Читать книгу: «Современные Золушки»

Рин Фольк
Выжить. Выстоять. Влюбиться?

1

Девяностые…

– Туман, чтоб его… А лак для волос, зараза, в дефиците! – проворчала Варвара, осторожно выбираясь из окна. Благо, квартира располагалась на первом этаже. Бабуля все еще подрабатывала дворником. Двушка в «хрущевке» – ее единственное достижение в жизни. Ах, да! Еще – Варина мать. Но та – неизвестно где уже много лет. И не нужна она тут. Лишний рот. Да и не помнит она мамашу свою совсем. Значит, и горевать не за кем.

Узкие джинсы, приобретенные на барахолке, жали неимоверно, мешая необходимым в сложившейся ситуации акробатическим трюкам, но девушка не торопилась хвататься за старые рамы – еще упадут в самый ответственный момент. А ей это – ни к чему. Важное дело ждет.

Соскочив с подоконника на мостовую, Варвара прикрыла окно и надела красные туфли на каблуках. Они тоже слегка жали, но других на «блошином» рынке не нашлось. Уж лучше так, чем спадали бы.

Топ задрался, и девушка потянула его вниз. Бюстгальтер не надевала. Ни к чему он ей сегодня. Поежившись от сырого ночного воздуха, застегнула потертую куртку из кожзама. Проверила, не растрепались ли волосы, стянутые на макушке резинкой, и зашагала по улице.

На углу улицы уже топталась Зойка.

– Сколько можно ждать?

Они двинулись вниз – к гостинице.

– Бабуля проводила воспитательную работу. Ее подружка нашла для меня место продавщицы в каком-то ларьке за городом.

– Ой, не могу! Все копейки на дорогу уйдут.

– Я тоже так сказала, но бабуля настаивает. Пришлось сказать, что подумаю.

– Верно. Меньше знает – крепче спит.

– Кстати, я когда вернусь? Мне нужно до пяти успеть. Бабуле в шесть – на работу.

– Ну, в этом деле не угадаешь. У меня дольше всего до четырех было. Едва на выпускной экзамен успела, так спать хотелось. Но у тебя – первый раз…

– Не знала, что есть такие странные, что хотят возиться с девственницами.

Зоя хихикнула.

– Ты представить себе не можешь, какие у мужиков встречаются замахоны. А ты точно не передумаешь? Я Лярику-бармену пообещала.

– Не передумаю.

Они остановились перед ночным клубом возле гостиницы. Варю начало трясти от волнения, но она приказала себе не дрейфить. Ей нужны деньги, и она их заработает. Хватит ходить в обносках. Бабулиной пенсии и зарплаты хватает только на еду. Школу Варя закончила без троек. Могла и медаль потянуть, но тут бабулиного влияния мало. В любом случае, надежды поступить в какой-нибудь приличный ВУЗ нет. А сдавать экзамены на специальность, по которой потом работу днем с огнем не найдешь – глупо. Да и кто их обеспечивать будет, пока Варвара станет грызть гранит науки?

Трудоустроиться оказалось очень сложно. Девушка пробовала. Но даже на должность секретаря претендовали дамочки с дипломами и едва ли не научной степенью. Для «челночного» бизнеса нужен хоть какой-то капитал. А продавщицей или дворником – только время тратить. Ни заработка, ни удовольствия.

Вот тогда бывшая одноклассница Зойка Лепкина и шепнула ей на ухо про клуб. Там за индивидуальные интимные услуги платили неплохие бабки. Но бизнесмены хотели только «чистых» девочек. Пришлось соврать в поликлинике, что ей нужна справка для института. Что касается девственности, то рано или поздно с ней все равно придется расстаться. Для кого беречь такую драгоценность? Жених на ее горизонте появится еще не скоро. Если вообще появится.

Варе не хотелось думать, кем она станет после первого раза. Особенно, если захочет повторить. А это, скорее всего, случится.

«Ну и пусть! И пусть!»

Зоя оглядела ее при свете от неоновой вывески. Достала из сумочки карандаш и гуще подвела глаза. Затем накрасила Варины губы толстым слоем красной помады.

– Резинки взяла?

Варвара охнула.

– Забыла! И как же теперь?

– Что бы ты без меня делала? – Лепкина сунула ей в карман джинсов несколько золотистых квадратиков. – Без них не давайся. Кликуху себе придумала?

– Нет еще.

– В общем, будешь «Кисточкой», – Зоя тронула ее длинные блестящие белокурые волосы. – Мне бы такие! Ну, ладно. Готова?

Разве к такому можно быть готовой? Но Варвара решительно кивнула:

– Идем.

2

Духота и приторный, удушающий запах смеси духов, одеколона, сигарет и пота разил наповал. В первый момент Варваре показалось, что она теряет сознание, но Зоя, она же «Розита», подтолкнула девушку, и та автоматически зашагала в заданном направлении – к бару.

У стойки копошился крепко сбитый парень с приторной улыбочкой, словно приклеенной к лицу. Юрким взглядом он обозревал территорию и сразу заметил приближающуюся парочку. Несмотря на волнение, Варя отметила этот момент, но прямо бармен воззрился на них только тогда, когда девушки очутились перед ним на стульях. Обращаясь к Зое, небрежно кивнул в сторону новенькой.

– Она?

– Ага. Ну, как?

– Сойдет. Сама знаешь, тут обертка – бонус. С «конфеткой» – как договаривались?

Мандраж не давал усидеть на месте, но Варя сразу просекла, о чем речь. Невинность, в ней все дело.

– Обижаешь, – протянула Зоя и достала из крошечной сумочки у пояса сигарету.

Бармен щелкнул зажигалкой.

– Как звать?

– «Кисточкой».

– А чего молчит? Немая или высокомерная?

Собеседница затянулась. Пожала плечами, выпуская колечко дыма.

– Боится.

– Не удерет?

– Спроси сам. Я референтом не нанималась.

– Так как?

Мужчина уперся в Варю немигающим взглядом.

– Не убегу. Деньги нужны.

Бармен хмыкнул, поставил перед ней стакан и плеснул на дно прозрачную жидкость.

– Всем нужны. Пей.

Варвара подозрительно смотрела на предложенное, не решаясь взять.

– Там что?

– Водка. Пей, не бойся. Сразу легче станет.

– Он прав, – Зоя пихнула подругу в бок. – Процедура – так себе.

Варвара потянулась за стаканом, понюхала. Пахло спиртом. Выпила залпом и поперхнулась. Лепкина постучала ее по спине, а бармен ухмыльнулся.

– Детский сад. Но это к лучшему. Клиенту понравится.

Клиент.

От этого слова в желудке заныло. Или это всего лишь водка? Вдруг захотелось домой – в свою кровать. Какого лешего она сюда притащилась?

– Для меня что-то есть? – деловито поинтересовалась Зоя, стряхивая пепел в стеклянную пепельницу.

– Появится с минуты на минуту. Постоянный клиент.

Постоянный? Это ж сколько раз Зоя здесь ошивалась?

– Тогда и мне налей. Только немного. Он пьяных не любит. Чего ей делать? – подруга кивнула в ее сторону.

– Что прикажут. Пойдем.

Бармен направился к двери, а Зоя ткнула Варю в бок.

– Чего сидишь? Иди. Лярик ждать не любит. – Заметив, что подруга дрожит, миролюбиво заметила: – Не думай ни о чем. Просто дай сделать то, чего хотят. Пять минут позора, и тысяча в кармане.

– Тысяча чего?

– Зеленых, естественно. Шагай. Все будет хорошо.

Заставив себя думать о том, сколько всего она сможет накупить на такие деньги, Варвара отправилась за барменом. Попетляв узкими, темными коридорами, они остановились перед дверью, обитой металлом.

Бронированная?

Лярик постучал в замысловатом ритме и прислушался. Оглядевшись по сторонам, впихнул внутрь Варвару. Окончательно потерявшая ориентацию и присутствие духа, девушка краем уха услышала, как за спиной щелкнул замок.

В комнате царил полумрак. За столом сидело четверо мужчин. Перед ними лежали карты, бутылка со спиртным, стаканы и пепельница. Все, как один, уставились на Варвару, оценивая ее. Убегать и звать на помощь было поздно. Девушка сцепила за спиной пальцы, пытаясь унять дрожь.

– Зовут тебя как? – обратился к ней седеющий мужчина около сорока в белой рубашке и кожаной жилетке. Его можно было бы назвать красивым, если бы не неприятный, пробирающий до костей, взгляд и искривленные в циничной улыбке тонкие губы.

– Ва… «Кисточка», – пробормотала девушка и опустила глаза на носки собственных туфель. Видеть незнакомые рожи оказалось выше ее сил. А ведь еще ничего не произошло.

– Понятно, – мужчина в жилетке затушил сигарету и скомандовал: – Ступай за ширму и раздевайся.

Только теперь Варя заметила в углу обитую серым шелком штуковину. Что ее ждет на отгороженной территории – за своеобразной чертой?

3

Варвара проковыляла за ширму и села на небольшой диван, обитый красным кожзаменителем.

«Символичный цвет. Сказал раздеться. Что снимать? Неужели, все?»

Напуганная девушка бросила куртку на спинку дивана и уселась на краешек сидения. Из-за ширмы доносился тихий разговор, стук стекла о стол, шарканье ножек стульев по деревянному полу. Неожиданный гогот заставил девушку вздрогнуть, а через мгновение рядом появился мужчина в жилете.

– Я не люблю повторять дважды. Почему до сих пор одета?

От почти безразличного голоса зазнобило, но Варя попыталась успокоиться. В конце концов, она сама сюда пришла.

– Все снимать?

– Значит, таки девственница?

– Да, – прокаркала Варя.

– Восемнадцать есть?

– На прошлой неделе исполнилось.

Мужчина поднял ее с дивана за руку, задрал указательным пальцем топ. Девушка приказала себе не вырываться и стойко выдержала изучающий взгляд.

– Можешь говорить мне «Крот». А лучше – вообще молчи.

Варя кивнула. Мужчина повернул ее к себе спиной и принялся грубо тискать грудь. Девушка смотрела на манипуляции с омерзением, но терпела. Казалось, что все это происходит не с ней. И постепенно краснеющая грудь с алыми от беспрерывного дерганья сосками – не ее.

В какой-то момент Крот расстегнул Варины джинсы, царапнув кожу перстнем с красным камнем, и рывком стянул их вместе с трусиками. Толкнул девушку на диван и быстренько избавил от всего, даже от туфель. Повернуться не дал, прижав за шею к дивану. Медленно провел ладонью по спине, ягодицам, сделал несколько шлепков, не столько болезненных, сколько неожиданных, заставивших вздрагивать, широко развел ноги. Уткнувшись лицом в обивку, Варя не дышала, пока он мучительно долго, садняще и распирая, ворочал пальцами у нее между ног, и при этом глухо пыхтел. Затем Крот перевернул ее на спину и принялся расстегивать брюки.

Лежать было неудобно. Диван оказался слишком маленьким для такого рода дел. В скрюченной позе Варя со страхом и беспокойством наблюдала за тем, как наружу вываливается налитая плоть. Хотелось зажмуриться, но тут девушка кое-что вспомнила.

– У меня в джинсах презерватив. Сейчас достану.

– Лежать, – приказал Крот. – В первый раз ничего не случится. Ноги раздвинь.

Выполняя приказ, Варя залепетала:

– Лучше с презервативом. Спокойнее.

– Будет так, как я сказал. Это я должен беспокоиться. У меня – семья.

«Женатый? Как он может?!»

– Но…

Он сложил ее вдвое, забросив Варины ноги себе на плечи. А потом ее пронзила адская боль. Ошеломленная стремительностью независящих от нее действий, девушка задергалась, но Крот удержал ее на месте, снова сдавив ладонями грудь. Даже если бы захотела, Варя не могла закричать. Перехватило горло.

Крот не церемонился, доставляя себе удовольствие, и все сильнее вжимая девушку в диван. Затем неожиданно вышел из нее, но опомниться Варя не успела. Оказалась на четвереньках – коленями на диване и спиной к мужчине – так быстро, что даже голова закружилась. Мужчина снова ворвался в нее, вызвав очередной приступ нестерпимой боли. Долбил, не щадя, а когда обмяк, навалившись на девушку всей массой тела, она все еще не верила в завершение и ждала новых поползновений. Подниматься Крот не торопился, тяжело сопя Варе на ухо. Она едва не задохнулась под ним. В голове билась единственная мысль: «Думай о деньгах».

Спустя какое-то время мужчина оставил ее – ушел за перегородку, не произнеся ни слова.

«Неужели, все? А заработок?»

Варвара села на диван. Ноги тряслись. В промежности ныло. Девушка оглядела себя и заметила кровь, смешанную с белесой жидкостью. Сняв топ, принялась вытирать бедра, и вдруг услышала щелчок. Подняла голову в тот момент, когда из странной штуковины в руках Крота выползла карточка.

– Поляроид, – объяснил мужчина. – Фото для коллекции.

– Вы меня сфотографировали?!

Когда она в таком виде и в такой позе?! Извращенец.

– Деньги нужны?

– Так я потому и…

Крот бросил на диван пачку купюр. Затем сверху еще одну.

– За фотку. Свободна, «Кисточка».

Варя никогда не одевалась с такой скоростью. Испорченный топ засунула в карман куртки, которую застегнула под шею. Схватив деньги, опрометью бросилась к двери.

Мужчины за столом даже не посмотрели ей вслед, когда девушка закрывала за собой дверь.

Как ни странно, дорогу назад Варя нашла достаточно быстро. Лярик заметил ее и поманил за стойку.

– Дело сделано?

– Да, – даже это короткое слово далось с трудом. Зубы стучали.

– Где «бабки»? – Варвара показала бармену пачку. Он выхватил деньги и, не считая, забрал приблизительно половину и положил в свой карман. На возмущенное восклицание девушки ответил: – Моя доля. С тебя и этого хватит. Захочешь заработать, приходи. А теперь вали отсюда. Или желаешь продолжить? – Варя покачала головой. – Тогда, удачи. У меня работы по горло.

Девушка поняла, что пора убираться, иначе лишится и того, что имеет. Или пристанет кто-то еще.

4

Проснулась Варвара в десять утра. Вспомнила ужасные, гадкие, угнетающие подробности ночи и поплелась в ванную.

Явилась она домой перед рассветом. Поставила в нужное место урну для мусора, выбросила туда измазанный топ и, едва забравшись в окно, услышала пиликанье будильника. Опрометью бросилась к кровати, быстренько переоделась в старенькую ночнушку, улеглась в расстеленную постель и укрылась с головой.

Девушка еще услышала, как скрипнула дверь – бабушка по старой привычке проверяла, укрыта ли внучка, и провалилась в сон: тяжелый, длинный, с погоней, красным диваном и жутким преследователем в жилете.

А теперь стояла и смотрела, как в ванную медленно льется вода. Потеряв терпение, Варя подкрутила кран с горячей. Хотелось поскорее отмыться от той грязи, в которую вчера добровольно вляпалась. Жаль, что с души ее не смоешь.

Выдраив себя губкой едва ли не до дыр, Варя завернулась в дежурный вылинявший махровый халат и отправилась в кухню. Поставила чайник, сделал бутерброд с вареной колбасой и уселась за крохотный стол, чудом поместившийся на четырех квадратных метрах. Поморщилась. Между ног все еще саднило. Впервые в жизни девушка пожалела о том, что не вела календарь месячных, хотя бабушка ей напоминала.

«Какой же гад – этот Крот. Взял без презерватива, и даже спасибо не сказал. Наверное, считает, что облагодетельствовал. Только бы не забеременеть. Еще не хватало тратить деньги на аборт».

Пока кипятилась вода, Варвара прокручивала в голове все, что с ней приключилось. Не хотела, но помнила все – до мельчайших подробностей. Забудет ли когда-нибудь?

Одно девушка поняла точно – не по ней такая жизнь. Даже невиданная для Вари сумма, полученная подобным образом, не в радость. Да еще этот гад Лярик отобрал половину. Неужели, всех девчонок грабит? Наверное. Дополнительный доход за сводничество. Чтоб его!

Варвара представила себе, как каждый раз новый мужик делает то, что вчера вытворял с ее телом Крот, и передернулась от омерзения. Боль, противное чувство присутствия инородного тела внутри, жесткое обращение… Если Зое нравится – пусть себе. После вчерашнего не ей, Варваре, осуждать подругу. Но сама она туда больше не пойдет. Решено.

Как же тогда на жизнь заработать? Деньги рано или поздно закончатся.

Бабушка все чаще болеет. Ей давно пора бросить дворничать, но тогда совсем туго станет. А мать…

Варя редко вспоминала родительницу. В один яркий день позднего лета Анжела Журавкина бросила дочь, укатив прочь с очередным ухажером. С тех пор не появлялась.

Говорили, что Варя внешне очень на нее похожа. Возможно, что так – если судить по фотографии, хранящейся в бабушкиной комнате. Главное, чтобы не характером. Девушке не хотелось всю жизнь зависеть от чьей-то милости. Кто ее отец, бабушка не говорила, лишь иногда, очень редко, сокрушалась, что дочь отказала какому-то хорошему парню. Так ему Анжела нравилась, что он наперекор семье сделал той предложение. А ведь к тому времени легкомысленная девица давно обзавелась дочерью. Как же его звали?

Варвара выключила газ под засвистевшим чайником и бросилась в бабушкину комнату. Девушка не сомневалась, что у той припасены координаты давнего поклонника. Галина Остаповна бережно хранила все, что касалось ее непутевой дочери.

В ящике древнего комода стояли многочисленные шкатулки. Варя принялась заглядывать в каждую. А вдруг?

Старые поздравительные открытки, табели об успеваемости, вырезки из газет с рецептами – кулинарными и знахарскими… Все не то! Фотографии – нет времени их разглядывать. Письма!

Варя вытащила пачку, перевязанную ленточкой от конфетной коробки, распустила узел и принялась перебирать конверты и просто тетрадные листки. На одном из конвертов бабушкиной рукой значилось: «Важно».

Девушка вытащила из конверта карточку с коротким текстом: «Если Анжела передумает, найдите меня. Кир». Ниже значился адрес.

Еще точно не определив, как поступит, Варя схватила ручку, оторвала край от первой попавшейся газеты и записала данные. Аккуратно сложила найденное, перевязала лентой и положила на место, задвинула ящик и поправила кружевную салфетку.

Вернувшись в кухню, приготовила чай и начала думать, как лучше использовать полученную информацию.

5

Стоя перед особняком, недалеко от центра города, Варя взглядом искала табличку с номером. Видимо, «буржуй», обосновавшийся здесь, не потрудился нацепить ее на красный кирпич. Однако на соседних домах номера висели, поэтому девушка, чтобы не передумать, решительно нажала на кнопку звонка прямо на столбике калитки.

Вначале Варвара планировала дождаться бабушку и расспросить более подробно о загадочном Кире, но потом раздумала. Зачем волновать старушку? Пусть той всего лишь пятьдесят пять, выглядит бабушка гораздо старше. Ветер, дождь, снег и метла оставили на прежде хорошенькой женщине заметные следы. Да и здоровье хромало. Ничего, Варвара и сама управится.

На ней красовались все те же джинсы, куртка и туфли. Лишь топ надела другой, красный, да волосы распустила. Они спадали по плечам белым, гладким золотом. В таком виде Варя очень походила на мать – такую, какой та запомнилась десятилетней девочке.

По мощеной дорожке к калитке бежала женщина в униформе. Варвара присвистнула и языком приклеила мятную жевательную резинку к небу. Поправила сломанную и собственноручно склеенную дужку темных очков. Домработницу не каждый может себе позволить.

– Вы к кому? – вежливо поинтересовалась немолодая женщина.

– К Киру… Господину Таранову, – поправила себя Варя, стараясь говорить с достоинством.

Оглядев ее и слегка нахмурившись, женщина все таким же ровным тоном попросила:

– Обождите здесь. Я доложу. Кто его спрашивает?

Стоять на виду у всех этих богачей, смотревших на мир из окон джипов и почти замков? А что ей, собственно, остается?

– Докладывайте, если нужно. Скажите: пришла Журавкина.

Варя оперлась плечом о кованую ограду и рассматривала свеженакрашенные красным лаком ногти. Пешеходов не наблюдалось. Мимо проезжали только дорогие автомобили. Один из них притормозил совсем рядом. Тонированное стекло со стороны пассажира опустилось, и бритоголовый мужчина спокойно поинтересовался:

– Просто так стоишь или по делу?

«И этот туда же!»

– А тебе какое дело?

– Заплачу, сколько захочешь.

Неужели она так сильно похожа на путану?

– У тебя столько нет. Проваливай.

Мужчина гнусаво захихикал.

– Я ему почти завидую.

– Кому? – не удержалась от вопроса Варвара.

– Таранову, естественно. Или ты не к нему?

Все эти богачи, оказывается, друг друга знают. Никакой личной жизни.

– Не твое дело.

– Клевая ты. Если с ним не получится, постучись через три дома. Не обижу.

Варе надоел словоохотливый приставала. Она повернулась к нему спиной. Именно в этот момент калитка перед ней распахнулась. Уже знакомая женщина указала в сторону входной двери.

– Он вас ждет. Идемте, я провожу.

Огромная прихожая с хрустальными бра на стенах и ковром с длинным ворсом впечатляла с первого мгновения. Варя даже притормозила, чтобы рассмотреть обстановку внимательнее. Неизвестно, когда попадет сюда в следующий раз.

Но домработница уже открыла перед ней резную дверь. Девушка вошла внутрь и поняла, что очутилась в кабинете. Просторный, с рядами книг до потолка и огромным письменным столом, он внушал благоговение.

Варвара не сразу заметила мужчину, расположившегося у окна и наблюдавшего за ней. Девушка могла видеть лишь очертания мощной фигуры, тогда как хозяин всей этой роскоши получил возможность рассмотреть ее подробно – лицо, фигуру, каждую деталь одежды.

– Сними очки. Пожалуйста.

Именно последнее слово заставило Варвару поступить так, как он просил.

– Вы – Кир?

– А ты… Варя.

Мужчина не спрашивал. Он знал, кто перед ним. Неужели ее догадки верны? Что же, она получила прекрасную возможность их проверить.

– Так вот ты какой, папуля.

Кир не отреагировал. Во всяком случае, словесно. Вместо этого направился к ней. Подошел совсем близко и уперся взглядом в лицо. Взял в руку прядь ее волос, погладил большим пальцем и отпустил.

Он оказался на голову выше Варвары и гораздо моложе, чем она предполагала. Светлые волосы стриг очень коротко, почти ежиком. Лицо со шрамом над левой бровью и с кривоватым носом нельзя было назвать классически красивым, скорее – мужественным. Широкие плечи, большие руки – ничего из этого не выглядело интеллигентным или утонченным, но именно такие мужчины нравились ее матери. Почему же она ему отказала?

6

Завороженная взглядом, Варя не сразу заметила, как Таранов, едва касаясь пальцами, приподнял ее подбородок, погладил его.

В какой-то миг пришла пугающая мысль, что если бы вчера, в клубе, на месте Крота оказался этот мужчина, ее собственные ощущения и воспоминания могли стать совсем другими. Но еще сильнее девушку ужаснуло само предположение, что Кир мог в перерыве между картами и водкой овладеть невинной девицей. Варвара отказывалась верить в такое.

О чем она только думает? Если они близкие родственники… Но как же он на нее влияет!

– Я не отец тебе, – тихо заметил Таранов. – Но мог бы им стать.

Варя не могла понять, что испытала в этот момент – разочарование или облегчение. А Кир уже направился к столу, уселся в кресло и взмахом руки предложил ей сесть напротив. Девушка не стала отказываться. Вот только, если он – не ее папочка, что ей теперь говорить, какие аргументы приводить, чтобы выторговать для себя и бабушки хоть что-то?

Чтобы потянуть время, спросила:

– Могли? Почему не стали?

– Ты уже появилась к тому времени, как мы стали общаться с твоей матерью. Мой старший брат учился с Анжелой в одной школе. Ты похожа на нее. Как я понимаю, она не вернулась?

– Нет.

– Живешь с бабушкой?

– Да. – Что же делать? Сейчас Таранову надоест слушать односложные ответы, и он предложит ей уйти. В неясном порыве, ни на что особо не надеясь, она поинтересовалась: – Мама встречалась с вашим братом?

Что-то промелькнуло в карих глазах, но голос прозвучал спокойно:

– Значит, бабушка не проговорилась?

– О чем?

– Что же, – Кир откинулся на спинку кресла. – Ты можешь узнать это у нее.

– Значит, и вы без зазрения совести можете меня просветить. Не хочу волновать бабушку. Она болеет.

«Не помешает слегка надавить на жалость. Тем более, что это – правда».

– Нужна помощь?

– Нужна, но сначала расскажите о маме и вашем брате. Он – мой отец?

– Не могу утверждать. Да и не стал бы, особенно теперь, когда у него жена и дети. Анжела же никогда не предъявляла претензий к… нашей семье.

– Я хочу встретиться с ним.

– Нет. Да и сложно это. Он давно живет за границей.

Варя поднялась и нависла над столом, придвинувшись к Таранову.

– Вам легко говорить. Живете – не бедствуете в своем особняке. Носите дорогие шмотки и объедаетесь икрой и фуа-грой. А нам с бабушкой прикажете побираться? – Девушка обошла вокруг стола и уперлась ладонями о подлокотники кресла, посмотрела Киру в глаза, оскалилась и опустилась на колени: – Вас приласкать? – Варя положила ладонь на застежку мужских штанов и удивилась собственной смелости. Такого она никогда не вытворяла, только по видео смотрела вместе с Зоей. – Заодно потренируюсь. На панель гоните, господин Таранов.

Все это время Кир не двигался, и казался почти расслабленным. Мужчину выдавал растущий холм под ее ладонью. Варя заставила себя не убирать руку. Ей вдруг стало безразлично, что он подумает о ней, лишь бы обнадежил. Да, сегодня она пообещала себе больше не делать этого. Но если не останется другого выхода, готова стать любовницей этого человека. Даже если он – ее дядя. Ведь это не доказано. Скорее всего, она сошла с ума, но и в ночной клуб больше не пойдет. А с одним, постоянным, может попробовать, перетерпеть чертову боль.

– Чего ты хочешь?

От спокойного голоса Таранова хотелось орать и ругаться. Варя ответила честно:

– Денег. Могу стать вашей содержанкой.

Вот она и сказала. Теперь он ее презирает.

– Через две недели я женюсь.

Девушка горько усмехнулась и вспомнила Крота. Тот тоже сознался, что женат.

– С каких пор это стало препятствием?

– Ты – циничная.

– Жизнь такая. Так что?

– Давай так. Хочешь учиться за границей? Любой колледж на твой выбор.

Варя не верила собственным ушам. Что она может знать о заграничных колледжах?

– На ваш выбор. И содержание.

– Согласен. А теперь убери руку. Это небезопасно – хватать мужчину за уязвимые части тела.

Варя поднялась, засунула руки в карманы и приняла самый беспечный вид, на который оказалась способной.

– Мне нужны гарантии.

– Лучшая гарантия – мое слово. Я не случайно написал письмо, которое ты, как я понял, нашла. Или тебя прислала Галина Остаповна?

Таранов помнит, как зовут ее бабушку? Неужели до сих пор небезразличен к маме?

Варя почему-то разозлилась.

– Она здесь не при чем. Так как мы все это провернем?

Кир неожиданно улыбнулся, и Варя опешила. Едва заметное движение губ превратило строгого мужчину в обаятельного юношу.

– До моей свадьбы успеем.

7

Бабушка встретила Варвару едва ли не с ремнем.

– Где тебя носило? Еще немного, и я бы по больницам принялась звонить.

Как же ей сказать, объяснить? Поверит ли бабушка, что, ни с того ни с сего, толстосум решил заплатить за учебу ее внучки за границей? Варя бы не поверила.

Да, она его шантажировала, но другой на его месте мог выбросить наглую пройдоху за дверь, как приблудного щенка, и даже не оглянуться, чтобы проверить, удачно ли приземлилась. Но Кир, он оказался не из таких. Порядочный. Во всяком случае, на первый взгляд.

Возможно, все еще грезит ее матерью – поэтому и помогает?

Девушка приказала себе не расстраиваться по мелочам, думать о выгодах, а еще раньше времени не беспокоить бабушку. Придет время уезжать, тогда и сообщит все, что посчитает нужным.

– Работу искала.

– Где?

– Мне пару адресов дали агентств всяких.

– И что?

Варвара покачала головой.

– Только ноги разболелись.

– Еще бы, на таких-то каблучищах. А еще джинсы эти да майка… Ведь никакого воображения не нужно, чтобы представить, что под ними. Кто тебя в таком виде возьмет?

– Ничего ты не понимаешь, ба. Сейчас именно такие девушки и пользуются спросом. Каждый начальник мечтает обзавестись длинноногой секретаршей.

– Это что ты говоришь? Я такому не учила. Срам.

«Если бы ты только знала!»

– Жизнь.

– Много ты понимаешь. Значит так, пойдешь в ларек работать. За городом – воздух чище.

«И алкаши на обочинах, как галки на проводах, кучкуются».

Как бы плохо ей вчера ни было, это – лучше, чем стать женщиной забесплатно на конечной автобусной остановке поздним вечером. И это – в лучшем случае.

Варю затошнило – то ли от голода, то ли от воспоминаний о Кроте, то ли от того, что представила себе минуту назад.

– Не пойду. Мне тут пообещали похлопотать. Нужно две недели подождать.

– Кто?

– Хороший человек.

– Секреты у нее. А должность хоть нормальная?

– Угу. А еда у нас есть?

Варвара решила сменить тему. Да и бабушка, кажется, слегка успокоилась.

– Руки мой, непоседа.

Она еще что-то бормотала, пока шла в кухню, но внучка ее не слушала. Варя зашла в ванную и включила воду. Вымыла руки, умылась и посмотрела в тусклое зеркало над умывальником.

Что же в ее матери есть такое, от чего мужчины ее не только забыть не могут, но и дочери ее помогают? Где только носит такую красавицу?

* * *

Два дня спустя, выходя из очередного магазина, где искала одежду, подходящую для учебы в приличном заведении, Варвара встретила Зою. Столкнулась с ней лицом к лицу, поэтому избежать разговора не смогла. Да и Лепкина ни в чем перед ней не провинилась. Можно сказать, даже помогла в трудную минуту.

Подруга тотчас ухватила ее за руку:

– Ты куда пропала? Звоню тебе, звоню, а трубку никто не поднимает. Ой, нет! Бабуля твоя пару раз взяла, но я даже не признавалась, кто беспокоит. Она меня не переваривает. Так что?

– Работу ищу.

– Здесь? – Зоя скептически оглядела галерею дорогих бутиков. – И как успехи?

– Пока никак.

Лепкина огляделась и за рукав оттащила ее в сторону. Тихо спросила:

– Не понравилось?

– Что?

– Ну, тогда, в клубе?

– Нет.

Варя не хотела вдаваться в подробности. С этим покончено.

– Я чего тебя искала: Лярик меня попросил.

– А этому я зачем?

– Крот тобой сильно заинтересовался. Учинил Лярику допрос. Спрашивал, были ли у тебя после него клиенты?

Неожиданно! И что ей теперь делать? Уж кого, а Крота она не только обслуживать – видеть не хотела.

– Допрос? С какого перепугу? Этот Крот – большая шишка?

Зоя посмотрела по сторонам и заговорила еще тише:

– Ты что?! Он же – владелец клуба. Только это – секрет. Крот предпочитает такое не афишировать. Лярик проговорился, что у хозяина есть серьезный и приличный бизнес. А клуб – так, мелочь. Жаль, что я не знала, к кому тебя поведут. Подготовила бы. Хотя, если он тебя ищет, ты и сама неплохо справилась.

Бежать! Но куда? Еще бы недельку-другую продержаться, пока паспорт и визу сделают. В любом случае, с Кротом она видеться не собирается.

– Этот твой Крот – настоящий извращенец.

– Тише!

– Он даже презерватив не захотел надевать, когда…

– Ох! – Зоя прикрыла рот рукой. – Так что же ты не сказала?

– Кому?

– Мне. Я бы тебе специальную таблетку дала. Теперь поздно. Больше суток прошло.

Стало страшно, но Варя приказала себе думать о поездке.

– Он уверял, что первый раз…

– Никогда не слушай мужчин. Будем надеяться, что обойдется. Но что мне Лярику сказать?

– В клуб я не собираюсь. Придумай что-нибудь. Скажи, что я нашла себе покровителя и уехала в другой город.

– А если он тебя увидит?

– Значит, придется маскироваться. Только не признавайся, где я живу. В общем, ври. Не мне тебя учить. Не думаю, что он станет меня искать. Я – не какая-то важная персона. Найдет себе другую.

– Попробую. Но если что – не обижайся на меня. Ладно? Мне там работать.

8

Варя ни на миг не забывала о Кроте, и на самом деле старалась маскироваться, облачаясь в бесформенные платья или длинные юбки. А еще носила широкополую шляпу или кепку, пряча под ними волосы. Ей нравился их цвет, поэтому Варвара не перекрасилась. Была для этого еще одна причина: расчесывая их, девушка каждый раз вспоминала, с каким удовольствием Кир касался светлых прядей.

К счастью, девушку никто не побеспокоил. Хотя нервов на подготовку ушло немало. Ведь все тайком. Варя даже есть перестала. Ее начали раздражать ранее любимые запахи. Возможно, именно от недоедания девушка постоянно чувствовала себя усталой.

За два дня до отъезда, когда Варя перебирала всевозможные варианты объяснений с бабушкой, у нее заныл низ живота. А потом между ног стало мокро.

«Месячные!»

От радости девушка принялась пританцовывать и кружиться по комнате, и неожиданно потеряла сознание. Пришла в себя в больнице. Как она там оказалась – не помнила. И что самое странное, рядом с койкой она обнаружила не бабушку, а Таранова. Он читал газету, но стоило Варе пошевелиться, Кир тотчас сложил ее и бросил на тумбочку.

– Ты как?

Девушка прислушалась к себе. Ничего не болело. Что она здесь делает?

– Кажется, неплохо. А вы почему здесь? Завтра свадьба.

– Так и есть. Галина Остаповна вышла на минутку. Сейчас вернется.

Как спокойно он об этом говорит, словно и не рад. Привык держать себя в руках, или женится по расчету? Хотя, что она знает о женихах? Может, они все так себя ведут. Интересно, как выглядит его невеста? Наверное, красавица, и с образованием, в отличие от нее, Вари. Так ей же послезавтра в дорогу!

– Мне домой нужно. Я еще не все собрала.

Какая бы причина ни привела ее в больницу, Варвара не намеревалась обсуждать ее с Киром. Вот придет бабушка…

– Поездка откладывается на две недели. Я уже обо всем позаботился.

Как он суров! Кажется, она ничем его не обидела.

– Спасибо. А как вы узнали, что я… здесь?

– Галина Остаповна позвонила. Вызвала неотложку, а потом набрала мой номер. А ведь ты не рассказала ей про Шотландию.

Неужели из-за этого он злится?

– Не хотела, чтобы она волновалась.

– А когда ты путаешься, с кем попало, она не волнуется? – «Он узнал про Крота? Откуда?». Язык не поворачивался спросить. Страшно представить, что теперь о ней думает Таранов. – Кто отец твоего ребенка?

– Что?!

Пораженная, Варя привстала на постели. Кир тотчас уложил ее обратно.

– Ты беременная была. Не знала?

Была? Неужели забеременела от Крота? Никто не должен об этом узнать. Иначе он ее из-под земли достанет.

– Нет.

– А кто его тебе сделал, знаешь?

Вот, что он о ней думает – неразборчивая и глупая. Что же, пусть.

Варя отвернулась к окну, чтобы не видеть осуждающий взгляд.

– Нет.

– В восемнадцать пора иметь представление о презервативах.

Ее добивал этот спокойный, почти равнодушный голос. Лучше б уж Кир кричал.

И тут разозлилась Варвара.

– А кто мог мне рассказать? Бабушка, которая, кроме мужа, умершего после рождения дочери, других мужчин не знала? Или мать, которую я не видела с десяти лет?

Таранов поднялся.

– Пожалуй, я пойду. Глупо раздражать своим присутствием.

Зачем она обидела этого человека? Он пришел, хотя мог проигнорировать. Поездку перенес.

– Я…

Пока Варя собиралась с духом, чтобы извиниться, Кир открыл дверь, чтобы уйти. Возможно, она долго его не увидит – свадебное путешествие, и все такое. Но Таранов вдруг обернулся и улыбнулся. У Вари, как и в первый раз, перехватило дыхание от чуда, которое происходило с его лицом в такой момент.

– Приятной поездки, Варвара Журавкина. Учись хорошо, но и путешествовать не забывай.

Кир ушел, и унес с собой ее сердце. Варя поняла это, когда за мужчиной захлопнулась дверь.

Но это – к лучшему. Она не планирует выходить замуж, во всяком случае, по любви. Да и Кир теперь занят.

9

Семь лет спустя…

Варя вышла из аэропорта в родном городе. Зажмурилась. Надела дорогие очки с темными линзами, корректирующими зрение. Вспомнила, как выбросила когда-то в урну для мусора совсем рядом с тем местом, где стоит сейчас, другие – пластиковые, со сломанной дужкой.

В тот день Варвара покидала дом и бабушку, и точно не знала, когда вернется назад, если вообще вернется. А еще Кира, но он – не в счет. Почти. Даже попрощаться не пришел. Передал документы и билет через доверенное лицо.

Все верно. Кто она для него? Одной проблемой меньше.

К тому времени состоялась пышная свадьба в одном из лучших ресторанов города. Бабушка принесла газету, где опубликовали фотографию улыбавшихся молодоженов. Варя отказалась на них смотреть, но спустя два дня таки отыскала листок с нечетким снимком. Долго смотрела на брюнетку маленького роста в белоснежном платье. Отыскала в тексте ее имя: Алана Ветрова, двадцати двух лет, любимая дочь известного бизнесмена.

Богатые женятся на богатых. Но как Варя завидовала тогда этой Алане!

А сейчас…

Теперь она повзрослела, и больше не страдала по недоступному. Да и скучать Варе не пришлось. Учеба отнимала почти все ее время. В Эдинбурге девушке сначала пришлось пройти базовый курс: подтянуть английский язык и еще ряд предметов, чтобы получить возможность обучаться профессии, которую для нее выбрал Таранов – шитье, текстиль и моделирование одежды.

Варя настолько увлеклась этим делом, что одна из преподавательниц, видя ее старания и успехи, предложила девушке подработку в официальном представительстве известного в стране бренда нижнего белья, начавшего историю своего успеха всего несколько лет назад. Именно здесь Варя поняла, как должно выглядеть по-настоящему изысканное и сексуальное женское белье.

И вот, спустя семь лет, она приехала работать в офис компании в родном городе. Здесь все только начинается, и Варю ожидает много работы. Что, конечно же, к лучшему. Она планировала загрузить себя по самую маковку, чтобы окончательно похоронить прошлое.

Конечно, Варвара могла получить назначение в другое место, но ее тянуло сюда. Да и бабушка нуждалась в заботе и внимании. Когда девушка начала неплохо зарабатывать, старалась пересылать той деньги, но сама не приезжала, ни разу. Дорого, да и времени на личную жизнь почти не оставалось. К тому же работодатели не отличаются лояльностью к служащим, которые просятся в отпуск, не заработав авторитет.

За границей Варя почти не вспоминала эпизод с Кротовым и выкидыш, но теперь, стоя перед рядом автомобилей с «шашечками», вдруг подумала, не поступила ли опрометчиво, вернувшись? А потом сама же над собой посмеялась. Мысленно, конечно. Важные «шишки», вроде Крота, не помнят о белобрысых девчонках, с которыми имели одноразовый секс. Варя не сомневалась, что любитель девственниц поимел не один десяток таких, как она. Девушка навсегда запомнила его прощальные слова: «Для коллекции».

Дьявол с ним!

Она изменилась – внешне и внутренне. Новый элегантный облик, которому девушка уделила немало внимания, нравился всем знакомым, да и самой Варе – тоже. Только волосы так и не сумела заставить себя остричь. До сих пор помнила, как они нравились Таранову.

Девушка не знала о нем ничего, и бабушку не спросила ни разу. Она хочет для него счастья, поэтому и встреч искать не станет. Кир очень помог ей, но теперь, когда Варя встала на ноги, беспокоить его – нет смысла. Пора начинать новую жизнь на старом месте.

«Не трусь, Варвара!»

Она шагнула к первому попавшемуся такси.

10

Варвара медленно двигалась по салону, стараясь поглядеть на все, словно со стороны. До сих пор не верилось, что они успели к назначенному сроку. Ей лично пришлось подгонять ремонтную бригаду, а затем дизайнеров интерьеров, чтобы открытие состоялось в заранее разрекламированный день. До торжественной церемонии разрезания красной ленточки остался час.

Ровно в десять стеклянная дверь распахнется, и женщины, в окружении репортеров, заполнят зал. А затем представитель из главного офиса в Лондоне вместе с одним из спонсоров торжественно провозгласит салон открытым.

Уснуть этой ночью Варе так и не удалось, поэтому она напилась крепкого кофе и приехала сюда, задолго до начала. Лично заглянула в каждый угол, проверила надежность крепления манекенов на витрине, которая могла считаться отдельным артобъектом, и внутри помещения, осмотрела каждую вешалку с нежнейшим, изысканнейшим кружевом, фантазией дизайнеров и мастерством швей превращенном в чудеснейшие образцы женского белья всевозможных цветов: от черного до белоснежного и провокационного красного. Любой из представленных шедевров тоже можно смело назвать своеобразной провокацией. Варя не сомневалась, что женщина с любой фигурой найдет здесь для себя подходящую и, главное, желанную вещь, и будет выглядеть в ней прекрасной и соблазнительной.

«Кажется, все готово».

Напоследок Варвара еще раз проинструктировала юных, симпатичных продавщиц в красивых, но неброских платьях, а не костюмах, как обычно принято, и поднялась на второй этаж – в небольшой офис. Точнее, маленькую комнату, которую сделала своим кабинетом. Более просторное помещение рядом отвела под студию, где можно было провести небольшую конференцию или совещание.

Даже на нескольких квадратных метрах Варвара умудрилась сделать крохотную зону отдыха с удобным раскладным креслом, торшером и небольшим шкафом-купе, который и отделял «оазис» от официальной части со столом, компьютером и парочкой удобных стульев для посетителей.

Устроившись в кресле, девушка откинула голову и закрыла глаза. Вспомнила все, что произошло за последний месяц: свой приезд, постаревшую бабушку, причитающую: «Как хорошо. Вернулась. А если бы осталась там, то так даже лучше. Но что вернулась, просто замечательно», собственные непонятные чувства. А еще изнуряющий физически, но радующий тем, что получалось, каждодневный труд.

Очень хотелось узнать хоть что-то о Таранове. Однако бабушка обмолвилась о нем лишь однажды. Девушка едва не пропустила информацию, поскольку речь шла о паре молодоженов, снявших соседнюю квартиру. Ее не интересовали соседи и их ссоры, но когда прозвучала знакомая фамилия, Варвара не удержалась, переспросила:

– Что? Прости, не расслышала.

– Говорю, что такой хороший мужчина, как Таранов, и тот женился не слишком удачно.

– А что случилось?

– Рита Карловна как-то проговорилась, что жена его оставила. Но потом вернулась.

– Они… разошлись?

– Говорю же – вернулась его Алана. Жаль, не дал им Господь деток. Те бы их быстрее помирили. Но они еще молодые, успеют. Хотя, Рита Карловна говорит, что ругаются они часто. Точнее, Алана кричит, а Таранов молчит.

– Кто такая – Рита Карловна?

Бабушка всплеснула руками.

– Извини старуху. Забыла совсем, что тебя здесь не было. Рита Карловна мне продукты привозила и лекарства. Домработница она у Таранова. Хорошая женщина. Мы с ней очень сдружились. Она мне и теперь звонит. Привыкла за семь лет.

Вот так Варя и узнала, что в ее отсутствие Кир заботился о матери Анжелы. Именно с его интересом к матери связывала девушка подобную благотворительность. А ее непутевая родительница так и не появилась.

В этом разговоре Варю по-настоящему обеспокоило только одно – собственная реакция на известие о проблемах в семье Таранова. Она никогда о нем не забывала. Да и как можно, если он ее содержал, оплачивал обучение? Вот только деньги с открытого на Варю счета девушка перестала снимать тотчас после того, как начала зарабатывать. Но средства продолжали поступать. В будущем Варвара надеялась использовать их, чтобы начать собственное дело. Но это в далекой перспективе, а сейчас…

Детская влюбленность оказалась совсем не детской, но Варя продолжала ей сопротивляться. Правила хорошего тона требовали поблагодарить Таранова за помощь ей и бабушке, но девушка так и не решилась на этот шаг. Она опасалась этой встречи.

– Варвара Максимовна, приехала Джулия!

Голос менеджера Леночки зазвенел от волнения, когда она сообщила о прибытии представительницы главного офиса компании. Варя, которая была старше всего на три года, но значительно опытнее, успокоила ее улыбкой.

– Иду. Не волнуйся так, и не забывай: у нас – только лучшее. В том числе и служащие. Все пройдет на высшем уровне.

Последнюю фразу Варя повторяла мысленно весь путь до двери салона. Она широко улыбнулась в тот момент, когда замелькали вспышки и раздались щелчки фотоаппаратов.

С каждой минутой удерживать улыбку становилось все труднее, потому что представительницей спонсоров оказалась Алана Ветрова.

11

Красивая миниатюрная брюнетка с короткой стрижкой и в платье из последней коллекции Сальваторе Феррагамо едва пожала холодными пальцами протянутую руку Вари. Грустные зеленые глаза, особенно после бабушкиного рассказа, невольно вызвали жалость, которая быстро сменилась неприязнью, стоило Алане открыть рот.

Ей ничего не нравилось: ни интерьер, ни обслуживающий персонал, ни предложенный ассортимент. Лишь журналистам она подарила скупую улыбку, когда вместе с Джулией разрезала ленточку.

Заметив, что вслед за ней в салон ринулось несколько темпераментных женщин, в честь открытия салона получивших возможность приобрести чудесные вещицы с большой скидкой, Алана подхватила Джулию под руку и, не глядя на Варвару, словно она – посыльный или горничная, поинтересовалась, где они могут обсудить увиденное. Высокомерие женщины казалось безграничным, когда она приказывала первой попавшейся продавщице принести в указанное место самые дорогие модели.

Показывая дорогу в концеренц-зал, Варя пыталась понять, каким образом Алана оказалась в числе главных спонсоров. Ее имя не значилось ни в одном из документов, которые Варя лично изучила. Она не только знала названия всех фирм и их владельцев, но и звонила уполномоченным, подписи которых стояли под документами.

Интересующий ее вопрос девушка задала в лоб. Не хватало еще, чтобы Ветрова чувствовала себя здесь хозяйкой. Салон – не ее собственность.

– Кого вы представляете, госпожа Ветрова?

– Странный вопрос. Вы – не компетентны, если задаете его.

«Вот как?»

С языка просилось что-то резкое, но Варя напомнила себе, что она – профессионал, хоть Алана и считает иначе. Но тут вмешалась Джулия.

– Это я виновата, не предупредила Варвару об изменениях. Но сделка о купле-продаже компании спонсора произошла только вчера. Вы позвонили мне поздно вечером, точнее, ночью. Я не хотела беспокоить персонал.

– Это персонал должен беспокоиться, а не хамить спонсорам.

– Персонал имеет право знать спонсоров в лицо, чтобы не задавать им некомпетентных вопросов.

Джулия бросила на Варю умоляющий взгляд, но та и сама поняла, что доказывать что-либо такой особе – безнадежное дело. Или это в ней клокочет ревность?

Варя заставила себя мыслить здраво. Но Алана уже закусила удила:

– Джулия, я могу как-то поспособствовать увольнению нахалки?

– Нет, – быстро ответила Джулия и добавила, чтобы сгладить обстановку: – К сожалению. Варвара сделает выводы. Верно?

Да, она уже их сделала, и не собирается терять любимую работу из-за разбалованной богачки. Кстати, какую из фирм она купила, и зачем? Да еще перед открытием магазина. Неужели Таранов решил задобрить жену? Или родители постарались? Кстати, кто они?

Как бы там ни было, Варя сделал над собой усилие и выговорила:

– Приношу свои извинения.

В этот момент явилась Леночка с ворохом самых лучших моделей. Алана проигнорировала заявление Вари и с брезгливым выражением потянулась за красным бюстгальтером.

– Я готова забыть о происшествии, если из каждой новой коллекции смогу получить все, что мне подойдет. В противном случае, негативная реакция прессы вашему салону гарантирована.

– Но это – известный за границей бренд! – воскликнула расстроенная Джулия.

– Здесь вам не заграница. У нас – свои правила. Так как?

– Конечно. У нас есть договоры с рекламными компаниями. Можем оформить что-то похожее для вас.

– Никаких официальных бумаг. Не хочу расплачиваться за подарки своими деньгами в налоговой. Только устные договоренности.

– Мне необходимо посоветоваться…

– Джулия, я устала. Упакуйте мне все клочки кружева, на которых есть бирка с моим размером.

И Алана сообщила его. Для такой хрупкой на вид женщины, у нее оказалась большая грудь. Как только перед Ветровой поставили фирменную коробку, она скомандовала, чтобы ту отнесли в ее автомобиль. Проходя мимо Вари, Алана тихо вымолвила: «Я тебя запомнила», и от ее предупреждения по телу девушки словно прокатилась волна арктического холода.

Неужели, именно такая женщина нравится Таранову? Или он предпочитает тех, кто бросает ему вызов? Ведь ее мать тоже сбежала с другим.

Вернувшаяся Джулия упала в кресло и попросила мятного чаю. Варя подождала, пока коллега успокоится, и лишь тогда поинтересовалась Аланой. Больше расспросить было некого.

– Впервые встречаю такую наглую особу, – возмутилась Джулия. – Мне известно мало. Дама возжелала косметическую фирму, специализирующуюся на омолаживающих средствах и парфюмах, узнала, что та спонсирует ремонт нашего салона и уговорила отца ускорить оформление документов. Теперь может встречать мужа в шикарном белье, благоухающая и омоложенная практически даром.

– А отец у нее кто?

– Говорят, какой-то известный в вашем городе бизнесмен – Георгий Ветров. Я его не знаю, а после общения с его дочерью желанием познакомиться не горю.

«У кого же спросить?»

12

Вечером, совершенно измученная физически и морально, Варвара попрощалась с продавщицами и охранником, и вышла из салона. Глубоко вдохнула вечерний августовский воздух и медленным шагом направилась вдоль улицы – решила прогуляться. Впервые за месяц не было нужды торопиться. Вместе с Джулией, которая уехала час назад, они решили подвести первые итоги завтра утром.

Мимо пробегали дети, которые спустя несколько дней сядут за парты. Неторопливо шли юноши и девушки студенческого возраста – парочками и группами. Ковыляли старики, выбравшиеся на вечерний променад. Из ресторана по соседству с салоном доносились разговоры посетителей, привыкших ужинать вне дома или явившихся на свидание. Сам город заметно изменился к лучшему.

Варя остановилась у небольшого кафе. За последние сутки она съела лишь парочку галет, но и сейчас не испытывала голода. Адреналин еще бушевал в крови, заставляя вновь и вновь возвращаться к событиям насыщенного дня.

Девушка продолжила путь, и едва не налетела на дверцу припаркованного к обочине автомобиля. Из глубины салона донеслось глухое:

– Прокатиться не желаешь?

Даже не взглянув на водителя, Варя отмахнулась:

– Нет.

Она спокойно обошла дверцу и двинулась дальше, привычно обозревая витрины, оценивая их достоинства и недостатки. Спустя несколько минут, когда она собиралась перейти узкую улочку, ответвлявшуюся от главной, серый «Вольво» снова преградил ей путь. Дверца распахнулась, а Варя замерла с приоткрытым ртом. За рулем восседал Таранов.

– Заскакивай. Здесь нельзя останавливаться.

Пораженная встречей, девушка послушно уселась рядом с водителем. Когда они медленно тронулись вдоль переулка, решилась посмотреть на Кира.

Он почти не изменился. Возможно, стал еще шире в плечах. Варя невольно засмотрелась на большие руки, с небрежной уверенностью управлявшие автомобилем.

«Почему он молчит? Пригласил, а сам – ни слова!»

– Если нельзя, зачем остановились?

Таранов взглянул на нее. Легкая улыбка преобразила лицо, как всегда введя в ступор Варю.

– Характер у тебя не изменился.

Счастье, что она все еще могла говорить.

– Это плохо?

– Для тебя – пока не знаю. А мне – нравится. – Пока Варя приходила в себя от такого признания, Кир огорошил ее снова: – Но перемены есть. Симпатичная девочка превратилась в настоящую красавицу.

Таранов, как ни в чем не бывало, нажимал на педали, а Варя пыталась прийти в себя.

Он считает ее красивой?!

Но образ матери снова заслонил собой все. Это придало Варе сил не показать, как важны для нее слова Кира.

– Дежурный комплимент? Не растрачивайте силы попусту, господин Таранов. Дома вас ждет собственная красавица.

– Ты права.

Из голоса Кира исчезла игривость, а Варя уже корила себя, что напомнила ему о жене. Чего она хотела этим добиться? Какого ответа ждала? Сама не знала. Волнение в присутствии этого мужчины лишали ее равновесия.

Но что делать с радостью? Та тоже явилась, и не желала уходить. Ведь Таранов дожидался рядом с салоном именно ее, Варю.

– Я думал, что ты явишься сама. Придешь хотя бы поздороваться. Семь лет – большой срок.

Он прав. Прав во всем, кроме единственного, но самого важного!

– А твоя жена? Как бы она отреагировала? Если бы ко мне в дом явилась девушка, да еще принялась благодарить моего мужа за то, о чем я представления не имею, я бы… за космы ее из дома выволокла!

На последнем слове Варя заметила, что почти кричит, и отвернулась к окну. Ей стало стыдно за импульсивный поступок. Вот тебе и повзрослела!

Но то, что она услышала, заставило ее обернуться.

– Я бы аплодировал стоя. А потом отлюбил бы там, где застал.

– Что?!

– Я к тому, что моя жена не стала бы поднимать шум. Отомстила бы иначе. Чем ты не угодила ей сегодня?

«Алана рассказала ему».

Варя попыталась представить, как Ветрова все преподнесла мужу, но не смогла. Из головы не шли его слова об «отлюбил». Девушка покосилась на мощную фигуру рядом.

«Он пошутил. Не мог говорить на полном серьезе. Варвара, этот мужчина женат».

– Мы не сошлись во мнениях по вопросу женского… нашей продукции.

– Я так и понял. Она перемерила все тряпки до одной. Готов компенсировать убытки.

– Нет. Джулия, шеф из Лондона, разрешила. Так что, все в порядке.

– Если что, не церемонься. Я знаю, на что способна Алана. И еще…

– Да?

– Продолжай обращаться ко мне на «ты». Мне понравилось. Может, поужинаем?

Чтобы весь город увидел ее в компании Таранова? Но как отказать в такой мелочи человеку, которому она стольким обязана? И все же…

– Нет. Это неудобно.

– Кому?

– Мне. Тебе. И…

– Говори.

Она и так сказала лишнее.

– Прости, что не поблагодарила тебя. Планировала, но потом все так завертелось. Ремонт, открытие…

– Не продолжай. Я просто хотел тебя увидеть. Ты – домой?

Варя кивнула, и Кир направил автомобиль по знакомой дороге.

13

Два месяца пролетели незаметно – в сплошных заботах. Так как салон работал и по выходным, дома Варя появлялась лишь ночью. Буквально валилась в кровать и тотчас засыпала. Бабушка хоть и ругала ее за то, что она много работает, но явно гордилась внучкой.

Салон постепенно обзаводился постоянными клиентками и обрастал популярностью. К ним заглядывала вся местная знать, но, как ни странно, и зажиточные люди предпочитали покупать товары со скидками. Чтобы не устраивать привычные распродажи по определенным дням, Варя предложила делать скидки каждый день на некоторые товары. Таким образом, поток покупателей получился более равномерным.

В один из дождливых октябрьских дней в салоне снова появилась Алана. В пальто из бордового бархата и в замшевых сапогах на высоких каблуках она выглядела великолепно и, безусловно, знала это. Бросив перчатки и клатч в белоснежное кожаное кресло у круглого столика, предназначенного для любительниц полистать каталог и выпить чашечку кофе, Ветрова прошлась по салону с видом хозяйки и ревизора одновременно.

Варя была в зале, и не решилась уйти после того, как Алана заметила ее. Нельзя сказать, чтобы девушка так уж боялась Ветрову. Скорее, опасалась неприятностей, которые эта женщина могла принести.

Оглядев новинки, Алана ткнула пальцем в один из самых откровенных и дорогих комплектов и приказала Лене взять его. Затем еще один в подобном стиле, но другого цвета. Потом сказала девушке что-то такое, что заставило менеджера покраснеть и искать глазами Варю. Та тотчас бросилась на помощь.

– Могу ли я чем-то помочь? – спросила как можно вежливее.

– Да. Увольте ее.

Лена едва не плакала. Ее руки заметно подрагивали.

– Будьте так любезны, сообщите причину просьбы.

– Я желаю увидеть это белье на вашей продавщице. Она отказывается.

– Не лучше ли примерить самой? Ведь носить его будете вы, а не менеджер.

– Продолжаете хамить?

– Всего лишь поинтересовалась. Необычная просьба. Лена – не модель.

– Тогда наденьте сами.

Варя опешила от подобной наглости.

– Но я…

– Как вы себя не назовете, для других навсегда останетесь всего лишь лотошницей. Поэтому не ломайтесь и переодевайтесь. А вы, – обратилась Ветрова к Лене, – найдите своей защитнице подходящий размерчик. Думаю, раза в два меньшие чашечки подойдут.

– Вы не смеете…

Варя чувствовала, что начинает терять терпение, и боялась выдать что-то такое, о чем будет сожалеть всю оставшуюся жизнь.

– Смею. Или вы показываете мне это лично, либо я делаю все возможное, чтобы вашу контору в нашем городе прикрыли.

Пока они с Аланой мерялись взглядами, Леночка уже принесла нужное белье.

– Хорошо. Я покажу.

Варя подбодрила напуганную Лену взглядом, взяла вешалки и направилась в примерочную.

Странности на этом не закончились. Переодевшись в ничего не скрывавшее белье, Варя выглянула из примерочной и пригласила туда Алану. Но та лично отодвинула шторку и приказала следовать за ней в конференц-зал. В ответ на удивленный взгляд Варвары ответила:

– Мне там удобнее. – Когда девушка попыталась набросить на себя первый попавшийся атласный халатик, Ветрова запротестовала: – Я и так задержалась. Ведите себя, в конце концов, как взрослая женщина, а не юная кокетка.

Варя подумала, что имеет дело с психопаткой, поежилась и отправилась вслед за Аланой. Продавщицы пытались что-то сказать своей начальнице, но Варя лишь отмахнулась. Она и сама хотела избавиться от такой клиентки как можно быстрее.

Когда Варя вошла вслед за Аланой в конференц-зал, и у нее едва не подогнулись ноги. За столом сидел Таранов. А она – практически голая!

– Как тебе бельишко? Думаешь, мне подойдет?

Кир сидел спиной к окну, и его лицо скрывала тень, но не заметить, как напряглись его скулы, Варя не могла. И улыбаться – тоже. Единственным желанием было – убежать, скрыться. Ее грудь, соски и темный треугольник между ног оказались на виду не просто у мужчины – у человека, мнением которого она дорожила. Стыд заставил алеть ее щеки, но гордость прибавила сил, чтобы поднять подбородок и посмотреть на присутствующих свысока.

– Алана… – начал Кир, но жена его перебила.

– На моей груди бюстгальтер будет смотреться лучше, чем на этой «вешалке».

– Зачем ты ее привела?

– Хотела, чтобы ты лично выбрал для меня то, в чем будешь трахать этой ночью.

Варя едва сдерживала слезы, но стояла прямо. Хотя, слушать подобное оказалось выше ее сил. Еще минута, секунда…

И тут Таранов выскочил из-за стола и увел возмущающуюся Алану прочь. Варя же опрометью бросилась в свой кабинет.

14

Заперев дверь кабинета, Варя сбросила белье, надела мягкий спортивный костюм, хранящийся в шкафу на всякий пожарный, и скрутилась калачиком в кресле. Ее знобило. Впервые в жизни захотелось выпить чего-то покрепче. Девушка не слишком жаловала спиртное, поскольку сразу пьянела.

Вспомнив, что в глубине шкафа стоит кем-то принесенная бутылка виски, Варвара отыскала ее. Глотнула прямо из горла и закашлялась, но заставила себя выпить еще. Поморщилась. Вытерла рукавом губы. Почувствовав, как по телу начало растекаться тепло, снова устроилась в кресле вместе с ногами.

Она слышала, как в дверь постучали, и Лена позвала ее, но Варя не хотела никого видеть. Не могла. Из головы не шла сцена в конференц-зале. Она вызвала в ее памяти другое воспоминание, когда на Варю, почти нагую, смотрел другой мужчина. Тогда было стыдно и противно, а сейчас… Девушка и сама не знала, что чувствует сейчас – кроме ненависти к Алане.

Возможно, где-то в глубине души, Варя и мечтала предстать перед Киром нагой, но лишь по собственной воле. А сегодня, благодаря Ветровой, снова почувствовала себя беззащитной. Ужасное ощущение!

Приходил кто-то еще, но Варя не реагировала. Сейчас она не могла исполнять свои обязанности. К тому же выпила. Если кто-то пожалуется, ее ничто и никто не спасет от увольнения.

Варя оторвала голову от спинки кресла лишь тогда, когда за дверью раздался знакомый голос:

– Варвара, открой.

Он не просил, настаивал. Практически приказывал.

Зачем только вернулся? Извиниться? Ей не нужны его извинения. Да он и не виноват. Даже в стрессовой ситуации Варя поняла, что Таранов не подозревал о готовящемся сюрпризе.

– Уходи, – она не кричала, но Кир услышал.

– Нам лучше поговорить сегодня.

– Лучше не разговаривать вообще. Иначе в следующий раз она пригласит на демонстрацию прессу.

– Прошу тебя.

«Чертов упрямец».

Варя сказал себе, что собирается впустить Таранова лишь для того, чтобы избежать лишнего шума. Внизу могут быть покупательницы. скандальная слава салону ни к чему.

Она повернула ключ в замке и вернулась за шкаф. Ноги ступали неуверенно, и Варя снова плюхнулась в кресло. Таранов остановился перед ней, затем присел у ног.

– Чего ты хочешь? – спросила, лишь бы начать разговор. Кир смотрел на нее так, словно…

– Тебя, – Варя закрыла глаза. Она чувствовала то же самое. Это ее страшило. – Посмотри на меня. Я пришел не для этого.

Варя распахнула глаза и горько усмехнулась.

– Тогда зачем? – Она не хотела, чтобы он извинялся. Не из-за жены. Может, поэтому спросила о том, что ее не касалось: – Почему ты женился на ней?

Серые глаза сверкнули. Уголок рта едва заметно дернулся, словно Таранов собирался что-то сказать, но сдержался. Вместо ответа на последний вопрос заговорил о них:

– Мы могли бы…

– Я – против, – отрезала Варя. – Мы не имеем права, пока ты женат. Ты не сможешь трахать сразу двух женщин. Ты – не такой, Кир.

Таранов поморщился при похабном слове, но не стал делать ей замечание. Понимал, что она – не в себе. Лучше бы не был таким понятливым, великодушным и желанным. Зачем она только нашла его семь лет назад?

Кир поднял ее так неожиданно, что Варя и не подумала сопротивляться. Она вообще не думала. Поцелуй опалил ее губы, заставляя подчиниться – открыть рот, ответить. Варя научилась целоваться в Эдинбурге. Надеялась наладить отношения, избавиться от страха близости с мужчиной, но так и не разрешила ни одному из кавалеров добраться до главного.

Но сейчас страха не было. Она сама потянулась навстречу, обняла за шею, мечтая, чтобы Таранов не останавливался. Увлеченная, не сразу заметила, что большие руки уже пробрались под куртку и нежно ласкали кожу на ее спине. Девушка слегка отстранилась и вопросительно взглянула в подернутые дымкой глаза.

– Не такой. Я не сплю с женой больше года.

– Но Алана…

– Она издевалась не только над тобой.

– Почему?

Таранов забрался под резинку штанов и обхватил ее голые ягодицы. У девушки перехватило дыхание. Варя остановила Кира за локти, но понимала, что он не может не видеть, как она на него реагирует.

Мужской голос звучал спокойно, даже обреченно:

– Не сопротивляйся. Не мучай себя.

– Мне страшно, – прошептала Варя. – Мой первый раз…

– Ты залетела после первого раза?

Нельзя! Даже опьяневшая, она понимала, что о Кроте говорить нельзя.

– Я не хочу об этом.

– Мы и не будем.

Таранов провел рукой между ее ягодиц и медленно проник туда, где побывал лишь один человек. Варя сама поцеловала Кира, лишь бы избавиться от воспоминаний о красном диване. В какой-то момент она поняла, что движется навстречу умелой руке. Кир, видимо, тоже. Поскольку слегка сдвинулся в сторону, чтобы другой ладонью добраться до увиденного сегодня треугольника. Точнее, скрытого под ним. И когда он коснулся этого места, Варю словно пронзило током. Она больше не принадлежала себе, очутившись в кольце сильных рук.

Кир нависал над ней, возбуждая с двух сторон, а девушка всхлипывала, впервые в жизни чувствуя нечто, чему пока не находила определения. А потом ее тело свело сильной, но приятной судорогой – раз, другой…

Сколько это длилось, девушка не помнила. Очнулась она на руках у сидящего в кресле Кира. Мужчина добрался до ее груди и мягко нажимал на торчащие соски. Словно под гипнозом, Варя призналась:

– Мне хорошо.

– Тогда, все в порядке, – удовлетворенно ответил Таранов и добавил: – У тебя очень красивая грудь. Никого не слушай. Только меня.

15

Новый рабочий день оказался более спокойным, чем предыдущий. Во всяком случае, для персонала. Однако Варя чувствовала себя необычно. Какой-то другой.

Кир изменил ее восприятие мира и себя. Вчера в Варе вдруг проснулась чувственность. Даже не так – женщина! И эта женщина мечтала о большем, чем получила накануне от мужчины, но не считала такое возможным.

Кир предложил ей связь. Фактически – вторую семью. Только причину, по которой пока не готов развестись с Аланой, не назвал. И Варя отказалась, хоть и хотела Таранова каждой клеточкой своего тела. Стоило ей представить этого мужчину в объятиях другой, и мозг словно взрывался от ревности, а руки тотчас сжимались в кулаки.

А ведь он, и правда, может найти себе другой объект для удовлетворения мужского желания, если не спит с женой настолько давно. Оснований не верить этому у Вари не было. Кир никогда ее не обманывал. И вчера прямо высказал то, чего хочет. Продемонстрировал это, хоть и не довел дело до логического завершения. Девушка уважала его за это.

Теперь свой первый оргазм она могла рассматривать отдельно от всего, вспоминать каждое мгновение, смаковать его. Ведь ничего более приятного с ней до сих пор не случалось. И, возможно, больше не произойдет – если Варя не передумает. Таранов просил ее об этом, но она ничего не обещала.

И тогда он ушел, хмурый и злой. Девушка подавила желание догнать его.

Так даже лучше, что он удалился из салона в одиночестве. Меньше пересудов. Хотя длительное пребывание наедине не могло остаться незамеченным. Значит, теперь ей придется вести себя осторожнее. Ветрова – слишком заметная фигура в их городе, чтобы у кого-то не возник соблазн поделиться с ней информацией определенного сорта.

Задумавшись, Варя вздрогнула, когда услышала рядом знакомый голос:

– Журавкина, так это действительно ты?!

Варвара тряхнула головой. Лепкина?

– Я, – ответила просто.

– На днях увидела фотографию в газете, и глазам не поверила. Ты неплохо устроилась.

– Мне тоже нравится, – пожала плечами Варя.

Двоякое чувство при встрече со старой подругой выбивало из колеи. Зоя вызывала в памяти слишком много такого, о чем Варя старалась забыть. Но ведь Лепкина в этом не виновата.

Зоя же с азартом рассматривала ассортимент.

– Слушай, может, ты сначала покажешь мне всю эту роскошь, а потом мы поболтаем где-то за пределами, а то я буду отвлекаться? Рядом есть ресторанчик.

Варя не сдержала улыбку. Она и сама не сразу привыкла к такому количеству красоты на один квадратный метр. А причастность к ней приносила настоящее удовольствие, сравнимое лишь с… Нет, о Таранове она думать не станет.

– Конечно. С чего начнем?

Они потратили больше часа на экскурсию, увенчавшуюся внушительной по сумме покупкой. А ведь Зоя приобретала лишь товар со скидкой, с тяжелым вздохом проходя мимо превосходных образцов по полной цене. Лепкина готова была побродить еще, но наступило время обеда.

Утомленная, Варя с удовольствием уселась за столиком в ресторане, позволив Зое сделать заказ за обеих. Энергичная подруга бросила на столик сумку, по расчетам Вари, стоившую немалую сумму, и наклонилась вперед.

– Рассказывай: что ты, где ты? Как умудрилась попасть в «рай»?

Варя не могла рассказать ей о Кире.

– Случайно оказалась в Шотландии. Выучилась. Познакомилась с хорошими людьми. Они направили меня сюда организовать представительство. Вот и все.

– Ничего себе! Мне бы такие хорошие люди попались.

– Ты тоже прекрасно выглядишь.

Варя не покривила душой. Лепкина и в самом деле смотрелась весьма недурно. Одета со вкусом и в дорогие вещи.

– Начнем с того, что я вышла замуж и сменила фамилию. Представляешь? Сама не верю. Ради него ушла на пенсию.

– Пенсию? Ты о чем?

– О Лярике. Пришлось заплатить ему отступные. Много. Но Вадик того стоит. Он меня любит!

– И чем занимается твой Вадик?

– Стоматолог. Очень модный. В частной клинике. Один гад выбил мне зуб, когда… – Зоя огляделась по сторонам и наклонилась ближе. – О таких вещах не упоминают в приличных местах. Я отказалась, и получила по зубам. Знакомая посоветовала мне обратиться к Вадику, и теперь перед тобой Зоя Зотова.

– А он в курсе… твоего прошлого?

– Ты что?! Боюсь представить, что будет, если узнает.

– Зоя…

– Я не хочу об этом думать. Просто наслаждаюсь жизнью. До такой степени, что умудрилась забеременеть. Четыре года ничего не получалось. Думала, издержки профессии. Приходилось пить всякое, сама понимаешь. – Зоя погладила себя по животу и довольно хихикнула: – Еще пять месяцев, и стану мамочкой.

Зоя Лепкина – жена стоматолога и будущая мамочка. Кто бы мог подумать?!

– Сколько же тебе пришлось заплатить бармену?

– Много. Ушли почти все сбережения, да еще у Вадика взяла. Сказала, что на благотворительность. А ты? Замуж не выскочила?

Варя покачала головой. Вспомнила Таранова.

– Не сложилось. Много работы.

– Знаешь, а ведь тебя Крот еще долго искал. Хорошо, что ты уехала. Не видела его?

Настроение испортилось.

– К счастью, нет. Надеюсь, он меня забыл.

– Может и так. Я тоже его давненько не встречала. Знаю только, что он продал клуб Лярику. Тот проговорился, когда мы прощались. В общем, так, подруга: дай-ка мне свой номер телефона, все номера, – Зоя протянула Варе визитку. – Теперь я – твоя постоянная покупательница. Мой Вадик обожает кружева. На мне, естественно.

16

Прошел еще один месяц. Именно столько Варя не видела Кира, и ужасно скучала. А еще чувствовала себя больной, когда представляла его с другой.

Больше года вне супружеской постели… Возможно, у него уже есть любовница. И даже не она. И все же Варя почему-то продолжала верить, что только ей он предложил построить еще одну семью. «Наивная», – говорила она себе, но продолжала ждать, что Таранов появится. Нет, девушка не передумала, но это вовсе не означало, что чувства к Киру прошли.

А еще Варя с возрастающим беспокойством ожидала прибытия новой коллекции. Предугадать поведение Ветровой было невозможно, как и провокаций с ее стороны. Девушка старалась не отлучаться из салона, чтобы, в случае чего, предотвратить или исправить ущерб – материальный или моральный.

Однако в один из дней в салон снова вихрем ворвалась Зоя и едва ли не силой вытянула подругу в галерею с многочисленными бутиками. Лепкиной, теперь Зотовой, потребовалась помощь в выборе подходящего платья для ужина в кругу каких-то высокопоставленных особ. Они пользовались услугами Вадика, и пригласили его на юбилей.

Варвара согласилась составить компанию лишь на время обеденного перерыва. К счастью, в галерее перерывы не предусматривались.

Пока они шли по длинному коридору в поисках нужного магазинчика, Зоя тараторила без умолку:

– Мой вкус, сама понимаешь, не безупречен. А ты все-таки училась этому делу за границей. В салонах, вроде твоего, платья дороговаты. Ужасно хочется, чтобы наряд выглядел так, словно только с подиума. В общем, ты поняла.

Варя понимала. Она сама пока ничего нового не покупала. Носила то, что привезла из Европы. Но рано или поздно ей тоже придется что-то искать, особенно, если появится повод, как сегодня у Зои. Поэтому девушка с любопытством изучала ассортимент, щупала ткани, рассматривала строчки и бирки.

В одном из бутиков им попалась парочка подходящих платьев, и они с Зоей уединились в одной из примерочных. Раздевшись, Зотова ласково, привычным жестом, погладила живот. Она явно радовалась материнству. Варя даже позавидовала ей. Но быстро отмахнулась от расстраивающей мысли, сосредоточилась на синем платье. Покрутила подругу, со всех сторон оглядывая, хорошо ли сидит, оценивая крой. В этом наряде Зоя смотрелась неплохо, но Варвара все же заставила примерить еще одно. Зотова осторожно натянула на себя кремовый шелк. Подруга застегнула на ее спине длинный замок. Посмотрела на Зою в зеркало.

– Думаю, это подойдет.

– Тише! – неожиданно прошипела подруга и повернула голову. А затем и вовсе прижалась ухом к тонкой стенке, разделявшей примерочные.

– Что случилось?

Варя недоуменно наблюдала за поведением Зотовой.

– Иди сюда. Прижмись ухом.

– Зоя…

– Перестань. Нас никто не видит.

Нехотя придвинувшись к перегородке, Варвара прислушалась.

Вначале ей показалось, что рядом кто-то плачет, даже всхлипывает. Но, если судить по озорному виду Зои, она ошиблась. И вдруг до нее дошло: в соседней примерочной кто-то весьма активно занимался сексом. Отчетливо слышались мужское хриплое рычание и женское повизгивание. В перегородку что-то стукнуло – наверное, тела любовников.

Варя почувствовала, что краснеет, и отошла в противоположную сторону. Подруга осталась на месте.

– Зоя, у меня перерыв заканчивается. Отойди уже, наконец, оттуда. Наверное, какие-то женатики во время примерки возбудились не на шутку. Пусть себе.

– Заканчивают уже. Быстро они. Это я тебе как профи говорю.

– Зоя!

– Погоди, я посмотреть на эту парочку хочу. Разве тебе не интересно?

– Нет! – отрезала Варя.

Ей вовсе не хотелось ни подслушивать, ни подглядывать. Но любопытная Зоя уже заглядывала в щель между шторками примерочной.

– Красивая женщина. Такая себе миниатюрная брюнеточка. А мужчина возле нее – настоящий атлет.

Наверное, это случилось под влиянием определенных ассоциаций, но Варя сорвалась с места и тоже выглянула в щель.

К выходу из бутика бодрой походкой вышагивала Ветрова. А мужчина, шедший рядом, был вовсе не Кир, как она ожидала. Шатен в костюме и галстуке чем-то напоминал охранника или водителя.

Зоя что-то говорила, но Варвара начала различать слова не сразу. Оказывается, Алана изменяет мужу. Да еще в таких местах.

– Что же это такое? – прошептала, спрашивая скорее себя.

– Доггинг.

– Как?

– Секс в общественном месте.

– Они спрятались.

– Но знали, что их однозначно слышат хотя бы продавщицы. А еще кто-то может случайно заглянуть. Или не случайно. Нужно будет уболтать Вадика попробовать. Говорят, возбуждает неимоверно.

– Вот и обсуждайте это с Вадиком. Вернемся к нашим баранам.

– К мужчинам?

– К платьям. Мне кажется, кремовое на тебе смотрится лучше.

– Его и возьму. Теперь во время скучного ужина будет, что вспомнить.

Направляясь к кассе, Зоя хихикнула, а перед глазами Вари все еще стояла картинка: Алана и незнакомый мужчина.

Знает ли Таранов, что жена ему неверна?

17

На этой же неделе, в воскресенье, Варю пригласили в ресторан. Нет, не мужчина.

Очаровательная ровесница девушки – Валерия Кирич, частенько заглядывавшая в салон, принесла ей пригласительный на празднование своего двадцатипятилетия. Варвара опешила от неожиданности и уже хотела отказаться, но непосредственная и дружелюбная Лера долго уговаривала ее прийти.

– Когда вы отдыхали в последний раз? – в лоб поинтересовалась она у Вари. – Вы же всегда здесь. Со дня открытия даже похудели.

Верно, она стала похожей на тростинку. Но присоединятся к совсем незнакомой компании…

– Это неудобно. Мы едва знакомы.

– Что с того? Мне нравится ваше общество. Не хотите сама, берите с собой своего парня. Ведь вы не замужем, верно?

– Верно. И парня у меня нет.

– Еще лучше! У меня есть для вас кавалер. Обещаю, Дима – лучший вариант, который будет на вечере.

– Нет, я не хочу стать кому-то обузой, – Варя покачала головой, хотя с каждой минутой хотела пойти все сильнее.

– Признаюсь по секрету, мой брат давно мечтает с вами познакомиться. Он подвозил меня сюда пару раз и наблюдал за нашим общением через витрину. Соглашайтесь, сделайте одолжение. Хочу сделать Димке сюрприз.

Варя не знала, как поступить. Но, возможно, этот чужой праздник – именно то, что ей сейчас нужно?

– Уговорили. Но не могу обещать, что останусь надолго.

Лера так обрадовалась, что Варе стало стыдно, что она так долго отказывалась.

– Сколько захотите. На карточке есть адрес. Покажете на входе. И, пожалуйста, не дарите ничего. В этот день именно вы – подарок. Только не подумайте ничего плохого. Я не сводничаю. Просто хочу, чтобы все были счастливы.

Ее первый выход в свет! Варя очень волновалась. Надела свое лучшее платье – узкое, длиной до колен, серебристо-синее. На ноги – туфли-лодочки с перемычкой, на высоком, но удобном каблуке. Из немногочисленных украшений выбрала серебряную брошь с жемчужиной да серьги жемчужины-гвоздики. Положила в клатч телефон, портмоне и зеркальце. Нанесла неяркий макияж и брусничного цвета блеск для губ. Кажется, все. Готова.

Ресторан оказался дорогим, престижным и уютным. Стоило Лере увидеть Варвару, как она тотчас бросилась к ней с распростертыми объятиями.

– Как хорошо, что вы пришли!

– Поздравляю, – Варя сунула девушке припасенную коробку с логотипом компании и шепнула на ухо: – Откроете дома.

Внутри лежала завернутая в нежнейшую бумагу почти невесомая ночная сорочка. Лера сразу поняла, что такие подарки не демонстрируют при всех.

– Спасибо. Говорила, что ничего не нужно. Но… я прямо измучаюсь до того момента, как увижу это, – именинница повертела коробкой в воздухе. – А теперь… Разрешите представить. Мой брат-близнец Дмитрий.

Мужской вариант Валерии выглядел не менее привлекательно. Он протянул руку, не скрывая восхищения.

– Кирич. Очень приятно познакомиться.

– И мне, – Варя смущенно ответила на рукопожатие. Она не ожидала настолько радушного приема. На торжестве присутствовали в основном молодые, но явно не бедные гости. Обстановка поражала роскошью. Но уже спустя мгновение девушка почти сожалела, что пришла. За одним из столиков сидели Алана и Кир. Оба не спускали с нее глаз.

Варя едва слышала, как Лера инструктировала брата:

– Отвечаешь за нее головой. Чтобы глаз не спускал и развлекал…

– Не спущу, даже не надейся. Но умничать не нужно. Мне лучше знать, как ухаживать за девушкой.

Ухаживать? Во что же она снова вляпалась?

А Дмитрий уже подхватил ее под локоть и повел к столику… на двоих?! Варя боялась смотреть в сторону Таранова, и не только потому, что Ветрова пыталась испепелить ее взглядом.

18

Объективно Варя понимала, что попала на чудесный вечер. Причем, избранных. Она не знала почти никого из присутствующих, лишь несколько женщин замечала в своем салоне, но атмосфера богатства чувствовалась во всем.

Кем были родители близнецов, Варвара так и не поняла, да и спросить было не у кого, но по тому, как присутствующие разговаривали с ними едва ли не с придыханием, сообразила, что отец у Леры – большая «шишка».

Однако Дмитрий вел себя совсем не как «золотая молодежь». Не умничал, предлагал попробовать особо вкусные блюда, веселил историями из студенческой жизни. Благодаря ненавязчивому ухаживанию, Варе удалось немного расслабиться и даже поесть. К вину она едва притронулась, но это не помешало ей посмеяться над особенно удачными шутками.

Когда слово взял старший Кирич, его сын тотчас умолк и положил свою руку поверх Вариной, привлекая внимание. Но сделал это настолько ненавязчиво, что девушка и не подумала вырываться.

Во время трогательной речи неожиданно сообразила, что сегодня праздник не только у Леры.

– Извини, – прошептала доверительно, – ведь ты тоже именинник. Поздравляю. Жаль, подарок не принесла.

– Лучший подарок передо мной, – Дима сказал это так просто, что Варя смутилась и уткнулась в тарелку.

– Ведь тебе тоже двадцать пять?

– Через месяц.

– Представляешь, мы учились в школе в одно время. Ты в какую ходила?

– Четырнадцатую.

– А мы с Лерой в первую.

Спецшкола для избранных. Кто бы сомневался. Но Варя не завидовала. Она добилась большего, чем надеялась.

– Мне нравится твоя сестра.

– А я?

– Впервые вижу, – сказала кокетливо, и сама себе удивилась. Раньше за собой такого не замечала.

– Значит, придется помозолить тебе глаза, – Варя не решилась как-то отреагировать. Если согласится, Дмитрий подумает, что она его поощряет. Если запротестует, может обидеть. А ей совсем этого не хотелось. Юноша, видимо, сообразил, что она не знает, как ответить, и продолжил реплику: – Ты где училась после школы?

– В Эдинбурге, – ответила честно. Поняла, что сейчас последуют расспросы, поэтому разъяснила сама: – Один хороший человек поспособствовал.

Дима кивнул и не стал развивать тему. А Варя невольно покосилась на Таранова. Он не спускал с нее тяжелого взгляда.

Ну и пусть! Она – свободная женщина. А он – женат.

Дима не отходил от нее ни на миг, и даже своим друзьям сказал прямо:

– Ребята, веселитесь без меня. Я сегодня занят.

Они с Киричем не пропустили ни одного танца. Варя даже начала забывать, что не принадлежит этому кругу. Опасения, что Ветрова может устроить какой-то скандал, тоже не подтвердились. Женщина вела себя безупречно.

Все шло прекрасно, но в какой-то миг Варя поняла, что устала, и шепнула своему кавалеру:

– Я отлучусь на пару минут.

– Уже скучаю, – прошептал Дима ей на ухо и неожиданно коснулся легким поцелуем щеки.

В полном смятении Варя отправилась в дамскую комнату. А затем вышла на улицу – вдохнуть свежего воздуха и подумать. Отошла в сторону, где было темно, дабы никто не обращал на нее внимания. Все происходило слишком стремительно, и это пугало.

Варя не успела возмутиться, когда чья-то рука обвила ее вокруг талии и увлекла в подворотню в двух шагах от того места, где она стояла. Большое тело прижало ее к стене, а губы опалило поцелуем. Узнав запах знакомого одеколона, девушка не стала сопротивляться, чтобы не испортить наряд. Но как только появилась возможность, отвернулась.

– Прекрати, Кир. Все заметят, что губы распухли.

– Если мы сейчас уедем, никто ничего не увидит.

– Нет. Меня пригласили, и я не собираюсь…

– Давно встречаешься с сыном мэра?

– Что?

Значит, Кирич… А она еще подумала, что такая знакомая фамилия…

– Вы целовались.

– Он меня целовал, – поправила Варя, но говорить с каждым мгновением становилось все труднее. Киру удалось пробраться под ее юбку и обхватить ладонями ягодицы. Он сильно сжал их, потом еще раз, и низ Вариного живота отозвался спазмом.

– Не имеет значения. Откуда ты его знаешь?

– Нас познакомила Лера. Она… – Таранов пробрался под Варины трусики и принялся скользить вдоль складок, с каждым разом все глубже. «Сопротивляйся же!» – Ты помнешь мне платье.

– Я завернул его аккуратно. – Кир больше не целовал ее, но горячее дыхание согревало шею, что на контрасте с прохладным ветерком, обвивавшим голые ягодицы, неимоверно возбуждало. – К дьяволу все это! Я хочу тебя. Давай поедем, куда скажешь.

Пальцы уже проникли внутрь, достаточно для того, чтобы Варя возбудилась еще сильнее. Ноги стали ватными. Еще немного, и она поддастся на уговоры.

– Нет!

– Тише.

– И все равно – нет. У тебя – жена. И пока…

– Ты ничего не знаешь, а я не могу тебе рассказать. Поверь на слово: как только все получится, я оставлю ее. Делаю все возможное и невозможное.

Таранов нашел какую-то точку глубоко внутри и едва не довел Варю до завершения. Она уже не могла сдерживать стоны.

– Кир, я так не могу!

– А я не могу смотреть, как ты с этим молокососом…

Варя нашла в себе силы и оттолкнула Таранова. Он не стал ее удерживать. Отступил на шаг, дыша тяжело и часто.

– Это – моя жизнь. И только мне решать, с кем я буду танцевать или встречаться.

– Или спать.

Девушка вздернула подбородок.

– И это – тоже.

Она поправила платье и удалилась, старясь двигаться с достоинством. Она должна себя уважать. Только тогда ее начнут уважать другие.

19

Следующие две недели прошли, словно в сказке. К закрытию салона у двери неизменно появлялся Дмитрий с букетом цветов. А затем они отправлялись куда-нибудь. Посещение кинотеатра, кафе, даже обычная прогулка приносили Варе радость. С Димой все казалось простым и понятным. И самым лучшим в их общении было то, что они не говорили о прошлом, лишь о личных планах на будущее.

А еще девушке импонировало то, что юноша не предлагал ей более близкое знакомство. Они целовались, когда прощались у Вариного дома. Еще парочку раз – в кинотеатре. Дима любил брать ее за руку, но не более того. Расстраивало другое: целуясь с Киричем, Варя каждый раз вспоминала Таранова.

Напрягало еще одно наблюдение. Девушка заметила, что у салона, кроме Дмитрия, ее частенько поджидал черный «БМВ». Видимо, Кир не собирался мириться с отказом. Она не могла утверждать, что машина принадлежала Таранову, так как запомнила лишь цвет. Но кому еще придет в голову наблюдать за ней?

Или эта слежка – за Дмитрием? Что вполне возможно при таком родителе. Варя до сих пор не верила, что встречается с сыном мэра. А еще понимала, что это, скорее всего, временное явление, но прогонять парня не торопилась. Да и зачем, пока это радует обоих, и не доставляет никому неудобств?

Однажды Дима позвонил и предупредил, что не сможет прийти. Какая-то важная встреча заставила задержаться на работе. Кирич служил в банке, причем всего лишь клерком, пусть и не младшим. Но он очень хотел изучить всю подноготную, все мелочи профессии, с которой связывал будущее.

Варя сегодня не торопилась, поэтому закончила накопившиеся за две недели дела и последней вышла из салона. Заперла дверь и поставила на сигнализацию. Затянула покрепче поясок плаща – день выдался по-осеннему дождливым, и огляделась по сторонам. Давно стемнело, но девушка заметила знакомый черный автомобиль, повернулась к нему спиной и отправилась домой. Она решила игнорировать Кира, даже если он снова пригласит в свой автомобиль.

Почти у дома путь ей преградил какой-то мужчина в куртке и темных очках. Варя сразу поняла, что перед ней не Таранов. Незнакомец подхватил ее под руку и потянул в сторону – к знакомому автомобилю. Варя принялась вырываться.

– Что вы вытворяете? Кто вы?

– Молчи, и останешься живой.

В спину уперлось что-то, весьма напоминающее ствол. В голове промелькнула глупая мысль, что происходящее напоминает боевик. А потом пришел страх. В такую ситуацию Варвара попала впервые. Даже семь лет назад все происходило иначе.

Девушка очень сильно хотела остаться живой, поэтому позволила усадить себя в автомобиль. Там оказался еще один мужчина. С двумя ей точно не справиться. Варя попыталась открыть дверцу, но скоро поняла, что та заблокирована.

Чертовы современные тачки!

Она не знала, куда ее везут, и боялась спрашивать. А из мыслей не выходил красный диван. Кто эти люди? Точнее, кто их послал? Неужели Крот узнал, что Кисточка в городе?

Начали стучать зубы.

«Сказка закончилась, Варвара».

«Выжить бы».

Когда автомобиль остановился, девушка вжалась в сидение. Выходить оказалось страшнее, чем ехать. Но водитель в темных очках уже тащил ее за руку. Второй помогал ему, подхватив Варю под задницу.

– Где мы? – спросила лишь для того, чтобы не слышать оглушающую тишину вокруг у какой-то развалюхи.

– Тебе не все равно? – рассмеялся водитель. Вслед ему захихикал сообщник. Варе было не до смеха.

– Дальше я не пойду.

– Послушай, маленькая шлюшка, мы слегка развлечемся и поснимаемся на память. А потом отпустим тебя на все четыре стороны. Веди себя примерно, и все сложится ко всеобщему удовольствию.

«Фотографии? Неужели таки Крот?»

Варя взглянула на темные окна.

Сам он точно не явился бы в такое место. Если послал к ней этих двоих… Она сама ему больше не нужна. Только фотки. Чтобы кого-то шантажировать? Кого? Диму?

– Я не пойду.

– Дура-баба.

Мужчины легко подхватили ее на руки и внесли в дом. Поставили на ноги. Яркий свет обычной лампочки под потолком осветил убогую обстановку. Главное место здесь занимал диван. Варя заметила еще парочку стульев, стол, покрытый грязной клеенкой, и новенькую видеокамеру на нем.

– Не дамся.

– Тебя никто не спрашивает. Раздевайся.

– Не буду.

– Лось, помоги дамочке.

Помощник потянулся к Варе, но она принялась вырываться. Лось прижал Варю к стене, сумел одной рукой стащить с нее плащ и бросил его на пол. Коснулся блузки. Варя начала царапаться и пинать. В пах попасть не удалось.

Лось дернул за блузку и разорвал ее.

– Нет! – крикнула Варя и принялась колотить насильника, куда придется.

– Я же говорю, дура. Синяки останутся.

К ним подошел мужчина в очках и принялся помогать Лосю. Откуда-то пришла мысль, что Варя уже встречалась с этим человеком. Но думать было некогда. Вскоре на ней не осталось ничего.

Девушка охрипла, но даже прикрыться не могла. Мужчины держали ее и рассматривали с явным интересом.

– Фильм плохой получится. Я ведь добровольно не соглашусь.

– Такой с руками оторвут, только клиенту вряд ли подойдет. Сейчас ты водочки тяпнешь, и станешь такая, как нам нужна.

От отчаяния Варя взвыла. Она не сможет контролировать себя в пьяном состоянии.

20

Мужчины с азартом принялись трогать ее в разных местах. Варя закрыла глаза. Она даже плакать не могла.

За что ей все это?

– Отойдите от нее. Оба.

Внезапно прозвучавший голос поверг в панику похитителей, а девушка едва не разрыдалась от облегчения.

Кир нашел ее. Наверное, он тоже следил за ней, иначе не оказался бы здесь. Ведь никто не знал, что Варю увезли, и, главное, куда.

Главный похититель выругался, но девушку не отпустил.

– Езжайте своей дорогой, гражданин. Нас тут и без вас достаточно.

– Руки убери, Крохин.

«Они знакомы?»

Мужчина в очках дернулся. Он явно не ожидал, что его узнают. Отпустил Варю и покосился на видеокамеру. Лось тоже немного отодвинулся, а потом что-то вытащил из кармана куртки.

– Кир, берегись! У второго что-то в руках! – крикнула Варя, приседая возле стенки. Проскользнуть мимо мужчин ей вряд ли удалось бы. Она поползла к плащу на четвереньках. Сзади что-то грохнулось, но девушка не оглянулась.

Надев плащ, Варя поднялась в полный рост. У ног Таранова лежал Лось, а Крохин пятился вглубь комнаты. Видимо, он только с женщинами смелый.

– Послушайте, мы бы ничего плохого ей не сделали. Шлюхи для того и шлюхи…

– Жить хочешь? – как-то очень спокойно поинтересовался Кир.

– Кто ж не хочет? Да мы ее даже не тронули. Почти. Что вы, в самом деле? Забирайте, если хотите. Она добровольно в машину села.

Таранов надвинулся так быстро, что Крохин не успел укрыться за столом. Ударил гада в живот, после чего Крохин крякнул и сложился вдвое, а потом схватил за грудки и выпрямил.

– Сейчас сюда приедет наряд, и она, – Кир кивнул в сторону Вари, – напишет заявление. А я пойду свидетелем. Да, еще они найдут ножичек у твоего дружка. Так как?

– Чего вы хотите?

– Кто тебя нанял?

– Не скажу. Я себе не враг. Лучше уж милиция.

– Ты не понимаешь, да? Пойдешь за покушение на жизнь. Ты мне только одно слово скажи – «он» или «она»?

– А потом?

– Потом уберешься из города, и мы про все забудем. Вы точно ей ничего…

– Клянусь!

– Тогда говори.

– «Она».

Таранов отшвырнул Крохина к стене, обнял Варю за плечи и вывел в ночь.

– Кир…

– Сумочка у тебя была?

– Наверное, в машине осталась.

Клатч оказался на заднем сидении. Варя схватила его, проверила. Мобильник и портмоне не тронули.

Потом они сели в автомобиль Таранова и двинулись в путь.

И тут Варю прорвало:

– Где ты был так долго? Почему не пришел раньше? Они собирались меня… мной… А еще снимать на камеру…

Она говорила и плакала, размазывая слезы по щекам. А еще ругала Кира, хотя и понимала, что он не виноват. А он лишь молча крутил «баранку», периодически заглядывая в зеркало заднего вида. Постепенно Варя затихла, плотнее закуталась в плащ. Ее начало знобить.

Остановились они в незнакомом месте. Кир повернулся к ней и хмуро констатировал:

– У нас есть два варианта: либо мы едем к тебе, но я остаюсь ночевать, либо на квартиру, которую я держу для особенных случаев.

Варвара не стала уточнять, что это за случаи.

– Я не хочу, чтобы бабушка подумала, будто мы с тобой…

– Тогда позвони ей и скажи, что заночуешь в офисе. Жить пока будем у меня.

– Кир…

– Утром буду отвозить тебя на работу, вечером забирать. Ждать в переулке.

– Твоя жена…

– Алана ничего не знает о квартире и других автомобилях. И она привыкла, что я часто не ночую дома.

– Мне…

– На сегодня достаточно. Все остальное решим завтра. Тебе пора согреться.

Они быстро приехали на место. Видимо, Таранов заранее решил, что к ней они не поедут.

Варя приняла горячую ванну, а теперь пила чай с галетами, сидя напротив мрачного Кира. Сейчас именно это больше всего беспокоило девушку – Таранов не хотел с ней разговаривать. Он даже не касался ее. Неужели теперь для него она замарана навсегда? А если бы он не успел, и похитители сделали свое дело, он бы просто развернулся и ушел?

Хотя чутье подсказывало девушке, что Кир бы так не поступил, его отстраненность угнетала. Более того – вызывала отчаяние.

– Кир, скажи хоть что-то.

– Ложись спать. Я постелил себе в гостиной. Спокойной ночи.

Он вымыл свою чашку и ушел.

21

Вечерние события ожили в Варином сне кошмаром. И в нем Крохин и Лось довели дело до конца. Только снимали их не видеокамерой, а поляроидом. И делал это Крот.

Громко рыдая, девушка проснулась. К ней уже торопился Кир. Сел рядом, обхватил своими большими руками.

– Ничего не случилось. Все хорошо, – прошептал на ухо.

– Ты не понимаешь, – всхлипывала ему в шею Варя, пытаясь прижаться как можно крепче и насытиться силой и теплом. А еще уверенностью, что все, и правда, будет хорошо.

– Возможно. В любом случае ты должна найти в себе силы и радоваться жизни. Просто жить и просто радоваться каждому дню.

Жар большого тела подействовал успокаивающе. Вначале. Но после того, как широкие ладони прошлись вдоль ее спины, пусть и прикрытой тканью мужской сорочки, найденной в шкафу, мысли девушки приобрели новое направление.

– Кир…

– Что?

– Я хочу радоваться, – призналась откровенно, но ответа не дождалась. – Слышишь?

– Это – стресс. Реакция на пережитое.

– Плевать.

– Утром ты меня возненавидишь.

– До утра далеко. Может… Ты больше меня не хочешь?

– Варвара!

– Мне важно знать.

– Я уже говорил тебе об этом дважды.

– Не сегодня. Не после всего.

– Ты сама не знаешь, о чем просишь.

– Именно поэтому и прошу.

– Погоди, – Кир слегка отстранился, словно мог видеть ее в темноте. – Так ты говоришь, что…

– Один раз. Я была с мужчиной лишь однажды.

Пока Кир молчал, девушка ласково ощупывала его лицо. Погладила шрам, провела указательным пальцем по носу, упрямому подбородку. Поцеловала в ямку на шее.

– Тебе будет больно, – прохрипел Таранов.

– Думаю, не так сильно, как если бы те выродки…

Он закрыл ей рот поцелуем. Она ответила с желанием, победившим страх. Варя хотела этого мужчину так сильно, что внутри все болело. И если Кир прав, и завтра проснутся сомнения, Варвара готова пережить и их. Сейчас ей не было дела до личной жизни Таранова, до его жены, любовниц – все равно кого. Он просто нужен ей. Девушка хотела чувствовать себя желанной именно сейчас.

– Я не ношу с собой презервативы, – выговорил он, задыхаясь. – Когда у тебя были месячные?

– Три дня, как закончились.

– Все равно не стоит рисковать. Давай, я просто помогу тебе, как тогда – в офисе.

– Нет. Мне надоело бояться, что меня снова возьмет кто-то, кто мне совсем не нравится. Пусть хоть раз это будешь ты.

Кир слегка тряхнул ее за плечи.

– Как? Повтори все сначала.

Варя поняла, что сказал слишком много, едва не проговорилась. И тогда обхватила ладонями едва различимое в темноте лицо и поцеловала коротко, но крепко.

Сбросила с себя рубашку. Взяла руку Кира и положила на свою грудь.

– Давай просто жить. Хотя бы сегодня.

Таранов больше не говорил. Согрел в ладонях полушария, заставил подняться вершинки и припал к напряженной плоти губами. Он смаковал Варину грудь, словно изголодавшийся младенец, вызывая ноющую боль в животе – в самом низу.

Девушка снова всхлипывала, но теперь от удовольствия, и непроизвольно тянула Кира на себя. Он продолжал свои ласки, но руки уже опустились на ее бедра, прошлись сверху вниз и обратно, сжали талию, сдавили ягодицы. Потом еще и еще. Нежные движения постепенно сменились порывистыми, что Варвару лишь радовало. Таранов жаждал ее.

Впервые пришло желание коснуться самого интимного.

– Избавься от них, – выговорила нетерпеливо, выгибаясь в ответ на каждое движение мужчины.

Кир понял ее, словно ждал команды, и стянул шорты. Варя заметила светлое колышущееся пятно. В этот момент девушка растерялась, не зная, как поступить. Вспомнила, как семь лет назад смело накрыла ладонью вздыбленную, хоть и прикрытую тканью, плоть. А еще реакцию Таранова.

Она протянула руку и услышала смешок, смешанный со стоном.

– Оставь, иначе все закончится, не начавшись. А для продолжения потребуется время.

«Вон оно как!»

– Я не могу ждать. У меня все ноет.

Кир коснулся ее.

– Здесь?

Он скользнул пальцами между ее ног, провел вдоль губ, и Варя затрепетала.

– И там – тоже.

Он проник в нее рукой. Желая усилить ощущения, девушка сжала ее бедрами.

– Еще немного, – прошептал Таранов.

– Сейчас!

Кир широко развел женские ноги, затем поддел руками под бедра и приподнял ее таз – и заполнил собой одним движением. Девушка не знала, возникла боль от вторжения, или от желания. Рассуждать было некогда. Внутри все сжалось, живот задергался, мир закружился, а Варя закричала.

Девушка понимала, что Кир не двигается, лишь ласкает вход руками, а она извивается и содрогается от знакомых и одновременно новых ощущений.

Едва соображая, опустошенная, девушка почувствовала два резких выпада, а затем на ее живот выплеснулось семя.

22

Варя проснулась в постели одна. Тотчас вспомнила события прошедшей ночи. Увидела, что снова в рубашке, застегнутой едва ли не под подбородок.

Она уснула мгновенно, и совершенно не помнила, как Таранов приводил ее в порядок. Лег ли после этого рядом, ушел ли в гостиную? Варя проспала все, и даже сны не видела.

Только где Кир сейчас?

Девушка нашла его в кухне. Мужчина при полном параде пил кофе и разговаривал по телефону. Когда вошла Варя, окинул ее непроницаемым взглядом и продолжил слушать невидимого собеседника.

«Он просто занят», – говорила она себе, и все же топталась у входа. После ночи, когда Варя вела себя раскованно и даже слегка навязчиво, вдруг почувствовала робость.

Варвара и сама не знала, чего ожидала от Кира, но этот мужчина напротив всем своим видом заставлял ее держаться на расстоянии.

Неужели сожалеет об их близости? Или разочаровался, что она едва ли не умоляла его?

Что же делать? Ей даже одеться не во что, кроме плаща и туфель. Добраться бы как-то до дома. Привести себя в порядок.

В этот момент Таранов закончил разговор. По его односложным ответам и репликам девушка так и не поняла, о чем шла речь. Кир же хмуро бросил:

– Кофе готов. Есть вчерашние галеты. Больше ничего предложить не могу.

У Вари заныло сердце.

– Кир, что не так?

– Ты голодна. Поешь.

– Пока ты не ответишь…

– Не нужно на меня давить.

– Хоть что-то ты можешь мне рассказать?

– У нас новые неприятности.

– Алана выследила? Это о ней ты вчера говорил «она»?

– Вчера я действительно спрашивал о ней. Но недоумок Крохин, вместо того, чтобы смыться, побежал докладывать о неудаче своей любовнице.

Вот откуда она знает Крохина! Он развлекал Ветрову в примерочной.

– Он ее водитель или охранник?

– Тренер в фитнес-клубе, который ей подарил отец.

– Ты так спокойно об этом говоришь. О любовнике жены. Почему тогда не разведетесь?

– Иди сюда. – Варя подошла. Кир посадил ее на свои колени, заговорил тихо, словно опасался, что кто-то услышит: – Существуют причины, по которым мне приходится терпеть этот брак. Когда женился, даже не догадывался, что меня ждет. Привлекательная, умная, воспитанная девушка, из известной семьи, с которой мой отец много лет вел дела. Тогда мне казалось, что для счастливого брака есть все предпосылки. Но почти сразу все пошло вкривь и вкось. Алана забеременела, и у нее случился выкидыш на третьем месяце. А после этого ей словно крышу сорвало. Доброжелатели регулярно доносили мне, где, когда и с кем видели Алану. Мы поругались, и она ушла. Я уже начал готовить бумаги для развода, когда Алана вернулась и сообщила, что снова беременна моим ребенком. Врач поклялась, что срок указан верно. Я действительно мог снова стать отцом. Но поверить Алане? В этот раз выкидыш случился на четвертом месяце. Я отправился в больницу вместе с женой. Стоял над душой у доктора, чтобы заполучить хоть какой-то материал для генетической экспертизы. Возможно, это звучит жестоко, но дальше так продолжаться не могло. Понятно, что использовать полученные таким способом результаты при разводе нереально, но мне нужно было знать. Для себя.

– И что? – не выдержала Варя.

– Ребенок был не мой. Когда Алану выписали из больницы, я начал процедуру развода.

– Тогда почему… – начала Варвара и тотчас обняла Кира за шею. – Извини! Договаривай.

Таранов не отстранился, но и прижать девушку к себе или приласкать не пытался. Это настораживало.

– Тогда пришел ее отец. Мы поговорили. По душам. И он убедил меня не торопиться. Аргументы, поверь на слово, оказались весьма убедительными. Это все, что я могу тебе рассказать. От остального зависит судьба дорогих мне людей. Поэтому я молчу, терплю брак и ищу выход. Но пока противник опережает меня минимум на шаг. Отец Аланы выследил нас. Она нажаловалась, и он принял меры. У дома уже дежурят его люди. Мой друг только что сообщил мне об этом. Я просил его подстраховать нас.

– И что теперь? Я без одежды, без машины, и здесь оставаться нельзя. Верно?

– Верно. Сейчас приедет один парень. Неформал, поэтому не реагируй на него остро. Он привезет тебе одежду. С ним ты отправишься в офис.

– А ты?

– Я выйду одновременно с тобой и поеду на работу. Надеюсь, Ветров прислал лишь один автомобиль. Буду думать, что делать дальше. Ступай в ванную. Там есть новая щетка. Успеешь привести себя в порядок.

Варя поднялась и, как сомнамбула, направилась к выходу. У двери обернулась.

– Кир, а если придет Дима? Что мне делать?

– Ты у меня спрашиваешь?

Серые глаза блеснули недобрым огнем.

– Кир, я…

– Кто-то на днях говорил, что все будет решать сам.

– Послушай…

– Хочешь своего Диму? Бери, я мешать не стану.

– Как ты можешь, после всего, что мы делали этой ночью?!

Девушка едва сдерживала слезы.

– Разве я могу запретить тебе? Ночью ты хотела меня – получила. Утром передумала – твое право.

– Все не так!

– Знаешь, что, Варвара? Делай со своим Димой, что пожелаешь. А если снова захочешь порадоваться, приходи.

– Это грубо и несправедливо. Ты тоже меня хотел! Даже предлагал…

Говорить становилось все труднее. Душили слезы.

– Тебе не подошло то, что я предложил. Я согласился с твоим решением.

В этот момент позвонили в дверь.

Варя опрометью бросилась в ванную. Когда вышла оттуда, на кровати ее ждала байкерская одежда и шлем, который должен бы полностью скрыть заметные волосы и лицо. Пока она натягивала на себя новый наряд, Кир снова с кем-то разговаривал по телефону. Когда Варя покинула спальню, окинул ее внимательным взглядом и открыл входную дверь. Сказал лишь: «Я тебя найду».

23

Варя молча прошла через весь зал на рабочее место, сопровождаемая удивленными взглядами сотрудников. Кожаная куртка с заклепками, обтягивающие джинсы, пояс с тяжелой пряжкой с черепом, распущенные волосы – шлем она сняла перед входом, ни грамма косметики: все это явно взбудоражило персонал. Однако Варвара не стала ничего комментировать. В кабинете переоделась в дежурное белье, костюм и туфли, которые держала в шкафу, собрала волосы в узел на затылке, подвела глаза и подкрасила губы, использовав «жившую» на работе косметичку.

В зал она спустилась при параде и, заметив заинтересованные взгляды, ответила всем скопом: «Работаем в обычном режиме».

Если не считать того, что внутри Варвары каждый раз что-то вздрагивало, стоило на пороге замаячить мужской фигуре, день прошел на удивление спокойно. Но девушка постоянно ожидала каких-то неприятностей, поэтому к закрытию салона чувствовала себя морально истощенной.

А еще Варя не знала, что ей делать. Оставаться в салоне? Отправляться домой или в гостиницу? Жаль, что других родственников, кроме бабушки, у нее не было.

«Где ты, Кир?»

Но он так и не позвонил. Варя решила ехать домой – взять хоть какие-то вещи. А после этого – или обратно в салон, или в гостиницу. Вряд ли кто-то станет вламываться туда, где есть сигнализация, или красть девушку из общественного места.

Хотя, случиться может что угодно, когда в деле замешаны влиятельные люди. Если покоя не будет, ей останется одно – снова уехать за границу. Да и что сказать бабушке? Она, наверное, и так волнуется. А что случится, когда Варя возьмет чемодан и исчезнет на неопределенное время?

Девушка выпорхнула из салона и тотчас оказалась в объятиях Дмитрия. Он поцеловал ее прямо в губы у всех на виду – впервые за все время их знакомства. Варя ничего не успела сделать, даже не почувствовала ничего, кроме замешательства, когда юноша уже поставил ее на ноги.

– Соскучился. Извини.

Что можно ответить на настолько радушное приветствие?

– Здравствуй.

Видимо, она чем-то себя выдала, потому что Дмитрий вдруг поинтересовался:

– Ты не обиделась?

– Да, за что же?

На этого парня совершенно невозможно сердиться. Да и не за что.

– За поцелуй. Мне давно хотелось.

Лукавый мальчишеский взгляд вызвал у Вари невольную улыбку.

– Друзья иногда целуются, – сказала девушка, хотя понятия не имела, так ли это.

– Только друзья?

Она понимала, что имеет в виду Дима, но после прошедшей ночи не могла морочить голову этому парню.

– Только.

В красивых глазах мелькнула грусть, но уже спустя мгновение на лице расцвела знакомая улыбка.

– Неплохое начало, как по мне. Я знаю еще кое-что, что делают друзья.

– Что же? – настороженно спросила Варя.

– К примеру, ужинают вместе. Здесь недалеко есть чудесное местечко. Спокойная музыка, и никакой толкотни – все, как ты любишь.

«Он заметил».

Почему она не может просто встречаться, просто любить и просто выйти замуж за чудесного парня? Может, потому, что этот парень – не простой, и, возможно, именно из-за него ее вчера похитили и едва не изнасиловали?

Только рассказать Диме об этом она не может. И не только потому, что его отец – известный в городе человек. Если начнется расследование, на свет вылезут все неприглядные эпизоды из жизни Вари Журавкиной. И при любом раскладе родители не разрешат им быть вместе.

– Дим, мне нужно домой.

– Ты обиделась. Значит, я поторопился. Как мне загладить свою вину?

И тут Варвара увидела в окне проезжавшего автомобиля Таранова. Убедившись, что девушка его заметила, он поднял тонированное стекло. Остановился в метрах двадцати, открыл дверцу.

Теперь Варя однозначно не может идти с Димой. Плохо уже то, что Кир увидел их рядом. Интересно, как долго наблюдал? Или только приехал?

– Дим, я не обиделась. Но и поужинать вместе сегодня не удастся. У меня – деловая встреча.

– Но ты говорила, что идешь домой. Я провожу.

– Просто забыла. Ты так неожиданно появился. Меня ждут. Все объясню при встрече. – Но что она скажет в следующий раз? Будет лучше для всех, если какое-то время они не будут видеться вовсе. – Понимаешь, ко мне приезжает проверка, и мы сможем увидеться не раньше следующей недели. – Дима сразу помрачнел. Собственный лепет даже Варе казался странным, что говорить о парне. Жаль, что она не продумала возможный разговор раньше. Сказала лишь одно: – Прости.

– Ты не хочешь со мной встречаться, – констатировал Дмитрий.

Что она могла на это ответить? Ее молчание парень истолковал как подтверждение своей догадки. – Наверное, я слишком тороплю события. Ты совсем не похожа на других девушек. Хорошо, я согласен подождать. Дам тебе отдохнуть от меня. Но я не прощаюсь.

Дима снова поцеловал ее. Да так крепко, что у Вари закружилась голова. Это был поцелуй не мальчика – настоящего мужчины. А собственная, пусть и не настолько сильная реакция, как на Кира, свидетельствовала, что им могло быть хорошо вместе.

Почему все так сложно? Если бы она не любила Таранова…

Кирич ушел, больше не сказав ни слова, а Варя, как оглушенная, раздумывала над возникшей мыслью.

Неужели любит? Не как девочка. Как женщина может любить мужчину: каждой своей клеточкой – его всего, со всеми известными и новыми проблемами и «тараканами».

24

Стоило Варе впорхнуть в салон автомобиля, как тот тотчас тронулся с места. Оказалось, что Таранов не выключал мотор, ожидая ее.

– Кир, – начала девушка, но мужчина даже не посмотрел в ее сторону. – Я…

– Пристегнись ремнем, – перебил почти безразлично.

– Но я хочу объяснить! – возмутилась Варя. Она не могла видеть его таким.

– Ни к чему. Все выглядело весьма красноречиво.

– Посмотри на меня.

– Я – за рулем. И еще неизвестно, следят ли за нами.

Варя принялась оглядываться. В потоке машин было трудно что-то определить.

– Но ты в другом автомобиле.

– Удивительно, что заметила во время настолько близкого разговора.

– Ты ревнуешь или злишься? Послушай, я не…

– Все это не имеет никакого значения. Дима, значит Дима.

– Ты – невыносим!

– Какой есть. Тебе придется потерпеть меня какое-то время. Во всяком случае, сегодня – точно.

В этот момент они въехали во двор гостиницы. Направились к специальной парковке.

– Будем ночевать в отеле?

– Почти, – Таранов выключил зажигание. – Выходи.

– А ты?

Варе стало не по себе, когда она подумала, что может остаться здесь одна-одинешенька. Только рядом с Киром она чувствовала себя наиболее защищенной и относительно спокойной.

Таранов взглянул на нее почти весело, но очень быстро его лицо снова стало непроницаемым.

– Куда ж я с подводной лодки?

Варя облегченно выдохнула и зашагала рядом, приноравливаясь к быстрой ходьбе.

Когда они вошли внутрь, Кир о чем-то довольно долго говорил с администратором, расписался в журнале, заплатил деньги и взял ключи. Вернулся к ожидавшей его в сторонке Варе, взял ее под руку и скомандовал:

– Улыбайся мне. Портье уверен, что мы явились сюда для определенного дела. Сама понимаешь, какого.

Варя посмотрела Таранову в глаза. В них была грусть, а еще – отчаяние.

Милый, дорогой, благородный, сильный и одновременно ранимый Кир! Он столько сделал для нее, а она достает его своими придирками. Кто бы мог предположить, что спустя семь лет после первой встречи Таранов станет для нее настолько дорог?

Девушка улыбнулась ему так нежно, что он не выдержал и отвернулся. Сделал вид, что что-то ищет в кармане. И тут до Варвары кое-что дошло.

– Кир, если кто-то узнает, что ты проводишь время с другой женщиной… Это не повредит тебе при разводе?

Он посмотрел на нее так, что Варя больше не сомневалась – Таранов рискует ради нее всем. Не отступает даже тогда, когда она вот так, на глазах у всех, целуется с Дмитрием.

Кир не ответил, а Варя больше не спрашивала.

Возле лифта мужчина оглянулся, Варя посмотрела в ту же сторону. За угол нырнул портье.

– А теперь уносим ноги.

Варвара молча помчалась следом. Они выскочили на улицу через дверь для персонала гостиницы и оказались на соседней улице. Там сели в довольно потрепанный автомобиль.

– Едем в другое место? – не удержалась от вопроса девушка. Волнуясь, она не могла молчать.

– Никогда нельзя недооценивать противника, Варвара.

В пригороде Таранов въехал во двор перед каким-то неприметным особняком. Но внутри все оказалось очень даже красиво. Старинная мебель с изящной резьбой, печи по углам комнат с красивыми изразцами, хрустальные люстры, тяжелые шторы и акварели на стенах – все дышало стариной и одновременно уютом.

– А что на втором? – спросила Варвара, обходя первый этаж.

– Когда-то были детская и спальня. Сейчас комнаты пустуют.

– А дом чей?

– Мой брат получил его в наследство от двоюродной бабушки. Сюда периодически наведывается одна женщина, чтобы поддерживать его в жилом состоянии. Надеюсь, о доме все забыли. Нужно «копать» очень глубоко, чтобы выйти на него. Возможно, здесь удастся укрыться хоть ненадолго.

– Кир, – Варя села на краешек дивана. – Неужели ничего нельзя придумать? – Таранов бросил в кресло пиджак и закатал рукава. – Мне даже переодеться не во что. Да и бабушку нужно успокоить.

– Сейчас принесу «левый» телефон. Позвони на домашний номер и скажи, что отправилась в командировку.

Пока Варя объяснялась с бабушкой, вернулся Кир. Принес пакеты с едой и одеждой. Он снова позаботился о ней!

Молча поужинав, они разбрелись по комнатам. Варя не знала, как себя вести, что говорить, а Кир лишь отстраненно переключал каналы старенького телевизора. А еще периодически куда-то звонил и тихо давал указания.

Варя постелила на кровати в спальне чистое белье, приняла душ и легла. Все это время девушка надеялась, что Кир придет к ней, но время шло, а телевизор все работал и работал. Под его звук Варя и уснула.

Какой-то звук заставил ее проснуться. Оказалось, старинные часы отбивали полночь. Надев халат, девушка тихо вошла в гостиную.

Кир сидел на диване все в тех же брюках и в рубашке нараспашку. Она белела в свете яркой луны, освещавшей комнату. Таранов слегка приоткрыл шторы. Видимо, какое-то время сидел у окна, потому что там же стоял теперь пустующий стул.

Варя не могла разобрать, спит Кир или нет, и подошла поближе. Его глаза оказались закрытыми, лишь мерно вздымалась грудь. Полюбовавшись мужчиной, девушка присела у его ног. Сняла обувь и задумалась, как уложить Таранова на диванную подушку.

В какой-то момент ей пришла в голову идея снять с мужчины брюки. Ремень оказался расстегнутым, и Варя потянула вниз молнию. Та поддалась достаточно быстро. Не сдержав интерес, девушка коснулась боксерок. Плоть под рукой шевельнулась.

Убрать ладонь девушка не успела. Кир накрыл ее руку своей.

– Продолжай, что начала.

25

«Продолжать? Знать бы еще, как!»

Варя провела рукой вдоль тяжа, определила границы. Принялась осторожно поглаживать. Впервые в жизни она сожалела о том, что не слушала Зойкины рассказы о том, как нужно обращаться с мужчиной.

– Так хорошо?

– Коснись кожи.

Девушка вскинула глаза – тяжелый взгляд Кира следил за каждым ее движением. Глядя в мужское лицо, Варя выпустила на волю плоть. Обвила пальцами. Провела вверх, затем вниз. Не услышав возражений, продолжила ритмичные движения. Девушке хотелось, чтобы любимому было хорошо. Когда на кончике заискрилась капля, Варя остановилась, глядя на нее, словно завороженная.

– Что дальше?

– Хочу видеть тебя.

От этих слов внутри что-то будто зажглось. Девушка поднялась и без ложной скромности сбросила на пол халат. Через голову освободилась от ночной рубашки, скатала по бедрам ажурные трусики. Постояла так какое-то время, почти не стесняясь наготы. Ведь Кир видел ее при разных обстоятельствах.

Он долго не спускал с нее глаз, словно пытался запомнить. Девушка едва не вымолвила: «Я никуда не уйду», когда Таранов вытащил из кармана серебристый пакетик и зубами надорвал край. Протянул Варе.

– Ты говорил, что не носишь с собой презервативы.

– Обычно нет.

Он думал о ней. И, несмотря на высказанное утром, планировал их близость или, как и она, надеялся на нее.

Девушка поняла, что теперь не может отступить, и принялась накатывать резинку на напряженную плоть, осторожно, боясь порвать, или сделать больно. Кир, видимо, ощутил ее сомнения и переживания, и помог справиться с непривычным делом. Затем взял за подбородок, приподнял и вгляделся в Варино лицо.

– Научи меня, – прошептала девушка, словно под гипнозом.

– Сегодня я не смогу быть нежным.

– Я не боюсь, – сказала так, как чувствовала.

– Стань коленями на диван.

Не колеблясь, Варя выполнила указание и оказалась раскрытой перед Киром. Он взвесил в ладонях ее грудь, провел руками по животу, нырнул рукой внутрь. Девушка пошатнулась и ухватилась за мощные плечи. Придерживая ее за поясницу, Кир медленно, но глубоко вклинивался пальцами, пока Варя не задышала часто-часто, словно взбиралась на вершину. А когда мужчина неожиданно, даже резко, опустил ее на себя, охнула. Он попал сразу, заполняя собой до упора, а затем еще и надавил на бедра.

Варя сдержала стон, терпя дискомфорт, и привыкая к немалой величине. Кир же обхватил губами грудь, втянул вершинку: одну, потом вторую… И так до той поры, пока Варя перестала думать о распирающей тесноте между ног.

Внезапно Кир поднялся вместе с ней и усадил Варвару на стол. Развел ее ноги и наклонил девушку назад. Обвил ее ногами свою талию и пробормотал: «Держись».

Ей действительно пришлось держаться за стол. Таранов проникал в нее так глубоко, что, казалось, пронизывал насквозь, а затем полностью выходил, чтобы начать все сначала. Варя скользила по крышке стола, и давно свалилась бы на пол, если бы Кир крепко не держал ее за бедра.

Девушка едва различала его лицо, но видела, как напряжены руки. Она уже почти смирилась с тем, что сегодня не получит разрядки, но радовалась, что подарит удовольствие дорогому ей человеку. Больше всего она хотела именно этого. И тут почувствовала томление внизу живота, а когда Кир в очередной раз покинул ее тело, даже застонала от разочарования.

Не успела она опомниться, как Таранов поставил ее на пол и повернул к себе спиной. Сжал грудь, сведя вместе полушария, вытягивая соски, и Варя затрепетала от невыносимого желания. Кир бедром развел ее ноги, наклонил девушку к столу, взялся руками за ягодицы и снова нанизал на себя.

Сильные ритмичные движения неожиданно вызвали воспоминания семилетней давности на красном диване. Девушка тряхнула головой и вымолвила, словно хотела убедиться:

– Кир?

– Не сейчас.

Хриплый, слегка сдавленный голос Таранова музыкой прозвучал в ушах Вари. Она прогнулась в спине и запрокинула голову. Кир снова взял ее за грудь и прижался к спине. Движения стали резче, чаще. Варваре казалось, что она больше не принадлежит себе. И стоило Киру коснуться складок между дрожащих ног, как девушка сжалась, словно пружина, затем непроизвольно изогнулась и закричала.

В полном изнеможении упав на стол, она приходила в себя, и ощущала, как завершал их невероятную близость Кир. Стоять на ногах Варя не могла, и Таранову пришлось нести ее в спальню на руках. Почти засыпая, девушка пробормотала:

– Не уходи.

– Я – рядом.

– Держи меня всю ночь.

Кир лег за ее спиной. Она взяла его руку, положила на свой живот и сжала пальцы.

26

Таранов разбудил Варю ранним утром.

– Нам пора.

Мужчина уже полностью оделся, даже галстук завязал. Девушка так и не узнала, спал ли он рядом, или вернулся в гостиную на диван.

– Кир! – позвала его девушка, а когда он обернулся, протянула к нему руки. Поколебавшись, Таранов склонился к ней и поцеловал – собственнически, горячо, но коротко. Варя обняла его и ответила, не желая отпускать.

– Еще мгновение, и я улягусь сверху. Уверена, что можешь прогулять работу?

Варя вздохнула и убрала руки.

– Сейчас оденусь. В душ успею?

– Нет. И позавтракать – тоже. Мы еще должны заехать в одно место.

Больше ни о чем не спрашивая, девушка привела в порядок себя и постель. Кир запер дверь и вывел автомобиль из гаража. Куда они направлялись, Варвара не спрашивала. Она не сомневалась, что Таранов знает, что делает.

Остановились они в незнакомом месте. Кир попросил ее телефон, и вызвал такси в какому-то кафе.

– Я не знаю, где это, – вымолвила Варя, недоуменно наблюдая за действиями Таранова.

Он отдал ей сотовый.

– На той стороне сквера за деревьями – гостиница, где мы вчера остановились. На углу разместилась кафешка, к которой сейчас подъедет такси. На нем ты отправишься на работу.

– А ты?

– Зайду в гостиницу и осмотрюсь. В салоне есть стационарный телефон?

– В кабинете бухгалтера. Он у нас приходящий, но девочки поднимают трубку, когда звонят. Но почему стационарный?

– Не думаю, что Ветров установил прослушку на телефон твоего бухгалтера. Наберу, если что-то изменится. Если нет, поступим так, как вчера. На сотовый звонить не хочу. Телефон запоминает номера.

Варя продиктовала цифры, а Таранов записал их на предплечье.

– Кир, неужели нельзя что-то придумать? Мы не можем всю жизнь прятаться.

– Мои люди землю роют в поисках существенного компромата, но Ветров – слишком влиятельная фигура на местном рынке, давно легализовал бизнес и спрятал все концы. К тому же мне непонятна его одержимость именно тобой. Еще одна женщина зятя – не его уровень. Обычно он не вмешивался. Уверена, что не пересекалась с ним раньше?

«Еще одна женщина зятя». Эти слова словно ножом полоснули по сердцу. Умом Варя понимала, что отсутствовала семь лет, Кир ей ничего не обещал, а измены жены могли толкнуть его в постель к доступной женщине. Да и кто откажет такому настолько харизматичному мужчине. Но все равно ей стало плохо от одной только мысли, что любимый мог быть с другой. Возможно, даже в те дни, когда она ему отказывала.

«Сейчас не время, Варвара. Сконцентрируйся на вопросе».

– Никогда его не видела.

– Ладно, разберемся. Все поняла?

– Да. Кир, мне страшно. И с каждым днем все больше.

– Мне тоже – за тебя. Но страх уменьшает наши шансы выбраться из передряги. – Варин телефон завибрировал. – Отвечай. Наверное, такси.

Девушка сообщила, что сейчас подойдет, и повернулась к Киру.

– Только не смейся.

– Что еще?

– Думаю, я люблю тебя, Кир.

– Думает она, – вздохнул Таранов и придвинул к себе Варю, нажав ладонью на затылок. Поцеловал так, что голова закружилась. – Беги.

Девушка, не оглядываясь, выбралась из автомобиля и помчалась через сквер к такси. Устроилась возле таксиста и назвала адрес салона.

После обеда позвонил Кир. Направляясь к телефону, Варя расстроилась. Значит, случилось что-то непредвиденное, и они, скорее всего, не смогут повторить вчерашнее.

– Слушаю, – произнесла как можно официальнее, пока продавщица покидала кабинет.

– У меня – непредвиденная встреча за городом. Отказаться не могу. Когда освобожусь, не знаю. Подумай хорошенько, возможно, в городе есть хоть кто-то, у кого ты можешь переночевать одну ночь.

На ум пришла Зоя.

– Только моя бывшая одноклассница.

– Как зовут?

– Зоя Зотова. У нее муж – какой-то известный стоматолог.

– Адрес.

– Пока не знаю.

– Уверена, что они не знакомы с Ветровыми?

Варя вспомнила, как подруга назвала Алану красивой брюнеткой.

– В лицо точно нет.

– Попроси ее заехать за тобой, и… береги себя.

– И ты.

27

Под конец рабочего дня прибыли новые модели белья. Очень красивые, но Варвара разглядывала их без привычного вдохновения. Она осмотрела каждую вещь, помогла менеджеру внести их в базу данных и разместить на манекенах и «плечиках». Лишь после этого девушка вспомнила, что должна напроситься на ночлег.

Зоя, казалось, даже обрадовалась такому повороту. Сообщила, что муж уехал на симпозиум, и они прекрасно проведут время вместе.

«Что же, одной проблемой меньше».

Варвара спустилась в зал и неожиданно натолкнулась на Алану. Скрываться было поздно. Женщина увидела ее, смерила взглядом, скривила губы в ухмылке и ткнула пальцем в манекен. Варя подошла к полупрозрачной шелковой сорочке с кружевом.

– Снять?

– Хочу видеть это на тебе. Переодевайся.

– Нет.

Варвара понимала, что Алана знает о ней и Кире, и если не видела их вместе собственными глазами, то догадывается о многом. Однако девушка не собиралась унижаться в очередной раз. Она не планировала ничего из случившегося, и если совесть ее и мучила, то очень тихо. Все звуки заглушал грохот сердца. Варя не знала, чего ожидать от женщины, собиравшейся снять ее в специфическом ролике.

– Ладно, – вдруг легко согласилась Алана.

Возможно поэтому Варвара пропустила тот момент, когда в руках Ветровой оказался фотоаппарат. Девушка еще не успела отойти от манекена, как раздался короткий щелчок.

«Дьяволица!»

– Я не давала разрешения на съемку, – заметила спокойно, хотя внутри все кипело.

– Не вижу таблички, что фотографировать запрещено.

– Вы снимали не только белье.

– Разве? Собираетесь рыться в моей сумочке? Я могу и в милицию обратиться.

У Варвары впервые в жизни возникло желание отметелить женщину. К сожалению, она не могла себе этого позволить. Поэтому предпочла сместить акценты.

– Собираетесь что-то приобрести?

– Приобрести? Твоя начальница разрешила мне брать, что пожелаю. Показывай все.

– Как скажете.

Скрипнув зубами, Варвара попросила помощниц показать Ветровой новинки. Та перебрала все и приказала упаковать половину. Проходя мимо Вари к выходу, тихо произнесла:

– Ты еще не знаешь, на что подписалась, шлюха.

Девушка сделала вид, что обращались не к ней, и даже не стала провожать важного спонсора. Поднялась в свой кабинет, упала в кресло и закрыла глаза.

Сколько еще она сможет выдерживать подобное?

Впервые Варя с таким нетерпением ожидала закрытия салона. Она вызвала такси и приехала по продиктованному Зоей адресу. Небольшой особнячок на тихой улице почти в центре радовал ухоженной лужайкой и каменистой тропинкой, ведущей к входной двери.

Зоя уже ждала ее. Радушно расцеловала в обе щеки, показала дом, а затем пригласила в гостиную – выпить перед ужином.

– Ты же знаешь, я это не люблю.

– Ну, стопочку! За встречу. У меня есть настойка. Лечебная. Сразу расслабишься.

– Зоя!

– Глоточек, и я отстану.

Вздохнув, Варя приняла из рук Зотовой рюмку с коричневого цвета жидкостью. Принюхалась – пахло какими-то травами, и осушила одним глотком.

Наверное, ей показалось, что Зоя словно вздохнула в облегчением. Варя устроилась в кресле поудобнее и оглядела комнату.

– У тебя здесь красиво.

– Это все Вадик. Он – как это говорят – эстет. Обожает все красивое. Иногда диву даюсь, что он выбрал меня.

– Ты – очень даже симпатичная. Откуда эта неуверенность? Ты всегда и во всем… У меня что-то голова кружится. Эта твоя настойка…

– Варенька, милая, я не хотела. Он меня заставил. Сказал, что что-то сделает с Вадиком. Страшный человек. Лярик позвонил мне час назад. Я не собиралась, но так вышло. Прости. Прости!

Почти теряя сознание, Варвара удивленно спросила:

– А Лярик тут каким боком?

– Он все еще служит Ветрову.

– Лярик – Ветрову?

– Ну, да, Кроту. Ты не знала? Ветров и есть Крот. Варя?

Реальность постепенно исчезала. Тело будто перестало ей принадлежать, а потом Варвара провалилась в темноту.

28

Варя пришла в себя, но в первый момент ей показалось, что продолжается страшный сон. Она лежала на все том же красном диване, лишь сильнее потрепанном, все в той же подвальной комнате.

Голова закружилась, когда Варвара села, и ей пришлось ухватиться за спинку. Одежда все еще была на ней, но это мало успокаивало.

– Ты стала очень красивой, Кисточка. Неудивительно, что зятек на тебя запал.

Девушка медленно повернула голову. Пришлось поддержать ее рукой. Головокружение не проходило, да еще подташнивало.

– Что я выпила?

Крот, сидевший на краю стола, хмыкнул:

– Думаю, какая-то травка или таблетки. Подробности меня не интересовали. Важно, что ты наконец-то там, где должна быть.

– И где же?

– В моих руках, – Крот допил остатки жидкости цвета чая прямо из горла и махнул пустой бутылкой куда-то в угол. – Лярик тут новинки получил. Дегустировать будешь?

В указанном месте стояло несколько ящиков, видимо, с коньяком или бренди, и водкой. Варя с отвращением отвернулась.

– Нет. Чего вы хотите?

Крот пьяно хохотнул.

– Неужели не ясно. Раздевайся.

– Не буду.

– В юности ты была сговорчивее. Не ломайся. Таранов все равно тебя назад не примет. Давай обойдемся без насилия. В прошлый раз я тебя не обидел. Снимай шмотки.

Наверное, действие той гадости, которой ее напоили, еще не прошло, в противном случае она бы не сказала то, что сказала:

– Закончились девственницы? Или поумнели? А может, их и было не так уж много в твоей коллекции, Крот?

Мужчина сорвался с места и нетвердой походкой двинулся в противоположный от ящиков угол. Там оказался сейф, выкрашенный серой краской, поэтому неприметный на фоне таких же стен.

Крот достал оттуда коробку и поднес ее к лицу Вари. Десятки фотографий разной давности, черно-белые и цветные, стояли, сложенные, как в картотеке.

– Видела? Именно я сорвал все эти бутончики! – Ветров бросил коробку на пол и ухватился за Варины волосы, намотал их на кулак, подтянул за них ее голову ближе. – Но ради тебя готов сделать исключение, маленькая шлюшка. Когда-то давно у меня была девчонка с такими же волосами и синими глазами, как у тебя. Целую неделю. Мы славно позабавились. Сначала она сопротивлялась, но потом смирилась. Таблетки – большая сила. Но потом выяснилось, что она – несовершеннолетняя, и мне пришлось заметать следы.

Варе стало не по себе. Несовершеннолетняя, похожая на нее?

– Как ее звали?

– Черт ее знает. Да и зачем? Она не знает меня. Я – ее. А тебе к чему ее имя?

– Просто спросила.

Кожа головы болела от натянутых волос, но Варя не жаловалась. Понимала, что Крот лишь посмеется над ее страданиями.

– Хватит болтать. Раздевайся.

«Нет уж. Больше никогда перед этим боровом».

– Зачем? У вас все равно не встанет. Нужно меньше пить.

– Вот как, значится? – Крот потянул ее за собой за волосы. Придавил предплечьем за шею к стене. Варя пыталась вырываться, но Ветров нажал сильнее, и в глазах потемнело. Она обмякла. Кричать не было смысла.

Крот дернул за перед ее блузки, и пуговицы разлетелись в разные стороны. Бюстгальтер он поддернул кверху. Больно сдавил грудь. – Тебя трахали у стены? А в задницу? А трое сразу? – Варя молчала. Страх все сильнее сжимал горло. – Если не хочешь попасть под каток, перестань пинаться и раздвинь ляжки.

Крот вклинил колено между Вариных ног. Она почувствовала, как разошелся задний шов на юбке. Ветрову осталось расстегнуть пуговицу и отбросить серую тряпку в сторону. Трусики он разорвал одной рукой.

Варя отвернулась, потом и вовсе закрыла глаза.

– Смотри мне в лицо, – Варя покачала головой. Крот укусил ее за нижнюю губу. – Смотри, я сказал.

Она подняла глаза и сквозь пелену подступающих слез взглянула на Ветрова.

– Вы пожалеете об этом.

Толстые пальцы вклинились между ее ног. Она не была готова, и стало очень больно.

– Узко у тебя там. Это хорошо, что ты не развлекалась, с кем попало. Минет зятьку делала?

– Иди к дьяволу.

– Ладно. А то еще покусаешь.

Крот вытащил пальцы, и Варе стало легче дышать. Все еще удерживая ее рукой и телом, Ветров расстегнул штаны. Высвободил член. Он был готов.

Варвара едва не взвыла.

– Коротышка!

– Это ты пожалеешь, дрянная девчонка!

Крот поднял ее ногу, и уже почти вошел внутрь, когда неожиданно открылась дверь, и бочком вошел Лярик.

– Какого черта! – взревел Крот.

– Извините. Я только хотел сказать, что спиртное еще не проверено. Поставщик новый. Не пробуйте пока.

– Пошел вон!

Крот оттолкнулся от Вари, и она сразу поняла, почему. Пропала эрекция. Можно было передохнуть. Вот только прикрыться нечем. Дрожащими руками она сдвинула полы блузки.

Ветров же подошел к ящикам, потянулся к коньяку, а потом передумал, и взял водку. Откупорил и выпил сразу половину.

Сел на диван. Поманил к себе Варю. Она покачала головой и отбежала в угол.

– Вокруг одни придурки. Ничего, отсюда не выберешься. А я пока зятьком займусь.

Его язык все больше заплетался, но слова испугали Варю не на шутку.

– Что значит, займетесь?

– Соглашения следует выполнять. У меня есть компромат на его брательника. Теперь все, сядет Славик. Даже в их Америках за это бросают за решетку.

29

Крот говорил все тише, и тише. Потом пробормотал что-то вовсе невнятное, и, казалось, уснул.

Варя тихо сидела в углу и следила за ним, как мышь за котом. Потом принялась осматривать комнату.

Другого выхода, кроме того, в который заглядывал Лярик, действительно не было. Девушка лихорадочно соображала, как выбраться из своей тюрьмы, но ничего путного в голову не приходило. Да и одеться не во что. Голой далеко не убежишь. Блузка почти ничего не скрывала.

И тут Варвара заметила свой пиджак. Он валялся у стола на одном из стульев, где в прошлый раз мужчины играли в карты. В этот момент Крот захрипел и начал икать, но в сознание не приходил.

«Допился, гад».

Варя метнулась к стулу, сняла блузку и надела пиджак, прикрыв бюстгальтер. Блузку умудрилась обмотать вокруг талии и бедер – спасибо длинным рукавам.

Неожиданно Ветров зашевелился и склонил голову на сторону. У него началась рвота. Казалось, он ничего не видит и не соображает. Не обращая внимания на ругань и стоны, Варвара бросилась к сейфу. Там хранились какие-то бумаги, магнитофонные бобины и несколько дискет.

Распихав все, что поместилось, по карманам, Варя оглянулась на странно притихшего тюремщика. Еще совсем недавно грозный враг лежал с открытыми глазами и дергался. У мужчины начались судороги. Девушка никогда не видела ничего подобного и подумала, что это от избытка алкоголя.

Во всяком случае, сейчас Крот ей не угрожал. Он сам нуждался в помощи. Но становиться сестрой милосердия Варя не собиралась. У нее появилась надежда выбраться из этого кошмара. Осталось уговорить Лярика.

Взгляд упал на коробку с фотографиями. Бочком подобравшись к дивану, девушка бросила ненавидящий взгляд на Крота. Он продолжал дергаться, а изо рта вытекала слюна.

Девушка схватила коробку, подошла к столу и принялась перебирать снимки. Благо, мерзавец ставил на них дату падения очередной жертвы. Благодаря этому свою фотографию Варвара отыскала быстро.

Затем вытащила стопку старых. Нашла сделанные двадцать пять лет назад. Бросала одну за другой на стол, и вдруг замерла. С черно-белого снимка на нее смотрела мать.

Варю саму едва не замутило. Целую неделю здесь – с этим мужиком, тогда еще молодым…

Девушка засунула обе фотки в чашечки бюстгальтера и подбежала к металлической двери. Принялась колотить, что есть силы. Где-то сзади стонал Крот, а у девушки подкашивались ноги от вертевшихся в голове мыслей.

«Думай о свободе, Варвара».

Лярик явился не сразу. Варя боялась кричать в логове зверя. Да и не могла – как обычно, сдавило горло. Ноги дрожали, и девушка присела у двери. Услышав скрежет ключа, вскочила.

У Лярика едва не случился припадок, стоило ему увидеть Крота в таком состоянии.

– Ты что с ним сделала, дура?!

– Я? Включи мозги! – Варя указала рукой на стол. – Он вылакал две бутылки из твоих ящиков!

– Мне крышка! Что же делать?

– Ты меня спрашиваешь?

– Унесу его куда-нибудь. С бутылками. Остальные выброшу.

– Мне – до лампочки. У тебя есть какой-нибудь халат?

– Что найдешь, то твое. Куда же его? Старый придурок! Я не хочу из-за него сидеть.

– Тогда делай что-то, – сказала Варя и выскочила в коридор.

За спиной причитал Лярик, но девушка уже мчалась по коридору в поисках служебного входа. По дороге попалась вывеска «Для персонала». Внутри Варя обнаружила швабру, ведро и грязный синий халат.

«Плевать».

Спрятав волосы под халатом, со шваброй и ведром в руках, девушка зашагала к выходу. Осторожно выглянула за дверь и увидела черный джип. Рядом курил верзила в костюме от Армани.

Тогда Варя решилась идти через главный зал. Странно, но на «уборщицу» никто не обратил внимания, пусть она и была босой.

Оставив ведро у ближайшей урны, девушка побежала по улицам, пытаясь вспомнить путь, который вчера проделала в автомобиле Таранова.

30

Варя замерзла, сидя на ступеньках особняка старшего Таранова. Ног вообще не чувствовала.

Она долго бродила по городу, пока нашла нужное место. Благо, на бродяжку, какой выглядела девушка, никто не обращал внимания.

Кир явился к вечеру и едва не споткнулся о девушку, забившуюся в угол. Склонился к ней, обнял. Зашептал:

– Не поверишь, я молился. Думал, сойду с ума, когда узнал, что ты – в руках у Ветрова. Я почти весь город прошерстил. Как же хорошо, что ты нашлась. Как хорошо!

Девушка даже радоваться не могла, так сильно устала.

– Хочу в ванную и спать.

– Да, сейчас. Посиди еще минутку.

Кир открыл дверь и вошел. Спустя какое-то время вернулся, поднял Варвару на руки и внес в дом. В печи уже горел огонь, слышался шум воды.

Усадив девушку поближе в теплу, Таранов зажег свет. Варя закрыла глаза. Они болели, как и все продрогшее и измученное тело.

– Может, лучше бра?

Кир сделал, как она хотела, и присел у ее ног. Провел по израненным ступням. На лице отразилось страдание. Даже шрам над бровью стал заметнее.

– По всему городу только и разговоров о том, что в больнице умер Ветров. Отравился метиловым спиртом. Его нашел охранник у какого-то кабака. Как все произошло – неизвестно. Хозяин упал с лестницы. Насмерть. Клуб закрыли, там теперь шерстит милиция. Ты что-то об этом знаешь?

– А Алана?

– Она ревет белугой в доме матери. Ее младший брат тоже явился. Прилетел из-за границы.

«Еще один Ветров. Похож ли на отца?»

Сейчас она не способна об этом размышлять. Ни о чем другом – тоже.

Варя погладила дорогое лицо, грустно улыбнулась.

– Помоги снять халат. – Кир стянул с нее синюю тряпку, и Варвара принялась выкладывать мужчине в руки все, что удалось вынести из подвала. В ответ на изумленный взгляд Таранова, сообщила: – Архив твоего тестя. Часть. Все не поместилось.

– Боже мой!

Ошеломленный мужской взгляд оказался красноречивее любых слов. Варя понимала, что Киру не терпится просмотреть «подарок», поэтому смиренно произнесла:

– Изучай, а я хочу вымыться.

Таранов свалил все на пол, снова подхватил Варвару на руки и отнес в ванную. Помогая снимать сооружение на бедрах, тихо выругался. Коснулся кончиками пальцев синяков на бедрах, груди и шее. Посмотрел в глаза. Быстро коснулся губ. Отвернулся, чтобы попробовать воду, и помог девушке опуститься в керамическую чашу. Она откинулась на бортик и закрыла глаза.

Ей все еще не верилось, что она в безопасности, а Ветрова больше нет.

«Милиция шерстит».

Хорошо, что она забрала с собой фотографии.

Неожиданно вода всколыхнулась, и, распахнув глаза, Варя увидела обнаженного Таранова, погружавшегося рядом. Он устроился с противоположной стороны и осторожно потянул к себе девушку. Усадил на свои бедра, прижал к себе спиной. Закрыл кран.

Варя совсем расслабилась в мужских объятиях. Едва не уснула, когда Кир начал нежно намыливать ее тело ладонями: шею, руки, грудь, живот… Девушка млела от медленных, нежных движений и пустоты в мыслях. Думать не хотелось вовсе.

Мужские пальцы коснулись завитков внизу живота.

– К врачу нужно? – Варя покачала головой. – Уверена?

– Он не успел. Заявился Лярик… И у него упало.

– Лярик?

– Хозяин ночного клуба. Тот, который упал с лестницы.

– Ты мне расскажешь?

Варя повернулась на мужчине, словно русалка. Села верхом на поднявшуюся плоть. Приняла в себя.

– Завтра. Все – завтра.

Она держалась за широкие плечи, поднималась и опускалась, глядя прямо в глаза. Вода облегчала движения, все сильнее бурля вокруг скользких тел.

– Варь, давай продолжим в постели, – прорезал тишину хриплый голос Кира.

– Давай. Но сначала закончим здесь.

– Я не могу гарантировать…

– Мне не нужны твои гарантии. Только ты. Весь.

Кир больше не спрашивал. Он помогал ей, поглаживая между ног, лаская торчащие соски, втягивая их в рот. Варя не сдерживала себя, полностью отдавшись страсти и желанию жить полной жизнью, отдав всю себя любимому без запретов и тайн.

Взлетев, она кричала, не кроясь, от души. Рев Кира услышала словно издалека. Добившись своего, Варвара лишилась остатков сил и упала на Таранова. Он поднял ее, обернул полотенцем и отнес в спальню. Уложил в постель, и лишь тогда промокнул собственное тело. Полюбовавшись на мощный торс и все еще выступающее достоинство, Варя улыбнулась и провалилась в сон.

31

Утро следующего дня началось с поцелуя. Но из постели они с Киром выбрались лишь через час. Впервые никто никуда не торопился. Варя предупредила сотрудников, что берет отгул, а Таранов – он сам себе начальник.

Позавтракав тем, что нашлось в кухне, любовники перебрались в гостиную. Пришло время разбираться с архивом и разговаривать.

Варвара решилась поведать о себе все. Говорила, не глядя Киру в глаза. Трудно сознаваться в своих ошибках и рассказывать о последствиях. Голос порой срывался, особенно, когда речь зашла о последней встрече с Кротом. Но начинать совместную жизнь с недомолвок Варя не хотела.

Она нашла в перебазированной на стол куче документов два снимка и протянула Киру. Он рассмотрел их с мрачным видом и отложил в сторону.

– Ветров фотографировал всех, кто попадал к нему в руки?

– Всех девственниц.

– Значит, Анжела…

– Очевидно, что так. Она пробыла в плену около недели. Обрати внимание на дату.

– Приблизительно в это время Славик, мой брат, попался на крючок, но еще не знал, к кому. Тогда он встречался с твоей матерью. Насколько мне известно, они компанией отправились в клуб, танцевали, что-то пили. Очнулся Славка на следующий день на скамье в парке. Отец срочно отправил его за границу, где он выучился и женился. Там и работает по сей день, возглавляет филиал фирмы. Только после того, как я собрался разводиться, Ветров сунул мне под нос компромат – любил, гад, фотографировать. На фото совершенно голый Славка занимается сексом с двумя девочками. А еще есть показания самих несовершеннолетних девочек и их родителей. Ветров пригрозил, что отнесет это, куда следует. При его влиянии, понятно, какие могли быть последствия. У моего отца не было таких связей.

Кир протянул Варе бумаги и фотографии. Снимки были четкие, явно постановочные. Девушка пробежала взглядом показания. Совращение несовершеннолетних!

– А подписи настоящие? Кто эти люди? Где они теперь?

– Все – настоящее. Брат рассказал, что именно из-за них отец отправил его за границу. Он ничего не помнил о той ночи. Славка даже на мою свадьбу не приезжал.

– Но твой отец? Как он позволил тебе жениться на Алане?

– Отца давно нет. И, как я понял, он не знал, кто – настоящий шантажист. Ветров бывал у нас в доме. Никто ни о чем не догадывался. Я представить себе не мог! Такой представительный мужчина.

Варя вспомнила пьяную рожу и расстегнутые штаны, но не стала ничего говорить Киру.

– Но какова цель? Не в случае с разводом. Чего он хотел много лет назад?

– Ветров заплатил исполнителям копейки, чтобы потребовать у отца миллион. Мы едва не разорились. Папа одалживал у всех, кого знал. Даже Ветров раскошелился, лишь бы получить долю в нашем бизнесе. Вот такая многоходовка.

– Мне жаль, что так вышло. И все же, взгляни на дату на мамином фото. – Варя проглотила ком в горле. Решилась продолжить: – Спустя девять месяцев родилась я.

Кир пересел к Варе на диван, обнял за плечи.

– Думаешь, он был твоим отцом?

– Если мама была невинной, а твой брат уехал, остается… Как же все!..

– Мне не важно, кем был твой отец. Можно, конечно, провести экспертизу, использовав втихую Алану или Алексея, ее брата.

– Возможно, и твоего брата тоже.

– Ты этого хочешь?

Варя не могла мыслить логически, поэтому пошла на поводу у чувств. Об Алексее она ничего не знала, но иметь Алану в сестрах…

– Нет.

– Тогда не станем ворошить прошлое. Счастье, что нам не нужно давать никаких показаний. Не так, – Кир повернул к себе Варю. Заглянул в глаза. – Счастье, что ты жива и здорова, и теперь мы можем быть вместе. Я уже позвонил адвокату по поводу развода. Это не слишком красиво в тот момент, когда умер отец Аланы, но я не хочу никаких отсрочек.

Они снова целовались, но в какой-то миг в голову Варе пришла еще одна мысль.

– А младший Ветров? Как думаешь, он может что-то знать об архиве отца?

– Возможно, но не обязательно. Он пока учится в Кембридже. Но даже если что-то знает, самое важное – у нас. А копии – это только копии.

– Все равно страшно.

– Поэтому, как только я получу развод, мы уедем к брату. Думаю, что случится это не позже, чем через месяц. Теперь Ветров не может вмешаться. – Кир спустил с ее плеча халат, обхватил широкой ладонью грудь. – Я хочу тебя.

– И все?

– Тебе нужны признания?

После всего случившегося?

– Нет.

В этот раз они ласкали друг друга медленно и нежно, завершили почти одновременно. И тогда Кир прошептал:

– Признайся, ты думала, что мне нравилась твоя мать?

– Разве нет? Ты говорил, что мог бы стать моим отцом.

– Только не родным. Увидел тебя как-то вместе с Анжелой, еще до ее исчезновения, и не смог забыть. Именно поэтому и оставил свой адрес Галине Остаповне. А когда ты явилась в мой дом с вызовом в глазах, я реально пропал. Думал, отменю свадьбу. Но ты была такая… колючая, словно не выносила мое присутствие.

– Если это признание, я его принимаю.

Варя потерлась о Кира, устроилась в его объятиях поудобнее.

– Это – больше, чем признание. Ты – словно часть меня самого.

Варя притихла, а потом созналась:

– Я поэтому и ершилась, что влюбилась еще тогда. Вот только не надеялась ни на что.

– А теперь?

– Теперь ты отнесешь меня в душ. Мы не пробовали любить друг друга под горячими струями.

Спустя долгий и одновременно короткий месяц Варя и Кир улетели в Чикаго. Бабушка отказалась покидать родной город, и Таранов поручил ее Рите Карловне. Приземляясь после длительного перелета, Варвара все еще не верила, что вырвалась из лап чудовища под именем Крот. Важно, что больше ни одна девушка не попадет в его руки.

Что впереди? Жизнь с любимым, возможно, не слишком простая, с их характерами, но в том, что Таранов ее любит, девушка не сомневалась. А это – главное.

2017 год

Лариса Джейкман
Приговоренная к любви

1. Знакомство

Лида Щепкина красавицей не слыла. Лицо обыкновенное, глаза небольшие, рот невыразительный. Волосы, правда, неплохие, слегка волнистые, густые, хотя цвета непонятного: ни русой ее не назовешь, ни шатенкой, что-то среднее. Подруги ее успокаивали:

– Не переживай, Лидия, ты, конечно, не красотка, но и не урод. Грудь есть, талия на месте. А лицо припудри, глаза и брови подведи, губки подкрась и будешь в порядке.

Но Лида им не верила. Она смотрела на себя в зеркало и понимала, что ничего ей не поможет быть красивой. Вон Светка Ушакова, не девка, а картинка! И подкрашиваться ей не надо, все свое, природное. Ресницы пушистые, глаза в пол-лица, губы, что вишни спелые. Парни так и млеют и проходу ей не дают. Она уже с кем только не дружила, а сейчас вон какого жениха отхватила, журналиста с местного радио. Уже на своих одноклассников и не смотрит, нужны они ей больно!

– Вот закончу школу, поступлю в театральное училище и замуж выйду! – с гордостью говорила всем Светка.

– За кого замуж-то пойдешь, за журналиста своего?

– Не знаю, может кого и получше найду.

Хотя куда уж получше. С него только картины русских богатырей писать, вот до чего он был хорош собой! Очень выразительная внешность. Девчонки перешептывались, поговаривали, что Светка уже близка с ним. Лида сначала слова «близка» не понимала, но подруги ей разъяснили, и она была так поражена этим известием, что всю ночь не могла заснуть спокойно. Она-то думала, что в такие отношения девушки вступают только после замужества, да и то не сразу. Привыкнуть надо друг к дружке, чтобы осмелиться раздеться перед мужчиной и лечь с ним в постель. Хотя чего Светке стесняться. На нее, наверное, и на нагую любо-дорого посмотреть.

Лида тогда встала, включила ночник, разделась и подошла к трюмо. Посмотрела на себя внимательно, может быть первый раз в жизни так придирчиво.

– Нет, некрасивая я, совсем некрасивая, – сказала она тихо и грустно. – Руки как плети, ключицы торчат. А ноги! Ну что это за ноги, ни формы, ни красоты, коленки выпирают.

Она выключила ночник, натянула на себя ночную рубашку и легла под одеяло. Но ей не спалось. Она представляла себе Светку Ушакову, высокую, сбитую, на длинных ногах с красивыми икрами, и ей становилось так обидно за себя. Ну почему одним все, а другим ничего! Лида даже поплакала от обиды.

Жила она с мамой, отца своего не помнила, он ушел от них, когда Лиде и двух лет не было. Мама растила ее одна, много работала, и Лида большую часть времени была предоставлена сама себе. Росла, как травинка в поле, сама бегала в школу, сама приходила домой, делала уроки, прибиралась в доме, гуляла и ждала, когда мама с работы придет. Мама ее в магазине продавщицей работала, целый день на ногах, уставала очень, и Лида ее жалела. Маме еще готовить, стирать и гладить приходилось. А полы Лида мыла сама с самого раннего детства.

– Ты, Лидуха, хозяйкой хорошей будешь. А это мужику самое главное, – говорила ей мама, и она ей всегда верила.

А вот теперь вдруг верить перестала. Теперь она поняла, что не это главное, а красота и внешность. Вот на что парни смотрят. А Лиде и надеть-то толком было нечего. Кроме старой школьной формы у нее была пара юбок, перешитых из маминых, единственный малиновый свитерок к ним, почти совсем протертый подмышками и ее любимое голубое платье из тонкой шерсти, в котором она появлялась на всех школьных концертах и вечерах. Платье было, конечно, красивое, но она его уже почти три года носит, оно и село чуть-чуть, и пообтрепалось.

Ее подруг одевали получше, а уж Светку-то Ушакову и вовсе наряжали как куклу с самого детства.

«Надо что-то делать!» – думала Лида и размышляла над тем, как ей преобразить себя. – «Вот закончу школу и пойду учиться на портниху. Буду шить, хорошие деньги зарабатывать, и себя обошью с ног до головы!» – мечтала Лида и не могла дождаться конца учебного года.

Шел март месяц, еще чуть-чуть и конец! Выпускные экзамены и в училище! Подруги все тоже определились, кто работать, кто дальше учиться. А тут вдруг Светка Ушакова подходит к Лиде на перемене и говорит:

– Не хочешь со мной в дом культуры на танцы сходить? Мне одной идти неохота. Я тебя кое-с кем познакомлю.

– Ой, да что ты, Света, мне и пойти-то не в чем, – откровенно сказала Лида.

– Не переживай, я тебе дам. У меня есть бордовое платье, оно мне чуть-чуть мало, а тебе как раз будет.

– А почему я? Чего ты кого другого не позовешь? – спросила Лида.

– Да с другими тоска одна! Они будут выпендриваться, глазки парням строить, а потом неприятностей не оберешься. Ты-то у нас девушка скромная, да и живем мы рядышком, домой будет веселее возвращаться.

Лида спросила Светку про кавалера, он-то ее разве не проводит?

– А он на вечернюю передачу уйдет. Потанцует немного и уедет. Домой мне придется одной идти.

– А-а-а, ну тогда понятно. Нет, Света, не пойду я. Стесняюсь.

Но Светка не отстала, настырная она, уж чего решила, никогда от своего не отступит. Вечером прибежала к Лиде домой.

– Тетя Поля, скажите Лидке, чтобы со мной в Дом культуры пошла. Там концерт сегодня и танцы. Мне одной домой возвращаться не хочется, – сказала она с порога Лидиной маме.

Та только плечами пожала, мне-то, мол, что. Пусть идет, если хочет. Лида подумала немного и неожиданно для себя согласилась. Они пришли к Светке домой, и Лида поразилась красоте и богатству квартиры Ушаковых. Полированная мебель, ковры кругом, картины. А люстра-то, люстра! Мама дорогая! Это ж с ума сойти можно!

– Хрустальная! – сказала Светка, перехватив Лидин взгляд. – Ну пошли в спальню, я тебе дам платье и косметику, будем собираться.

В спальне у Светки тоже было красиво. Зеркальный шкаф, полный одежды, диван-кровать, торшер, ковер и маленький столик, тоже с зеркалом, на котором было множество баночек, пузыречков, коробочек. Все выглядело дорогим и необыкновенно притягательным.

– Так, садись сюда, – сказала Светка и придвинула к столику маленький бархатный пуфик. – Начнем с ресниц.

Она показала Лиде, как нужно красить ресницы малюсенькой щеточкой, а потом помогла ей подвести глаза.

– Попудрись чуть-чуть и подкрась губы вот этой, темно-розовой помадой. Да поярче, в несколько слоев наложи.

Лида сделала все, как ей сказали и взглянула на себя. Она, конечно, изменилась. Стала взрослее и симпатичнее, чего уж там.

– Теперь волосы. Это самое главное. Давай все заберем вверх и заколем наверху заколкой, у меня есть одна красивая, с камушками.

Светка открыла маленький ящичек и вытащила оттуда очень красивую переливающуюся заколку в виде бабочки или банта. Она ловко сцепила ею взбитые вверх волосы Лиды, и они образовали у нее на макушке нечто вроде буклей, естественных и волнистых.

– Ну, смотри! Бриджит Бардо! – гордо сказала Светка и слегка подрумянила Лиде щеки.

– Ну это уж слишком, – воспротивилась было та, но Светка пропустила реплику мимо ушей и вытащила из шифоньера платье.

– На примерь, – сказала она и небрежно бросила его на диван, а у Лиды аж дух захватило.

Платье было такое красивое, что Лида охнула.

– Ой, Светочка, это мне? А оно подойдет?

– Ну примерь, тогда и посмотрим. И на вот, колготки надень, чулки твои спускаются. А размер ноги какой у тебя? У меня туфли есть к этому платью.

Лида потеряла дар речи. Колготок она никогда в своей жизни не имела, от платья пахло розами, а туфли Светка принесла замшевые, на высоких каблучках, с маленьким бордовыми бантиками по бокам.

– Нет, Света. Я их не надену. На улице грязь, во что они превратятся? – сказала ошалевшая от роскоши Лида.

– Так ты примерь, если по размеру подходят, возьмешь с собой, там переобуемся. Я тоже в своих лодочках ковылять не собираюсь.

Лида примерила туфельки. Они были ей как раз.

«Это потому, что на колготки. А на мои толстые чулки точно не налезли бы», – подумала смущенная девушка и стала снимать с себя свою одежду, чтобы надеть наконец и платье.

Светка стояла перед зеркалом в тоненькой белоснежной комбинации с гипюровым верхом и широким кружевом понизу. Она укладывала волосы.

– Немецкое белье самое качественное, – многозначительно сказала она, и Лиде стало неимоверно стыдно за свою застиранную темно-голубую сорочку, которая ни кружев, ни уж тем более гипюра не имела и была больше похожа на длинную уродливую майку.

Совсем смутившись, она быстро стала натягивать на себя Светкино платье.

– Осторожнее, у него молния барахлит. Иди сюда, я застегну, – сказала Светка, и Лида подошла к ней.

Тут она увидела себя в зеркале. Платье цвета перезрелой вишни стягивалось сзади на молнию и ниспадало вниз мягкими складками. Рукав был чуть выше локтя, а украшали платье маленькие бархатные розочки, которые гирляндой шли вокруг красивого продолговатого выреза.

– Ну вот, теперь ты любому парню вскружишь голову, – сказала Светка и облачилась в очень узкое, обтягивающее ее красивую фигуру платье бирюзового цвета с люрексом. Платье слегка поблескивало, и Лида с завистью подумала, что Светка все равно выглядит лучше нее. Она элегантнее и красивее. Тут уж ничего не поделаешь.

Девушки наконец были готовы и вышли из дома в приподнятом настроении и с замиранием сердца. Особенно, конечно, Лида. Для Светки такие вечера были не в новинку, она уже к ним привыкла, хотя бежала в Дом культуры тоже с большим вдохновением. Ей просто нравилось нравиться окружающим, нравилось быть в центре внимания. И еще она хотела почему-то дать почувствовать этой замухрышке Щепкиной, какой отличной от нее жизнью живет она, Света.

«Пусть поразмыслит немного. Это пойдет ей на пользу. Дорого одеваться не обязательно, но в спущенных чулках девушке тоже не пристало ходить», – с раздражением думала Света и была уверена в том, что делает Лидке добро.

Хотя, может так оно и было? Во всяком случае после этого вечера Лида Щепкина стала более придирчиво относиться к тому, как она выглядит на людях, и даже в школу стала ходить аккуратной, в отглаженном платье и с чистыми кружевными воротничками. Она уговорила маму купить ей пару тонких капроновых чулок и пару колготок, на выход. Мать ее просьбу выполнила и отдала Лиде свое любимое финское платье.

– Ладно, носи. Выросла совсем, а туфли куплю тебе с получки. Сама выберешь, – сказала Лиде мама и тяжело вздохнула.

Но это было потом, а пока девушки спешили на танцы. Они бежали по лужам, выбирая самый короткий до Дома культуры путь. Быстрой ходьбы было минут двадцать и за десять минут до начала концерта они уже были в фойе.

– Светочка-конфеточка, ну чего ты так поздно! – сказал Светке ее красавец-кавалер, который с нетерпением дожидался у входа.

– Привет, Аркаша. Знакомься. Это Лида Щепкина, моя одноклассница, – на одном дыхании выпалила Света, и Аркадий мельком взглянул на пылающую от возбуждения Лиду.

– Ладно, потом познакомимся, раздевайтесь, я отнесу ваши пальто в свою раздевалку, – сказал деловито Аркадий, и Лида поспешила снять с себя свое старенькое детское пальтишко.

Когда наконец они надели туфли, поправили прически и вышли в центр ярко освещенного фойе, Лида вдруг подумала, что такого счастливого дня у нее еще не было в жизни. Здесь так красиво! Играет музыка, вокруг много молодежи, все улыбаются, громко переговариваются, и она – одна из них, такая же нарядная и красивая! Первый раз в жизни…

Концерт был коротким, три песни, цыганский танец, который исполняли танцоры этого же Дома культуры. Лиду поразил не танец, а костюмы, яркие, красивые, как у настоящих цыган! Потом была пантомима, которая Лиде не понравилась, хотя Светка с Аркадием хохотали до слез, а в заключении балетный номер, танец маленьких лебедей исполнили девочки из младшей балетной группы. Им аплодировали больше всего, хотя танцевали они так себе. Но Лиде понравилось, она подумала, правда, что девочки больше похожи на бабочек, чем на лебедей, но судить строго не бралась. Что она понимает в балете?

– Ну все, теперь на танцы! – сказал Аркадий, и девушки послушно пошли за ним в танцевальный зал.

Тут Лида рассмотрела Аркадия получше. Он был безусловно красив, той самой мужской красотой, о которой говорят: красив, как бог.

– Аркадий, а где же твой друг, Василий, кажется? – спросила вдруг Света своего дружка, бережно державшего ее под локоток.

– Не знаю. Обещал быть. Я ведь покину вас через час, а он должен тут с вами до конца пробыть и до автобуса проводить.

– А почему до автобуса? Ты меня всегда на такси отвозишь? – обиженным детским голоском сказала Света, а Лида диву далась.

«Ничего себе, еще и на такси ее отвозят, принцессу!» – подумала она, но прониклась к Светке большим уважением в душе.

Аркадий ничего не ответил, но зато вдруг приветливо помахал кому-то рукой.

– Вот он! Явился, не запылился.

Лида увидела, как к ним направляется высокий худощавый брюнет. Это и был Василий, которого с большой помпой представил им Аркадий.

Но Света вдруг взяла инициативу в свои руки и объявила:

– Василий, это моя школьная приятельница. Я обещала ей приятное знакомство, надеюсь, вы не огорчите Лиду? Она девушка очень впечатлительная и на нее нужно произвести только хорошее впечатление.

– Постараюсь изо всех сил, – галантно ответил Василий, посмотрев на Лиду в упор, а она залилась краской: ей просто было непривычно мужское внимание.

Василий был веселым, смешливым парнем. Он балагурил, шутил, рассказывал анекдоты, которые не всегда были понятны Лиде, но все весело смеялись, и она тоже. Танцевать ей приходилось с Василием, который был головы на полторы выше нее, и Лида даже чуть-чуть приподнималась на цыпочки, чтобы дотянуться руками до его плеч. Но беда была в том, что танцевать она совсем не умела. Она неуклюже топталась, смущалась, и ей было неловко. А когда вдруг началась быстрая музыка, все стремительно выбежали в центр и начали ритмично извиваться. Тут Лиде стало совсем не по себе. Она так не умела и подавно, поэтому предпочла ретироваться в уголок, чтобы не смешить публику.

– А почему такое неприятие современного молодежного танца? – услышала она вдруг легкий шепот у самого своего уха и резко обернулась.

Рядом с ней стоял Аркадий и, слегка прищурившись, с легкой смешинкой смотрел на нее.

– Вас Света за мной прислала? Скажите, что я немного натерла ногу и быстро танцевать не смогу, мне больно. Не обижайтесь…

Но Аркадий вдруг громко расхохотался и буквально схватил Лиду за запястье.

– Пойдем, я научу тебя, как танцевать, не стирая ноги, – сказал он и потащил Лиду в круг.

Она и охнуть не успела, как оказалась в самом его центре. На нее мало кто обращал внимания, только Света смотрела в упор и опять-таки насмешливо поглядывал Аркадий. Василий танцевал с опущенной головой и полуприкрытыми глазами, а Лида стояла и взирала на всех, чуть не плача.

– Откуда она взялась, эта мартышка? – вдруг услышала Лида.

Это Аркадий спрашивал Свету, слегка наклонившись к ней. Он воображал, вероятно, что из-за музыки Лида не услышит его слов, но она услышала, они ее как током прошибли. Лида бросилась вон, и только у самого выхода ее догнала Светка.

– Ну чего ты, как ненормальная? Подожди, он же пошутил. Он и меня по-разному обзывает, то щукой, то акулой, то…еще как-нибудь. Лида, не будь дурой. Не уходи.

– Пусти, Света. Я же вижу, как они на меня смотрят. Ты думаешь, я ничего не понимаю? Я не из ваших, мордой не вышла, и твои шмотки не помогут! Такси, хрустальные люстры! Да мне такое и во сне не снилось! Оставь меня! Я тебе не пара, а твоим дружкам и подавно!

Лида говорила с обидой, сквозь слезы, которые непроизвольно текли из ее глаз. Глаза защипало от туши, и она кинулась в туалет. Света за ней. Там они кое-как привели Лиду в порядок, и Светка сказала ей:

– Знаешь что? Вот ты прибедняешься, строишь из себя какую-то сироту казанскую, а какого черта? Неужели не хочется подняться хотя бы на ступенечку? Не умеешь танцевать – научись! Не умеешь одеваться – приглядись к другим, журналы полистай. Волосы не в порядке, в парикмахерскую сходи. Все можно сделать для себя самой, постараться и сделать! Тогда никто тебя мартышкой не обзовет. А Аркадий, между прочим, это просто так сказал, не в обиду тебе.

– Тебе может и не в обиду, а я как была мартышкой, так и осталась. Пусти меня, я домой пойду.

– Никуда ты не пойдешь! Умей держать себя в руках! Пошли и сделай вид, что ничего не произошло. Это будет твоей первой победой над собой.

Светка потащила расстроенную Лиду обратно в зал, и та с удовольствием отметила, что свет в зале почти погашен, горит всего несколько голубоватых и розоватых лампочек по углам, и все с упоением танцуют очень медленное, красивое и нежное танго.

– Разрешите? – услышала она и ответить не успела, как уже оказалась в чьих-то крепких объятиях.

Это был Аркадий. Он увел Лиду танцевать, а Света осталась стоять в дверях, красивая, немного расстроенная и слегка удивленная.

– Я ухожу уже. Это мой последний танец, – сказал тихо Аркадий, и Лида согласно закивала головой. – Но я надолго с тобой не прощаюсь. Мы обязательно скоро увидимся, я обещаю.

Больше Аркадий не проронил ни слова, а Лида немного поежилась и попыталась чуть-чуть высвободиться из его цепких рук.

Танец наконец закончился, включили свет и объявили перерыв.

– Все, я пошел! Света, без Васьки ни на шаг, до завтра! – сказал Аркадий и нежно поцеловал Свету в щеку. На Лиду он даже не взглянул, быстро отошел от них и растворился в толпе.

Этот вечер надолго запечатлелся в Лидиной памяти. Она вспоминала его всегда, когда пыталась анализировать свою жизнь и свои поступки. Ей казалось, что, если бы его не было, этого вечера, то вся ее жизнь прошла бы совсем иначе. Но он был, вечер, который направил ее жизнь именно по этому руслу. Воистину, первый шаг мы делаем сами, а дальше нас ведет судьба!