Читать книгу: «Охотник за временем»

Время как вода, течет и все принимает, невозможно его обыграть.

– Я прошу минуту внимания, выслушайте меня пожалуйста

– Дрожащим голосом, тараторя выговорил доктор.

– Ещё чего?! Нет у тебя минуты! Тебе пора, злобно молвил крепкий, квадратный, охранник в черном костюме.

– Давай, собирайся, ты знаешь правила, ты все потратил, ты больше не можешь тратить время.

– Но хотя бы всего пять минут, может быть я смогу, может у меня получиться.

– Нет, пошевеливайся, квадратный подхватил его под локоть и подтолкнул в темный проем.

– Что там?! Что там? Скажите мне, я имею право знать, озираясь через плечо продолжал тараторить доктор.

– Все узнаешь, там у тебя будет время, квадратный подтолкнул в спину доктора и захлопнул за ним дверь.

Темнота поглотила доктора, белый халат в темноте перестал быть белым. Сильный поток ветра дунул в лицо, вдавив очки в переносицу, пыль острыми краями царапала морщинистое лицо доктора, он летел в бездну, страх переполнял все от пяток до головы, уже ничего не думалось, единственная ужасная мысль: «Чем этот полет во тьме закончится? Будет больно? Или может быть это всё, всё кончено?»

Кончилось ожидание и страх доктора ударом головы обо что-то твердое и одновременно мягкое, принимающее удар в себя, похоже на большое растение, но не дерево. То ли от удара, может от нервного ожидания падения и развязки, доктор в итоге потерял сознание.

Очнулся доктор в кровати, укрытый колючим, шерстяным пледом. Оглядев комнату, было понятно, что кроме кровати нет ничего из мебели, стены кремового цвета, свет падал в комнату из окна под самым потолком, но что там за окном не было видно, окно было слишком высоко.

«Свет» – подумал доктор, – «это свет, значит все кончилось, я перешёл на другой уровень, у меня получилось, но может я умер?! Нет, не умер», рукой ощупывая себя и даже разок ущипнув, доктор констатировал – жизнь в своём теле.

Мысли прервал поворот ключа в замке, раз, два, личинка механизма замка отодвинулась и дверь открылась.

Доктор приподнялся в кровати чтоб лучше разглядеть, кто появиться в дверном проеме, его морщинистое лицо выдвинулось, но в глазах не было четкости и контраста, он силился разглядеть, но бесполезно, очков не было, а глаза отказывались работать четко, несмотря на усилия, приказы мозга, – надо, должен – увидеть, кто там! Ничего не выходило, глаза не слушались без оптики.

– Вы, вероятно, ищите это спокойный голос, протянул вперёд очки доктору прямо в руку.

Доктор торопливо надел очки, чтобы быстрее разглядеть кто перед ним стоит. Понимая, что, скорее всего, этот человек сообщит, о ближайшем будущем.

Надев очки, доктор увидел перед собой не человека. Прямо на него смотрели круглые зелёные глаза.

– Это как, молвил доктор, – вы кот?

– Ну нет, я кошка, зовут меня Мелисса, вообще я могу быть собакой, если хотите, но я подумала вам будет удобнее общаться с кошкой. Верно? Ведь у вас был стресс при переходе, а люди не все спокойно воспринимают незнакомых собак, так уж вышло к кошкам люди более благосклонны.

Доктор слушал, изучая собеседницу. Это была большая кошка, ростом примерно метр, серо-зеленого окраса. Она стояла на задних лапах, передние лапы держали планшет, иногда Мелисса поглядывала туда, с умным видом изучая что-то там.

– Итак вы прибыли через тьму в 2019 год. И последние пять лет вы закончили в 2008 году. Здесь указанно, что вы не справились и вас пришлось перебросить через одиннадцать лет. Вы бездарно потратили время, ничего не привнесли, более того вы спешили, не смогли найти время и сохранить его.

Доктор напрягся при этих словах, его переполняло недовольство и нетерпение.

– Но, перебил он собеседницу, как я мог найти время и сохранить? Я не понимаю, что от меня требуется?! И почему у меня забрали 11 лет, переместив сюда? Кто вы? Зачем все это?! Почему я?!

Кошка зафырчала, проявляя недовольство.

– Хватит, у нас тут не дискуссия! – фыркнула она, хотите закончить?! Можем устроить это очень быстро! Отказываетесь участвовать ?! Так и скажите, не надо тут бунтовать, не то я превращусь в очень злую собаку.

Доктор, резко остановился в своих мыслях и многочисленных вопросах, как будто дернули стоп-кран. Он замолчал понимая, что не в его положение требовать что-то. Но в то же время абсолютно не понимал, что он делал неправильно.

– Но если бы вы мне хотя бы намекнули, в чем я ошибался? Что я делал не так? – уже с мольбой в голосе вопросил он.

– Всё! Абсолютно всё! – резко отрезала Мелисса, вы не приблизились к цели ни на мгновение, вы не нашли способа найти время, и сохранить его.

– Ну довольно, вам пора, и мне пора. Когда я выйду отсюда, я оставлю дверь открытой, как только вы будете готовы, входите в 2019 год.

– Не надо отчаиваться доктор, возможно в этот раз у вас все получиться, и прекратите корчить из себя, здесь Мелисса сделала паузу, подбирая подходящее слово,

– Как это, по-человечески будет, капризного ребёнка, наконец закончила она.

Быстро испарившись в дверном проеме.

Доктор продолжал лежать под колючим пледом, только сейчас он заметил, что плед отдает сыростью, и на ощупь немного влажный. Но эти неприятные ощущения не добавляли скорости, ему все еще не хотелось вставать и идти, неизвестность тормозила доктора. Он лежал и смотрел на свет падающий на пол из окна. Думал, что надо подниматься, выходить, но почему она сказала: «войти»? А про себя она употребила слово: «выйду»? Почему я должен войти, а она выйти, через одну и ту же дверь?!

Тут доктор осознал, свет на полу из окна слабеет, первое, что он понял, похоже на улице темнеет, и лучше выйти сейчас, пока есть возможность разглядеть, где он, куда идти, ведь в темноте эта задача усложнится, да и нужно взять этот влажный плед, вдруг там холодно, может быть дождливая осень, или еще чего хуже морозная зима». Он вскочил, сложил плед, ринулся к двери. Толкнул дверь плечом и оказался перед узкой, мрачной, лестницей, ведущей на верх. Он ещё подумал: «да я выйду на верх, но надо запомнить дорогу, вдруг я не найду ночлег, тогда я смогу вернуться – обратно ». Так доктор стремительно шагая, переступая через одну ступеньку, оказался перед еще одной металлической дверью. Протянув руку к ручке, он почувствовал холод металла, надавил вниз, механизм заскрипел ржавчиной, с большой неохотой поддался, дверь открылась.

Сделав шаг наружу к свету, доктор увидел старые дома, свежий воздух прохладой встретил его.

«Снега нет, но прохладно, деревья без листьев. Похоже весна, подумал доктор, надо найти табличку на доме, так я смогу понять где я, в какой стране, что это за город.

Странно ещё светло, но я не вижу ни одного человека, где все люди?»

Доктор стремительно направился на угол не высокого дома. По дороге он изучал детали, стараясь найти подсказки.

«Дом старый, похоже на девятнадцатый век, три этажа, изысканные балконы, лепные фризы, растительные орнаменты, необычная архитектура. Такие особняки я видел в Будапеште, – подумал доктор, может я в Венгрии?»

Силясь разгадать своё местоположение, он прибавил шаг, всё быстрее приближаясь к углу дома. Уже было видно табличку, но еще нельзя было разглядеть, что там написано.

Еще несколько быстрых шагов вперед и вот уже можно разглядеть, цифру 33, шаг ещё шаг и вот она надпись:« Староконюшенный переулок, д. 33».

«Как же это? Получается я в России, а город?– мысли быстро сменяли одна другую, выстраивая логическую цепочку, – а город?», уже вслух сказал доктор, как тут же сзади ему ответил мужской, грубый голос:

– А город Вавилон, документы предъявите гражданин.

Доктор вздрогнул от неожиданности, тут же пронеслась мысль: «наверное грубый голос заметил как я вздрогнул, нехорошо это». Он медленно повернулся, сжимая серый плед в руках. Перед ним стояли двое рослых мужчин в одинаковой серой форме, в защитных масках на лице, на голове были фуражки типо бейсболок, с каким-то непонятным, серебряного цвета металлическим гербом, в виде трехглавого дракона, спереди были нашивки с надписью: «ИНКВИЗИЦИЯ».

Доктор право не знал, что и думать. Все как-то совсем не стыковалось, явно форма у них нового образца, такую он ещё не видел. Вавилон, инквизиция, староконюшенный переулок, он стоял и смотрел на них не в силах произнести слова.

– Почему вы в белом халате? Вы врач?, поприветствовал второй, не менее грубый голос. Пронзая взглядом насквозь. Доктор мотнул утвердительно головой. Страх переполнял его, он делал неимоверные усилия для того, чтобы подавить беспокойство. «Нельзя, ни в коем случае нельзя, чтобы они увидели, что я боюсь».

– Отлично, радостно вскрикнул первый, вы то нам и нужны, а почему без маски?

Доктор тут же выпали не думая:

– Я потерял маску, потерял ее, понимаете пока шел, потерял.

– Ничего, с поддержкой в голосе подключился второй, тут же полез в карман на груди, отодрал липун, достал новую маску в упаковке и протянул доктору, нате вот возьмите.

Доктор протянул руку, взял маску, поблагодарив.

Тут первый нарушил появившееся спокойствие:

– надевайте быстрее маску, нам нужна ваша помощь, у нас в отделении начальнику плохо, а до врачей не дозвониться, время то такое, сами понимаете.

– Да, да, конечно, понимаю, доктор быстро надел маску, радуясь одной частью сердца: «вопрос паспорта отпал», а другой беспокоясь о том: «где же я? И что здесь происходит? И что это значит «время то такое»?»

Первый зашагал вперёд, второй немного прихватив доктора за локоть подтолкнул его к движению:

– Ну давайте, давайте, что вы там копаетесь.

– Да, да, конечно, простите, доктор зашагал вперед за первым, на спине которого уже крупными буквами было написано: «ИНКВИЗИЦИЯ»

Они шли быстрым шагом, неожиданно второй инквизитор, который шёл сзади дал подзатыльник доктору, и заорал прямо ему в ухо:

– Ты снова зря теряешь время!

Доктор очнулся, он лежал все в той же комнате, под серым, отдающим влагой пледом, все тот же свет падал на пол. Первая мысль:

«Я, что спал?»,-мысли вторая, третья, четвёртая, друг за другом множились в прогрессии: «а, что из всего этого был сон? Меллиса сон? Вавилон сон? Падение во тьме сон? Что все это значит? Все сон? Или что-то сон, а часть реальность? Какой год? Где я?»

Он резко вскочил, откинув, противный плед, и рванул к двери, повернул еле поддающееся ручку, механизм ответил знакомым ржавым скрипом. Дальше коридор темный, узкий, в конце металическая дверь, все было точно так как во сне, до мельчайших деталей. «Сейчас я выбегу, добегу до угла дома, и увижу табличку: «Староконюшенный переулок 33», это будет дом девятнадцатого века, с красивыми балконами, и узорами из цветов».

Доктор потянул ручку, железной двери и вырвался наружу, все было именно так, как он уже видел.

«А, что если я пойду в другую сторону? Что будет там?» доктор стоял на месте не решаясь сделать шаг. «Решено иду в другую сторону», уверенным шагом он пошёл в сторону арки, прошёл под ней и вышел на другую улицу. Продолжало смущать лишь то, что нигде не было ни единой души. Он посмотрел налево, направо- никого. Повернул направо и пошёл в сторону виднеющейся таблички на доме. «Калошин переулок 10» – «хорошо»,-подумал доктор, прочитав надпись,-«что дальше? Пойду прямо, может кого-то встречу». Без особой спешки спокойным шагом доктор, шёл прямо, тут из-за угла на встречу ему вышли, два уже знакомых ему лица, в темно-синей форме. Завидев доктора знакомые прибавили шаг, и уже на подходе, первый все тем же грубым, низким голосом, направил свой вопрос в сторону доктора:

–Гражданин документы предъявите пожалуйста. Они стояли напротив, и уже можно было разглядеть надпись на нашивке: «ПОЛИЦИЯ». Но, в этот раз доктор, почему-то не тревожился и был абсолютно спокоен, можно даже сказать-уверен.

–Да конечно,-ответил он, тут же полез во внутренний карман пиджака, под белым халатом, к своему удивлению, в кармане, что-то было похожее на документ, он достал из кармана, ещё точно не зная, что там, и протянул Первому, задающему вопрос. Это был паспорт, без обложки, бурого цвета, немного помятый. Первый раскрыл документ, внимательно, с подозрением во взгляде, то поглядывая на доктора то обратно внутрь документа, что-то изучал. Тут доктор подумал: «а вдруг это не мой паспорт? Я ведь даже не помню как меня зовут, вдруг он сейчас спросит, что-то, а я растеряюсь, и буду городить какую-нибудь херню». Мысли прервал, вопрос первого:

– Олег Иннокентиевич, а почему гуляем? Почему не дома? Где проживаете?

– А почему я должен быть дома?– рискнул ответить вопросом доктор.

– А потому, что пандемия сейчас, и все сидят дома, выходить могут лишь те у кого есть пропуск, у вас есть пропуск?

Тут подключился второй, до сих пор молча не отводящий глаз от доктора, словно у него был дар ясновидения.

– Вы врач?

– Да, я доктор.

– Пропуск имеется?

– Где-то был,– снова рискнул доктор.

Тут второй повернулся к первому и шепнул ему на ухо что-то.

– Пройдемте с нами в отделение, тут не далеко, там продолжим беседу.

– Пройдемте,-весело сказал доктор, ему наконец-то захотелось уже положить конец всему этому, разобраться, что здесь происходит.

– А начальнику вашему не плохо? Он как у вас, нуждается в медицинской помощи?– бодро, с явным интересом, заглядывая в глаза полицейским спросил он.

– А с чего вы взяли, что ему плохо?! Начальник у нас в полном порядке, а вот с вами, я вижу что-то происходит. Вы сегодня употребляли спиртное?

– Вы знаете, я вообще не пью ничего уже очень давно. Ну что ж в отделение, так в отделение, не будем терять время, пойдёмте господа.

Первый спереди, за ним доктор, рядом с доктором второй, так и пошли в отдел. Через дорогу с карниза, на мокрый асфальт спрыгнула серо-зелёная кошка, спружинив на лапы, прижалась к земле, застыв в пристальном взгляде на доктора. Он узнал этот взгляд, тот самый из подвала, из сна, или не сна, вообще оттуда с прошлого. Он тоже остановился, не отводя глаз от кошки. Он почувствовал ненависть в ее взгляде, словно она ему говорила: «ты снова все делаешь не правильно!»Полицейский, как бы мягко хотел подтолкнуть доктора для продолжения движения, но он не двигался, а вместо этого сказал:

– А почему кошка не дома? Почему её не ловите? И не ведёте в отдел?

– Ты что?! Совсе того?! Кошки живут по своим законам! А люди и граждане нашего государства, по законам этой стра…

Полёт гепарда был остановлен в момент прыжка на проезжую часть, бульварного кольца. Визг резины, удар- лицом к небу, доктор лежит на асфальте.

«Меня сбили,– смеялся он про себя,– интересно, я что-то сломал или так ушибами обойдусь, интересно почему мне не больно? Мне так хорошо впервые за всю мою жизнь».

– Эй вы там живы?– доктор повернул глаза над ним склонившись стоял парень и девушка, -давайте, мы вас поднимем, отвезём в больницу, простите нас,– очень суетливо говорила девушек с короткой стрижкой.

– Да, простите нас пожалуйста, вы так неожиданно выскочили на дорогу, никого вокруг не было и тут вы,– помог ей парень лет тридцати.

– Со мной все в порядке, вы меня простите, я сам выскочил на дорогу.

Доктор попытался подняться, это было не легко, его подхватили с двух сторон короткая стрижка и тридцатилетний.

– Вы хотите вызвать полицию? – спросил парень.

– Нет, что вы, я буду благодарен, если вы просто подвезёте меня,– ответил доктор.

– Да, да конечно, мы вас отвезём куда вам надо, у нас есть волонтёрский пропуск,– подхватила девушка.

Доктора усадили на заднее сиденье BMW. За руль сел парень, машина завелась, тронулась с места, начала своё движение вперёд.

На заднем сидении доктору удалось полулёжа-полусидя, разместиться поудобнее, опираясь на левый локоть, он мог видеть, что происходит спереди, а там ничего не происходило, не было людей, очень редко встречались одинокие машины.

Уже не оставалось вопросов про город это – Москва.

– А где все люди?– спросил доктор.

– Люди все дома, карантин,-ответила девушка, – кстати давайте познакомимся меня зовут Катя, а это Артем, а вас как зовут?

– Меня,– доктор взял паузу, раздумывая: «по паспорту я Олег, но мне не вериться, что я Олег, может я – Георгий, или Мартин, – Меня зовут, -продолжил доктор,– Андрей,– он сам не понял почему вырвалось это имя, но сказано и ладно.

– Вы нас простите пожалуйста ещё раз, -продолжила Катя,– все так неожиданно получилось.

– Да, простите нас -подхватил Артём,– куда вас отвезти ?

– Куда меня? А я не знаю, я что-то забыл куда мне надо,-импровизировал доктор,– может я пока с вами прокачусь, и где нибудь выйду по пути?

– Да, вы что? Вам нужно оказать первую помощь, давайте поедем к нам домой, мы осмотрим вас и обработаем раны,– предложила Катя.

– Да, – давайте к нам,– снова присоединился Артём.

– Ну хорошо, я просто не хотел бы стеснять вас. И вообще удобно ли это?

– Да что вы? Вы несколько не стесняете нас,-снова с настойчивой добротой ответила Катя.

– Но правда, я вот думаю,-тут доктор ощутил прилив той самой энергии, как в момент побега от полицейских, он ощутил что-то похожее на силу, и полную свободу, он распрямился на сиденье, сел прямо. Его поза-говорила о уверенности и серьезности настроя, он продолжил ,– но ведь вы все это делаете, только потому что вам страшно, вы испугались и чувствуете виноватыми себя, и скорее всего вы бы хотели избежать всего этого, если б вы только могли сейчас просто избавиться от меня, и не тратить своё время, вы ехали по своим делам, а тут такое, к чему эта человечность? Давайте сделаем вид, что ничего не произошло, просто забудем, мы не знакомы, и вряд ли бы познакомились в обычных обстоятельствах. Вы просто зря теряете время, остановите машину здесь, я выйду, встану здесь около дороги, вы проедете мимо, и поймёте, что вы не хотите останавливаться, разговаривать со мной, тем более везти к себе домой.

Катя и Артём переглянулись, в недопонимании, но с явным интересом.

– А, что давайте попробуем,– с блеском в глазах предложила Катя,– остановись Артём, пусть Андрей выйдет, ты выйти то сможешь?– обратилась она уже к доктору,-ничего, что на ты?

– Ничего, так даже удобнее, я тоже буду на ты к вам,– с азартом откликнулся доктор.

– Андрей, я конечно все понимаю, ударились, возможно головой,-влез Артём,-но обвинять нас в абсолютной бесчеловечности это уже как-то не уважительно по отношению к нам.

А, можно все таки на ты,-перебил доктор.

– Да конечно,– продолжил Артём,– мы возможно тебе кого-то напоминаем из прошлого, ты тоже много кого напоминаешь нам. Но все таки наверное лучше начинать новое знакомство с чистого листа, без добавок прошлого,– тут он посмотрел через зеркало заднего вида, в глаза доктору, улыбнулся и подмигнул.

– А вы хорошие ребята, пожалуй я приму приглашение поехать к вам в гости.

Все трое рассмеялись, не было понятно, что именно, каждого так веселит. Искренний смех, наполнил автомобиль от заднего стекла до лобового. Так только дети смеются, над чем-то таким, ведомым только им.

Ехали по всем правилам дорожного движения. Доктор продолжал смотреть по сторонам и удивляться отсутствию людей и редким машинам. «Что же происходит ? Какой все таки год ?» Он смотрел в окно, повсюду камеры, неестественно чистые улицы, закрытые рестораны, банки , и только бил-борды разговорили языком ребусов.

Вот, бил-Борд -«Гордая Россия», а следующий сообщал о необходимости соблюдать социальную дистанцию, потом про ипотеку, потом супер -предложение от Бета банка, потом снова дистанция и снова дистанция, важность сдать тест, мы -сидим дома, потом демократическая партия патриотов, дальше двадцать квадратных метров от пяти миллионов в Москве и снова социальная дистанция.

«Ясности не добавилось, но и так спрашивать, а какой год сейчас? Что за пандемия? Буду выглядеть странным, но можно конечно сослаться на удар головой, и потерю частично памяти, а что это идея».

– А, какой сейчас год? -решился доктор.

– Ну ты точно головой ударился,– весело обернулась Катя.

– Так, а я этого и не отрицаю, знаете у меня провал немного в памяти, забыл и не могу вспомнить отрезки времени.

– А по твоему какой ? – вмешался Артём

Доктор вспомнил разговор во сне с Мелиссой: «рискну предположить 2019 год?»

– Верно, ну вот видишь не все так плохо,– подшучивая подбадривал Артём.

Ответ Артема не сильно обрадовал доктора, скорее он ещё больше задумался, так сон это был или не сон. Все смешалось, а может действительно он ударился головой, все остальное ничто иное, как воспроизведение иллюзорных фантазий мозга.

Чем дольше доктор думал, тем сложнее давалось отличить реальность от сна. «Может это всё сон, в самом деле – еду в машине, разговариваю с какими-то несуществующими людьми, вижу эти дома, банеры, все-иллюзия. Возможно я схожу с ума. Нет! Надо попробовать пойти методом исключения, что точно был не сон в моей жизни? Детство. Что было там? Магазин «Орленок» много игрушек, маленький мальчик лет шести, стоит возле игрушечных машинок, играет с одной, взяв рукой водит туда-сюда. Мама машет сандалиями, зовёт померить. Мальчик не хочет примерить сандали, рука не отпускает маленькую, яркого цвета гоночную машинку. Сзади врывается в детский мир визг тормозов, разрезающий на части счастливую заставку, сильный грохот, скрип бьющегося стекла, истеричный крик женщин, удар металла о бетон, тут же рядом влетает машина прямо в стеллажи с игрушками, машинки, зайчики, собачки, книжки рассыпающиеся на листочки, стекло, металл, камни, песок все смешалось в полёте разлетаясь в разные стороны. Мальчик смотрит на маму, она распахнув руки в диком крике бросилась к нему. Что она кричит? Не могу разобрать, она кричит имя, мое имя, но я не могу услышать, что это за имя, скрежет, визг сильнее её голоса. Рука мальчика сжимает машинку, мама подхватывает сына обоими руками, прижимает к себе, закрывает своей спиной и буквально выносит из магазина, сквозь разбитую витрину, на газон, придавив желтые, сочные одуванчики . А там уже много людей, бегут, кричат, в пробитом витринном проеме торчит задняя часть зелёной машины, ворвавшейся через тротуар в детский магазин, её чёрное колесо со скрежетом продолжало по инерции накручивать круги по часовой стрелке, множество людей своей массой образовали полукруг разглядывая происшествие.

– Мама у меня машинка, можно мне ее взять?

– С тобой все в порядке? Ты не ударился?

– Нет, Мама, я не ударился, все хорошо Мама, можно я возьму эту машинку?

Но Мама не слышала ничего, плакала прижав мальчика крепко к себе».

Катя ворвалась в воспоминания доктора, словно хотела его растрясти своим звонким голосом:

– Андрей, Андреей!

С тобой все в порядке?

– Да,– с абсолютным отсутствуем ответил доктор, как отвечают просыпаясь от дневного сна- да, да со мной все в порядке, а долго нам ещё ехать?

– Уже приехали,-бодро ответил Артём,– прошу выходить,-предложил он улыбаясь, демонстративно нажав на кнопку: “start/stop” заглушил мотор.

На несколько секунд в машине повисла тишина. Катя и Артём вопросительно смотрели на доктора, в ожидании его реакции на предложение выйти. Последний же словно не слышал их, застыв на месте, со взглядом сквозь время. Никто не решался первым нарушить покой. Секундная стрелка на часах в передней консоли машины остановилась, это заметил лишь доктор. Артём и Катя не могли этого видеть, так как смотрели на него. Это продолжалось секунд пятнадцать. Доктор следил за секундной стрелкой часов: «почему она не двигается?» но в то же время он заметил едва уловимые подрагивание век у Кати,-«скорее всего не сплю»

– Что это?– резко воскликнул доктор, – вы видите, часы остановились?

Артём и Катя повернулись лицом вперёд, увидели секундную стрелку без движения, раз, два, три и стрелка задвигалась.

– Это, что фокусы какие-то? -спросил Артём,-взглядом часы останавливаете?

– Мы же договорились на ты!-недовольно воскликнул доктор.

Катя не понимала, что происходит, в то же время было ясно, доктор не знает ответа. Ясно, остановка часов связанна как-то с ним.

– А ещё раз так можешь ? – шутливо спросил Артём.

– Что могу? Остановить время?! – уже с раздражением воскликнул доктор.

Резко дёрнул за ручку двери, вышел из машины., с негодованием бормоча:

– А ещё так можешь? – немного кривляясь, изображая Артема, – да могу, ещё землю могу в другую сторону крутить. Ну вы идёте или что ?!

Артём с Катей переглянулись

– Кричит ещё на нас, пошли! Чего сидишь то ?!– заворчала Катя, обратившись к Артёму, поспешив быстрее выйти из машины.

Вместе дождались Артема, когда он уже выйдет из машины, закроет дверь, и будет готов идти.

– Ну что ж прошу проследовать за мной,– не теряя юмора предложил Артём, указывая рукой на вход в дом. Доктор предельно собрался в попытке оценить реальность. «Детали, детали»,-повторял он про себя: «важны детали, я что-то упускаю, то ли я сошёл с ума и надо смериться, или же все таки это моя новая реальность».

Доктор принялся изучать то, что видит по пути следования за Артемом и Катей. Дом в двадцать этажей, бежево-коричневого окраса, входная группа камень, стекло, темный вестибюль оформлен цветами, безвкусными миниатюрами, охранником с глазами грустного бульдога в чёрной форме, маске на лице. В общем-то ничего примечательного в этой архитектуре не было. Дом был похож на только-что преуспевшего дельца, приехавшего откуда-то с глубинки, ни вкуса, ни понимания, все откуда-то подсмотрено, придуманно там, где нет места полету гения. Рациональность граничащая с сувенирной лавкой, потраченные деньги в пустую на всякую чушь, горшки с полу-завядшими цветами, светильники, которые видимо купили на распродаже. Кафель на полу местами доложен кафелем другого цвета, видно не хватило и доложили тем, что было. На подвесном потолке желтоватые плиты, видимо от протечки воды выше. Зашли в лифт с зеркалом, это пожалуй единственная полезная штука понравившиеся доктору, он наконец-то смог рассмотреть себя. «И правда я похож на безумного профессора», доктор увидел в деталях себя – очки, грязный местами порванный халат, заросшее бородой едва морщинистое лицо, взъерошенные с редкой проседью волосы, «на вид мне лет 45», – подвёл итог доктор.

«Интересно я на самом деле доктор?», – размышлял он, -«что это за халат в котором я сплю, бегу, перемещаюсь во времени? Пожалуй его надо постирать и зашить»

– У вас есть стиральная машинка и нитки с иголкой,– обратился он к ребятам,– хочу починить свой халат.

– Стиралка есть,-заметил Артём, -а вот нитки, даже не знаю, наверное нет.

– Нет, – резко отрезала Катя,– да и с чего им быть? Что нам шить? Дырки в трусах зашивать?

Двери лифта открылись. Теперь уже все последовали за Катей, было видно ее недовольство.

– Простите я не хотел вас как-то задеть,– начал доктор по инерции, но тут же прекратил извинения, голос сменился с виноватого на чёткий, твёрдый с нотками строгости,– что бедное детство?! Мама зашивала трусы папе?!

– Я не знаю что зашивала моя мама папе! Я выросла в детском доме, и если тебе так интересны подробности, то, да – у меня было трудное детство. Я зашивала свои трусы, потому что не могла купить новые! Всё ? Удовлетворён ответом?!

– Да вполне, не понятно только одно, чего ты все жуёшь эти сопли прошлого?! Ну шила и шила и что теперь так дёргаться?! Сейчас покупаешь новые трусы ну и отлично, но нитки в доме с иголкой можно и держать, совсем не обязательно ими шить носки или трусы, есть другая полезность от них.

Артём посмотрел на доктора, поморщившись дал понять, что не следует продолжать. Открыл дверь в квартиру с номером двадцать шесть, зашёл, сделал пару шагов вперёд, тем самы дал возможности войти остальным.

Дома у Артема и Кати было достаточно уютно, это была просторная трёхкомнатная квартира. Доктор прошёл в ванную комнату с позволения Кати. Артём вежливо предложил полотенце, доктор не отказался. Он включил душ, встал под воду, закрыл глаза, воспоминания продолжились: «в газете фото вашего Андрейки,-с радостным криком забежала соседка с черно-белой бумагой в руках.

Мама выхватила газету, принялась быстро читать: «вчера в результате отказа тормозов в детский магазин «Орленок» на бешеной скорости въехал легковой автомобиль, никто не пострадал кроме водителя. Водитель сорока пяти лет в результате полученных глубоких ран в области артерии, скончался от потери крови на месте происшествия.

Что удивительно ребёнок шести лет находящийся буквально в метре от аварии не получил ни одной царапины. Ни один осколок стекла, камень, запчасть от автомобиля, металл не задел ребёнка, приехавшие на место врачи скорой помощи, не смогли прокомментировать как такое возможно. Версия о том, что водитель был пьян и не справился с управлением отклонена, результат экспертизы показал в крови водителя нет алкоголя. Единственно, что успел сказать водитель, перед тем как скончаться, врачу оказавшему первую помощь, это странная фраза: «передайте ему, чтобы он не терял время, я его к сожалению потерял».

Кира Соколова спец.кор. Вести Черниковска.

Выше статьи была черно-Белая фотография маленького мальчика сжимающего что-то в руке, а на заднем фоне торчащая в витрине легковушка.

В этот момент доктор сжал правую руку, точно также как тогда, в детстве. Он даже смог представить как в его кулаке зажата маленькая детская машинка. Вот – она своими острыми краями впилась в ладонь и пальцы. Доктор смог уловить всю полноту атмосферы прошлого, запах сырников едва подгорающих на кухне, запах лета из открытого окна. Все было отчетливо, ярко. Сочная зелень в окне, успокаивающее светло-голубое небо, яркое дарящее энергию солнце, и только газета в руках мамы было сильно чёрной. В её черно-белости преобладал чёрный цвет, в нем отсутствовала элегантность, оригинальность, загадочность или утончённость, этот чёрный цвет говорил о скорби, утрате, боли потери – смерти.

Холод пробрал доктора, страх, оцепенение, он испытал те же чувства ужаса маленького мальчика, подслушивающего разговор мамы с соседкой. Но тогда он не в силах был разгадать весь этот ребус, и предположить не мог – авария, смерть водителя, последние слова- связанны с ним. Да, сейчас он четко понимал связь, но до сих пор не приблизился к разгадке, о чем говорил перед смертью водитель? Почему он Андрей, теперь уже понятно, что его имя Андрей, уже тогда в детства стал участником всех этих загадочных событий. И что это значит: «не терять время зря?»

Доктор стоял под тёплым душем, вода согревала лишь тело, внутри же был озноб, вызывающий дрожь. Он прибавил горячей воды, не согревало. Он смотрел, как стремительно утекает вода в чёрное отверстие канализации, образовывая воронку. «Так и детство мое стремительно, быстро, скрылось где-то во тьме воспоминаний»,– подумал доктор.

Вдруг в дверь душевой постучали. Стук был звонкий, прозрачный, резкий. Очень похожий на то, что стучали чем-то железным. Доктор застыл в ожидании услышать голоса, но никто ничего не произносил, через несколько секунд громкий стук повторился.

– Занято!– четко сказал доктор и застыл выжидая, что будет дальше. Стук повторился с неимоверной силой, теперь уже это был не стук, а грохот, резкие, ритмичные удары в дверь прямо по середине. Теперь уже было понятно дверное полотно пытались проломить ударами чем-то тяжёлым и железным.

Голый, мокрый доктор выскочил из душа, прислонился плечом к двери, заорал что есть силы:

– Кто вы ?! Что вам надо от меня ?!

Стук прекратился. Доктор застыл, левой рукой он дотянулся до штанов, быстро натянул их на голое тело, воспользовавшись паузой. Тишина. Ни шороха, ни шагов, никакого движения.

Доктор прислонил ухо к двери,но ничего не услышал. Он заметил замочную скважину, решил посмотреть в неё. Медленно на расстояние он приближался глазом к замочной скважине, приблизившись совсем близко он заметил, с другой стороны двери в замочную щель смотрит чей-то глаз, от неожиданности доктор отпрыгнул и плотно закрыл ладошкой отверстие замка. Только он это сделал как, что-то острое резко впилось в ладонь протыкая ее насквозь, он резко оторвал руку от пронзающей боли и увидел, что-то похожее на спицу для вязания. Доктор закричал, от боли:

–Ааа, сука!!! что вам надо !!!

Кровь хлынула из ладони на кафельный пол в ванной, растворилась в воде вытекающей из душа, образовав ярко красную лужу.

Трясущейся, окровавленной рукой, доктор схватил полотенце, перемотал раненую руку. Правым плечом он прижимал дверь. Опять настала тишина, ни звука, как в прошлый раз, только теперь доктор уже не хотел смотреть в замочную скважину .

Время шло, никаких звуков из-за двери не было. Прошло несколько минут-тишина. Страх отступал, беспокойство Доктора сменялось решимостью. Нахождение в душевой не могло продолжаться вечность, рано или поздно что-то нужно предпринять, думал Доктор. Если до этого все действия были направлены не впустить кого-то через дверь, то, теперь никто не рвался внутрь, инициатива перешла к нему. «Гораздо проще, когда кто-то рвется внутрь, понятно – нужно сопротивляться, противостоять»

Продолжал он думать,-«если я резко выскочу и эти кто-то нападут на меня, что я противопоставлю им?»,– он начал смотреть по сторонам в поисках оружия, или хотяб чего-то похожего на оружие. На раковине стоял стаканчик с зубными щетками, станок для бритья,-«не, не подходит, нет столько времени, чтоб делать тут заточку из щетки, как показывали в кино про американскую тюрьму»,– взгляд доктора скользил дальше по стенам, полкам, раковине в поисках того, что может подойти,вдруг он увидел в углу стоит вантуз: «а что? есть рычаг, ну хоть что-то, по крайней мере не с голыми руками атаковать кого-то там».

Доктор в одних штанах на голое тело, босиком, правая рука перебинтована окровавленным полотенцем, в левой руке вантуз, на глазах покосившееся очки.

Так он плечом толкнул дверь и выбежал из душевой, тут же рванул вперёд, с диким криком, для большей наверное бодрости или воинственности, не понятно.

Но никого в коридоре ведущим из душевой в гостиную не было, тогда доктор совершил несколько прыжков в строну гостиной, и увидел следующую очень странную картину:

Катя и Артём сидели за столом друг напротив друга. Каждый замер в незаконченном движении. Катя держала в правой руке чайную ложку с мороженным, приблизив ее к открытому рту., её взгляд с вожделением окаменел прикованный к содержимому в ложке. Артём же в руках держал вилку и нож склонив голову, словно коршун, над тарелкой с яичницей .

В момент, когда доктор ворвался в гостиную угрожая вантузом, он стал свидетелем этого немого кино, похожего на съёмки музея современной инсталляции, застывшие в стоп-кадре Артём и Катя, чашки, столовые приборы, даже мелкие пылинки зависли в воздухе – всё было без движения. Он также обратил внимание на часы, которые висели на стене. Секундная стрелка, как вкопанная стояла на месте.

Раз, два, три стрелка сделала своё первое движение и двинулась дальше по кругу.

И тут же ложка с мороженным оказалась во рту Кати, а нож в руке Артёме заскрежетал по тарелке, вилка проткнула в четырёх местах белок, прижав к тарелке яичницу. И тут же две пары удивлённых, круглых глаз впились в полном недоумении в Доктора.

Катя слегка подавилась выплюнув маленький кусочек мороженого изо рта. Артём прекратил скоблить ножом, ошарашено смотрел на доктора.

– Это что какой-то прикол? да ? Ты хочешь нас избить вантузом?– спросил Артём, пытаясь сохранить нотки веселья в голосе, но было видно, что даже ему человеку с хорошим чувством юмора не понятна шутка Доктора.

Катя добавила от себя:

– А че ты штаны то надел? Мог бы так по свойски, без лишних приличий.

Доктор опустил руку с вантузом. В полном недоумении, оглядел себя. Ничего не ответив Артему и Кате, повернулся в сторону двери в душевую. Без сомнений он не сошёл с ума. На двери были свежие следы попыток проломить её.

– А это что?!– воскликнул с негодованием доктор, кивнув в сторону душевой.

–Это кто сделал?! Вы что ничего не слышали?!

Артём резко отодвинул стул и быстро пошёл в сторону душевой.

– Нет, ну ты посмотри родная, он ещё и дверь нам в туалет раскурочил, ну что ты за человек то такой?! А с рукой что?!

Катя с ловкостью пантеры оказалась возле туалета, разглядывая внимательно последствия принятия душа Доктором.

– Ты мать твою точно псих! Зачем ты это сделал?!

–Я?! Я ничего не делал! Кто-то ломился в дверь, потом через замочную скважину сувал какое-то шило и проткнул мне руку,– Доктор демонстративно поднял перебинтованную окровавленным полотенцем руку,– вот посмотрите!

Артём в смятении смотрел то на Катю, то на доктора.

– Получается кто-то, пока мы ели, проник незаметно в квартиру, пытался сломать дверь в туалет, проткнул тебе руку, мы же ничего не услышали и не увидели.

– Да именно это меня и поражает! -бешеным голосом воскликнул доктор.

– А ты ничего не принимаешь?! – очень подозрительно заглядывая Доктору в глаза, спросила Катя – а то знаешь мы вот как познакомились с тобой, так вот всё,– тут она замолчала подбирая правильные слова, но видимо ничего не пришло,– так вот дерьмо какое-то творится мягко говоря. Давай на чистоту, кто ты такой? И что здесь произошло?

– На чистоту? – Доктор посмотрел прямо в глаза Кате, а потом Артёму, словно желал убедится точно ли все хотят на чистоту,– хорошо, давайте на чистоту, я прибыл из 2008 года, какая-то кошка сказала мне, что я должен найти время, или не терять время, я не понял до конца, потом полицейские гнались за мной, я убегал, вы меня сбили, привезли к себе домой, я принимал душ.

Тут его прервала Катя:

– Да, дальше мы уже слышали, кто-то приник в наш дом, в попытке откупорить тебя из туалета, чтобы тебя убить, наверное за то, что ты не предотвратил ипотечный кризис в 2008 году!,– засмеялась Катя.

– Я так и знал вы мне не верите ,– доктор с грустью опустил голову.

– Нет мы не то чтобы совсем тебе не верим, это знаешь даже очень возможно в твоей голове так всё и происходило, но в реальном мире сейчас 2019 год, COVID- пандемия, все сидят по домам, может и ты сидел дома, начал сходить с ума от скуки, заказал себе наркотиков или сам намутил чего, ты ж Доктор?!

– Я не знаю, кто я, знаю меня зовут Андрей, а доктор я или нет- не знаю!

Я ничего не употреблял, по крайней мере надеюсь, что это так. Но я готов пойти от обратного, давайте я выслушаю и приму ваши версии, допустим, я сошёл с ума, употребил наркотики, сам себе проткнул руку, пытался сломать дверь в туалет бесшумно, не мешая вам обедать. Дальше что?! Какие версии?!

– А это ты нам расскажи, что дальше?– с интересом спросила Катя.

Артём все время посвящённое теме «на чистоту» молчал, слушал, смотрел, то на Катю, то на дверь, то на Доктора.

– А где железяка которой ты долбил дверь?! Должно же быть что-то, чем ты орудовал тут?! Где шило, которым проткнул руку?– нарушил молчание Артём.

– Ты у меня это спрашиваешь?!– изумлённо скривил лицо доктор, вопрошающе вцепившись взглядом в Артема.

Так давайте успокоимся! – предложила Катя, сделав успокаивающий жест руками,– сейчас Андрей накинет, что-нибудь наверх, – при этом она подмигнула Артёму, намекая поделиться гардеробом,– обработаем руку, и подумаем вместе , что здесь происходит.

Все согласились. Задумчивые, сохраняя молчание, каждый занялся делом. Артём изучил дверь, тщетно пытаясь найти орудия нападения на дверное полотно и Доктора. Катя достала аптечку, перебрала всё, и где-то на дне нашла йод, бинт, лейкопластырь, застыла в ожидании доктора. Последний же накинул наверх футболку, предложенную Артемом, после покорно прошёл на процедуры к Кате.

Все собрались за столом в гостиной. Первым тишину нарушил доктор:

– Вы знаете есть ещё одна деталь, когда я вошёл в гостиную, часы, – он заметно торопился рассказать, предвкушая, что сейчас снова последуют насмешки,– так вот, секундная стрелка была без движения, вы же сидели заставшие, это длилось несколько секунд, прежде, чем часы пошли, а вы очнулись. Артём продолжал внимательно слушать Доктора, он тут же вспомнил случай с часами в машине, которому тогда никто не передал особого значения.

– Вообще знаете Доктор, то, что вы рассказываете не так уж и невозможно . В своё время я интересовался направлением в психологии под названием: «психокибернэтика», основателем был косметический хирург – Максвелл Мальц, он разработал некую систему идей, способных привести каждого человека к более успешной и полноценной жизни. Всё это как бы прорыв сквозь время, ты был одним человеком и буквально через короткое время становишься абсолютно успешным, счастливым, удовлетворённым своей жизнью. Свои труды Мальц опубликовал в середине шестидесятых. Я изучал его эксперименты, знакомился с его биографией, и наткнулся на другое интересное происшествие, которое произошло как раз в то время, когда хирург опубликовал свою первую книгу,– пока Артём говорил, его никто не перебивал, все слушали его очень внимательно. В процессе Катя закончила обработку руки, перебинтовала ладонь доктора, и с ещё большим вниманием продолжила слушать Артема. Доктор, поблагодарил Катю, практически шепотом сказал: «спасибо», всем видом показывая, что ему очень интересно. Он вроде даже приободрился, появлению собеседника, в лице Артема. Да и Катя перестала шутить, подкалывать, тем самым придала моменту ещё большую серьёзность.

– Продолжай пожалуйста Артём, я тебя очень внимательно слушаю.

– Так, вот случай довольно интересный. Сейчас я найду его,– при этих словах, он на некоторое время погрузился в телефон, видимо быстро разыскивая нужный материал,– о! Нашёл,– радостно воскликнул Артём,– вот оно слушайте : «В середине июня 1960 года произошло трагическое происшествие: автомобиль сбил насмерть молодого человека лет тридцати по имени Рудольф Фетц. Погибший был одет в одежду, которая была в моде в 19 веке.

Полицейские приступили к расследованию, и неожиданно выяснилось, что этот мужчина в возрасте 29 лет пропал в 1876 году. При нем нашли: медный маркер для пива, законопроект по уходу за лошадью и повозкой, письмо, датированное 1876 годом, 70 долларов и визитные карточки. Все эти вещи были без каких-либо признаков старения, что дало возможность полицейским предположить, что перед ними тело путешественника во времени, который попал из 1876 года прямиком в 1960-й»,– здесь статья закончилась, Артём сделал многозначительную паузу, и продолжил марш торжества,-

А теперь секунда вашего внимания,– в этот момент он затарабанил пальцами по столу,– Мальц жил в том же городе, где и произошла эта авария. А ещё тело погибшего путешественника во времени – исчезло, той же ночью из морга.

– Какого?! на хрен ты нам это все прочитал?! – воскликнула Катя, обращаясь к Артёму, – ты, сам то веришь в эту чушь?!

Артём даже отодвинутся немного назад, словно Катя пыталась его ударить.

– Хорошо, давай послушаем тебя,-с раздражением ответил он,– какие у тебя есть версии, того, что здесь происходит?!

– Я думаю перед нами сидит типичный псих, бросился нам под машину, теперь исполняет тут дичь какую-то, а ты развесил уши, заодно включил свое инфантильное воображение! Что «секретных материалов» в детстве насмотрелся ?! Да у меня есть версии! Он, друг человека-паука, человек-психопат.

– Хватит! Прекрати!– заорал Доктор,– я не псих! Наверное,– тут он сменил тон на более смиренный, с нотками усталости,-спасибо вам, за всё. Я устал, я больше не могу, я не хочу ничего слушать, я не знаю, что со мной происходит, да может я сошёл с ума, но я не потерял уважения к себе. Пусть я буду псих, но уважающий себя – псих. И требую уважения к себе. Я так понимаю мы закончили общаться, я ещё раз прошу простить меня за доставленные мною неудобства, деньги за дверь я вам отдам. А теперь разрешите удалиться из вашего столь гостеприимного дома.

– Ох, избавьте нас уже поскорее от себя, ретируйся пожалуйста,– бросила в сторону Доктора- Катя, абсолютно не глядя в его сторону.

– Хватит! Прекратите! -резко прокричал Артем, ударив по столу ладонью,– вы оба сейчас не правы. Андрей вам есть куда идти? – Артём вопрошающе посмотрел на Доктора, предвидя отрицательный ответ, продолжил,– Катя успокойся, пусть переночуют у нас, есть свободная спальня. Утром решим, что дальше.

– Да если он не перережет нас пока мы спим, – перебила Катя.

– Я сказал- хватит, прекрати, у всех нас был тяжёлый день. Андрей располагайтесь в спальне, по коридору налево.

Доктор, посмотрел на Артема, он настаивал, Катя обиженно стихла, решение Артема ей не нравилось, но и спорить она не стала.

Доктор поблагодарил, и пошёл по указанному Артемом направлению в спальню. Он вдруг почувствовал резкий отток сил, усталость, сильное желание спать.

– Спасибо вам,– произнёс он уже из коридора.

Доктор залез под одеяло, закрыл глаза тут же крепко уснул. Снилось ему по началу какая-то бессвязная чушь, то он где-то летал, то плыл, то падал. Отсутствовала резкость и яркость сна. Потом он заблудился в темном лабиринте, не смотря на темень в этом сне появилась отчётливость. Доктор трогал шершавые стены, чувствовал пыль на своих ладонях, все было очень контрастно в этой темноте. Вдруг появилось странное ощущение того, что у него есть крайне ограниченое время выбраться из лабиринта. Голос внутри отрывисто приказал: «Беги!». Доктор побежал по темным коридорам. Голос внутри продолжал пугать: «Тебе конец! Ты должен скорее отсюда выбраться! Найди выход!». Доктор испытал ужасное чувство того, что не успевает. Надо быстрее найти выход из темноты.

Он метался по мрачным, запутанным коридорам в поисках выхода. Жуткое чувство того, что он не успевает бежало вместе с ним. Наконец в конце одного из жутких коридоров он увидел тоненькую струйку света. Что есть рванул туда. Это была дверь через замочную скважину, которой падал слабый лучик света. Доктор прислушался за дверью лилась вода. Рядом с дверью он судорожно нащупал железную трубу. Крепко схватил её, почувствовал холод, тяжесть, шероховатость ржавчины стали в руках.

Взяв не большой размах начал бить трубой по двери, и кричать, но почему-то не слышал свой голос. Доктор кричал сильнее, но все было тщетно, он не мог услышать себя , словно кто-то выключил звук на ноль.

Тогда он с ещё большей силой начал бить по двери трубой, ничего не получалось, дверь не поддавалась уговорам металла. Доктор положил трубу, решил рассмотреть в замочную скважину замка , что там за дверью, но вместо этого увидел чей-то глаз, тут же отпрыгнув, руками нащупал что-то похожее на толстую жёсткую проволоку, тогда он просунул ее резко сквозь замочную скважину, сразу же почувствовал как упёрся во что-то мягкое, тут же выдернул резко проволоку, она была в крови. Отпрыгнул, снова заорал, но также не слышал свой голос. Он снова решил посмотреть через дверную щель и увидел там голого себя с проткнутой рукой, обливающийся кровью, корчащейся от боли. От увиденного доктор почувствовал, как холодный пот прошиб все тело. Он бросил проволоку. Побежал прочь в тёмные, зловещие коридоры лабиринта.

Многие готовы отдать всё, чтобы остановить, вернуть, продлить время.

В кабинет начальник ОВД, зашли двое. Аккуратно одетые в костюмы темного цвета, защитные маски, очень чистые ботинки, стрижка волосок к волоску, манера держатся все выдавала их принадлежность и непосредственное отношение к спецслужбам. Один из них предъявил раскрытое удостоверение. Начальник молча прочитал, многозначительно вытянул шею вперёд. Не задавая никаких вопросов приготовился слушать непрошенных гостей.

– Вчера в вашем районе наружные камеры зафиксировали вот этого человека,– один из гостей протянул фотографию с изображением Доктора в компании двух полицейских,– мы бы хотели с ним пообщаться, он был задержан вашими сотрудниками.

Начальник вгляделся в фото, тут же вспомнил вчерашний доклад по поводу задержанного, а позднее сбежавшего в белом халате какого-то сумасшедшего.

– Вы знаете, а мы его не задержали, он сбежал, но у нас остался его паспорт. Вообще по факту не было причин его задерживать, максимум выписали бы штраф за нарушение режима карантина, а потом отпустили бы все равно.

– Мы можем увидеть его документы?– заговорил второй. Пристально, холодно глядя на начальника.

– Да конечно,– начальник тут же взял телефон, набрал кого-то, приказным тоном велел принести паспорт вчерашнего беглеца. Положил трубку. Ожидали в полном безмолвии, люди в костюмах неотрывно смотрели на начальника, он же настолько испытал напряжение, что хотелось что-то сказать, но кроме глупости ничего не приходило на ум. В конце концов напряжение взяло своё,начальник раскрыл рот:

–А что случилось? Он преступник?

Ответ не прозвучал, безмолвие гостей сохранялось, словно все эти вопросы начальника настолько не существенны, что игнорирование, это- единственно возможный ответ.

Начальник не стал настаивать, послушно замолчал.

В дверь постучали, зашёл бодрый лейтенант, обшаркиваясь в докладах, принёс паспорт. Тут же с разрешения начальника быстро удалился, точно также как и появился. Один из гостей взял в руки паспорт, раскрыл его. Внимательно, изучающе вглядывался внутрь, словно проверял на орфографические ошибки документ.

Пока первый изучал, второй нарушил напряжённую тишину.

– И, что упустили, и больше не видели его?

– Нет, не видели.

– А, что-то ещё изъяли у него? Может часы при нем были ?

– Вы знаете, я ж там не присутствовал при задержании, давайте я вам приглашу ребят, которые проводили задержание данного гражданина, они возможно больше смогут помочь, чем я.

–Это конечно, мы с ними пообщаемся,– подключился первый, закончивший изучать паспорт,– но сейчас мы разговариваем с вами, нам очень важны все детали, может другие наряды заметили его, или ещё что-то важное, о чем знаете только вы. Любые детали важны.

Начальник снова вытянул шею, от напряжение горло пересохло, он налил воды из графина, тремя большими глотками залил засуху в горле.

– Вы знаете, если бы вы могли немного приоткрыть в чем суть дела, я возможно мог бы больше быть полезен вам.

– А, что разве недостаточно того, что дело связанно с государственной безопасностью,– настойчиво чуть повышая тон, перебил первый.

– Вообщем так полковник, проведи оперативно – розыскные меры по этому гражданину. Официально для всех он – опасный преступник, но нам он нужен обязательно живой. Раненным слегка можно, мертвым – нельзя. Паспорт забираем, думаю копию ты сделал уже,– подвёл итог Второй.

Начальник внимательно слушал, в процессе качал утвердительно головой. Гости встали и собрались уже уходить

– Так, а за какое преступление мы его разыскиваем? Мне ведь в ориентировке надо указать, в связи с чем розыск.

– Ты что совсем ?!– Первый резко обратился к Начальнику,– нам тебя научить, как дела с висяками поднимать, может нам в архивах твоих покопаться, подобрать висяк получше?!

– Нет, зачем же? В архивах не надо, мне всё ясно, сам разберусь, спасибо вам,– при этом Начальник чувствовал, что «спасибо» было лишнее в конце.

Проводил нетерпеливым взглядом до выхода из двери кабинета гостей. Ещё раз налил воды, сделал несколько глотков, осушив стакан, поднял трубку внутреннего телефона, вызвал к себе лейтенанта.

Вежливые люди в костюмах вышли из дверей ОВД.

– Половина двенадцатого, отметил Первый,-пора доложить.

– Сядем в машину, доложимся, решим, что делаем дальше,-предложил Второй.

– Игорь Иванович, заехали мы в ОВД, его здесь нет, говорил Первый по телефону, сидя за рулём чёрного неприметного Форда Мондео,– мы связались с Кашниками из детского мира, попросили их помочь. Место, где он пропал слепая зона, нет камер, мы только можем проанализировать поток транспорта в определённый временной отрезок. В указанное время проследовало восемь машин, из них одна газель тентованная, если запрыгнул в кузов, то сложнее, мог также выпрыгнуть там, где нет камер. По остальным владельцам авто получили контакты, выезжаем по прописке и месту проживания. Полковника проинструктировали, обещал помочь. Мы ещё рядом с ОВД, с сотрудниками, кто задерживал «Объект» думаем пообщаться позже, сейчас чтобы не терять время выедем по адресам автовладельцев, высока вероятность, что он ещё там.

Дальше Первый не долго внимательно слушал, видимо какие-то наставления с другого конца трубки. Подвёл итог разговора чёткими словами: «хорошо, вас понял, доложим по итогу объезда адресов», – положил телефон, закончив разговор.

Второй во время разговора изучал какие-то снимки в своём телефоне:

– Ты знаешь, газель отменяется, слишком далеко по времени. Он бежал, от места задержания до слепой зоны, где он пропал, минут шесть, в это время остаётся самое вероятное две машины. Одна – BMW

принадлежит Коврову Артёму Григорьевичу, вторая – Toyota, принадлежит Лисенко Андрею Александровичу.

Значит BMW живет на шмитовском проезде со своей супругой, а TOYOTA живет один, на Ленинском проспекте. Получается противоположные стороны, надо решить в какую сторону направимся первым делом. Я за BMW, а ты?

Доктор проснулся в мокром поту. Чувства ужаса, содрогания вызвало осознание увиденного во сне.

«Я – тот человек! Я – нанёс рану себе! Во мне проблема! Но как это возможно ?!».

На стене висели часы,-«одиннадцать двадцать, как долго я проспал, надо уходить от этих добрых людей, похоже Катя права, я – псих, представляю опасность для них, для себя, для всех, с кем я встречусь. Но куда мне идти?! Я абсолютно никого не знаю здесь, прошло одиннадцать лет, как я пропал из жизни всех своих старых знакомых. Я не могу появиться, просто так-вот, спустя долгое время. Да ещё и карантин этот»,– мысли прервал разговор Кати с Артемом за дверью:

– Что ещё спит? -спрашивала Катя.

– Ну, пока не выходил, -ответил Артём.

– Я проснулся уже, -громко крикнул Доктор,– встаю, умываюсь, иду к вам.

– Присоединяйся к завтраку,– вежливо прокричала Катя.

Доктор побрел в туалет. Посмотрел на раненую руку, на избитую дверь, убедился, следы – его вероломства, присутствуют. Опасаясь самого себя, решил умываться с приоткрытой дверью, на всякий случай. Закончив быстро утренний туалет, поспешил на ароматный, аппетитный запах завтрака.

Когда он ступил на порог гостиной, Катя и Артём мило завтракали обмениваясь друг с другом безобидными шутками, время на часах – одиннадцать сорок пять.

– Присаживайся Андрей,-вежливо предложил Артём, указывая на место напротив тарелки с набором овощей и яичницей.

– Спасибо,– Доктор

учтиво принял предложение, уселся за стол. Взял в левую руку вилку, на секунду завис над содержимым тарелки, в размышлениях, что первым уничтожить. Воткнул вилку в поджаренный, золотисто- красный, ломтик помидора, и понёс его к себе в рот. Не успел он закрыть рот, прозвенел пронзительный звонок в дверь.

– Ты кого-то ждёшь? -спросил Артём Катю.

– Нет, а ты?!

– И я не жду, ладно пойду посмотрю, кто там с утра пораньше в гости напрашивается.

При словах «с утра пораньше», все посмотрели на часы время было одиннадцать пятьдесят.

Артём подошёл к входной двери, посмотрел в глазок, там стоял охранник, в руках у него был какой-то пакет.

– Кто там? – спросил Артём, хоть прекрасно видел кто, видимо в надежде поговорить через дверь, и на этом закончить утренний, незваный визит охранника.

– Так, это я- Петрович, охранник ваш снизу. Это вам посылку, курьер принёс, оставил внизу, времени не было у него подниматься, спешил сильно, вот попросил меня занести,– через дверь ответил охранник.

– Петрович здравствуй- сказал через дверь Артём, показывая жестом- тихо, Кате и Доктору,– ты посылку у себя внизу оставь, а я чуть позже спущусь заберу её, мне сейчас неудобно, ты меня разбудил, я умоюсь и спущусь к тебе.

Охранник продолжал диалог, через дверь:

– Так то да, только моя смена в двенадцать заканчивается, там сменщик новичок, как бы чего не случились, переживаю, я.

– Ты, Петрович не переживай, иди, я спущусь скоро, спасибо тебе, -настоял на своём Артём.

Охранник послушно ушёл.

– Ты когда-нибудь видела, чтобы наши охранники заносили кому-то посылки?– вопрошающе, заговорщицким шёпотом обратился Артём к Кате.

– Нет, не видела, – с той же таинственностью, ответила Катя.

Доктор же успел набить рот яичницей, ничего не мог сказать, сделал лицо очень глупое, абсолютно не понимая, что нужно делать, то ли жевать дальше, то ли вставать бежать, то ди поддаться течению и пусть уже будь, что будет. Единственное желание- нежелание Доктора, ему очень не хотелось прерывать свой аппетитный завтрак. «Ведь утренний приём пиши считается самым важным, -думал доктор,– задающим настроение на весь день событием. А тут опять, беги, думай, прячься, не хочу!», -с этими мыслями доктор дожевал, и приступил к подготовке следующего кусочка на тарелке.

– Нет, вы посмотрите на него?!– возмутилась Катя,-ест себе, как ни в чем не бывало! Мы тут переживаем!

– Ну, так вы сами предложили мне позавтракать, я согласился, кстати очень вкусно, спасибо, при этих словах он сделал любезный кивок головой в сторону Кати, а предложения переживать о чем-то не поступало.

– Андрей,– серьезно обратился Артём к Доктору, – я думаю визит охранника связан с вами, у нас есть очень мало времени, нужно что-то решить, что мы делаем?

– На что у нас мало времени? Чтобы что ?– Доктор покончил поедать содержимое тарелки, с совершенным спокойствием вступил в диалог с Артемом,– что может быть? Что случится?

Артём же в это время подошёл к окну, наблюдал, как человек в костюме разглядывает, трогает рукой передний бампер его машины, как раз в месте удара. Посередине двора стоял чёрный Форд Мондео.

– А это кто? – резко оборвал Артём.

Катя подошла сзади Артема из-за его плеча подсмотрела в окно.

– А, да кстати, это точно к тебе Андрей, у нас нет друзей так отстойно одетых и на таких тачках. Сколько их интересно?

– Я вижу одного,-вглядываясь в окно ответил Артём.

Доктор почувствовал страх, ему стало страшно. Это был страх – неизвестности, он сидел за столом, слышал Артема и Катю, но не мог понять – почему он боится? Что могут сделать ему незнакомцы? Почему он должен думать сейчас – как поступить?

Он замер на месте в своих мыслях: «Откуда у меня, это – липкое, неприятное, постыдное, унижающее чувство страха?! Когда я боюсь, мне холодно и темно. Словно в мою жизнь подсыпали яд. Я чувствую, что меня используют, когда я боюсь, словно истеричная женщина вечно шантажирующая разводом, почему я так боюсь её потерять?! Почему я так люблю бояться?! Ведь это такая обидная любовь».

– Сядьте!– резко сказал Доктор,– я прошу вас сядьте!

Артём переглянулся с Катей. Они молча сели за стол напротив Доктора, сосредоточено, дружно смотрели на него, в ожидании, что же, он им скажет.

– Я, благодарен вам, за вашу доброту. Сейчас я пойду вниз, я не буду убегать, прятаться. Я не хочу соображать, что мне делать. Я просто сделаю то, чего я боялся всю жизнь, я выйду через парадный вход и пойду прямо. Мы возможно больше не увидимся, но я бы хотел увидеть вас снова.

– Ты-дурак, Андрей,-подметила Катя,-эти люди ищут тебя. Ты знаешь, почему они ищут тебя?

– Нет, не знаю. И мне глубоко плевать почему,-Доктор сделал не большую паузу, тут же добавил,-сегодня я не буду двигаться по понятной кому-то траектории. Я потрачу кучу времени и это всё -фигня! Важное, чувствую я – близко.

С этими словами Доктор встал из-за стола, вышел в прихожую одел свой слегка потрёпанный халат, открыл входную дверь и ушёл.

Катя, сделала глоток холодного кофе, с грустью сказала:

– Жаль чувака, хотя он мне никто.

Свежий, весенний ветер встретил Доктора на выходе из подъезда. Он сделал глубокий вдох, почувствовал прилив сил, весь он как-то вытянулся, взбодрился. Каждый сантиметр его тела в этот момент находился под его контролем. Появилась резкость в зрении, чёткость в движениях. Шумные мысли заменили ясность в голове, последовательность.

Он тут же учуял своих охотников. Первый шёл прямо на него, второй приближался к нему, слева со стороны парковки.

Твёрдым шагом Доктор ступил вперёд, никаких сомнений, прямо на встречу первому охотнику. Всего пять-шесть шагов и они встретятся, второму до них около десяти-двенадцати шагов. За всем этим из окна с напряжением наблюдали Катя и Артём. Происходящее они увидели так: люди в костюмах внезапно замедлились.

Они двигались как в очень замедленном кино, каждое их движение можно было предугадать, они были очень медленные. Доктор же напротив двигался быстро, резко, со скоростью превышающей охотников в несколько раз. Это было похоже на то, как автомобиль на высокой скорости. обгоняет, едущий по обочине велосипед.

Доктор сделал ровно четыре шага, вместе с пятым шагом он одновременно вытянул левую руку сжатую в кулак. Получился очень хлесткий, отрывистый удар прямо в кадык первому охотнику, ставшему жертвой. Первый тут же упал на колени обоими руками держась за горло.

Доктор не останавливаясь ни на секунду продолжил своё движение вперёд, на мгновение он обернулся назад. Втрой охотник в это время медленно тянулся за пистолетом в кобуру под пиджаком. Они встретились взглядами. Расстояние между ними около семи шагов. Доктор резко развернулся, секунда-вторая, он наносит сильный удар кулаком правой, как раз в то место где под пиджаком рука Второго сжимала пистолет, буквально вдавил железо в рёбра второго охотника. От удара, пальцы Второго сломались, выпустив пистолет, который с лязгом упал на асфальт. Сам Второй согнулся, схватившись не травмированной рукой за бок.

Обезвредив Второго, доктор быстро удалился прочь, уже не оглядываясь. Словно большая кошка, легко, грациозно, чуть пританцовывая, расслабленной трусцой, исчез в освещённых весенним солнцем Московских закоулках.

– Да, ушёл. Не предвидели такой вариант,-разговаривал Второй по телефону, держа трубку в левой руке, правая рука лежала на колене, во время разговора он пробовал пошевелить пальцами: «ясно ,-подумал он,– два сломаны, не понятно что с ребром, то ли трещина, то ли просто ушиб», в трубку что-то интенсивно говорили, Второй внимательно слушал, быстро коротко отвечал,– да, вас понял, зачистить всех, хорошо, проверим, ясно.

Первый в это время с трудом восстанавливал дыхание, как только Второй договорил, он тут же заорал:

– Сука, тварь, как больно.

– Главный приказал всех зачистить и охранника тоже. Ты как, пришёл в себя?

– Да пришёл, -выдавил Первый,– но горло болит, как будто он сломал там что-то.

– Может и сломал, я тут МРТ не далеко на метро 1905 знаю. Давай доделаем здесь работу и заедем, я заодно ребро проверю.

– Договор, пошли.

В это время Доктор сам не заметил, как оказался среди могил на Ваганьковском кладбище. Он абсолютно все помнил в мельчайших деталях, что произошло совсем не давно во дворе Кати и Артема. Единственное- он совершенно не мог понять, как ему это удалось? Он никогда не имел никакого опыта и навыков драться, тем более не знал никаких секретных приемов. Но очевидно, устранение помех на пути прошло без единой ошибки. «Надо проанализировать последние события,– думал он,-что я имею и умею? Первое – каким-то образом я переместился во времени, – не знаю как. Второе- я могу двигаться быстрее, чем другие или они двигаются замедленно – не знаю как. Третье – меня пытаются поймать – не знаю кто. Четвёртое – я ранил сам себя во сне, через сон я вижу будущее и могу воздействовать на настоящее -не знаю как. Пятое- кошка! Я должен не терять время- и это я тоже не понимаю.

Вообщем пока больше вопросов, чем ответов».

Так в своих мыслях, бредя по кладбищу, Доктор оказался прямо напротив могилы Есенина. Он стоял, смотрел на поэта выбитого из белого камня, такого молодого, красивого, свободного. Тут же он вспомнил, как после школы догнал свою одноклассницу Сашу, и предложил ей сходить в кино на дневной сеанс. А та ответила ему : «извини сегодня нет времени, надо домой», а он не отставал от неё, поравнявшись с ней кинул ей фразу:

«Времени нет. Серьезно? Это желания нет, а время есть всегда».

– Заметь это сказал не я, а Великий Русский поэт -

Сергей Есенин. Тогда Саша остановилась, повернулась к нему лицом, пристально посмотрела ему в глаза, даже сейчас, спустя столько лет, вспоминая Доктор испытывал неловкость от этого взгляда. Тогда Саша спросила:

– Есенина читаешь? Нравиться?

– Да, – ответил он

– Хорошо, пошли в твоё кино.

Этот день был самый светлый из детства, таким запомнил его Доктор. Вечером правда дома он получил, но ни о чем не сожалел, он просто был счастлив.

Сейчас, Доктор смотрел в глаза памятнику Есенина и про себя произнёс:

«Спасибо, Сергей Александрович, это был крутой день».В это время Артём наблюдал из окна, как две жертвы нападения Доктора, вышли из чёрной машины и направились в сторону подъезда.

– Катя они идут сюда, тебе нужно спрятаться!

– Зачем? – недовольно с возмущением спросила Катя, скривив брови.

– Любимая, дорогая моя, просто сделай так, как я тебя прошу. Спрячься в нише за шкафом в дальней комнате, там тебя точно не найдут.

– Хорошо, но там пыльно, я не смогу там долго тусить, избавься от них побыстрее, а не то я задохнусь там или блевану.

Они быстро прошли в комнату, Артём отодвинул шкаф, Катя протиснулся в пространство между стеной и шкафом, оказавшись в стеновой нише. Такие ниши делают с расчётом на то, что хозяева смогут использовать их, как шкаф купе, просто дополнив пространство раздвигающимися дверьми, но атя и Артём не воспользовались в своё время данным решением, у них был свой шкаф, который они перевезли со старой квартиры, закрыв им нишу в стене, вот за ним то и спряталась Катя предварительно поцелав Артёма обвив руками его шею.

– Я тебя очень люблю,– сказал Артём,– ты моя сладкая девочка, чтобы не происходило сиди тихо, вот тебе подушка, чтоб было удобнее и поставь телефон на беззвучный.

– Ладно, слушаюсь босс,– игриво ответила Катя.

Артём обратно задвинул плотно шкаф, так, что ничто не выдавало тайник за ним. Тут же раздался звук дверного звонка. Артем не спешил бежать открывать. Звонок ещё раз прозвенел, более настойчиво.

Он подглядел в глазок, стояли двое в костюмах и охранник снизу.

– Что вам нужно? Кто вы? – через дверь спросил Артём.

– Здравствуйте Артём Григорьевич, мы из полиции, у нас есть к вам несколько вопросов,– вежливо сказал Второй,– откройте пожалуйста,– при этом он достал удостоверение, раскрыл его так, чтобы видно было в глазок.

Артём прочитал удостоверение майор Чебесов Денис Валерьевич.

–А в чем дело присылайте повестку, явлюсь с адвокатом и отвечу на все ваши вопросы .

Второй сложил удостоверение и убрал во внутренний карман.

– Конечно вы были бы правы, но не в этом случае, нападение на сотрудников при исполнении. Вы припятсвуете поимки особо опасного преступника, вы можете быть его сообщником или свидетелем, выбирайте сами.

Артём повернул вертушок замка, открыл дверь. Охранник было хотел пойти, но ему предложили тоже войти в квартиру.

Первый заходил последний и закрыл за собой дверь.

В прихожей было явно мало место для четверых мужчин.

Артём предложил пройти внутрь.

Повернувшись спиной ко второму он пошёл в гостиную. Второй стоял на месте:

–Вы один в квартире? Где ваша жена? – спросил он, сунув руку в кобуру под пиджак.

–жена уехала рано утром к маме, в Одинцово, проведать.

В это время Второй

достал пистолет, а из другого кармана глушитель быстро прикрутил его.

– Хорошо, значит дома никого нет, кроме вас?

– Нет,– ответил Артём, повернувшись лицом к говорящему. Он увидел, как на него смотрит чёрный глушитель сливающийся в единое целое со стволом пистолета.

Выстрел прямо в лоб . Артём мгновенно упал, спиною на стол, разбив чашки, заставив ложки и вилки высоко подпрыгнуть и звонко упасть.

Охранник онемел от увиденного, он попятился назад в сторону выхода, но там его уже ждал Первый, крепко зажав шею охранника согнутым локтем, он медленно выдавливал из него жизнь, охранник в конвульсиях тщетно пытался расцепить смертную хватку. Его сил не хватало, Первый не ослабляя хватку потянул его на себя, левой рукой обхватил вокруг лба и резко рванул влево, тут же отпустив бездыханное тело. Словно тряпичная большая игрушка, обмякший охранник упал на пол.

– Проверь дальние комнаты, я осмотрю здесь,– приказал Первый.Катя, сидя за шкафом слышала всё. Выстрел. Звон бьющейся посуды. Грохот от падения Артема. Разговоры между Первым и Вторым.

Шаги в комнате одного из…

Она крепко зажала себе рот ладошкой, чтобы не заорать, не завопить, не начать звать на помощь. Зубами до крови она прокусила указательный палец, от напряжения. Дрожь в теле нарастала. Катя все меньше контролировала свои реакции. Чем больше она предпринимала усилий, тем сложнее это было. Она почувствовала, как между ног стало мокро. Дыхание стремилось захлебнуться. Тряска нарастала с приближением шагов. Дверцы шкафа заскрипели. Сейчас между ней и смертью была задняя стенка шкафа из фанеры толщиной в три миллиметра. Казалось она даже слышит дыхание, открывшего дверь, но ещё больше было страшно, что он услышит, как она трясётся всем телом, заливается слезами, захлёбывается слюнями, мочится в джинсы.

Сейчас в трёх миллиметрах от смерти ей адски жутко, зверски жалко себя, стыдно, что она не может умереть вместе с Артемом. Стыдно за своё предательство, сейчас она очень хотела жить и готова на все до безумия, чтобы не умереть. Второй открыл дверь шкафа, поводил стволом пистолета, по висящим платьям, словно пересчитал их, заглянул под кровать, ни где никого не нашёл.

– У меня чисто,– крикнул он.

– У меня тоже,– отозвался Первый.

Тут же, идя на встречу друг другу, встретились в прихожей, возле бездыханного тела охранника.

– С этим что ?– спросил Второй.

– Да ничего собственно, всё оставим как есть, значит их убил Доктор. Хозяина квартиры застрелил, охранник прибежал на шум выстрела, и Доктор его придушил. Мы шли на осмотр квартиры, где по нашим предположениям скрывался преступник. На входе мы с ним встретились, он оказал нам сопротивление и сбежал.

– Хорошо, но думаю надо бы ещё жену хозяина квартиры найти, вдруг ей известно что.

– Да, это верно, но ей займёмся позже. Сейчас надо по камерам посмотреть возможные варианты пребывания объекта,– дополнил Второй.

– Да, вызвать надо местных ментов, чей это район там? Все это им скормить, пусть работают.

Входная дверь захлопнулась, настала мертвая тишина в квартире. Катя не решалась вылезти из-за шкафа, «а вдруг они вернуться? Надо подождать, досчитаю до 100 и вылезу».

Доктор, сквозь дождь шёл среди могил по кладбищу. Здесь среди всех этих памятников, обелисков, крестов, он чувствовал себя удручено-спокойно.

Было время подумать. Только вот не думалось совсем ни о чем.

Тут он увидел, как два парня копаются в чьей-то свежей могиле. Выглядело это достаточно странно: они копали прямо голыми руками, их ногти прямо впивались в комья чернозема. При этом они абсолютно не разговаривали друг с другом, просто усердно с одержимостью продолжали копать и наводить беспорядок на чужой могиле.

Доктор подошёл ближе, чтоб разглядеть, «может это работники кладбища?»,– подумал он, но приглядевшись стало ясно, это – не работники кладбища. На самом усердном копальщике худи темного цвета, с яркой надписью: “fuck off”.

Второй же вроде одет прилично, в джинсах, клечатой рубашке, зелёной ветровке, но его вид был настолько остервенелый, словно он там ищет почку для своей больной мамы.

– Ребята здравствуйте!– начал Доктор,– вы это зачем, могилу откапываете?

– Гуляй дядя,– ответил парень в худи.

– Что значит гуляй?! Я вам говорю прекращайте могилу разрушать! -настаивал Доктор.

Тот, что в рубашке выпрямился, как оказалось рост его около двух метров, руки его были в земле, лицо тоже, видимо запачкался, когда вытирал пот со лба. Так конечно он был страшен особенно среди могил, грязный, злой, двухметровый расхититель чужих могил.

– Не, то что?!– произнёс он очень злобно.

Доктор испытал страх, он подумал: «наверное сейчас включиться моя суперсила и я покажу ему секретные приемы».

– Не то, я,– тут доктор задумался : «что я ?», – не то я позову администрацию ! – выпалил он.

Но двухметровый, не слышал его, он сделал два шага на встречу, и со всей силы ударил доктора в ухо, огромной ладонью, похожей на хвост кашалота. Эффект был таким же, как касатка перед тем, как расправиться с жертвой бьет ее хвостом, чтобы оглушить, а потом уже приступает к трапезе, так и доктор упал потеряв сознание. Двухметровый же приступил к трапезе, начав шарить по его карманам.

Доктор очнулся от лёгких ударов по щекам, в виде пощёчин. Открыв глаза, он увидел сидящего перед ним на коленях седовласого мужчину, лет шестидесяти, с очень добрыми голубями глазами. Несколько секунд доктор не мог оторваться от чистого, прямого, доброжелательного взгляда.

– Ты чего здесь? Тебе плохо стало? – задал вопросы незнакомец.

– Я, увидел парней, копающихся в чужой могиле, попросил их прекратить, и вот -результат.

Незнакомец рассмеялся, так громко и с задором, практически за гранью приличия смеха на кладбище.

– Эти парни-наркоманы, ищут закладки с наркотиками. Здесь удобно камер нет, невозможно отследить, кто закапывает. Ты легко отделался, могли и на смерть зашибить от страха. Тебя как зовут?

– Меня, Андрей вроде зовут,– неуверенно ответил Доктор.

– Я -Ильдус, у меня тут шиномонтажка неподалеку. Сейчас ковид, работы немного, вот я здесь гуляю, патрулей нет, тихо, спокойно. А ты чего здесь ?

Доктор быстро вспомнил как он оказался на кладбище, немного подумав ответил:

– Я, тоже гуляю, вот прогулялся уже.

Ильдус продолжал улыбаться.

– Андрей, у тебя наверное наркоманы украли все ?

– Нет Ильдус, у меня ничего не было.

Ильдус снова рассмеялся.

– Странный ты человек Андрей, в наше время ни телефона, ни денег, ни карточек.

– Да, я как-то на легке вышел прогуляться,– улыбнулся Доктор, видимо понимая, что он вызывает подозрение.

– Бывает, редко сейчас встретишь человека без телефона, – Ильдус сделал паузу,– слушай Андрей пойдём ко мне в вагончик, я тебя чаем угощу, а то вид у тебя не очень, умоешься, согреешься.

– А я, соглашусь Ильдус, пойдём попьём чаю, согреться надо.

«98-99-100,– досчитала Катя,-надо вылезать». Тело не слушалось, продолжая дрожать. Раскорячившись в нише, одной ногой уперлась в стену, плечом в фанерную стенку шкафа, с неимоверными усилиями, она пыталась сдвинуть шкаф, но он не поддавался. Явно её сил не хватает. Катя заплакала, сдавшись села на пол в нише, обняв колени. Вряд ли она могла вспомнить, когда молилась в последний раз, но сейчас настал момент, когда сердце заорало, а губы зашептали: «Боже помоги мне пожалуйста, я Тебя очень прошу помоги!Ты очень мне нужен сейчас!». В голове появился образ Артема, он был очень спокойный, с кровавой дыркой, от пули в голове: «Девочка моя, ты сильная, ты всегда была сильной, у тебя все получится, вставай, тебе нужно быстрее выбираться отсюда».

– Хорошо, – ответила Катя, вытерла слёзы, встала, уперлась спиной в стенку шкафа, двумя ногами в стену, всем телом надавила. Задняя стенка шкафа не выдержала ее напора, продавилась в середину. Катя упала внутрь, головой открыв двери шкафа.

Вырвавшись на свободу, Катя живо всклочила на ноги, схватила спортивные штаны, футболку, побежала в душ, но замерла в коридоре. Бездыханный охранник лежал на полу. Голова повернута на бок. Глаза – открытые, отсутствующие, холодно смотрели на Катю мертвым, морозящим потроха взглядом. Она сделала несколько несмелых шагов вперёд, увидела Артема. Он лежал спокойный среди побитой посуды, перевёрнутого стола, сломанных стульев, уничтоженных надежд на счастливое будущее в их жизни.

Катя подошла к нему, положила легкую голову на свои колени, обняла своими ладонями лицо, ощутив холод, полное отсутсвие, безвозвратный конец всему прошлому, снова заплакала. Всё внутри вопило от боли, слёзы капали на безжизненное лицо Артема.

– Что же ты наделал?,– спрашивала она, при этом ещё больше прижимая к себе своего любимого человека. В голове прозвучало: «Пора уходить».

Катя положила аккуратно голову Артема, словно он спал и она боялась его разбудить.

Быстро приняла душ, переоделась, собрала небольшую сумку и тут же выбежала из квартиры. Она решила не ехать на лифте, побежала пешком по лестнице. Уже на выходе она столкнулась с полицейскими в форме и несколькими по видимому оперативниками в свободной одежде. Один из них спросил ее:

– Не подскажите на каком этаже пятьдесят шестая квартира?

Катя на секунду задёргалась услышав номер своей квартиры, но тут же собралась и ответила:

– На четвертом.

– Спасибо, -вежливо поблагодарил её кучерявый, лет сорока сотрудник, одетый очень скромно, но аккуратно и чисто.

Они еще секунду смотрели друг на друга, словно Катя ждала разрешения идти дальше. Поняв, что никто ее не задерживает, она быстро пошла дальше по двору мимо машины, на которой ещё совсем недавно они катались вместе с Артемом вечерами по Москве, заезжали в «Кофеманию» попить ароматного кофе с восхитительно-вкусным пирожным рейком.

«Хватит!»,– она приказала себе,-«Надо собраться. Где я могу побыть? Куда идти? Кому я могу доверять?». Тут она вспомнила своего друга художника – Пашу. Его мастерская на чердаке, в семи минутах ходьбы отсюда, на Звенигородском шоссе. «Определенно Паша, надо скорее к Паше»,– решила Катя, не раздумывая больше, она энергично зашагала в сторону мастерской.

Серый свинец затянул небо Москвы.

Председатель правления компании «РосМальта» сидел в своём кожаном кресле на Кремлевской набережной. В пятиэтажном офисе – из стали, стекла, камня. Смотрел на Кремль через витражное окно. А может вовсе не на Кремль, а на мелкие капли дождя, падающие вновь и вновь на прозрачное стекло, образуя тем самым незамысловатые узоры. Много сложных задач уже было решено, много сделано. Сейчас же задача была непростая, требовала особого подхода.

Он до сих пор помнит промах 2008-го года, тогда турист проскользнул из его рук в другое время. Сейчас нельзя его упустить.

– Валерий Георгиевич,– мысли прервал бесшумно, возникший в кабинете зампред,– вызывали?

– Да, жду тебя Игорь Иванович. Что там у тебя по туристу?

– Работаем, напали на след.

– Прошли сутки, как он объявился, а вы напали на след. Ты понимаешь, что от этого зависит? Судьба, – он хотел добавить «корпорации», но не стал, – наша судьба Игорь!

–Да, понимаю, мы делаем всё необходимое для его поимки.

–Вы – обосрались! Вы не только не смогли

схватить его на горячую, но и наделали шума! Теперь он знает, что его ищут! Чёрти что устроили! Зачем нужно было так радикально действовать?

– Так вы сами распорядились, чтобы никто не пронюхал, вот мы подчистили контакты, имевшие взаимодействие с объектом.

–Тебе мозги надо подчистить! Вместо бесконфликтного, профессионального захвата туриста, вы создали шумиху, ты телевизор включал?!

– Нет, а что там?

– Так включи посмотри, как кучерявый следователь Смирнов из местного ОВД, роет носом, обещает докопаться до истины в этом загадочном деле, с двойным убийством и безвести пропавшей супругой убитого.

– Виноват Валерий Георгиевич, ситуация немного вышла из под контроля, турист оказался более подготовленным, чем мы ожидали. Он останавливает время, когда хочет. Мы не были к этому готовы.

– Вы должны были быть готовы ко всему! Вечно у вас в декабре пошёл снег, а вы не были готовы к тому, что он белый.

– Виноват, -зампред опустил глаза, словно провинившийся ученик, в ожидании продолжения выговора.

Но Председатель молчал, задумчиво наблюдал, как капли дождя падали на стекло. «Я бы хотел это увидеть сам: капли дождя зависнут в воздухе, птицы замрут в небе, река между мной и Кремлем остановит течение, стрелка часов на курантах замрёт. И только от меня будет зависеть дальнейший ход времени».

– Ты понимаешь, что мы ищем ?! Зачем нам турист?!

Он -ключ от другого измерения!

Многие пытались, но никто не смог решить эту задачу.

Американцы пытались – Монтаукский проект. Сорок лет потратили на исследования у себя на военной базе. Добились не плохого результата. Испытуемые смогли переместиться в будущее, но при повторной попытке большинство погибли, остальные сошли с ума. Всё, чего они смогли достичь – однократное перемещение во времени, дальше не смогли продвинуться! Наши тоже пробовали. Исследования Козырева по сей день засекречены.

Мне же известно успех у лаборатории советского астрофизика Козырева был, только результаты напугали тогда всех.

А сейчас чертежи с зеркалами Николая Козырева подняли из архивов, пустили в ход, крутят вертят, только ничего не могут сделать! Козырев унёс с собой основные секреты. Они ведь его тогда посадили тогда, лишили лаборатории, и назвали лжецом. Ученого- признанного во всем научном мире! После только дошло, что они сами похерели. Но не нам их судить, время сложное было тогда.

Все ищут! Все работают над этим. Нет большей ценности! Ни власть! Ни деньги! Игорь. Только Время! Вот – самая большая ценность! Ещё никто не сумел при всей своей абсолютной власти приказать Вселенским часам остановится!

А у нас тут по Москве бегает реальный экспонат не раз прошедший сквозь время, и мы до сих пор его не поймали?! Ты, Игорь Иванович, должен понять – это совершенно новые возможности, мы сможем взять всё! Абсолютно всё! Включая жизнь! Долгую жизнь, жизнь в которой нам нет равных.

Зампред внимательно слушал своего друга и шефа. Соображал, представлял, думал:

– А, наверху знают,– тут он немного замешкался,– ну про этого туриста и новые возможности?

– Ты, Игорь Иванович, когда успел отупеть так ? Если наверху узнают об этом, мы с тобой даже в последний вагон не запрыгнем, нам надо найти его первыми, тогда у нас есть шанс изменить силу притяжения!

– Я всё понял Валерий Георгиевич, делаем всё, чтобы найти туриста, разрешите идти?

– Разрешаю, иди. Да, кстати, подними информацию по этому следователю Смирнову. Не нравиться он мне, с виду честный, и работу похоже знает свою. С такими вечно проблемы. Вдруг найдёт его быстрее нас, нужно быть готовым к этому.

Предправления продолжал смотреть на мелкие капли дождя: «значит Кошка не обманула меня, это больше, чем просто перемещение во времени. Это возможность остановить время, а что там ещё может быть? Сложно представить».

– Пашу!,– радостно со слезами на глазах , воскликнула Катя, в объятиях прижалась к его груди лицом, как только дверь в мастерскую открылась.

–Я тоже тебя очень рад видеть Катрин,– но может мы пройдём внутрь? Нет на пороге это выглядит более эксцентрично. Я бы даже сказал дезадаптивно, если б мы ещё обнимались голые, можно назвать это зрелище: «На пороге Любви» или «Любовь на пороге».

Катя снова вытерла слёзы, прошла внутрь беспорядка мастерской.

– Артема убили,– еле сдерживаясь сказала Катя,– Пашу, можно я побуду у тебя? Мне больше некуда идти.

Паша, сменил веселость на мрачную задумчивость.

– Что случилось Катрин?– задавая вопрос, он достал из холодильника открытую бутылку полусухого светлого. Взглянул на поникшую Катю, передумал, убрал вино обратно в холодильник и достал закрытую бутылку Courvoisier, быстро открыл, напомнил на треть два бокала,-выпей дорогая, выпей.

Катя взяла бокал, поблагодарила, сделала пару глотков, сморщилась немного, сделала ещё пару глотков, словно пыталась найти эмоциональный баланс. Достала сигарету, закурила.

– Ты знаешь Пашу, мне сложно объяснить, что происходило последние сутки.

– А ты попробуй,– сделав глоток конька попросил Паша.

Катя рассказала все до мелочей. Про доктора из прошлого, про душевую, про то, как Доктор расправился с незнакомцами, а потом незнакомцы расправились с Артемом и охранником, пока она пряталась за шкафом, как она быстро собралась и единственный, кому она может сейчас доверять, это -он, Пашу.

– Твоя история Катрин, пропитана экспрессионизмом. Я вижу в твоей душе страх, болезненный надрыв. Возможно психика так сработала, дорисовала некие композиционные идеи, заставив тебя поверить в них.

Сложно прожить, принять утрату самого близкого человека. Артём был буквально частью тебя, а ты частью его. Немыслимо вас представить друг без друга.

– То есть, ты- Пашу не веришь мне?– дерзко парировала Катя, не без помощи коньяка,– я значит верю тебе, что ты все свои картины видишь в астралах и после рисуешь. А поверить в человека из прошлого, способного остановить время ты не можешь?!

– Но Катрин, астрал имеет ещё значение – мир иллюзий. Таковы мои иллюзии, и я признаю это.

– Хреновые у тебя иллюзии, фиолетовая жаба, истекающая голубой кровью, поедающая свои кишки, под палящим солнцем в пустыне, среди колючек. Это что нужно употребить, чтоб такое нарисовать?

– Жаба, Катрин – это олицетворение глобализма. Финал – охлократия. Страсти и непомерное желание власти победили разум. Неутолимый голод заставляет поедать себя. Посмотри вокруг пустыня, жара, все уничтожено, больше не чем питаться, приходиться есть себя.

– То, есть Макдональдс съест сам себя, после того, как все кафе закроются? Я чего-то запуталась.

– Человек, как отдельная личность съест себя, перестанет существовать, как индивидуум создающий уникальное, новое, совершенное, штучное. За него все решено, ограниченный выбор, в ограниченом времени, электронное рабство…

– Пашу! Хватит нести чушь! Я сейчас рассержусь и уйду! – резко оборвала Катя,-ты мне друг? Так будь добр, хватит мне парить мозги и просто поверь мне! Мне очень нужна твоя помощь!

– Хорошо, хорошо, я верю тебе Катрин. Допустим всё, что ты рассказала – правда.

Шиномонтажка Ильдуса находилась вблизи кладбища. Вагончик был закрыт на время пандемии, открывался по запросу для тех, кто знает хозяина, то есть для своих.

– Ну, что чайку Андрей?– по-доброму предложил Ильдус.

– Не откажусь, может помочь чего? – спросил Доктор.

– Нет, я сам. Мне приятно угощать, готовить, всегда рад гостям. Я иногда думаю мне угощать приятнее, чем гостю угощаться,– Ильдус рассмеялся, поставив чайник на электрическую плитку, потихоньку собрал на стол.

– Вот Андрей, из дома гостинцы прислали, мёд, казы. Ты наверное голоден?

– Да, спасибо Ильдус, поем с удовольствием.

Пока Ильдус занимался приготовлением перекуса, Доктор задумался: «Зачем же мне все это? Почему я здесь? Может есть какая-то определенная цель?»

– Ильдус, хочу спросить тебя,

если бы ты знал, что тебе осталось жить ровно неделю? Что бы ты делал в оставшееся время?

Ильдус задумался. Молча разлил чай по чашкам, после ответил:

– Хороший вопрос Андрей, я сам себе его задаю. Я бы наверное поехал к Маме в Татарию, попросил бы ее приготовить мантов с мясом и картошкой . Посидел бы с ней молча, слушал бы её, что она говорит. Молодой был не слушал совсем, все времени не было, приезжал не надолго, всё жаловался на жизнь, а она садилась напротив и слушала меня, думала, как же мне помочь. До сих пор вспоминаю. А как она начнёт рассказывать, так мне не интересно было, мелочи все какие-то, не серьезно совсем. То ли дело у меня, то кредит за оборудование, то работа не идёт. Проблемы так проблемы. Сейчас понимаю, сколько времени потерял зря,– тут Ильдус задумался, взгляд его смотрел куда-то сквозь всё, через много километров, туда, где Мама смотрит в окно и ждёт его- своего сына.

– А сейчас, почему не уезжаешь домой?

– Не могу Андрей, кредит в банк платить надо. Деньги зарабатывать. Здесь у меня бизнес свой, я сам себе начальник, а там вернусь куда пойду ?

На НГДУ с утра до ночи баранку крутить с вахтовиками? Дома шиномонтаж не открою, нет клиентов богатых, как здесь. Москва – Родина денег, Андрей. Здесь заработать можно, помочь близким, детям, маме, сестре.

Разговор перебил стук в окно.

– Ильдус, ты здесь?! Подкачать надо, возьму кислород?

Ильдус открыл окно, там был полицейский в звании старшины.

– Здравствуй Алексей, возьми конечно. Так и спускает ?

– Да, раз в неделю подкачиваю.

– Давай, разбортирую? Посмотрю.

– Да времени нет, в другой раз Ильдус, – старшина заглянул внутрь вагончика, увидел Доктора- у тебя гости?

– Да, друг зашёл на чай, ты чайку будешь ?

– Нет спасибо Ильдус, рвать надо, у нас там завал, никуда не успею. Лицо у твоего друга знакомое. – старшина сделал паузу, словно перебирал картотеку внутри головы,– Друг Ильдуса, мы с тобой нигде не виделись? Выпить не любитель? А то может я тебя подвозил ? – обратился он к Доктору.

– Не, я не пью совсем, а в Москву вчера только приехал. Так что вряд ли.

Старшина немного помолчал, ещё раз посмотрел подозрительно на Доктора, тщетно пытаясь вспомнить.

– Ты чего Алексей к другу моему пристаешь? Я к тебе по человечески, а ты тут допросы моим гостям устраиваешь!

– Да не Ильдус, извини, с этой работой уже точно скоро с ума сойду. Это, как ты колесо увидишь, сразу разбортировать хочешь, – старшина мягко сошёл на шутку, но кроме него, его шутку никто не понял. Поблагодарил Ильдуса за кислород, и уехал.

– Спасибо Ильдус, накормил, все было очень вкусно. Можно я отдохну у тебя часок, после пойду.

– Да, конечно Андрей, ложись там за шторкой на диване.

Доктор улёгся на диван, через пару минут уснул. Проспал около двух часов, ничего в этот раз ему не снилось. Проснулся от шума работающего балансировочного станка, он открыл шторку, увидел как голова Ильдуса крутиться, закреплённая на стержне вала балансировочного станка. Она крутилась по кругу, у него были открытые глаза. Совершая полный оборот вал прокручивал так голову, что глаза смотрели прямо на Доктора. Рядом согласно технологической схемы Доктор увидел тело без головы, зажатое механизмом в шиномонтажный станок. Не было ни капли крови, никаких следов борьбы. Словно Ильдуса обезглавили по собственному желанию.

От увиденного Доктор ужасно вскрикнул:

«Аааа!!!»

Тут же попятился назад, но пятиться назад было некуда, там была стена. Тогда он вскочил с дивана, запутавшись в шторке, от ужаса он неистово замахал руками, словно на него напал кто-то. Отбросив шторку, он кинулся на выход, но споткнулся об ноги Ильдуса , сидящего на коленях. Нагнувшись вперёд, так, что его широкая грудь полностью накрывала станок. Словно – его казнил искусный палач на плахе, а он просто смиренно ждал наказания. Упав на пол Доктор увидел наручные часы, стрелки остановились сорок минут назад. Быстро схватив часы, он поднялся на ноги и выбежал прочь.

Вокруг была тишина, никого нет, казалось даже птицы сидят в гнёздах на карантине.

Доктор побежал в сторону кладбища, нашёл дыру в заборе, залез внутрь, бежал по тропинкам на другой конец, там он залез в середину старых могил, среди густых кустов и деревьев, так чтобы его не было видно. Сел на холодную землю, обнял руками голову, зажал её между колен, пытаясь сдержать рёв изнутри, дрожь в теле от бешеного страха. Ему хотелось, чтобы всё это был кошмарный сон, который вот-вот закончится, а он – Андрей, скоро проснётся и всё будет – хорошо.

– Говорят- нет таких понятий, как хорошо или плохо,– Кошка Мелисса сидела прямо напротив Доктора, лизнув лапу, спросила его,– а ты как думаешь, это верно? Оторванная голова Ильдуса – просто есть? Не плохо – не хорошо.

– Ты, что издеваешься?! – разозленный Доктор, накинулся на Мелиссу,– Зачем ты меня сюда притащила?! Я хочу знать ответы на все свои вопросы!

– Оу, оу, полегче,– немного отпрыгнув среагировала Мелисса,– я могу попозже зайти, если я не во время.

Доктор, еле сдерживая себя, вернулся на своё исходное место. Давая понять, что всё, он – успокоился. Готов к конструктивной беседе.

– У тебя точно там всё нормально? – с высока спросила Кошка.

– Нет, у меня ничего не нормально, прошли сутки, как я в Москве. А у меня ощущение, что я прожил маленькую, очень ужасную жизнь.

– Ну, это неплохо, по крайней мере, это уже можно назвать жизнью,– саркастично заметила Мелисса,– я хочу сделать тебе подарок. Я отвечу на два любых твоих вопроса. Пожалуйста задавай.

– Я убил Ильдуса?!

– Ну, что ты? Посмотри на себя. Загнанный, перепуганный, абсолютно сбитый с толку – человек, которому некуда идти, вынужден прятаться среди чужих могил. Я не думаю, что ты готов кого-то убить. Итог – это не ты убил Ильдуса!

– А как же в туалете? Я сам себя поранил, это я смог сделать? Сам того не понимая!

– Это второй вопрос?– с тем же сарказмом Мелисса прервала доктора,– ладно, так и быть объединю их в один вопрос. Ильдуса убил такой же турист во времени. Он же ранил тебя в душевой, ему не хватило времени добраться до тебя. Могло все кончится трагичнее. А то, что ты увидел во сне, это всего лишь, твои иллюзии, ты можешь видеть во сне то, что было или будет, но с погрешностями. Ранил тебя он, а ты увидел себя. Нужно внимательно смотреть сны, там есть подсказки. Но, ты не можешь прийти в другое время убить или причинить боль себе. Это прописано в маршруте всех туристов: «Турист никак не может встретиться с самим собой в другом времени». Иначе произойдёт сбой маршрутизатора. Он воспримет это, как ошибку, тут же исправит её. Это невозможно с большими объектами, также это невозможно с маленькими предметами. Если бы ты мог взять поднять океан, перенести его в будущее, то тебе просто некуда его будет поместить, место занято. Поэтому маршрут простраивается так, чтоб одно не мешало существовать другому.

Если ты приблизишься к себе в другом времени, один из вас погибнет. Факт. Представь – полный стакан воды, если в него налить сверху ещё стакан воды, лишняя вода выльется. Но никто не может сказать, что за вода вылилась, которая была в стакане ити вода из нового стакана, которую налили сверху? Никто не знает кто из вас будет лишний.

– Кто этот другой турист? Почему он хочет убить меня или подставить? Что ему надо от меня?

– Я хочу заметить, это второй вопрос. Точно хочешь задать его? Может что-то полезное узнаешь?

Доктор задумался: «она права, это мне не поможет выжить», он сунул руку в карман, достал часы, которые нашёл на полу:

– Как я могу остановить время?

– Браво!– захлопала в передние лапы Мелисса, – я смотрю ты начал думать, а не соображать. Остановить время ты можешь очень просто, смотришь на часы со стрелкой, и сильно хочешь, чтобы они остановились. И время остановится. Но можно ещё проще, купи часы с секундной стрелкой, и просто дёрни на себя подзавод, а когда захочешь чтоб пошли толкни внутрь. Но если не токнешь время все равно пойдёт только через 15 минут.

– Эти подойдут?– Доктор помотал часами, взяв за ремешок пальцами.

– О, да. Вполне подойдут.

– Да, кстати время ты можешь останавливать в течении суток не более четырёх раз. То есть в том временном поясе до 24.00, только четыре раза.

– А, могу я попасть в прошлое?

– Это третий вопрос, на него отвечать не буду. Но из глубокой симпатии к тебе скажу, Ты не сможешь сделать, так чтоб Ильдус и Артём были живы.

– Артём мёртв?! Почему ты мне сразу это не сказала?!

– Так, всё хватит! Не надо мне тут истерики устраивать! Вообще могла не приходить! С вами – люди, вечно так сложно, вместо благодарности, одни претензии! Пока!

Мелисса мотнула хвостом, тут же исчезла среди могил.

Доктор выбрался из своего убежища среди могил. Пошёл по дорожке, ведущей к выходу. Был тихий прохладный вечер. На одном из поворотов он увидел наркоманов в поисках закладки, они копались в клумбе рядом с могилой. Он посмотрел на них, пошёл дальше. «Мир изменился, я много не понимаю, не знаю, куда я теперь?». Доктор размышлял, медленно продолжая движение. Он снял грязный, изорванный халат и выкинул в ближайшей урне. На выходе к нему обратилась старушка:

– Сынок, на хлебушек бабушке дашь?– она вопрошающе смотрела в щелки сморщенных глаз. Её лицо, покрытое морщинами, как высохшими каналами жизни, когда-то по ним текла жизнь. Но время осушило, согнуло спину, заставило трястись руки, покрасило сединой волосы, добавило ежедневные боли в коленях и пояснице, а после привело на паперть.

– Сынок, так дашь на хлебушек? Ты чего молчишь-то? Ты больной что ли?

Отчаянная горесть охватила Доктора, он не мог оторвать глаз от старушки. Безысходность помноженная на время. «Какой в этом смысл?!»– думал он,-«выживать чтобы существовать?! Отчаянно бороться за то, чтобы прожить ещё один день? Ведь все равно старость придёт, заберёт всё, как хладнокровный банкир взимает долги по кредиту, а тело было всего лишь обеспечительным залогом.

Отдаст человек всё до последней капли жизни, все мечты, страсти, желания, цели. А взамен – абсолютное человеческое банкротство и единственное желание чтоб с утра стихла боль в коленях и пояснице.

А дальше – смерть, как главный итог, всей этой игры под названием – жизнь».

Вдруг сзади на Доктора резко напали, двое очень умелых и сильных мужчин заломами руки за спину, кинули на тротуар лицом вниз. При этом кричали, орали, шумели. Доктор лишь отдельные фразы разобрал: «Полиция! Лицом в землю! Лежать! Это он!»

Один из полицейских наступил ботинком на голову Доктора прижав щекой к твёрдому, царапающемуся асфальту. Голос его был знакомый, но Доктор не сразу понял откуда он его знает.

– Ну что попался, гадёныш! Такого человека убил!

Тут Доктор понял, это был – старшина, который заглядывал к Ильдусу за кислородом.

На руки закрыли наручники, так и погрузили на пол между сиденьями салона УАЗа, в простонародье именуемый: «Буханка».

Катя узнает, что значит … 1-2-3

Утром следующего дня, Катя включила впервые телефон с того самого момента, как Артём попросил выключить. Первое сообщение, которое она прочитала было от следователя Смирнова: «Катя это следователь Олег Смирнов, я занимаюсь расследованием убийства вашего супруга, выйдите пожалуйста со мной на связь».

Было ещё семнадцать пропущенных вызовов от неизвестных абонентов. Катя не стала спешить. Она сварила кофе в турке, кофе слегка убежал. Её отрешённость не заметила этого. Налив кофе в чашку, расположилась на подоконнике.

Глоток кофе, огонь зажигалки, затяжка сигареты, дым в потолок. Взгляд в свинцовое небо Москвы, солнце опять спрятали. Одинокая черная птица, бессмысленно летит. Крыши домов, требуют ремонта. Редкие машины едут по шоссе. Молодая пара ругаются ниже этажом, она кричит на него, он молчит, она плачет. Телефон звонит. Зелёный курьер едет по тротуару на самокате. Телефон звонит, телефон звонит…

«Блин! Это же мой телефон»,– Катя соскочила с подоконника схватила телефон.

– Да, алё,– тут Катя поняла, что это не Артём, до неё дошло , он больше никогда ей не позвонит.

– Здравствуйте Катя, это следователь Олег Смирнов, я соболезную вашей утрате, вы наверное очень напуганы, я вас прошу прийти в ОВД «Пресненский», по адресу Литвина Седого, 3а. Нами был задержан подозреваемый в убийстве вашего супруга, вам нужно прийти на опознание.

Катя молча слушала, голос вызвал доверие.

– Хорошо я смогу прийти к вам, через полтора часа.

– Спасибо, значит я вас жду в одиннадцать тридцать, внизу дежурному скажите, что вы к следователю Смирнову, я его предупрежу.

– Хорошо, я вас поняла,– Катя закончила разговор, глоток кофе, снова затяжка: «Кого они поймали? Подозреваемого? Но их было двое! Может одного из них». Катя спокойно собралась, на выходе крикнула в воздух:

– Пашу, меня вызывают в полицию, я скоро вернусь.

– Хорошо,– сонный голос ответил из спальни.

Ровно в одиннадцать тридцать Катя пришла в полицию.

Внизу ей сказали искать двести пятый кабинет.

В кабинете за столами сидели несколько человек, все что-то писали.

– Мне нужен следователь Смирнов, – спокойно сказала Катя.

– Это, я,– тут же откликнулся кучерявый мужчина, Катя сразу узнала его, это с ним она встретилась на выходе из дома.

– Екатерина, здравствуйте!,– он встал и предложил ей присесть возле своего стола, указывая жестом на стул,– сейчас мы проведём опознание, в другом кабинете будет шесть мужчин, пожалуйста постарайтесь вспомнить кого из них вы видели в тот день, когда ваш супруг погиб. Можно мне ваш паспорт пожалуйста.

– Хорошо, – Катя с абсолютным спокойствием достала паспорт из сумочки и положила перед следователем на стол.

Смирнов взял паспорт начал быстро набирать текст на компьютере, после распечатал один листок. Зазвонил телефон, он взял трубку, очень отрывисто отвечал: «хорошо, да, три минуты». После этого Смирнов пододвинул листок бумаги, попросил подписать Катю.

В бумаге было сказано про ответственность за дачу ложных показаний при участии в следственных действиях. Катя подписала листок, толкнула его обратно.

– Пройдемте Екатерина, сейчас в соседний кабинет, там уже все готово, нас ждут мои коллеги,– следователь встал, вежливым жестом предложил Кате перейти в другое помещение.

Когда зашли в соседний кабинет, Катя увидела вдоль стены стояли шесть мужчин, один из них был Доктор, она сразу его узнала, он тоже её узнал. Их глаза встретились, это заметил следователь.

– Вы кого-то узнали здесь? – спросил вежливо Смирнов.

Внезапно Доктор прервал тишину своей шеренги вдоль стены. Он смотрел на Катю, показывая ей взглядом чтобы она была готова, к чему-то. Доктор представил мыслено как останавливает секундную стрелку, быстро произнёс:

– Раз, два, три! Стоп!

Всё и все замерли. Голубь за окном махнул крыльями вниз, а наверх не успел, завис в воздухе. Стоял Смирнов с открытым ртом. Полицейский за столом, писавшей что-то, застыл. Часы на стене прекратили движение. Полная тишина, абсолютная безмятежность.

«Получилось,– Доктор радовался,– у меня вышло! Надо спешить, есть всего пятнадцать минут».