Читать книгу: «Временная проблема»

Глава 1

ГЛАВА 1

Лея всегда считала, что дом можно узнать с закрытыми глазами.

У их дома скрипела третья ступенька на лестнице, окно на кухне заедало, если его открывали слишком резко, а старый холодильник гудел по ночам так громко, будто пытался поддержать разговор.

По утрам пахло крепким кофе и тостами — папа неизменно забывал про них, пока читал новости. По вечерам — маминым кремом для рук с запахом лаванды.

Всё это Лея знала наизусть. И всё это она собиралась оставить позади.

— Ты точно взяла документы? — спросила мама, стоя в дверях спальни.

Лея подняла голову от открытого чемодана. На кровати лежали аккуратно сложенные джинсы, футболки, свитера и несколько вещей, которые она собиралась надеть, но пока не могла решить каких. Рядом высилась стопка книг — слишком большая для одного чемодана.

— Да, мам.

— А зарядку?

— Да.

— Лекарства?

— Тоже.

— Тёплую куртку?

Лея посмотрела на лёгкую куртку, свёрнутую в самом дальнем углу чемодана.

— Она там.

Мама прищурилась, словно проверяла, не пытается ли дочь обмануть её с помощью плохой укладки вещей.

— Ты уверена?

— Мам, я переезжаю в другой город, а не на необитаемый остров.

— В другом городе тоже бывает холодно.

Лея улыбнулась. Мама улыбнулась в ответ, но её улыбка быстро дрогнула.

В комнате стало тихо. Из кухни доносился голос папы — он говорил по телефону, негромко и деловито, будто обычный разговор мог удержать этот день в привычных рамках. За окном шёл мелкий дождь. Капли стекали по стеклу и соединялись в тонкие кривые дорожки.

Лея отвернулась к чемодану и стала перекладывать книги.

Она поступила в колледж в конце весны. Письмо с результатами пришло ранним утром, когда она ещё сидела на кухне в пижаме и бездумно размешивала чай. Сначала Лея перечитала его дважды, потом ещё раз — на случай, если слова каким-то образом изменятся. Мама закричала первой. Папа обнял её так крепко, что она едва не пролила чай. А младший брат Макс спросил, означает ли это, что теперь ему достанется её комната.

С тех пор все говорили о переезде так, будто он уже случился.

Теперь он действительно происходил.

— Ты там будешь хорошо питаться? — спросила мама.

— Постараюсь.

— Это не ответ.

— Буду, — пообещала Лея и потянулась за тёмно-зелёным свитером.

Мама вошла в комнату и присела на край кровати. На ней был домашний кардиган, рукава которого она всегда закатывала до локтей, когда волновалась. Лея заметила, что мама снова теребит пуговицу.

— Я рада за тебя, — сказала мама. — Правда. Просто… странно думать, что тебя не будет дома.

Лея замерла со свитером в руках. Она хотела ответить что-то бодрое, даже пошутить, но слова застряли.

— Я буду приезжать, — сказала она наконец.

— Конечно. Но это всё равно уже другая жизнь.

В голосе мамы не было упрёка. Только тихая грусть, от которой Лее стало тяжелее дышать.

Она села рядом и прислонилась плечом к маминому плечу.

— Я буду звонить каждый день.

— Не обещай того, что не сможешь выполнить.

— Тогда через день.

— Уже лучше.

Они обе рассмеялись, хотя смех вышел коротким и немного неловким.

Лея оглядела комнату. Светлые стены, фотографии над письменным столом, полка с книгами, старый плед, который она забрала у бабушки после её переезда. На подоконнике стоял маленький горшок с суккулентом — подарок Макса на прошлый день рождения. Он уверял, что растение почти невозможно погубить, и всё равно каждые несколько дней спрашивал, живо ли оно.

На столе лежала папка с бумагами для колледжа. Между страницами торчал лист с расписанием вводных занятий. Лея уже несколько раз перечитывала его, но пока не могла представить себя среди незнакомых людей, в незнакомых аудиториях, с новым расписанием и новым адресом.

Она поступила на программу по журналистике. Ей нравилось задавать вопросы и замечать детали, которые другие пропускали. Нравилось собирать разрозненные факты в историю — находить в них связь, даже если сначала казалось, что никакой связи нет.

В старших классах Лея вела школьную газету. Она писала о театральных постановках, соревнованиях и учителях, которые запрещали пользоваться телефонами, а потом сами проверяли сообщения под партой. Её статьи читали не все, но те, кто читал, часто говорили, что она умеет замечать людей.

Наверное, поэтому ей и хотелось уехать. Не потому, что дома было плохо. А потому, что она боялась однажды привыкнуть к тому, что её мир помещается между знакомой улицей, школьным зданием и кухонным окном.

— Лея, — раздался из коридора голос папы. — Такси будет через десять минут.

Она посмотрела на чемодан. Он был застёгнут, но боковой карман всё ещё оставался открытым.

— Я готова.

Мама поднялась и поправила край её футболки. Лея выбрала тёмные джинсы, белую футболку и мягкий серый кардиган. На плечах у неё висела джинсовая куртка, а волосы она собрала в небрежный хвост. Ей хотелось выглядеть так, будто она не волнуется. Получалось не очень: пальцы всё время цеплялись за молнию рюкзака.

Макс появился в дверях, держа в руках тот самый суккулент.

— Забирай его, — сказал он. — А то мама будет поливать слишком часто.

— Я не буду, — возразила мама.

— В прошлый раз ты полила его три раза за день.

— Он выглядел сухим.

— Он суккулент. Он всегда выглядит так, будто переживает трудные времена.

Лея рассмеялась и взяла горшок. Земля чуть осыпалась на ладонь.

— Буду присылать тебе фотографии, — сказала она Максу.

— Растения?

— И растения тоже.

— Тогда ладно.

Он обнял её быстро, неловко и крепко. Папа ждал у входной двери, уже одетый в пальто. Когда Лея вышла в коридор, он взял её чемодан и попытался поднять одной рукой.

— Ты что туда положила? Кирпичи?

— Книги.

— То есть кирпичи.

На улице дождь почти закончился. Асфальт блестел, а возле подъезда пахло мокрыми листьями и выхлопами. Такси уже ждало у тротуара. Водитель открыл багажник, и папа загрузил чемодан, пока Лея держала рюкзак и горшок с растением.

Мама обняла её последней.

— Позвони, когда доедешь.

— Позвоню.

— И не забудь поесть.

— Постараюсь.

— Лея, — с осуждением проговорила мама.

— Обещаю, — хихикнув ответила дочь.

Мама отпустила её не сразу. Лея почувствовала, как у неё сжалось горло, и крепче обняла маму в ответ. Потом отступила, быстро вытерла ладонью щёку и улыбнулась.

— Всё будет хорошо.

— Знаю, — сказала мама. Но голос у неё прозвучал так, будто она убеждала прежде всего себя.

Лея села в такси. Папа постучал костяшками пальцев по стеклу и показал ей большой палец. Она ответила тем же. Машина тронулась.

Дом медленно отдалялся за мокрым окном. Лея смотрела, как знакомые улицы сменяются незнакомыми: магазином с яркой вывеской, остановкой, сквером, длинной полосой деревьев вдоль дороги. Город за окном казался одновременно обычным и новым — будто она видела его впервые, хотя ехала по нему сотни раз.

Она положила горшок с суккулентом на колени и осторожно придержала его, когда машина свернула.

— Впервые в этом городе? — спросил водитель, взглянув на неё в зеркало.

— Почти, — ответила Лея. — Я здесь бывала, но недолго.

— Учиться едете?

— Да. В колледж.

Она старалась говорить спокойно, но в голосе всё равно слышалось волнение. Водитель кивнул и снова сосредоточился на дороге.

За окном постепенно появлялись широкие проспекты, высокие здания и людные перекрёстки. Лея достала телефон, открыла карту и проверила маршрут, хотя знала, что такси уже почти приехало. На экране мигало название колледжа. Она коснулась его пальцем, словно от этого место стало бы реальнее.

Машина свернула с главной улицы и поехала медленнее. Девушка заметила за деревьями высокую каменную арку, а за ней — широкую дорогу, ведущую к большим зданиям. У неё пересохло во рту.

— Приехали, — сказал водитель.

Такси остановилось у тротуара. Лея поблагодарила его, забрала рюкзак и вышла под прохладное небо. Дождь прекратился, но воздух оставался влажным. Она выпрямилась, поправила ремень рюкзака на плече и подняла глаза.

Перед ней простирался огромный кампус колледжа. За коваными воротами тянулись широкие аллеи, окружённые старыми деревьями. Вдалеке поднимались светлые корпуса с высокими окнами, а между ними спешили студенты — кто-то с чашкой кофе, а кто-то с книгами под мышкой. Над главным входом темнела вывеска с названием колледжа.

«Северный Атлас».

Лея крепче прижала к себе горшок с суккулентом.

Она приехала. Теперь оставалось сделать первый шаг.

Глава 2

ГЛАВА 2

Лея ещё несколько секунд стояла у ворот, не решаясь войти.

Колледж «Северный Атлас» оказался даже больше, чем на фотографиях. За главной аркой начиналась длинная аллея, обсаженная высокими деревьями. Их ветви покачивались на ветру, стряхивая на дорожки капли дождя. По обе стороны виднелись корпуса из светлого камня: одни старинные, с башенками и узкими окнами, другие — современные, со стеклянными фасадами. Между ними двигались студенты, словно все они уже знали, куда идут.

Лея поправила рюкзак и провела рукой по волосам. Светлые пряди, спускавшиеся ниже плеч, разметались от ветра и липли к щекам. Она собрала их за ухо, но несколько непослушных прядей тут же выбились обратно. В зелёных глазах отражались арка и шумный кампус.

«Просто иди», — сказала она себе.

Чемодан грохотал по каменным плитам, заставляя прохожих оборачиваться. Лея старалась не смотреть на них и сосредоточилась на указателе у входа. На нём было написано: «Административный корпус — прямо». Она направилась туда, время от времени сверяясь с картой на телефоне.

В холле административного корпуса пахло мокрыми пальто, полированным деревом и кофе. Под высоким потолком висели круглые светильники. За длинной стойкой сидела женщина в очках, а рядом несколько студентов заполняли бумаги и тихо переговаривались. Кто-то нервно постукивал ручкой по столу, кто-то смеялся, будто уже успел обзавестись друзьями.

Лея подошла к стойке.

— Здравствуйте. Я Лея Моррис. Сегодня заселяюсь. Мне сказали сначала зайти к руководителю программы.

— Добро пожаловать в «Северный Атлас», — отозвалась женщина. Она быстро пролистала список. — Мистер Харпер ждёт вас. Кабинет на втором этаже, дверь в конце коридора. Вас проводят.

Из-за стойки вышла девушка примерно Леиных лет. У неё были короткие тёмные кудри, круглые серьги и ярко-жёлтый шарф, который сразу выделялся среди серых пальто и курток.

— Я Нора, — представилась она. — Мне как раз по пути. Пойдём?

— Спасибо. Я Лея.

— Новенькая?

— Это так заметно?

Нора взглянула на чемодан.

— Только по чемодану. И по тому, как ты пытаешься одновременно смотреть на указатели, карту и всех вокруг.

Лея невольно улыбнулась.

— Я думала, что выгляжу спокойнее.

— Все так думают в первый день.

Они поднялись по широкой лестнице. На стенах висели портреты бывших преподавателей, а между ними — фотографии кампуса в разные годы. На одной снимке студенты стояли у фонтана в одинаковых шарфах; на другой — кто-то красил стену в ярко-синий цвет. Лея задержала взгляд на фотографии, но Нора уже свернула в коридор.

Кабинет мистера Харпера оказался просторным и светлым. На полках стояли папки, награды и несколько старых глобусов. За столом сидел мужчина с седыми висками и внимательным взглядом. Он поднялся, когда девушки вошли.

— Лея Моррис. Рад наконец познакомиться лично, — сказал он. — Я Дэниел Харпер, руководитель программы.

Он пожал ей руку. Лея почувствовала, что ладонь у неё влажная, и поспешила отпустить его руку.

— Я тоже рада, сэр.

— Как добрались?

— Хорошо. Кампус… больше, чем я ожидала.

— Это говорят все, — улыбнулся Харпер. — Первую неделю здесь легко заблудиться. Иногда и после первой недели.

Нора прислонилась к дверному косяку.

— Я уже обещала помочь ей найти крыло.

— Отлично. Тогда не буду задерживать вас надолго, — сказал руководитель и указал на стул. — Лея, у вас сегодня заселение, а завтра вводная встреча. Расписание и список занятий лежат в папке. Если возникнут вопросы, мой кабинет открыт.

Лея села, положив рюкзак на колени. Харпер рассказал о занятиях, студенческой редакции и библиотеке, в которой, по его словам, можно было найти почти всё — кроме свободного места во время экзаменов. Лея слушала внимательно, но всё равно ловила себя на том, что думает о новом доме, незнакомых соседях и о том, как скоро ей придётся остаться одной.

— У вас уже есть опыт в журналистике? — спросил Харпер.

— Я вела школьную газету. Писала о событиях и брала интервью у учителей.

— Хорошее начало. Здесь у вас будет возможность попробовать себя в разных форматах. Главное — не бояться задавать вопросы.

— Постараюсь не бояться, — сказала Лея.

Она улыбнулась, но пальцы крепче сжали край папки.

Когда разговор закончился, Харпер на мгновение задержал взгляд на папке перед собой.

— Лея, есть ещё один вопрос. Из-за аварии в жилом корпусе ваше место пока не готово. Нам пришлось временно переселить вас в гостевой блок старого корпуса.

Девушка нахмурилась.

— Надолго?

— Надеюсь, нет. Мы уже ищем для вас другое место, но пока свободных комнат нет. В гостевом блоке живёт ещё один студент, Кай. Его временно переселили туда после конфликта в общежитии. Администрация пока разбирается в обстоятельствах, поэтому он на какое-то время останется в старом корпусе. Вам придётся делить кухню, ванную и общую гостиную.

— А когда найдётся отдельная комната?

— Точного срока я назвать не могу. Думаю, всё решится в ближайшее время.

Лея кивнула, хотя ответ её не успокоил. Она рассчитывала начать учёбу с собственной комнатой, а не с временного соседства с незнакомцем. Но выбирать было не из чего.

Харпер вручил ей конверт с ключом и планом кампуса. На конверте было написано: «Старый корпус «Атлас», крыло С, гостевой блок, комната 214».

— Гостевой блок находится за библиотекой, в старом корпусе, — объяснил он. — Оттуда есть крытый переход. Не перепутайте его с корпусом общежития для старшекурсников.

— Она не перепутает, — уверенно сказала Нора. — Я проведу её.

— Буду благодарна, — сказала Лея.

— Тогда пойдём. Иначе твой чемодан успеет стать частью административного корпуса.

Они снова вышли в холл. Там стало шумнее: к стойке подходили новые студенты, родители фотографировали детей у большой карты кампуса, а кто-то пытался удержать сразу три коробки и стаканчик с кофе. Одна коробка накренилась, и парень рядом едва успел её поймать.

— Первый день? — спросила Нора, заметив, как Лея оглядывается по сторонам.

— Да. Кажется, все здесь знают друг друга.

— Поверь, это только кажется. Половина людей сейчас ищет аудиторию, в которой никогда не была

Снаружи воздух стал прохладнее. Нора повела Лею по дорожке мимо фонтана, в котором после дождя плавали листья. На ступенях библиотеки сидели двое студентов с ноутбуками. Чуть дальше девушка в красном пальто разговаривала по телефону, сердито жестикулируя свободной рукой. У велосипедной стойки парень пытался отстегнуть замок, который, судя по его выражению лица, был намерен остаться там навсегда.

Лея слушала Нору и старалась запоминать ориентиры.

— Вот библиотека. За ней будет переход к жилым корпусам. Если увидишь стеклянный мост — значит, ушла не туда.

— А если я всё-таки заблужусь?

— Спроси кого-нибудь. Здесь почти все хотя бы раз терялись.

— Звучит обнадёживающе.

— Так и задумано.

Они прошли под крытым переходом и оказались в другой части кампуса. Здесь было тише. За окнами виднелись небольшая площадь и несколько жилых корпусов, каждый со своим названием. На скамейке у входа в один из них сидела девушка с книгой, поджав ноги под себя. Рядом стояли два чемодана и картонная коробка с надписью «КУХНЯ».

Нора сверилась с планом.

— Тебе нужен старый корпус «Атлас», крыло С. Это через внутренний двор, потом налево.

— Ты точно уверена?

— Почти. Думаю, у меня был целый год, чтобы запомнить.

— «Почти» звучит тревожно.

— Не волнуйся, я сама здесь живу. Просто у нас корпуса соединены так, будто их проектировал человек, который ненавидит прямые коридоры.

Лея рассмеялась. Напряжение в плечах немного ослабло.

Внутри жилого корпуса было тепло и пахло свежей краской. В холле кто-то раскладывал вещи на диване, кто-то разговаривал с родителями по видеосвязи. Из открытой двери общей кухни доносился звон посуды и громкий смех. Лея заметила объявление о вечере знакомств, приколотое к стене рядом с лифтом.

— Твоя комната на втором этаже, — сказала Нора. — Крыло С — по коридору направо. Я провожу до двери.

— Ты уже и так мне очень помогла.

— Не за что. В первый день всем нужна проводница.

Лифт был занят, поэтому они поднялись по лестнице. Чемодан снова загрохотал по ступеням. На площадке второго этажа Лея остановилась, чтобы перевести дыхание.

— Ты в порядке? — спросила Нора.

— Да. Просто мой чемодан, похоже, собрался переехать сюда отдельно от меня.

— Хорошо, что он не умеет говорить. Иначе уже потребовал бы отдельную комнату.

В коридоре пахло деревом и чем-то сладким — возможно, булочками из общей кухни. За одной дверью играла музыка, за другой кто-то смеялся. Нора нашла нужное крыло и остановилась у двери с номером 214.

— Вот и всё, — сказала она. — Твоя комната.

Лея посмотрела на ключ в своей руке. Волнение вернулось — теперь уже резкое и почти щекочущее. Она вдруг ясно представила, что за дверью её ждут чужие вещи, чужие привычки и человек, с которым придётся делить пространство.

— Спасибо, что проводила, — сказала она.

— Увидимся на вводной встрече. Если что — моя комната в крыле В.

Нора помахала ей и пошла обратно по коридору, а Лея осталась одна.

Она вставила ключ в замок, повернула его и толкнула дверь.

В комнате оказалась небольшая прихожая и мини-кухня, отделённая от жилой части короткой стеной. За столом, развалившись на стуле, сидел парень. Он держал в руке кружку и смотрел на Лею с таким видом, будто ждал её уже целый час.

Тёмные волосы падали ему на лоб, а закатанные рукава чёрной футболки открывали крепкие руки. На плече темнела татуировка — узор уходил под ткань и терялся где-то у ключицы. Парень выглядел не столько удивлённым, сколько заинтересованным.

Лея застыла на пороге, всё ещё сжимая ручку чемодана.

Он окинул её взглядом и усмехнулся.

— Надеюсь, ты не из тех, кто считает, что эта комната теперь только твоя, — усмехнулся Кай.

Глава 3

ГЛАВА 3

— Надеюсь, ты не из тех, кто считает, что эта комната теперь только твоя, — усмехнулся Кай.

Лея не сразу ответила. Она всё ещё стояла на пороге, одной рукой держась за чемодан, а другой — за горшок с суккулентом.

— А ты не из тех, кто встречает соседей так, будто они пришли отнять у него территорию?

Парень чуть приподнял брови.

— Кай, — сказал он, протягивая руку. — И я просто хотел понять, с кем мне теперь делить комнату.

Лея посмотрела на его ладонь, потом на него.

— Лея, — представилась девушка.

Она поставила горшок на ближайшую полку и пожала ему руку. У Кая были тёплые пальцы и уверенное рукопожатие. Он отпустил её почти сразу, но взгляд задержал на секунду дольше, чем требовалось.

— Значит, ты и есть моя новая соседка, — сказал он. — Я думал, заселение будет завтра.

— Мне сказали, что сегодня.

— Тебе сказали правильно. Просто я надеялся, что у меня будет ещё один день, чтобы привыкнуть к мысли, — непринужденно пожал плечами Кай.

— Что ж, извини, что нарушила твой график.

— Ничего. Я быстро привыкаю.

Лея закатила чемодан внутрь. Колёсики громко стукнули о порог, и Кай поморщился.

— Это всё книги?

— Почти.

— Ты собираешься открыть здесь библиотеку? — с усмешкой поинтересовался сосед.

— Пока не решила. Но если ты будешь продолжать задавать вопросы, возможно, начну брать плату за вход.

Кай усмехнулся и поднялся со стула. Он оказался выше, чем Лея ожидала. На столе перед ним стояла кружка, рядом лежали раскрытая тетрадь и телефон. Комната была небольшой: две кровати у противоположных стен, два письменных стола, шкаф и узкая общая зона с мини-кухней. Одно окно выходило во внутренний двор, где после дождя блестели каменные дорожки.

На одной кровати лежала аккуратно сложенная одежда, на другой — рюкзак и несколько книг. Лея решила, что свободная кровать её.

— Твоя там, — сказал Кай, кивнув на неё. — Я не трогал.

— Спасибо.

— Хотя стол я занял.

— Я вижу.

— Можешь выбрать любой другой.

Лея огляделась. Второй стол был завален проводами, листами бумаги и коробкой с какими-то мелкими деталями.

— Это тоже твоё?

— Да, — как ни в чем не бывало ответил парень.

— Тогда, кажется, у меня не так много вариантов.

Кай проследил за её взглядом и вздохнул.

— Ладно. Я уберу, — на удивление Леи сказал он.

Он начал сгребать вещи в коробку. А девушка тем временем сняла куртку и повесила её на спинку стула. Потом поставила чемодан возле своей кровати и осторожно перенесла суккулент на подоконник.

— Хорошее растение, — заметил Кай.

— Подарок брата, — улыбнувшись, вспомнив Макса, объяснила Лея.

— Он знает, что оно выживет?

— Он надеется.

— А ты? — продолжая убирать свои вещи, произнес парень.

— Я тоже.

Кай коротко кивнул, словно ответ его устроил, и продолжил разбирать стол.

Лея открыла чемодан. Сверху лежали футболки и свитера, а книги занимали почти всё пространство. Она вынула несколько и сложила на полке. Одна из них выскользнула из рук и упала на пол.

Кай поднял её раньше, чем Лея успела наклониться.

— Журналистика? — прочитал он название на обложке.

— Да. Я поступила на журналистику, — пояснила она.

— Значит, будешь задавать всем неудобные вопросы?

— Только если они будут уклоняться от ответов, — с хитрой улыбкой произнесла девушка.

— Тогда мне стоит быть осторожнее.

— Возможно.

Он протянул ей книгу. Их пальцы на мгновение коснулись, и Лея быстро забрала её, будто это было случайностью, которую не стоило замечать.

— А ты на какой программе? — спросила девушка.

— Музыка.

Лея посмотрела на него внимательнее.

— Ты играешь? — искренне поинтересовалась она.

— Иногда.

— На чём?

— На гитаре.

— Хорошо играешь? — не унимался интерес Леи.

— Достаточно, чтобы не жаловаться, — равнодушно ответил Кай.

— Это не ответ, — поджав губы, недовольно произнесла девушка.

— Значит, ты уже начинаешь вести интервью, — заметил он.

Лея улыбнулась и поставила книгу на полку.

В коридоре хлопнула дверь. Кто-то громко позвал друга, потом послышались шаги и смех. Кай посмотрел в сторону двери.

— Сегодня здесь будет шумно, — сказал он. — Все заселяются, знакомятся, пытаются понять, где у них занятия.

— Мне уже предложили вечер знакомств.

— И ты пойдёшь?

— Не знаю, — девушка задумалась. — Наверное.

— Хороший ответ.

— Почему?

— Потому что на первом курсе все говорят «наверное», пока не поймут, чего хотят на самом деле.

Лея расправила свитер и положила его в ящик.

— А ты уже понял?

Кай пожал плечами.

— Я здесь второй год, но это не значит, что я понял все.

На секунду его лицо стало серьезным. Потом он снова отвел взгляд к столу.

Лея продолжила разбирать вещи. Она повесила несколько рубашек в шкаф, сложила джинсы в нижний ящик и поставила книги на полку. Суккулент на подоконнике выглядел немного потерянным среди пустого пространства.

— Тебе нужна помощь? — спросил Кай.

— Нет, спасибо. Я справлюсь, — честно ответила она.

— Как хочешь.

Он вернулся к своему столу. Несколько минут они молчали. Лея слышала, как Кай двигает коробки, как за стеной кто-то включает музыку, как дождевые капли падают с крыши на подоконник. Незнакомая комната постепенно наполнялась её вещами, но всё равно пока не казалась домом.

Телефон завибрировал. На экране появилось сообщение от мамы: «Ты уже добралась? Всё хорошо?»

Лея быстро набрала: «Да, заселилась. Комната хорошая, сосед тоже нормальный».

Она перечитала сообщение и добавила сердечко. Потом отправила фотографию суккулента на подоконнике.

— Семья? — спросил Кай.

— Мама. Проверяет, не потерялась ли я, — с теплотой на душе и пониманием того, что у нее есть люди, которые о ней заботятся и переживают, сказала девушка.

— И что ты ответила?

— Что всё хорошо, — честно призналась она.

— А это правда? — не поворачиваясь к соседке, спросил Кай.

Лея подняла глаза, потому что этот вопрос насторожил ее. Кай обернулся и посмотрел на неё без усмешки.

Она задумалась и уже не так уверенно, как раньше произнесла:

— Пока не знаю.

Он кивнул, будто понял.

Лея убрала телефон в карман. Ей хотелось спросить, давно ли Кай живёт в колледже, нравится ли ему здесь, почему он выбрал музыку. Но она не знала, как начать, не превращая разговор в интервью.

Вместо этого, продолжая смотреть на парня, она спросила:

— Ты давно приехал?

— Час назад.

— И уже успел занять стол и устроиться, — прозвучал удивленный голос.

— Я не люблю распаковываться.

— Но ты уже распаковал вещи, — не понимая его логики, ответила Лея.

— Я не люблю распаковываться долго, — сделав акцент на последнем слове, объяснил парень так, будто она пришла из другого измерения.

— Понятно.

Кай посмотрел на её почти пустой чемодан.

— А ты, похоже, наоборот, любишь всё раскладывать по местам, — заметил он.

— Мне так спокойнее, — призналась девушка.

— Значит, ты из тех, кто сначала составляет план, а потом уже начинает волноваться?

— Я волнуюсь заранее. План помогает делать вид, что я контролирую ситуацию, — честно ответила Лея.

— Полезный навык, — опять усмехнулся новый знакомый.

— А ты из тех, кто делает вид, что его ничего не волнует? — попыталась поддеть его она.

Кай задержал взгляд на ней. Его улыбка стала едва заметной.

— Возможно.

В дверь постучали, и Лея обернулась. На пороге стояла Нора с бумажным стаканчиком в руке.

— Я решила проверить, как ты устроилась, — сказала она. Потом заметила Кая. — А, вы уже познакомились.

— Да, только что, — ответила Лея.

— Кай, ты мог бы хотя бы предложить ей помочь с чемоданом, — с ноткой обвинения выпалила зашедшая девушка.

— Я предложил убрать стол, — отходя немного левее, чтобы было видно проделанную им работу, ответил парень.

— Это не одно и то же.

— Но стол убран, — твердо заявил он.

Нора заглянула внутрь и кивнула на чемодан.

— Если хочешь, я могу показать тебе общую кухню и прачечную. Пока ты не обнаружила их случайно в три часа ночи.

— Это было бы здорово.

— Тогда пойдём, — улыбнулась девушка. Уже собираясь выйти в коридор, Нора обернулась и обратилась к единственному мужчине в комнате. — Кай, не пугай её в первый день.

— Я стараюсь быть гостеприимным, — уголок губы парня поднялся то ли в усмешке, то ли в чем-то на подобии оскала.

— Старайся сильнее, — строго сказала Нора и вышла в коридор.

Лея взяла телефон и проверила, что ключ лежит в кармане. Перед тем как выйти, она обернулась к Каю.

— Я скоро вернусь, — проинформировала она.

— Постарайся не заблудиться, — отворачиваясь к столу сказал тот.

— Нора обещала, что покажет дорогу.

— Тогда у тебя есть шанс, — послышался тихий смешок.

Нора фыркнула и потянула Лею за рукав в коридор.

— Он всегда такой? — тихо спросила Лея, когда дверь закрылась.

— Какой?

— Самоуверенный.

— Не всегда, — девушка сделала паузу. — Иногда он ещё молчит.

— Обнадёживает, — слегка улыбнувшись ответила Лея.

— Привыкнешь.

Они прошли по коридору к лестнице. Нора показала Лее общую кухню, прачечную и комнату отдыха, где несколько студентов уже спорили о том, какой фильм включить вечером. В кухне пахло кофе и свежими булочками. На холодильнике висели листы с расписанием дежурств и правилами, написанными крупными буквами.

— Здесь лучше подписывать свои продукты, — объяснила Нора. — И не оставлять ничего на общей полке, если не хочешь, чтобы оно исчезло.

— Часто исчезает? — решила уточнить девушка, но не то что бы она собиралась там что-то оставлять.

— Только то, что вкусное.

— Значит, надо покупать невкусное? — с весельем в голосе спросила Лея.

— Или научиться прятать, — усмехнулась девушка, вызвавшаяся стать проводницей Леи на первое время.

Лея запомнила, где находится кухня, и вернулась к комнате уже увереннее. Нора остановилась у двери и поинтересовалась:

— Увидимся завтра на вводной встрече?

— Конечно. Спасибо за помощь, — искренне поблагодарила девушка.

— Не за что. И не переживай из-за первого дня. Здесь все выглядят так, будто знают, что делают. На самом деле большинство просто идёт за кем-то, кто выглядит увереннее.

Лея улыбнулась.

— Тогда я постараюсь выглядеть увереннее.

— Вот и отлично.

Нора ушла к лестнице, а Лея открыла дверь.

Кай сидел на своей кровати и перебирал струны черной гитары. На этот раз он не играл мелодию — только проверял звук, тихо касаясь каждой струны. Комната наполнилась негромкими, чистыми нотами.

Лея замерла на пороге.

Кай поднял глаза и посмотрел на уставившуюся на него девушку.

— Что?

— Ничего. Просто не думала, что ты правда играешь.

— А я не думал, что ты правда вернёшься так быстро, — передразнил ее он.

— Я же сказала, что скоро.

— Люди часто говорят это, когда собираются пропасть на несколько часов, — возвращая взгляд к гитаре, ответил парень.

— Я не все люди, — закрывая дверь, сказала Лея.

— Это я уже заметил.

Он снова коснулся струн. На этот раз зазвучала короткая мелодия — спокойная и немного грустная. Лея не узнала её, но почему-то ей показалось, что она подходит этому серому дню.

— Красиво, — сказала она.

Кай не ответил сразу. Его пальцы замерли на струнах.

— Спасибо.

Лея села на свою кровать и посмотрела в окно. Кампус за стеклом постепенно темнел. В комнатах напротив загорались огни, а по дорожкам спешили студенты, пряча головы от вечернего ветра.

Она всё ещё скучала по дому. По маминому голосу, папиным забытым тостам и скрипучей третьей ступеньке. Но рядом с этой грустью появилось что-то новое — осторожное любопытство.

Возможно, первый шаг уже был сделан.

И, похоже, её новая жизнь начиналась с соседа, который играл на гитаре и слишком часто усмехался.

Глава 4

ГЛАВА 4

До собрания оставалось чуть больше часа, а Лея всё ещё не могла решить, что надеть.

Она стояла перед открытым чемоданом, прислушиваясь к тишине старого корпуса. За окном моросил дождь: капли скользили по стеклу, оставляя тонкие дорожки, а во дворе темнели мокрые деревья. В комнате пахло пылью, старым деревом и мятным чаем, который Лея успела заварить и тут же забыть на подоконнике.

На кровати лежали три варианта одежды: тёмные джинсы и свитер, юбка с блузкой и аккуратное платье. Последнее казалось слишком нарядным, первое — слишком небрежным. Лея вздохнула и провела ладонью по волосам.

— Это всего лишь собрание, — сказала она своему отражению.

Голос прозвучал уверенно, но глаза выдавали тревогу.

Она выбрала тёмные брюки и мягкий серо-голубой свитер. Накинула сверху жакет, застегнула небольшие серебряные серьги и несколько раз поправила воротник. Потом собрала волосы в свободный хвост, но, взглянув в зеркало, распустила их снова. Ей хотелось выглядеть так, будто она не старалась слишком сильно, хотя именно этим она и занималась последние двадцать минут.

На столе лежал листок с расписанием, который мистер Харпер отдал ей вчера. Собрание начиналось в семь в общей гостиной. Там должны были объяснить правила, рассказать о занятиях и познакомить новеньких с остальными студентами.

И с Каем, который куда-то ушел еще час назад.

Лея поймала себя на том, что думает о нём чаще, чем следовало, объясняя это тем, что он слишком загадочный. Она знала о нём совсем немного: он жил в старом корпусе временно, попал сюда после конфликта в общежитии и, судя по тону Харпера, был человеком, о котором лучше не расспрашивать слишком настойчиво.

В коридоре послышались шаги. Лея замерла, прислушиваясь. Шаги прошли мимо её двери и стихли у лестницы.

Она взяла телефон и проверила время. Без десяти семь.

— Пора, — пробормотала она.

Лея вышла в коридор и заперла комнату. Старый корпус встретил её приглушённым светом и скрипом половиц. Настенные лампы отбрасывали на стены тёплые жёлтые пятна, но углы всё равно оставались сумрачными. На лестнице пахло дождём и чем-то древесным — будто здание хранило запах всех прошедших здесь зим.

Общая гостиная находилась на первом этаже. Лея быстро спустилась по лестнице и вошла в комнату, которая оказалась просторнее, чем она ожидала. У камина стояли потёртые кресла, вдоль стен тянулись книжные шкафы, а в центре был расставлен длинный стол с чашками, чайником и тарелками с печеньем. На подоконниках горели маленькие лампы. За высокими окнами дождь усилился, и капли глухо постукивали по стеклу.

Несколько студентов уже собрались внутри. Кто-то сидел на подлокотнике кресла, кто-то негромко переговаривался у стола. А у окна стояла Нора, которая, увидев Лею, улыбнулась и помахала рукой.

— Ну наконец-то, — сказала она, когда Лея подошла. — Я уж думала, ты передумаешь приходить.

— Я почти передумала, — призналась Лея. — Двадцать минут выбирала, что надеть.

— И что в итоге победило?

— Свитер. Надеюсь, он выглядит так, будто я не старалась.

Нора окинула её взглядом и усмехнулась:

— Конечно. Совершенно случайно подобранный жакет и серьги.

Лея рассмеялась. Рядом с Норой тревога немного отступила.

В этот момент мистер Харпер заметил девушек и приветливо кивнул — он стоял возле камина в тёмно-зелёном пиджаке и разговаривал с невысокой женщиной в бордовом кардигане.

— Рад, что ты пришла, — сказал он, подойдя к окну около которого стояли девушки. — Это миссис Белл, она отвечает за старый корпус.

Миссис Белл улыбнулась. У неё были короткие седые волосы, внимательный взгляд и голос, в котором мягкость сочеталась с привычкой, чтобы её слушались.

— Добро пожаловать, Лея. Надеюсь, ты уже немного освоилась.

— Пока только успела распаковать вещи, — честно призналась Лея.

— Для первого дня это уже немало, — заметила миссис Белл. — Проходите, скоро начнём.

Нора выбрала свободное место у края стола, и Лея присоединилась к ней. Она старалась выглядеть спокойной, но пальцы сами собой теребили край рукава.

Собрание началось без лишних церемоний. Миссис Белл рассказала о распорядке, общих помещениях и правилах корпуса. После десяти вечера следовало соблюдать тишину, гостей нужно было заранее отмечать в журнале, а кухню — оставлять чистой. Несколько студентов слушали внимательно, другие украдкой проверяли телефоны.

— Старый корпус устроен немного иначе, чем обычное общежитие, — сказала миссис Белл. — Здесь меньше комнат, зато больше общих пространств. Мы рассчитываем, что жильцы будут уважать друг друга и не станут превращать каждое разногласие в войну.

При этих словах один из студентов усмехнулся. Миссис Белл посмотрела на него поверх очков, и усмешка тут же исчезла.

Затем она перешла к вопросам безопасности и временного размещения. Лея выпрямилась, когда услышала знакомое имя.

— Сейчас в корпусе вместе вами живёт студент второго курса. Его зовут Кай, — произнесла миссис Белл. — Его поселили здесь временно после серьёзного инцидента в основном общежитии.

В комнате стало тише. Кто-то перестал шуршать упаковкой печенья.

— Что произошло? — спросила девушка с короткой стрижкой. В её голосе звучало скорее любопытство, чем беспокойство.

Миссис Белл на мгновение сжала губы, подбирая слова.

— Кай вмешался в конфликт между студентами. Ситуация вышла из-под контроля, и в результате пострадало имущество. Пока администрация разбиралась в случившемся, его переселили сюда.

— То есть его наказали? — спросил кто-то у окна.

— Это не то, что я сказала, — спокойно ответила миссис Белл. В её голосе появилась твёрдость. — Обстоятельства не были простыми. Но пока решение администрации не изменилось, Кай будет жить в старом корпусе.

Лея почувствовала, как внутри поднимается тревога. «Пострадало имущество» звучало расплывчато, а фраза «ситуация вышла из-под контроля» оставляла слишком много места для воображения.

Лея повернулась к Норе и шёпотом спросила:

— Ты что-нибудь об этом знаешь?

Нора не сразу ответила. Она отвела взгляд к чашке, которую держала в руках.

— Знаю, что случилось, — тихо сказала она. — Но подробности лучше не обсуждать здесь.

— Почему? Ты не уверена, что это правда?

— Нет, дело не в этом. Просто это не моя история, чтобы рассказывать её за него.

Лея хотела спросить ещё, но Нора мягко коснулась её руки, и девушка кивнула, хотя любопытство никуда не исчезло.

Миссис Белл обвела взглядом собравшихся.

— Я не прошу вас избегать его и не предлагаю делать выводы по слухам. Но советую не провоцировать его и не пытаться вытянуть подробности. Если возникнет проблема — обращайтесь ко мне или к мистеру Харперу.

Слова прозвучали не резко, но после них никто не засмеялся и не зашептался. Даже дождь за окнами будто стал слышнее.

Лея опустила глаза на чашку. Ей хотелось спросить, почему Кай оказался именно в старом корпусе и насколько опасной была та ссора. Но теперь она понимала: такой вопрос прозвучал бы так, словно она уже решила, что он виноват.

Собрание продолжилось. Миссис Белл рассказала, где находятся аптечка и запасные ключи, а мистер Харпер объяснил, к кому обращаться по поводу занятий и бытовых вопросов. Постепенно напряжение ослабло. Кто-то пошутил про неисправный чайник, и несколько человек засмеялись. Лея тоже улыбнулась, хотя разговор о Кае не выходил у неё из головы.

Когда встреча закончилась, студенты начали расходиться небольшими группами. Лея задержалась у стола, чтобы поставить чашку в мойку. Мистер Харпер оказался рядом.

— Не принимай услышанное за всю историю, — сказал он негромко.

Лея посмотрела на него и поняла, что он не хотел, чтобы она боялась жить с ним в одной комнате. Но ведь выбора у нее и так не было.

— А что мне принимать? — поинтересовалась девушка.

Он помедлил. На лице у него мелькнула усталость.

— Пока — только то, что тебе действительно известно.

Ответ не помог. Скорее, он добавил новых вопросов.

Нора взглянула на часы и накинула шарф.

— Мне пора. Увидимся завтра?

— Конечно, — ответила Лея.

Нора помахала ей рукой и вышла из гостиной. Лея ещё немного задержалась, осматривая помещение, и вскоре тоже направилась к лестнице, но к этому времени почти все студенты уже разошлись. Лее пришлось добираться до комнаты одной, все время сверяясь с точностью направления.

На втором этаже было прохладно, а длинный коридор казался ещё темнее, чем раньше. Наконец дойдя до нужной двери, она достала ключ и остановилась.

Замок был открыт. По крайней мере так ей показалось.

Лея нахмурилась. Она точно помнила, что заперла дверь, когда уходила. Значит, всё было в порядке. И всё же, вставляя ключ, она ощутила неприятный холодок между лопаток.

Ключ не проворачивался, и девушка напряглась, но не стала строить догадки. Она легонько толкнула дверь, и та бесшумно открылась.

Сначала Лея заметила, что на её кровати лежит чужая куртка — чёрная, мокрая от дождя. Рядом, на её подушке, кто-то оставил сложенный лист бумаги.

Она не сразу вошла. В комнате было тихо, но воздух казался напряжённым, словно здесь только что кто-то стоял.

Спустя несколько напряженных секунд Лея закрыла за собой дверь и подошла к кровати. На листке крупными неровными буквами было написано: «Не верь тому, что тебе расскажут о Кае».

Под запиской лежала фотография. На ней Кай стоял в коридоре основного общежития, с разбитой губой и сжатым кулаком. За его плечом кто-то лежал на полу.

Лея резко отдёрнула руку.

В этот момент за стеной послышались два коротких удара.

Потом наступила тишина.

Глава 5

ГЛАВА 5

Лея сидела на краю кровати, поджав под себя ноги, и прислушивалась к каждому звуку за дверью.

В корпусе было непривычно тихо. Где-то в глубине здания скрипели трубы, а за окном шумел дождь — то затихая, то снова барабаня по стеклу. Свет настольной лампы освещал письменный стол, стопку книг и записку, которую Лея перечитала уже несколько раз.

«Не спрашивай его об этом. По крайней мере, пока он сам не захочет рассказать» — вертелось в голове у девушки.

Лея провела пальцем по краю бумаги. Это написано так, будто кто-то хотел её защитить. Но от чего именно? От Кая — или от того, что она могла узнать?

Она посмотрела на часы. Кай задерживался. Он ушёл ещё до того, как начался дождь, и с тех пор не возвращался. Лея убеждала себя, что ей всё равно, но каждый раз, когда в коридоре раздавались шаги, она замирала и поворачивала голову к двери.

Наконец шаги остановились у комнаты, и дверь открылась.

Кай вошёл, не сразу заметив её. Он был промокшим до нитки: с волос стекали капли, на тёмной куртке блестела вода. Он прикрыл за собой дверь и на секунду прислонился к ней, словно собираясь с силами.

Лея вдруг забыла, что собиралась сказать.

В первый день Кай показался ей красивым, но тогда она не успела как следует его рассмотреть. Сейчас его тёмные волосы прилипли ко лбу, а несколько прядей падали на глаза. У него были чёткие скулы, прямой нос и тонкий шрам возле брови. Он выглядел усталым и замкнутым, но от этого не становился менее привлекательным.

Кай поднял глаза и, заметив её взгляд, нахмурился.

— Ты чего не спишь? — спросил он, снимая куртку.

— Жду тебя, — с паузой вымолвила Лея.

— Зачем?

Он повесил куртку на спинку стула. С неё закапала вода. Кай провёл ладонью по волосам, стряхивая капли, и отвернулся к шкафу.

— Хотела поговорить, — голос подрагивал.

— О чём?

Лея сжала пальцы на одеяле.

— О драке.

Его плечи чуть напряглись. Он медленно повернулся к ней, и на его лице не осталось ни следа усталой рассеянности.

— Нора рассказала?

— Нет, Миссис Белл объяснила, почему ты временно живешь с первокурсниками в старом корпусе, — повисла пауза. — Без подробностей, — уточнила она.

— Значит, ты знаешь достаточно.

Лея нахмурилась.

— Почему ты так говоришь? Будто я не имею права спросить.

— Потому что это не твоё дело, — резко ответил парень.

Кай начал расстёгивать манжеты рубашки. Движения у него были спокойными, но слишком резкими, чтобы казаться безразличными. Лея вспомнила, каким он был в первый день: улыбался, шутил, убрал для нее стол. Тогда он казался доброжелательным. Сейчас от той приветливости не осталось и следа.

— Я не пытаюсь тебя обвинить, — сказала она. — Просто хочу понять, что произошло.

— Не нужно понимать.

— Но если из-за этого ты… — не успела договорить она как Кай ее перебил.

— Лея, оставь это, — так же твердо как и ранее прозвучал его голос.

Он произнёс её имя негромко, однако в голосе прозвучало предупреждение. Лея замолчала, но не отвела взгляда.

— Ты подрался с кем-то из-за Норы? — спросила она, даже не понимая, почему именно это предположила. Возможно, потому что Нора не стала рассказывать ей подробности и выглядела так, будто считает его не виноватым.

Кай замер. Его пальцы остановились на пуговице.

— Кто тебе это сказал? — вздохнув произнес он.

— Никто. Я просто спросила.

— Не надо строить догадки, — чуть спокойнее, чем раньше посоветовал парень.

— Значит, дело в ней?

— Я сказал: не надо, — его терпение заканчивалось, это читалось в интонации его голоса.

Он отвернулся к окну. На стекле дрожали отражения комнаты и тусклый свет лампы.

— Хорошо, — сказала Лея. — Тогда расскажи сам. Хотя бы немного.

Кай долго молчал. Потом выдохнул и опустил голову.

— Это случилось не здесь. Один парень перешёл границу. Я не собирался драться, но в какой-то момент перестал думать.

— Ты сильно его избил? — попыталась узнать чуть больше Лея.

— Не настолько, чтобы тебе стоило об этом думать.

— А почему тебя наказали?

— Потому что я участвовал. Этого хватило.

Он сказал это без оправданий. Лея всматривалась в его лицо, пытаясь понять, что он чувствует: злость, сожаление или вину. Но Кай будто запер всё это внутри.

— Ты жалеешь об этом? — спросила она.

Он провёл большим пальцем по костяшкам другой руки. На коже виднелась свежая ссадина.

— Не знаю, — тише обычного прозвучал его ответ.

— Как это — не знаешь?

— Вот так.

Кай подошёл к столу за полотенцем. Его взгляд упал на записку, которая оставила там Лея, когда ходила по комнате взад-вперед, пытаясь успокоиться и дождаться парня. Он задержался на ней взглядом, но не взял в руки.

— Нора, — уверенно произнес парень. — Ну конечно, кто еще.

— Это от Норы? — удивленно поинтересовалась Лея, глядя на листок бумаги на столе.

— Давно вы общаетесь? — оставил вопрос без ответа Кай.

— С моего приезда. На самом деле мы не успели сильно сблизиться, но она мне нравится.

Он коротко кивнул, словно обдумывая ответ.

— Не спрашивай её о драке, — его голос звучал твердо.

— Почему? — не унималась девушка.

— Потому что она не знает всех подробностей.

— Но она знает, что произошло, — это был не вопрос, утверждение.

Кай сжал полотенце в руке. На мгновение его лицо стало жёстким, а потом он устало потёр переносицу.

— Нора тут ни при чём, — сказал он. — Она не участвовала и не просила меня вмешиваться. Не нужно впутывать её в то, что сделал я.

Лея удивлённо посмотрела на него.

— Я не собиралась её обвинять, — озадаченно утвердила она.

— Хорошо.

— Почему ты так не хочешь, чтобы я с ней говорила?

Кай поднял на неё глаза. В них мелькнуло раздражение, но под ним Лея заметила тревогу.

— Потому что это моя история, а не её, — так же, как и Нора ранее, сказал он.

— Тогда расскажи мне сам.

— Нет.

— Ты не можешь просто приказывать мне не задавать вопросов, — стала закипать Лея.

— Могу. И сейчас именно это и делаю.

Лея почувствовала, как внутри поднимается обида. Она встала с кровати и скрестила руки на груди.

— Ты был совсем другим в первый день, — нехотя вылетело у нее.

Кай отвёл взгляд и произнес:

— Ты меня тогда не знала.

— Может быть. Но ты хотя бы разговаривал со мной нормально.

— Это было до того, как ты решила вмешаться, — выпалил парень.

— Я не вмешиваюсь, — прикрикнув, возразила Лея. — Я пытаюсь поговорить, — прозвучало уже спокойнее.

— Тогда послушай внимательно: держись подальше от меня.

Девушка замерла.

— Ты сейчас серьёзно? — все больше не понимая его, спросила она.

— Да.

— Почему?

Кай сжал челюсть. Он словно собирался ответить, но передумал и отвернулся.

— Так будет лучше.

— Ты издеваешься? — голос девушки был на грани крика. — Для кого?

Он промолчал.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Лея заметила, как напряжены его плечи. Он выглядел не столько злым, сколько измученным — будто ему приходилось удерживать себя от слов, которые он не хотел произносить.

— Ты не похож на человека, которому всё равно, — тихо сказала она.

— А ты не знаешь, какой я, — это был факт, который немного осадил Лею.

Кай взял сухую футболку и скрылся за ширмой. Девушка поспешно отвернулась. Она слышала шорох ткани и шаги, но всё равно не могла перестать думать о нём — о его голосе, взгляде и том, как он старался держать её на расстоянии.

Когда Кай вернулся, он лёг на свою кровать, повернувшись к стене.

Стало ясно, разговор был окончен.

Лея ещё долго сидела неподвижно. Ей хотелось задать новый вопрос, но она понимала, что Кай больше не ответит. Записка Норы, как оказалось, лежала на столе, сложенная ровно по прежнему сгибу.

Теперь Лея была уверена: Нора знала, что Кай не хочет говорить о драке, но не собиралась скрывать от неё какую-то тайну. Она просто пыталась не давить на него.

Лея решила, что утром поговорит с Норой — не о том, кто виноват, а о том, как лучше вести себя с Каем. Может быть, та подскажет, как не превратить обычный разговор в очередную ссору.

Она легла и выключила лампу. В темноте комната наполнилась звуками дождя. Кай не шевелился.

Лея пыталась думать о завтрашнем дне, но мысли снова возвращались к его словам: «Держись подальше от меня».

Почему он так хотел, чтобы она отступила? И почему его предупреждение прозвучало не как приказ, а почти как просьба?

Усталость постепенно одолела её. Лея закрыла глаза.

Ей приснился длинный коридор старого корпуса. В его конце стоял Кай. Он что-то говорил, но Лея не могла разобрать слов. Она сделала шаг к нему — и он отвернулся, скрывшись за дверью.

Лея проснулась резко, будто кто-то позвал её по имени.

В комнате было темно. Дождь за окном почти стих. Она приподнялась на локте и огляделась. Кровать Кая была пуста.

Девушка нахмурилась, и только через мгновение заметила, что дверь в ванную была приоткрыта, но внутри темно. Она уже собиралась снова лечь, когда заметила, что записка Норы исчезла со стола.

Сердце забилось быстрее.

Лея бесшумно встала и подошла к столу. На полу записки тоже не оказалось.

— Ищешь это? — послышался позади знакомый голос.

Испугавшись от неожиданности, она резко обернулась.

Кай стоял у двери, держа сложенный листок. В одной руке он сжимал записку, другой придерживал дверную ручку. Его лицо в темноте почти терялось, но Лея заметила напряжённый взгляд.

— Ты взял мою записку? — видя ответ в руках парня, все равно спросила она.

— Хотел убедиться, что ты не собираешься показывать её кому-то ещё, — размеренными шагами парень подошел ближе.

— Это не твоё.

— Знаю, — ответил он.

— Тогда отдай.

Кай не двинулся. Он посмотрел на записку, потом на Лею.

— Нора не должна была писать тебе об этом.

— Она просто попросила меня не давить на тебя, — спокойно объяснила девушка.

— И всё равно не должна была вмешиваться, — продолжал он.

— Она не вмешивается, — возразила Лея. — Она ничего не сделала. Ты сам сказал, что она ни при чём.

Кай опустил глаза. Бумага тихо хрустнула в его пальцах.

— Да. Она ни при чём, — произнёс он после паузы. — Это моя ответственность.

Лея протянула руку.

— Тогда верни записку.

Он разжал пальцы. Лея забрала листок и быстро проверила, не порвал ли он его. Кай не стал спорить и не попытался удержать бумагу.

— Что случилось на самом деле? — чувствую, что появилась возможность, она тихо попытала удачу вновь.

Кай прислонился плечом к стене. Его взгляд скользнул к окну, где на стекле ещё дрожали капли дождя.

— Я подрался с человеком, который заслужил, чтобы ему дали отпор, — уверенно сказал он. — Но это не значит, что я поступил правильно.

Лея ждала продолжения, но он замолчал.

— И всё? — спросила она.

— Пока всё.

— Ты понимаешь, что от таких ответов вопросов становится только больше? — в ее голосе слышалось раздражение.

— Понимаю.

Кай провёл рукой по лицу, словно пытался стереть усталость.

— Но я не хочу, чтобы ты принимала чью-то сторону, не зная всей истории. Ни мою, ни его. И не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы, — сказал он так, будто беспокоился за нее.

Лея опустила записку. В его голосе не было прежней резкости. Только усталость и сдержанное беспокойство.

— Я сама решу, будут у меня проблемы или нет, — теперь уже ее голос приобрел уверенность.

— Вот этого я и боюсь.

Он произнёс это почти шёпотом. Лея не успела спросить, что он имел в виду: Кай уже пошел на выход в коридор.

— Спокойной ночи, Лея.

— Кай… — тихо прошептала она.

Он остановился, но не обернулся.

Лея хотела попросить его остаться и договорить, но вместо этого она крепче сжала записку и произнесла:

— Спокойной ночи.

Кай кивнул и ушёл. Дверь закрылась тихо, без хлопка.

Лея вернулась к кровати. Теперь она знала, что Нора не была причиной драки и не пыталась скрыть от неё какую-то вину. Но Кай всё равно оставил слишком много недосказанного.

Она положила записку на стол и снова посмотрела на часы. До утра оставалось несколько часов. Завтра она поговорит с Норой — не о драке, а о том, как помочь Каю, если он сам этого захочет.

А пока Лея решила не задавать новых вопросов.

По крайней мере, до утра.

Глава 6

ГЛАВА 6

Утром дождь прекратился, но небо над «Северным Атласом» всё ещё было затянуто серыми облаками. На подоконниках блестели капли, а в коридорах пахло мокрой штукатуркой и свежим кофе.

Лея застегнула кардиган и убрала в сумку блокнот. Записка Норы лежала в кармане — Лея решила вернуть её хозяйке.

Нора ждала у входа. На ней было длинное зелёное пальто и светлый шарф. Брюнетка с песочно-карими глазами выглядела восхитительно.

— Ты в порядке? — спросила она, увидев задумчивый взгляд новой подруги.

— А, да, — вырвавшись из своих мыслей, сказала Лея. — Просто хочу кое-что прояснить. Это ты оставила записку у меня на столе?

Нора поджала губы и кивнула.

— Я просто хотела, чтобы ты не верила каждому слуху о Кае, но сказать прямо не было возможности.

— Почему ты решила, что я ему не верю?

— Ты только приехала. Здесь любят пересказывать чужие истории так, будто сами всё видели.

Лея сложила записку.

— Но ты не рассказала, что случилось.

— Это должен рассказать Кай, если захочет, — непреклонно твердели одно и то же Нора.

По дороге на первый этаж она объяснила, что вошла в комнату с запасным ключом: она помогала миссис Белл следить за старым корпусом. Лея удивилась, но не стала сердиться.

— В следующий раз хотя бы постучи, — сказала она.

— Договорились, — подмигнула ей Нора.

Они разошлись у лестницы. Нора направилась к своим занятиям, а Лея поспешила в свою первую аудиторию.

***

Первую пару вёл профессор Эллис — худощавый мужчина с серебристыми волосами и привычкой постукивать мелом по столу. Он рассказывал об истории города и о том, как колледж менялся вместе с ним.

Лея выбрала место у окна и открыла блокнот. За стеклом ветер раскачивал голые ветви, и их тени скользили по стене. Она старалась внимательно слушать, но после разговора с Норой мысли то и дело возвращались к Каю. Лея записывала даты и имена, чтобы не отвлекаться. Так и прошли полтора часа ее первой пары в этом колледже.

На перемене Лея увидела Кая в столовой: он сидел за дальним столом со своей группой. Их взгляды на мгновение встретились, но никто из них не предпринял попыток поздороваться. Лея взяла поднос и села у окна, а Кай продолжил разговор с одногруппниками.

Они учились в разных группах и за весь день больше не пересеклись.

На следующей паре Лея сидела в небольшой аудитории с высокими окнами и длинными столами. Преподавательница разбирала с группой тексты о городских сообществах и просила студентов отмечать, как авторы подтверждают свои выводы.

Лея раскрыла учебник и провела карандашом по полям, отмечая ссылки на письма, газетные статьи и архивные записи. В какой-то момент она заметила, что почти все примеры опираются на первоисточники.

— Именно поэтому важно не останавливаться на пересказах, — сказала преподавательница. — Если хотите понять, что произошло, ищите документы и проверяйте, кто и когда их создал.

Лея записала эту мысль в блокнот, и оставшееся время внимательно слушала лекцию.

На последней паре мистер Харпер объявил о проекте.

— Каждый выберет тему, связанную с историей колледжа или его влиянием на город. Работаете самостоятельно. Через неделю я жду предварительный план, — проинструктировал он.

Мужчина средних лет в сером свитере раздал листы со списком возможных направлений: архитектура кампуса, студенческие общества, развитие библиотеки, старые традиции колледжа, его благотворительные программы.

Лея пробежала глазами по вариантам. Ей хотелось выбрать что-то, где можно было бы работать с документами и архивами, но пока ни одна тема не казалась особенно интересной.

— Можно предложить собственную? — поинтересовалась она.

— Конечно, если тема связана с колледжем и у неё есть надёжные источники, — прозвучал ответ преподавателя.

Лея записала это в блокнот. Она ещё не решила, что именно будет исследовать. Сначала нужно было заглянуть в библиотеку, посмотреть каталоги и понять, какие материалы доступны.

После занятий она отправилась именно туда. В читальном зале было тихо, а за высокими окнами ветер раскачивал голые ветви. Девушка открыла каталог и начала просматривать разделы об истории колледжа. На глаза попадались фамилии попечителей, записи о пожертвованиях, старые планы корпусов и газетные вырезки.

Лея выписала несколько названий, но ни одно пока не складывалось в тему, и, немного подумав, она решила вернуться к поискам завтра.

У выхода из библиотеки она заметила Кая, который стоял у лестницы и разговаривал с высоким парнем из своей группы, держа под мышкой папку. Лея прошла мимо, не вмешиваясь в разговор. Кай на секунду посмотрел на неё, но ничего не сказал.

До самого вечера она так и не выбрала тему проекта. Лея лишь знала, что хочет найти в архивах что-то необычное — историю, которую не пересказывают на обычных экскурсиях.

О том, что вскоре её работа приведёт к семье Кая, она даже не подозревала.

Глава 7

ГЛАВА 7

Дверь комнаты открылась далеко за полночь.

Лея проснулась не от скрипа — от полоски света, прорезавшей темноту. Она приподнялась на подушке и увидела Кая на пороге. Он замер, будто не ожидал застать её бодрствующей. На нём была тёмная куртка, расстёгнутая у ворота, а волосы растрепал ветер. В одной руке он держал телефон, другой придерживал дверь.

— Ты ещё не спишь? — тихо спросил он.

— Спала, — ответила девушка.

Кай прикрыл дверь и на секунду прислонился к ней спиной. В комнате было темно, только уличный фонарь за окном отбрасывал на пол бледный прямоугольник света. Лея различала усталость на его лице: напряжённую линию рта, тени под глазами. Но вместе с усталостью в нём было что-то настороженное, будто он заранее приготовился к неприятному разговору.

Парень направился к столу, стараясь не задеть стул. Телефон в его руке коротко завибрировал. Кай взглянул на экран и тут же перевернул его дисплеем вниз.

— Ты поздно, — сказала Лея.

— Знаю.

— Я звонила тебе вечером, — телефонами соседи обменялись еще в первый день на случай, если будут вопросы по их общему пространству. — Хотела спросить, будешь ли ты ужинать.

— Я видел.

Его короткий ответ задел сильнее, чем Лея ожидала. Она села, откинула одеяло и нащупала ногами тапочки.

— Тогда почему не ответил? — спустя паузу, послышался озадаченный голос в темноте.

Кай положил куртку на спинку стула и двинулся к своей кровати.

— Не хотел разговаривать, — просто ответил он.

— Можно было написать.

— Лея, я не обязан отвечать на каждое сообщение, — его голос прозвучал строже.

— Я не говорю, что обязан. Но мы делим комнату. Если ты пропадаешь до ночи, а потом возвращаешься так, будто между нами вообще ничего не происходит, мне хотя бы хочется понимать, всё ли в порядке, — попыталась объяснить девушка.

Кай повернулся к ней. Свет из окна пересёк его лицо, оставив одну половину в тени.

— Между нами ничего и не происходит, — его ответ прозвучал равнодушно, и это в который раз задело Лею, но она все же решилась ответить ему:

— Именно. Поэтому я и не понимаю, почему ты каждый раз ведёшь себя так, будто я собираюсь тебя допрашивать.

— Потому что ты задаёшь вопросы, на которые я не хочу отвечать, — резко ответил парень.

Лея замолчала. За окном прошуршали шины по мокрой дороге. В комнате все так же пахло пылью и старым деревом, но в добавок к ним присоединился холодный воздух, который Кай принёс с собой.

— Я просто пытаюсь быть нормальной соседкой, — сказала она наконец.

— Тогда не надо пытаться меня исправить.

— Я не пытаюсь тебя исправить, — хлопнула по кровати девушка, понимая абсурдность разговора.

— Правда? — Кай усмехнулся, но в его улыбке не было веселья. — Ты постоянно спрашиваешь, где я был, почему не пришёл, почему молчу или не хочу что-то рассказывать. Может, тебе кажется, что это забота, но для меня это похоже на контроль.

Лея почувствовала, как к щекам приливает жар. Она отвела взгляд, чтобы не показать, насколько её задели эти слова.

— Я не знала, что обычный вопрос так тебя раздражает.

— Теперь знаешь, — ответил Кай, уже сидя на своей кровати.

— Хорошо. Тогда не спрашивай, почему я перестану интересоваться.

Парень нахмурился. Казалось, он хотел что-то ответить, но передумал. На мгновение он выглядел не сердитым, а уставшим и растерянным — словно сам не был уверен, почему так резко отреагировал.

— Я не хотел ссориться, — сказал он тише.

— А я не хотела чувствовать себя виноватой за то, что хотела узнать, всё ли с тобой в порядке.

Они замолчали. Лея снова забралась под одеяло, повернувшись к стене. Кай все так же сидел, не двигаясь, а потом тихо снял часы и положил их на прикроватную тумбу рядом с телефоном.

— Спокойной ночи, — произнёс он.

— Спокойной.

Лея закрыла глаза, но сон долго не приходил. Ей было неприятно, что их разговор закончился так резко. Ещё неприятнее — что какая-то часть её понимала: Кай не просто хотел оттолкнуть её. Он будто защищал что-то, о чём не собирался говорить.

***

Утро выдалось пасмурным. За окном висели низкие облака, и старый корпус казался ещё серее, чем обычно. В коридоре хлопали двери, студенты торопливо спускались по лестнице, а из общей кухни доносился запах подгоревшего тоста.

Кай как обычно ушёл раньше, оставив на столе пустую кружку. Лея заметила её, но не стала убирать. После ночного разговора ей хотелось сохранить хоть какую-то дистанцию.

Она быстро позавтракала в одиночестве, собрала учебники, накинула пальто на серые джинсы и белую водолазку и вышла на пары. Холодный воздух во дворе сразу прояснил мысли. На дорожках блестели лужи, а мокрые листья липли к подошвам. Лея шла через кампус, поглубже спрятав руки в карманы, и снова прокручивала в голове слова Кая.

«Для меня это похоже на контроль».

Она не считала себя любопытной. Но, может быть, действительно слишком быстро решила, что раз они живут в одной комнате, то должны хотя бы немного доверять друг другу. А доверие нельзя требовать — даже если тебе кажется, что ты всего лишь проявляешь заботу.

На первой паре Лея почти не отвлекалась. Она записывала лекцию аккуратным почерком, стараясь сосредоточиться на словах преподавателя. После занятия студенты не спешили расходиться: кто-то обсуждал домашнее задание, кто-то собирал книги, а кто-то грел ладони о бумажный стаканчик кофе.

Мистер Харпер напомнил о проекте и предложил студентам окончательно определиться с темами до этих выходных, а это всего через два дня. Лея достала блокнот, где ещё со вчерашнего дня были выписаны названия архивных документов и фамилии людей, связанных с историей колледжа.

Она несколько минут перебирала заметки. Ей хотелось исследовать не просто историю одного здания или студенческого общества, а то, как решения отдельных людей влияли на жизнь всего учебного заведения. В записях снова и снова встречалась фамилия Вейл. С ней связывали пожертвования, стипендии, поддержку библиотечного фонда и строительство одного из корпусов.

Лея задержалась, когда преподаватель закончил отвечать на вопросы студентов и все разошлись.

— Я хотела бы изучить значение связи одной влиятельной семьи с колледжем, — сказала она. — Как эта связь повлияла на его развитие и на жизнь студентов, — добавила, немного уточнив выбранную тему.

— У тебя уже есть конкретное направление? — спросил мистер Харпер.

Лея взглянула на свои записи.

— Да. Семья Вейл. Но сначала я хочу проверить архивные источники и понять, насколько их влияние было важным на самом деле, — ответом на это заявление стал одобрительный кивок.

— Хорошая тема. Только постарайся не ограничиваться официальной историей. Ищи разные точки зрения: документы колледжа, газетные статьи, письма, воспоминания. Влиятельных людей часто описывают либо слишком благосклонно, либо слишком резко. Твоя задача — разобраться, что подтверждается источниками.

Лея записала его слова на полях, а фамилию Вейл обвела тонкой линией.

В перерыве она вышла во внутренний двор и позвонила домой. Ответ последовал после второго гудка.

— Лея, привет! Как ты там? — радостно воскликнула мама.

— Хорошо. Просто немного устала. Сегодня окончательно выбрала тему проекта, — рассказала она немного о сегодняшнем дне.

— Уже? И о чём будешь писать? — с неприкрытым интересом спросила мама.

Лея посмотрела на старый корпус через двор, в высоких окнах которого отражалось серое небо.

— О том, как одна влиятельная семья была связана с колледжем и что эта связь для него значила.

— Звучит интересно. Ты уже нашла материалы?

— Пока только первые упоминания. Надо будет сходить в архив, — воодушевилась этой идеей девушка.

Они поговорили о занятиях, о погоде и о том, что дома всё спокойно. Мама рассказала как у нее дела на работе и то, что папа с Максом уехали в парк и созвонятся с ней позже, а после своего рассказа спросила, как у Леи складываются отношения с соседом по комнате и подружилась ли она с кем-то.

Лея помедлила отвечать на это, но все же сказала:

— Нормально. Мы просто ещё привыкаем друг к другу.

— Если что-то тебя беспокоит, лучше говорить прямо, — сказала мама. — Но и другому человеку иногда нужно время, чтобы начать доверять.

Лея невольно вспомнила ночной разговор.

— Я знаю. Постараюсь не торопить события, — понимающе произнесла она. — А подругу я все же нашла, ее зовут Нора, — еще немного поболтав с мамой, Лея пообещала позвонить завтра и попрощалась.

Когда перерыв закончился, она ещё немного посидела на скамье. Ветер шевелил ветви над головой, и капли с листьев падали на каменную дорожку. Лея открыла блокнот и дописала рядом с темой проекта: «Искать разные источники. Не делать выводов заранее».

***

Вернувшись в комнату после занятий, она обнаружила Кая за столом. Он сидел, наклонившись над раскрытой книгой, но, услышав открывающуюся дверь, не сразу поднял голову. На нём был тёмный свитер с закатанными рукавами; волосы, ещё влажные после дождя, падали на лоб.

Лея поставила сумку возле кровати и сняла пальто. Несколько секунд они оба молчали. После ночной ссоры даже привычные звуки — шорох бумаги, скрип стула — казались слишком громкими.

Кай первым нарушил тишину.

— Я хотел извиниться за вчерашнее, — не поднимая головы от книги, сказал он.

Лея повернулась к нему и решила уточнить:

— За что именно?

Он закрыл книгу, но оставил ладонь между страницами, словно собирался продолжить чтение, если разговор пойдёт не так.

— За то, что сказал, будто ты пытаешься меня контролировать. Ты просто спросила, всё ли в порядке, а я ответил так, будто ты сделала что-то плохое, — повернувшись к ней, ответил парень.

Лея прислонилась к краю стола. Напряжение в плечах немного ослабло.

— Я тоже могла остановиться, когда поняла, что ты не хочешь говорить. Но мне не понравилось, что ты решил за меня, почему я спрашиваю, — объяснила она свою позицию.

— Понимаю.

Кай повернулся и вновь опустил взгляд на книгу. Его пальцы медленно разгладили загнувшийся угол страницы.

— Мне иногда нужно побыть одному, — добавил он. — Не потому, что я злюсь на тебя. Просто… так проще.

— Тогда скажи мне это прямо. Я не стану расспрашивать.

— А ты скажешь, если я тебя чем-то задену?

— Скажу. Если ты не будешь сразу делать вид, будто я нападаю, — просто ответила ему Лея.

Кай посмотрел на неё. В его глазах мелькнуло что-то похожее на улыбку, но парень быстро отвернулся.

— Постараюсь, — ухмылка вновь окрасила его лицо, хотя со своего места Лея увидела только поднятый уголок губ.

Девушка села на свою кровать и открыла блокнот, из которого выглядывал лист с заметками о проекте.

— Как прошёл твой день? — решила спросить она. Но не только потому что затянувшаяся пауза показалась ей напряженной, но и потому что ей правда было интересно.

Кай пожал плечами и просто ответил:

— Ничего особенного. Пара, библиотека, потом дела.

— Тебе правда нравится библиотека или ты просто там прячешься от всех? — по-доброму спросила Лея.

— Иногда и то и другое, — честно ответил Кай.

— Понимаю.

Он усмехнулся, и на этот раз улыбка была настоящей — короткой, но тёплой. За окном ветер снова принёс дождь. Капли застучали по стеклу, а в коридоре кто-то громко рассмеялся и быстро удалился по лестнице вниз.

Они заговорили о занятиях, о преподавателях и о тихих местах на территории колледжа. Кай рассказал, что в старой библиотеке есть небольшой читальный зал, куда почти никто не заходит, а Лея ответила, что обязательно проверит его, когда начнёт работать с архивами.

Разговор был обычным, почти будничным. В нём не было чего-то личного, и не чувствовалось необходимости защищаться от каждого вопроса.

Позже, когда Кай снова открыл книгу, а Лея принялась разбирать записи, она подумала, что доверие, наверное, начинается не с больших признаний. Иногда достаточно извиниться, выслушать и не требовать ответа раньше времени.

Между ними всё ещё оставалось много недосказанного. Но теперь они оба, кажется, были готовы хотя бы не отгораживаться от него молчанием.

Глава 8

ГЛАВА 8

В субботу Лея проснулась позже обычного — не от будильника, а от запаха кофе.

Она открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок, пытаясь понять, что изменилось. За окном было светло впервые за всю неделю нахождения здесь. Дождь наконец прекратился, и солнечные полосы легли на пол старого корпуса. В комнате стояла непривычная тишина: ни хлопающих дверей, ни торопливых шагов в коридоре, ни голосов студентов, спешащих на занятия.

Только тихий звон ложки о кружку.

Лея повернулась на бок. Кай сидел за столом в тёмной футболке и серых спортивных брюках. Волосы у него торчали в разные стороны, будто он провёл по ним рукой и решил, что этого достаточно. Перед ним стояла кружка, а рядом лежал раскрытый блокнот с исписанными нотами.

Он заметил, что она проснулась, и поднял глаза.

— Доброе утро, — сказал он.

Лея прищурилась, посмотрев на часы.

— Уже почти одиннадцать.

— Для субботы это всё ещё утро.

Она села, откинула одеяло и потянулась. Светлые волосы упали ей на лицо. Лея собрала их в хвост, но резинка зацепилась за прядь, и она тихо выругалась себе под нос.

Кай отвернулся к кружке, старательно скрывая улыбку, и, делая вид, что не услышал.

— Ты приготовил кофе? — спросила она.

— Нет. Он сам появился, — дразня девушку, с усмешкой произнес Кай.

— Удивительно. Может, и завтрак сам появится? — не уступая ему, ответила Лея.

— Если подождёшь достаточно долго, появится кто-нибудь, кто съест его за тебя.

Лея улыбнулась и поднялась с кровати. На ней была свободная футболка и тёмные шорты; она накинула кардиган и босиком прошла к мини-кухне. На столе стояла вторая кружка.

— Это мне?

— Я сделал лишний, — настроение у Кая сегодня было особенно шутливое. — Не задавай слишком много вопросов до кофе, — звучало как требование.

Она взяла кружку обеими руками. Кофе оказался крепким, но не горьким. Лея сделала глоток и почувствовала, как тепло постепенно возвращает её к жизни.

— Неплохо, — признала она.

— Я запомню.

— Не привыкай к комплиментам.

— Не собирался, — попытался скрыть улыбку Кай.

В его голосе всё ещё звучала привычная насмешка, но теперь она не казалась колючей. Лея прислонилась бедром к столешнице и посмотрела на блокнот.

— Ты писал? — Кай тут же демонстративно прикрыл его ладонью. — Похоже на ноты.

— Значит, ты умеешь распознавать ноты, — замети он.

— А ты умеешь отвечать на вопросы так, чтобы не отвечать, — закатив глаза, ответила Лея.

— Мы оба развиваемся.

Девушка не стала настаивать. Вместо этого она отнесла кружку к раковине, сполоснула её и поставила на сушилку. Кай заметил это, но ничего не сказал.

— У тебя сегодня планы? — спросил он. Вопрос прозвучал буднично, почти мимоходом, но она всё равно заметила, что он не смотрит на неё.

— Хотела сходить в библиотеку, посмотреть, что есть по заданному проекту. Времени на его написание не так много.

— В субботу архив закрыт, — проинформировал Кай.

— Читальный зал открыт, — зная наверняка, ответила Лея.

— В старой библиотеке, — уточнил он.

— Ты говорил, что там тихо.

Он наконец поднял глаза.

— Говорил.

Лея ждала продолжения. Кай провёл большим пальцем по краю кружки, будто взвешивая, стоит ли добавлять что-то ещё.

— Могу показать короткую дорогу, — сказал он. — Если хочешь.

Предложение было простым, но Лея не сразу ответила. Ей вспомнилось, как недавно он просил держаться подальше и как легко разговор между ними превращался в спор. Одно предложение не означало, что всё изменилось. Она не хотела принимать обычную вежливость за приглашение в его жизнь.

— Если тебе не сложно, — сказала она наконец.

— Не сложно.

Кай поднялся и убрал кружку в раковину. На секунду их движения совпали: оба потянулись к крану, и Лея поспешно отступила.

— Прости, — сказала она.

— Всё нормально.

Он вытер руки полотенцем, взял со спинки стула тёмную куртку и надел её поверх футболки. Лея переоделась в джинсы, светлый свитер и удобные ботинки. Волосы оставила распущенными, только убрала прядь за ухо. Перед выходом проверила, лежит ли в сумке блокнот и не забыла ли она карточку читателя.

Кай ждал у двери, засунув руки в карманы.

— Готова?

— Да.

Они вышли в коридор. В субботу старый корпус казался другим: спокойным, почти сонным. У лестницы кто-то оставил пару кроссовок, из общей кухни доносился тихий разговор, а на подоконнике лежала раскрытая книга. Лея шла рядом с Каем, но между ними оставалось достаточно места, чтобы не задевать плечами.

Первые минуты они молчали.

Кай повёл её через внутренний двор, мимо старого фонтана. Вода в чаше была неподвижной, и на её поверхности отражались голые ветви. Лея заметила, что он выбирает дорожки, по которым почти никто не ходит.

— Ты всегда так хорошо ориентировался здесь? — спросила она.

— Нет. В первый год я дважды приходил не в тот корпус, —поделился Кай.

— И что делал?

— Делал вид, что так и планировал, — усмехнулся он, будто и правда это было для него забавно.

— Убедительно?

— Ни разу.

Лея тихо рассмеялась. Кай посмотрел на неё, и на лице у него мелькнула улыбка — короткая, но уже не такая осторожная, как прежде.

Они прошли за библиотекой и свернули к старому крылу, которое Лея раньше принимала за закрытую часть корпуса. Над дверью висела потемневшая табличка. Кай достал ключ-карту и приложил её к считывателю.

— У тебя есть доступ? — удивилась Лея.

— У музыкантов иногда бывают полезные привилегии.

— Например?

— Например, возможность войти в здание, где никто не хочет заниматься в выходной.

Внутри пахло бумагой, пылью и воском для мебели. Узкий коридор заканчивался небольшой читальной комнатой с высокими окнами и длинным столом. На стенах висели старые фотографии кампуса. Лея подошла к одной из них: на снимке студенты стояли у входа в корпус, а за их спинами виднелась каменная арка, которой теперь уже не было.

— Это место почти никто не использует, — сказал Кай. — Иногда сюда приходят преподаватели. И Нора, когда хочет спрятаться от людей.

— Она часто здесь бывает? — полюбопытствовала Лея.

— Не знаю. Но однажды я нашёл её под столом.

Девушка обернулась и вытаращила свои зеленые глаза.

— Под столом? — немного ошарашенно спросила она.

— Она искала серьгу. — объяснил Кай. — Я не стал задавать вопросов.

— Наверное, это было разумно.

— Я умею быть тактичным.

— Ты? — девушка специально сделала вид недоверия.

— Иногда, — усмехнулся он.

Лея поставила сумку на стол и достала блокнот. Кай остался у окна, глядя во двор. Он не пытался заглянуть в её записи, и это почему-то успокоило её сильнее, чем если бы он предложил помощь.

Она открыла каталог на телефоне и начала просматривать список материалов. Через несколько минут рядом легла тень.

— Что ищешь? — спросил Кай.

Лея подняла глаза. Он стоял по другую сторону стола, не приближаясь к её записям.

— Документы об одной семье. Пожертвования, стипендии, старые решения попечительского совета. Пока всё выглядит очень официально, — объяснила она.

— Это плохо? — не понимая, поинтересовался парень.

— Не обязательно. Но официальные документы редко рассказывают, кому именно помогли решения и кому они навредили.

Кай кивнул. Его лицо стало задумчивым.

— В старом архиве есть коробки с письмами выпускников. Часть ещё не оцифровали.

Лея подняла голову.

— Ты знаешь, где они? — с надеждой спросила она.

— Примерно. Я помогал миссис Белл переносить каталоги, когда меня сюда переселили.

— Покажешь?

Он на секунду замешкался. Лея увидела, как его взгляд скользнул к её блокноту, затем вернулся к лицу.

— Если там открыто, — сказал он. — Но я не обещаю, что найдёшь что-то полезное.

— Хорошо, спасибо, — улыбка расплылась на ее лице.

Он направился к двери и остановился, убедившись, что Лея идёт следом.

Архивная комната оказалась узкой и прохладной. На металлических стеллажах стояли коробки с номерами и выцветшими этикетками. Лея осторожно провела пальцем по одной из них, стараясь не поднять пыль.

Кай нашёл нужный ряд не сразу. Он проверил две полки, нахмурился, затем присел и посмотрел на нижний стеллаж.

— Кажется, здесь, — указал он на него.

Лея опустилась рядом. Они одновременно потянулись к коробке и едва не столкнулись локтями.

— Извини, — сказала она.

— Ты всегда извиняешься, когда просто находишься рядом? — глядя в ее зеленые глаза спросил парень.

— Только когда мешаю.

— Ты не мешаешь.

Он произнёс это спокойно, будто речь шла о коробке, но Лея всё равно почувствовала лёгкое смущение. Она отвела глаза и открыла крышку. Кай встал и отошел к окну в конце ряда со стеллажами.

Внутри лежали письма, перевязанные тонкой лентой, и несколько старых брошюр. Лея надела перчатки, которые нашла в ящике, и осторожно развернула верхний лист. Почерк был мелким, неровным; бумага пожелтела по краям.

— Здесь упоминается стипендиальный фонд нужной мне семьи, — сказала она, пробегая глазами первые строки. — Но письма адресованы не попечителям, а декану.

Кай посмотрел на девушку, склонившуюся над коробкой, и спросил:

— Это что-нибудь меняет?

— Может быть. Если авторы обращались к декану напрямую, возможно, фонд распределялся не так, как описано в официальном отчёте, — задумчиво прозвучало ее предположение.

Она записала дату и имя, стараясь не делать выводов раньше времени.

— Ты всегда так работаешь? — задал вопрос Кай.

— Как? — Лея отвлеклась от содержимого коробки и обратила внимание на парня, который по-прежнему пристально наблюдал за ней. Глаза у него при освещении были цвета песка на палящем солнце.

— Сначала замечаешь одну странную деталь, потом пытаешься выяснить, почему она странная.

Лея улыбнулась, возвращая взгляд к пыльным листам бумаги, заметив, что дольше положенного пялится на красивые черты лица парня.

— Это называется журналистика.

— А я думал, это называется не уметь оставить чужую бумагу в покое, — подначил ее он.

— Иногда это одно и то же.

Он тихо усмехнулся. Лея услышала в его смехе не насмешку, а настоящее веселье, что бывает очень редко.

Они провели в архиве почти час. Кай помогал искать коробки, но не подсказывал, что именно Лее следует думать. Иногда он отходил к окну, иногда молча читал старые надписи на папках. Лея замечала, что он не любит стоять у неё за спиной: каждый раз, когда ей нужно было разложить бумаги, он отступал, освобождая место.

Когда они вернулись в читальную комнату, там уже стояла Нора. Она сидела на подоконнике, держа в руках стаканчик с кофе. На ней были широкие тёмные брюки, белая рубашка и яркий жёлтый шарф, который казался особенно солнечным в сером свете комнаты.

— Вот вы где, — сказала она. — Я обошла половину корпуса.

— Ты могла написать, — заметил Кай.

— Могла. Но тогда не увидела бы, как вы изображаете серьёзных исследователей.

— Мы действительно исследуем, — сказала Лея, убирая бумаги в папку.

— Верю. У вас обоих лица такие, будто вы нашли тайное завещание основателя колледжа.

— Пока только письма, — отшутилась Лея.

Нора спрыгнула с подоконника и подошла к столу, возле которого уже стоял Кай.

— Зачем пришла? — просто спросил он.

— Вообще-то за Леей. Мы собирались пообедать, — рассказала девушка о планах с подругой, о которых они договорились вчера в столовой после второй пары. — Но, судя по всему, ты похитил её в архив.

— Я только показал дорогу.

— Конечно. А коробки сами собой открылись, — сказала Нора так, будто уже что-то представила в своей голове.

Лея улыбнулась. Нора умела говорить легко, но за её шутками чувствовалась забота. Она не пыталась вытянуть из Леи подробности о Кае и не подталкивала их к разговору. Просто присутствовала рядом — будто давала обоим возможность не делать из каждого шага событие.

— Ты идёшь с нами? — спросила Нора у Кая.

— Куда?

— В столовую. Там сегодня подают суп, который, по слухам, можно есть без последствий.

— Сильная рекомендация, — и опять на лице парня расплылась добрая улыбка.

— Я старалась.

Кай посмотрел на Лею и спросил:

— Ты хочешь?

Она не была уверена, что он спрашивает о супе или о компании. Но решила не усложнять.

— Да. Я проголодалась.

— Тогда пойдём.

В столовой было почти пусто. Они взяли подносы и выбрали стол у окна. Нора рассказывала о предстоящей вечеринке, которую старшекурсники устраивали вечером в одном из домов недалеко от «Северного Атласа». Она говорила о ней так, будто это была давно решённая часть расписания.

— Ты пойдёшь? — спросила она Лею.

— Не знаю. Я ещё не решила.

— Это значит «наверное», — заметил Кай.

— Я думала, ты не веришь в «наверное».

— Я сказал, что все так отвечают, пока не поймут, чего хотят.

— А ты уже понял? — спросила Лея.

— Нет.

Нора посмотрела на него с притворным удивлением.

— Честный ответ. Запишем это в календарь, — дразнила его девушка.

— Не надо.

— Поздно. Я уже запомнила.

Лея слушала их перепалку и постепенно замечала, как Кай меняется рядом с Норой. Он не становился открытым или разговорчивым, но напряжение в его плечах ослабевало. Он позволял ей поддразнивать себя, иногда отвечал быстрее, чем успевал спрятать улыбку. Нора, в свою очередь, не обращалась с ним как с хрупкой вещью, которую нужно беречь от каждого неудобного слова.

Когда Нора спросила, чем Лея занимается вне учёбы, та рассказала о школьной газете и о том, что раньше фотографировала старые здания.

— У тебя есть камера? — поинтересовался Кай.

— Небольшая. Я оставила её дома. Пока снимаю на телефон, — объяснила она.

— В старом корпусе есть несколько мест, которые хорошо выглядят на снимках, — сказал он. — Если тебе интересно.

Лея заметила, что он не предложил показать их прямо сейчас. Это было похоже на осторожно оставленный выбор, а не на приглашение, от которого нельзя отказаться.

— Может быть, как-нибудь, — ответила она.

Нора взглянула на часы и поднялась.

— Мне пора. Я обещала помочь миссис Белл разобрать коробки в гостиной.

— Ты же говорила, что собиралась отдыхать, — напомнила Лея.

— Я собиралась. Потом вспомнила, что миссис Белл умеет смотреть так, что даже у меня появляется чувство ответственности, —усмехнулась Нора.

Она накинула шарф и повернулась к Каю.

— Не заставляй Лею весь день читать пыльные письма.

— Я не заставлял, — делая вид, что защищается от обвинений подруги, сказал он.

— Хорошо. Тогда не мешай ей делать это добровольно.

Нора улыбнулась Лее.

— Увидимся вечером. И подумай насчёт вечеринки. Не обязательно оставаться надолго.

— Я подумаю.

— Опять «наверное», — теперь уже Кай дразнил Лею.

— Именно, — ответила та.

Нора ушла, оставив после себя лёгкий запах цитрусового парфюма и ощущение, будто в столовой стало тише.

Лея допила чай и посмотрела на часы. День ещё не закончился, но она уже успела сделать больше, чем планировала.

— Спасибо, что показал архив, — сказала она. — Я бы сама не догадалась, что он вообще открыт.

Кай пожал плечами.

— Возможно, — просто ответил он.

Парень не стал принимать благодарность как что-то особенное. Это Лее понравилось. Она не хотела, чтобы между ними возникло чувство долга из-за одной помощи.

Они вернулись в старый корпус вместе, но в комнате разошлись по своим делам. Лея разложила записи на столе и начала переносить даты в блокнот. Кай достал гитару, но не заиграл сразу. Он долго настраивал струны, проверяя каждую коротким звуком.

Лея старалась сосредоточиться на письмах. Иногда она слышала тихие ноты, иногда — шорох страниц. Они почти не разговаривали, но молчание больше не казалось напряжённым.

Когда солнце начало опускаться за крыши корпусов, Лея закрыла блокнот и потёрла уставшие глаза.

— Ты всё ещё думаешь о вечеринке? — спросил Кай, не отрываясь от гитары.

— Немного.

— Нора будет там, — сказал он факт, который Лея и так уже знала.

— Это должно меня убедить?

— Не знаю. Обычно она убеждает всех, — это была правда. Нора обладала чем-то особенным, с ней было комфортно, как будто бы, всем.

Лея посмотрела на него. Кай сидел, слегка наклонившись над гитарой; тёмные волосы уже привычно для ее глаз падали на лоб. В его лице было что-то сосредоточенное и спокойное, чего она раньше не замечала. Он не играл для кого-то, не ждал реакции. Просто перебирал струны, будто проверял, может ли мелодия сложиться во что-то цельное.

— А ты пойдёшь? — спросила Лея.

Его пальцы остановились.

— Возможно.

— Это значит «наверное»? — хихикнула девушка.

— Не привыкай.

Лея улыбнулась. Она уже собиралась вернуться к записям, когда телефон Кая завибрировал на столе. Он взглянул на экран, и выражение его лица изменилось. Улыбка исчезла, а челюсть напряглась.

«Надо поговорить. Сегодня вечером. Иначе я сам расскажу твоему отцу, что случилось».

Он долго смотрит на сообщение, но не отвечает. Надеется, что парень просто пытается его напугать. Однако вскоре приходит ещё одно: «И не приводи с собой подружку и журналистку».

Кай перевернул телефон экраном вниз и отложил гитару.

— Всё нормально? — спросила Лея, заметив перемену в его настроении.

Он поднял на неё глаза. На этот раз в них не было раздражения, но и привычной лёгкости тоже.

— Да.

Лея не стала переспрашивать. Она вспомнила их разговор и решила оставить ему возможность самому продолжить — или не продолжать вовсе.

— Ты сказала, что подумаешь насчёт вечеринки, — произнёс он после небольшой паузы. — Так вот, если решишь пойти, держись рядом с Норой.

Лея почувствовала, как любопытство смешивается с тревогой.

— А ты?

Кай посмотрел на неё так, будто хотел ответить, но передумал.

— Я ещё не решил.

Он снова взял гитару. Но на этот раз не сыграл ни одной ноты.

Глава 9

ГЛАВА 9

К вечеру стал моросить дождь. На мокрых крышах блестели капли, а за окнами комнаты небо медленно темнело, окрашиваясь в густые синие тона.

Лея стояла перед зеркалом и пыталась решить, что делать с волосами. Распустить? Собрать? Заплести? Она уже успела передумать трижды, когда в дверь постучали.

— Открыто! — крикнула она.

Нора вошла, прижимая к груди небольшую косметичку и вешалку с платьем.

— Я решила, что если мы будем собираться вместе, то хотя бы одна из нас перестанет паниковать, — сказала она. — Но, судя по твоему лицу, я опоздала, — хихикнула девушка.

— Я не паникую, — пыталась убедить Лея скорее себя, чем подругу. — Я просто не знаю, как выглядят люди, которые идут на вечеринку и не хотят выглядеть так, будто слишком старались.

— Они надевают что-нибудь красивое и говорят, что не старались, — голос был полон веселья.

Нора повесила платье на спинку стула и оглядела комнату. На кровати Леи лежали несколько вариантов одежды, рядом стояли открытая коробочка с украшениями и расчёска. В комнате пахло кремом для рук и чем-то сладким — кажется, Нора принесла с собой духи с запахом ванили.

— Вот, — сказала она, протягивая Лее пыльно-розовое платье, доходящее почти до колен. — Примерь. Мне кажется, тебе подойдёт.

— А ты что наденешь? — взяв предложенное платье, спросила она.

— Это. — Нора показала на тёмно-зелёное облегающее платье, которое держала на вешалке. — Если передумаю, буду сидеть в углу и жалеть, что вообще пришла.

— Тогда мы будем жалеть вместе.

Нора улыбнулась, и напряжение в комнате мгновенно рассеялось.

Пока Лея переодевалась, Нора устроилась у зеркала и начала подводить глаза. Она делала это уверенно, почти не глядя на кисточку.

— Ты всегда так хорошо красишься? — спросила Лея.

— Нет. Просто делаю вид, что знаю, что делаю, — честно ответила Нора.

— Убедительно.

— Спасибо. Это мой главный талант.

Лея застегнула платье и повернулась к зеркалу. Оно оказалось простым, но красивым: мягкая ткань подчёркивала фигуру, а цвет делал её глаза ярче. Она пригладила волосы, но тут же снова растрепала их пальцами.

Нора посмотрела на неё через зеркало.

— Тебе очень идёт, — показывая палец вверх, оценила она.

— Правда?

— Правда. Не заставляй меня повторять, а то я начну говорить комплименты и себе.

Лея рассмеялась и села на край кровати. Пока Нора выбирала серьги, они понемногу разговорились. Сначала о вечеринке, о музыке и о том, кто там будет. Потом — о вещах, которые не обсуждали раньше.

Нора рассказала, что в детстве часто переезжала и поэтому привыкла быстро знакомиться с людьми, но редко сразу кому-то доверяла. Ей нравилось делать вид, будто она ничего не боится, хотя на самом деле она терпеть не могла чувствовать себя лишней.

— Наверное, поэтому я стараюсь первой заговорить с теми, кто стоит один, — призналась она. — Чтобы никто не подумал, что я сама не знаю, куда себя деть.

Лея внимательно посмотрела на неё.

— Я бы не подумала.

— А ты? — спросила Нора. — Что ты обычно скрываешь за спокойным лицом?

Лея задумалась. Ей хотелось ответить что-нибудь лёгкое, но рядом с Норой почему-то не хотелось притворяться.

— Что я не всегда понимаю, чего от меня ждут, — сказала она наконец. — Иногда кажется, что все остальные знают правила, а я просто пытаюсь их угадать.

Нора кивнула, словно поняла больше, чем Лея произнесла.

— Тогда сегодня никаких правил. Просто будем рядом и постараемся не потеряться.

В этот момент телефон Леи завибрировал на кровати. Она взглянула на экран и увидела сообщение от Кая: «Надо отойти по делам. Встретимся уже там».

Лея нахмурилась.

— Кай не пойдёт с нами? Он сказал, что выйдет во двор подышать воздухом и вернется.

— Похоже, нет, — сказала Нора, бросив взгляд на сообщение. — Наверное, что-то срочное.

— Ладно, — сказала она. — Тогда пойдём вдвоём.

— Вдвоём веселее, — бодро ответила Нора, хотя в её голосе мелькнула лёгкая тревога.

***

Кай стоял у выхода из корпуса, засунув руки в карманы куртки. Вечерний воздух был влажным и холодным. После дождя, который закончился буквально пять минут назад, асфальт блестел под фонарями, а редкие машины оставляли на нём длинные полосы света.

Телефон снова завибрировал.

«Я у бокового входа. Не заставляй меня ждать».

Кай прочитал сообщение и убрал телефон. Несколько секунд он просто стоял, глядя на тёмные окна здания. Потом выдохнул и пошёл в указанную сторону.

Он не хотел встречаться с этим парнем. Но ещё меньше он хотел, чтобы тот сам пришёл к его отцу.

Парень ждал у бокового входа — высокий, широкоплечий, с руками в карманах. Увидев Кая, он усмехнулся.

— Думал, ты не придёшь, — язвительно заявил тот.

— Я здесь. Говори, — не поддаваясь на провокацию, ответил Кай.

— Такой же дружелюбный, как и в прошлый раз, — сарказм сочился из его рта.

— Ты написал, что хочешь поговорить. Вот мы и разговариваем.

Парень оглядел его с ног до головы, словно пытался понять, насколько Кай готов к новой драке.

— Я не собираюсь драться, — сказал он. — Просто хочу, чтобы ты понял: история не закончилась.

Кай напрягся, но не подал виду.

— Что тебе нужно? — резко спросил он.

— Чтобы ты перестал делать вид, будто ничего не случилось. Ты тогда полез не в своё дело, а потом исчез.

— Я не исчезал.

— Да? А мне показалось, ты очень быстро решил забыть, что сделал.

Кай сжал челюсть. Воспоминание о той ночи всплыло внезапно: крики, толчки, Нора, стоявшая в стороне с побледневшим лицом. Он помнил, как парень схватил её за руку, и как всё внутри него вспыхнуло прежде, чем он успел подумать.

— Что тебе нужно? — не скрывая презрения и резкости в голосе, еще раз задал вопрос Кай.

Парень помолчал. На его лице появилась холодная улыбка.

— Хочу чтобы твой отец знал, что ты опять ввязался в неприятности.

Кай смерил парня жестким взглядом. Глаза его потемнели, от их былого песочного оттенка не осталось и следа.

— Не втягивай его, — выплюнул он предупреждение.

— Думаешь, он будет рад узнать, что ты снова скрываешь от него драку?

— Это не твое дело.

— Теперь мое, — с уверенностью, которой не чувствовал, заявил парень. — Ты ударил меня, Кай. Я могу рассказать об этом кому угодно.

— Ты сам полез к Норе.

— Не меняй тему. Если твой отец узнает об этом от меня, ему будет интересно, почему собственный сын не сказал ему правду.

Кай почувствовал, как внутри поднимается злость. Нет, не злость, этим чувством была ярость. Но под ней было кое-что хуже — страх. Не за себя. Он представлял разговор с отцом, его холодный взгляд и то, как старые обиды снова окажутся между ними.

— Ты хочешь, чтобы я извинился? — усмехнулся Кай. — Этого не будет, забудь.

— Мне всё равно, извинишься ты или нет. Я хочу, чтобы ты понял: я могу сделать так, что у тебя будут проблемы, — в его тоне чувствовалось превосходство. — Расскажи ему сам. До того, как это сделаю я.

Парень отступил на шаг, будто разговор был окончен.

— У тебя есть неделя. До следующего воскресенья, приятель, — парень развернулся и зашагал прочь.

Кай ничего не ответил. Он смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за углом. Потом достал телефон и открыл переписку с отцом. Несколько секунд держал палец над клавиатурой, но так и не написал.

Сначала надо было поговорить с ним лично.

***

Вечеринка проходила в большом доме на окраине кампуса. Из открытых окон доносилась музыка, а на крыльце толпились люди. Внутри было тепло и шумно: кто-то танцевал в гостиной, кто-то разговаривал на кухне, а в коридоре то и дело раздавался смех.

Девушки вошли вместе. Нора быстро сориентировалась, поздоровалась с несколькими знакомыми и повела Лею к столу с напитками.

— Вот так, — сказала она, протягивая ей стакан. — Наша первая официальная вечеринка здесь.

Девушки улыбнулись друг друг и выпили по напитку.

Первые полчаса прошли легко. Они держались рядом, знакомились с людьми и иногда отходили в более тихие комнаты, чтобы поговорить. Лея постепенно расслабилась, и музыка уже не казалась оглушительной, а незнакомые лица перестали сливаться в одну толпу.

Нора смеялась чаще обычного. В компании она выглядела уверенной, но Лея замечала, как та время от времени проверяет, не осталась ли одна, и ищет её взглядом.

— Ты правда часто переезжала? — спросила Лея, когда они устроились на диване в небольшой комнате рядом с гостиной.

— Достаточно часто, чтобы научиться собирать чемодан быстрее, чем разбирать его, — ответила Нора. — Новые школы, новые люди. В какой-то момент я решила, что проще первой становиться той, кого все знают.

— И у тебя получилось? — Лее правда хотелось сблизиться с этой девушкой, которую она уже считала подругой, и надеялась, что так будет и дальше.

— Иногда. — Нора покрутила стакан в руках. — Но близких друзей всё равно не так много.

Лея посмотрела на неё с теплом.

— Теперь у тебя есть я, — она положила руку на ее плечо и улыбнулась.

Нора на мгновение замолчала, а потом улыбнулась в ответ — уже не так широко, зато искренне.

— Да. Теперь есть ты.

Вскоре к ним присоединились ещё несколько знакомых. Разговор перескакивал с музыки на учёбу, потом на смешные истории из детства. Спустя какое-то время Лея заметила, что Кая всё ещё нет.

— Он так и не пришёл? — спросила она тихо.

Нора покачала головой.

— Может, у него правда дела, — сказала она спокойно, но Лея уловила в её голосе беспокойство.

— Ты не знаешь, куда он пошёл?

— Нет, — честно ответила девушка.

В этот момент кто-то позвал Нору. Девушка обернулась к знакомым, и разговор прервался.

Позже, когда музыка стала тише и гости переместились ближе к гостиной, Нора и Лея остались вдвоём у окна. За стеклом темнел сад, освещённый несколькими фонарями.

Лея заметила, что Нора стала задумчивой.

— Ты в порядке? — спросила она ее.

— Да. Просто вспомнила кое-что.

— Что?

Нора помедлила, словно решала, стоит ли рассказывать.

— Ты ведь знаешь, что мы с Каем давно дружим? — глядя в глаза собеседницы, спросила Нора.

— Он не говорил, но я догадалась. Вы не скрываете этого.

— Мы познакомились не совсем обычным образом. Всё началось с драки.

Лея повернулась к ней.

— С драки? С той самой, после которой его перевели в старый корпус? — решила уточнить она.

Нора кивнула.

— Тогда я только приехала. Не знала никого и старалась держаться в стороне. Однажды после занятий несколько ребят начали ко мне приставать. Сначала просто шутили, потом один из них схватил меня за руку. Я не знала, что делать. А Кай проходил мимо.

— И вмешался? — уже зная ответ, все равно спросила Лея. За неделю совместного проживания она уже немного понимала характер Кая и догадывалась, каков будет ответ Норы.

— Сразу. Даже не спросил, что случилось. Просто сказал им отпустить меня. Они начали спорить, один толкнул его, и дальше всё произошло очень быстро.

Нора опустила глаза на стакан, уже не помня какой он по счету.

— Кай ударил его. Потом завязалась драка. Я помню, как испугалась, но ещё лучше помню, что Кай всё время вставал между мной и теми ребятами. Он мог уйти, но не ушёл.

Лея представила эту сцену: шумный коридор, растерянная Нора и Кай, который не раздумывая бросился ей на помощь.

— Он сильно пострадал?

— Синяк под глазом и разбитая губа. Ничего серьёзного. Но на следующий день он принёс мне кофе и сказал, что ему жаль, что я стала свидетелем его «не самого изящного знакомства». — Нора улыбнулась. — Я ответила, что видела знакомства и похуже. Потом мы стали разговаривать. Так и подружились, — достаточно кратко пояснила девушка, но это было уже больше, чем ожидала получить Лея.

— Поэтому ты ему так доверяешь, — не вопрос, утверждение.

— Да. Он не всегда умеет говорить о чувствах. Иногда делает вид, что ему всё равно, но если кому-то нужна помощь, он не проходит мимо, — повисла недолгая пауза. — Он важен для меня, — прошептала девушка.

— Как и ты для него. Он даже не пытается это скрыть, не то чтобы ему было это нужно.

Лея задумалась. В последние дни Кай часто казался ей закрытым и иногда резким. Но теперь за этой сдержанностью проступало что-то другое — не равнодушие, а привычка брать всё на себя и не объяснять.

Лея посмотрела на толпу за стеклянной дверью. Ей хотелось увидеть Кая и спросить, почему он не сказал ей сам. Но она понимала: это не тот разговор, который стоит начинать через шум музыки и чужие голоса.

Нора слегка толкнула её плечом.

— Не смотри так. Он в порядке.

— Я не переживаю.

— Конечно, — с недоверием в голосе сказала девушка, и в ее глазах появилась искорка.

Лея хотела возразить, но посмотрев на подругу, только улыбнулась.

***

Когда Кай вернулся в комнату, было уже поздно. Он снял куртку, бросил её на спинку стула и сел на край кровати.

В комнате было тихо. Только за окном шумел ветер, шевеля ветви деревьев. Кай достал телефон.

Он мог написать сейчас. Мог позвонить. Но слова не складывались. Он знал, что всё равно придётся поговорить с ним — и лучше сделать это самому, прежде чем парень выполнит угрозу.

Кай посмотрел на часы. Лея ещё не вернулась, и он решил почитать книгу, ожидая ее, но несколько раз перечитал одну и ту же страницу и ничего не запомнил. Наконец закрыл книгу и оставил её на тумбочке. Оставалось только ждать.

Когда дверь открылась, Кай поднялся.

Лея вошла осторожно, придерживая дверь рукой. Щёки у неё раскраснелись, волосы растрепались, а на губах играла довольная улыбка. Она сняла туфли и поставила их у стены.

— Ты вернулась, — сказал Кай.

— Вернулась, — согласилась она, будто это было важное достижение.

— Ты выпила?

— Немного.

Кай посмотрел на неё внимательнее.

— Насколько «немного»? — четко проговорил он, чтобы она точно поняла смысл его слов.

Лея задумалась, словно вопрос был сложнее, чем казался.

— Достаточно, чтобы музыка стала лучше, — попыталась отшутиться она.

Он вздохнул, но в его взгляде не было раздражения. Только усталость и беспокойство.

— Садись. Принесу воды.

— Ты всегда такой серьёзный?

— Только когда ты едва стоишь на ногах.

— Я отлично стою.

Лея сделала шаг и едва заметно покачнулась. Кай успел подхватить её за локоть.

— Видишь?

— Пол — немного неровный, — серьезно, но не совсем внятно, сказала она.

— Конечно.

Он помог ей сесть на кровать и принёс стакан воды. Лея выпила несколько глотков, потом посмотрела на него снизу вверх.

— Ты сегодня не пришёл, — обвинила его девушка.

— У меня были дела.

— Важные? — может быть так действовали выпитые напитки, но Лее было немного обидно.

Кай замялся.

— Да.

Она долго смотрела на него, будто пыталась разглядеть за привычной сдержанностью то, что он не хотел говорить.

— Ты не плохой, знаешь? — сказала она наконец, ложась на кровать, но не прерывая зрительного контакта.

Кай моргнул.

— Я и не утверждал, что плохой, — просто ответил он.

— Иногда ты ведёшь себя так, будто тебе всё равно. Но это неправда. Нора рассказала мне про драку.

Его лицо изменилось — совсем немного, но Лея заметила. Он отвёл взгляд.

— Она рассказала? — спросил он, глядя в окно.

— Как ты за неё заступился. И как вы потом подружились.

— Это было давно, — он вновь обратил на нее взгляд.

— Всё равно. — Лея улыбнулась, и, схватив Кая за руку, положила их сцепленные руки на край одеяла. — Ты хороший. Даже если иногда пытаешься это скрыть.

Кай не ответил. Он чувствовал неловкость, но почему-то не хотел отстраняться.

— И ещё, — добавила Лея, чуть тише. — Ты привлекательный.

На этот раз он уже не смог скрыть удивления и смешок.

— Ты пьяна.

— Немного, — призналась она. — Но это не значит, что я не права.

Кай покачал головой, пряча улыбку.

— Тебе нужно лечь спать.

— Я уже лежу.

Он аккуратно вытащил свою руку из ее, накрыл девушку одеялом, поправил подушку и поставил стакан воды на тумбочку. Лея потянулась к нему, словно хотела что-то добавить, но передумала и только улыбнулась.

— Спи, Лея.

— Ты будешь здесь? — в ее голосе слышалась надежда.

Кай помедлил.

— Да. Я подожду, пока ты уснёшь.

Она закрыла глаза. Через несколько минут её дыхание стало ровным. Кай остался сидеть рядом, глядя на неё и прислушиваясь к тихому шуму за окном.

Телефон лежал на тумбочке экраном вниз. Кай знал, что скоро ему придётся поговорить с отцом.

И на этот раз он не собирался позволять кому-то другому рассказать всё за него.

Глава 10

ГЛАВА 10

Утро началось с головной боли и смутного ощущения, что прошлым вечером Лея сказала что-то, о чём лучше не вспоминать.

Она открыла глаза и сразу зажмурилась: свет из окна показался слишком ярким. На тумбочке стоял стакан воды, а рядом лежала таблетка. В комнате пахло кофе.

Кай сидел за столом, склонившись над тетрадью. На нём была чёрная футболка, волосы падали на лоб, а пальцы постукивали по краю страницы.

— Ты принёс мне воду? — хрипло спросила Лея.

— Вчера ночью, — просто ответил парень.

Память возвращалась урывками: шумная вечеринка, Нора у окна, дорога обратно, рука Кая на её локте, когда он вел ее в кровать. И ещё что-то — тёплое и неловкое, сказанное ей.

Лея медленно потянулась к стакану.

— Я сильно опозорилась? — немного смущаясь, решила спросить девушка.

— Зависит от того, что считать позором, — не отрываясь от своих записей, сказал Кай.

— Кай, — чуть тверже, чем ранее произнесла она.

Он наконец посмотрел на неё. В уголке его рта мелькнула улыбка.

— Ты сказала, что я хороший.

— Это не позор, — стало немного спокойней.

— А потом сказала, что я привлекательный, — напомнил он.

Лея закрыла глаза.

— Вот это уже немного хуже.

— Не переживай. Я не стал спорить, — послышался смешок.

— Очень великодушно с твоей стороны, — ей было неловко, а он дразнил ее, заставляя смущаться еще больше.

Кай тихо усмехнулся и снова опустил взгляд к тетради. Лея сделала глоток воды, стараясь не смотреть на него. Щёки всё равно горели.

— Я ещё что-нибудь говорила?

— Спросила, останусь ли я, пока ты уснёшь.

Лея замолчала. Воспоминание было смутным, но от его спокойного тона внутри что-то сжалось — неловко и приятно одновременно.

— Спасибо, что не оставил меня одну, — сказала она наконец.

Кай пожал плечами.

— Ты едва держалась на ногах, — в его голосе слышалось одно спокойствие..

— Я держалась, — заявила девушка.

— Пол, кажется, был с тобой не согласен, — и опять эта усмешка.

Лея улыбнулась, но тут же поморщилась от головной боли.

— Больше не буду пить на голодный желудок, — сказала она больше себе, чем ему.

— Хороший план.

Она заметила, что его улыбка исчезла так же быстро, как появилась. Кай выглядел уставшим и напряжённым.

— Ты в порядке? — спросила Лея.

— Да.

— Ладно, — ответила она, понимая, что он не откроется ей, если она начнет докапываться до него слишком рьяно. — Если захочешь рассказать, я выслушаю.

Кай посмотрел на неё внимательнее. В его лице не было ни раздражения, ни насмешки — только привычная осторожность.

— Знаю, — ответил он уверенно, и тепло от этих слов разлилось внутри Леи.

Этого оказалось достаточно.

Лея немного попила воды, освежаясь, и осторожно поставила стакан на тумбочку. Голова всё ещё ныла, но уже не так сильно. Кай снова смотрел в тетрадь, однако теперь не постукивал пальцами по странице.

— Ты собираешься весь день работать? — спросила она.

— Пока не решил, — не глядя на нее, сказал он.

— Это значит «наверное»?

— Это значит, что я ещё не выпил кофе.

Лея улыбнулась. Она потянулась к таблетке, запила её остатком воды и снова откинулась на подушку. Несколько минут они молчали. За окном ветер шевелил мокрые ветви, а в коридоре кто-то прошёл, тихо переговариваясь по телефону.

— Я, пожалуй, схожу к Норе, — сказала Лея. — Хочу проверить, как она.

Кай поднял глаза, но ни о чем не спросил и не стал предлагать пойти вместе. От этого ей стало легче. Она ещё не была готова объяснять, почему мысли о вчерашнем вечере не отпускали её.

Парень вернулся к своей работе, а Лея медленно поднялась, взяла комплект домашней одежды, состоящий из пижамных брюк и футболки, так как она до сих пор находилась во вчерашнем платье, и скрылась в ванной, переодеваясь.

Закончив, девушка вышла, надела поверх мягкий кардиган и провела пальцами по спутанным волосам. В зеркале она увидела бледное лицо и тени под глазами. Вид у неё был такой, словно вечеринка продолжалась всю ночь, хотя на самом деле дело было не только в выпитом.

— Если станет хуже, скажи Норе или миссис Белл, — с заботой в голосе произнёс Кай.

— Хорошо, — ответила она и на секунду задержалась у двери.

— Спасибо за воду. И за то, что дождался пока я усну.

Кай кивнул, будто не знал, что ответить. Лея вышла в коридор, прикрыв за собой дверь.

***

Комната Норы находилась в крыле В, через один коридор от общей гостиной. Лея шла не торопясь, придерживая ладонью висок. В корпусе было тихо: большинство студентов ещё отсыпались после вечеринки или разошлись на поздний завтрак. Из общей кухни тянуло свежим кофе и поджаренным хлебом.

Дойдя до комнаты 102, Лея постучалась, и Нора открыла дверь почти сразу. На ней были широкая футболка и тёмные домашние брюки, а волосы она собрала в небрежный пучок. Увидев Лею, она улыбнулась, но тут же внимательно оглядела её лицо.

— Ты жива, — сказала она так, как будто предполагала, что может быть иначе.

— Пока да.

— Воды пила? — заботливо спросила девушка.

— Да, Кай принёс.

Нора чуть приподняла брови, но ничего не сказала. Она отступила, пропуская Лею внутрь.

Комната Норы была светлее и уютнее, чем Лея ожидала. На подоконнике стояли несколько маленьких растений, на стене висели фотографии и открытки, а на кровати лежал раскрытый блокнот. На столе рядом с чашкой чая громоздилась стопка книг.

— Садись, — сказала Нора. — Я как раз собиралась пить чай.

Лея устроилась на краю кровати, а Нора поставила чайник. Пока вода нагревалась, они говорили о вечеринке: кто ушёл раньше всех, кто пытался танцевать под совершенно неподходящую песню и как один из старшекурсников полчаса искал свой шарф, который всё это время был у него на шее.

Лея смеялась, но понемногу разговор стих. Нора поставила перед ней чашку и села напротив, поджав под себя ноги.

— Ну, — сказала она, обхватив ладонями свою чашку. — Ты пришла не только за чаем, да?

Лея посмотрела на пар, поднимавшийся над кружкой.

— Не только, — честно призналась она.

Она помолчала, собираясь с мыслями. Ей было проще задавать вопросы другим, чем говорить о себе. Но Нора не торопила её — просто ждала, спокойно глядя на неё поверх чашки.

— Мне кажется, мне начинает нравиться Кай, — наконец призналась Лея, опустив взгляд в чашку.

Нора не удивилась. Только чуть улыбнулась, будто давно подозревала это, но не хотела говорить первой.

— Кажется? — уточнила она.

— Я не уверена. Мы знакомы совсем недолго. Но я всё время думаю о нём. Переживаю, когда он пропадает, замечаю, когда он устал или расстроен. А когда он улыбается… — Лея запнулась и смущённо отвела взгляд. — В общем, ты поняла.

— Поняла, — подтвердила подруга.

— И вчера я сказала ему, что он привлекательный.

— Ты была слегка пьяна, — попыталась успокоить ее Нора.

— Это не делает сказанное неправдой.

— Не делает, — согласилась девушка. — Но, кажется, ты уже и сама это понимаешь.

Лея обхватила чашку обеими руками. Тепло приятно согревало пальцы, но тревога никуда не исчезала.

— Может, мне стоит держать дистанцию? — спросила она. — Он явно не из тех, кто легко подпускает людей. И у него постоянно какие-то проблемы. Я боюсь, что если начну слишком сильно к нему привязываться, это ничем хорошим для меня не закончится.

Нора некоторое время молчала. За окном тихо шумел ветер, а где-то в коридоре закрылась дверь.

— Ты можешь держать границы, — сказала она наконец. — Но не обязательно отдаляться только потому, что боишься, чем всё закончится. И не пытайся заранее решить за него, что он чувствует, и за себя — что тебе можно чувствовать.

Лея опустила глаза. Ей хотелось получить простой ответ: отступить или рискнуть. Но, кажется, такого ответа не было.

— Он иногда сам отталкивает людей, — сказала она. — А потом делает что-то такое, из-за чего мне кажется, что ему не всё равно.

— Кай бывает противоречивым, — осторожно ответила Нора. — Он не всегда умеет показать, что ему важно. Но это не значит, что ты должна угадывать за него или ждать, пока он станет готов ко всему сразу.

— То есть не торопиться? — перефразировала слова подруги Лея.

— И не заставлять себя убегать, — добавила Нора. — Просто будь внимательна к себе. Если рядом с ним тебе хорошо — это тоже важно. Если станет больно или тревожно, ты имеешь право отойти.

Лея медленно кивнула. Эти слова не развеяли её сомнения, но помогли дышать свободнее.

— Ты думаешь, он обо мне хоть иногда думает? — как будто бы с надеждой прозвучал голос девушки.

Нора улыбнулась.

— Лея, он вчера остался рядом, пока ты не уснула, — повторила она то, что Лея рассказала ей минутами ранее. — Я не буду утверждать, что знаю, что у него в голове, но равнодушным он не выглядит.

— Ты говоришь это как его подруга.

— А ты спрашиваешь меня как подругу, — мягко ответила Нора. — Так что я скажу честно: не спеши придумывать за вас обоих финал. Вы только начали разговаривать по-настоящему.

Лея посмотрела на девушку и улыбнулась.

— Спасибо, — сказала она, чувствуя как тепло снова приливает к ней.

— Всегда пожалуйста. А теперь выпей чай, пока он не остыл. И съешь что-нибудь, если не хочешь, чтобы Кай был единственным человеком, который заботится о твоём завтраке.

— Он принёс мне воды, а не завтрак, — закинув в рот печенье, пробубнила Лея.

— Пока что, — подмигнула Нора.

Лея рассмеялась. Разговор не сделал её чувства понятнее, но снял часть напряжения. Она больше не пыталась немедленно решить, что делать с Каем. Пока ей достаточно было признать, что он начинает ей симпатизировать, и позволить себе не знать, к чему это приведёт.

***

Остаток воскресенья прошёл спокойно. Лея вернулась в комнату, поела в столовой и провела пару часов за проектом. Кай почти всё это время был занят своими делами: он уходил, возвращался, перебирал ноты и отвечал на несколько сообщений. Они обменялись парой коротких фраз, но Лея не пыталась продолжать разговор.

К вечеру за окном снова стало пасмурно. Ветер гнал по двору листья, и мокрые ветви стучали в стекло. Лея закрыла блокнот, потёрла глаза и откинулась на спинку стула. В комнате пахло бумагой и остывшим кофе.

Дверь открылась и вошёл Кай. Он снял куртку и повесил её на спинку стула, как делал почти всегда.

— Как голова? — спросил он.

— Лучше. Спасибо.

Кай сел на край своей кровати и откинулся ладонями назад, глядя в окно. Некоторое время они молчали. Лея слышала, как в коридоре кто-то смеётся, как по крыше стучат редкие капли и как Кай тихо постукивает пальцем по деревянному краю кровати.

— Ты часто звонишь домой? — вдруг спросил он.

Лея повернулась к нему, слегка удивленная.

— Почти каждый день. Мама говорит, что я могу звонить реже, но сама всё равно пишет первой, — честно ответила она. — А твоя?

— Моя тоже пишет. Обычно спрашивает, ел ли я, — на лице парня появилась едва заметная улыбка.

— Наши мамы, кажется, договорились, — хихикнула девушка.

Кай усмехнулся, но улыбка быстро сошла с его лица.

— Ты скучаешь по дому? — спросил он.

Лея задумалась. За последние дни она привыкла говорить, что всё хорошо. Но сейчас вопрос прозвучал так, что ей не захотелось отвечать привычно.

— Да. Особенно по мелочам. По тому, как холодильник гудит ночью. По маминым тостам, которые папа забывает в тостере. Даже по скрипучей лестнице.

— По третьей ступеньке? — спросил Кай.

Лея удивлённо посмотрела на него. Второй раз за последние десять минут.

— Я тебе рассказывала? — не припоминая, спросила она.

— Кажется, да. В первый день. Ты говорила, что дом можно узнать с закрытыми глазами.

Она не ожидала, что он запомнит, и от этого в груди стало тепло.

— Да. Третья ступенька скрипит громче остальных, — подтвердила его слова.

— У нас дома была дверь, которую невозможно было закрыть тихо. Отец каждый раз говорил, что починит её, но так и не починил.

Кай произнёс это с лёгкой улыбкой, однако в голосе слышалась грусть. Лея не стала спрашивать, почему он уехал из дома и как часто туда возвращается. Она только сказала:

— Иногда такие вещи почему-то запоминаются лучше всего.

— Наверное.

Кай опустил взгляд на свои руки.

— Ты скучаешь по отцу? — спросила Лея и тут же добавила: — Можешь не отвечать, если не хочешь.

Он помолчал. Лея уже решила, что он оставит вопрос без ответа, но Кай всё же заговорил:

— Иногда. Но рядом с ним мне всегда кажется, что я должен что-то доказывать.

Лея не шевельнулась, боясь перебить.

— Он хочет, чтобы я всё делал правильно. Учёба, музыка, люди, с которыми я общаюсь. Даже ошибки у меня должны быть… — Кай запнулся и усмехнулся без веселья. — Похоже, я сам не знаю, какими они должны быть.

— Ты не обязан всё время соответствовать чьим-то ожиданиям.

— Знаю. Только знать и уметь — разные вещи.

Лея медленно кивнула. В его словах было что-то знакомое: страх разочаровать близких, даже когда никто прямо не требует быть идеальным.

— Мне тоже иногда кажется, что я должна всё делать правильно, — сказала она. — Не подводить родителей, не ошибиться с выбором, не жаловаться, если мне тяжело. Будто раз я сама захотела уехать, то теперь обязана сразу со всем справиться.

Кай повернулся к ней.

— А ты справляешься?

Лея задумалась.

— Не всегда. Но, кажется, это нормально.

— Звучит разумно.

— Не привыкай к моим разумным ответам, — пошутила она.

— Постараюсь, — подыграл он ей.

Они оба улыбнулись. Потом Кай пересел на кровать Леи, оставив между ними небольшое расстояние, чем удивил ее в очередной раз. Он не спросил разрешения, но и не вторгся в её пространство: просто сел рядом, опустив руки на колени.

Лея закрыла блокнот и тоже повернулась к нему.

— Ты когда-нибудь хотел бросить музыку? — спросила она.

Кай задумался.

— Да. Когда понял, что все ждут от меня одного и того же: чтобы я играл хорошо, выступал чаще и был благодарен за любую возможность.

— А сейчас? — ей было искренне интересно.

— Сейчас я пытаюсь понять, что хочу сам. Иногда получается.

— Это уже что-то.

— А ты? Ты всегда хотела стать журналисткой? — задал он встречный вопрос.

Лея посмотрела на свои пальцы. На ногте большого пальца осталась тонкая чернильная полоска.

— Не всегда. Сначала я просто писала для школьной газеты. Мне нравилось замечать, что люди говорят не только словами. Потом я поняла, что хочу задавать вопросы, на которые не всегда есть удобные ответы, — призналась она.

— И ты не боишься, что однажды узнаешь что-то, чего лучше было не знать?

Лея помедлила.

— Боюсь. Но ещё больше боюсь пройти мимо чего-то важного только потому, что это неудобно.

Кай долго смотрел на неё. В его лице не было прежней настороженности, но и полной открытости тоже. Он будто решал, сколько можно сказать, не пожалев об этом позже.

— Иногда лучше сначала спросить, готов ли человек отвечать, — сказал он без злобы или упрека в голосе.

— Я постараюсь помнить.

— А я постараюсь не отвечать так, будто ты уже сделала что-то не так.

— Договорились.

Их плечи почти соприкасались. Девушка чувствовала тепло, исходившее от него, и старалась не придавать этому значения. Ей не хотелось торопить ни себя, ни его.

За окном ветер стих. Комната стала тише, словно весь корпус постепенно готовился ко сну.

— Мне нравится быть здесь, — тихо сказала Лея.

Кай едва заметно улыбнулся. Между ними снова повисла тишина, но теперь она была не неловкой. Она прислонилась спиной к стене, а Кай остался рядом. Они ещё долго говорили — о семьях, о музыке, о том, как трудно привыкать к новой жизни и как странно иногда скучать по тому, от чего сам решил уехать.

Когда разговор наконец стих, Лея поняла, что впервые за долгое время не пытается угадать, что Кай скрывает. Он сам рассказал столько, сколько был готов.

И этого пока было достаточно.

Глава 11

ГЛАВА 11

В понедельник учебная неделя началась с холодного ветра и очереди за кофе.

С самого утра порывы ветра гнали по дорожкам жёлтые листья, а студенты торопливо перебегали от корпуса к корпусу, пряча лица в шарфы. Лея тоже подняла воротник пальто и крепче прижала к боку папку с бумагами. После выходных ей было непросто снова войти в привычный ритм, но мысли о проекте быстро вытеснили сонливость. Впереди её ждали занятия, а в перерыве — библиотека.

Большую часть свободного времени Лея провела в читальном зале. Перед ней лежали копии старых писем, блокнот и распечатка официального отчёта о стипендиальном фонде. В библиотеке пахло пылью, бумагой и свежим кофе; за высокими окнами медленно кружились листья.

Документы не складывались в простую историю. В отчёте говорилось о щедрости благотворителей и о том, как пожертвования помогли студентам. В письмах же попадались осторожные просьбы, упоминания о задержках с выплатами и решения, которые, судя по всему, принимались не так прозрачно, как хотелось бы.

Лея не спешила делать выводы. Она сверяла даты, выписывала имена и отмечала вопросы, на которые пока не находила ответа. На полях блокнота появилась новая заметка: «Сравнить отчёты с письмами. Найти независимые источники».

Когда рядом остановилась Нора, Лея подняла голову. Подруга держала в руках стаканчик чая и выглядела чуть уставшей после занятий.

— Ты опять в читальном зале?

— Пытаюсь понять, почему официальная версия и письма звучат по-разному.

Нора поставила чай на стол и села напротив.

— Уже нашла что-нибудь интересное? — поинтересовалась она.

— Пока только повод задать ещё больше вопросов, — вздохнув, ответила Лея.

— Это звучит как твой обычный день.

Девушка улыбнулась и убрала бумаги в папку. Ей нравилось, что Нора не требовала немедленных объяснений и не заглядывала в записи, оставляя ей возможность самой решать, чем делиться.

— Ты сегодня видела Кая? — спросила подруга.

— Утром. Мне показалось, он был не в настроении.

Нора чуть нахмурилась и обхватила ладонями стаканчик.

— Он иногда становится таким, когда у него проблемы с семьёй.

Лея насторожилась, но постаралась не выдать этого. Она не хотела превращать разговор в расспросы, поэтому, пожав плечами, просто ответила:

— Он редко о них говорит.

— Да. И не любит, когда его спрашивают, — Нора помедлила, подбирая слова. — Не потому, что ему нечего сказать. Скорее, он не хочет, чтобы люди судили о нём по тому, кто его родственники.

— Понимаю, — осторожно ответила Лея.

— Его отец — человек влиятельный. У семьи есть связи, в том числе с колледжем. Кай терпеть не может, когда кто-то решает, будто ему всё досталось благодаря фамилии.

Нора говорила спокойно, не называя имён и не вдаваясь в подробности. Лея поняла: подруга рассказывает ровно столько, сколько считает допустимым, и не собирается говорить за Кая.

Лея опустила взгляд на блокнот. В её записях были фамилии жертвователей и членов попечительского совета, но она не связывала их с Каем. Разговор лишь напомнил ей, что за архивными материалами стоят живые люди — и что к ним нужно относиться осторожно.

— Он сам расскажет, если захочет, — добавила Нора.

Лея кивнула.

— Конечно.

После этого они заговорили о занятиях и о том, как миссис Белл снова пыталась заставить студентов подписывать продукты в общей кухне. Лея слушала и улыбалась, но где-то на краю сознания всё ещё держала слова Норы. Ей хотелось разобраться в документах, не превращая историю заранее ни в обвинение, ни в оправдание.

***

После последней пары мистер Харпер попросил Лею задержаться. Когда аудитория опустела, она собрала тетради и подошла к его столу. На столешнице лежали списки студентов и несколько папок; из окна на них падал тусклый свет пасмурного дня.

— Как продвигается проект? — спросил он.

— Я нашла письма выпускников и несколько документов о стипендиальном фонде. Пока проверяю, насколько они совпадают с официальными отчётами.

— Хорошо. Не торопись с выводами, — дал совет преподаватель.

— Я стараюсь.

Харпер внимательно посмотрел на неё, словно хотел что-то добавить, но передумал. Затем отодвинул одну из папок и заговорил о другом:

— У меня для тебя новость. Комнату в основном корпусе подготовили. Можешь переехать, когда будешь готова.

Лея не сразу ответила.

— Уже? — спросила она, не понимая, что чувствует в этот момент.

— Да. После аварии там закончили ремонт. Комната небольшая, но отдельная. Если захочешь, миссис Белл поможет перенести вещи.

Лея крепче сжала папку. Ещё некоторое время назад она мечтала о собственной комнате — месте, где можно было бы работать и отдыхать, не подстраиваясь под чужие привычки. Теперь мысль о переезде почему-то вызвала не только облегчение, но и тяжесть.

Перед глазами возникли мелочи, к которым она успела привыкнуть: кофе, оставленный Каем на столе; его молчаливая забота; разговоры, которые понемногу становились легче. Даже тишина в комнате рядом с ним перестала казаться неловкой.

— Спасибо, мистер Харпер, — сказала она после короткой паузы. — Мне нужно немного времени, чтобы собрать вещи и всё перенести.

— Конечно. Комната никуда не денется. Переедешь, когда будешь готова, — ответил он.

Лея вышла из кабинета, чувствуя, как внутри сталкиваются облегчение и растерянность. Выбор у неё появился, и это было хорошо. Но радоваться самому переезду она пока не могла.

В коридоре её ждала Нора. Она прислонилась плечом к стене и листала расписание на телефоне. Увидев, выходящую из кабинета подругу, подошла к ней и спросила:

— Ну? Что хотел Харпер?

— Мне предложили переехать в отдельную комнату. Её уже подготовили.

— Это же хорошо, — сказала Нора, а потом, заметив выражение лица Леи, добавила: — Если ты сама этого хочешь.

— Я пока не знаю.

Девушка убрала телефон в карман и не стала убеждать её ни остаться, ни уехать.

— Тогда не торопись. Иногда нужно немного времени, чтобы понять, чего хочешь ты, а не чего от тебя ждут.

Лея улыбнулась.

— Ты это часто говоришь?

— Только когда сама пытаюсь убедить себя в том же.

Они направились к столовой. Нора рассказывала о предстоящих занятиях, а Лея слушала и думала о комнате в основном корпусе. Она должна была радоваться возможности жить одна. И всё же теперь решение казалось не таким простым.

***

Вечером Лея долго сидела за столом, перебирая заметки. За окном сгущались сумерки, и отражение настольной лампы ложилось на стекло золотистым пятном. Она несколько раз начинала писать абзац, но каждый раз перечёркивала его: пока у неё были только вопросы и документы, которые требовали проверки.

Дверь открылась, и Кай вошёл почти бесшумно. Он снял куртку, повесил её на спинку стула и положил ключи на стол.

— Ты ещё работаешь? — спросил парень.

— Немного.

Кай подошёл ближе, но остановился, не заглядывая в её записи.

— Проект? — догадываясь, уточнил он.

— Да. Пока собираю материалы.

Он кивнул, но не ушёл. Лея почувствовала его взгляд и оторвалась от экрана. Кай выглядел усталым: волосы растрепались от ветра, плечи были напряжены, а на лице застыло привычное выражение сдержанности.

Присмотревшись к девушке, он спросил:

— Что случилось?

Лея помедлила. Она не хотела делать из новости что-то важное, но скрывать её тоже не было смысла.

— Мне предложили переехать в отдельную комнату. Её уже подготовили.

Кай замер всего на секунду. Затем взял гитарный футляр, сел на кровать и принялся расстёгивать застёжки.

— Это хорошо, — в его голосе не читалось ни одной эмоции.

— Наверное.

Он достал гитару, но не стал играть. Провёл пальцами по тёмному дереву, будто проверяя, не осталось ли на поверхности пыли.

— Ты не рада? — спросил он.

— Я рада, что у меня есть выбор. Просто не знаю, хочу ли уезжать прямо сейчас. Я вроде только обустроилась.

Кай кивнул, стараясь выглядеть равнодушным. Но его пальцы задержались на корпусе гитары, и Лея заметила, как он на мгновение сжал челюсть.

— Тебе не нужно оставаться из-за меня, — произнес он.

— Я знаю.

— Я серьёзно. Если хочешь переехать, переезжай.

— Я знаю, Кай, — четко сказала Лея.

Он поднял на неё глаза. В его лице мелькнула привычная жёсткость, но голос стал тише:

— Просто не хочу, чтобы ты думала, будто обязана мне что-то.

— Я так не думаю.

Лея не сказала, что вовсе не хочет уезжать. Не потому, что боялась его реакции, а потому, что сама ещё не разобралась в своих чувствах. Кай тоже не стал спрашивать, когда она примет решение.

Некоторое время они молчали. Лея вернулась к столу, а Кай положил гитару на колени и взял мягкую ткань, чтобы протереть чёрное, как смоль, дерево. За окном ветер шевелил ветви, и тени от них скользили по стене.

— Ты сегодня играешь? — спросила Лея.

— Если не будешь мешать, — сказал парень, в чьем голосе просочилась нотка веселья.

— Я могу попробовать молчать.

— Это будет непросто.

— Я постараюсь, — ответила она улыбнувшись.

Он тоже улыбнулся — коротко, но без привычной насмешки. Затем провёл пальцами по струнам. Первые ноты прозвучали негромко и заполнили комнату, не нарушая тишины, а словно делая её мягче.

Лея вернулась к заметкам. Перед ней лежали вопросы к архивным документам и ещё не написанный текст. Она открыла новый файл и набрала несколько строк, затем остановилась, перечитала написанное и сохранила черновик без названия.

Кай не видел экран. Он смотрел на струны и не знал, о чём она пишет.

Лея пока не знала, что история, которую она исследует, однажды окажется связана с его семьёй.

Глава 12

ГЛАВА 12

Прошло несколько дней, но Лея всё ещё не решила, переезжать ли в отдельную комнату. Она сказала себе, что вернётся к этому вопросу после выходных, и пока старалась не превращать каждую мысль о Кае в довод за или против. Это удавалось не всегда.

Зато в проекте наконец начало что-то складываться. В архиве нашлись протоколы заседаний попечительского совета, а в старых газетах — заметки о том, как менялись правила стипендиального фонда. Лея пока не могла утверждать, что обнаружила что-то важное, но теперь у неё была последовательность дат и несколько конкретных вопросов. Вместо разрозненных писем перед ней постепенно вырисовывалась история, которую можно было проверить.

Кай тоже стал чаще с ней разговаривать. Не только о занятиях и бытовых мелочах. Иногда он спрашивал, как продвигается её работа, а Лея — как прошла репетиция. Вечерами они могли сидеть в одной комнате каждый за своим делом, перебрасываясь короткими фразами. Порой Кай играл, а Лея слушала, делая вид, что не замечает, как он следит за её реакцией.

Два дня назад, когда Лея сидела за столом, разложив бумаги и открыв блокнот, Кай вновь начал играть на гитаре. Мелодия была тихой, сдержанной. В ней слышалось что-то тревожное, но не злое — будто человек пытался удержать слова, которые не знал, как произнести.

Лея слушала, не поворачиваясь к нему, чтобы не заставлять его думать, будто он играет для неё, но тогда, как ей показалось, между ними словно стало чуть меньше настороженности. Не исчезла совсем — Кай по-прежнему мог замкнуться без объяснений, а Лея не всегда понимала, когда лучше спросить, а когда оставить его в покое. Но теперь она уже не воспринимала каждую паузу как знак, что сказала что-то не то.

В четверг у Леи была всего одна пара — утренняя лекция, после которой день неожиданно оказался свободным. Она вернулась в комнату, оставила учебники на столе и посмотрела на спортивную сумку, которую давно собиралась разобрать.

Нора как-то рассказывала о местном спортзале: он находился в подвале спортивного корпуса и был открыт для студентов до позднего вечера. Лея всё откладывала поход туда, убеждая себя, что сначала нужно закончить проект или хотя бы выспаться. Сегодня отговорок не нашлось.

Она переоделась в легинсы и свободную футболку, собрала волосы в высокий хвост и проверила, взяла ли воду. На секунду задержалась перед зеркалом, поправляя выбившуюся прядь.

***

В спортзале пахло резиной, металлом и чистящим средством. Под потолком гудели длинные лампы, а из колонок негромко играла музыка, почти терявшаяся за стуком тренажёров и ровным шумом вентиляции. Вдоль одной стены тянулись беговые дорожки, в другой части зала стояли стойки с гантелями и скамьи.

Лея надела на запястье резинку, убрала сумку в шкафчик и огляделась. Здесь было не так многолюдно, как она ожидала. Несколько студентов занимались парами, один парень бежал на дорожке, у окна кто-то растягивался на коврике.

Она уже направилась к свободной дорожке, когда заметила Кая.

Он стоял у стойки с гантелями, чуть наклонившись вперёд, и, похоже, закончил подход. На нём были спортивные штаны и кроссовки, но футболки не было. Лея на мгновение замедлила шаг, прежде чем успела себя остановить.

Кай выглядел иначе, чем в комнате или на занятиях. Без привычной чёрной футболки он казался более открытым — и в то же время непривычно недоступным. В движениях чувствовалась собранность: он поставил гантели на место, выпрямился и провёл ладонью по лбу, убирая влажные от пота волосы. Плечи и руки были напряжены после тренировки, на коже блестели капли пота.

Он был подтянутым и сильным, но не массивным: чёткие линии плеч и груди подчёркивали привычку к регулярным тренировкам. Когда Кай поднял руку, чтобы убрать волосы со лба, мышцы предплечья напряглись, и рисунок на коже сдвинулся вместе с движением.

Татуировка начиналась у него на левом плече и уходила вниз по руке. Чёрные линии складывались в сложный узор — тонкие ветви или, возможно, языки пламени, переплетённые между собой. Лея не могла разглядеть ее целиком: часть скрывалась под спортивным напульсником, а часть уходила дальше, к локтю. В обычной одежде она никогда не замечала её.

Кай поднял голову и увидел её, а Лея поспешно отвела взгляд, надеясь, что он не заметил, как долго она смотрела.

На его лице мелькнуло удивление, быстро сменившееся знакомой сдержанной улыбкой.

— Не знал, что ты ходишь в спортзал, — сказал Кай, подойдя к девушке.

— Я тоже не знала, — ответила Лея. — До сегодняшнего дня.

Он усмехнулся и взял полотенце со скамьи.

— Решила начать?

— Решила попробовать. У меня сегодня всего одна пара, — объяснила она.

— Значит, свободный день нельзя тратить впустую?

— Именно. Я составила очень серьёзный план: не потеряться и не уронить ничего тяжёлого себе на ногу, — посмеялась сама над собой девушка.

— Звучит разумно.

— Я старалась.

Кай вытер лицо, а затем накинул полотенце на плечо. Лея старалась смотреть ему в глаза, но взгляд всё равно на мгновение задержался на татуировке.

Он заметил.

— Что?

— Я раньше её не видела, — кивнула на его татуировку Лея.

Кай посмотрел на собственное плечо, словно на секунду забыл, что рисунок там есть.

— Обычно она под одеждой, — ответил он.

— Это часть какого-то рисунка или просто узор? — поинтересовалась она.

— Просто узор, — произнес он после короткой паузы. — Мне понравился.

Девушка кивнула. Ей хотелось спросить, когда он сделал татуировку и почему выбрал именно этот рисунок, но она решила не торопиться. Кай сам мог рассказать, если захочет.

— Не буду мешать, — сказала она. — Пойду осваивать дорожку.

— Ты мне не мешаешь.

Эти слова прозвучали просто, но Лея поймала себя на том, что улыбается.

Она направилась к беговым дорожкам и выбрала ту, что стояла ближе к окну. Сначала шла медленно, привыкая к ритму, затем немного увеличила скорость. За стеклом виднелся внутренний двор: ветви деревьев раскачивались на ветру, а редкие студенты торопились по дорожке, прижимая к груди папки и куртки.

Через несколько минут Кай оказался на соседней дорожке. Он перекинул полотенце через поручень и начал разминаться.

— Ты здесь часто бываешь? — спросила Лея, убавив скорость.

— Несколько раз в неделю.

— Не ожидала, — продолжая пробежку, сказала она.

— Почему? — парень перевел на нее взгляд.

— Не знаю. Ты производишь впечатление человека, который предпочитает заниматься один.

— Я и занимаюсь один, — Кай включил тренажер и увеличил скорость.

Лея посмотрела на соседнюю дорожку.

— Убедительно.

— Ты сама спросила.

Он улыбнулся, и Лея вернулась к своему шагу. Они некоторое время тренировались молча. Ей нравилось, что можно не поддерживать разговор каждую минуту: шум зала заполнял паузы, и между ними не возникало необходимости что-то объяснять.

Закончив на дорожке, девушка перешла к коврику и сделала несколько упражнений на растяжку. Кай занимался в другой части зала, но время от времени она замечала его в отражении зеркальной стены. Он был сосредоточен и двигался размеренно, не отвлекаясь на окружающих.

Когда Лея выпрямилась и потянулась за бутылкой, рядом остановился незнакомый парень. Он был чуть старше неё, в яркой майке и с наушниками на шее. Улыбнулся слишком уверенно, словно они уже были знакомы.

— Ты новенькая? — спросил он.

— Вроде того, — просто ответила она.

— Я тебя раньше не видел. Часто сюда приходишь? — продолжал задавать вопросы незнакомец.

Лея сделала глоток воды.

— Сегодня впервые.

— Тогда могу показать, как тут всё устроено. А то местные тренажёры выглядят довольно запутанно.

— Спасибо, я уже разобралась, — вежливо отклонила его предложение Лея.

Парень не ушёл. Он опёрся рукой о стойку рядом с ковриком, перекрывая ей путь к бутылке.

— Не стесняйся. Я тут давно занимаюсь.

Девушка почувствовала, как улыбка сама собой становится холоднее.

— Правда, всё нормально, — еще раз попыталась она.

— Да ладно, я просто предлагаю помощь, — не унимался человек, который стал Лее уже неприятен.

— Я услышала, — откинув вежливость, твердо ответила она.

Он посмотрел на неё с притворной обидой, но в глазах мелькнуло раздражение.

— Ты всегда такая серьёзная?

— Только когда пытаюсь закончить тренировку.

Парень рассмеялся, будто она сказала что-то забавное, и сделал шаг ближе.

— Тогда давай после тренировки выпьем кофе. Я могу показать тебе места получше, чем очередь у главного корпуса.

Лея отступила на полшага, стараясь не выдать тревогу. Вокруг продолжали заниматься люди, но никто не обращал на них внимания. Она не хотела устраивать сцену, однако и не собиралась соглашаться лишь ради того, чтобы поскорее от него отделаться.

— Нет, спасибо.

— Почему? У тебя уже есть кто-то? — вопрос прозвучал слишком громко и слишком лично.

Девушка крепче сжала бутылку.

— Это не имеет значения. Я не хочу идти с тобой на кофе, — прямо ответила она.

Парень усмехнулся, будто её отказ только подстегнул его.

— Да брось. Не обязательно сразу делать из этого что-то серьёзное.

Лея посмотрела на него, пытаясь сохранить спокойствие.

— Я уже ответила.

Он наклонился чуть ближе и понизил голос:

— А если я всё-таки захочу тебя уговорить?

Лея замерла. В шуме спортзала его слова прозвучали почти буднично, но от них внутри всё сжалось. Она почувствовала, как ладони становятся влажными, и заставила себя не отводить взгляд.

— Отойди, — выплюнула она раздраженно.

Парень не двинулся.

А через несколько метров, у стойки с гантелями, Кай всё ещё стоял спиной к ним и убирал вес на место.

Глава 13

ГЛАВА 13

Парень не отступил. Вместо этого он резко схватил Лею за запястье.

Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но его пальцы сомкнулись крепче. Бутылка выскользнула из её руки, ударилась о пол и покатилась под скамью.

— Отпусти меня, — сказала она. Голос прозвучал твёрже, чем она себя чувствовала.

— Да ладно, я просто — не успел он договорить как Лея со всей жесткостью в голове четко произнесла:

— Я сказала: отпусти.

Она попыталась высвободить руку ещё раз. Боль от его хватки отозвалась в запястье, и страх мгновенно вытеснил раздражение. Вокруг по-прежнему гремели тренажёры и играла музыка, но всё это словно отдалилось. Лея видела только его руку на своей коже и напряжённую улыбку на его лице.

— Эй.

Жесткий голос прорезал шум зала.

Парень повернул голову. Кай уже шёл к ним. Полотенце осталось лежать на скамье, а на лице не было ни удивления, ни привычной усмешки — только холодная сосредоточенность.

Он остановился рядом с Леей.

— Отпусти её. — потребовал Кай. — По-хорошему.

Парень хмыкнул, но руку не разжал.

— Мы разговариваем.

— Она просила тебя отпустить.

— А ты кто такой, чтобы указывать?

Лея почувствовала, как Кай напрягся. Его взгляд на мгновение скользнул к её запястью, и челюсть сжалась.

— Последний раз говорю, — произнёс он тише. — Отпусти.

— Или что? — провоцировал его незнакомец.

Всё случилось быстро. Кай шагнул вперёд и ударил его по лицу. Парень отшатнулся, наконец разжав пальцы, и задел плечом стойку. Кто-то вскрикнул. Несколько человек обернулись, музыка продолжала играть, будто зал не понял, что привычный шум сменился тревогой.

— Кай! — Лея отступила, прижимая руку к груди. — Не надо!

Парень выпрямился и бросился на Кая. Они сцепились, толкнувшись в сторону скамьи. Гантели звякнули о металл, кто-то поспешно отступил, освобождая им место.

— Кай, остановись! — крикнула Лея. — Всё хорошо! Я в порядке! — попыталась успокоить его она.

Но Кай словно не слышал. Его лицо стало чужим: брови сведены, губы сжаты, взгляд прикован к противнику. Он действовал резко, не замечая ни людей вокруг, ни того, что Лея зовёт его. Её слова тонули в гуле голосов.

— Кай, пожалуйста!

Она боялась подойти ближе. Боялась, что он не заметит её и случайно заденет. Но ещё сильнее боялась, что драка продолжится и кто-нибудь пострадает.

Когда парни снова сцепились и покачнулись, Лея решилась. Она шагнула к Каю сбоку и осторожно положила ладонь ему на спину.

— Кай. Это я. Пойдём отсюда, — взмолилась она.

Он не сразу отреагировал. Под её рукой мышцы оставались каменно напряжёнными. Лея не стала тянуть его силой — только продолжала говорить, тихо и настойчиво:

— Посмотри на меня. Пожалуйста. Я здесь. Со мной всё хорошо. Пойдём.

Кай замер. На мгновение его взгляд всё ещё оставался прикован к парню, который тяжело дышал и вытирал губу тыльной стороной ладони. Потом Кай посмотрел на Лею.

Она не знала, что он увидел в её лице: страх, просьбу или всё сразу. Но его плечи чуть опустились.

— Пойдём, — тише повторила она.

Лея убрала руку с его спины и осторожно коснулась его локтя. Кай позволил увести себя к выходу. За ними кто-то громко требовал позвать сотрудника спортзала, но он не обернулся.

***

Дорога до общежития прошла в молчании.

Лея шла рядом, время от времени поглядывая на Кая. На его скуле проступала краснота, а на костяшках пальцев виднелись ссадины. Он держал руки в карманах и смотрел прямо перед собой. Гнев не исчез — он будто осел внутри, тяжёлый и горячий, и теперь Кай сдерживал его молчанием.

Лея несколько раз собиралась заговорить, но каждый раз останавливала себя. Она не хотела отчитывать его, пока он ещё не пришёл в себя. И всё же её тревожило, как легко он сорвался.

В комнате Кай молча снял куртку, которую накинул на голый торс на выходе из зала, и сел на край кровати. Локти упёрлись в колени, пальцы сцепились. Он смотрел в пол.

Лея закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Только теперь она заметила, как сильно дрожат руки. Запястье ныло, но, судя по всему, обошлось без серьёзной травмы. На коже остались красные следы от чужих пальцев.

— Я принесу аптечку, — сказала девушка.

Кай не ответил.

В ванной она нашла аптечку в нижнем шкафчике. Пока возвращалась, старалась дышать ровно. В комнате было тихо: за стеной кто-то разговаривал, в коридоре хлопнула дверь, а здесь Кай всё так же сидел, опустив голову.

Лея поставила аптечку рядом с ним и достала салфетки и антисептик.

— Дай руку, — попросила она.

— Не надо, — твердо ответил парень.

— Кай, — ее голос прозвучал гораздо требовательнее, чем раньше.

Он поднял на неё глаза. В них всё ещё стояла злость, но теперь Лея понимала: направлена она была не на неё. Скорее на самого себя — за то, что не сумел остановиться раньше.

— Я справлюсь.

— Знаю. Но всё равно дай.

Кай помедлил, затем протянул руку.

Лея опустилась перед ним на колени, чтобы лучше рассмотреть ссадины. От этого положения ей стало неловко, но она постаралась сосредоточиться на его пальцах. Костяшки были сбиты, одна царапина уже начала кровить.

— Будет щипать, — предупредила она.

— Переживу, — следя за ее руками, ответил он.

Она смочила салфетку антисептиком и осторожно коснулась его кожи. Кай напрягся, но не отдёрнул руку.

— Ты всегда так реагируешь? — спросила Лея, стараясь говорить непринуждённо.

— Как?

— Сначала молчишь, потом ломаешь кому-нибудь нос.

— Я ему нос не ломал, — его ответ прозвучал равнодушно.

— Значит, сегодня ты был в хорошем настроении.

Уголок его рта едва заметно дрогнул, но улыбка не появилась.

— Он схватил тебя, — к нему вернулась злость, будто он воспроизводил картинку этого.

— Я знаю. Я была там.

— Ты не могла вырваться.

Лея замолчала. В его голосе снова проступило напряжение. Она продолжила обрабатывать ссадину, стараясь не нажимать слишком сильно.

— Ты вмешался. Спасибо.

— Не за что.

— Но в следующий раз послушай меня, когда я прошу остановиться.

Кай отвёл взгляд.

— Я не слышал, — честно сказал он.

— Я заметила.

— Лея…

— Я не говорю, что ты должен был пройти мимо. Просто… я не хотела, чтобы ты тоже пострадал.

Он не ответил. Девушка заклеила небольшую царапину пластырем и взялась за его вторую руку. На этот раз Кай не сопротивлялся, но и не смотрел на неё.

Чтобы заполнить тишину, Лея заговорила о пустяках: о своей неудачной попытке разобраться в тренажёрах, о том, как чуть не перепутала беговую дорожку с эллиптическим тренажёром, о том, что в следующий раз возьмёт с собой наушники. Она не ждала, что Кай поддержит разговор. Ей просто хотелось вернуть комнате обычный воздух — тот, в котором можно было дышать, а не только вспоминать чужую хватку и глухой звук удара.

— Ты вообще слушаешь? — спросила она, закончив с его рукой.

— Да.

— И что я только что сказала?

Кай посмотрел на неё.

— Что в следующий раз не перепутаешь тренажёры.

— Неверно. Я сказала, что постараюсь не перепутать. Это важное уточнение.

— Конечно.

В его голосе наконец появилось что-то похожее на прежнюю сухую насмешку. Лея улыбнулась, и напряжение в её плечах немного ослабло.

Она потянулась за пластырем, но Кай не отпустил её руку сразу. Его пальцы легко удерживали её за запястье — не сжимая, просто задерживая на месте. Лея замерла.

Кай тоже, кажется, осознал, что сделал. Его взгляд опустился на её руку, туда, где ещё виднелись красные следы от пальцев того парня. Выражение его лица снова изменилось.

— Больно? — спросил он.

— Уже нет.

Он провёл большим пальцем рядом с покрасневшей кожей, не касаясь её. Лея подняла глаза. Между ними было совсем мало места: она стояла на коленях перед ним, а Кай сидел на краю кровати, наклонившись к ней. Она заметила мелкую царапину у его скулы, тень усталости под глазами и то, как внимательно он смотрел на неё.

Лея забыла, что собиралась сказать.

Кай тоже молчал. Его взгляд задержался на её лице, потом опустился к губам. Лея почувствовала, как сердце ускоряется, хотя в комнате было прохладно. Она не отодвинулась — но и не приблизилась.

Их губы разделяли считанные миллиметры.

Кай первым отвёл взгляд.

— Не надо, — сказал он тихо.

Лея замерла.

— Не надо чего?

Он отпустил её руку, но пальцы задержались на мгновение дольше, чем требовалось.

— Делать вид, что всё это ничего не значит.

Комната снова стала тихой. Лея всё ещё стояла перед ним на коленях, с открытой аптечкой рядом, и не знала, что ответить. А Кай смотрел на неё так, будто только что сказал больше, чем собирался, и теперь ждал, решится ли она спросить, что именно он имел в виду.

Глава 14

ГЛАВА 14

Лея не сразу нашлась с ответом.

Слова Кая повисли между ними — слишком тихие, чтобы их можно было принять за случайность, и слишком неопределённые, чтобы понять, что он имел в виду. Она всё ещё держала в пальцах использованную салфетку. На коже его руки блестела капля антисептика.

— А что это значит? — спросила она наконец.

Кай отвёл взгляд. В комнате было слишком наэлектризовано и тихо так, что слышалось тиканье часов, а за окном шуршали шины по мокрой дороге. Обычные звуки казались нарочито громкими на фоне его молчания.

— Не знаю, — ответил он.

— Не похоже на правду.

— А ты хочешь, чтобы я соврал? — он поднял взгляд к ее лицу и встретился с зелеными глазами, пристально смотрящему на него.

Лея отвернулась и медленно положила салфетку в аптечку. Ей хотелось улыбнуться, разрядить обстановку, но улыбка не получилась. Кай снова закрылся — плечи напряжены, лицо непроницаемо. Только пальцы выдавали его: он сжал ладонь, и свежая ссадина на костяшке натянулась.

— Я хочу понять, почему ты вдруг решил, что мне нельзя быть рядом, — тихо сказала она.

— Я не говорил, что тебе нельзя, — послышался его вздох. Это прозвучало так, будто он устал от этого разговора больше, чем от всего остального на свете.

— Тогда что значит «не надо»?

Кай поднялся. Не резко, но Лея всё равно вздрогнула: после драки любое его движение казалось слишком стремительным. Он прошёл к окну и остановился, глядя на отражение комнаты в тёмном стекле. Свет настольной лампы очертил его плечи, подсветил растрёпанные волосы и тонкую царапину на скуле.

— Сегодня я не контролировал себя, — сказал он. — Ты просила меня остановиться, а я не остановился.

— Но потом остановился, — напомнила ему девушка.

— Потому что ты коснулась меня.

В этих словах не было упрёка. И всё же Лея почувствовала, как внутри что-то сжалось.

— Я не хотела, чтобы ты продолжал драться.

— Я знаю.

— Тогда почему ты говоришь так, будто это плохо?

На секунду на лице Кая проступила растерянность, почти беззащитная, но он быстро спрятал её за привычной холодностью.

— Потому что ты не должна была вытаскивать меня оттуда, — продолжая смотреть в окно, ответил он.

— Кто-то же должен был, — она вернула взгляд к парню.

— Не ты.

Лея поднялась с колен. Ноги затекли, и она опёрлась ладонью о край кровати, не отводя от него взгляда.

— Ты не можешь сначала броситься защищать меня, а потом сердиться, что я рядом.

— Я не сержусь на тебя, — сказал он, поворачиваясь к ней лицом.

— Тогда на кого?

Кай не ответил. Его взгляд скользнул к её запястью. Красные следы стали заметнее: несколько неровных полос на светлой коже. Лея машинально прикрыла их рукавом.

— Не надо, — тихо сказал он.

— Что именно? — понимая к чему он клонит, все же спросила девушка.

— Прятать.

В его голосе не было приказа, только усталость. Лея медленно опустила рукав, все еще стоя у кровати.

— Это просто синяк будет, — попыталась успокоить она и его и себя.

— Я знаю.

— Тогда перестань смотреть на него так, будто собираешься вернуться и закончить драку.

Кай опустил глаза. На мгновение в комнате снова воцарилась тишина.

Лея закрыла аптечку и защёлкнула крышку.

— Я пойду за водой, — объявила она. — Тебе принести?

— Нет.

— Кай.

— Не нужно, — повторил он.

Она вздохнула, уже собираясь спорить, когда в коридоре раздались быстрые шаги. Кто-то остановился у их двери. Лея посмотрела на Кая. Он тоже услышал: напрягся, выпрямился, и прежняя настороженность мгновенно вернулась в его лицо.

В дверь постучали.

Три быстрых удара — тревожных, почти нетерпеливых.

Лея направилась к двери и отперла замок. Нора стояла на пороге, запыхавшаяся, с растрёпанными волосами и курткой, накинутой поверх домашней футболки. Её взгляд сразу метнулся к Каю — к разбитой скуле, сбитым костяшкам, повязке на руке.

— Господи, Кай… — выдохнула она. — Я услышала, что случилось, и сразу пришла.

— Кто тебе сказал? — спросил он.

— Неважно. Ты как? — девушка не на шутку испугалась.

— Нормально, — просто ответил парень.

— Ты всегда так говоришь, когда это совсем не так, — голос ее прозвучал обвиняюще.

Нора шагнула в комнату, но остановилась, переведя внимание на Лею. В её взгляде мелькнуло беспокойство — и что-то ещё, будто она хотела спросить, всё ли в порядке, но не знала, как сделать это при Кае.

— Я схожу за водой, — сказала Лея, оставляя их наедине.

— Мне принеси, пожалуйста, — быстро сказала подруга. — Я всю дорогу бежала.

Лея кивнула и вышла в коридор. Дверь за ней осталась приоткрытой.

Она не собиралась подслушивать. Просто на кухне было тихо, а шаги в комнате слышались слишком отчётливо.

— Ты не должен был снова ввязываться в драку, — прошептала Нора.

— Я не собирался, — твердо ответил ей друг.

— Но всё равно ввязался.

— Он полез к Лее, — объяснил он.

— И что? Ты думаешь, если будешь каждый раз бросаться защищать всех вокруг, никто не пострадает?

Кай ничего не ответил.

Лея остановилась у раковины и включила воду. Шум заглушил последние слова. Она наполнила два стакана, стараясь не думать о том, как легко Нора говорила с Каем — словно знала его лучше, чем он позволял узнать себя другим.

Когда Лея вернулась, девушка уже стояла у двери. Она протянула ей стакан, и спустя мгновение тот был почти пуст.

— Ты уходишь? — спросила она.

— Да. Ему нужно отдохнуть, а мне — перестать делать вид, что я умею не волноваться.

Нора попыталась улыбнуться, но улыбка вышла усталой. Она задержала взгляд на Кае.

— Позвони мне, если станет хуже. И не вздумай опять отмахиваться, — пригрозила она.

— Хорошо, — сказал он.

— Я серьёзно.

— Я понял.

Нора кивнула Лее и вышла. На пороге она обернулась, будто хотела добавить что-то ещё, но передумала. Дверь закрылась.

В комнате снова стало тихо.

Лея поставила стакан на стол и улыбнувшись произнесла:

— Она очень за тебя переживает.

Кай не ответил, но прекрасно знал, что так и было. Нора была для него одним из тех немногих близких ему людей. Он взял стакан и сделал несколько глотков, а Лея села на край кровати, наблюдая, как он осторожно сгибает пальцы, проверяя, не болит ли рука.

— Ты в порядке? — спросила Лея.

— Да.

— А не физически?

Он опустил руку и долго молчал.

— Иногда я не могу себя контролировать, — наконец сказал он. — Когда кто-то угрожает человеку, который мне дорог, я перестаю думать. Просто бросаюсь вперёд. А потом уже разбираюсь с последствиями.

— Ты боишься, что однажды зайдёшь слишком далеко? — осторожно спросила она.

— Я боюсь, что однажды не успею остановиться. — Кай посмотрел на Лею. — Сегодня, когда он полез к тебе, я почти ничего не видел вокруг. Только его. И то, что он мог сделать.

— Но ты остановился.

— Не сразу. И не сам.

Лея помолчала, обдумывая его слова.

— Ты не обязан справляться с этим в одиночку.

— Я не хочу, чтобы ты оказалась рядом, когда я снова сорвусь, — объяснил Кай.

— А я не хочу, чтобы ты решал за меня, чего мне бояться, — парировала девушка.

Он отвёл взгляд.

— Я не пытаюсь решать за тебя.

— Тогда не отталкивай меня каждый раз, когда я хочу быть рядом.

Кай снова посмотрел на неё. В его лице что-то изменилось: напряжение не исчезло, но за ним проступила растерянность, почти беспомощность.

Лея поднялась с кровати и остановилась рядом. Парень не отстранился. Наоборот, его взгляд задержался на её лице, а потом скользнул к губам. Лея почувствовала, как между ними повисла тишина — хрупкая и тёплая.

— Лея… — произнёс он.

— Я здесь, — тихо ответила она.

Кай поднял руку, будто хотел коснуться её щеки, но замер на полпути. Лея накрыла его пальцы своей ладонью. Он вздрогнул, однако руку не убрал.

Они медленно наклонились друг к другу. Лея уже чувствовала его дыхание. Ещё мгновение — и их губы встретились бы.

Но Кай резко отстранился.

Он отступил на шаг и отвернулся, тяжело выдохнув, словно пытался удержать себя на месте.

Лея опустила руку, но внутри всё болезненно сжалось.

Они остались стоять рядом, не касаясь друг друга. Между ними всё ещё было то расстояние, которое можно было преодолеть одним шагом.

— Спасибо, что защитил, — развернувшись, прошептала Лея. — И спокойной ночи, — девушка направилась в ванную, чтобы принять душ и смыть с себя напряжение.

Там она скатилась по стенке кабинки и обняла себя за плечи. Как бы она не заставляла себя верить в то, что ей все равно на все чувства, которые она испытывает рядом с ним, ей было обидно.

Кай же продолжал стоять у окна и думать о светлых волосах и зеленых глазах, а когда услышал, что звук льющийся воды прекратился, лег в кровать и сделал вид, что спит. Так он пытался избавить себя и девушку, которая все больше стала посещать его мысли, от разговоров, которых сегодня и так было достаточно.

Кай отступил не потому, что не хотел её поцеловать.

Он остановился, потому что хотел слишком сильно — и боялся, что однажды заставит её пожалеть об этом.

Глава 15

ГЛАВА 15

Утро выдалось пасмурным, в принципе как тут часто бывает. Свет за окном был бледным и рассеянным, будто солнце весь день собиралось выглянуть, но так и не решилось. В комнате пахло лекарственной мазью и дождём, который с самого рассвета шуршал по стеклу.

Лея проснулась раньше Кая. Некоторое время она лежала неподвижно, прислушиваясь к тихому дыханию с другой стороны комнаты. Вчерашний разговор всё ещё звучал в голове: его завуалированное признание, что она ему дорога, её ответ, почти случившийся поцелуй и то, как он резко отстранился.

Кай спал, отвернувшись к стене. Даже во сне он казался напряжённым: брови слегка сведены, одна рука прижата к груди, словно он боялся случайно задеть ушибленную. На скуле темнел синяк, а на костяшках пальцев белела повязка.

Лея тихо поднялась, чтобы не разбудить его, и подошла к окну. За стеклом двор был пустым и мокрым. Вода стекала по подоконнику тонкими извилистыми дорожками. Она обхватила ладонями плечи и простояла так какое-то время, наблюдая как ветер переносит желтые листья с одного конца улицы на другой.

За её спиной скрипнула кровать.

— Ты давно не спишь? — спросил Кай, спустив ноги с кровати.

Лея обернулась. Он сел, медленно потирая лицо здоровой рукой. В его волосах торчало несколько непослушных прядей, а сонный взгляд сразу стал настороженным, едва он заметил, что она смотрит на него.

— Недавно проснулась.

— Еще нет шести, — посмотрев на часы, заметил он.

— Просто не спалось, — отворачиваясь обратно к окну, ответила девушка.

Кай кивнул, но по его лицу было видно, что он не поверил. Он поднялся осторожно, проверяя, насколько сильно ноет бок, и направился к столу. На каждом движении он старался не показывать боли, но Лея замечала короткие паузы и то, как он бережёт руку.

— Тебе надо отдохнуть, — сказала она.

— Я уже отдохнул.

Лея хотела возразить, но передумала. Она подошла к столу, за которым уже сидел молодой человек, и взяла бинты.

— Дай посмотрю на руку, — протягивая ему свою, попросила она.

Кай посмотрел на неё с сомнением.

— Там всё нормально, — скучающим тоном ответил он.

— Тогда тебе нечего бояться, — голос девушки звучал твердо, подкрепляя то, что отказа она не примет.

Он тихо выдохнул и протянул руку, понимая, что она добьется своего, доведя его до белого коленя. Лея осторожно размотала повязку, бережно держа его вложенную в ее руку. Костяшки были опухшими и покрасневшими, но новых повреждений не появилось. Она смочила чистую ткань водой и аккуратно коснулась его кожи.

Кай едва заметно напрягся.

— Больно? — уточнила она.

— Нет, — прозвучал его ожидаемый ответ.

Лея подняла на него взгляд.

— Ты опять говоришь «ничего»? — она попыталась немного развеять напряженность между ними.

На этот раз уголок его рта дрогнул, и он произнес:

— Возможно.

Она продолжила обрабатывать ссадины, а парень молча сидел, глядя на её руки. В его взгляде было что-то непривычно спокойное — и одновременно настороженное, будто он всё ещё ждал, что она отдёрнет пальцы или передумает быть рядом.

— Ты сегодня собираешься куда-нибудь? — опять нарушая тишину, спросила Лея.

— Нет, — просто ответил Кай.

— Хорошо. Потому что тебе нельзя, — девушка искренне переживала за него, хотя сама не всегда понимала почему, ведь она его не так долго знает. Обычно она не быстро привязывается к людям, по крайней мере раньше такого за собой не замечала. В школе у нее тоже были друзья, но чтобы довериться им или начать делиться своими переживаниями и рассказывать о себе и семье уходило гораздо больше времени, чем с Норой или Каем, и ее это настораживало. Это место и правда меняет ее.

— Ты теперь мой врач?

— Пока ты не научился заботиться о себе — да.

Кай коротко усмехнулся. Звук вышел тихим, почти неуверенным, но Лея всё равно улыбнулась. Ей хотелось сохранить это мгновение: его расслабленные плечи, мягкий свет на лице, его руку в её ладонях. Вчерашний страх никуда не исчез, но рядом с ним появилось что-то новое — осторожное доверие.

Когда она закончила, Кай забрал у неё бинт и сам закрепил повязку. Его пальцы двигались неловко, и Лея предложила помочь, но он покачал головой.

— Я справлюсь, — в который раз ответил он.

Она не стала спорить. Вместо этого поставила чайник и приготовила им завтрак из того, что нашлось на кухне. Они ели почти молча, но тишина уже не казалась тяжёлой. Иногда Кай задавал короткие вопросы, а Лея отвечала. Иногда их взгляды встречались, и каждый раз Кай первым отводил глаза — не холодно, а будто не знал, что делать с тем, что чувствовал.

День прошёл медленно. Дождь то стихал, то снова усиливался, барабаня по крыше. Лея читала у окна, а Кай устроился в кресле с книгой, которую почти не открывал. Несколько раз она замечала, что он смотрит в её сторону. Каждый раз, когда она поднимала голову, он делал вид, что занят страницей.

После обеда Лея всё-таки решилась и заговорила о вчерашнем.

— Ты правда думаешь, что можешь однажды не остановиться? — повернувшись к нему, немного тише обычного спросила она.

Кай не сразу ответил. Он закрыл книгу и положил её на колено.

— Я не знаю. Иногда всё происходит слишком быстро. Я слышу угрозу, вижу, что кому-то грозит опасность, и будто перестаю замечать остальное, — честно поделился он.

— Но ты понимаешь, что это проблема, — это был не вопрос, утверждение.

— Понимать недостаточно.

— Нет. Но это начало.

Он посмотрел на неё. В его глазах мелькнуло сомнение, словно он хотел поверить ей, но не мог заставить себя сделать это полностью.

— Ты не должна брать на себя ответственность за меня, Лея.

— Я и не беру. Я просто не хочу, чтобы ты решил, будто единственный выход — держать меня подальше, — ответила она.

Кай провёл большим пальцем по краю книги.

— Я не знаю, как быть рядом и не бояться за тебя.

— Наверное, никак, — сказала девушка после короткой паузы. — Но можно хотя бы не притворяться, что тебе всё равно.

Он замер. На мгновение Лея подумала, что сказала слишком много, но Кай лишь опустил взгляд.

— Мне не всё равно, — произнёс он.

Эти слова прозвучали тихо, почти буднично, но Лея почувствовала, как внутри у неё что-то дрогнуло. Она не стала спрашивать, что именно он имеет в виду. Не стала подталкивать его к обещаниям, которых он пока не мог дать.

К вечеру дождь наконец прекратился. За окном небо стало светлее, и на мокрых крышах появились тусклые отблески заката. Лея помогла Каю переставить кресло ближе к окну, чтобы ему было удобнее читать. Он сначала отказался, но потом всё же позволил ей.

Ближе к шести часам Нора нашла их в общей комнате. Она принесла пакет с выпечкой и сразу заметила, что Лея притихла.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.

— Ничего, — ответила Лея.

Кай сидел у окна с книгой и не поднял головы.

Нора посмотрела на него, потом на Лею.

— Вы оба ужасно убедительно говорите «ничего», — девушка прищурила глаза, и Лея улыбнулась глядя на это.

— Просто устали, — сказал Кай.

— Я тоже устала, но не делаю вид, что меня нет, — твердо ответила она, продолжая щуриться. Это выглядело забавно.

— Тебе это не удаётся.

Нора бросила в него бумажной салфеткой. Кай поймал её одной рукой и положил на стол.

Лея засмеялась. Нора устроилась рядом с ней, а Кай, хотя и продолжал читать, остался с ними до позднего вечера.

Когда девушки решили разойтись по комнатам, Лея задержалась у двери.

— Кай?

Он поднял взгляд.

— Спасибо за сегодня.

— За что именно? — не понял он.

— За то, что рассказал, — объяснила она.

Парень отвёл глаза, но не отвернулся.

— Не заставляй меня жалеть.

— Не заставлю, — это было обещание. Обещание, которое она не собиралась нарушать.

Лея задержалась у двери ещё на секунду, надеясь, что он добавит что-нибудь. Кай молчал, но не вернулся к книге. Он смотрел на неё, и в его лице оставалась та же осторожность, что и вчера, только теперь за ней проступало меньше страха.

Лея улыбнулась ему и вышла в коридор.

Дверь закрылась негромко. Она прислонилась к стене и выдохнула. Внутри всё ещё жило беспокойство: Кай не обещал, что изменится, а она не могла знать, что будет дальше. Но он открыл ей часть себя, которую, казалось, привык прятать от всех.

И этого пока было достаточно.

В комнате Кай ещё долго сидел у окна с раскрытой книгой. За стеклом темнело, на мокрой улице зажглись фонари. Он перечитал одну и ту же строчку несколько раз, так и не запомнив ни слова.

Лея ушла, но её присутствие осталось — в тихом смехе, в аккуратно перевязанной руке, в простом обещании не заставлять его жалеть о доверии.

Кай закрыл книгу и осторожно коснулся повязки на костяшках. Потом посмотрел на дверь.

Он всё ещё боялся причинить ей боль. Но впервые за долгое время ему захотелось не просто держаться от неё подальше, а научиться оставаться рядом.

Глава 16

Утром следующего дня Кай решился и долго смотрел на экран телефона, прежде чем написать отцу.

За окном медленно светлело. На подоконнике лежала тонкая полоска солнца, а в комнате ещё держался ночной холод. Лея спала, отвернувшись к стене; дыхание у неё было ровным и тихим. Кай сидел на краю кровати, ссутулившись, и держал телефон обеими руками. Повязка на костяшках натянулась, когда он сжал пальцы.

Он набрал: «Нам нужно поговорить. Ты сегодня свободен?»

Несколько секунд смотрел на сообщение, словно надеялся, что оно само исчезнет. Потом нажал «отправить».

Ответ пришёл почти сразу: «В одиннадцать. Кафе на площади. Приходи один».

Кай прочитал его дважды. Последние два слова неприятно задели, хотя он и сам собирался идти один. Он положил телефон экраном вниз и провёл ладонью по лицу. Разговор с отцом он откладывал несколько дней, но теперь, когда встреча была назначена, ему хотелось придумать повод не идти.

Не получилось.

Кай оделся, стараясь не шуметь. Перед выходом он задержался у двери и посмотрел на Лею. Ему хотелось рассказать ей, куда он направляется, но он не знал, как объяснить это так, чтобы не превратить обычную встречу в ещё одну тяжёлую тему. В итоге он оставил на столе короткую записку: «Вышел ненадолго. Вернусь к обеду».

На улице было холодно. Небо затянули серые облака, а ветер гнал по тротуару сухие листья и обрывки бумаги. Кай шёл быстро, спрятав руки в карманы пальто. По дороге он несколько раз мысленно репетировал разговор, но каждый раз слова звучали либо слишком резко, либо слишком безразлично.

Кафе на площади оказалось почти пустым. Марк Вейл уже ждал у окна. Он сидел прямо, положив телефон рядом с чашкой, и смотрел на улицу. Внешне он мало изменился: аккуратно застёгнутое пальто, ровно уложенные волосы, спокойное лицо. Только в висках заметно прибавилось седины.

Увидев сына, Марк поднялся.

— Кай, — поприветствовал мужчина.

— Отец.

Они пожали друг другу руки. Жест вышел формальным и коротким. Кай сел напротив и снял кожаную куртку, повесив ее на спинку стула. Марк посмотрел на его лицо, задержал взгляд на синяке у скулы, затем опустил глаза к перевязанной руке.

— Что случилось?

Прежде чем ответить, Кай заказал кофе, хотя пить его не хотелось.

— Подрался.

Марк не изменился в лице, но его пальцы чуть сильнее сжали чашку.

— С кем?

— Это неважно, — равнодушно ответил он.

— Если ты звонишь мне из-за драки, значит, важно.

Кай отвёл взгляд к окну. По стеклу ползли тонкие капли дождя.

— Всё уже закончилось, — Кай не знал как начать разговор о том, из-за чего вообще написал отцу, поэтому пока он просто отвечал на его вопросы. Он не боялся осуждения со стороны Марка или каких-то последствий, просто не хотел выслушивать речи о том, что он позор семьи и вырос вовсе не таким, каким хотел его видеть родитель.

— Ты получил травмы, — продолжал отец.

— Ничего серьёзного.

Марк посмотрел на повязку.

— Это ты называешь несерьёзным?

— Я не просил тебя оценивать моё состояние, — чуть грубее желаемого вырвалось у Кая.

Между ними повисла тишина. Официант поставил перед Каем кофе. Тот поблагодарил, но чашки не коснулся.

Марк откинулся на спинку стула и скучающим тоном спросил:

— Тогда зачем же ты написал мне?

— По поводу драки, — Кай понимал, что должен рассказать, иначе другого шанса может не быть. — Но не из-за этой, — добавил он и внимательно следил за выражением лица старшего Вейла.

— Продолжай, — строго велел тот.

— Ближе к концу первого курса я избил одного парня, — не стал вдаваться в подробности Кай. — До сих пор идет расследование, на время которого меня перевели в старый корпус..

— Почему? — все с тем же скучающим видом спросил Марк.

Кай провёл большим пальцем по краю салфетки. Он знал, что отец ждёт более подробного объяснения, но не хотел пересказывать всё до мелочей. Ему не хотелось снова переживать тот момент, когда злость захлестнула его и он перестал думать.

— Что почему? — нарочно дразнил он отца.

— Почему ты избил его? И почему я узнаю об этом только сейчас?

— Вмешался, когда он начал угрожать другому человеку. Сначала пытался остановить его словами. Потом он полез в драку, — объяснил он. — А не говорил раньше, потому что не вижу смысла.

— И ты не смог уйти?

— Не захотел.

Марк нахмурился.

— Это разные вещи.

— Для меня тогда разницы не было, — глядя отцу в глаза пояснил Кай.

— Сын, ты всегда так говоришь, когда уже принял решение и не хочешь обсуждать его последствия.

Парень поднял на отца глаза. В его взгляде мелькнуло раздражение.

— А ты всегда начинаешь с того, что объясняешь мне, какой я.

Марк замолчал. На секунду в его лице проступила усталость, которую он обычно скрывал за деловым спокойствием.

— Я не пытаюсь тебя обвинить, — мягче обычного сказал он.

— Звучит именно так.

— Я беспокоюсь.

— Ты редко показываешь это, — слова прозвучали тише, чем Кай хотел. Он тут же пожалел, что произнёс их, но не стал забирать назад.

Марк опустил глаза. Его большой палец медленно провёл по ручке чашки.

— Возможно, — согласился он. — Я не всегда умею говорить так, чтобы ты меня слышал.

Кай усмехнулся без веселья.

— А я не всегда умею слушать.

— Это тоже правда, — улыбнулся Марк.

Несколько мгновений они молчали. За соседним столиком кто-то негромко смеялся, звякнула посуда. Обычные звуки кафе казались странно далёкими.

— Ты всё ещё думаешь, что можешь решать за меня? — тихо спросил Кай, вспоминая прошлые обиды.

— Нет. Но я всё ещё твой отец, — твердо заявил тот.

— Это не одно и то же.

— Я знаю.

Кай наконец отпил кофе. Он успел остыть, и горечь оказалась резче, чем ожидалось.

— Я не хочу, чтобы ты воспринимал эти драки как доказательство, что со мной что-то не так, — сказал он. — Я справлюсь.

— Я не считаю тебя каким-то не таким, — он смотрел на сына внимательно, но без привычной строгости. — Я считаю, что тебе тяжело, — произнёс он наконец. — И что ты стараешься справляться в одиночку даже тогда, когда это только усложняет всё.

Кай сжал челюсть. Ему хотелось возразить, но возражение не находилось. Он вспомнил Лею, её спокойный голос и то, как она не стала отступать, когда он пытался оттолкнуть её. Эта мысль заставила его смягчиться, хотя он не хотел показывать этого отцу.

— Я не хотел, чтобы ты узнал от кого-то другого, — объяснил Кай почему не рассказал раньше. Он знал, что отцу было интересно, почему раньше он не видел смысла в этом разговоре, а сейчас этот смысл появился.

Марк кивнул. В его глазах на короткий миг появилось облегчение.

— Спасибо, что позвонил.

Кай пожал плечом.

— Не делай из этого привычку, — усмехнулся он.

— Постараюсь.

Они ещё немного поговорили — о травме, о том, как всё произошло, о том, что Каю стоит быть осторожнее. Разговор несколько раз снова становился колким, но каждый раз один из них останавливался прежде, чем слова превращались в настоящую ссору.

Когда Марк взглянул на часы, Кай понял, что встреча подходит к концу.

— Мне скоро надо будет уйти, — сказал отец. — Но хочу зайти посмотреть куда перевели моего сына. Если ты не против, — добавил он тише.

— Конечно.

Мужчины поднялись, накинули верхнюю одежду и пошли на выход. Пересекая площадь и идя к корпусу они много разговаривали, но личные темы старались не затрагивать.

***

Лея вернулась поздно. Сначала у неё были пары, потом она встретилась с Норой, а после отправилась в библиотеку продолжить работу над статьёй. Она вошла в комнату уставшая, с тяжёлой сумкой на плече и папкой, из которой торчали исписанные листы.

В коридоре пахло сыростью и свежим кофе. Лея стряхнула с рукава несколько капель и толкнула дверь.

Кай стоял у окна. Рядом с ним находился незнакомый ей мужчина в тёмном пальто. Он был выше Кая, держался прямо и выглядел так, словно даже в обычной комнате привык сохранять безупречную собранность.

Лея остановилась на пороге.

Мужчина первым повернулся к ней.

— Здравствуйте, — сказала она, стараясь не выдать удивления.

— Лея, это мой отец — произнёс Кай.

— Очень приятно, — ответила она.

— Взаимно, — сказал Марк.

Он говорил вежливо, но его взгляд задержался на лице Леи, будто он пытался понять, какое место она занимает в жизни сына. Кай, заметив это, чуть заметно напрягся. Его плечи поднялись, а рука с повязкой опустилась вдоль тела.

— Я как раз собирался уходить, — объявил мужчина.

Он взял со стула перчатки и застегнул пальто. Лея заметила, что отец и сын не смотрят друг на друга. Между ними оставалось что-то недосказанное, ощутимое даже без слов.

— Рад был познакомиться, — добавил Марк.

— И я, — ответила Лея.

Марк кивнул, но помедлил, будто хотел добавить что-то ещё, однако в итоге только коснулся ладонью плеча Кая. Прикосновение было неловким и коротким.

— Береги себя.

— Постараюсь, — ответил Кай таким же коротким движением головы.

Отец вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Несколько секунд парень не двигался. Он чувствовал раздражение, усталость и странное облегчение — всё сразу. Они не помирились окончательно, но хотя бы поговорили без того, чтобы один из них встал и ушёл посреди разговора. Потом медленно выдохнул и опустил плечи, но напряжение с него не ушло.

Лея поставила сумку на пол.

—Как дела? — спросила она.

Кай обернулся.

— Нормально.

Лея приподняла бровь и улыбнувшись произнесла:

— Это слово у тебя означает что угодно, кроме «нормально».

Он отвёл взгляд и сел на край кресла, оставив утверждение без комментария.

Лея сняла пальто и повесила его на крючок. Она не стала больше задавать вопросы. Кай выглядел так, будто ему нужно было немного времени, чтобы прийти в себя. В его лице смешались усталость и сдержанное раздражение, а ещё — что-то более уязвимое, что он старался не показывать.

Девушка достала из сумки тетрадь и папку с материалами. На столе лежали её заметки, исписанные мелким почерком. Она села и стала раскладывать листы по порядку.

— Как прошёл день? — неожиданно спросил парень.

— Пары были длиннее, чем должны быть по законам природы. Потом мы с Норой выпили кофе, а в библиотеке я пыталась написать хотя бы начало статьи.

— Получилось?

— Получилось три абзаца, которые мне не нравятся.

— Значит, начало есть.

Лея улыбнулась и раскрыла тетрадь.

Они немного помолчали. За окном уже темнело, и в стекле отражалась комната: стол с бумагами, кресло, Кай у окна и Лея, склонившаяся над записями. В коридоре кто-то прошёл, негромко хлопнула дверь.

Девушка перечитала первую строчку и зачеркнула её.

— Кстати, ты поедешь домой на зимние каникулы? — спросила она, не поднимая головы.

Кай не ответил сразу.

— Пока не знаю.

Лея отложила ручку и посмотрела на него.

— Но думаешь поехать?

Он провёл пальцами по краю повязки, стараясь не задеть ушибленные костяшки.

— Скорее всего.

— Из-за отца? — аккуратно уточнила Лея.

— Не только. Давно не был дома. Наверное, пора.

В его голосе не было уверенности. Он произнёс это так, будто пытался убедить прежде всего себя. Лея не стала спрашивать, чего именно он опасается: встречи с отцом, старых разговоров или того, что за время отсутствия дом успел стать чужим.

— Ты хочешь поехать? — спросила она мягче.

Кай посмотрел в окно. На улице зажглись фонари, и их свет ложился на мокрый асфальт длинными золотистыми полосами.

— Не знаю, — повторил он. — Но, наверное, хочу.

— Тогда, может, это хороший знак.

— Или просто привычка надеяться, что всё будет проще, чем есть, — грустно усмехнулся он.

— Иногда этого достаточно, чтобы попробовать.

Кай перевёл взгляд на неё. В его лице появилось тепло, но он быстро спрятал его за привычной сдержанностью.

— А ты? Поедешь к семье?

Лея задумалась.

— Пока не решила. Сначала нужно закончить статью, пережить экзамены и понять, сколько денег осталось после всех этих кофе с Норой.

— Серьёзная стратегия.

— Очень. Я разрабатывала её в библиотеке.

Кай тихо усмехнулся. На этот раз смех прозвучал свободнее.

Лея вернулась к работе. Она перечитывала заметки, меняла порядок абзацев и иногда вслух произносила фразы, проверяя, как они звучат. Кай не мешал ей. Он взял книгу, но теперь действительно читал, время от времени поднимая глаза, когда Лея начинала сердито перечёркивать очередное предложение.

Через некоторое время она отложила ручку и потянулась, разминая затёкшие пальцы.

— Кажется, я наконец поняла, как начать.

— Поздравляю.

— Не радуйся раньше времени. Теперь мне нужно написать всё остальное.

— Я верю в тебя.

Лея посмотрела на него. Эти слова прозвучали просто, без шутки, и оттого особенно приятно. Кай, кажется, сам заметил, что сказал больше, чем собирался: он опустил глаза в книгу и сделал вид, что ищет нужную страницу.

Лея улыбнулась и снова наклонилась над тетрадью.

За окном сгущался вечер. Комната постепенно наполнялась мягким светом настольной лампы, а с улицы доносился приглушённый шум машин. День оказался длинным для них обоих, но теперь в тишине не было ни тревоги, ни необходимости что-то объяснять.

Кай не знал, поедет ли домой на зимние каникулы. Лея не знала, когда закончит статью. Но на этот вечер им хватало того, что они были рядом: она работала, он читал, и иногда они обменивались короткими фразами, словно осторожно учились делать обычные дни общими.

Глава 17

ГЛАВА 17

Следующие несколько дней выдались спокойными. Лея работала над проектом, Кай занимался музыкой, а иногда даже делал домашнее задание по другим дисциплинам. Между ними стало гораздо меньше напряжения, и Лея бывало ловила себя на мысли, что с ней ему становится почти также комфортно, как и с Норой, которая все время помогала миссис Белл и, к удивлению ребят, успевала делать все задания по учебе.

Сегодня пары выдались на удивление несложными, и к концу дня у Леи ещё оставались силы — редкость, которой она решила воспользоваться. Она собиралась продолжить обработку проекта в библиотеке и заодно позвала с собой Нору, чтобы не проводить весь вечер наедине с экраном и бесконечными правками.

Подруга согласилась почти сразу, и пока они собирали вещи после занятий, Лея заметила, что Кая нигде нет: у него как раз шла пара по музыке. Она подумала, что, возможно, увидит его позже, и вместе с Норой направилась в библиотеку, которая к вечеру почти опустела.

За высокими окнами сгущались сумерки, и стекло отражало длинные ряды книжных полок, настольные лампы и усталые лица тех, кто всё ещё пытался закончить работу.

Лея сидела за столом у окна, подперев щёку ладонью. Перед ней лежал ноутбук, рядом — стопка распечаток с пометками на полях и чашка давно остывшего кофе. Проект она наконец доделала: все части статьи были собраны, выводы выверены, источники проверены. Оставалась обработка — перечитать текст целиком, убрать повторы и привести оформление в порядок.

Она перечитала один абзац в третий раз и нахмурилась.

— Если я ещё раз увижу слово «значительный», начну вычёркивать его из всех книг библиотеки, — пробормотала девушка, устало потирая переносицу.

— Начни с моей курсовой. Там таких слов штук двадцать, — отозвалась Нора, которая устроилась напротив, поджав под себя ногу. Её тёмные волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбились несколько прядей. Она принесла с собой чай и теперь обхватывала кружку обеими руками, словно грелась не столько от напитка, сколько от самого жеста.

Лея улыбнулась, но улыбка быстро исчезла: взгляд снова вернулся к экрану.

— Проект готов, — сказала она, будто убеждая в этом не подругу, а себя. — Осталось только обработать.

— То есть ты закончила, но ещё не разрешаешь себе радоваться, — заметила Нора, чуть наклонив голову.

Лея хотела возразить, но не нашла убедительного ответа. Она действительно не позволяла себе выдохнуть, пока работа не выглядела безупречно. Даже сейчас ей казалось, что где-то пропущена ошибка, не замечена неудачная формулировка или забыта ссылка.

— Я порадуюсь, когда отправлю файл, — сказала она и снова уставилась в экран.

Нора посмотрела на неё с притворной строгостью.

— А я порадуюсь, когда ты перестанешь пытаться победить статью взглядом.

Лея тихо рассмеялась. Напряжение в плечах немного отпустило. Она откинулась на спинку стула, и в этот момент заметила Кая.

Он стоял у входа в читальный зал, разговаривая с кем-то из сотрудников. На нём была тёмная куртка поверх серого свитера; волосы после улицы растрепал ветер, а на лице застыло то сосредоточенное выражение, которое Лея уже научилась узнавать. Он слушал собеседника, слегка наклонив голову, но взгляд его вдруг скользнул по залу и остановился на ней.

Всего на мгновение.

Но этого хватило, чтобы девушка забыла, что собиралась сказать.

Кай первым отвёл глаза. Он коротко попрощался с сотрудником и направился к их столу.

— Ты закончила? — спросил он, остановившись рядом с Леей.

— Проект — да. Его обработку — нет, — ответила она, стараясь говорить непринуждённо. Её пальцы сами собой коснулись края распечатки.

— Звучит как очень удобный способ никогда не заканчивать, — усмехнулся он и посмотрел на Нору, которая прикрыла ладонью рот, чтобы приглушить смех.

— А ты всегда так поддерживаешь людей? — смотря на него хмурым взглядом снизу вверх спросила Лея.

— Только тех, кто третий час спорит с одним абзацем.

Нора подняла брови и посмотрела на Лею с выражением человека, которому только что подтвердили важную догадку.

— Я оставлю вас наедине с абзацем, — объявила она, собирая свои вещи. — Но не позволяй ему победить.

— Не переживай, — сказала Лея. — Я давно подозреваю, что он на стороне Кая.

— Тогда у вас с ним уже есть что-то общее, — посмеиваясь заметила Нора, проходя мимо Кая.

Он бросил на неё настороженный взгляд.

— Что это значит?

— Ничего. Пока, ребята, — Нора улыбнулась, но в этой улыбке было слишком много понимания. Она помахала им и направилась к выходу, оставив их вдвоём у окна.

Кай сел напротив. Положил на стол телефон, но не снял куртку. Он выглядел так, будто собирался уйти через минуту, хотя никуда не торопился. Лея заметила, что он держит правую руку чуть напряжённо, и вспомнила недавнюю драку. Следы уже почти исчезли, но на костяшках всё ещё оставалась бледная полоска.

Девушка внимательно смотрела на него. Вблизи его усталость была заметнее: тень под глазами, напряжённая складка между бровями. Но стоило ему поймать её взгляд, как он чуть смягчался — совсем немного, почти незаметно. Лее хотелось верить, что это происходит только с ней.

— Ты сегодня какой-то тихий, — сказала она.

— А ты сегодня очень наблюдательная, — передразнил он.

— Я всегда такая, — вздернув подбородок, ответила Лея.

— Знаю, — произнёс он негромко, но в этом коротком слове было что-то неожиданно личное. Лея отвела глаза к ноутбуку. Ей стало жарко, хотя у окна тянуло холодом.

— Что-то случилось? — спросила она, делая вид, что проверяет документ.

Кай помолчал. Его взгляд опустился на телефон, затем снова поднялся к ней.

— Отец написал. Хочет, чтобы я приехал домой на зимние каникулы.

— И ты поедешь? — снова спросила она его.

— Пока не решил, — все тот же ответ дал он ей.

Между ними повисла тишина. Лея вспомнила, как он говорил об отце после их встречи: не всё, не сразу, но достаточно, чтобы понять — разговор с отцом оставил в нём неприятный осадок.

— Ты ведь говорил, что, скорее всего, поедешь, — напомнила она.

— Скорее всего — не значит, что я этого хочу.

Кай произнёс это спокойно, но пальцы его сжали телефон. Лея заметила, как побелели костяшки, и почувствовала знакомое желание спросить больше. Она остановила себя: не хотела превращать заботу в допрос.

— Тебе будет легче, если я не стану спрашивать? — осторожно произнесла она.

Кай поднял на неё глаза.

— Нет. Спрашивай.

Лея замерла. В его голосе не было привычной насмешливости. Он говорил серьёзно — и, кажется, сам удивлялся тому, что сказал.

— Ты поссорился с ним?

— Немного.

— «Немного» — это когда вы оба ушли недовольными или когда кто-то хлопнул дверью?

Уголок его рта дёрнулся.

— Второе, — ответил он.

— Кто хлопнул?

— Он.

— Значит, ты выиграл, — воодушевленно произнесла девушка.

— Так это работает?

— Не знаю. Но звучит обнадёживающе.

Кай тихо усмехнулся. Напряжение в его лице ослабло, и Лея поймала себя на том, что ей нравится быть причиной этой перемены. Нравится, когда его взгляд задерживается на ней, когда он перестаёт прятаться за короткими ответами. Это было опасно — не потому, что между ними происходило что-то неправильное, а потому, что она начинала ждать этих мгновений.

Кай тоже, кажется, что-то заметил. Его взгляд опустился к её губам и почти сразу вернулся к глазам. Так быстро, что Лея могла бы убедить себя, будто ей показалось.

Но не убедила.

— Ты на меня смотришь, — сказала она.

— Ты тоже.

— Я смотрела, потому что ты смотрел, — она не хотела проигрывать это вымышленное состязание, хотя понимала, что все чаще не может оторвать от него взгляд.

— Удобное объяснение.

— Рабочее, — посмеялась она.

Кай наклонился чуть ближе, опираясь предплечьями о стол. Теперь между ними оставалось совсем немного пространства. Лея почувствовала тепло его присутствия и вдруг осознала, как громко в тихом зале звучит шелест страниц за соседним столом.

— Тебе не надо мной заниматься, — понизив голос сказал он.

— Я и не занимаюсь.

— Нет?

Лея удержала его взгляд. Ей хотелось отступить — вернуть разговор к статье, к Норе, к любому безопасному предмету. Но любопытство и притяжение оказались сильнее осторожности.

— Может быть, немного, — призналась она.

На лице Кая мелькнуло удивление. Потом — что-то мягкое и уязвимое, что он тут же попытался скрыть.

— Тогда я должен предупредить: со мной бывает сложно.

— Я заметила.

— И всё равно?

Лея не ответила сразу. Она посмотрела на его руку, на тонкий след от старой ссадины, на напряжённые плечи. Вспомнила, как он вставал между ней и опасностью, как умел слушать, даже если делал вид, что ему всё равно. Кай был не простым — но рядом с ним Лея чувствовала себя не менее сильной, а почему-то более настоящей.

— И всё равно, — твердо сказала она.

В этот момент за окном сверкнула молния. Почти сразу гром прокатился над зданием, и свет в библиотеке мигнул. Лампы погасли.

Кто-то в дальнем конце зала удивлённо вскрикнул. Сработала система аварийного освещения, зал погрузился в тусклый янтарный полумрак. Лея дёрнулась от неожиданности, и её рука соскользнула со стола.

Кай поймал её за запястье.

— Ты в порядке? — спросил он, быстро поднявшись.

— Да. Просто не ожидала.

Он всё ещё держал её руку. Его ладонь была тёплой, пальцы осторожно обхватывали запястье, не сжимая. Лея посмотрела на их руки, потом на него.

Кай отпустил её не сразу.

— Прости, — сказал он, но не отстранился.

— За что? — спросила она, понимая о чем он.

Парень будто хотел ответить, но в этот момент из коридора донёсся глухой удар. Затем ещё один — уже ближе.

Они оба повернулись к двери читального зала. В полумраке показалась фигура сотрудника библиотеки.

— Всем оставаться на месте! — громко сказал он. — В коридоре сработала сигнализация. Возможно, кто-то задел аварийный выход. Сейчас проверим.

Лея почувствовала, как тревога снова сжимает грудь. Кай встал чуть впереди неё, не заслоняя полностью, но инстинктивно занимая место между ней и коридором.

— Это просто сигнализация, — тихо сказал он.

— Ты уверен? — так же тихо спросила она.

— Нет. Но я рядом, — эти слова прозвучали просто, без обещаний и громких жестов. Именно поэтому Лея поверила им, но ее пульс все равно покинул допустимую отметку.

Сотрудник быстро проверил коридор и вскоре вернулся: дверь аварийного выхода захлопнулась от сквозняка, тревога уже отключалась. Вскоре свет снова загорелся, и библиотека наполнилась привычным гулом голосов и движением.

Кай всё ещё стоял рядом. Лея не убрала руку, хотя его пальцы больше не касались её. Между ними оставалось расстояние, которое можно было преодолеть одним шагом.

— Спасибо, — сказала она, стараясь вернуть голосу лёгкость, — За то, что успокоил.

— Я просто оказался рядом, — сказал он и вернул взгляд к девушке напротив.

— Конечно.

— Не делай из этого привычку.

— Поздно, — усмехнулась Лея.

Кай посмотрел на неё долгим взглядом. В его глазах уже не было ни насмешки, ни привычной защиты. Только сомнение и желание — осторожное, сдерживаемое, но слишком явное, чтобы его не заметить.

Девушка повернулась к столу и закрыла ноутбук. Работа могла подождать ещё немного. Проект был готов; осталось обработать его завтра, когда мысли перестанут возвращаться к тому, как близко стоял Кай.

— Пойдём? — спросил он.

— Да.

Они собрали вещи и вышли из библиотеки. В коридоре пахло мокрыми куртками и старой бумагой. За окнами дождь усилился, и капли стекали по стеклу длинными неровными дорожками.

У выхода Лея остановилась, чтобы застегнуть пальто. Кай придержал дверь, пропуская её вперёд. На улице было холодно, но они не ушли сразу, а встали под навесом и слушали, как дождь барабанит по крыше.

— Лея, — произнёс Кай, и в его голосе впервые за вечер не было ни шутки, ни осторожной дистанции.

Она повернулась к нему.

— Да?

Он будто собирался сказать что-то важное, но замолчал. Его взгляд задержался на её лице, скользнул к губам. Лея почувствовала, как сердце ускорилось. Она могла бы сделать шаг назад. Могла бы спросить, что он хотел сказать.

Вместо этого она осталась на месте.

Кай поднял руку и осторожно коснулся её щеки. Его пальцы были прохладными после улицы, прикосновение — почти невесомым. Он смотрел на неё так, словно всё ещё спрашивал разрешения.

Лея накрыла его ладонь своей.

Этого оказалось достаточно.

Кай наклонился, медленно, оставляя ей время передумать, но девушка сама подалась навстречу. Их губы встретились в коротком, осторожном поцелуе — сначала почти вопросительном. Потом Кай выдохнул, и напряжение, которое он весь вечер удерживал в плечах и челюсти, наконец отпустило.

Лея закрыла глаза. Дождь шумел вокруг, холодный воздух касался лица, а ладонь Кая оставалась у её щеки. Поцелуй стал увереннее, но не торопливым — будто они оба боялись спугнуть то, что только начиналось.

Когда они наконец отстранились тяжело дыша, Кай не убрал руку. Лея подняла на него глаза и увидела, что он улыбается — едва заметно и непривычно тепло.

— Значит, абзац всё-таки проиграл, — прошептал он.

Лея улыбнулась в ответ.

— Не радуйся. Завтра я снова за него возьмусь.

Глава 18

ГЛАВА 18

Утро после поцелуя оказалось совершенно обычным — и именно это сбивало Лею с толку.

В кампусе всё шло своим чередом: студенты спешили на занятия, хлопали двери аудиторий, в кофейне у входа пахло корицей и крепким кофе. На газонах лежал иней, а голые ветви деревьев царапали серое небо. Казалось, ничто не изменилось.

Но Лея замечала Кая повсюду.

Он стоял у лестницы, разговаривая с однокурсником, — и она вспоминала его ладонь у своей щеки. Он проходил мимо в коридоре — и ей чудилось, что губы всё ещё помнят его поцелуй. А когда он наконец посмотрел на неё, она так быстро отвела взгляд, что Нора, шедшая рядом, тихо прыснула.

— Ты сейчас чуть не врезалась в дверь, — заметила подруга, поправляя шарф.

— Не врезалась же, — пробормотала Лея, прижимая к груди папку.

— Потому что дверь успела отойти в сторону.

Лея покосилась на Нору, которая улыбалась, но не поддразнивала всерьёз. В своём тёмно-зелёном пальто и ярком шарфе она выглядела так, будто даже пасмурный день не мог испортить ей настроение.

— Мы не обсуждаем это, — предупредила Лея.

— Я и не обсуждаю. Я просто радуюсь за тебя молча.

— Ты никогда не радуешься молча.

— Тогда буду стараться громче не радоваться, — хихикнула она.

Они свернули к кабинету мистера Харпера. Лея собиралась показать ему обработанную версию проекта и наконец получить замечания. Последние несколько вечеров она проверяла текст и вычищала мелкие ошибки, а Нора помогла ей заменить пару неудачных формулировок.

Мистер Харпер уже ждал их у себя. Он был в жилете поверх светлой рубашки, с очками на кончике носа и стопкой бумаг на столе. На стене за ним висела доска, исписанная датами и напоминаниями о сроках сдачи работ.

— Добрый день, девушки! Как ваши дела? — спросил он, снимая очки и внимательно глядя на них.

— Здравствуйте! — поприветствовали они в унисон.

— Мистер Харпер, я закончила основную часть проекта и почти всё обработала. Осталось проверить оформление и пару источников, — сказала Лея, доставая папку.

— Хорошо. Присаживайся, посмотрим.

Нора устроилась на стуле у окна и принялась листать свои записи. Лея села напротив мужчины и передала ему распечатку. Пока он читал, она следила за его лицом, пытаясь угадать реакцию. Он не хмурился, но и не улыбался — выражение у него было сосредоточенное, почти непроницаемое.

Наконец он положил листы на стол.

— Работа стала заметно яснее, — сказал он, постукивая пальцем по первой странице. — Аргументы теперь выстроены последовательно. Но вот здесь нужно уточнить источник, а в заключении я бы убрал одну фразу. Она звучит слишком категорично.

Лея наклонилась над страницей и записала замечания.

— Поняла. Исправлю сегодня.

— Не торопись ради самого факта, что можно сдать раньше срока. Впереди ещё несколько недель до каникул, но расписание будет плотным. Лучше сделать качественно.

При слове «каникулы» Нора подняла голову.

— Уже почти декабрь, — сказала она. — Если так пойдёт дальше, я моргну — и окажусь дома с чемоданом в руке.

— Это не худший вариант, — заметил мистер Харпер, возвращая Лее распечатку. — Только не забудьте, что до этого у вас ещё занятия, зачёты и мои дедлайны.

Нора прижала ладонь к сердцу с преувеличенной печалью.

— Вы умеете возвращать людей к реальности, мистер Харпер.

— Это часть моей работы, — беззвучно посмеялся он.

Лея улыбнулась. Ей нравилось, что мистер Харпер не пытался запугать их сроками, а просто помогал разложить всё по полочкам. Но, забирая проект, она поймала себя на мысли, что до зимних каникул осталось совсем немного. Ещё недавно декабрь казался далёким, а теперь уже маячил на краю календаря.

Девушки поблагодарили преподавателя и вышли в коридор, где столкнулись с миссис Белл. Она несла коробку с новыми книгами, и одна из них опасно съехала к краю.

— Осторожно, миссис Белл! — воскликнула Нора, подхватывая коробку снизу.

— Спасибо, милая, — выдохнула она и поправила очки. — Эти книги тяжелее, чем выглядят. Я всё время забываю, что нельзя пытаться перенести полбиблиотеки за один раз.

Миссис Белл всегда носила с собой связку ключей, которая тихо звенела при каждом шаге, поэтому было нетрудно догадаться, что она зашла в библиотеку и решила там чем-то помочь. Сегодня на ней был бордовый кардиган и длинная юбка, а седые волосы аккуратно собраны в узел.

Лея взяла коробку с другой стороны.

— Куда отнести? — спросила она.

— В читальный зал, на тележку у стойки. Только не ставьте сверху, там хрупкие обложки, — проинформировала женщина.

Они помогли донести книги. В читальном зале как обычно было тепло и пахло бумагой. На окнах уже появились бумажные снежинки, хотя до декабря оставалось ещё несколько дней. Кто-то из студентов украсил ими стекло, и в сером дневном свете снежинки казались почти настоящими.

— Вы уже готовитесь к зимним каникулам? — спросила Нора, поставив коробку на тележку.

— Я готовлюсь к тому, что в декабре вы все будете приходить сюда в последний момент и спрашивать, где найти нужную книгу, — ответила миссис Белл, улыбнувшись. — А украшения просто помогают пережить холод.

Лея помогла ей разложить книги, а когда выпрямилась, у входа появился Кай.

На нём была чёрная куртка, расстёгнутая поверх тёмно-синего свитера. Волосы слегка растрепались, будто он провёл рукой по ним несколько раз, а на плече висел чехол для нот. Увидев девушек, он замедлил шаг.

Нора заметила его и тут же с особым усердием принялась разбирать книги.

— Привет, — сказала Лея, стараясь, чтобы голос звучал обычно.

— Добрый день! — обратился он к женщине. — Привет, — тише добавил Кай, приветствуя Нору и Лею, на которой он задержал взгляд чуть дольше, чем требовалось.

Миссис Белл посмотрела сначала на него, потом на Лею. В её глазах мелькнуло весёлое любопытство, но она ничего не сказала.

— Ты уже освободился? — спросила Нора, продолжая раскладывать книги и ухмыльнувшись так, чтобы никто не заметил.

— Пара закончилась раньше. Преподаватель решил, что мы достаточно страдали над гаммами на сегодня, — объяснил он подруге.

— И ты сразу сюда? — шепотом спросила Лея.

— Я знал, что ты будешь здесь.

От этих слов у нее потеплели щёки. Нора, не поднимая головы, тихо хмыкнула, но уже более заметно, чем в прошлый раз.

— Что? — спросил Кай, посмотрев на неё.

— Ничего. Просто очень интересное расположение книг, — подруга явно была в хорошем расположении духа. Улыбка не сходила с ее лица.

— Конечно.

Кай подошёл ближе и взял у Леи из рук последние две книги.

— Мистер Харпер уже посмотрел проект? — спросил он.

— Да. Сказал уточнить один источник и поправить заключение, — рассказала девушка.

— Значит, почти готово.

— Почти, — согласилась она.

— Ты всегда говоришь «почти», когда уже всё сделала.

— Это потому, что всегда остаётся что-нибудь доделать.

Он улыбнулся. В последние дни они чаще улыбались друг другу — не только в ответ на шутки, но и просто так, когда встречались взглядом. Между ними появилось что-то тихое и привычное. Кай стал ждать её после занятий, а Лея начала оставлять ему место рядом в библиотеке. Иногда они спорили о музыке, иногда молчали над своими делами, и это молчание больше не казалось неловким.

Нора называла это «подозрительно уютным». А Лея делала вид, что не понимает, о чём речь.

— Лея, — позвала миссис Белл, протягивая ей небольшую карточку. — Можешь передать мистеру Харперу? Он просил напомнить ему про встречу с деканом.

— Конечно.

Кай взял коробку и поставил её на тележку.

— А я пойду в комнату, надо разобрать сегодняшнюю тему, — сказал он, но собирался сначала проводить Лею до кабинета Харпера, просто не стал говорить этого при Норе, чтобы она не придумала ничего.

Лея посмотрела на подругу. Та изобразила полное равнодушие, но её улыбка выдавала всё.

— Иди, — сказала Нора, махнув рукой. — Я закончу здесь.

Они вышли в коридор. Там было прохладнее, и шаги отдавались эхом от каменного пола. Кай шёл рядом, не касаясь её, но близко настолько, что Лея чувствовала тепло его плеча.

— Как прошла пара? — спросила она.

— Нормально. Мы разбирали новую пьесу. Преподаватель сказал, что мне нужно играть её не так резко.

— А ты играешь резко? — уточнила девушка.

— Иногда.

— Наверное, это полезно. Сразу слышно, когда ты злишься.

Кай бросил на неё взгляд и спросил:

— Ты думаешь, я часто злюсь?

— Я думаю, ты часто делаешь вид, что не злишься.

Он ответил не сразу. Они остановились у окна, за которым медленно падали редкие снежинки. Первый снег был почти незаметным — несколько белых точек на тёмном стекле.

— Ты стала слишком хорошо меня читать, — вдруг произнёс Кай.

— Может, ты стал меньше прятаться.

Парень посмотрел на неё, и на мгновение в его лице исчезла привычная настороженность. Лея почувствовала, как между ними снова возникает то самое притяжение — негромкое, но сильное. Ей захотелось коснуться его руки. Она почти решилась, но в конце коридора раздались быстрые шаги.

К ним приближался незнакомый студент с папкой под мышкой. Он бросил на Кая короткий взгляд, затем остановился.

— Кай? — спросил он, не скрывая удивления. — Не думал, что ты всё ещё здесь.

Кай мгновенно напрягся. Его плечи стали жёсткими, а лицо закрылось, словно кто-то захлопнул дверь.

— Как видишь, ты ошибся, — ответил он ровно.

Студент усмехнулся.

— Твой отец вчера звонил в деканат. Похоже, ему что-то не нравится.

Лея посмотрела на Кая, который не сводил глаз с незнакомца, но его пальцы сжались в кулак.

— Не твоё дело, — жестко произнёс Кай.

— Просто передаю, что слышал, — студент пожал плечами и пошёл дальше. Его шаги быстро стихли за поворотом.

Лея осторожно коснулась рукава Кая.

— Ты в порядке? — спросила она обеспокоенно.

Он посмотрел на её руку, потом на неё. В его взгляде мелькнуло что-то тревожное — и тут же исчезло.

— Да. Просто не хочу обсуждать это.

— Хорошо. Не будем.

Кай кивнул, но напряжение не ушло. Он отвёл взгляд к окну. Снежинки продолжали падать, цепляясь за стекло и тут же тая.

Лея не стала задавать новых вопросов. Она понимала: он сам расскажет, когда будет готов. По крайней мере, ей хотелось в это верить.

Из кабинета мистера Харпера донёсся звонок телефона. Кай отступил на шаг, будто вспомнил, зачем они пришли.

— Тебе нужно передать карточку, — сказал он.

— Да. Я сейчас, — она направилась к двери, но перед тем как войти, обернулась.

Кай всё ещё стоял у окна. Он смотрел на неё, и в его лице снова читались тепло и нежность — только теперь к ним примешивалось что-то тяжёлое, чего она не могла понять.

Она постучала и вошла в кабинет, а когда вышла, коридор был пуст.

Кай исчез. На подоконнике осталась лишь тонкая белая полоска снега, растаявшая почти до прозрачности.

А в кармане её пальто завибрировал телефон.

Сообщение было от Кая: «Нам нужно поговорить. Не сегодня. Но скоро».

Глава 19

ГЛАВА 19

Несколько дней спустя погода уже больше походила на зимнюю. Снег шел крупными хлопьями, и, прилипая к окнам корпуса, стекал по стеклу тонкими кривыми дорожками, превращая двор в размытое серое пятно.

В комнате Норы пахло горячим шоколадом и корицей. На подоконнике теснились горшки с растениями, а возле кровати лежали раскрытые книги и стопка чистого белья, которую Нора обещала убрать ещё утром.

Лея сидела на краю кровати, обхватив ладонями кружку. Она была в свободном свитере, рукава которого почти закрывали пальцы. Волосы, ещё влажные после душа, спадали на плечи. Последние дни она жила у Норы — не потому, что у них с Каем случилась ссора, а потому, что сама решила дать ему пространство.

Всё началось с сообщения от Кая, которое она увидела выйдя из кабинета мистера Харпера. Тем вечером Нора предложила Лее пожить у нее, но девушка сразу предположила, что этого хотела не столько подруга, сколько Кай. Позже, когда они уже устроились на кровати в комнате Норы, та призналась, что это была просьба Кая.

Лея тогда сразу поняла: он не хотел, чтобы она оставалась одна, но и рядом с собой видеть её сейчас не мог.

Сейчас, спустя несколько дней после того, как Лея временно переселилась к Норе, они так же сидели на кровати и разговаривали.

— Если ты сразу поняла, что он захотел, чтобы ты пожила со мной, почему не сходила к нему и не поговорила лично? — спросила Нора, усаживаясь напротив. Она подтянула к груди ноги и обхватила свою кружку с какао обеими руками.

Лея опустила взгляд на горячий шоколад. На поверхности дрогнуло отражение лампы. Она провела пальцем по краю кружки, подбирая слова.

— Это значит, что он хочет побыть один. Я не хочу превращать его просьбу в повод всё равно быть рядом. Наверное, ему правда нужно время.

Нора чуть нахмурилась. Она была в тёмно-зелёном кардигане и домашних носках, с волосами, собранными в высокий небрежный пучок. Обычно она легко шутила и быстро находила нужные слова, но сейчас смотрела на Лею серьёзно.

— А тебе самой чего хочется? — спросила она.

Девушка не сразу ответила. За окном проехала машина, и её фары на мгновение осветили комнату. Лея поставила кружку на тумбочку и сцепила руки.

— Я хочу, чтобы он не отталкивал меня, — призналась она наконец. — И чтобы я не гадала каждый раз, что он на самом деле думает.

Подруга придвинулась ближе, но не стала перебивать.

— Я хочу тебе кое-что сказать, — продолжила она. Щёки у неё порозовели, и она отвела взгляд. — Только не смейся.

— Не буду, — мягко ответила Нора.

Лея глубоко вдохнула. Она произнесла следующие слова быстро, будто боялась, что передумает:

— Кажется, Кай мне нравится. По-настоящему.

Нора не улыбнулась и не стала поддразнивать. Она лишь внимательно посмотрела на подругу.

— Давно?

— Не знаю. Постепенно. Наверное, ещё тогда, когда он начал замечать, что я устаю, хотя сам делал вид, будто ему всё равно. Или когда он спорил со мной из-за каждой мелочи, а потом всё-таки помогал. — Лея слабо улыбнулась, но улыбка тут же исчезла. — Я всё время убеждала себя, что он просто такой. Что это ничего не значит.

— А теперь?

Лея посмотрела на свои руки.

— Если его чувства взаимны, я бы попробовала быть с ним. Не сразу бросаться в отношения, а просто… дать нам шанс. — Она помолчала, потом добавила: — И сказала бы мистеру Харперу, что не буду переезжать.

Нора нахмурилась.

— Ты не должна решать, где жить, только из-за Кая.

— Я знаю, — поспешно сказала Лея. — Это не только из-за него. Мне нравится быть здесь, — имея ввиду весь старый корпус, попыталась объяснить она. — Но… если бы с Каем всё получилось, мне было бы легче остаться. Я бы не чувствовала, что держусь за место, где никому не нужна.

— Ты нужна не только ему, — сказала Нора. В её голосе появилась твёрдость. — И уж точно не обязана доказывать это тем, останешься ты или уедешь.

Лея кивнула, но не стала спорить. Нора была права — она это понимала. Только понимание не отменяло того, что её чувства к Каю становились всё сильнее.

Они ещё немного посидели молча. Нора рассказывала о занятиях и о том, как мистер Харпер снова заставил редакцию перепроверять каждую цифру в статье. Лея слушала, но мысли то и дело возвращались к Каю.

Позднее Нора ушла на кухню уже за чаем, а Лея достала блокнот и ручку. Она хотела написать Каю сообщение, но каждый вариант казался неправильным. Слишком холодным. Слишком настойчивым. Слишком откровенным.

В конце концов она вырвала листок и начала писать от руки.

«Кай, я не знаю, что ты сейчас чувствуешь и готов ли говорить об этом, но, думаю ты и так догадываешься, что у меня к тебе что-то есть. Не хочу, чтобы ты отвечал из жалости или потому, что боишься меня обидеть. Просто хотела, чтобы ты знал наверняка.

Лея.»

Она перечитала записку. Слова казались слишком маленькими для того, что она чувствовала, и слишком большими для того, что осмеливалась сказать вслух.

Лея сложила лист пополам и спрятала его в карман.

Они еще немного посидели с Норой за чаем, поговорили, посмеялись и улеглись спать.

***

На следующий день Лея дождалась, пока Кай уйдёт на пары, так как знала его расписание: до вечера он должен был быть главном корпусе. В коридоре было тихо; за закрытыми дверями кто-то разговаривал, а из дальнего конца этажа доносился глухой звук телевизора.

Она остановилась перед комнатой Кая и несколько секунд просто смотрела на ручку двери, убеждая себя, что может передумать. Потом достала ключ и открыла дверь.

Внутри было прохладно и тихо. Комната выглядела так, словно Кай вышел всего на минуту: на стуле висела тёмная куртка, рядом со столом стояла гитара в черном чехле, а на подоконнике лежала раскрытая книга. На столе громоздились тетради, листы с заметками и чашка с остывшим кофе.

Лея положила записку на свободное место рядом с тетрадью. Потом отступила на шаг и посмотрела на неё. Бумажный листок выглядел почти незаметным среди его вещей.

Она хотела оставить рядом короткое сообщение — что-то вроде «прочитай, когда сможешь», — но не смогла подобрать слов. В конце концов Лея просто вышла и тихо закрыла дверь.

Весь день она старалась не думать о записке. Она помогла Норе разобрать покупки, ответила на письма и даже открыла книгу, которую давно собиралась прочитать. Но взгляд всё время соскальзывал со страницы. Ей хотелось знать, вернулся ли Кай, увидел ли листок, прочитал ли его.

К вечеру терпение закончилось.

Лея накинула на пижаму длинный белый кардиган подруги и обулась в нежно-голубые тапочки. Нора, сидевшая за столом с ноутбуком, подняла голову.

— Ты куда? — спросила она.

— К Каю. Я хочу поговорить с ним лично.

Девушка закрыла ноутбук и спросила:

— Ты уверена, что он будет готов разговаривать?

— Нет, — призналась Лея. — Но я не хочу оставлять всё так. Мне нужно хотя бы посмотреть ему в глаза.

Нора подошла к ней и обняла.

— Хорошо. Только помни: тебе не нужно просить прощения за свои чувства.

Лея кивнула и вышла.

В коридоре пахло мокрой одеждой и старым деревом. Лампы под потолком отбрасывали на стены тусклый жёлтый свет. За окнами снег становился сильнее, и ветер гнал по стеклу редкие капли.

Когда Лея подошла к комнате Кая, она услышала голоса. Один принадлежал Каю, другой — незнакомому мужчине.

Она остановилась у двери, которая была приоткрыта, благодаря чему из комнаты падала узкая полоска света.

— Ты понимаешь, что так дальше нельзя, — говорил отец Кая. Его голос звучал сдержанно, но в нём слышалось недовольство. — Рано или поздно это случится, а нам этого не надо.

— Я знаю, — ответил Кай. Он говорил устало, почти без выражения.

Лея замерла. Она не собиралась подслушивать, но услышанное заставило её остаться на месте.

— Тогда перестань делать вид, будто она для тебя что-то значит, — продолжил мужчина.

Наступила тишина.

Лея почувствовала, как сердце начало биться быстрее. Она хотела отойти, но ноги словно приросли к полу.

— Она просто соседка, — твердо сказал Кай. — Временная проблема.

Слова прозвучали ясно.

Лея ощутила, как внутри всё сжалось. В груди стало тяжело, будто кто-то положил на неё камень. Она не услышала, что Кай сказал дальше: биение сердца и гул крови в ушах заглушили остальные слова.

«Временная проблема» — без остановки крутилось у нее в голове.

Она медленно отступила от двери, и только тогда заметила, что сжала край ночной футболки так сильно, что пальцы побелели. Лея не заплакала. Она просто развернулась и пошла обратно по коридору, стараясь ступать тихо.

Ей хотелось вернуться, войти в комнату и потребовать объяснений. Спросить, почему говорил о ней так, будто она была обузой. Но каждый следующий шаг уводил её дальше, а слова застревали где-то в горле.

Нора открыла дверь почти сразу. Увидев Лею, она перестала улыбаться.

— Что случилось? — спросила девушка, отступая, чтобы пропустить подругу.

Лея сняла кардиган, но так и не повесила его. Она держала его в руках, глядя в пол.

— Я слышала, как Кай разговаривал с отцом, — тихо сказала она.

Нора ничего не сказала, только подошла ближе.

— Он сказал, что я просто соседка. Временная проблема, — произнесла Лея. Голос у неё дрогнул на последнем слове. — Я не знаю, о чём они говорили. Может, я не всё услышала. Но это он сказал.

— Лея, — тихо произнесла Нора.

— Я не хочу сейчас разбираться, — перебила её Лея. Она наконец повесила кардиган на крючок и прижала пальцы к вискам. — У меня болит голова. Очень сильно.

Нора осторожно обняла её за плечи.

— Иди ляг. Я принесу воды и лекарство.

Лея кивнула и прошла в комнату. Она сняла тапочки и легла, не включая свет. Нора поставила на тумбочку стакан воды и таблетку, а затем села рядом.

— Хочешь, я останусь? — спросила она.

— Просто побудь немного, — попросила Лея.

Подруга взяла её за руку, и они молчали, пока ветер продолжал свистеть за окном. Когда Лея закрыла глаза, тяжесть в груди никуда не исчезла.

Она думала о записке, оставленной на столе Кая. Он прочитал её? Понял, что она имела в виду? Или слова так и остались лежать среди его бумаг, незамеченные и ненужные?

Ночь прошла беспокойно. Лея несколько раз просыпалась от головной боли и каждый раз долго смотрела в темноту.

***

Утром её разбудил звук пришедшего на телефон сообщения.

Нора, которая держала в руке телефон, уже была одета и собрана. На ней был серый свитер и длинная юбка, а волосы она заплела в косу.

— Мистер Харпер написал, — сказала она. — Просит тебя прийти в редакцию. Говорит, что нужно обсудить статью.

Лея села на кровати. Голова всё ещё ныла, но уже не так сильно. Она умылась холодной водой, собрала волосы и надела тёмный свитер. В зеркале отражалось бледное лицо с тенями под глазами. Лея задержала взгляд на своём отражении, затем выпрямила плечи и вышла в коридор.

В редакции было шумно. Кто-то печатал за компьютером, кто-то спорил у стола с распечатками. На стене висели заметки и фотографии, а у окна стоял старый радиатор, который стучал так громко, что временами заглушал разговоры.

Мистер Харпер ждал Лею у своего стола. Он был в тёмном пиджаке и светлой рубашке, а серебристые волосы аккуратно зачёсаны назад. Перед ним лежал распечатанный экземпляр статьи, испещрённый пометками.

— Я прочитал финальную версию, — сказал он, подняв на неё взгляд. — Она сильная.

Лея остановилась напротив стола.

— Вы уверены, что её можно публиковать? — спросила она. — Чем глубже мы копали, тем больше находили подводных камней. Есть люди, которым эта статья точно не понравится.

Мистер Харпер снял очки и положил их на стол.

— Я знаю. Но факты проверены, документы подтверждены, источники согласились на публикацию. Вы хотите отступить только потому, что кому-то неудобно?

Лея посмотрела на распечатку. В статье были даты, имена и документы, которые меняли первоначальную картину. Чем больше открывалось подробностей, тем яснее становилось: история затрагивала людей, которые не собирались молчать. Лея понимала, что после публикации начнутся вопросы. Возможно, угрозы. Возможно, давление.

Но она знала и другое: если сейчас отступить, правда так и останется спрятанной.

— Нет, не хочу. Я готова, — решительно сказала она.

Мистер Харпер внимательно посмотрел на неё.

— Ты уверена?

Лея подумала о вчерашнем вечере, о словах Кая и о записке, оставленной на его столе. Боль всё ещё была с ней, но сейчас она не позволила ей остановиться.

— Да, — ответила она.

Она села за компьютер, ещё раз проверила заголовок, ссылки и подписи. Потом открыла страницу публикации. Курсор замер над кнопкой.

Лея глубоко вдохнула и нажала.

На экране появилась надпись: «Опубликовано.»

Несколько секунд она просто смотрела на неё. Потом редакционный телефон зазвонил. Один раз. Второй. Третий.

Мистер Харпер нахмурился и потянулся к трубке.

— Редакция, — произнёс он.

На том конце повисла короткая пауза. Лея увидела, как его лицо изменилось.

— Откуда вы узнали, что статья уже вышла? — спросил он.

Она подняла глаза от экрана.

Мистер Харпер молча слушал, а затем медленно посмотрел на Лею.

— Что случилось? — спросила она, чувствуя, как тревога снова поднимается внутри.

Он прикрыл трубку ладонью.

— Кто-то уже пытается заставить нас снять статью, — сказал он. — И, судя по всему, знает о ней гораздо больше, чем должен был.

Глава 20

ГЛАВА 20

— Кто-то уже пытается заставить нас снять статью, — сказал мистер Харпер, прикрыв ладонью трубку. — И, судя по всему, знает о ней гораздо больше, чем должен был.

Лея смотрела на экран. Рядом с заголовком статьи горела маленькая отметка: «Опубликовано». Она ждала, что почувствует облегчение. Вместо этого внутри росло беспокойство.

Харпер закончил разговор и положил телефон на стол.

— Кто звонил? — спросила Лея.

— Представитель попечительского совета. Требует убрать материал и угрожает жалобой на редакцию.

— Но статья только что вышла, — недоуменно сказала девушка.

— Вот и я ему это сказал. Если там есть конкретная ошибка, пусть укажут на неё письменно. Пока никто не назвал ни одной.

Лея снова посмотрела на заголовок «Как фонд Вейлов изменил жизнь студентов «Северного Атласа»». Она уже видела его десятки раз: в черновиках, распечатках, заметках на полях, но только сейчас решила узнать у мистера Харпера то, что возможно объяснит такую реакцию на ее работу.

— Мистер Харпер, а эта семья сейчас имеет отношение к колледжу? — поднимая глаза на мужчину, спросила она.

— Да, — подтвердил он опасения Леи. — Я думал ты в курсе, вы же вместе живете.

Лея замерла. Перед глазами возник мужчина в тёмном пальто, которого она встретила в комнате. Сдержанный голос. Короткое рукопожатие. «Лея, это мой отец».

— Марк Вейл, — произнесла она.

Харпер поднял глаза.

— Отец Кая. Его фамилия — Вейл, — она произнесла это тихо, будто надеялась, что от этого слова перестанут складываться в единую картину.

Мужчина помедлил, прежде чем ответить:

— Да. Это его отец.

Лея отодвинулась от стола. В ней столкнулись растерянность и стыд — не за статью, а за то, что она не поняла связи раньше. Она знала фамилию, знала, что отец Кая влиятелен и связан с колледжем. Но не соединила одно с другим. Или не захотела соединять.

— Я не знала, — сказала она. — Когда выбирала тему, я не знала, что пишу о его семье.

— Я понимаю.

— И когда показывала ему документы, тоже не знала?

Харпер не стал отвечать за неё.

Лея вспомнила старый архив, коробки с письмами, подсказки Кая и то, как он молча придерживал дверь, пока она несла записи. Ничего из этого не казалось ей частью расследования. Тогда он был просто человеком, который знал кампус лучше неё.

— Я должна ему сказать, — произнесла она.

Телефон в её руке коротко завибрировал. Новое сообщение пришло с неизвестного номера: «Немедленно удалите публикацию. Последствия будут серьёзными».

Лея прочитала его дважды.

— Это уже не похоже на просьбу исправить фактическую ошибку, — нахмурившись сказала она.

— Не отвечай, — посоветовал Харпер. — Сделай скриншот и перешли мне. Мы сохраним все обращения. А статью пока не трогаем.

Девушка посмотрела на распечатку. В статье не было ни слова о Кае. Она не использовала его рассказов, не включила в материал ни одной подробности из их разговоров. Но теперь его фамилия стояла на первой странице, а неизвестный человек требовал всё убрать.

— Я не стану её снимать только потому, что она оказалась неудобной для его семьи, — твердо заявила она, убеждая в этом скорее саму себя.

Харпер внимательно посмотрел на неё.

— Тогда будь готова к тому, что кто-то постарается сделать её неудобной и для тебя.

Он не звучал угрожающе. Скорее, предупреждал о том, чего сам не мог предотвратить.

Лея переслала ему сообщение и убрала телефон. Ей хотелось позвонить Каю, но она не знала, с чего начать. «Я не знала, что статья о твоей семье» звучало правдиво — и всё равно слишком похоже на оправдание.

В редакции шумели клавиатуры. За соседним столом кто-то обсуждал публикацию вполголоса. Лея собрала листы, сложила их в папку и убрала в сумку.

— Мне нужно идти, — сказала она Харперу.

— Конечно. Если появятся новые угрозы — сразу сообщи мне.

Она кивнула и вышла.

На улице ветер гнал по дорожкам сухие листья. Лея шла быстро, прижимая сумку к боку. В голове возвращались обрывки вчерашнего разговора за дверью: голос Марка Вейла, пауза, а затем слова Кая: «Она просто соседка. Временная проблема».

Теперь эта фраза звучала иначе. Она всё ещё причиняла боль, но вместе с болью пришли новые сомнения. Может быть, Кай действительно говорил о ситуации, а не о ней. Может быть, собирался объясниться. Может быть, она слишком быстро решила, что поняла всё.

Но статья уже вышла. И теперь её нельзя было превратить в черновик, который никто не видел.

Она направилась в старый корпус, но не хотела ждать Кая и обсуждать происходящее в комнате, где всё ещё стояли их кровати и столы, где каждая вещь напоминала о времени, когда они были ближе.

Дойдя до нужной двери и выдохнув, будто это поможет снять напряжение, девушка провернула ключ в замке. В комнате было тихо. На кровати Кая лежал раскрытый нотный сборник; на его столе стояли две пустые чашки и аккуратной стопкой лежали тетради. Всё выглядело так, словно он вышел всего на несколько минут.

Лея достала из шкафа свои вещи. Свитера, книги, блокнот, коробка с бумагами — всё это оказалось легче собрать, чем она ожидала. Она складывала одежду молча, не позволяя себе задерживаться на мелочах. На спинке стула всё ещё висел кардиган, который Кай однажды накинул ей на плечи, когда в старом корпусе еще не включили отопление. Она сняла его и аккуратно положила в чемодан.

На подоконнике стоял суккулент, который напоминал ей о доме. Его мясистые листья слегка наклонились к окну, ловя бледный дневной свет.

Лея посмотрела на него, но телефон снова завибрировал. Сообщение от Норы: «Ты как?».

Она набрала ответ: «Нормально. Собираю вещи», закрыла чемодан, взяла сумку и вышла, не оглянувшись.

По дороге в свою новую реальность, Лея написала подруге, что хотела бы прогуляться с ней завтра, если она, конечно, захочет. Нора же все поняла без объяснений и согласилась с предложением, даже выдвинув встречное — не идти на занятия вовсе.

Новая комната находилась в другом корпусе — светлом, современном, с широкими коридорами и большими окнами. Она была небольшой, но отдельной: кровать, письменный стол, шкаф и собственная ванная. Лея поставила чемодан у стены и несколько секунд стояла посреди комнаты, не зная, за что взяться первой.

Здесь не было ни гитары, ни чужой чашки на общем столе, ни привычных звуков, к которым она успела прислушиваться по вечерам. Тишина казалась правильной — и совершенно чужой.

Пока девушка раскладывала вещи, к ней зашла Нора, которая поставила на стол два стакана горячего чая и огляделась.

— Уже похоже на твою комнату, — сказала подруга, заметив раскрытый чемодан.

— Пока только на место, где стоят мои вещи.

Нора не стала спрашивать о Кае. Она и так видела, что Лея держится из последних сил.

— Тебе нужна помощь или ты хочешь побыть одна? — аккуратно спросила она.

Лея только вздохнула, садясь на кровать, и подруга опять все поняла без слов. Она подошла к девушке, положила руку на ее плечо и прошептала:

— Все наладится. Я уверена.

Лея кивнула, но продолжала смотреть в пол. Нора распаковала несколько вещей, расставила книги и повесила пальто в шкаф, а перед уходом крепко обняла Лею.

Когда дверь за ней закрылась, Лея еще посидела на кровати, думая о последних днях, а вскоре достала телефон и открыла переписку с Каем. Последнее сообщение от него было отправлено ещё до публикации: «Нам нужно поговорить. Не сегодня. Но скоро».

Лея написала: «Статья уже вышла. Я только сейчас поняла, что она касается твоей семьи. Я не знала об этом раньше».

Она перечитала сообщение и отправила.

Ответа не последовало.

***

Вернувшись после трех пар, Кай увидел, что в комнате больше нет вещей девушки, чьи глаза он видит, когда закрывает свои. Сперва он решил, что Лея забрала гораздо больше вещей к Норе,чем ему казалось, но потом заметил пустой подоконник возле её кровати, аккуратно освобождённый стол и пространство в шкафу, где раньше висела её одежда.

Он остановился посреди комнаты.

На кровати Леи не осталось ни блокнота, ни книги. Только маленький круглый горшок на подоконнике.

Кай достал телефон и написал Норе, которую недавно сам попросил организовать переезд Леи. Временный переезд. Ответ пришёл через минуту: Лея переехала в свою новую комнату в корпусе «Северный». Больше девушка ничего не добавила.

Кай постоял ещё немного, затем направился туда.

Он хотел поговорить с Леей до того, как всё окончательно превратится в недомолвки. Хотел объяснить, что, возможно услышанная ею фраза, не значила того, как она её поняла. Хотел сказать, что отец пытался отговорить его от общения с ней, потому что считал, будто близость с журналисткой поставит под угрозу семейные планы. Кай тогда ответил резко — не потому, что Лея была для него проблемой, а потому, что он не хотел, чтобы отец решал за него, кто ему дорог.

Но пока он шёл по коридору нового корпуса, телефон начал вибрировать без остановки.

Сначала написал отец: «Статья уже опубликована. Удали её, пока это ещё можно сделать без последствий».

Следом пришло сообщение от Норы: «Лея только сегодня узнала, что статья о вашей семье».

Потом — ещё одно от отца: «Ты понимаешь, что они используют твою фамилию? Не помогай им превращать это в скандал».

Кай открыл статью. Заголовок сразу бросился в глаза. Под ним стояла фамилия, которую он знал с детства, — его собственная семья, описанная через решения, письма и старые протоколы.

До него дошло, что Лея работала над этой темой всё то время, пока они сближались.

И тут же в памяти вспыхнули другие детали: её вопросы о колледже, визиты в архив, записи, которые она делала после их разговоров. Кай понимал, что она могла не знать, чья именно семья стоит за документами. Но страх успел раньше, чем разум.

Он дошёл до двери Леи и постучал.

Она открыла почти сразу. На ней был простой тёмный свитер, волосы собраны в небрежный хвост. На полу за её спиной стоял ещё не полностью распакованный чемодан.

— Кай.

— Ты знала? — спросил он, зная, что она понимает о чем речь.

Лея отступила на шаг, но не предложила ему войти. Кай всё же прошёл в комнату, стараясь не задеть чемодан. Телефон снова завибрировал. Он отвернул экран, но Лея успела заметить имя отца.

— Нет. Узнала сегодня, Харпер рассказал.

— Да ладно, Лея, — усмехнулся он. — Ты ведь понимала, что моя семья связана с колледжем.

— Я знала, что твой отец влиятельный. Это не то же самое, что знать, о ком именно моя статья.

— И ты не подумала спросить меня? — он сжал зубы так сильно, что линия его челюсти стала еще более выразительной и четкой.

— А ты не подумал спросить, над чем я работаю? — задала встречный вопрос девушка.

— Я не знал, что твой проект превратится в такую статью.

— И я не знала, что ты однажды назовёшь меня временной проблемой, — выпалила она.

Кай задержал дыхание.

— Ты сблизился со мной, чтобы понять, что я собираюсь опубликовать, — продолжила Лея. — Или повлиять на то, как я напишу о твоём отце.

Кай посмотрел на неё и его глаза как будто стали темнее. Ответ не пришёл сразу, и эта пауза показалась Лее красноречивее любых слов.

— А ты, значит, общалась со мной, чтобы собрать материал? — с горькой усмешкой произнес он.

— Я не использовала тебя.

— Но ты задавала вопросы. Слушала, что я рассказываю про семью, смотрела документы, в которых стояла наша фамилия.

— Ты сам показал мне архив, — Лея не пыталась оправдаться, она просто хотела сохранить то, что было между ними.

— Потому что доверял тебе, — произнес парень так, будто это было самой большой его ошибкой.

— Я тоже думала, что ты доверяешь мне, — сказала Лея. — Но потом услышала, что я для тебя временная проблема.

— Ты слышала одну фразу без контекста!

Кай побледнел от злости.

— А ты сейчас читаешь статью и уже решил, что я всё спланировала!

Кай сжал телефон. На экране появилось ещё одно сообщение, но он не стал его читать.

Он сделал шаг к ней, но остановился. Между ними оставалось совсем немного пространства — то самое расстояние, которое раньше можно было преодолеть одним движением. Теперь оно казалось непреодолимым.

— Ты и правда оказалась проблемой, — произнёс он. — Когда-то ты пообещала, что не заставишь меня жалеть, что я открылся тебе, — вновь горько усмехнулся Кай. — Теперь я обещаю тебе, что твоя жизнь здесь не будет прежней. Ты разбудила то, с чем не сможешь справиться, — жестко сказал он.

— Ты угрожаешь мне, Кай? — не веря своим ушам, спросила Лея.

— Нет, что ты, — ехидно ответил парень. — Я всего лишь даю тебе слово, как когда-то и ты мне. Только проблема для тебя в том, что я свое слово держу, — добавил он.

Телефон Кая снова завибрировал. На этот раз он посмотрел на экран. «Позвони мне немедленно».

Он выключил звук и убрал телефон в карман.

Девушка кивнула. Этих слов оказалось достаточно, чтобы она почувствовала боль в груди.

— Мне не о чем с тобой говорить. Тебе лучше уйти, — сказала она.

— О, но ты будешь говорить, — улыбнувшись сказал он. Если бы не глаза, которые выдавали его отношение к ней, можно было бы подумать, что он относится к ней как прежде. — Если я этого захочу, разумеется, добавил он, все еще пристально смотрел на неё сверху вниз.

Лея почувствовала, как внутри что-то окончательно закрывается. Она не хотела, чтобы он видел, насколько ей больно. Ей понятно, что между ними не было правды, поэтому и надежды на то, чтобы вернуть доверие, теперь тоже нет.

Она отошла от него в сторону двери и открыла ее, сказав:

— Пошел вон.

Кай не сразу двинулся. В его голове звучали сообщения отца, заголовок статьи и слова Леи — «Ты сблизился со мной, чтобы понять, что я собираюсь опубликовать».

Он вновь усмехнулся и вышел.

Дверь закрылась тихо, без хлопка.

На столе лежал её блокнот, на экране ноутбука всё ещё была открыта статья. Лея не стала её удалять. Не стала и перечитывать. Только села на пол возле чемодана, прижала ладони к вискам и дала волю слезам.

В старом корпусе на подоконнике остался забытый суккулент, о котором девушка вспомнила лишь позже, когда в новой комнате стемнело и на улице загорелись фонари.

А в это время Марк Вейл снова звонил сыну, — требовал остановить публикацию и напоминал о будущем, которое давно выбрал для него.

Кай не отвечал отцу, просто молча лежал на кровати и смотрел в потолок.

Хотелось верить, что всё между ними было настоящим, но перед глазами снова вставали его слова о том, что она лишь временная проблема, и фамилия Вейл под заголовком статьи.

Глава 21

ГЛАВА 21

Утром Лея проснулась от стука в дверь.

Она долго не шевелилась, прислушиваясь. За окном шёл мелкий снег, а в комнате пахло картоном и свежей краской: чемодан она так и не разобрала до конца. На стуле висел свитер, книги лежали стопкой у стены, на столе громоздились бумаги по проекту.

Стук повторился.

Лея поднялась, накинула кардиган и открыла дверь. На пороге стоял мистер Харпер. Его серые волосы были влажными от снега, а в руке он держал тонкую папку.

— Доброе утро, Лея, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Прости, что так рано. Можно войти?

Она пропустила его внутрь и закрыла дверь.

— Доброе. Что-то случилось? — спросила Лея, невольно напрягшись.

— Вчера вечером пришло официальное письмо от представителей Марка Вейла. Они требуют временно снять статью, пока редакция не пересмотрит её содержание.

Лея опустила глаза на папку. Внутри поднялась знакомая тяжесть — не удивление, скорее подтверждение того, чего она опасалась.

— Они назвали конкретные ошибки? — спросила она, сцепив руки на груди.

— Пока нет. В письме говорится, что материал вводит читателей в заблуждение и наносит ущерб репутации семьи, — ответил Харпер, положив папку на стол. — Я передал его юристу колледжа. Статью удалять не собираюсь, но проверю каждое спорное утверждение ещё раз.

— Я тоже проверю, — сказала Лея, стараясь не выдать, как сильно дрогнул голос. — Если там есть ошибка, я исправлю её.

— Именно этого от тебя и жду, — произнёс Харпер, мягко кивнув. — Не поддавайся ни давлению, ни желанию защищаться заранее. Пусть за тебя говорят документы.

Он не стал задерживаться. У двери Харпер обернулся, словно хотел добавить что-то личное, но ограничился коротким кивком и ушёл.

Лея осталась одна.

Она открыла ноутбук и перечитала опубликованный текст. В статье говорилось о том, как фонд Вейлов менял условия стипендий, о задержках выплат и о письмах студентов, просивших объяснить решения комиссии. Ни один из этих фактов не был придуман. Но некоторые документы оставляли вопросы, на которые Лея пока не нашла ответа.

Ей хотелось поверить, что этого достаточно, чтобы отстоять публикацию. Но она знала: точность текста — не единственное, что теперь поставлено на карту.

Телефон завибрировал. Сообщение было от Норы: «Ты сегодня идёшь на занятия? Если не хочешь, я могу попросить у преподавателей и принести тебе конспекты».

Лея посмотрела на экран и только потом заметила, что подруга не спрашивает о Кае. Наверное, Нора решила не заставлять её говорить о вчерашнем дне.

«Приду. Не хочу прятаться в комнате», — набрала Лея и отправила.

Она умылась, оделась и собрала волосы в хвост. Прежде чем выйти, задержала взгляд на коробке с книгами. Лея вспомнила о суккуленте, заметив немного свободного места около книг, которое и предназначалось для растения. Потерев лицо, она решила забрать его позже, когда сможет зайти туда, не столкнувшись с Каем.

На кампусе статью уже обсуждали.

Лея поняла это по взглядам, которые задерживались на ней чуть дольше обычного. В коридоре двое студентов оборвали разговор, когда она проходила мимо. У входа в аудиторию кто-то произнёс фамилию Вейл, а затем резко понизил голос.

Она продолжала идти, делая вид, что не замечает.

Нора ждала у лестницы. Её тёмные кудри выбились из-под шапки, а ярко-жёлтый шарф выделялся на фоне серых пальто и мокрых стен.

— Ты выглядишь так, будто почти не спала, — сказала Нора, внимательно оглядев Лею.

— Я и не спала, — призналась Лея, поправляя ремень сумки. — Просто старалась лежать с закрытыми глазами.

— Это почти считается, — ответила Нора, сдержанно улыбнувшись.

Они пошли к аудитории. Несколько шагов прошли молча.

— Кай приходил ко мне вчера вечером, — сказала Лея, глядя перед собой.

Нора не стала спрашивать, зачем. Только чуть медленнее ступила по лестнице.

— И как всё прошло? — спросила она осторожно.

— Мы решили, что каждый из нас использовал другого.

Нора нахмурилась, но не перебила.

— Он думает, что я расспрашивала его о семье ради статьи. А я… — Лея запнулась и сильнее сжала лямку сумки. — Я подумала, что он сблизился со мной, чтобы повлиять на то, что я напишу.

— Ты правда в это веришь? — спросила Нора, задержав на ней взгляд.

— Не знаю. Но после того, что я услышала, мне трудно отделить правду от того, чего я боюсь.

Нора кивнула. В её лице не было ни осуждения, ни попытки немедленно утешить Лею.

— А он знает, что ты не понимала, о какой семье пишешь?

— Знает. Но не верит.

— Тогда, наверное, сейчас вам обоим нужно немного времени, — сказала подруга, мягко коснувшись её рукава. — Но не позволяй чужим слухам решать за тебя, что ты чувствовала.

Лея не ответила. Ей хотелось сказать, что это уже случилось — вчера, когда всё хорошее в их отношениях стало похожим на возможный обман. Но слова показались слишком тяжёлыми для коридора, где студенты спешили на занятия.

На первой паре Лея почти не слышала преподавателя. Она записывала тему лекции, но несколько раз замечала, что взгляд возвращается к телефону. Кай не писал. Она тоже не решалась.

Когда занятие закончилось, Харпер попросил её задержаться.

— Я собираюсь перепроверить приложение к протоколу заседания от четырнадцатого марта, — сказала Лея, складывая тетради в сумку. — В архивной папке его не было.

— Ты уверена, что к протоколу вообще было приложение? — спросил Харпер, собирая бумаги со стола.

— Не уверена. Но в самом протоколе есть ссылка на приложенный список заявок. Я искала его в коробке, но там лежали только письма и копия протокола.

Мужчина задумчиво провёл пальцем по краю стола.

— Сначала поговори с архивариусом. Не делай выводов о том, что документ пропал, пока не проверишь каталог.

— Я знаю.

— И ещё, Лея. Если тебе попадутся материалы, которые могут навредить конкретному человеку, не публикуй их, пока мы не удостоверимся, что они подлинные и относятся именно к этому решению.

— Я не собираюсь публиковать то, чего не могу подтвердить, — ответила она.

Харпер внимательно посмотрел на неё, словно хотел убедиться, что она говорит не из упрямства.

— Хорошо. Тогда продолжай работу спокойно и ничего не предпринимай одна.

Лея вышла из аудитории и направилась в библиотеку. Там она провела почти час, сравнивая описи и старые каталожные карточки. В папке с протоколами действительно числилось приложение, но в архиве его не оказалось. На карточке рядом с номером дела кто-то карандашом написал: «Передано в офис попечителей».

Она переписала пометку в блокнот и сфотографировала карточку для Харпера.

На обратном пути в комнату Лея столкнулась с Каем.

Он шёл ей навстречу по коридору. На нём был тёмно-синий свитер и бомбер, застегнутый наполовину. Волосы, влажные от снега, падали на лоб. Увидев Лею, он замедлил шаг, но не остановился.

— Ты могла бы хотя бы написать мне, что собираешься делать дальше, — сказал он, отводя взгляд к окну.

Лея остановилась.

— А ты собирался присылать мне отчёты о разговорах с отцом? — спросила она, стараясь держать голос ровным.

— Я не обязан отчитываться перед тобой, — ответил Кай, сжав челюсть.

— И я не обязана согласовывать с тобой публикацию статьи.

Он посмотрел на неё. В его глазах мелькнула злость, за которой скрывалась усталость.

— Ты правда не понимаешь, что из-за этой статьи меня уже начали спрашивать о семье? — спросил он, понизив голос.

— Понимаю. И мне жаль, что тебя втянули в то, чего ты не выбирал, — сказала Лея, выпрямившись. — Но я не сниму статью, пока не увижу оснований считать её неверной.

— Тебе жаль — и всё равно ты оставляешь её висеть в сети, — произнёс Кай, чуть нахмурившись.

— Ты хочешь, чтобы я удаляла всё, что может задеть твоего отца?

— Я хочу, чтобы ты хотя бы на минуту подумала о том, что будет со мной.

— Я думала о тебе, — тихо сказала Лея. — Именно поэтому не использовала ни одного твоего слова.

Кай отвёл глаза.

— Зато ты использовала всё остальное.

Лея почувствовала, как неприятно сжалось горло. Она не хотела спорить с ним в коридоре, под взглядами студентов, но и отступать не собиралась.

— Ты сам помогал мне искать материалы, — сказала она. — Если это было ошибкой, значит, мы оба ошиблись. Но не делай вид, будто я заранее знала, что они принадлежат твоей семье.

— Я не знаю, что ты знала, — ответил Кай, уже тише. — В этом и проблема.

Он обошёл её и продолжил путь. Лея осталась стоять, пока его шаги не стихли за поворотом.

Нора ждала у лестницы. Она не слышала разговора, но, взглянув на лицо Леи, всё поняла.

— Хуже стало? — спросила она, нахмурившись.

— Ничего не стало, — ответила Лея. — Просто мы больше не умеем разговаривать.

На мгновение Нора коснулась её плеча, но ничего не сказала.

После занятий Лея вернулась в новую комнату и открыла ноутбук. На почте её ждал ещё один запрос от представителей Марка Вейла. В этот раз письмо было длиннее: они оспаривали формулировку о задержках стипендий и утверждали, что документы не учитывают «обстоятельства отдельных случаев».

Конкретных опровержений по-прежнему не было.

Лея переслала письмо Харперу и добавила в рабочую папку фотографию архивной карточки. Потом закрыла ноутбук.

За окном темнело. Она долго сидела неподвижно, глядя на своё отражение в стекле. На экране телефона по-прежнему не было сообщений от Кая.

Лея вдруг вспомнила о суккуленте.

Она обещала Максу присылать его фотографии. Растение пережило переезд, дождливые дни и тесный подоконник. А она оставила его в комнате, где теперь не хотела появляться.

Нора предлагала сходить за растением самой, но Лея не хотела, чтобы из-за их отношений с Каем, в ее жизни что-то поменялось.

Потом снова открыла статью. Под заголовком всё ещё стояла фамилия Вейлов. Лея перечитала текст, остановилась на абзаце о мартовском заседании и добавила себе в заметки короткую строку: «Найти приложение. Проверить, кому передали документы и почему».

Она пока не знала, что именно скрывалось в недостающих страницах. Но знала: если кто-то так настойчиво хотел остановить статью, ответы могли оказаться важнее, чем она предполагала.

А утром ей предстояло вернуться в старый корпус за суккулентом — и снова встретиться с Каем.

Глава 22

ГЛАВА 22

На следующее утро Лея проснулась раньше будильника.

Снег за окном не прекращался всю ночь. Теперь он лежал тонким слоем на карнизах и дорожках, а по стеклу медленно ползли капли растаявшей влаги. В новой комнате было прохладно: отопление работало, но ещё не успело прогреть стены. Лея натянула свитер, собрала волосы и посмотрела на пустое место у окна, где собиралась поставить растение.

— Готова? — спросила Нора, заглянув в комнату.

Подруга уже надела пальто и повязала жёлтый шарф. В руках она держала небольшую картонную коробку, выстеленную бумагой.

— Ты принесла упаковку для растения? — спросила Лея, застёгивая куртку.

— Я не знала, насколько оно обиделось на переезд, — ответила Нора с серьёзным видом. — Решила подготовиться к худшему.

Лея улыбнулась, но улыбка вышла короткой. Она взяла ключ от старой комнаты и положила в карман.

До старого корпуса они дошли молча. Нора не торопила её, и Лея была благодарна за это. Она не знала, встретит ли там Кая. Часть её надеялась, что его не будет. Другая — что он всё-таки окажется на месте, хотя Лея не могла объяснить себе зачем.

У двери она задержала руку на ключе.

— Если он там, мы просто возьмём растение и уйдём, — сказала Лея, не глядя на Нору.

— Хорошо, — ответила Нора, мягко кивнув. — А если он захочет поговорить?

— Тогда я решу, хочу ли слушать.

Лея открыла дверь.

Комната была пуста. Кровать Кая оказалась застелена, на столе лежала закрытая тетрадь, а гитара стояла у стены в чехле. На подоконнике по-прежнему находился суккулент — на прежнем месте, рядом с окном.

Лея прошла к нему и осторожно взяла горшок. Земля была влажной, но не залитой. Листья выглядели крепкими.

— Он поливал его? — спросила Нора, осмотрев растение.

Лея задержала взгляд на горшке.

— Не знаю.

На столе рядом с кроватью Кая она заметила пустую кружку. Та стояла на блюдце, хотя обычно он оставлял посуду у раковины. Лея отвела глаза: искать в этом знак заботы было бы глупо. Возможно, он просто убирал комнату перед отъездом или хотел, чтобы здесь не оставалось её вещей.

Нора осторожно поставила коробку на подоконник.

— Давай я подержу, — сказала она, протягивая руки.

— Я сама, — ответила Лея, придерживая горшок.

Она обернула его бумагой и поставила в коробку. Потом ещё раз оглядела комнату. На стуле висел тёмный шарф Кая, а на стене у его стола остался приколотый лист с нотными пометками. Всё выглядело знакомо — и уже не принадлежало ей.

Из коридора донеслись шаги.

Лея выпрямилась. Нора посмотрела на дверь.

Кай вошёл через несколько секунд. На нём было тёмное пальто и серый шарф; волосы влажно блестели от снега. Увидев девушек, он остановился. Его взгляд сначала скользнул по Норе, потом задержался на коробке в руках Леи.

— За суккулентом? — спросил он ровно, снимая перчатки.

— Да, — ответила Лея, придерживая коробку у груди. — Я забыла его вчера.

Кай посмотрел на растение. На его лице не появилось ни удивления, ни улыбки.

— Я не трогал, — сказал он, убирая перчатки в карман. — Только проверил, не замёрз ли у окна.

Лея не знала, что ответить. Слова были простыми, почти бытовыми, но прозвучали так, будто он хотел дать понять: он не забыл ни о ней, ни о том, что осталось после её ухода. Или она опять пыталась найти смысл там, где его не было.

— Спасибо, — произнесла она после паузы, отводя взгляд.

Кай кивнул. Нора молчала, но следила за ними так внимательно, будто готовилась вмешаться, если разговор пойдёт не туда.

Лея поправила край бумаги вокруг горшка.

— Мы не задержимся, — сказала она, уже направляясь к двери.

— Я и не собирался вас задерживать, — ответил Кай, отступая в сторону.

Лея остановилась на мгновение. Его фраза прозвучала почти нейтрально, но в ней всё равно угадывалась прежняя колкость.

— Хорошо, — сказала она, идя на выход.

Нора последовала за Леей, но проходя мимо Кая, положила руку ему на плечо и легонько похлопала, давая понять, что для нее он все тот же парень, которого она ценит и любит, а после прикрыла дверь.

В коридоре они не заговорили, пока не спустились на первый этаж.

— Ты справилась, — сказала Нора, когда они вышли во двор.

Лея крепче прижала коробку к себе.

— Я просто забрала растение.

— Иногда это и есть всё, что можно сделать за один раз.

Лея не стала спорить. Она боялась, что если начнёт говорить о Кае, то снова вернётся к вчерашнему разговору — к каждой реплике, каждой паузе и тому, как он отвёл глаза, когда она поблагодарила его.

В новой комнате Лея поставила горшок на подоконник. Суккулент выглядел здесь немного потерянным, но всё же оживил пустое место. Она сняла с него бумагу, расправила один лист и проверила землю.

— Теперь у него отдельная комната, — заметила Нора, стараясь разрядить обстановку.

— И ни одного соседа, который забудет закрыть окно, — ответила Лея.

Подруга улыбнулась, но не стала подхватывать шутку.

***

После завтрака Лея отправилась в архив.

Архивариус, миссис Грант, встретила её у стойки. Это была невысокая женщина с короткими седыми волосами и тонкими очками на цепочке. Она выслушала вопрос, затем попросила Лею подождать, пока проверит журнал выдачи.

— Приложение действительно было в деле, — сказала она, перелистывая страницы. — Его запросили вместе с протоколом, но вернули не в коробку, а в административный архив.

— Кто его запрашивал? — спросила Лея, стараясь не заглядывать в записи через плечо женщины.

Миссис Грант провела пальцем по строчке.

— Здесь указано: секретариат попечительского совета. Подпись неразборчивая. Это было несколько лет назад.

— А можно узнать, где документ сейчас?

— Нужно отправить запрос. Некоторые материалы временно закрыты для студентов, пока их не проверят и не внесут в каталог.

Лея нахмурилась.

— Но в описи он значится приложением к открытому протоколу.

— Я понимаю, — ответила архивариус, закрыв журнал. — И всё же сейчас его здесь нет. Я могу помочь оформить запрос, но не обещаю, что получу ответ быстро.

Лея достала блокнот и записала дату передачи.

— Спасибо. Я подам запрос сегодня.

Когда она вышла из архива, телефон завибрировал. Сообщение было от мистера Харпера: «Представители Вейла запросили встречу с редакцией. Я сообщу тебе, когда узнаю подробности. Пока ничего не публикуй дополнительно».

Лея перечитала сообщение и убрала телефон. Она не собиралась писать продолжение статьи, пока не проверит недостающие документы. Но теперь ей казалось, что каждый шаг в архиве приводит к закрытой двери, за которой кто-то уже решил, кому позволено знать правду.

Нора ждала её у входа в библиотеку. Она сидела на подоконнике, держа в руках два стаканчика кофе.

— Один без сахара, — сказала она, протягивая Лее стаканчик. — Я не была уверена, но решила рискнуть.

— Ты угадала, — ответила Лея, принимая кофе.

Они устроились за свободным столом. Лея рассказала о запросе на приложение, стараясь говорить только о фактах.

— Получается, документ был, но его убрали в административный архив, — подытожила Нора.

— Да. И я пока не знаю, кто именно его забрал и почему.

— Значит, тебе нужно получить оригинал, — сказала Нора, обхватив ладонями стаканчик.

— Или понять, что именно в нём было.

Девушка внимательно посмотрела на неё.

— Только не пытайся делать это одна, ладно?

— Я не собираюсь нарушать правила, — ответила Лея, открывая блокнот. — Просто подам официальный запрос.

Она хотела добавить что-то ещё, но заметила Кая у дальнего входа. Он стоял у стойки и разговаривал с сотрудником библиотеки. Когда их взгляды встретились, он на секунду замолчал, а потом отвернулся и закончил разговор.

Лея сделала глоток кофе. Он оказался горячим и чуть горьким.

— Он поливал растение, — тихо сказала Нора.

— Я не знаю, что он делал, — отозвалась подруга, глядя в блокнот.

— Я тоже. Просто заметила.

Лея провела пальцем по краю чашки.

— Даже если он поливал его, это ничего не меняет.

— Я не говорила, что меняет.

Лея подняла глаза на Нору, которая смотрела спокойно, без намёка на то, что ей нужно срочно помирить их. Это помогло Лее не защищаться.

— Я не хочу сейчас думать о том, что он чувствует, — сказала Лея. — Я даже не понимаю, что чувствую сама.

— Тогда и не нужно решать прямо сейчас.

Лея вернулась к заметкам. Она записала номер архивного дела и поставила рядом вопросительный знак.

В этот момент на телефон пришло письмо от неизвестного отправителя. Тема была короткой: «По поводу мартовского протокола».

Лея посмотрела на подругу, потом открыла письмо.

В нём не было подписи. Только одна строка: «Не верьте копии, которую вам дадут. В приложении есть исправление, сделанное после заседания».

— Что там? — спросила Нора, наклоняясь к экрану.

Лея повернула телефон к ней.

— Кто-то знает, что я ищу приложение.

Нора нахмурилась.

— И хочет, чтобы ты нашла в нём исправление.

— Или хочет, чтобы я поверила, будто оно там есть, — сказала Лея, закрывая письмо. — Пока ничего не докажу, не буду делать выводов.

Она отправила письмо Харперу и сохранила его в отдельную папку. Потом вернулась к заметкам.

В библиотеке было тихо. За окном снег медленно ложился на каменную дорожку, скрывая следы тех, кто прошёл здесь до них.

Лея посмотрела на строку с датой заседания и обвела её кружком.

Ей предстояло дождаться ответа архивариуса. Проверить оригинал. Сравнить его с копией, на которой строилась статья.

А потом — решить, что она готова рассказать.

Кай сидел в нескольких рядах от них. Лея не видела его лица, но знала, что он всё ещё там.

И впервые за долгое время ей хотелось, чтобы он подошёл.

Она тут же вернулась к работе, не позволив себе задержаться на этой мысли.

Глава 23

ГЛАВА 23

К обеду снег перестал идти, но кампус всё ещё казался укрытым тонкой белой пеленой. Студенты торопились между корпусами, оставляя на дорожках мокрые следы. Лея почти не замечала холода: после письма о мартовском протоколе она снова и снова возвращалась к одной мысли — кто-то знал, что она ищет, и хотел направить её в определённую сторону.

Она отправила Харперу копию письма и пока не получила ответа. Архивариус тоже не обещала быстро найти приложение. Оставалось ждать — и стараться не принимать анонимные подсказки за доказательства.

У входа в столовую Нора остановилась и проверила телефон.

— Стив возвращается! — радостно воскликнула она. — Кай написал, — добавила, убирая телефон в карман. — Он давно его не видел.

Лея почувствовала, как внутри что-то едва заметно напряглось. Она постаралась не показать этого.

— Стив — его друг? — спросила она, поправляя ремень сумки.

— Очень близкий. Они знают друг друга ещё до колледжа, — ответила Нора. — Стив уезжал домой по семейным обстоятельствам. Администрация разрешила ему прервать занятия на время, и теперь он возвращается.

Лея кивнула. Ей казалось странным узнавать о друзьях Кая уже после того, как они перестали общаться, но не настолько странным, чтобы спрашивать дальше.

В столовой было шумно. Пахло супом, свежим хлебом и кофе. Нора повела Лею к раздаче, а та всё ещё думала об архивном письме. Они взяли подносы и уже направлялись к свободному столику, когда у дальних окон Лея увидела Кая.

Он стоял рядом с незнакомым ей парнем. Тот был немного выше Кая, с короткими светло-русыми волосами и дорожной сумкой у ног. Его лицо выглядело усталым после дороги, но, когда он что-то сказал, Кай рассмеялся — по-настоящему, свободно, так, как Лея давно не слышала.

Нора тоже заметила их.

— Похоже, он уже встретил его, — сказала она, улыбнувшись, и направилась к ним.

— Стив! — позвала девушка. — Наконец-то ты вернулся.

Парень обернулся. Усталость на его лице сменилась радостью.

— Нора! — он поднял ее как рабенка и обнял. — Я уже начал думать, что ты забыла, как я выгляжу.

— Не дождёшься, — ответила Нора, отстраняясь. — Ты всё ещё слишком много болтаешь, чтобы тебя забыть.

— А ты всё ещё встречаешь людей так, будто собираешься отчитывать их за опоздание, — усмехнулся Стив.

— Потому что ты опоздал, — сказала она и кивнула на его сумку. — Дорога прошла нормально?

— Долгая, но без приключений. Дома всё ещё непросто, однако родители решили, что мне пора возвращаться к занятиям, — ответил Стив. — А ты как?

— Всё по-прежнему. Слежу, чтобы Кай не забывал есть и спать, — сказала Нора, бросив на него выразительный взгляд.

— Я умею делать и то и другое, — возразил Кай.

— Иногда, — заметила Нора.

Лея остановилась рядом с ними. Кай мельком взглянул на неё, но почти сразу отвёл глаза.

— Привет, я Стив, — сказал парень, протягивая ей руку.

— Лея, — ответила она, отвечая на рукопожатие.

Нора оглянулась на свободные места у окна.

— Мы собирались пообедать. Пойдёмте с нами?

— Конечно, — ответил Стив, прежде, чем Кай возразил бы. — Я слишком долго был в дороге, чтобы отказаться от еды.

Они устроились за столом у окна. Стив сел с Каем на одной стороне стола, а девушки — напротив них.

— Не думала, что администрация разрешает покидать кампус посередине семестра, — сказала Лея, заполняя душащую ее тишину.

— Если объяснить ситуацию и договориться с преподавателями, разрешает, — ответил Стив, пожав плечами. — Я многое пропустил, но наверстаю.

— Не всё сразу, — сказала Нора, с мягкой улыбкой посмотрев на него. — Сначала поешь и отдохни.

Кай коротко усмехнулся.

— Вот поэтому Нора иногда звучит как наша общая администрация.

— Кто-то же должен следить, чтобы вы оба не делали вид, будто усталость — это выдумка, — ответила она, приподняв брови.

Стив засмеялся. Он и Кай обменялись короткими взглядами — такими привычными, что в них угадывались годы дружбы и множество разговоров, для которых не требовались слова.

Лея заметила это и отвела глаза. Она не завидовала их близости, сказала себе. Просто вдруг вспомнила, как недавно сидела рядом с Каем в библиотеке, как он спрашивал о её статье и ждал её после занятий. Теперь всё это казалось частью чужой жизни.

С самого начала разговор держался на лёгких темах: дорога, занятия, преподаватели и перемены в кампусе. Стив рассказывал о том, как дома пришлось помогать родителям, а Кай время от времени вставлял короткие шутки. Нора слушала их и поддерживала беседу, как будто старалась помочь Стиву снова почувствовать себя частью колледжа.

Лея почти не вмешивалась. Она отвечала, когда к ней обращались, и сосредоточенно ела суп. Кай говорил с ней так же, как со всеми остальными, — вежливо, но без тепла. Он не смотрел в её сторону дольше, чем требовалось.

Когда Стив спросил Нору о последних новостях, та мельком посмотрела на подругу.

— Ты надолго вернулся? — спросила она, стараясь удержать разговор на нейтральной теме.

— Пока до конца семестра, — ответил Стив, отламывая кусок хлеба. — Дальше посмотрим. Как тут вообще дела? Я уехал, а теперь мне кажется, что кампус успел измениться.

— Некоторые вещи меняются, — сказала Нора, поглядывая на Кая. — Некоторые остаются такими же.

Стив проследил за её взглядом.

— Например? — спросил он, чуть прищурившись.

Нора не ответила сразу. Она не хотела говорить за Кая, но и не собиралась делать вид, будто не знает, что между ним и Леей произошло.

— Например, Кай всё ещё не умеет просить о помощи, — сказала она, наконец улыбнувшись. — А ещё он с Леей больше не живёт. Они поссорились.

Лея почувствовала, как пальцы крепче сжали ложку. Она подняла взгляд. Кай замер, но почти сразу продолжил разрезать хлеб.

— Вот как, — произнёс Стив, повернувшись к нему. — Я думал, ты писал, что постепенно привыкаешь к новой соседке и вроде все нормально.

Кай отложил нож. Его плечи стали жёстче.

— Писал, — ответил он.

Стив посмотрел на Лею, затем снова на друга. Он не стал требовать подробностей, но в его лице появилось беспокойство.

— Что случилось? — спросил он, понизив голос.

Кай скользнул взглядом по Лее. Она не отвела глаз. Ей хотелось услышать, что он скажет, хотя она не была уверена, что этого хочет.

— Она всего лишь работала над статьёй о моей семье с моей помощью, — сказал Кай, глядя на друга. — А я узнал об этом, когда статья уже вышла.

— Ты знал, о чьей семье она пишет? — спросил Стив, нахмурившись.

— Нет, — ответила Лея прежде, чем Кай успел заговорить. — Я сама узнала, когда пришла публиковать статью.

Кай медленно повернулся к ней.

— Тебя не спрашивали, — сказал он холодно.

— Тогда не рассказывай за меня так, будто я всё спланировала, — ответила Лея, не повышая голоса.

Нора положила ладонь на стол, но пока не вмешалась.

Стив перевёл взгляд с одного на другого.

— Она знала, что мой отец связан с колледжем, — продолжил Кай. — И всё равно ничего мне не сказала.

— Потому что не знала, что твоя фамилия Вейл, — сказала Лея. — Я изучала фонд и документы колледжа. Не тебя.

Кай усмехнулся, но улыбка вышла резкой.

— Конечно. Просто случайно задавала вопросы, ходила в архив и просила показать старые корпуса.

Лея почувствовала, как у неё вспыхнули щёки.

— Ты сам предложил помочь мне найти архив.

— А ты не отказалась.

— Я не собиралась делать вид, что не хочу исследовать тему, над которой работала.

— Хватит, — тихо сказала Нора, посмотрев сначала на Кая, потом на Лею. — Вы сейчас не выясните правду перед всей столовой.

— Я и не пытаюсь её выяснить, — ответил Кай, откидываясь на спинку стула. — Она уже всё решила.

Лея поставила ложку на поднос.

— А ты уже решил, что я использовала тебя.

— Что ещё мне думать? — спросил Кай, и в его голосе прозвучала усталость, смешанная с раздражением.

Стив нахмурился, глядя на друга. Он знал Кая достаточно хорошо, чтобы заметить: тот не просто сердится. Он защищался от того, чего боялся услышать.

— Кай, ты же говорил, что сам показывал ей материалы, — тихо напомнил Стив.

— Я думал, что помогаю ей, потому что она мне доверяет, — ответил Кай, не глядя на Лею. — Оказалось, доверие было полезно и для статьи.

Лея прикусила внутреннюю сторону щеки. Ей хотелось спросить, действительно ли он теперь считает все их разговоры фальшивыми. Но она понимала: если задаст этот вопрос, то снова окажется в положении человека, который просит его подтвердить, что между ними что-то было.

— Я не использовала тебя, — сказала она, медленно выпрямившись. — И не просила тебя подбирать материалы в пользу статьи.

Кай посмотрел на неё. В его взгляде мелькнула боль, но он тут же спрятал её за холодным выражением лица.

— Ты права. Я сам ошибся, когда решил, что тебе можно доверять, — произнёс он.

Фраза прозвучала тихо, но для Леи оказалась болезненнее громкой ссоры.

Она взяла стакан воды и сделала глоток, чтобы выиграть время.

— Значит, нам больше не о чем говорить, — сказала она, ставя стакан на стол.

— Это ты решишь, — резко ответил Кай. — Ты ведь уже решила за всех остальных.

— Хватит, — вмешалась Нора, теперь уже твёрдо.

— Я не просил её оправдываться, — сказал Кай, поднимаясь из-за стола. — Я просто хотел пообедать.

Стив тоже встал, но не стал удерживать друга.

—Подожди, — сказал он твердо.

— Не сейчас, — ответил Кай и направился к выходу.

Лея осталась сидеть. Она не пошла за ним и не посмотрела ему вслед. Только сцепила пальцы под столом, стараясь не выдать, как сильно её задели его слова.

Стив сел обратно, но какое-то время не трогал еду. Он смотрел на Лею с заметным смущением.

— Прости, — сказал он, неловко проведя рукой по волосам. — Я не знал, что всё настолько плохо.

— Ты не виноват, — ответила Лея, поднимая глаза. — Ты только приехал.

— Я слышал о статье, но не думал, что она связана с его семьей, — сказал Стив. — И не думал, что Кай так отреагирует.

— Он считает, что я его использовала, — произнесла Лея, опуская взгляд на поднос. — А я считала, что он сблизился со мной, чтобы повлиять на то, что я напишу.

— Ты правда так думаешь? — спросил Стив, осторожно подбирая слова.

Лея задумалась. Она могла бы ответить сразу, но не хотела произносить ложь только потому, что ей было больно.

— Вчера — да, — сказала она. — Сегодня уже не уверена.

Стив медленно кивнул. Он не стал убеждать её, что Кай бы так не поступил, и не пытался оправдывать друга.

— Я знаю его давно, — сказал он наконец. — Иногда, когда ему страшно, он первым нападает словами. Это не делает его правым. Просто… не принимай каждую его фразу за окончательное решение.

Лея подняла на него глаза.

— А если это именно его решение?

Стив не ответил сразу.

— Тогда ему придётся самому с ним жить, — произнёс он, отодвигая поднос. — Я не буду говорить за него.

Нора всё это время молчала. Теперь она посмотрела на Лею, и в её взгляде было тихое сочувствие.

— Я останусь с тобой, если хочешь, — сказала она.

— Не нужно, — ответила Лея. — Я просто хочу закончить обед и пойти в библиотеку.

Нора кивнула и больше не задавала вопросов.

***

Выйдя из столовой, Кай остановился у лестницы. Стив догнал его уже в коридоре.

— Ты ведь правда не считаешь, что она всё это время играла с тобой? — спросил он, поравнявшись с другом.

Кай не сразу ответил. Он смотрел на студентов, проходивших мимо, будто надеялся, что разговор растворится в шуме кампуса.

— Не знаю, — сказал он наконец. — Но я знаю, что поверил ей слишком быстро.

— Ты говорил, что она была с тобой честна, — напомнил Стив, убирая руки в карманы куртки.

— Я думал, что была.

— А если она не знала, что это твоя семья?

Кай сжал челюсть.

— Тогда ей следовало разобраться раньше.

— Может быть. Но ты ведь тоже мог спросить, над чем она работает, — заметил Стив.

Кай резко взглянул на него.

— Ты приехал сегодня и уже успел стать её защитником?

— Я приехал сегодня, — ответил Стив, не отводя взгляда. — И я не ее защитник, думаю, он ей и не нужен. Я только знаю тебя. Когда ты так злишься, ты перестаёшь замечать разницу между тем, что произошло, и тем, чего ты боишься.

Кай отвернулся. Слова друга задели, потому что он сам уже думал об этом — но не хотел признавать вслух.

— Она опубликовала статью, которая может разрушить всё, что строил отец, — сказал он.

— Это не то же самое, что разрушить твою жизнь, — возразил Стив. — И не то же самое, что использовать тебя.

Кай промолчал.

В конце коридора показалась Нора. Она заметила их и направилась к ним. В руках она держала телефон, который всё время переворачивала экраном вниз.

— Ты как? — спросила она, остановившись рядом с Каем.

— Нормально, — ответил он, но голос прозвучал сухо.

— Нет, — сказала Нора, мягко покачав головой. — Но я не буду заставлять тебя говорить об этом.

Кай опустил глаза.

— Спасибо, — сказал он тихо, и притянул подругу, которую считал сестрой, в свои объятия. Он не часто показывал свои чувства но они у него были. За этих двоих он бы отдал жизнь, не раздумывая ни секунды. Именно поэтому его так задела эта статья, не потому что она могла навредить бизнесу отца, а потому что ему и так тяжело доверять, но он поверил Лее, а в итоге она его использовала. По крайней мере, он так думал.

Нора отстранилась и посмотрела на него внимательно. Она поддерживала его не потому, что считала его правым или виноватым, а потому, что не хотела оставлять одного в тот момент, когда он снова начинал отталкивать всех вокруг.

— Я всё ещё здесь, — сказала она. — Но это не значит, что ты можешь обвинять Лею во всём, что тебе страшно потерять. Возможно, она и виновата, но не во всем.

Кай нахмурился.

— Я не обвиняю её во всём.

— Тогда подумай, что именно ты ей сказал, — ответила Нора и отступила на шаг. — Не для меня. Для себя.

Она ушла по коридору, оставив их со Стивом вдвоём.

Кай смотрел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом.

— Похоже, ты пропустил много всего, — сказал он Стиву, поворачиваясь к нему.

— Похоже, — ответил тот, усмехаясь.

Они направились к лестнице. Стив заговорил о дороге, о семье и о том, как ему снова придётся привыкать к расписанию. Кай отвечал коротко, но постепенно его плечи немного расслабились.

***

Лея в это время сидела в библиотеке перед открытым ноутбуком. На экране была статья, на столе — блокнот с пометками о недостающем приложении. Она получила короткий ответ от Харпера: встречу с представителями Вейла перенесли на следующий день. До этого он советовал не делать новых публичных заявлений.

Лея перечитала сообщение и закрыла ноутбук.

Она не знала, что именно хотел скрыть Марк Вейл. Не знала, почему Кай был уверен, что она его предала. И не знала, смогут ли они когда-нибудь снова говорить так, как раньше.

Но теперь у неё появился ещё один вопрос — не только к архиву, а к самой себе: если статья и правда могла повредить невиновным, хватит ли у неё смелости признать это?

Лея раскрыла блокнот и записала рядом с датой заседания: «Проверить не только факты, но и последствия».

Пока она ещё не могла представить, что правда и справедливость иногда требуют от неё разных ответов. Но очень скоро ей предстояло это понять.

Глава 24

ГЛАВА 24

К вечеру кампус заметно затих. После занятий студенты спешили в общежития, пряча лица от холодного ветра, а в окнах библиотеки один за другим загорались тёплые огни.

Лея задержалась в редакции. Она проверяла ссылки в статье и ждала ответа мистера Харпера по архивному запросу. За соседним столом кто-то собирал распечатки, шуршал бумагой и то и дело поглядывал на неё, будто хотел что-то спросить.

Наконец Харпер вышел из кабинета с тонкой папкой в руках.

— Лея, зайди ко мне на минуту, пожалуйста, — попросил он, придерживая дверь.

Она сохранила документ и последовала за ним. Харпер положил папку на стол, но не сразу открыл.

— Сегодня Кай передал мне письменное заявление, — сказал он, сняв очки. — Он считает, что твоя работа над статьёй могла быть связана с вашим личным общением.

Лея застыла.

— Он попросил снять статью? — спросила она, сжав пальцы на ремне сумки.

— Нет. Он не просил снимать публикацию, — ответил Харпер, внимательно наблюдая за её реакцией. — Он попросил проверить, не повлияло ли его участие в поиске архивных материалов на независимость твоей работы.

— Он сам показывал мне старый корпус и помог найти коробки, — сказала Лея, чувствуя, как лицо постепенно холодеет. — Но он не выбирал документы и не знал, что именно я буду писать.

— Я понимаю. Поэтому и попросил тебя зайти. Мне нужно зафиксировать, что именно он тебе показывал и как ты использовала найденные материалы.

Девушка опустила взгляд на папку. Кай не пытался остановить публикацию напрямую. Он сделал это осторожнее: поставил под сомнение её профессиональную честность.

— Он мог поговорить со мной, — произнесла она.

— Мог, — согласился мужчина. — Но он не обязан решать это лично. Так же, как и ты не обязана отказываться от работы из-за того, что вы близки.

— Были, — поправила Лея, едва заметно усмехнувшись без веселья.

Харпер не стал настаивать.

— Напиши краткое объяснение: какие материалы он помог найти, какие документы ты использовала и что именно он знал о проекте. Не оправдывайся и не делай предположений о его мотивах. Только факты.

Лея кивнула. Она понимала, что так и нужно поступить. И всё же её не покидало чувство, будто Кай нашёл способ задеть её именно там, где она старалась стоять твёрже всего.

Выйдя из редакции, она направилась в комнату за блокнотом. У дверей старого корпуса Лея заметила Кая и Стива. Они стояли у окна и разговаривали. Стив держал в руках два бумажных стаканчика, один из которых протянул Каю.

— Ты не мог просто сказать ей, что не хочешь, чтобы она больше использовала твои подсказки? — спрашивал Стив, не повышая голоса.

— Я сказал Харперу, что хочу, чтобы он проверил её работу, — ответил Кай, принимая стаканчик. — Это не одно и то же.

— Для неё, наверное, одно, — заметил парень, чуть нахмурившись.

Лея остановилась. Она не собиралась подслушивать, но они стояли в нескольких шагах от входа и говорили достаточно громко.

— Она сама решила превратить всё в статью о моей семье, — произнёс Кай. — Пусть теперь докажет, что это было честно.

— Ты правда думаешь, что она намеренно выбрала Вейлов? — спросил его друг.

— Я не знаю, что она думала. Я знаю, что она не сказала мне, над чем работает.

Лея почувствовала, как внутри болезненно сжалось. Она отвернулась и толкнула дверь.

Парни заметили это движение. Их взгляды встретились, но никто ничего не сказал. Стив первым отвернулся к другу и продолжил разговор, только чуть понизил голос.

Лея прошла мимо них, не замедлив шага.

В комнате она забрала блокнот и закрыла шкаф. На подоконнике стоял суккулент. Его листья тянулись к окну, и в их тени на стене дрожал силуэт. Лея задержалась на мгновение, затем взяла коробку с книгами и вышла.

Когда она вернулась в редакцию, Харпер всё ещё был в кабинете.

Лея поставила блокнот на стол. Пальцы у неё дрожали, и она спрятала руки в рукава.

— Напиши объяснение и больше сегодня не возвращайся к этому, — посоветовал Харпер. — Ты не сможешь решить всё за один вечер.

Девушка села за компьютер и открыла новый документ.

Она записала, что Кай показал ей читальную комнату и архивный ряд. Что коробки она выбирала сама, опираясь на каталожные записи. Что он не знал названия её проекта, не видел черновик статьи и не давал ей сведений о семье. Она перечитала написанное и убрала фразу «он не пытался повлиять на меня». Этого она знать не могла.

Писать было трудно не потому, что факты забылись, а потому, что каждый из них теперь отзывался личным воспоминанием.

Когда объяснение было готово, Лея отправила его Харперу. Он поблагодарил её и обещал передать документ комиссии по публикациям.

Она вышла из редакции поздно. В коридоре было пусто, за окнами темнело. Телефон завибрировал в кармане.

Сообщение пришло от Норы: «Мы с ребятами в общей комнате. Если хочешь, приходи. Никаких разговоров о статье — обещаю».

Лея долго смотрела на экран. Она не хотела, чтобы кто-то думал, что вся эта ситуация с Каем как-то влияет на нее, поэтому ответила: «Зайду ненадолго».

***

В общей комнате пахло чаем и тёплой выпечкой. На низком столике стояла коробка с булочками, а на подоконнике теснились кружки. Стив устроился в кресле, вытянув ноги, Кай сидел на краю дивана, а Нора расположилась на ковре, опираясь спиной на подушку.

— А вот и Лея, — сказала Нора, обернувшись. — Мы как раз выяснили, кто из них хуже ориентируется в кампусе.

— Это не расследование, — заметил Кай, поднимая кружку. — Стив просто не умеет читать указатели.

— Я приехал сюда в первый раз за несколько месяцев, — возразил он, притворно обиженно приподняв брови. — Дайте мне время снова вспомнить, где что находится.

— Ты жил здесь почти два года, — сказала Нора, потянувшись за булочкой. — За это время можно было запомнить хотя бы дорогу до столовой.

— Я её помню, — ответил светловолосый парень. — Просто сегодня пошёл проверить, не изменилось ли здание.

— И поэтому оказался у музыкальных аудиторий? — спросила подруга, покачав головой.

— Там был знак, — объяснил Стив. — Он обещал короткий путь.

— Знак был направляющий, — ухмыльнувшись, сказал Кай. — Ты пошёл в противоположную сторону.

Нора рассмеялась. Стив посмотрел на неё с видом человека, которого предали, а потом театрально вздохнул.

— Я вижу, здесь уже всё против меня, — сказал он, разводя руками.

— Не всё, — ответила Нора, бросив ему булочку. — У тебя всё ещё есть шанс завоевать моё доверие, если найдёшь нормальный чай.

Стив поймал булочку и прижал её к груди.

— Я только вернулся, а меня уже заставляют доказывать свою ценность, — сказал он, поднимаясь с кресла.

Парень направился к маленькой кухне, но остановился у чайника и внимательно его осмотрел.

— Что ты делаешь? — спросила Нора, улыбаясь.

— Изучаю оборудование.

— Там кнопка, — сказал Кай, не скрывая усмешки.

— Я и без тебя вижу, — пробубнил Стив.

— Тогда почему ты смотришь на него так, будто он сейчас задаст тебе контрольную?

Нора снова рассмеялась. Стив обернулся и показал Каю средний палец, но в его жесте не было настоящего раздражения.

Лея стояла у входа и наблюдала за ними. Между тремя друзьями существовало что-то лёгкое и прочное: Нора могла поддразнивать Кая, а он не прятался за привычной резкостью. Стив знал, когда шутку стоит продолжить, а когда лучше сменить тему. Они не объясняли друг другу каждую реакцию — понимали её сразу.

Она почти забыла, каково это — видеть Кая таким.

Нора вновь обратила на нее внимание и похлопала ладонью по свободному месту у дивана.

— Иди сюда. Мы пока не договорились, кому завтра убирать после общей кухни.

— Почему это вдруг стало моей проблемой? — спросила Лея, присаживаясь на край дивана.

— Потому что ты умеешь читать расписание, — пояснила девушка. — Стив и Кай считают, что бумажные объявления созданы для украшения стен.

— Я всегда читал объявления, — возразил Кай.

— Ты однажды перепутал день дежурства, — напомнила Нора.

— Я не перепутал. Я решил, что расписание неправильное.

— Конечно, — весело усмехнулась она, прищурившись. — Расписание ошиблось, а ты оказался на кухне именно в тот день, когда нужно было выносить мусор.

Стив вернулся с чайником и поставил его на стол.

— Это звучит как история, которую я пропустил, — заметил он, садясь.

— Кай тогда заявил, что мусорный пакет нельзя выносить, пока он не заполнен полностью.

— Это рационально, — возразил Кай, пожав плечами.

— Он был настолько полон, что не проходил в дверь, — сказала Нора.

Стив засмеялся и едва не пролил чай.

— Ты правда это сделал? — спросил он, глядя на Кая.

— Я хотел проверить, сколько в него поместится, — ответил тот, сдерживая улыбку.

— Вот что бывает, когда тебе дают слишком много свободного времени, — сказала подруга, качнув головой.

Все снова рассмеялись. Даже Лея невольно улыбнулась. На мгновение ей показалось, что она вернулась в те первые недели, когда шум общей комнаты и Кай, спорящий с Норой из-за пустяка, ещё не причиняли боли.

Но затем Кай встретился с ней взглядом. Его улыбка исчезла. Он отвёл глаза и потянулся за кружкой.

Лея почувствовала, как тепло в груди быстро сменилось неловкостью.

Она осталась ещё на несколько минут, поддерживая разговор с Норой и Стивом, но почти не обращалась к Каю. Когда Стив спросил её, как ей новая комната, она рассказала, что она светлее старой и в ней наконец есть место для всех книг.

Нора перевела разговор на возвращение Стива и на то, какие занятия ему придётся наверстывать.

Когда Лея собралась уходить, Нора поднялась вместе с ней и проводила до двери.

— Спасибо, что пришла, — сказала подруга, обняв её. — Даже ненадолго.

— Мне было приятно вас послушать, — ответила Лея. — Вы втроём правда близкие.

— Да, — сказала Нора, оглянувшись на комнату. — Иногда они оба невыносимые, но я к ним привыкла.

Девушка едва заметно улыбнулась и вышла в коридор.

В комнате Кай смотрел на закрывшуюся дверь. Стив сел обратно в кресло и некоторое время молчал.

— Ты мог бы поговорить с ней без зрителей, — сказал он наконец.

— Мы уже поговорили, — ответил Кай, глядя на кружку.

— Нет. Вы обменялись обвинениями.

Кай сжал пальцы вокруг ручки кружки.

— Она считает, что я использовал её. Я считаю, что она использовала меня. Что ещё нам обсуждать?

— Например, то, что ты всё ещё не знаешь, правда ли это, — ответил Стив. — Но я не буду тебя заставлять, — усмехнулся парень и поднял руки в знак капитуляции.

Кай откинулся на спинку дивана. Его лицо выглядело усталым, хотя он старался сохранять спокойствие.

— На следующей неделе будет последнее заседание дисциплинарной комиссии по моему делу, — решив сменить тему, сказал он. — Мне прислали уведомление сегодня утром.

Стив нахмурился.

— Когда?

— За день до начала каникул. Мне нужно явиться и дать окончательные объяснения.

— Ты знаешь, чего ждать? — спросила Нора, садясь на свое прежнее место.

— Нет. Только что после заседания они вынесут решение.

Кай посмотрел в окно. За стеклом снова начинал идти снег, редкий и почти невидимый в темноте.

— Ты всё ещё думаешь, что комиссия может наказать тебя? — спросил Стив, понизив голос.

— Не знаю. Расследование почти завершено, но это не значит, что всё закончится так, как я надеюсь. Да и ситуация с Леей в спортзале может сказаться.

Парень подался вперёд и поставил кружку на стол.

— Ты рассказал им всё, что случилось?

— Всё, что помню.

— Этого должно быть достаточно, — уверила девушка.

Кай тихо усмехнулся.

— Ты говоришь так, будто веришь в справедливость администрации.

— Она говорит так, потому что знает тебя, — ответил Стив, не отводя взгляда. — Если ты признал, где был неправ, это не делает тебя виноватым во всём остальном.

Кай ничего не ответил. На секунду он вспомнил спортзал, чужую руку на запястье Леи и то, как она коснулась его спины, чтобы остановить. Он уже несколько дней пытался убедить себя, что эта память ничего не значит.

Но она возвращалась всякий раз, когда он видел Лею.

— Комиссия назначена на двадцать второе, — сказал он. — За день до каникул.

— Тогда до этого времени не принимай решений, которые потом будет трудно исправить, — произнёс Стив, опускаясь обратно в кресло.

Кай посмотрел на него.

— Ты говоришь о Лее?

— Я говорю о том, что иногда злость звучит убедительнее правды, — ответил парень.

— Если вы закончили философствовать, может, кто-нибудь поможет мне донести эту тарелку до кухни? — сказала Нора, приподняв блюдце с кучей снеков.

— Удивительно, что мы ещё не получили за неё штраф, — заметил Кай, поднимаясь.

— Не волнуйся, — ответила она, передавая ему тарелку. — Я сохраню её для твоего дисциплинарного дела.

Стив громко рассмеялся. Кай посмотрел на него, будто собирался возразить, но тоже улыбнулся. Нора подхватила с подоконника забытый шарф и бросила его Стиву.

— А это тебе. Ты весь вечер ходишь без него и потом будешь жаловаться, что замёрз.

— Я не жалуюсь, — сказал Стив, ловя шарф.

— Пока не жалуешься, — уточнил Кай, проходя мимо него с тарелкой.

Они снова засмеялись — легко, почти по-семейному. Нора шла рядом со Стивом и рассказывала ему, что изменилось в корпусе за время его отсутствия. Кай перебивал её, добавлял детали и спорил с её версиями. В их голосах не было ни настороженности, ни необходимости выбирать каждое слово.

***

Лея лежала на кровати и прижимала к груди блокнот. Внутри у неё всё ещё отзывались слова Кая, услышанные у входа: «Пусть теперь докажет, что это было честно».

Она знала, что не использовала его. Но впервые за последние дни ей показалось, что он не просто сомневается — он хочет, чтобы ей было больно.

До зимних каникул оставалось меньше недели. Никто из них пока не знал, что именно эти дни станут последней попыткой решить, что осталось между ними: только обида — или что-то, что они оба ещё не готовы отпустить.