал много вопросов, особенно его, заинтересовала тема торсионных полей и его источник, то есть интенсивное вращение заряженной массы и ещё вектор подъёмной силы в магнитном поле планеты. Наконец-то они всё поняли, заложив это всё в компьютерную память, закончились вскоре и вопросы. «Основной принцип работы этой машины времени, – пояснил я, – вращение во вращении с общей кривизной поступательного смещения, запомните – это важно». Мы рассказали о наших испытаниях, о подвиге моей собаки, о наших старичках, что без них наша теория так бы и осталась теорией, умерла бы где-то на книжных полках. Исида сразу поняла, улыбнувшись, подметила: «Так вот вы кому везёте лекарство в колбах, чтобы продлить им жизнь». «Так и есть, – ответил я. – Во-первых, мы им обещали, а во-вторых, мы бы без их помощи сюда бы не добрались. А они по вашим чертежам и описанию будут собирать медблок, уж я их уговорю, поверьте мне, да и они заинтересованы в этом». «Это хорошо, когда есть честные и преданные люди, на которых можно положиться», – подтвердила Исида.

Время потихоньку поджимало, подходило к обеду. Мы собрали все свои вещи, упаковали, не забыли даже птичьи яйца взять с собой. Скорее яйца первобытного летающего ящера, а не птицы, те, что Ксения выкрала из гнезда у этого доисторического хищника. «Будет нам, что показать на базе, да и в зверинце, когда они вылупятся, особенно когда подрастут», – отметила Ксения. Собрав все вещи, уложив их в рюкзаки и в ручную кладь, мы, успокоившись, отправились на обед. В кафе так мы назвали эту комнату и после нас они продолжали сами также её называть, им явно понравилось это название. Нас встретили как на праздник, организовав шикарный стол, да ещё и лёгкую музыку включили. Подкрепившись вдоволь, разнообразие блюд нас шокировало, пища была просто, прекрасная и очень вкусная.

Мы взяли свои вещи, сказали спасибо обслуживающему персоналу и вышли во двор. Перед новыми воротами нас ждали Исида и Гор со свитой из восьми человек и упакованным как мы поняли автоматом переводчиком. «Быстро же вы их отремонтировали», – одобрил Александр, указывая на новые ворота. «Да есть у нас умельцы среди местного населения, с гордостью», – произнесла Исида, поглядывая на стоявшую рядом свиту из восьми человек. Исида, отдавая мне, документы с чертежами и описанием на переводчика, произнесла: «Тут всё, что надо для него. Я не хочу вас долго задерживать, хочу сказать самое важное, что я очень рада вашему внезапному появлению здесь. Огромное вам спасибо за вашу помощь, мы бы сами с Сетом и его бандитами не справились. Он на ваше прибытие и вашу конкретную помощь не рассчитывал и проиграл». Попрощавшись, она добавила: «А если всё получится, то и до скорой встречи. Я имею в виду машину времени, делать мы её будем точно. Я знаю, что она уже существует, значит это возможно, и мы её обязательно соберём по вашим чертежам и описаниям». Улыбаясь, она продолжала: «Я решила не идти с вами, Гор посмотрит ваш взлёт, снимет на камеру, после, вернувшись сюда, всё покажет, это, кстати, и будет доказательством нашим учёным на планете о реальном существовании вашего извозчика во времени». Попрощавшись с Исидой и её людьми, ещё раз поблагодарив их, мы всем составом, груженные тяжелой поклажей отправились в далёкий путь. Свита из восьми человек несли по очереди пакет с автоматом переводчиком, четыре несут, четыре на подмене, мы с Гором шли рядом. По дороге Гор нам рассказывал, какие культуры выращивают у них на полях, как они отвоёвывают у природы новые территории под посевы сады и огороды. Я им показал приблизительное расположение нашего аппарата. Люди с нашей свиты, которые несли пакет, повели нас своими знакомыми протоптанными тропами, чтобы ни рубить тростник и кустарник.

Оставив тростник позади, мы двигались по извилистой тропинке через густой кустарник. Прямо на тропе впереди нас мы увидели большого, дикого быка, который упрямо шел по этой же тропе навстречу нам. Уступать дорогу или убегать он даже и не думал. Мужики со свиты приготовили копья. Бык вначале остановился, а потом опять пошел на нас, а может и не на нас, а просто по тропе. Гор говорит: «Здесь дикие быки, какие-то ненормальные, они думают, что они цари природы, лезут напролом ни на кого не обращают внимание. Одним словом бык есть бык». И действительно, буквально через несколько шагов, мы увидели, что глаза у быка начали быстро краснеть, наливаясь кровью, ноздри его при каждом шаге сильно раздувались, тяжело дыша, приобретая при этом устрашающий вид. И сам он мгновенно стал каким-то поджарым, подтянутым, по всей видимости, приготовился к атаке. Мотая головой, угрожающе, наклонил свои бычьи рога в нашу сторону. Ксения, глядя на него такими же квадратными глазами, остерегаясь его нападения, уверенно произнесла: «Будет атаковать». Саша, улыбаясь, громко заявил: «Сейчас мы его научим хорошим манерам». Вынув помповое ружьё, передёрнув его, выстрелил картечью рядом по кустам. Картечь резко зашуршала, сбивая ветки и листья возле быка. Но он продолжал настойчиво двигаться вперёд, ускоряя шаг, не обращая никакого внимания на громкий выстрел. Через пару шагов бык резко перешел на галоп, направляясь к нам. Тогда Александр ещё раз выстрелил в него крупной картечью. Бык испугавшись, ломая кустарник при повороте, припустил в сторону напролом, видно заряд слегка задел ему бок.

Саша, разряжая ружьё, сказал: «Это, наверное, последний наш выстрел в этом времени». Передавая Гору все патроны, которые были в сумке вместе со своим ружьём, тут же продолжил: «Здесь жаканов и картечи ещё пол сумки, хватит тебе надолго, если не будешь стрелять по пустякам, здесь такие условия жизни, что без ружья никуда. Слишком много диких зверей, которые норовят тебя съесть, так, что бери, пригодится». Саша ему рассказал, как ним пользоваться, как снаряжать, где какой патрон, почему они разные, и как их различить в патронташе. Оказавшись на плоскогорье, идти к нашему аппарату стало легче и быстрее. Горы вдалеке были, какие-то острые, вершины оголённые неестественные. «У нас большинство гор пологих с поросшими склонами, А в этом времени они какие-то голые, с вытянутыми вверх вершинами», – объяснил я Гору. Он, подумав, ответил: «Наверное, какое-то время прошло, они осыпались и заросли. Всё в этом мире движется: ветер, вода, кора земли, от этого осыпаются горы, растёт зелень, меняются поколения людей. Всё в движении и остановить это пока невозможно». Добравшись до места посадки, я сказал: «Ну, вот мы и пришли, наш корабль здесь». Мужики, нёсшие пакет остановились, аккуратно положив свою поклажу.

Гор недоумевающим взглядом посматривая на меня, спросил: «А где же аппарат?» «Да вот он присмотрись хорошо по сторонам», – заметил я, но он всё равно его не видел. Когда подошли в плотную, начали снимать маскировочную сетку, Гор произнёс: «Я бы сам его точно не нашел, даже если бы вы мне рассказали, где он находится». «Вот на всё это и было рассчитано, когда мы приземлялись и маскировали его от посторонних глаз», – ответил я. Распутав аккуратно сетку сложив, её в подсумок Ксения многозначительно заверила: «Она нам ещё не раз пригодится». Гор, увидев наш аппарат, тут же подтвердил: «Вот таким-то из ваших слов я его и представлял». Он его тщательно начал осматривать, хоть и неудобно было тут в яме это делать, но он упорно и внимательно везде заглядывал. Тем временем я установил лестницу к кабине. Загрузив вместе с Александром в неё все наши вещи, осмотрев визуально аппаратуру, мы спустились вниз, всё было вроде нормально, не прошеных гостей не было. Гор тем временем заканчивая первичный осмотр аппарата, обратился ко мне: «Да потрудились вы на славу, тут нечего сказать, добились своего и нам подарили возможность».

Когда я с ним забрался в кабину, он с восторгом заявил: «Да вот это аппарат, я бы с вами с большим удовольствием, куда-нибудь полетел, я представляю как это интересно, оказаться в будущем. Посмотреть, как живут там люди, поинтересоваться их техникой, которой у нас ещё нет. Но не могу, там у меня целое хозяйство, люди, которых надо подымать в развитии, помогая им. Да и вообще вот сделаем свой аппарат, тогда и полетим». В это время Саша и Ксения готовили, раскладывая пакет с переводчиком к погрузке в кабину аппарата, аккуратно все, укладывая, кабина у нас была небольшая, а разместить надо было много. Я же Гору всё рассказал, как ним управлять, за какие рычаги тянуть и на что делать упреждение, указывая сразу на недостатки. Я подробно ему объяснил всё, что там не успел: «Основные трудности и недостатки – это подача энергии на энергоблоки, на соленоиды, а также подача смеси газов, защита пилотов от электромагнитного потока и защита оборудования от горячей плазмы. И последнее – это слабые аккумуляторы, большая потеря ёмкости в нерабочем состоянии. Вот все эти недостатки по возможности нам необходимо устранить. А также необходимо срочно построить усовершенствованный прибор координации в пространстве времени. Для точного входа и выхода из этого же временного континуума в необходимый год и в нужный для нас час. Не опасаясь временных сдвигов и различных пространственных деформаций».

Все недостатки в управлении по пилотированию аппарата, Гор записывая всё на камеру, громко пояснил: «Ведь со всеми этими недостатками мы столкнёмся, когда будем строить этот аппарат. Так лучше предусмотреть их при построении, чем потом переделывать всё заново». Гор снова обошел наш аппарат, фотографируя все узлы по несколько раз в разных проекциях и всё в целом. Залез, рассматривая, он везде, где только возможно было. Всё его интересовало, видимо, они серьёзно настроились его построить. Заглядывая в очередной узел, Гор сказал: «Пока аппарат здесь, есть куда подсмотреть, потом будет уже поздно. Наглядного образца не будет». Погрузив переводчика и все наши вещи, мы начали готовиться к старту, проверили все папки и чертежи, что нам подарила Исида. Мы всё упаковали. Александр, складывая вещи, произнёс: «Всё необходимо упаковать и закрепить, чтобы не летало по кабине во время перехода, при невесомости». Гор, выходя из кабины, тут же спросил: «А что при полёте есть ещё и невесомость?» Ксения ему ответила: «Это такая прелесть, но пусть она останется для тебя загадкой, так интересней». Гор, захватив свою камеру, спустился из кабины на землю.

Выбравшись из углубления, он с мужиками, которые несли пакет с переводчиком, ожидал нас недалеко от края впадины, в которой был запрятан наш аппарат. Подготавливая всё к взлёту, уложили, подаренный нам переводчик, проверили наличие энергии в аккумуляторах, её было предостаточно, для взлёта и посадки. Израсходовали мы, чтобы добраться в это далёкое время, одну треть ёмкости всех наших аккумуляторов. Спустившись из кабины на землю в этом времени, мы попрощались с Гором и мужиками. «Да, чуть не забыл», – заметил Гор, вручая нам фотографию, где были запечатлены он с Исидой на фоне её базы. «А это на память уже нам», – подтвердил он, фотографируя нас троих на фоне виднеющегося края кабины нашего аппарата. Мы попрощались ещё раз. Ксения напоследок обратилась к Гору: «Ждём вас в гости, и не затягивайте с построением своего аппарата, он в нашей жизни и при наших возможностях действительно необходим». Мы, попросили их отойти чуть дальше на свободное место, поясняя меры безопасности. Возвращаясь в кабину, я подумал: «Наверное, он нас заждался».

Убедившись, что всё с собой взяли, пристегнувшись, оседлали кресла. Ксения громко произнесла: «Ну, мальчики с богом!». Саша включил зажигание, то есть подал напряжение вначале на блоки, открыв при этом форсунки, пустив по специальным каналам в них газовую смесь. После всех этих операций я включил орбиты блоков, быстро разогревая плазму на тороидальному кругу. Не торопясь, подали большие обороты вращения секций вокруг оси. Аппарат, вначале вздрогнул, оповещая нас о своём будущем движении, после чего медленно как бы осторожно полез из ямы. В последний раз мы увидели сопровождающих местных селян, махавших нам руками. Гор тем временем снимал наш взлёт на камеру. Медленно выбравшись из ямы, аппарат с резким ускорением пошел на подъем, мгновенно взмыв на большую высоту. Далеко внизу виднелась сплошная перина кучевых облаков покрывших почти весь материк.

Поднявшись по приборам где-то на двадцать тысяч метров, приподняв две секции, перешли на горизонтальное движение, взяв курс по меридиану на северный полюс. В этом направлении, на расстоянии где-то около двухсот тридцати километров от Чёрного моря на север почти по прямой, располагался наш город. Свой курс мы проложили по направлению знаменитого Судьбоносного меридиана Великой пирамиды, который проходит через грани пирамид. Судьбоносным его назвали в связи с множеством событий происходящих вблизи его места расположения. На близлежащей территории к этому меридиану происходили различные события, жестокие битвы и кровавые противостояния. Поход Александра Македонского на Восток, вторжение Наполеона. Первая и вторая мировая война и многие другие исторические события во времени. Фактически на нём выстроены столицы разных стран двух полушарий. Наш город, в котором мы проживаем и где всё происходит, как раз находится на этом жизненно-важном меридиане. Возможно, все эти события и непосредственно сам меридиан со своими гранями пирамид послужили источником знаний, откуда и черпалась, передаваясь каким-то образом нам, сама идея создания машины времени. Информация построения этого аппарата, как бы сама настойчиво навязываясь, будоражила моё воображение с самого начала, всячески настраивая мои мысли и разум на его создание. Осуществляя эту идею, мы втроём целеустремлённо и упрямо шли к своей заветной цели. Отбрасывая все невзгоды и неудачи, всё-таки разработали и построили, эту машину не смотря на преграды и противоречье.

Набрав нужную температуру плазмы и поступательную скорость движения, доведя её до определённой нормы, мы приподняли последнюю третью секцию. Сбалансировав их вращение, при этом подали большие обороты секций вокруг оси всего аппарата, увеличивая скорость вращения. Розовое свечение постепенно перешло в голубое облако с огненным ореолом, затем резко меняясь, превратилось в яркий огненный шар. Наша автоматика включилась вместе с большими оборотами секций вокруг оси всего аппарата. Электроника начала высвечивать обратный отсчёт цифр нашего первого перелёта во времени. Которое она автоматически зафиксировала от включения до выключения больших оборотов секций.

Наш переход в пространстве времени, когда летели сюда, составлял ровно три минуты. То есть автоматика должна выключить большие обороты ровно через три минуты и аппарат должен успешно выйти из временного перехода. Дальше совсем просто, постепенный спуск аппарата и полёт на свою территорию. Затем поиск города с выходом на свою базу, но уже в своём обычном времени. Ксения опять задёрнула шторки иллюминаторов от яркого света. Прошло ровно три минуты, автоматика выключила большие обороты, свечение быстро начало спадать. Мы увидели Средиземное море. Саша, уменьшил обороты секций вокруг своей оси и обороты орбит блоков, мы начали потихоньку снижаться до пяти тысяч метров. При этом постепенно упала и скорость горизонтального полёта почти до скорости реактивного самолёта.

Зафиксировав, эти данные мы продолжали движение на север. Эта скорость и высота позволяла нам сверху хорошо ориентироваться на местности, так как у нас опыт полётов отсутствовал. К этому времени мы быстро приближались к прибрежной зоне. Внизу у берега на рейде увидели современные большие корабли, мы с облегчением вздохнули, это была Турция. Быстро летели, пересекая страну рассматривая её в иллюминаторы, города, небольшие селения мелькали, пролетая под нами. Ксения, всматриваясь вперёд, заметила: «Смотрите, вон там вдалеке на горизонте уже «большая» вода. Скорее всего, это наше Чёрное море, По всей видимости, мы скоро будем у себя дома», – добавила она, всматриваясь в иллюминаторы аппарата.

Над морем лететь было скучно, но это длилось недолго. И вот полёт наш перешел в завершающую фазу, мы пересекали береговую полосу. Впереди из облачности прямо перед нами вынырнул большой город, мы начали гадать какой? Вдруг Саша, глядя в иллюминаторы, улыбаясь, громко заявил: «Так это же Одесса, смотрите впереди большой порт и Потёмкинская лестница, мы в Украине!» Ксения добавила: «Значит, мы на правильном курсе». Пролетев степями ещё немного, ориентируясь на местности, я увидел с левой стороны большие блоки

Южно Украинской атомной электростанции, я предложил Александру: «Необходимо взять градусов на семь правее». Снизив высоту и скорость нашего полёта, мы летели, внимательно осматривая окружающую территорию, чтобы не прозевать свой родной город. И вот, наконец, вдалеке, на горизонте, мы увидели большое по размерам знакомое строение. На обширной площади расположилась огромная старинная крепость с острыми углами осевших со временем насыпей в виде шестиконечной звезды. В народе так её и назвали «Волы».

Впереди показались контуры нашей старой крепости, мы сразу узнали свой город. «Да вот же он!», – громко и радостно оповестила Ксения. Саша повернул в сторону расположения военной базы за озером. Приближаясь к озеру, мы увидели как какая-то маленькая, судя по размерам, по всей видимости, ракета. Сильно и неестественно как для ракеты светилась, двигаясь с огромной скоростью, умчалась вверх на очень большую высоту. Мы её там уже не видели, только светился огненный след, который с огромной скоростью уносился в сторону Одессы. Мы подумали, что военные испытывают новое оружие. Саша заверил: «А скорость у ракеты-то приличная, вряд ли её что-то «возьмёт» из средств ПВО». Зависнув над базой, начали по спирали спускаться в низ, людей на базе было много. Наверное, смотрели взлёт ракеты, нас тоже приблизительно столько же работников базы и штаба провожали при старте.

Посматривая, задрав головы, люди уже расходившиеся по базе по окончанию испытаний ракеты остановились, по всей видимости, вновь всматриваясь, но уже в наш появившийся аппарат. Саша, сбавив обороты, мягко посадил наш корабль во времени, на полигоне возле нашего ангара. Амортизаторы, смягчив посадку аппарата, отлично выполнили свою функцию. Хотя мы совершали переход второй раз, преодолевая пространство времени, всё равно немного нервничали, к этому тяжело сразу привыкнуть. Люди сбежались к нам, но близко подойти им не давал жар, исходящий от нашего извозчика. Выждав время, мы открыли люк и опустили лестницу. По очереди начали спускаться, подавая друг другу привезенные вещи, документы и с особой осторожностью сумку с яйцами «птахозавра» так его назвал Александр, после того как забил его дубком. Подполковник, командир военной базы, подошел ближе к лестнице и спросил: «Что случилось, не успев взлететь, вы приземлились, аппарат не в порядке или что?» «Как взлететь? Нас уже почти четыре дня здесь не было, мы три ночи провели в одном из селений за восемь с половиной тысяч лет назад на базе инопланетянки Исиды», – подтвердил я ему. Он, усмехаясь, заявил: «Мы ещё не успели разойтись, да вон смотрите, ещё начальство со штаба не уехало». Мы взглянули по направлению к админзданию, да действительно в нашу сторону шли три офицера. Мы переглянулись в недоумении, спустив все лёгкие вещи вниз, на площадку, мы принялись вытаскивать пакет с переводчиком, хорошо ребята с базы помогли, аккуратно поставив его на плац. Поглядывая то на нас, то на огромный пакет с переводчиком, они в недоумении спросили: «А что это у вас, вы ж только что улетали без него?» «Да так прихватили по случаю, – ответил я, закрывая на замок, люк кабины, добавил: – после расскажу». К нам подошли военнослужащие со штаба. «Что случилось, вы, что-то забыли или обломались?» «Да ничего не случилось, всё в порядке, мы только прибыли. Были мы почти четыре дня в очень древнем Египте и вот мы здесь», – ответил Саша. Они удивленно спросили: «Как это возможно, ведь вы только что взлетели». Ксения помолчав, пристально глядя на подполковника, при этом, часто моргая, сказала: «Я наверно догадываюсь», – тут же задавая вопрос, спросила: «А что это за ракета только что взлетела? Мы её видели из-за озера». «Ну, бросьте шутить со мной, я же не мальчик. Вы же и взлетели», – подтвердил подполковник.

Мы с Сашей только сейчас догадались, что видели свой же старт. «У вас позднее зажигание, я догадалась раньше», – заявила Ксения. Давай мы им всё объяснять. Достали фотографию Исиды и Гора, Ксения показала, раскрыв сумку два больших яйца. «Так они намного больше, чем у страуса, – подтвердил подошедший заведующий складом, – я видел яйца страуса, даже держал одно в руке, они вообще не такие, а эти ещё и в яркое пятнышко». «Начальник, ты глянь, как у них загорели руки и лица, точно были где-то на юге», – добавил заведующий складом, обращаясь к подполковнику. Саша, помыслив, о причине случившейся ошибки во времени, рассуждая, предположил: «Значит, прошел сбой времени в аппаратуре. Мы вернулись немного раньше, это виновата автоматика, которая выключила обороты секций, раньше расчётного времени». Я, поддерживая его, подтвердил: «Мы прилетели бы сюда ещё раньше, ведь мы туда до перехода во времени летели с огромной скоростью, а обратно медленно, если бы летели над Турцией и Чёрным морем быстрее, то застали бы себя здесь, на базе». «Вот и хорошо было бы, – промолвила быстро Ксения, тут же продолжив: – Подсказали бы себе, взять с собой видеокамеру. Мы же её просто забыли при старте». Когда показали им переводчика, включили его, он начал самостоятельно ездить за нами и постепенно осваиваясь, переводить с украинского на русский язык. Только тогда они полностью нам поверили.

Сопровождая его в движении, внимательно рассматривая со всех сторон кто-то, из военных базы поглядывая на нас, удивлённо заявил: «Мы ещё такого не видели». Саша, размышляя, настойчиво нам предложил: «Надо что-то решать с этой автоматикой, а то она нас точно заведёт куда-то, что дом родной не найдём». «Да будем переделывать, – подтвердил я, – а, то так опасно, останемся, где-то заблудившись во времени». Ксения, непривычно довольно широко улыбаясь, разгоняя наши угрюмые мысли, вдруг заметила: «А кто может похвастаться из космонавтов, что видел свой собственный старт с Земли? Никто, а мы вот видели». Я ей ответил: «Подожди, ещё немного полетаем, не то увидим». Мы подробно рассказали на базе, в актовом зале по их настойчивой просьбе всё, что с нами произошло. Они верили и не верили, но в итоге с нашим рассказом не согласились, только два человека заявив, что это всё выдумки. Папки с чертежами мы им естественно не показывали, решили вначале разобраться сами.

Все с актового зала разошлись довольные, под впечатлением, что-то друг другу усердно поясняя. Попросив нас в следующий раз брать с собой в полёт видеокамеру. У дежурного по базе я спросил: «А где же наши старички? Вы их не видели?» Он мне коротко ответил: «Вы, как только пошли на взлёт, набрав высоту, они сразу уехали, видно куда-то очень торопились. К этому времени наш аппарат полностью остыл, мы его закатили в ангар, зачехлив его там. Переодевшись, договорились, завтра встретится, я сказал, что перезвоню старикам, у меня их номер телефона дома. Скажу, что мы прибыли и что завтра с утра мы их ждём. Ещё завтра нам нужно обследовать и проверить наш аппарат. Закрыв все чертежи и описания к ним в сейфе, а переводчика с живой водой в колбах там же в комнате базы, мы отправились по домам. Подходя к своей улице, я вспомнил про своего кобеля, интересно как он там поживает, как меня встретит. Находясь уже дома, я позвонил Петровичу, рассказал ему, что всё есть, что они заказывали, чтобы они завтра со своим другом, вдвоём, обязательно подъехали на полигон. Предупреждая при этом, что я по телефону не буду ничего рассказывать. Петрович согласился, подтверждая, что я правильно делаю, и что они обязательно будут с утра. После чего я занялся домашними делами, пошел в магазин, на обратном пути забрал свою собаку. Кобель, признав меня, громко «скавчал» и лаял, бегая вокруг виляя хвостом, так он проявлял свою радость. Накормив нашего первого астронавта во времени, я вывел его перед сном на прогулку в тот же парк, нате же аллеи, где мы с ним раньше бродили. Воспоминания как-то быстро нахлынули, меняя друг друга, я о многом задумывался, быстро перебирая всё в своей памяти.

Утром я поехал на базу, как и договаривались на девять часов. С Ксенией мы встретились в транспорте, а Саша недалеко от базы догнал нас сам. Так что на базу мы явились все сразу. Старики вдвоём сидели на лавочке возле ангара, дожидаясь нас. Дежурный отметил, что ждут вас уже полчаса. Когда мы появились, они быстро встали, сделав несколько шагов нам навстречу, с настороженными и вопросительными лицами всматриваясь в нас. Мы подошли, поприветствовав, позвали их в нашу комнату. Рассказывали мы им долго и подробно обо всём, вручив им по колбе с лекарством, объяснив как им пользоваться, что этого на восемнадцать или двадцать лет хватит, каждому. Они нас слушали с большим интересом. И в итоге они остались, очень довольны, ведь начала сбываться их мечта. Петрович волнуясь, радостно воскликнул: «Нам всё-таки вас сам бог послал». Когда мы начали говорить, что нам надо скоро улетать, а с чертежами медблока и их доработкой к нашему человеческому виду некому заняться. Они, одобрительно посматривая на нас, на всё соглашались. Показали им чертежи, описание и инструкции настройки на ДНК человека. Рассказали, что мы там прошли курс восстановления и лечения, но если его хорошо настроить, то он сможет продлевать и жизнь. Я им рассказывал дальше: «Вот смотрите, Ксения у нас курила и довольно часто, после лечение в медблоке, она забыла об этой вредной привычке и вот уже сутки ни одной сигареты. А главное ей совсем не хочется курить, значит, она избавилась от этой ужасной и вредной привычки. Ну конечно можно и силой воли побороть эту привычку, ну это надо захотеть и перетерпеть». Показали старичкам нашего автоматического переводчика со встроенным интеллектом, они с ним долго общались, играясь как маленькие дети, этот механизм у них вызывал особый интерес и восторг.

Рассмотрев переводчика, выслушав меня, они со всем согласились. После этих слов старики сами, проявляя тут же инициативу, подтвердили: «Мы этим медблоком обязательно займёмся, да и вообще говорите, что вам ещё надо для вашего путешествия, не стесняйтесь, мы всё приобретём. Вы нам привезли чересчур хорошие подарки». Я им ответил: «Насчёт покупок потом решим. А вот насчёт медблока, чтобы вы никому не разглашали, что вы делаете и для чего это нужно». Они ответили: «Вы нас уже проверяли, мы вас не подвели, так и дальше будет, можете не переживая дальше странствовать во времени». Сняв копии со всех чертежей и описаний медблока, оставив копии себе, а оригиналы отдали старичкам, для производства. Перед тем как уехать, провожая, их я договорился с Петровичем, что мы посмотрим, проверим наш аппарат, всё посчитаем, во сколько обойдётся этот ремонт и какая конкретно сумма нужна для подготовки следующего путешествия. Петрович, не задумываясь, конкретно нас убедил: «Не переживайте мы всё вам субсидируем». Он со своим другом, весело и целеустремлённо оседлав свой Мерседес, уехал. Переодевшись, мы пошли к аппарату, остаток дня мы его внимательно осматривали, проверяли сопротивление соленоидов, прочистили все жиклёры газовых установок, отрегулировали лазерные пушки. В общем, провели полную ревизию аппарата, записав всё необходимое. На завтра оставили автоматику выхода из пространства времени. После этой ревизии пошли по домам. Ещё один день возились с непослушной автоматикой, с её регулировкой и настройкой. Через день, в десять утра подъехал Петрович. Отдавая нам накопительную банковскую карточку, нас заверил: «Здесь вам хватит с головой, вдруг потребуется больше затрат, обязательно перезвоните мы всё решим. На счёт медблока мы разобрались, и кое-какие узлы уже заказали в разных фирмах, чтобы они ни о чём не догадались, так постепенно по частям будем его собирать. Конечно там работы много, но не так всё это сложно, просто необходима трудоёмкая работа нужных в этой сфере специалистов».

На следующий день мы занимались автоматом переводчиком, разобрались, какие ему нужны аккумуляторы, какие в нём заложены функции и что он может вообще. Чтобы он нас не подвёл, когда нам нужно будет с кем-то общаться. Закупив заказанные детали, заправив в ёмкости все «расходники», мы приступили к ремонту нашего извозчика. Работа шла довольно быстро. Заменили все детали, пришедшие в негодность, обновили пускатели. Переделали автоматику, проверив её на холостых оборотах. Только после этого немного успокоились, занявшись покупками всего необходимого. Приобрели камеру и хороший фотоаппарат. На складе нашей базы в виде исключения получили хорошее новое боевое оружие, даже Ксении дали на всякий случай, Бельгийский полуавтоматический пистолет, нового образца «Файв Севен» с усиленными бронебойными патронами. Как строго объяснил ей подполковник: «Во-первых, оружие это облегченное, во-вторых, дают, значит так положено, ты не должна бояться, ты должна стойко защищать честь представителя нашего времени, а может быть и всей нашей Земли. А вообще-то оружие, это для самоуверенности и самозащиты». Нам же с Сашей выдали современное оружие, оно используется как в армии, так в полиции, это девятимиллиметровые винтовка «Винторез» и автомат «Вал» с патронами одинакового образца. Патроны к ним идут как обычные, так и бронебойные. Оба вида оружия имеют оптические прицелы и ещё нам выдали один прицел для ночной стрельбы. А также ко всему этому, два цинка патронов, две гранаты, два патрона стреляющие сеткой, не забыли и про дымовую шашку.

В общем, вооружили нас до зубов. Настойчиво попросили, чтобы мы прошли подготовку в их тире и обязательно в полевых условиях. Как выразился настойчиво подполковник: «Это всё необходимо для приобретения навыков стрельбы и безопасного обращения с этим новым незнакомым для вас оружием, это вам в первую очередь необходимо знать». Мы согласились и на следующий день с утра отправились прямо на полигон в их оборудованный тир. Инструктор обучал нас всем навыкам в обращении с оружием, сборки, разборки оружия и в последнюю

очередь стрельбе. Стрельбам он уделил особое внимание. Это разные положения при ведении огня, стрельба одиночными на время и очередями на совершенно разные расстояния и по разным мишеням. А на следующий день, в полевых условиях он нас буквально загонял, Полоса препятствий с ведением огня, стрельба с окопа, стрельба с разворота, стрельба после бега. В общем, издевался по полной программе. Хорошо, что мы прошли, сеанс лечения в медблоке иначе не выдержали бы без привычки этой бешеной нагрузки короткого курса подготовки.

В течение нескольких дней мы привели все домашние дела в порядок и не торопясь, начали собираться в следующий поход во времени. Ранее у нас был договор, когда мы только взлетали первый раз, что следующий перелёт будет обязательно вперёд во времени, обгоняя все грядущие события, всё-таки там намного интересней, да и научиться можно чему-то. Утром следующего дня, на полигоне, к нам подошел подполковник с представителем штаба. Вначале они повели свою речь как бы со стороны, издалека. Начали спрашивать, как мы переносим переход во времени, как мы адаптируемся в новых условиях, и в другом времени? Потом в итоге предложили нам сотрудничать, то есть работать фактически на армию. Я спросил: «А в чём непосредственно эта работа будет заключаться?» Они ответили, что армия будет вам всячески помогать во всех вопросах, а вы будете делиться с нами по возможности вашими, знаниями, привезенными с другого времени. Нас интересуют те, которые укрепят оборону нашей страны, те которые сделают нашу армию неуязвимой и намного сильнее остальных. Зато у вас будет постоянное место базирования, естественно без аренды и под хорошей охраной. Да ещё и постоянное техническое обслуживание вашего аппарата времени хорошими знающими специалистами. Мы согласились. И в счёт первого аванса наперёд передали им копии чертежей и описаний автомата переводчика, показывая им его работу ещё раз. Представитель штаба нам тут же сообщил: «В министерстве уже решен положительно вопрос о присвоения вам званий офицерского состава, если вы согласитесь поступить на армейскую службу. Я думаю, что наш министр не будет скупиться на звания, во имя редчайше важного события на благо отечества присвоит вам звание каждому, как минимум старшего офицера. Я в этом не сомневаюсь. Да ещё ваш подарок, этот переводчик, ему явно понравится, тем более я вчера вечером об этом переводчике ему рассказывал. Так, что с нетерпением ждём вашего остаточного решения».

Мы переглянулись, Саша, мельком взглянув на подполковника, спокойно ему ответил: «Спасибо за хорошее предложение, оно действительно заманчивое, мы обязательно подумаем и в течение двух или трёх дней вам всё сообщим». Вот на этом мы, заканчивая нашу беседу, и разошлись. Собравшись через время в комнате нашего ангара, взвешивая слова подполковника, обсуждая варианты, обо всём переговорили, обстоятельно обдумывая заманчивое предложение, но в итоге беседы никакого решения мы пока не приняли, оставив это всё на будущее.