Читать книгу: «Тропа Мясника»

Глава 1. Больница.

Молодая девушка за прилавком мягко улыбнулась вихрастому черноволосому мальчишке и осторожно передала ему увесистый полупрозрачный пакет.

– Вот, держи. Два куска отборной грудинки. И передай маме, что ребрышки будут через два дня, если ей надо, пусть позвонит, я запишу.

– Спасибо… это… тетя Гаяне! – звонко ответил мальчишка и взял пакет. – Я, конечно же, все маме объясню!

– Смотри, не перепутай ничего, а то получится, как обычно! – усмехнулась продавщица.

– Я постараюсь! До свидания, тетя Гаяне!

Мальчишка развернулся и побежал было к выходу, но тут же со всему размаху налетел на высокого мужчину, невесть как оказавшегося у него за спиной.

– Ой! Вы меня… это… извините, дядя!

Мужчина одарил мальчишку цепким колючим взглядом и нервно почесал Y-образный шрам на щеке.

– Повнимательнее, молодой человек! – сухо сказал он, затем неожиданно нагнулся вперед и крепко схватил мальчишку за плечо. – Как звать?

– Я… э-э-э… меня… это, – пацан растерянно уставился на невозмутимого мужчину. – Олегом, вроде…

– Беги скорее к маме, Олег, – звенящим шепотом произнес незнакомец. – Да смотри, не потеряй свою ношу!

Он разжал кисть, и мальчик, бросив на мужчину испуганный взгляд, со всех ног кинулся к двери, крепко прижимая к груди измазанный в говяжьей крови пакет. Посетитель резко выпрямился, скользнул внимательным взглядом по магазину, после чего остановил серые безжизненные глаза на Гаяне и сдержанно улыбнулся.

– Глядя на вас, милая барышня, – чересчур напыщенно сказал он, – могу предположить, что вы не можете быть владелицей этой замечательной мясной лавки из-за слишком юного возраста, не так ли?

Гаяне вспыхнула и опустила глаза. Занятая разговором с мальчиком, она не видела и не слышала, как незнакомец зашел внутрь, и теперь прозвучавший вопрос застал ее врасплох.

– Да, – тихо сказала она. – Это магазин моего папы.

– Чудненько, – сказал посетитель, и его улыбка стала чуть шире. – Могу ли я его видеть? Не волнуйтесь, по официальному делу.

– Папа! – громко крикнула она, обернувшись в сторону подсобки. – К тебе тут пришли!

Через минуту в дверном проеме показался, вытирая руки полотенцем, рослый плечистый мужчина со смуглой кожей. Подойдя ближе, он отложил испачканное кровавыми пятнами полотенце в сторону, оперся на прилавок и пристально глянул на посетителя.

– Добрый день, – спокойно сказал он. – Кажется, мы незнакомы. Чем я могу вам помочь?

– Тигран Мурадович, если не ошибаюсь?

– Верно, – ответил Тигран и знаком велел дочери оставить их наедине. Гаяне удалилась в подсобку, недоумевая, почему этот странный человек сразу не позвал папу, если хорошо знал его имя.

– Я из городской санэпидемстанции, – сказал посетитель, залез во внутренний карман пиджака и быстро махнул перед лицом Тиграна красной корочкой. – Вы, конечно ж, слышали, что в нашем регионе зафиксирована вспышка птичьего гриппа?

– Нет, не слышал, – размеренно ответил Тигран, заранее прикидывая, во сколько ему обойдется визит чересчур расторопного санитарного работника.

– Так вот, – невозмутимо продолжил посетитель, глядя прямо в глаза Тиграну. – Согласно недавнему постановлению городской Управы, все владельцы продовольственных магазинов должны пройти обязательную вакцинацию. А у вас, как я вижу, – и он обвел рукой помещение, – как раз продовольственный магазин.

– Удивительное дело, – ровным тоном сказал Тигран. – Болеют этим вашим гриппом, судя по названию, птицы, а не люди. А товар отпускают продавцы. Владельцы тут причем? Неправильное какое-то постановление.

– Dura lex, sed lex, – хохотнул санитарный работник и хитро прищурился. – У вас же нет медицинского образования, так с чего бы вам разбираться в тонкостях разных заболеваний? Думаю, там, наверху, – и незнакомец со значением поднял вверх указательный палец, – виднее, что правильно, а что нет. Ну а мне главное – вас уведомить, и проконтролировать, чтобы вы прошли вакцинацию. Так как в противном случае я, к сожалению, буду вынужден приостановить деятельность вашего магазина.

– И почем нынче эта ваша… хм… вакцинация? – аккуратно спросил Тигран и негромко забарабанил пальцами по прилавку.

Лицо представителя санэпидемстанции словно окаменело.

– Вы меня, видимо, неправильно поняли, Тигран Мурадович, – холодно ответил он. – Я не взятки вымогаю, а честно выполняю свою работу. Инъекция совершенно бесплатная, и провести вам ее могут в городской больнице. Врача зовут Мстистлав Эдуардович Грачев. Запишите. Придете к нему, скажете, что по вопросу вакцинации, от санэпидемстанции. Он в курсе.

Посетитель перегнулся через прилавок и оказался почти нос к носу с Тиграном.

– Настоятельно рекомендую поторопиться, – тихо сказал он. – Если в течение трех дней к нам не поступят сведения, что вы вакцинировались, прикрою вашу лавочку на пару месяцев как минимум.

Он откинулся обратно и широко улыбнулся, почесав отчего-то побагровевший Y-образный шрам.

– Всего хорошего, Тигран Мурадович! И огромных успехов вам в торговле!

Уже на следующий день Тигран отправился в городскую больницу, мудро рассудив, что, несмотря на нелепые объяснения загадочного работника санэпидемстанции, ему хотелось бы избежать любых, даже маловероятных, ситуаций, могущих навредить магазину. В нагрудном кармане клетчатого пиджака предусмотрительно лежал пухлый конверт, с участием которого в Лесноградске обычно решались все щекотливые вопросы, особенно – если они касались торговли. Добравшись до нужного кабинета, Тигран обнаружил на входной двери белоснежную табличку с надписью: «Грачев М. Э.», и чуть ниже: «Заведующий хирургическим отделением».

«А ведь может и не хватить, – с тревогой подумал он, ощупывая конверт сквозь ткань пиджака. – Тут, оказывается, целый заведующий!».

Недоумевая, каким образом хирург, да еще и занимающий руководящую должность, может быть связан с птичьим гриппом, Тигран осторожно постучал.

– Да-да, войдите! – раздался дружелюбный возглас.

Мстислав Эдуардович оказался благообразным мужчиной за пятьдесят, с заметной сединой и короткой аккуратно подстриженной бородкой. Он отложил в сторону серый расчерченный журнал, в котором что-то писал, и располагающе улыбнулся.

– Я насчет вакцины… – начал Тигран и уже потянулся было рукой во внутренний карман пиджака, но Мстислав Эдуардович неожиданно сделал предостерегающий жест и мотнул головой, указывая на покрытую простыней кушетку.

– Конечно, конечно! – бодро сказал он. – Санэпидемстанция, птичий грипп… Присаживайтесь, пожалуйста. Понимаю, что вся эта суета доставляет вам некоторые неудобства, но что поделать… Мы должны следовать закону. Пиджак можно снять, положите его вот сюда. Теперь расстегните рубашку и оголите, пожалуйста, плечо для укола. Да-да, вот так. Минуточку…

Он отошел к столику с инструментами и через мгновение вернулся со шприцем, наполненным янтарной жидкостью

– Процедура совершенно не болезненная, волноваться не стоит… Ну-с, приступим, – он ловко вонзил иглу и плавно надавил на поршень. – Секундочку… Вот и все, Тигран Мурадович, дело сделано!

Тигран вздрогнул и недоверчиво посмотрел на доктора.

– Я же, кажется, не представился? – сказал он, пытаясь застегнуть рубашку внезапно одеревеневшими пальцами.

– Неужели? – губы Мстислава Эдуардовича растянулись в неестественной улыбке. – Скорее всего, в санэпидемстанции меня предупредил о вашем визите, вот я и запомнил.

– Наверное, – медленно сказал Тигран, чувствуя легкое головокружение. – А почему вы, заведующий отделением, вдруг занимаетесь прививками? Ведь это можно было поручить медсестрам… Или стажерам каким-нибудь…

– Видите ли, Тигран Мурадович, – и глаза Мстислава Эдуардовича хищно блеснули. – Дело в том, что вы для нас – очень, очень ценный пациент. Я не мог никому поручить столь ответственное дело. Понимаете?

– Не понимаю, – пробормотал Тигран, ощущая, как в ушах нарастает неприятный звон. – Впрочем, какая разница… Я могу быть свободен?

– Ну что вы, голубчик, – вдруг прошептал Мстислав Эдуардович и коснулся прохладными пальцами лба Тиграна. – Не для того мы вас сюда пригласили, чтобы вы вот так взяли и ушли.

– Что-о-о про-о-оисхо-о-одииит… – растягивая слова, произнес Тигран. Кабинет поплыл у него перед глазами.

– Это ничего, – весело сказал Мстислав Эдуардович, подхватывая обмякшее тело Тиграна и укладывая его на кушетку. – Скоро вы все поймете. Однако, какой вы здоровый! Слышал, вам приходилось бывать в горячих точках? Эх, хороший вы человек, Тигран Мурадович, даже немного жаль, что больше мы не увидимся!

Последних слов доктора Тигран уже не слышал, проваливаясь в мутную засасывающую тьму.

Когда он очнулся, первое, что увидели его глаза – неестественно лиловое небо, нависшее, казалось, над самой головой. Тигран по старой военной привычке осторожно пошевелил сначала руками, потом ногами. Конечности целы, отлично. Повернув затекшую шею, он увидел, что лежит на пыльной дороге, между строениями необычной формы. Он медленно поднялся на ноги, ощупывая себя и одновременно внимательно осматриваясь. Пиджак пропал вместе с увесистым конвертом, но все остальное – рубашка, брюки и добротные осенние башмаки – были на месте. Затаив дыхание, Тигран похлопал себя по штанине, проверяя, на месте ли прикрепленные к щиколотки ножны, без которых он так и не научился выходить из дома, и облегченно выдохнул, нащупав привычную рукоятку клинка.

Теперь надо было как можно скорее понять, где он очутился и как сюда попал. В разрозненных обрывках памяти остался лишь визит к улыбчивому хирургу, укол вакцины… А потом туман. Тигран попытался вспомнить что-нибудь еще, однако от бесплодных напряженных попыток только разболелась голова. Он недовольно хмыкнул. Ладно, разберемся. С этой мыслью он внимательно огляделся вокруг.

Тяжелый липкий воздух окутывал примыкавшие к дороге здания необычной формы. Они причудливо выгибались в разные стороны, не только наклоняясь к земле, но и как-будто горбясь своей средней частью, будто невидимая гигантская рука прижимала их сверху, словно тонкие травинки. Тигран ощутил тревогу и не присущую ему растерянность. Местность была настолько чужеродна и непохожа на те места, где ему приходилось бывать, что у него возникло ощущение, будто он спит и блуждает в собственных кошмарах. В конце концов от долгого созерцания не подчиняющихся естественной геометрии строений у него слегка зарябило в глазах, и он отвел взгляд.

Чуть дальше по дороге, метрах в ста, где только что ничего не было, стоял, змеясь огромными черными щупальцами, гигантский осьминог. Его налитые алым круглые глаза непрерывно следили за Тиграном, а по желеобразному телу пробегали частые волнообразные судороги.

Тигран хрипло вскрикнул, пригнулся и одним отточенным движением выхватил клинок. Спрут, словно среагировав на звук, стремительно покатился к Тиграну, молотя щупальцами по дороге. Как только первый отросток, усеянный жадно раскрытыми алыми присосками, приблизился на расстояние удара, Тигран резко взмахнул клинком. Отсеченная конечность упала, извиваясь, на землю, толчками выплевывая из себя темно-синюю, пахнущую морем жидкость.

Сразу несколько других щупалец взвились в воздух, словно от боли, а потом яростно рванулись к Тиграну, явно пытаясь взять его в захват. Он энергично махнул еще пару раз, украсив густой липкой синевой землю вокруг, однако щупалец было слишком много. Они крепко опутали Тиграна, обвили за шею и принялись сжимать, будто стремясь одновременно и задушить, и сломать грудную клетку. Тигран, хрипя и пытаясь вырваться, еще несколько раз наугад ткнул клинком, но безуспешно. Одно из извивающихся щупалец туго сдавило горло, и он едва не потерял сознание во второй раз.

Внезапно раздался резкий свист. По телу осьминога опять прошла судорога, и он слегка ослабил хватку, дав Тиграну возможность наконец-то вдохнуть тяжелый липкий воздух. Свист повторился еще дважды, становясь с каждым разом все резче и отрывистей. Тварь с явной неохотой разжала щупальца, и Тигран рухнул на землю, стараясь не выпустить нож из рук. Гигантский осьминог втянул в себя змеящиеся конечности и покатился прочь шарообразной бугрящейся массой, скрывшись через несколько секунд за перекошенными зданиями.

Поднявшись на ноги и отряхивая пыль, Тигран заметил, как к нему направляется группа из трех человек. Посередине шел обнаженный по пояс крепыш, покрытый узорчатыми татуировками до самого горла. Его непропорционально большая голова чуть склонялась набок, отчего вся фигура, вкупе с дергающейся походкой, напоминала качающийся на ветру колокольчик. По обе стороны от крепыша, с опаской поглядывая на Тиграна, следовали двое. Один крепко сжимал в руке изъеденный ржавчиной кинжал, а второй удерживал прямо перед собой самодельное копье, состоявшее из длинной не струганой палки с примотанным к концу узким стилетом. Группа остановилась в нескольких шагах, и копьеносец направил свое оружие на Тиграна.

– Ну ты и даешь, мужик! – каркающим голосом сказал татуированный и широко улыбнулся, неожиданно дернув головой. – Такого мне еще видеть не доводилось. Разделал нашего восьмирукого, чисто мясник! – и он зашелся в скрипучем смехе, больше напоминавшем сухой кашель.

Тигран, не сказав ни слова, шагнул назад, прижавшись спиной к горячей шершавой стене, и выставил клинок перед собой. Однако его действия, казалось, еще больше развеселили татуированного.

–Ты зря хорохоришься. Против нас не сдюжить даже такому талантливому парню, как ты. Да и восьмирукий-то никуда не делся, и он, думается, сильно на тебя обижен. Ну-ка! – и крепыш ткнул локтем сопровождающего с кинжалом.

Тот ухмыльнулся, заложил два пальца в рот и громко свистнул. Через несколько мгновений за строениями на другой стороне дороги заколыхалась знакомая желеобразная масса, извиваясь щупальцами по изогнутыми стенам.

– Кто вы и что вам надо? – медленно спросил Тигран, глядя прямо в глаза татуированному. – И что это за место?

– Тебе сильно не повезло, мужик, – спокойно ответил крепыш, почесывая щетинистый подбородок. – Впрочем, как, в свое время, и всем нам. Ты угодил в Яму, откуда нет выхода. Здесь полным-полно разных опасных тварей, вон, одни восьмирукие чего стоят. Так что выбор у тебя небогат – или идешь с нами, и мы помогаем тебе обустроить новую жизнь, или остаешься здесь, но тогда вряд ли доживешь до следующего утра. Ну, что скажешь?

Тигран помедлил с минуту, а затем опустил клинок. Татуированный коротко кивнул и протянул руку.

– Оружие придется сдать. Не переживай, мы не грабители и не разбойники. Вернем, как только определимся с твоим статусом.

– Давай, давай, мужик! – прикрикнул копьеносец, видя колебания Тиграна, и отставил копье в сторону. – Нам тебя обманывать нет резона.

Тигран нехотя вложил клинок в руку татуированному. Тот сделал знак, и подчиненные тут же встали по обе стороны от Тиграна, держа оружие наготове.

– Вперед, – негромко приказал крепыш.

Они пошли по пыльной безлюдной дороге, между причудливо выгнутых строений. Тигран бросил взгляд в ту сторону, откуда появился осьминог, и увидел, как вдалеке дорога упирается в покрытое черными камнями пустынное поле. Воздух над полем едва заметно подрагивал, будто от палящего зноя, и в этом мареве виднелись едва различимые куцые деревца, почти полностью лишенные веток и листвы.

Вскоре где-то рядом послышались громкие голоса и резкое постукивание. Завернув за угол, Тигран увидел, как на вершине скособоченного здания двое рабочих прилаживают огромный конусообразный раструб, похожий на граммофонную трубу. От конца раструба шел гибкий черный шланг, уходящий в разрытую канаву возле стены здания. Работами командовал низкорослый розовощекий толстяк в грязно-белой панаме.

– Левее поворачивай! – зычно закричал он. – Ослепли, что ли? Туда вон цельтесь!

Тигран проследил за направлением похожего на сардельку пальца и увидел, как далеко слева цвет неба менялся с лилового на фиолетовый, вырисовывая пугающее рваное пятно. Пошарив глазами, Тигран обнаружил похожие конусообразные конструкции еще на нескольких строениях. Все их раструбы были направлены точно на гигантскую фиолетовую кляксу в вышине.

– Эй, мужик! – прервал его наблюдения идущий позади татуированный. – А ты чем занимался там, во внешнем мире?

– Мясом торговал, – коротко сказал Тигран.

– Это ты за прилавком научился так ловко осьминогов разделывать? – хохотнул татуированный. Его спутники, как по команде, громко захихикали, поглядывая на Тиграна.

– Мне приходилось иметь дело и с двуногими тварями, – невозмутимо ответил Тигран. – Уж поверь, они были куда опаснее местных спрутиков.

Смешки моментально оборвались. Татуированный молча поднял большой палец и уважительно кивнул. Больше никто никаких вопросов не задавал.

Вскоре они дошли до грубо сколоченных ворот высотой в два человеческих роста. По обе стороны от входа простиралась стена, будто бы слепленная из разных кусков неправильной формы. Присмотревшись, Тигран сообразил, что стена состоит из задников зданий, соединенных меж собой битым кирпичом и каменными обломками. На самом верху из кирпичей торчали намеренно зазубренные и заостренные прутки арматуры, полукругом загнутые внутрь. Кое-где в стене на уровне глаз зияли небольшие прямоугольные отверстия.

– Эй! – забарабанил в ворота сопровождающий с кинжалом. – Открывайте там! Постояльца к вам привели!

Через пару минут ворота со скрипом открылись, явив двух мужчин, одетых в одинаково грязные и засаленные черные рубахи. Каждый из них держал длинную деревянную палку с примотанным на конце металлическим лезвием. На головах у них красовались такие же черные налобные повязки.

– Здорово, Набалдашник, – сказал тот, что был покрепче и повыше, и, прищурившись, медленно оглядел Тиграна сверху донизу. – А этот что успел натворить?

– Да ничего особенного, – усмехнулся татуированный. – Попал в Яму около часа назад, и уже успел оттяпать у восьмирукого кусок щупальца. Боюсь, с такими талантами в Квартале новичков нам его не удержать.

– Ух, ничего себе! – неожиданно воскликнул второй. Его тонкий мальчишеский голос никак не вязался с пышными черными усами, из-за которых обладателю оных вряд ли можно было дать меньше тридцати.

Тигран вздрогнул и перевел на второго охранника внимательный взгляд. Этот звонкий голос показался ему до крайности знакомым.

– Э! – с явным неудовольствием сказал первый и толкнул усатого локтем. – Не перебивай!

– Случай, прямо скажем, нестандартный, – продолжил после секундной паузы Набалдашник, – поэтому я должен доложить об этом Товарищу Директору. А наш герой пока пусть тут у вас посидит, под присмотром. Место найдете?

Мужчины в черных рубахах вместо ответа молча расступились, освобождая проход, при этом усатый продолжал с неприкрытым восхищением смотреть на вновь прибывшего. Тигран замер, не решаясь заходить внутрь, однако Набалдашник легко подтолкнул его в спину.

– Давай, мясник, – спокойно сказал он. – Не волнуйся, здесь с тобой ничего не случится, если, конечно, ты будешь вести себя хорошо.

Тигран пожал плечами и шагнул в открытые ворота. Внутри оказался небольшой прямоугольный дворик, замкнутый по периметру фасадами изогнутых зданий и выложенной между ними стеной, недобро ощерившейся металлическими прутками. По дворику неторопливо прогуливались несколько человек. Еще четверо вооруженных самодельными копьями охранников, так же одетых во все черное, стояли в углах дворика и внимательно наблюдали за гуляющими. Тигран понял наконец, что его привели в местное подобие тюрьмы.

Завидев вошедших, арестанты остановились и повернули головы, кидая любопытные взгляды. Один из них – седовласый старик в засаленном халате – неожиданно завопил и кинулся навстречу.

– Набалдашник! – голосил он. – Помоги! Меня хотят отправить в ловцы!

Один из охранников кинулся наперерез старику, выставив копье, однако Набалдашник успокаивающе поднял руку, давая старику приблизиться.

– Что случилось, Лунь? – спросил он с легкой насмешкой и резко мотнул головой. – Какой из тебя к черту ловец, чего ты городишь?

– Я ничего не сделал! – продолжал вопить старик, схватив Набалдашника за руку. – Всего лишь отведал пару баночек пива!

– Пива?! – Набалдашник расхохотался. – Лунь, ты совсем чокнулся? Откуда у нас тут взяться пиву?

– Я не винова-а-ат! – крик старика постепенно стихал, переходя в протяжное нытье. – Из телеги выпала упаковка, вот я ее и подобрал. А там оказалось шесть баночек отличного пива.

Усмешка моментально слетела с лица Набалдашника.

– Лунь, ты с ума сошел? Ты спер пиво из телеги Меднокожего?!

– Оно само! – взвизгнул старик и дернул Набалдашника за руку. – Само, само выпало! Я ничего не воровал! Пожалуйста, Набалдашник! Я знаю, что вы друзья с Меднокожим! Может, замолвишь при случае за меня словечко?

– Ты слишком много болтаешь, Лунь, – недовольно ответил тот. – И тебе прекрасно известны законы, ты ведь один из старожилов. Даже если само, надо было все вернуть Меднокожему. Тебе ведь прекрасно известно, откуда взялось это пиво.

Старик всхлипнул.

– И сколько же ты выпил банок? – спросил Набалдашник.

– Я… – старик замялся. – Я хотел только попробовать. Открыл одну, ну и не заметил, как выпил их все…

– Так его Меднокожий и нашел, – пояснил один из охранников. – Пьяного, в развалинах недалеко от Леса. Приволок сюда и пригрозил, что через пару дней заберет в ловцы.

– Эх ты! – раздался веселый крик одного из арестантов. – Мог бы и для нас припасти пару баночек! Так нет же, сам все вылакал, старый жлоб!

Остальные арестанты довольно засмеялись, оглядывая трясущегося всхлипывающего деда.

– Ты настоящий придурок, Лунь, – сердито сказал Набалдашник. – Ладно, я все равно скоро увижу Меднокожего. Попробую насчет тебя договориться.

– Спасибо тебе! – воскликнул старик. – А знаешь… – и его запыленное морщинистое лицо вдруг озарила счастливая улыбка. – Это было самое вкусное пиво в моей жизни!

Охранники проводили Тиграна в маленькую полутемную каморку, вход в которую располагался в дальнем конце двора, и Тиграну пришлось хорошенечко пригнуться, чтобы пройти сквозь дверной проем. Внутри каморки не было ничего, кроме небрежно брошенных на землю нескольких не струганных досок да пластикового ведра с отбитой ручкой. Источником освещения служило небольшое прямоугольное отверстие на уровне глаз, в которое едва можно было просунуть руку.

– Побудешь здесь, пока я не вернусь, – сказал Набалдашник. – Не вздумай буянить, просто терпеливо сиди и жди. Процедура небыстрая, иногда занимает несколько дней. Извини, конечно, за неудобство, но таков порядок. Утром тебе будут приносить еду, вечером под присмотром будешь выносить ведро в выгребную яму. Вопросы?

– А когда я могу выходить на прогулку, как остальные?

– Новичкам гулять нельзя, – покачал головой Набалдашник. – Пока ты не получишь статус, лучше тебе побыть отдельно. А то мало ли что может случиться. Там, во дворе – настоящие преступники. Воры, насильники, убийцы. Ты, сразу видно, парень отчаянный, не хотелось бы, чтобы ты вдруг с ними подружился.

– Что такое статус?

Набалдашник помолчал пару секунд, с сочувствием глядя на Тиграна.

– Ты должен уяснить одну вещь – из Ямы выбраться невозможно. И чем раньше ты похоронишь бессмысленные надежды, тем лучше. Тебе надо начать здесь новую жизнь, придумать, чем ты можешь быть полезен нашему Городу. Это и будет твоим статусом. Самое главное – не угодить в ловцы, а с остальным жить можно. Ладно, мне уже пора идти. Надеюсь, скоро увидимся.

Когда Набалдашник ушел, и охранники, звякнув тяжелым замком, заперли дверь, Тигран вытянулся на жестких досках и прикрыл глаза, стараясь унять звенящий гул в голове. Противоестественность и необычность ситуации, в которой он оказался, будоражила и не давала успокоиться. Сегодня утром он спокойно вышел из дома, поцеловав жену и дочку, а сейчас лежит на сырых досках в неизвестном месте, из которого, как все утверждают, нет выхода. Воспоминание о родных неожиданно кольнуло щемящей болью. Он скрипнул зубами и вскочил, не в силах сдержать бушующую внутри ярость. Из прямоугольного отверстия сочился мутный сероватый свет, и Тигран, припав глазами к этому малюсенькому окошку, увидел лишь кусок дороги да стоявшее напротив коричневое приплюснутое здание с плоской треугольной крышей. Он зарычал, одним прыжком метнулся к двери и со всей силы заколотил по крепким доскам, выбивая облака пыли.

– Эй, вы там! Кто-нибудь! Откройте!

Снаружи донесся язвительный смех и громкие голоса арестантов, оживленно обсуждающих что-то меж собой. Никто не откликнулся на призыв Тиграна, и он, бесплодно прождав около получаса, в конце концов уселся на доски и устало уронил голову на грудь.

Глава 2. Тюрьма.

Рано утром пришли два охранника. Один остался караулить у двери, держа копье наперевес и внимательно следя за пленником, а второй прошел внутрь с большой потертой сумкой на плече и объемным свертком подмышкой.

– Вот, – сказал он злому невыспавшемуся Тиграну и швырнул на доски плотный черный сверток. – Старая шуба. Набалдашник велел передать. Все помягче будет.

– Скажи, пожалуйста… – начал было Тигран, но охранник предостерегающе поднял ладонь.

– Нам запрещено отвечать на любые вопросы. Ты все узнаешь в Квартале Новичков, когда тебя туда переведут. У них там что-то вроде программы адаптации.

С этими словами он поставил на землю сумку и вытащил наполненную водой пластиковую бутылку, глубокую металлическую миску с погнутыми краями и алюминиевую ложку. Затем он извлек из сумки небольшую кастрюльку и вывалил в миску неаппетитное на вид бледно-красное варево, моментально наполнившее каморку кислыми прогорклыми ароматами.

– Это тебе на весь день. Воду рекомендую экономить.

После ухода охранников Тигран развернул и внимательно осмотрел нежданный подарок. Изрядно поеденная молью и пахнущая застарелой пылью шуба привнесла неожиданную нотку уюта в спартанскую обстановку камеры. Тигран принялся расстилать шубу поверх деревянного настила, намереваясь подоткнуть меховые рукава под края, как вдруг заметил, что вдоль одной из досок пролегла глубокая трещина. Он приподнял доску, тщательно изучил трещину с обеих сторон и в конце концов сильно надавил вдоль волокон. Доска хрустнула, оставив в руке остроносый обломок, покрытый множеством тонких светлых заусенцев. Тигран покрутил его, придирчиво осматривая, а затем подошел к прямоугольному отверстию в стене, приложил обломок к выщербленному ребру кирпича и с силой провел несколько раз. На древесине остались глубокие светлые борозды. Тигран удовлетворенно хмыкнул и вновь поднес кусок дерева к кирпичу, стараясь подобрать нужный угол.

В течение следующих нескольких часов он методично затачивал обломок о старый кирпич, прерываясь лишь на то, чтобы сделать несколько глотков воды. Довольно быстро руки покрылись занозами и начали кровоточить, и ему пришлось оторвать кусок подкладки от шубы и обмотать вокруг ладоней, защищая кожу. Воздух наполнился мелкой кирпичной взвесью, от которой чесались глаза и першило в горле. Запахло свежими опилками. Плечи и пальцы онемели от однообразных напряженных движений. Он решил сделать перерыв и с жадностью проглотил обед, почти не чувствуя вкуса. Еще через пару часов напряженной работы ему удалось, наконец, добиться нужной формы деревянного обломка. К этому моменту каждая мышца в его теле нестерпимо ныла, отдаваясь на любое движение тупой пронизывающей болью. Он выдохнул, утер пот со лба, сорвал ткань с ладоней, обмотал ей импровизированное оружие и спрятал под доски, а сам обессиленно рухнул сверху.

Через некоторое время загремел замок, и в каморку опять зашло двое охранников, но не тех, что утром. Одного из них, усатого с тонким голосом, Тигран сразу узнал. Тот широко улыбнулся пленнику и подошел поближе, почти вплотную.

– Это тебя называют мясником, что ли? – громко спросил охранник, а потом, понизив голос, возбужденно прошептал: – Вы не узнали меня, дядя Тигран? Это же я, Сашок! Сын Николая Петровича! Мы у вас постоянно брали свежую баранину. Случайно не знаете, как отец, как мама?

– Ну конечно! – тихо ответил Тигран, внимательно разглядывая охранника. – Сашок… Из-за этих усов я тебя не сразу признал. Ты же пропал год назад. Николай Петрович чуть с ума не сошел от горя, пока тебя разыскивал. А мы-то думали, ты куда-то в Москву подался, на заработки, да и сгинул там.

– Вот как… – чуть помедлив, сказал Сашок и еле слышно всхлипнул. – А я вот здесь…. И никак даже весточку не передать, что я жив-здоров. Проклятое это место, дядя Тигран! Никак не выбраться. Но устраиваться как-то надо, иначе совсем плохо будет.

– Что, совсем никак не выбраться? – с нажимом спросил Тигран. – Ты все возможности испробовал? Быть такого не может, чтобы не было выхода.

– Говорю вам…

– Ну чего вы там копаетесь? – недовольно проворчал оставшийся у двери второй охранник.

– Давай, арестант, собирайся, пора на прогулку! – громко произнес Сашок с деланной строгостью, сделал сердитое лицо и кивнул на стоявшее в углу ведро.

Выйдя наружу, Тигран с наслаждением вдохнул прохладный свежий воздух. На тюремный дворик опустился вечерний сумрак, и, кроме охранников, никого не было видно. Они направились к дальнему углу, и Тигран, проходя мимо очередной каморки, обратил внимание, что у нее у единственной дверь забрана крепкой металлической решеткой. Сашок, поймав заинтересованный взгляд Тиграна, едва заметно усмехнулся.

– Камера для особо опасных преступников, – пояснил он. – И знаешь, что? – он поманил Тиграна пальцем, и, когда тот склонился, быстро произнес: – Она сейчас не пустует! Говорят, там какой-то особо опасный тип. Его даже на прогулку не выпускают!

– Слушай, я вот что еще хотел спросить…

– А ну прекратите! – раздраженно выкрикнул второй охранник, следовавший позади. – Тут не справочное бюро. Вон выгребная яма. Выливай ведро и пошли обратно.

– Скажите хоть, когда я смогу отсюда выйти? – упрямо спросил Тигран.

– Тебя привел Набалдашник, вот, значит, он за тобой и должен прийти, – пояснил Сашок и собирался добавить что-то еще, но, наткнувшись на сердитый взгляд напарника, смущенно замолчал.

Унылой вереницей потянулись одуряющие одинаковые дни. Днем Тигран до отказа мышц отжимался от пола, чтобы не потерять форму, и продолжал шлифовать деревянный клинок, стремясь достичь баланса между остротой и прочностью. Вечером, сразу после того, как стихали голоса арестантов, он припадал к двери и тщательно ощупывал дверной косяк, замочную скважину, пространство под дверью и щели между досками. Когда приходили охранники – Сашок среди них больше не появлялся – он внимательно наблюдал за ними и тщательно запоминал каждое их действие. Как они входят в каморку. Куда смотрит оставшийся у двери охранник, в то время как второй выливает питательную бурду из кастрюльки в миску. В какой момент оба поворачиваются спиной, выходя из камеры. Внутренний дворик он так же успел хорошо изучить за время коротких вечерних прогулок. Через четыре дня ему был досконально известен внутренний распорядок тюрьмы и расположение всех основных строений.

Каждый вечер перед сном Тигран вспоминал своих родных и друзей. Жена Мариам, дочка Гаяне, дядя Нарек, живший на соседней улице в небольшом деревянном домике, окруженном десятками цветущих яблонь. Тоска по дому усиливалась с каждым днем, и вскоре стала совсем невыносимой. В конце концов Тиграну надоело гнить в тесной каморке и безропотно ждать, когда же вернется покрытый татуировками Набалдашник, и он решил сбежать, чтобы самому найти выход из этого ужасного места. Замысел был предельно прост, а потому почти наверняка должен был сработать. Во время вечерней прогулки точным ударом вырубить ближайшего охранника, забрать оружие, взять в заложники второго. Прикрываясь им, как щитом, пройти к воротам, заставить отпереть и выйти. Он прекрасно видел, что охранники как бойцы ничего серьезного из себя не представляли, а значит, справиться с ними не составит никакого труда. На крайний случай при нем будет деревянный клинок – оружие хоть и одноразовое, но достаточно смертоносное.

С этими мыслями он и погрузился в чуткий тревожный сон, полный решимости во время завтрашней прогулки попытаться сбежать. Однако рано утром его разбудил лязгающий шум во дворе, весьма необычный для этого часа. Он приподнялся, прислушался, а затем рванул ко входу, одним движением выдернув деревянный клинок из-под лежанки. Припав ухом к двери, он услышал возню и негромкую ругань.

– Помогите! – вдруг раздался знакомый голос, переходящий в затихающий хрип.

Прищурившись, Тигран выпрямился и сильным ударом ноги, нацеленным точно в нужное место, выбил дверь, а затем, снова пригнувшись, прыжком выскочил наружу.

Тусклое утреннее солнце с трудом освещало покрытый сумеречной хмарью внутренний дворик. Справа двое незнакомцев с серыми повязками на лице стояли у входа в камеру, где, по словам Сашка, содержался особо опасный преступник, и пытались открыть металлическую решетку, лязгая поблескивающим инструментом. Сам Сашок лежал у дальней стены в луже крови. Его напарник сидел рядом и тихо всхлипывал, поджав колени и закрыв лицо руками. Над ним нависали еще два незнакомца, так же скрывавших лица под серыми повязками. Быстро окинув внимательным взглядом дворик, Тигран больше никого не обнаружил.

На шум от выбитой двери все обернулись и застыли на месте, с удивлением разглядывая внезапно появившегося Тиграна. Даже напарник Сашка перестал всхлипывать и оторвал ладони от лица, с робкой надеждой глядя на недавнего пленника.

– Не отвлекаться! – вдруг раздался чей-то громкий свистящий голос, и Тигран, повернувшись на звук, обмер от ужаса. На стене возле ворот, скрывая побитые кирпичи, выступала колыхающаяся черная тень размером с крупного человека, форма которой напоминала лишенный рук и ног неровный овал. Там, где должна была быть голова, у тени находилась сморщенная оскаленная маска с застывшим выражением ненависти, а две большие глазницы светились ярким огнем, словно горящие угли.

Через мгновение Тигран пришел в себя и одним движением перескочил разделявшее его с сидящим у стены охранником расстояние, краем глаза отметив, как тень метнулась по стене вслед за ним. Одного взгляда на Сашка хватило, чтобы понять, что бедолагу уже не спасти. Его горло пересекала широкая резаная рана, из которой затухающими толчками продолжала вытекать ярко-алая кровь.

– Что здесь происходит? – спросил Тигран у двух незнакомцев, стараясь сохранять самообладание. – Вы кто такие?

Те моментально ощетинились длинными поблескивающими ножами и принялись не спеша надвигаться на Тиграна. Тот сразу понял, что новые противники, в отличие от охранников, неплохо подготовлены, и справиться с ними будет непростой задачей.

– Всем немедленно успокоиться! – жуткая тень неожиданно оказалась рядом на стене, и напарник Сашка, завидев ее, с тихим стоном отполз в сторону. – Эй, пленник, послушай-ка меня, – обратилась она к Тиграну, и в воздухе будто пахнуло сырой кладбищенской осенью. – Тебя, как и многих, несправедливо удерживали в застенках. А парень, ты, как я вижу, одаренный. Я предлагаю тебе вступить в нашу организацию. Нам нужны такие бравые солдаты. Ты послужишь нам, а взамен получишь хорошее питание, свободу от местной тирании, а так же возможность делать, что хочешь, и говорить, что думаешь. Ну, что скажешь?

Слегка повернув голову, Тигран заметил, что взламывающие камеру незнакомцы почти добились своего. Решетка ходила ходуном, и вот-вот должна была упасть.

– Интересное предложение, – ответил Тигран, переведя взгляд обратно на тень, и незаметно нащупывал деревянный клинок в рукаве рубахи. – А если я все-таки откажусь?

– Вон, на него посмотри, – тень взглядом указала на труп Сашка, и Тиграну показалось, что ее глазницы полыхнули еще сильнее. – У него тоже был выбор. И он его сделал.

– Хм, – сказал Тигран, и сделал вид, что обдумывает услышанное. – Значит, либо я с вами, либо лягу рядом с ним?

– Тебе с нами не справиться, здоровяк! – сказал один из нападавших и чуть приподнял руку, удерживающую нож. – Я бы на твоем месте не глупил и принял щедрое предложение нашего вожака, тем более, что он не каждому его делает!

Тигран глубоко вздохнул и выдавил улыбку.

– Я ж новенький, никого тут пока не знаю. Так что буду рад пойти с вами, ребята.

– Новенький! – тень заколыхалась еще сильнее, а нападавшие заметно расслабились. – Это превосходно! Тебе очень повезло, что ты попал к нам, а не к Товарищу Диктатору.

– Давайте для начала помогу вам, – неожиданно сказал Тигран и сделал шаг в сторону людей, ломавших решетку. – Тут делов-то на две секунды, главное – дернуть как следует.

– Эй, послушай! – спохватился один из нападавших и схватил Тиграна сзади за рубашку свободной от ножа рукой. – Ты пока лучше не лезь, мы и без тебя справимся!

– А? – как можно расслабленнее ответил Тигран и развернулся, будто желая расслышать получше.

Во время поворота он опустил правую руку, и деревянный клинок скользнул в ладонь. Левой рукой он мягко сжал запястье удерживающего его незнакомца и вопросительно посмотрел в глаза, словно ожидая ответа. Тот едва успел открыть рот, как Тигран нанес резкий удар правой. Деревянное лезвие вошло в шею противника почти без сопротивления, не зря обломок тщательно оттачивался столько дней. Раздался тихий хруст. Фонтаном брызнула кровь. Незнакомец охнул, отпустил Тиграна и схватился за рукоятку деревянного клинка, медленно оседая на землю. Тигран подхватил выпавший из ослабевшей руки длинный нож, развернулся и тут же попытался вонзить его под ребро подбегавшему второму незнакомцу. Однако тот успел увернуться, и лезвие лишь разрезало одежду и чуть оцарапало кожу. Первый, с клинком в шее, все еще продолжал с хрипами и стонами цепляться за Тиграна, сковывая движения, и второй, заметив это, издал злобный вопль и контратаковал, занеся нож для удара. Тигран успел закрыться левой рукой, и оружие врага пропороло предплечье, оставив глубокую кровоточащую рану. Стиснув зубы, Тигран одним движением стряхнул наконец с себя тело первого противника и, сжав нож покрепче, нанес второму сильный удар, целясь в грудь. Лезвие вошло точно в сердце. Второй противник громко ойкнул и завалился на землю, закатив глаза.

Грохнула решетка, подняв желто-коричневое облако пыли. Из каморки с криками радости вывалился темноволосый парень с неестественно круглым простоватым лицом, больше похожий на обычного работягу, чем на матерого уголовника. Увидев кровавую бойню во дворе, он застыл было на месте, но потом, сощурившись, сделал шаг вперед.

– Беги! Скорее! Вали отсюда! – громким шепотом приказала тень. – А вы, двое, давайте, займитесь этим гадом!

Освобожденный бандит, продолжая разглядывать окровавленные тела, попятился к воротам, но вдруг повернулся к Тиграну, осклабился, втянул в себя воздух и с силой выплюнул два небольших продолговатых белых предмета. Его щеки моментально втянулись внутрь, а лицо резко осунулось и загрубело, тут же потеряв детскую пухлость и наивность.

– Как тебе такое, а?! – радостно завопил он и даже подпрыгнул от переполнявших его чувств. – А ну иди сюда, великан, потанцуем!

Он смешно выпучил глаза, оскалился и чуть пригнулся, не сводя глаз с Тиграна. Его тело напряглось, он зарычал и словно изготовился к прыжку. Однако довести до конца задуманное ему не удалось.

– Тебе что было сказано? – злобно прошипела Тень. – А ну прекрати эту клоунаду. Пошел, пошел отсюда, мы сами разберемся, без тебя!

– Ба! – громко воскликнул незнакомец неожиданно звонким голосом, от которого у Тиграна даже зазвенело в ушах, а потом резко развернулся и побежал к воротам.

Двое оставшихся, вытащив ножи, принялись с двух сторон окружать Тиграна. Однако к этому моменту напарник Сашка, доселе сидевший, сжавшись в комочек, наконец-то, пришел в себя, взял из руки убитого бандита длинный нож и встал спиной к спине к Тиграну.

– Что-то ты припозднился, – заметил тот, внимательно следя за перемещением противников.

– Не все такие ловкие парни, как ты, – буркнул охранник и вдруг завопил, набрав полную грудь воздуха: – Эй, ребята! На помощь! На нас напали!

Через несколько секунд дверь одной из каморок распахнулась, и наружу выглянули растерянные лица еще двух охранников. Увидев происходящее во дворе, они издали несколько бессвязных удивленных восклицаний и вскоре вышли наружу, выставив перед собой самодельные копья. Нападавшие остановились и вопросительно посмотрели на тень.

– Уходим, – бросила та, с ненавистью глядя на Тиграна. – Основное дело сделано, а лишние жертвы нам не нужны.

Нападавшие принялись отступать к выходу, держа ножи перед собой и не сводя глаз с охранников. Те, впрочем, особо не горели желанием вступать в схватку, видя, как жестоко расправились с их коллегой. Не прошло и нескольких секунд, как незнакомцы скрылись за воротами. Тень скользнула за ними и тоже исчезла из виду.

– Что тут произошло? – испуганно спросил один из подоспевших, опуская копье.

– А у вас очень крепкий сон, ребята, – криво улыбнувшись, отметил Тигран. – Тут бой, крики, черт знает что происходит, а вы знай себе спите.

– Мы… Мы просто… – начал было тот, но, не найдя, что сказать, пристыженно потупился.

Тигран, почувствовав, как на смену боевому запалу приходит тупая дергающая боль в предплечье, уселся на землю и зажал рану рукой, пытаясь остановить кровотечение. Однако рана оказалась слишком глубокой, и, несмотря на все усилия, кровь продолжала сочиться сквозь пальцы.

– Погоди-ка! – сказал вдруг пытавшийся оправдаться охранник и скрылся в каморке.

Через несколько секунд он появился вновь, держа в руке бутылку с мутной жидкостью.

– Я раньше работал на скорой, – пояснил он, подходя ближе. – Давай помогу обработать рану.

– Валяй, – ответил Тигран, держа нож наготове.

Охранник бережно оголил рану, откупорил бутылку и обильно полил предплечье жидкостью. Тигран не издал ни звука, испытывая адское жжение в ране, однако продолжая внимательно следить за действиями охранника. Тот сорвал повязку с лица одного из трупов, смочил ее жидкостью, сложил вдвое и ловко перевязал рану, туго затянув узел.

– Мы сами толком ничего не успели понять, – начал тем временем рассказывать напарник Сашка. – Стояли на дежурстве, ждали, когда кончится смена. Вдруг налетели эти, с повязками. Кажется, они взломали замок на воротах, хотя мы ничего такого не слышали. Двое взяли нас под стражу и сказали, что зарежут, если мы хоть пикнем, а еще двое принялись ломать решетку. Но тут он, – и охранник кивнул на лежащего в луже крови Сашка, – попытался позвать на помощь. Секунда – и он уже валяется с перерезанным горлом. Кошмар… – охранник скривился. – А потом появился наш новенький. Ну ты и зверюга, мужик! Не зря тебя прозвали мясником! Он чуть ли не голыми руками уложил двоих, представляете?! Тогда-то я и понял, что, кажется, самое время позвать на помощь без риска для жизни.

– Они приходили за толстомордым, – вдруг сказал Тигран, поднимаясь с земли. – За что его посадили?

– Вообще-то нам не… – начал было напарник Сашка, но, наткнувшись на требовательный взгляд Тиграна, махнул рукой. – Впрочем, какая теперь разница? Сказали, что он важный человек в банде Тени. Завтра его должны были повести на допрос к Товарищу Директору.

– А эта Тень – что за тварь?

– Никто не знает, – пожал плечами собеседник. – Поговаривают, что она и ее банда замешаны во всех диверсиях на наших фабриках. Они толи оппозиционеры, толи террористы.

– Хорошо, – сказал Тигран и повернулся к охраннику, который обработал рану. – Спасибо за помощь. Дальше я сам разберусь.

– Э-э-э, – неуверенно сказал доселе молчавший охранник. – Мы же не можем его просто так взять и отпустить?

– Еще как можем, – усмехнулся напарник Сашка. – Но ты, если хочешь, можешь попытаться ему помешать.

– Последний вопрос, – спросил Тигран, убедившись, что никто не собирается его останавливать. – Как выбраться из этого дурацкого места?

– Если ты про тюрьму, то ворота перед тобой, – сказал напарник усатого. – А если про Яму, то это невозможно. Многие пробовали, и…

– Она же не бесконечная, так? – прервал его Тигран. – У этой вашей Ямы край есть?

Охранники недоуменно переглянулись.

– Есть, – медленно сказал напарник усатого. – Но тебе там не понравится.

– Это мы еще посмотрим, – усмехнулся Тигран, задрал штанину и вложил нож в ножны. – Куда идти?

– Видишь фиолетовое пятно в небе? – охранник ткнул пальцем вверх. – Оно находится в центре Ямы. Иди так, чтобы пятно всегда было у тебя за спиной. И ты окажешься у края. Но, послушай, мясник… Ты все-таки спас мне жизнь, поэтому я хочу от чистого сердца дать тебе один совет – не ходи туда. Лучше отыщи Набалдашника и отправляйтесь с ним к Товарищу Директору. Серьезно – неужели ты думаешь, что если бы из Ямы был выход, мы бы все торчали здесь?

– И Набалдашник опять упечет меня сюда на неделю? Нет уж, спасибо. Если потребуется, я сам найду Товарища Директора. А вам, ребята, я тоже дам совет на прощание – займитесь своей подготовкой как следует. Не дело, когда четверо мерзавцев вскрывают вашу тюрьму, как консервную банку. Счастливо оставаться.

Он развернулся и быстро зашагал к выходу, уверенный, что за ним никто не последует.

Выйдя за ворота, Тигран с наслаждением подставил лицо едва заметному дуновению свежего воздуха, как-будто пытаясь избавиться от душных тюремных миазмов. Он запрокинул голову и попытался нашарить взглядом фиолетовое пятно, однако это оказалось не так просто. Не успевшее набрать силу солнце едва пробивалось сквозь царящую наверху мутную дымку и с трудом освещало угрюмое небо, скрадывая ускользающие полутона между лиловым и фиолетовым. Однако через пару минут упорного всматривания Тиграну все-таки удалось разглядеть колеблющийся рваный край фиолетового сполоха. Он опустил голову, повернулся спиной к пятну, выбрал в качестве ориентира один из торчащих на зданиях раструбов и уверенно зашагал в нужную сторону по кривой пустынной улочке.

Чем дальше он удалялся от пятна, тем меньше становилось искривление стоявших по обе стороны дороги домов. Строения становились ниже, их перекрученная геометрия заменялась простыми и понятными линиями, и в конце концов Тигран с удивлением обнаружил, что идет между двумя рядами обыкновенных гаражей. Он остановился, внимательно посмотрел по сторонам и внезапно осознал, что окружающая местность очень похожа на заброшенный гаражный кооператив «Колесо», где ему приходилось бывать несколько раз до того, как он открыл мясной магазин.

– Вот это да! – громко сказал он. – Так значит, я все-таки в Лесноградске?!

Словно заслышав звук его голоса, из-за ближайшего гаража вышел полностью лишенный шерсти маленький щенок с темными слезящимися глазами. Завидев человека, он протяжно заскулил и принялся вилять длинным лысым хвостом, отчего стал напоминать крысу-переростка.

– Ох ничего себе, – негромко сказал Тигран, глядя на щенка. – Ты, наверное, голодный? А мне и дать тебе нечего. Ну, пойдем-ка со мной, может, получится раздобыть чего-нибудь съестного.

Щенок нерешительно подошел и ткнулся влажной мордой в пыльную штанину, оставив мокрый след. Тигран опасливо коснулся его гладкой кожи, не зная, что можно ожидать от местных тварей, однако щенок в ответ на прикосновение только лишь визгливо и радостно гавкнул. Тигран хохотнул, потрепал его по холке и продолжил свой путь, с удовлетворением отметив, что щенок засеменил рядом, время от времени довольно повизгивая.

– Я буду звать тебя Кудрявый! – насмешливо сказал он, глядя на неожиданного попутчика. – Ты же не против?

Щенок в ответ гавкнул еще пару раз, всем своим видом выражая горячее одобрение.

Вскоре они вышли на широкую дорогу, которая обрывалась метрах в ста, утыкаясь в растрескавшуюся черную землю. Еще чуть дальше взгляд упирался в дрожащее марево, за которым маячили лишенные листьев низкорослые деревья, больше похожие на черные обрубки в человеческий рост. А дальше все скрывалось в густом сером тумане. Тигран вспомнил, что видел похожую картину сразу после попадания в Яму, и уверенно зашагал вперед, полагая, что в той стороне и есть долгожданный выход. Обернувшись, он убедился, что едва различимое фиолетовое пятно находится точно за его спиной, а еще ему пришло в голову, что в том, истинном Лесноградске ровно под этим пятном находился разрушенный давней катастрофой дизельный завод.

Однако стоило ему сойти с дороги и ступить на черную выжженную землю, как вдруг щенок залился громким испуганным лаем. Он кинулся в ноги Тиграну и даже попытался схватить зубами за штанину, всем своим поведением показывая, что дальше идти не следует. Тигран присел, положил руку на голову зверю и посмотрел прямо в большие темные глаза.

– Мне надо, – твердо сказал он. – Я должен, понимаешь?

Щенок сел на задние лапы, поднял морду кверху и протяжно заскулил. Тигран еще раз ободряюще потрепал его по холке, поднялся и пошел вперед. На этот раз щенок остался на месте, глядя вслед человеку и продолжая жалобно подвывать.

Воздух сгущался вокруг Тиграна, словно бесцветный кисель, и каждый последующий шаг давался ему все с большим трудом. До его ушей продолжал долетать обеспокоенный лай лысого щенка, но слышался он теперь далеко и приглушенно, будто сквозь толстую подушку. В какой-то момент к лаю добавился резкий окрик. С трудом повернув голову, словно раздвигая плотную липкую жидкость, он увидел, как к нему несется гигантский спрут в сопровождении Набалдашника. Тигран ухмыльнулся и презрительно сплюнул. Плоский комочек слюны полетел вниз медленно и плавно, словно в замедленной съемке. Собрав все силы, Тигран продолжил шагать вперед, постепенно приближаясь к первому высохшему дереву.

И только когда до него оставалось около двадцати шагов, он с ужасом понял, что это вовсе не дерево. В чересчур плотном, как расплавленное стекло, воздухе, застыла, вытянув обе руки перед собой, человеческая фигура. Он издал хриплый вопль и с огромным трудом сделал еще несколько шагов. Теперь ему было хорошо видно, что впереди него замерла в вечном движении молодая девушка. Она была развернута к Тиграну, ее светлые волосы развевались отсутствующим ветром, в глазах читалась боль и надежда, а на веснушчатом лице застыла гримаса ужаса. Будто само время сгустилось вокруг нее и навечно законсервировало последний миг жизни. Вглядевшись в черты девушки, Тигран внутренне вздрогнул, а с его губ сорвался почти что беззвучный стон. Она напомнила ему его дочь, Гаяне. Такая же молодая и беззаботная, и почти тот же цвет волос. Воспоминания о семье опять больно кольнули под сердцем, и он злобно зарычал, стараясь стряхнуть стиснувшее его вязкое пространство.

Он попробовал сделать глубокий вдох, но не тут-то было. Воздух сделался будто ватным, голова закружилась, а перед глазами замельтешили черные мошки. Он напряг все мускулы, чтобы развернуться, и с третьей попытки ему это удалось, но потом силы почти покинули его. Он захотел сделать шаг, но не смог. Слишком поздно Тигран осознал опасность края Ямы. Это была ловушка, сотканная из времени и пространства, куда влипали живые существа, словно мухи, и оставались в ней навсегда. Последнее, что он увидел перед тем, как сознание покинуло его – это черное гибкое щупальце, которое с огромным трудом протискивалось сквозь липкий воздух, чтобы обвить его.

Глава 3. Резиденция.

– Эй, Мясник, очнись! Ну! Я же вижу, что ты приходишь в себя!

Слова доносились откуда-то издалека, проникали сквозь плотную темную вуаль и назойливо впивались, будто голодные комары, в крепко спящий рассудок. Тигран замычал, пытаясь укрыться в вечном забытьи от раздражающих звуков, однако к словам добавились неприятные мотания туда-сюда. Постепенно пробуждаясь, Тигран понял, что кто-то настойчиво трясет его за плечо. Когда же он с огромным трудом разлепил опухшие глаза и сфокусировал взгляд, то увидел прямо над собой широкое ухмыляющееся лицо Набалдашника.

– Ну наконец-то! – радостно воскликнул тот и резко дернул головой. – Ты в курсе, что провалялся без сознания почти сутки? Вот скажи, зачем ты поперся на край Ямы? Тебя ведь предупреждали! Восьмирукий еле успел вытащить твою двухметровую тушу. Еще секунд десять – и ты бы завяз там навечно.

– Воды, – просипел Тигран, коснувшись тяжелым неповоротливым языком распухших потрескавшихся губ.

Набалдашник тут же протянул грязно-серую кружку с отбитой ручкой. Тигран приподнялся и с жадностью сделал несколько глотков, почти не чувствуя вкуса.

– Уф, спасибо, – сказал он, возвращая кружку, и огляделся.

Помещение, в котором он находился, выгодно отличалось от последнего места заключения. Широкое, задернутое плотной синей занавеской окно, выкрашенные в нежно-зеленый стены, на деревянном полу – небольшой коричневый коврик. Тигран лежал на уютной кровати, от которой вкусно пахло свежим бельем, рядом стояла резная деревянная тумбочка, может быть даже антикварная, а возле тумбочки на металлическом стуле сидел Набалдашник, продолжая довольно скалиться.

– За что вдруг такие почести сбежавшему заключенному? – спросил Тигран и с недоверием посмотрел на собеседника.

– Товарищу Директору доложили о твоих подвигах, – ответил Набалдашник, бесцеремонно поднял край засаленной, когда-то белоснежной футболки и почесал татуированное пузо. – Он весьма впечатлен и хочет пообщаться. Велел каждые три часа проверять, не пришел ли ты в себя.

Тигран скептически хмыкнул.

– Всего-то стоило завалить пару человек, как тебе и побег прощают, и сразу принять изволят, да? Такие у вас тут порядки?

Ухмылка застыла на лице Набалдашника.

– Не глупи, Мясник, – сказал он тем же насмешливым тоном, в котором теперь, однако, явственно чувствовался некоторый холодок. – Во-первых, на тебе тут свет клином не сошелся. У Товарища Директора, да и у меня, полно других забот, помимо собеседования новеньких. А во-вторых, ты убил не первых встречных, а мятежников, восставших против наших законов и напавших на тюрьму. Тем не менее, учти на будущее, что убийство здесь – тяжкое преступление, за это сразу идут в ловцы, ну а там продержаться в живых более года – большая удача.

– Хорошо, я понял, – ответил Тигран после короткой паузы. – Извини за резкость. А что это за место? Край Ямы. Там как-будто все останавливается.

– Именно так! – тон Набалдашника заметно потеплел, и он нарисовал пальцем в воздухе круг. – Яма со всех сторон ограничена краем, где застывает пространство и время, и люди, застрявшие там, всегда выглядят точно такими же, какими они были, когда попали туда. У нас тут одно время даже существовал идиотский культ адептов края, они считали, что единственный способ выбраться из Ямы – это уйти в край и подождать, когда все как-нибудь само собой рассосется, после чего эти самые адепты чудесным образом возродятся.

– И что стало с этим культом?

Набалдашник махнул рукой.

– Самые упертые ушли в край и застряли там навсегда, а тех, кто духом послабее, мы переловили и вернули к нормальной жизни. – Набалдашник хихикнул. – Если, конечно, жизнь в Яме можно назвать нормальной. После этого Товарищу Директору пришла в голову идея выдрессировать восьмируких и заставить их контролировать периметр. Они пошустрее и каким-то образом чувствуют, когда кто-то приближается к краю. Ну а после того, как восьмирукие чуть не придушили в своих объятиях пару-тройку недоумков, желающих свалить в край резко поубавилось.

– Так значит, восьмирукие вовсе не…

– Ну да, – Набалдашник то ли резко кивнул, то ли опять дернул головой. – Никакие они не монстры, хоть и выглядят весьма устрашающе, что как раз отлично работает для отпугивания всяких дурачков от похода в край. Ну и при случае восьмирукие помогают вытащить кого-то застрявшего там, сечешь? – и Набалдашник хитро прищурился.

– Выходит, я обязан тебе жизнью, – сказал Тигран, глядя прямо на Набалдашника.

– Воу, воу, поменьше пафоса, дружище! – воскликнул тот и воздел обе руки кверху, продемонстрировав по вытатуированной змее от плеча к запястью. – Это моя работа, я ж тут вроде как начальник патрульной службы. Ну а если ты и впрямь чувствуешь за собой должок, то лучшее, что можно сделать – это пойти и выслушать Товарища Директора. И больше не совершать самовольных выходок, не посоветовавшись перед этим с более опытными людьми.

– То есть с тобой, к примеру?

Голова у Набалдашника опять дернулась.

– Так точно, – улыбнулся он. – Со мной – в первую очередь.

– Ну что ж, – Тигран попытался встать, преодолевая головокружение и слабость. – Тогда незачем откладывать. Давай навестим уважаемого Товарища Директора.

Они вышли из полутемного помещения на улицу, и Тигран замер, щурясь от непривычно яркого света. Рваная дымка, обычно покрывавшая угрюмое лиловое небо, сегодня впервые за много дней почти рассеялась, и солнце, будто освободившись от невидимых оков, засияло, казалось, с удвоенной силой.

Посреди просторного двора возвышалось необычное, похожее на китайскую пагоду, трехэтажное здание с задранной крышей, слегка заваленное на правый бок. От зубцов крыши отходили толстенные, туго натянутые тросы, закрепленные другим концом на вбитых в землю бетонных блоках. Справа и слева от центрального здания виднелись свежие пристройки, возведенные из похожего на губку серого кирпича неясного происхождения. Высокие стены, окружавшие двор по периметру и оснащенные наверху настоящей колючей проволокой, но торчавшей наружу, а не внутрь, так же были построены из того же материала, и выглядели куда как прочнее и неприступнее, чем тюремные. На крыше центрального здания Тигран заметил небольшую башенку, где сидел человек в камуфляже и внимательно осматривал окрестности. Еще двое в похожей форме охраняли вход в здание.

По периметру двора вдоль стен располагалось несколько длинных, похожих на бараки деревянных построек, из точно такой же как раз вышли Тигран и Набалдашник. От созерцания внутреннего двора Тиграна неожиданно отвлек звонкий заливистый лай. К нему радостным визжащим комочком подлетел знакомый щенок и принялся энергично тереться о ноги, высунув от избытка чувств язык и время от времени подпрыгивая.

– Вот! – усмехнулся Набалдашник. – Скажи ему спасибо. Если бы не его отчаянное гавкание – мы бы не успели тебя отыскать.

Тигран присел на корточки.

– Привет, друг! – дружелюбно сказал он, протянул руку и как следует потискал щенка за ушами. – Скучал без меня?

– Э! – предостерегающе сказал Набалдашник. – Мясник, я все понимаю, но… Не привязывался бы ты к нему.

– Это еще почему? – небрежно поинтересовался Тигран, продолжая играть со щенком.

– Потому, – в тон ему ответил Набалдашник. – У нас тут, если ты не заметил, супермаркетов нет, еду брать особо негде. Поэтому домашних питомцев никто не заводит – им просто не выжить. – Набалдашник помолчал секунду, а потом осторожно добавил: – В обоих смыслах…

Тигран неспешно поднялся и одарил Набалдашника тяжелым взглядом.

– Его зовут Кудрявый. И будь уверен – уж я сумею его прокормить. А если потребуется – и защитить.

Щенок, словно в подтверждение слов хозяина, громко гавкнул и завилял хвостом. Набалдашник пожал плечами и с любопытством глянул на лысого пса.

– Удачная кличка, ничего не скажешь. Ну, смотри сам, мое дело – предупредить.

– Ух ты, какая замечательная собака! – вдруг раздался позади Тиграна молодой мужской голос. – Ты чей, песик?

Тигран резко обернулся и увидел необычную пару. В сопровождении охранника, одетого в уже ставшим привычным камуфляж, следовал парень лет двадцати пяти, в просторной серой рубахе и почему-то босиком. Его лохматые волосы соломенного цвета торчали спутавшимися комьями в разные стороны, а на лице блуждала неестественная улыбка, намекавшая на легкую ненормальность. Парень перевел поблескивающий взгляд на Тиграна и вдруг издал радостное восклицание.

– О, привет! Ну что, теперь-то ты доволен? Мне сказали, что…

Охранник в камуфляже громко кашлянул и сильно дернул парня за рукав.

– Слушай, – сказал он мягко, но с нажимом. – Нам уже пора.

Лицо парня неожиданно исказила страдальческая гримаса. Он вдруг подался к Тиграну, вцепился ему в одежду, всхлипнул и громко завопил:

– Это ведь ужасное место, да? Спорим, не этого ты ждал? И зачем ты только решил сбежать, я не понимаю, и никогда, никогда, ты слышишь, вас не пойму!

– Мы знакомы? – спросил Тигран, не сводя с парня пристального взгляда и с трудом сохраняя самообладание.

Набалдашник больно ткнул Тиграна в спину.

– Пошли, – жестко приказал он. – Тебе нельзя…

Охранник в камуфляже тем временем уверенно оттирал парня в сторону, втиснувшись между ним и Тиграном.

– Постой, уважаемый! – сказал было Тигран и попытался взять охранника за плечо.

Тот резко скинул огромную лапищу и развернулся, глядя узкими злыми глазами прямо в лицо Тиграну и удерживая перед собой невесть откуда взявшийся нож. Набалдашник коротко и громко свистнул. Тут же со всех сторон к ним заспешили другие охранники, бряцая болтающимися на поясе кинжалами. Щенок прижался к ногам Тиграна, припал к земле и тихо зарычал.

– Мясник, я же просил не глупить, – едва слышно сказал Набалдашник, наблюдая, как парень и его сопровождающий отходят прочь, теряясь в толпе. – Давай просто навестим Товарища Директора, не создавая лишних проблем.

– Он меня откуда-то знает! – прошипел Тигран, сжав кулаки. – Он как-то связан с моим попаданием сюда!

– Расслабься, Мясник! – непреклонным тоном продолжил Набалдашник. – Поверь, сейчас не время и не место для обсуждения этих вопросов. Ну?

Тигран глубоко выдохнул и разжал кулаки. Набалдашник кивнул столпившемся вокруг охранникам, и те начали понемногу расходиться, возвращаясь к повседневным делам и кидая время от времени на двухметрового Мясника любопытные взгляды. Босоногого парня уже нигде не было видно.

Те несколько минут, пока они шли ко входу в двухэтажное здание, Тигран прокручивал в голове недавнюю сцену и сам не заметил, как его мысленный взор сместился с лохматого парня на его попутчика, охранника в камуфляже. Тигран вспомнил сощуренные, горящие яростью глаза, поблескивающий нож, и вдруг понял, что лицо охранника ему знакомо, и что как-будто он видел его совсем недавно. Осознав эту догадку, он внезапно остановился, как вкопанный, судорожно перебирая в голове всех, кого он успел повстречать в Яме, однако никто из них совсем не был похож на этого злополучного охранника.

– Эй, ну что опять? – недовольно спросил Набалдашник, хлопнув замершего Тиграна по руке.

Тот с трудом отогнал одолевающее его зудящее беспокойство, выдавил из себя вежливую улыбку и шагнул вслед за Набалдашником к входной двери.

– Мы к Товарищу Директору, – сказал Набалдашник, как обычно широко ухмыляясь. – Пустите, что ли?

– Проходите, – лениво сказал один из охранников, бесцеремонно разглядывая Тиграна. – Но с животиной нельзя! – продолжил он, повысив голос, и ткнул пальцем в вертящегося под ногами Кудрявого.

– Новенького небось к тебе в патруль отправят, да, Набалдашник? – поинтересовался второй, глядя на Тиграна снизу вверх. – Слышал, что он – настоящий зверюга!

Тигран медленно положил руку на плечо второму охраннику, слегка надавил, затем наклонился и посмотрел ему прямо в глаза.

– Присмотри, пожалуйста, за песиком, друг, – вежливо сказал он. – Не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Лады?

– Мы тут все – друзья, новенький, – ответил тот, ничуть не смутившись. – По-другому не выжить. А теперь убери, пожалуйста, руку, иначе я проткну тебе печень. Так сказать, в честь знакомства.

– Хватит задираться, Мясник! – нетерпеливо воскликнул Набалдашник. – Все с твоим псом будет хорошо. Ребята о нем позаботятся, – и он сделал охранникам повелительный жест.

– Жди здесь, никуда не уходи, – коротко бросил Тигран Кудрявому, не сводя взгляда с дерзкого охранника, но руку все-таки убрал. Охранник отошел в сторону, и они с Набалдашником, пригнувшись, зашли внутрь.

Дверь позади закрылась мягко и бесшумно. Они оказались в небольшом, отделанным шершавым камнем фойе, откуда выходило два коридора – направо и налево – и лестница на второй этаж. Помещение освещалось круглыми стеклянными светильниками, горевшими мягким фиолетовым светом, отчего вечно улыбающееся лицо Набалдашника отдавало неприятным мертвенным оттенком.

– Нам наверх, – негромко сказал он, и звук его голоса моментально стих, проглоченный толстыми стенами здания.

Они поднялись на второй этаж и вскоре оказались перед массивной высокой дверью, украшенной замысловатым серебристым узором. Набалдашник тихо, но настойчиво постучал.

– Входите! – раздался низкий властный голос.

Набалдашник взялся за ручку и открыл дверь. Они шагнули внутрь.

В противоположном конце просторного прямоугольного помещения, где царивший полумрак с трудом рассеивался одиноким фиолетовым светильником, из широкого кожаного кресла со скрипом и грохотом навстречу им поднималось существо. Оно сделало несколько шагов вперед, и Тигран, не привыкший при своем двухметровом росте смотреть на людей снизу вверх, в этот раз был вынужден слегка задрать голову, чтобы встретить цепкий, пронзительный взгляд устремленных на него овальных желтых глаз. Существо носило строгий деловой костюм, однако при этом все обнаженные участки его тела, включая лицо, были покрыты крупной зеленоватой чешуей.

– Значит, это тебя называют Мясником? – хрипло сказало существо, подняло руку, пальцы на которой были оснащены длинными крючковатыми когтями, и с жутким скрежетом поскребло чешуйчатую щеку.

– Меня зовут Тигран. Тигран Мурадович, – ответил Тигран, пытаясь скрыть охвативший его при виде существа ужас.

Существо издало сухой короткий смешок.

– Набалдашник, подожди пока в комнате отдыха.

Главный патрульный коротко кивнул и моментально исчез за дверьми. Существо проводило его взглядом, а затем посмотрело на Тиграна.

– Не зовут, а звали, ты хотел сказать. В прошлой жизни у нас было одно имя, а сейчас – другое. Выбор твой, можешь упорствовать, сколько хочешь, да только все в Яме, включая меня, будут звать тебя Мясником. Так что приятно познакомиться, Мясник! Мое имя – Товарищ Директор.

И с этими словами он протянул Тиграну огромную когтистую лапу. Тот, после едва заметного колебания, посмотрел прямо в желтые глаза Товарища Директора и ответил встречным крепким рукопожатием, ощутив, как острые когти слегка оцарапали кожи. Скупая улыбка заиграла на тонких губах хозяина кабинета.

– Садись! – приказал он и кивнул на мягкий стул справа от своего кресла. – Полагаю, нам есть что обсудить.

После того, как Тигран принял предложение, Товарищ Директор плюхнулся в кресло и прерывисто зацокал когтями по полированной столешнице.

– Голоден? – внезапно спросил он после недолгой паузы, и Тигран, вспомнив, что не ел более суток, медленно кивнул.

Товарищ Директор хмыкнул и хлопнул по большой зеленой кнопке, торчавшей из столешнице по правую руку от него. Где-то неподалеку раздался переливчатый звонок. В глубине кабинета что-то скрипнуло, распахнулась маленькая незаметная дверь, и на пороге показался низкорослый человек с приплюснутой головой и непропорционально широким ртом.

– Принеси-ка один стандартный обед для нашего гостя и стакан яблочного сока для меня.

Человек понимающе кивнул и тут же исчез за дверью.

– Я и не знал, что тут растут яблоки, – сказал Тигран.

– А они и не растут, – спокойно ответил Товарищ Директор. – Здесь вообще мало что растет. Пропитание приходится добывать с риском для жизни. Наш Город восьмой год находится на грани выживания, умудряясь при этом отбиваться не только от внешних врагов, но еще и, как недавно выяснилось, от внутренних.

– Враги? – переспросил Тигран, удивленно приподняв бровь.

Товарищ Директор неопределенно взмахнул когтистой лапой.

– В Городе находится более трехсот человек, и все они – включая меня и тебя – довольно быстро погибнут, если нарушить тот хрупкий распорядок, который мы с таким трудом выстроили. Поэтому у нас тут довольно суровые правила, иначе не выжить. Однако всегда находятся те, – тут Товарищ Директор презрительно скривился, – кому не по нутру такое положение дел. Они боятся выступать открыто, так как знают, что дело для них окончится плохо, и поэтому предпочитают действовать подленько, исподтишка. Устраивают диверсии на наших фабриках, во время последней, к примеру, погибло три человека. А каждый житель для нас – на вес золота. Или организуют набег на тюрьму, тоже с жертвами, – при этих словах Товарищ Директор уставился на Тиграна, однако тот выдержал пристальный взгляд яростных желтых глаз, не шелохнувшись.

– Мне доложили о твоих подвигах, Мясник, – продолжил Товарищ Директор, опять цокнув несколько раз по столешнице. – Ты вел себя храбро и профессионально, поэтому не могу не спросить. Приходилось бывать в горячих точках в прошлом?

Тигран кивнул.

– Кавказ?

Опять кивок.

– Я так и думал, – удовлетворенно сказал Товарищ Директор, а затем неожиданно наклонился вперед, подавшись всем корпусом к Тиграну. – Нам бы всем не помешал твой опыт, Мясник. Есть серьезная боевая задача.

– Вот как? – в голосе Тиграна проскользнули ироничные нотки. – Я уже на службе?

Товарищ Директор не спеша поднялся, шагнул к Тиграну и положил ему на плечо чешуйчатую ладонь. Тигран с трудом подавил в себе желание немедленно вскочить и сбросить с себя тяжелую руку хозяина кабинета, и вместо этого лишь сузил глаза, выровнял дыхание и принялся ждать дальнейших объяснений.

– Видишь ли, Мясник, – сказал Товарищ Директор неожиданно мягким тоном. – Обычно я единолично определяю дальнейшую судьбу каждого новенького. Кто-то попадает в патрульные, кто-то в охотники, кто-то – в строители. Самые неумелые отправляются в чернорабочие. Но ты – совсем другое дело. Твои навыки столь уникальны, а задача, которую я планирую тебе поручить, столь деликатна, что в твоем случае я сделаю исключение и позволю тебе самому сделать выбор. Годится?

– Почему-то мне кажется, – ответил Тигран, сохраняя самообладание, – что это будет выбор без выбора. Однако деваться-то мне некуда, поэтому да, годится. Что от меня требуется?

Товарищ Директор издал короткий смешок, убрал руку и так же не спеша вернулся в кресло.

Внезапно в глубине кабинета опять распахнулась неприметная дверь, и вошел низкорослый человек, держа в руках поднос с тарелками. Первым делом он поставил перед Товарищем Директором стакан с соком, затем подошел к Тиграну и выставил перед ним глубокую миску с супом и некое блюдо, отдаленно напоминающее макароны с мясом. В конце он выставил такой же стакан, как и у Товарища Директора, но наполненный мутной коричневой жидкостью, похожей по запаху на компот.

Ароматы еды вскружили голодному Тиграну голову и он, стараясь сохранять достоинство, аккуратно зачерпнул суп полной ложкой и отправил в рот. На вкус варево оказалось гораздо приятнее тюремной баланды, однако определить, из чего оно состоит, все так же не удавалось. Товарищ Директор тем временем залпом осушил стакан с соком и поднялся.

– Я скоро вернусь. Ты пока наслаждайся обедом.

И с этими словами он вышел из кабинета.

Расправившись за несколько минут с обоими блюдами, Тигран запил сытый обед компотом, откинулся на спинку стула и обвел ленивым взглядом полутемный кабинет. Его внимание привлекла висящая на противоположной от окна стене большая квадратная картина. Решив, что ничего предосудительного в любовании живописью нет, он отставил стакан в сторону, встал и подошел поближе.

Рисунок на стене оказался ни чем иным, как раскрашенной в несколько цветов картой. Посередине уродливой кляксой растеклось неровное фиолетовое пятно, в котором почему-то плавало несколько жирных черных точек. В нижнюю сторону от пятна расходился бледно-зеленый широкий конус с волнистыми краями, который вполне можно было бы принять за какую-то лесную территорию, тем более, что в зеленой зоне там и сям попадались схематически нарисованные елки. Верхние же две три рисунка были аккуратно расчерчены в привычной для карты манере – большие и маленькие прямоугольники и квадраты, обозначающие здания, и узкие кривые ленточки-дороги между ними, разбивающие россыпи прямоугольников на некоторое подобие кварталов. Граница зеленого конуса и жилых кварталов была щедро усыпана всякими крестиками, треугольничками и мелкими стрелочками, и Тигран с волнением понял, что это сильно напоминает ему план боевых действий. По всей карте – и в жилой зоне, и в лесу – торчали густо понатыканные флажки разных цветов, между некоторыми из которых была натянута тонкая красная нитка.

– Что скажешь? – раздался вдруг позади низкий голос Товарища Директора.

Тигран вздрогнул от неожиданности, выпрямился и развернулся, встретившись глазами с хозяином кабинета.

– Мы воюем с жителями леса? – спросил он, ткнув в маленькие стрелочки на карте.

Товарищ Директор пренебрежительно махнул рукой.

– Я бы не назвал это войной. Так, небольшое противостояние. Однако прямо сейчас у нас небольшое перемирие, хотя я надеюсь, что оно продержится дольше, чем предыдущее. Тем не менее крови мы друг другу попортили немало, и я бы искренне хотел прекратить эту бессмысленную бойню, но увы… Ладно, я смотрю, ты уже пообедал? Тогда продолжим.

Он подошел к креслу и опять хлопнул по зеленой кнопке. Через мгновение в кабинете возник низкорослый человек, быстро и аккуратно убрал грязную посуду и так же незаметно исчез. Тигран сел на стул.

– Итак, – сказал Товарищ Директор, положив обе лапы на столешницу, – давай к делу. Ты, как мне доложили, уже успел познакомиться с Тенью. Я не знаю, откуда взялась эта тварь, однако с момента своего появления она только и делает, что гадит. Убийства ценных людей, диверсии, попытки мятежа. Все наши старания ее изловить ни к чему не привели, такое ощущение, что она заранее знала о всех наших планах. Допускаю, что где-то тут среди нас ходит изменник. Самым большим нашим успехом была поимка этого бандита по кличке Мим, но она и его умудрилась освободить.

Товарищ Директор опять задумчиво поскреб щеку.

– Видишь ли, Мясник, у моих людей нету опыта в подобных вещах. С обычными преступлениями мы кое-как справляемся, атаками Леса тоже худо-бедно сдерживаем, но тут… Тут нужен профессионал. Поэтому я и прошу тебя заняться этой проблемой. Нам надо поймать Тень.

– Ого, – сказал Тигран, переваривая услышанное.

– Ну чего «ого»? – нетерпеливо переспросил Товарищ Директор. – Мы тут не в бирюльки играем. Мне нужен конкретный ответ.

– Вы сказали, что дадите выбор, – спокойно напомнил Тигран. – Первый вариант я услышал. Теперь хотелось бы ознакомиться с альтернативой.

Ярко-желтые глаза Товарища Директора недобро полыхнули.

– С тобой непросто договориться, да, Мясник? Ну, слушай. Соглашаешься – остаешься тут, в резиденции. Получаешь доступ практически куда хочешь, с моего предварительного одобрения, разумеется. Качественное питание, хорошая комната. Отказываешься – поступаешь на службу к Набалдашнику, и твоя дальнейшая судьба меня мало интересует. Жить, скорее всего, будешь в казармах, питаться – чем придется. Вот только учти один момент, Мясник. Ты убил двух людей Тени. И она, и оставшиеся в живых бандиты прекрасно знают тебя в лицо. Понимаешь, к чему я клоню?

– Полагаю, что они гораздо усерднее начнут меня разыскивать, когда узнают, что я занялся поимкой Тени.

– Никто ничего не узнает, – тяжеловесно обронил Товарищ Директор. – Твоя миссия будет строго засекречена. Официально ты получишь статус охранника моей резиденции. Причину я уже пояснил – есть подозрение, что кто-то из моих приближенных сливает информацию Тени.

Тигран задумался на несколько секунд.

– Насколько я понимаю, я последний, кто видел Тень, – наконец сказал он. – Это случилось в момент ее нападения на тюрьму. Мы знаем, что она хотела освободить своего сообщника по кличке Мим, и ей это удалось. А почему он ей так важен?

– Понятия не имею, – Товарищ Директор раздраженно передернул плечами. – Наверное, это один из тех вопросов, на которые ты должен найти ответ.

– Где видели Тень в последний раз, до нападения на тюрьму? Можно ли поговорить со свидетелями?

– Она мельком появлялась на одной из наших фабрик. Но тебя туда без моего сопровождения не пустят, поэтому поедем вместе. Однако в ближайшее пару дней у меня дел по горло, поэтому придется слегка отложить наш визит.

– Ну что ж, – Тигран задумчиво почесал подбородок. – У меня как раз будет время побродить по Яме и получше изучить местные обычаи.

Товарищ Директор тонко улыбнулся.

– Благодарю за поддержку, Мясник. Вот, держи, – и он неожиданно протянул собеседнику знакомый клинок.

Тигран прищурился.

– Возвращаете мое оружие? Но я ведь еще не дал согласия.

– Разве? – с явной иронией в голосе спросил Товарищ Директор, продолжая удерживать нож на вытянутой руке.

Тигран усмехнулся и взял клинок. Товарищ Директор удовлетворенно кивнул и поднялся, опираясь на столешницу.

– На сегодня все, Мясник. Дальнейшие инструкции получишь у Набалдашника, скажешь ему, что тебе присвоена третья категория. Жить будешь в той же комнате на территории резиденции. Ходить можешь где угодно, говорить с кем угодно. Главное – не раскрывать свою основную задачу. Впрочем, это в твоих же интересах. Свободен.

Выйдя из кабинета Товарища Директора и плотно прикрыв за собой дверь, Тигран первым делом задрал штанину и положил нож в кобуру, что моментально придало ему уверенности и спокойствия. Он пошел дальше по коридору и вскоре обнаружил комнату отдыха, которая представляла из себя небольшое помещение с тремя деревянными лавками вдоль стен и прямоугольным столиком по центру. Кроме этого, возле одной из лавок стоял узкий высокий шкаф, заставленный, к удивлению Тиграна, множеством книг с потертыми корешками. На одной из лавок сидел Набалдашник и листал толстый журнал. Завидев Тиграна, он отложил чтение и привстал, резко дернув наклоненной головой.

– Ну? – спросил он, широко улыбаясь. – Как все прошло? Получил статус?

– Охранник резиденции, – коротко ответил Тигран, взял со столика прозрачный кувшин налил полстакана воды. – Третья категория. Ожидаю от тебя дальнейших инструкций.

– Ничего себе! – Набалдашник аж присвистнул и едва заметно приподнял брови, – Неплохая должность. Куча свободного времени. Можно гулять там-сям, расспрашивать всех о том, о сем, верно? – и он посмотрел на собеседника со значением, будто ожидая развернутого ответа.

– Верно, – скупо сказал Тигран и жадно отхлебнул из стакана. – Так что там насчет инструкций?

– Пойдем вниз, – если Набалдашник и расстроился, то виду не подал. – Познакомлю тебя с ребятами.

Военная иерархия Ямы оказалась крайне незамысловата. Все, кто носил оружие, прямо или косвенно подчинялись главному патрульному – Набалдашнику, который, в свою очередь, являлся правой рукой Товарища Директора. У Набалдашника было несколько прямых подчиненных, отвечающих за тот или иной участок работы. Охраной резиденции заведовал начальник охраны, подтянутый суховатый дед с гладко выбритым лицом и аккуратно уложенными седыми волосами. Он поприветствовал Тиграна, отечески похлопав того по плечу, для чего, правда, ему пришлось встать на цыпочки, и, узнав о присвоенной категории, вручил небольшой металлический значок, на котором было выгравировано три большие звезды.

– Это тебе вместо погон, – дружелюбно пояснил дед. – Ты ж теперь практически полковник!

Он в двух словах объяснил Тиграну его обязанности, которых оказалось не так уж и много. По сути, Тигран должен был дежурить на территории резиденции вместе с несколькими своими подчиненными сутки через трое, а в остальное время мог делать, что заблагорассудится.

– Иногда, правда, тебе придется выполнять специальные поручения от меня, Набалдашника или Товарища Директора, но это случается довольно редко, – добавил он. – Так же не советую ходить в Лес, там полно жутких тварей, которые сожрут тебя в момент. Ну и на край Ямы не суйся, хотя, как я слышал, насчет этого ты уже в курсе! – и он рассмеялся мелким дребезжащим смехом.

Глава 4. Бездна.

Слухи о подвигах Тиграна довольно быстро распространились по Городу, густо обрастая несуществующими подробностями. Ведь не каждый день в Яму попадает двухметровый великан, способный одним взмахом отсечь восьмирукому щупальце, а потом еще и убить чуть ли не голыми руками двух вооруженных до зубов бандитов. Многие смотрели на Тиграна с восхищением, некоторые – с недоверием, однако иногда он ловил на себе и неприязненные взгляды тех, кто был не очень-то доволен резким карьерным взлетом новичка. Сам Тигран про свои приключения предпочитал особо не рассказывать, а на прямые вопросы отвечал уклончиво и неохотно. Его куда больше интересовало то, каким образом он оказался в Яме. Из головы никак не выходила недавняя встреча с лохматым босоногим парнем. Он чувствовал, что этот полубезумный незнакомец как-то связан с его попаданием сюда, а значит, вполне возможно, с его помощью можно попробовать и выбраться из Ямы. Однако довольно быстро выяснилось, что обе эти темы находятся, казалось, под негласным запретом. На все расспросы о босоногом парне охранники качали головой, отводили взгляд и неохотно отвечали, что да, видели, мол, его несколько раз в резиденции, слышали, что это какой-то знакомый Товарища Директора, а больше ничего не знают и знать не хотят. А насчет попадания в Яму у всех был один и тот же, как под копирку, ответ – ничего конкретно не помню, гулял, или лежал в своей кровати, или стоял в очереди в магазине, как вдруг бац – оказался в Яме. При этом собеседники искренне советовали не терзаться мучительными воспоминаниями и поскорее забыть прошлую жизнь, после чего упрямо переводили разговор на подробности эпической битвы богатыря Тиграна с восьмируким. Дело кончилось тем, что Тиграна вызвал Набалдашник и настоятельно попросил прекратить ненужные расспросы.

– Сам все узнаешь со временем, – сказал он и резко дернул большой головой, пристально глядя подчиненному в глаза.

Поскольку ближайшее дежурство должно было наступить только через несколько дней, так как, по выражению деда-начальника, следовало «поставить Мясника в график», он решил занять свободное время прогулками по Яме. Каждое утро, едва всходило солнце, Тигран отправлялся на пробежку по извилистым улочкам Города в компании повизгивающего от радости Кудрявого. Довольно быстро стало понятно, что резиденция Товарища Директора находилась в самом центре жилой зоны, откуда во все стороны разбегались постройки разной степени кривизны, причем, чем выше было здание, тем сильнее оно изгибалось под неведомым влиянием Ямы. Однако наиболее причудливые формы строения принимали вблизи центра Ямы, где в небе колыхалась, будто гигантская медуза, огромная фиолетовая клякса. Там, на самых подступах к руинам дизельного завода, одинокие, лопнувшие по углам стены штопором перекручивались вокруг своей оси и клонились к земле чудовищными дугами. Апокалиптическую картину идеально добавляли бегущие по вспученной земле железнодорожные рельсы, которые вдруг вздымались трамплином, скручивались в воздухе между собой, а затем нежно обвивали ближайшую изогнутую стену, словно побег гигантского металлического вьюнка. Конечно же, в центре Ямы никто не жил, а жители Города старались за версту огибать развалины дизельного завода. Когда Тигран впервые забрел в это безлюдное царство абсурда, Кудрявый жалобно заскулил и прижался к ногам, не желая идти вперед. Да и сам Тигран почувствовал себя весьма неуютно, а потому довольно быстро покинул негостеприимное место.

Как-то раз, вернувшись ближе к вечеру в резиденцию, он вдруг впервые за эти дни увидел Набалдашника, который стоял возле стены и что-то громко и оживленно растолковывал своему собеседнику, по обыкновению резко подергивая головой. Мужчина в кожаной жилетке, макушку которого украшал короткий ровный ирокез из огненно-красных волос, внимательно слушал, время от времени степенно кивая. Заметив Тиграна, Набалдашник тут же замолчал и многозначительно ткнул в него пальцем, сделав большие глаза. Мужчина обернулся и посмотрел на Тиграна ничего не выражающим бесцветным взглядом. Его рыбьи, почти лишенные ресниц глаза казались стеклянными на гладком красном лице и безучастно смотрели прямо сквозь Тиграна. Наконец Набалдашник схватил собеседника за жилетку и потащил в сторону, знаком показав Тиграну, что сейчас сильно занят и говорить не может. Тот пожал плечами, потрепал Кудрявого за холку и не спеша направился в свою комнату.

Рано утром следующего дня, когда небольшое окно едва успело подернуться сизым цветом, во входную дверь громко постучали. Кудрявый тут же отозвался заливистым лаем. Тигран открыл глаза.

– Просыпайся, Мясник! – донеслось с улицы. – Тебя ждет Товарищ Директор возле гаража.

Через десять минут Тигран, умытый и собранный, подходил к приземистому квадратному строению с большими металлическими воротами, называемого в резиденции гаражом. Возле ног, как обычно, бегал вечно радостный кудрявый, высунув широкий, как лопата, язык. Подойдя поближе, Тигран с удивлением увидел, что в этот раз ворота строения распахнуты настежь, а возле них маячит гигантская фигура Товарища Директора.

– Собаку придется оставить в резиденции, Мясник, – сказал тот вместо приветствия. – У нас сегодня много дел, так что поедем на автомобиле.

Тигран даже не успел как следует удивиться, как в полутемных потрохах гаража что-то чавкнуло, потом чихнуло, затем зафырчало, и через пару секунд наружу выкатилась необычная конструкция, больше походившая на телегу, чем на автомобиль. Четыре деревянных колеса, открытый деревянный кузов с болтающимися дверцами, внутри – два жестких сидения спереди и два сзади. За квадратным, сколоченным из брусков рулем, сидел вчерашний собеседник Набалдашника – мужчина с красным ирокезом и рыбьими глазами, и безучастно смотрел на Товарища Директора. Позади телеги в специально оборудованном металлическом гнезде стояла огромная стеклянная бутыль, внутри которой клубился черный дым и проскакивали фиолетовые разряды. По обе стороны бутыли торчали два металлических стержня, между которыми искрилась, потрескивая, жирная фиолетовая дуга. От стержней вдоль кузова отходило множество толстых проводов, некоторые из которых скрывались под днищем.

– Все готово, – сказал мужчина бесцветным голосом и скользнул равнодушным взглядом по Тиграну.

– Отправляемся, – бросил Товарищ Директор и открыл переднюю пассажирскую дверцу. – Мясник, садись сзади. Давай, Меднокожий, поехали!

Мужчина с ирокезом надавил на педаль, и нескладная повозка, издавая страшный треск и грохот, неспешно покатилась вперед. Тигран, услышав позади себя монотонный гул, обернулся и увидел, как дуга между стержнями стала тоньше и ярче, а черный дым в бутыли закрутился вихрем по спирали, искрясь мелкими, как песчинки, фиолетовыми искорками. Автомобиль тем временем доехал до распахнутых ворот и выкатился на пыльные кривые улочки Города.

Тигран, успевший за эти дни ознакомиться с географией Ямы, быстро понял, что они едут в самый центр. Будто бы в подтверждение его слов Меднокожий, небрежно руливший автомобилем одной рукой, вдруг указал на пламенеющее в небесах фиолетовое пятно.

– С каждым днем все ярче, – ровным тоном сказал он. – Близится выплеск.

– Да скорей бы уж, – с явным нетерпением ответил Товарищ Директор. – Фабрики требуют все больше энергии.

Меднокожий на несколько секунд замолчал, сбрасывая скорость для осторожного поворота направо, а затем продолжил так же равнодушно:

– В выплеске обязательно погибнет несколько ловцов. Потребуется замена.

– Знаю! – раздраженно ответил Товарищ Директор и легонько стукнул носком ноги о деревянный корпус. – Пока людей нет. Вот поймаем банду Тени – будет тебе пополнение. А ты получше тренируй своих подопечных, глядишь, все меньше потеряешь!

Меднокожий ничего не ответил, глядя прямо перед собой. Автомобиль опять набрал скорость. Через несколько минут они заехали в квартал, плотно усыпанный искореженными и перекрученными остатками зданий. Разряженный воздух слабо искрился в тусклых лучах утреннего солнца, и Тиграну приходилось дышать полной грудью, чтобы не чувствовать удушья. Фиолетовое пятно над головой становилось все больше и разгоралось все ярче, пока не закрыло небо чуть ли не до самого горизонта. Вокруг, как обычно, не было ни души. От недостатка воздуха Тигран внезапно испытал приступ паники и с некоторым усилием подавил внутренний порыв выскочить из повозки и побежать, не оглядываясь, прочь из этого пугающего места. К счастью, довольно быстро автомобиль доехал до высокой коричневой стены, простиравшейся в обе стороны, насколько хватало глаз, и остановился возле неприметной металлической двери. Меднокожий заглушил мотор, вылез из повозки, звякнул ключами, открывая дверь, и выжидательно посмотрел на Товарища Директора.

– Пойдем, – отрывисто приказал тот Тиграну, вылезая из машины.

Прямо за дверью обнаружилась неширокая деревянная лестница, ведущая вниз. Меднокожий щелкнул выключателем, и по правую сторону от лестницы загорелись сферические светильники, похожие на те, что висели в здании у Товарища Директора, только меньше и заляпаннее. Дождавшись, пока остальные, пригнувшись, зайдут внутрь, Меднокожий закрыл дверь, протиснулся вперед и принялся не спеша спускаться по лестнице. Следом за ним двинулся Товарищ Директор, а Тигран замыкал шествие, с некоторым любопытством ожидая, что же будет впереди.

Вскоре лестница уперлась в еще одну дверь. Открыв и ее, Меднокожий сделал приглашающий жест, и Товарищ Директор вместе с Тиграном прошли внутрь, оказавшись в просторном помещении, которое едва освещалось несколькими светильниками. На противоположной от входа стене висел огромный прямоугольный экран, слева стояла небольшая тумбочка, а справа – широкий стол, заваленный какими-то предметами. Меднокожий молча подошел к тумбочке, нагнулся и чем-то защелкал.

– Смена уже началась, – бесстрастно сказал он.

Через мгновение экран вспыхнул, явив ужасающую картину. Под темно-фиолетовым, раздираемым частыми вспышками небом медленно плыли огромные, размером с переломанную надвое пятиэтажку обломки зданий. Оконные и дверные проемы на них расплылись и потеряли форму, приняв вид неправильных овалов и многоугольников. Где-то вдалеке, откуда, двигаясь по кругу, приплывали, а затем вновь уплывали изувеченные обломки, фиолетовое небо меняло цвет, превращаясь в темное, всепоглощающее ничто, на которое было даже больно смотреть – казалось, там исчезало и пространство, и время.

– Смотри, Мясник, – тихо сказал Товарищ Директор и поднял когтистую лапу, указывая на зияющую бездну. – Вот, с чего все началось. С этой чертовой дыры. Она породила Яму.

– Но… как? – хрипло спросил Тигран, не в силах оторваться от жуткого зрелища уплывающих в ничто гигантских обломков.

Товарищ Директор пожал плечами.

– Никто не знает. Примерно восемь… Ну, или одиннадцать, если считать по времени внешнего мира, лет назад, на территории нашего завода случилась катастрофа. Был самый разгар рабочего дня, когда внезапно пространство вокруг нас взорвалось. Кто-то погиб на месте, а кого-то отбросило в порожденную этой аномалией Яму. Нас было около четырехсот человек, впрочем, около половины погибло в первый же год. Тяжелые были времена… М-да.

– Смотрите, – внезапно оборвал их Меднокожий, кивая на экран. – Ловцы начинают работу.

И только сейчас Тигран заметил, как к выплывающим из бездны обломкам снизу цепляются крюки на веревках, и небольшие человеческие фигуры ловко карабкаются наверх, поднимают своих товарищей, а затем все вместе шустро ныряют внутрь обломков сквозь оконные проемы. Ловцы, будто муравьи, во мгновение ока облепили парящий кусок здания, скрылись в его недрах, а через пару минут, до того, как обломок успел опять уплыть в бездну, вновь показались на его поверхности и дружно спрыгнули куда-то вниз, удерживая за спиной объемные черные мешки.

– На следующий обломок людей уже не хватает, – прервал Меднокожий затянувшуюся паузу.

– Ладно, – резко ответил Товарищ Директор. – Я уже говорил тебе. Годные прототипы есть?

Меднокожий показал на стол, заваленный всяким барахлом. Товарищ Директор подошел к столу и принялся брать предметы по одному, внимательно их разглядывая и что-то бормоча себе под нос.

– Ого! – воскликнул он и поднял руку, удерживая небольшой круглый предмет. – Вы только гляньте. Похоже, на сей раз твои ребята выудили настоящее сокровище. У этого компаса чувствуется огромный потенциал. Думаю, инженеры смогут сделать из него неплохую игрушку.

Меднокожий пожал плечами. Похоже, его вообще не интересовала эта тема.

Минут через десять Товарищ Директор отобрал около двух десятков предметов, которые Меднокожий аккуратно собрал в спортивную сумку.

– Едем на фабрику? – безучастно спросил он, перекинув широкую потертую лямку через плечо.

– На фабрику, – кивнул Товарищ Директор. – Только ты остаешься здесь. Отдай прототипы Мяснику.

Впервые за весь день на невозмутимое лицо Меднокожего набежала легкая тень удивления, но через мгновение пропала, будто ее никогда и не было. Он молча снял сумку с плеча и протянул Тиграну.

– Давай, Мясник, за мной, – Товарищ Директор быстро зашагал к выходу. – Надо ехать, очень мало времени.

Когда они вышли наружу и подошли к повозке, Товарищ Директор сел за руль, а Тиграну кивком указал на пассажирское сидения рядом. Они тронулись, и Тигран непроизвольно обернулся, с облегчением глядя на удаляющуюся коричневую стену.

Через несколько минут автомобиль выехал на улицы Города, уже не такие пустынные и безлюдные, как час назад. Между зданий сновали люди, кто-то глазел из окна на дорогу, а кто-то осторожно рассматривал движущуюся повозку, боязливо выглянув из полуоткрытой двери. Никто из жителей особо не стремился попадаться Товарищу Директору на глаза, и всякий, едва завидев его высокую, покрытую чешуей фигуру за рулем автомобиля, тут же стремился скрыться за изогнутыми стенами покосившихся строений.

Никакого другого транспорта на дорогах Тигран не заметил, отчего создавалось ощущение, что автомобиль Товарища Директора – единственное передвижное устройство в Яме, беспрепятственно ехавшее, куда вздумается. Тигран горько усмехнулся, вспомнив, какие пробки время от времени случались в центре родного Лесноградска, и тут же тоска по дому острой ржавой иголкой царапнула по сердцу. Он стиснул зубы, отгоняя сладкие, но мучительные воспоминания, и принялся с удвоенным вниманием рассматривать попадавшихся на пути редких прохожих, стараясь отвлечься.

Неожиданно его взгляд упал на непримечательную фигуру в бесформенном сером балахоне. Человек медленно двигался вдоль здания навстречу повозке, изредка бросая быстрые взгляды на Товарища Директора. Его поведение разительно отличалось от остальных, и Тигран непроизвольно напрягся и подобрался. Автомобиль тем временем доехал до поворота налево, и Товарищ Директор сбросил скорость. В этот момент человек в балахоне бросился к повозке, на бегу вытаскивая из-под просторных одежд пузатую бутыль с темно-синей жидкостью.

– Осторожно! – заорал Тигран, на ходу распахивая дверцу и намереваясь кинуться наперерез неизвестному.

– Мясник, назад! – раздался позади грозный рык Товарища Директора. – Это террористы! Не вмешивайся, а то сдохнешь!

Но Тигран уже ничего не слышал, весь поглощенный необычным нападавшим с бутылью. В этот момент террорист как раз развернулся лицом к Тиграну, и тот увидел, что лицо нападавшего скрыто серой повязкой, точно такой же, какая была у бандитов Тени. Тем временем человек в балахоне заметил Тиграна, резко остановился в нескольких метрах, и что есть силы метнул бутыль в повозку. Тигран, не долго думая, прыгнул вправо и вверх, и, как голкипер мирового уровня, поймал бутыль, крепко прижав к себе.

Раздался оглушительный взрыв.

Брызнули осколки. Вязкая темно-синяя жидкость, смешиваясь с кровью из нескольких глубоких порезов, с шипением и густым белым дымом принялась впитываться в кожу, причиняя адскую боль. Тигран заорал, упал на землю и принялся бешено кататься туда-сюда, однако облегчения это не приносило. Жидкость разъела рубаху, штаны, несколько капель даже попало на ножны, и едкая вонь заполонила воздух. Тигран чувствовал, что в каждый сантиметр его тела будто бы ввинчивается маленький стеклянный червь и принимается грызть плоть глубоко под кожей. Он кричал и вопил, вскакивал и снова падал, но боль не отпускала. Какие-то люди подбегали с разных сторон и пытались успокоить его, но он, не помня себя, расшвыривал всех, как котят. Но вот, наконец, несколько человек повалили его на землю, связали и примотали к неизвестно откуда взявшимся доскам. Тигран уже не мог кричать, из его разодранного горла теперь вырывался только прерывистый хрип. Он почувствовал, как его поднимают и куда-то несут, после чего новая вспышка боли пронзила истерзанное тело, он слабо застонал и потерял сознание.

Тигран провалялся в бреду несколько дней, когда охваченный лихорадкой рассудок судорожно метался между кошмаром и реальностью, не в силах отличить одно от другого. Вот Тигран вертится на обжигающем песке, молотя вокруг искалеченными культями, а его конечности жадно обгладывают гигантские синие черви, а вот он в следующий миг очухивается от собственного хриплого крика на пропитанных потом простынях и ощупывает дрожащими руками лежащую на лбу мокрую повязку. Вот Гаяне говорит ему, улыбаясь: «Привет, папа», встречая после работы у дверей родного дома. Вот супруга Мариам ставит на стол полный казанок вкуснейшей мясной похлебки, и вся семья садится ужинать. Внезапно за окном раздается оглушительный раскат грома, и яркая фиолетовая молния бьет прямо в центр комнаты, все вспыхивает в ослепительном огне, пропадает и Гаяне, и Мариам, а он мечется в бессильном ужасе и выкрикивает их имена. Вдруг его хватают два огромных безликих монстра, у которых вместо голов – будто куски сырого бесформенного теста, и тащат в темный зигзагообразный проем. И вот уже ему ухмыляется Набалдашник, привычно дергая головой, а за спиной почему-то дерутся друг с другом несколько гигантских осьминогов. Вот истошно кричит, вцепившись в его одежды, босоногий лохматый парень, и пытается что-то объяснить, показывая то на Набалдашника, то на Гаяне с Мариам, которые неожиданно бредут где-то очень далеко, возле линии горизонта, а над ними угрожающе сияет рваное фиолетовое пятно. Тигран пытается побежать к ним, но его вдруг отталкивает охранник в камуфляже, достает нож и бросается на Тиграна. Начинается борьба, и лицо охранника искажается и как-будто стекает вниз, к шее, и вот уже Тигран дерется со сбежавшим из тюрьмы заключенным по кличке Мим. Тот громко хохочет, пучит глаза и будто в шутку вскидывает руки вверх, но от этого безобидного жеста Тигран отлетает в лужу, наполненную густой бесцветной жидкостью, и начинает тонуть, не в силах выбраться. А жидкость все прибывает и прибывает, достигает груди, потом шеи, и вот он начинает захлебываться, кричит, пытаясь позвать на помощь, но жидкость не дает издать не звука, сковывает движения, воздуха не хватает, и вновь все меркнет, и сознание проваливается в бесконечное небытие.

Прошло примерно тысячу лет, когда слабый свет неуверенно коснулся его глаз. Он тихо застонал, ощущая, как ноющая боль постепенно наполняет одеревеневшее тело. Чья-то нежная ласковая рука утерла пот с лица, в расплывчатом световом пятне мелькнули черные волосы, и на короткий миг ему показалось, что он валяется дома с гриппом, а Мариам привычно ухаживает за ним. Его губы тут же растянулись в улыбке, он попробовал приоткрыть глаза чуть шире, но, увидев облик того, кто склонился над ним, едва слышно вскрикнул и изо всех сил зажмурился.

– Небс ярч! – сказало незнакомое существо булькающим голосом.

Существо разговаривало как-будто с полным ртом каши и при этом – не размыкая губ, из-за чего смысл разобрать было почти невозможно. Тигран решился на еще одну попытку и снова открыл глаза.

Длинные черные слипшиеся волосы, обрамляющие одутловатое синюшное лицо. Глаза навыкате, как два теннисных шарика. Полупрозрачные веки, лишенные ресниц. Толстые губы, растянутые в вечную неестественную улыбку.

– Не бойся, я врач! – повторило существо, и на этот раз Тигран его понял. – На! – оно протянуло таблетку и стакан с водой.

– Что это? – прошептал Тигран, недоверчиво косясь на таблетку.

– Прцтмол, – пробубнило существо и хрипло каркнуло, что можно было принять за короткий смешок. – Больше-то и нет ничего.

Тигран принял лекарство, сделал несколько жадных глотков и обессиленно откинулся на кровать. Он провел дрожащей рукой по голове и неожиданно обнаружил, что между пальцев остался плотный черный клок.

– Что… Что такое? – тихо сказал он, глядя на собственные волосы.

– Мтция, – пояснило существо, не переставая улыбаться ни на секунду. Похоже это была его естественная гримаса. – Пследствия мгут быть самые разные. Повезло, что ты выжил. Тщ Дрктор был уверен, что все.

Тигран не ответил, продолжая с ужасом разглядывать выпавшие волосы.

– Ладн, я пойду, – сказало существо. – Бду навещать тебя несколько раз в день. Если что, меня зовут Игла. Уверена, что мы с тобой подружимся. Ну бывай, красавчик!

Игла дважды каркнула и легонечко, стараясь не причинять боли, ткнула Тиграна в исцарапанный бицепс, после чего развернулась и неторопливо вышла из помещения, еле заметно виляя бедрами. Тигран ошалело посмотрел ей в след.

После ухода девушки из-под кровати раздался робкий негромкий лай, и через мгновение свесившуюся руку Тиграна коснулся влажный шершавый язык.

– Кудрявый, – нежно прошептал Тигран, и ощутил внутри непривычное тепло. – Все-таки хорошо, что ты не поехал со мной.

На следующий день Игла пришла рано утром и принесла свежую воду, какую-то неаппетитную бурду для Кудрявого и горячий бульон, моментально распространивший по комнате одуряюще вкусные ароматы. Перед трапезой она попыталась умыть Тиграна, но тот с негодованием отверг ее помощь, напрягся и самостоятельно сел в кровати, впервые за неделю. Кудрявый тут же одобрительно гавкнул пару раз. Игла хмыкнула, глянула на пациента взглядом, в котором явно сквозило уважение и опять протянула таблетку. Дождавшись, пока она соберет грязную посуду и уйдет, он попытался встать, держась сначала за спинку кровати, а потом – за стену. Дважды он падал обратно на скомканную простынь, обливаясь потом, но на третий раз ему все-таки это удалось. Кудрявый вертелся рядом и то и дело облизывал ноги хозяина, явно призывая продолжать. Тигран обвел ослабевшим взглядом свое жилище и заметил, как дощатый пол возле кровати усеян черными вьющимися волосами, которые, видимо, Игла не успела или не захотела убрать. Он скривился, провел рукой по голове и опять в его ладони остался добрый клок. С раздражением швырнув его на пол к остальным волосам, он, продолжая держаться за стену, медленно направился в туалет, осторожно переступая с ноги на ногу.

Когда через десять минут он, полностью обессиленный, рухнул в кровать, беспокойная зудящая мысль начала терзать разум. Что-то было не так. Он нахмурился, опять сел и внимательно осмотрел комнату. Вроде ничего не изменилось, вся немногочисленная мебель стояла на своих местах, а новые вещи, взамен безнадежно испорченных едкой синей дрянью, аккуратно свисали со спинки стула. Ножны и клинок так же были на месте. Однако тревога не уходила. Он еще раз, сантиметр за сантиметром, провел глазами по комнате. Пол, стены, потолок. Окно, дверь.

Дверь в туалет, где он только что был.

Его глаза расшились и уставились на эту дверь. Серая, деревянная. Блестящая металлическая ручка. Дверные косяки по бокам и сверху…

Сверху.

Он впился взглядом в верхний дверной косяк, и внутри как-будто что-то оборвалось.

– Не может быть… – прошептал он. – Показалось, наверное?

Но Тигран точно знал, что нет, не показалось. Он только что вышел из туалета, не пригнувшись. И не ударился при этом макушкой о верхний косяк, что случилось с ним в первый же день его пребывания здесь. А значит, одно из двух. Или за то время, пока он лежал в бреду, кто-то зачем-то сделал дверной проем выше, или…

Или он стал меньше ростом.

– Игла! – прохрипел он в наползающую на сознание темноту, перед тем, как забыться тягучим беспокойным сном. – Принеси рулетку!

Он засыпал и просыпался, жадно пил воду и тут же засыпал опять, пока, наконец, через пару часов ему не удалось полностью выкарабкаться из тяжелого забытья. Он доел бульон и, полный решимости, опять встал, намереваясь добраться до дверного проема и подтвердить страшную догадку. Там его и застала Игла.

– Нлзя!! – громко буркнула она и повелительным жестом указала на кровать. – Бстртуда!

– Игла… – беспомощно сказал Тигран, держась дрожащей рукой за стену. – Я… уменьшаюсь. Что делать?

– Охххх… – она всплеснула руками и помогла Тиграну добраться до койки. – Я же говорила. Мтция. Тут ничего не пделать, только ждать

– Чего ждать-то? – спросил Тигран, безучастно глядя в стену перед собой. – Когда я в муравья превращусь?

Она пожала плечами, а затем вдруг склонилась над Тиграном и нежно погладила его по голове, зацепив при этом изрядный клок волос.

– Држсь, парень, – с грустью сказала она, пытаясь незаметно стряхнуть волосы с пальцев. – Ты вжил, что само по себе чудо. Но твое тело вптало отраву, которой хватило б, чтобы уложить десятерых. Такие штуки не проходят бесследно. Бдем наблюдать. Каждый день змряй рост. Надо понять… – и она нарисовала пальцем ниспадающую дугу, – тнднцию.

– Кто это сделал, Игла? – стиснув зубы, спросил он. – Кто? И зачем?

– Нзнаю, – ответила та, пожав плечами. – Говорят, во всем виновата банда Тени. Хотели убить Товарища Директора. Террориста так и не поймали.

– У меня же семья осталась, – неожиданно вырвалось у него, и он скривился, безуспешно пытаясь скрыть вспыхнувшую боль. – Там, в настоящем Лесноградске. Жена, дочка. И что теперь? Они ждут меня, ищут, с ума сходят. А я тут вот, лысею себе и скукоживаюсь. Может, все уже? Пора уходить в край? Хоть там остановится эта твоя… тнднция.

Тигран давно подозревал, что из-за какого-то мышечного дефекта Игла никогда не прекращала улыбаться, вот и сейчас улыбка не исчезла с ее лица, однако в одно мгновение превратилась в тонкую злобную линию.

– Прдзниваешь меня, да, умник! – прошипела она, гневно сверкнув глазами. – А ну пркрти это! Чтре года назад я была Мисс Медицина Лесноградска. Первая красавица города. Как, сильно теперь похожа?

Тигран ошарашенно уставился на нее.

– А… что случилось? – осторожно спросил он.

Она раздраженно махнула рукой, по-прежнему широко улыбаясь. Смотрелось диковато.

– Чтслчлсь, то случилось. Какая разница? В край мы всегда успеем. Пркрщай, говорю.

Она раздраженно повернулась и быстрым шагом вышла из комнаты.

Еще через неделю Тигран решил, что достаточно окреп, чтобы выйти, наконец, на прогулку. Однако тут его поджидала досадная неприятность – рубаха и штаны стали настолько велики, что он буквально утонул в них при попытке одеться.

– Пффф, – сказала Игла, когда он рассказал ей об этой проблеме, и расхохоталась, глядя на трясущегося от злости Тиграна.

Она вдруг извлекла из потертой сумочки портновский метр, быстро и ловко сняла нужные мерки, забрала вещи, ушла и через час вернулась.

– Држи обнву!! – весело пробулькала она, швыряя Тиграну подшитую одежду.

Он осторожно вышел во двор и едва не потерял сознание от нахлынувших со всех сторон звуков и образов. Когда глаза немного привыкли к дневному свету, он с внезапным раздражением понял, что все охранники во дворе замерли на месте, удивленно разглядывая его, а в их взглядах легко читалась неприкрытая жалость.

Он медленно пошел вдоль бараков, стараясь ни на кого не смотреть и не слышать громких перешептываний за спиной. Рядом трусил радостный Кудрявый и наполнял округу звонким лаем, совершенно не подозревая о переживаниях своего хозяина. Из-за ближайшего строения неожиданно вышел начальник охраны и быстро зашагал к центральному зданию, но, заметив Тиграна с собакой, резко остановился и широко улыбнулся.

– Эй, Мясник, смотрю, ты поправился! – обрадованно воскликнул начальник, однако тут же осекся и сощурил глаза. Улыбка сползла с его лица. – Мясник?! – недоуменно переспросил он сам себя.

– Мясник, Мясник, – спокойно подтвердил Тигран, подходя ближе, и невольно поймал себя на мысли, что больше не наклоняет голову, чтобы посмотреть на начальника. – Да, я теперь выгляжу немного по-другому, но это вовсе не помешает дальнейшей службе. Передайте Товарищу Директору, что я поправился и готов приступить к своим обязанностям.

– Э-э-э, – начальник охраны попытался взять себя в руки. – Разумеется. Однако, думается, тебе неплохо было бы еще недельку отлежаться. Вид у тебя больно бледный.

– У вас есть зеркало? – спросил Тигран, и его голос слегка дрогнул.

Начальник охраны отрицательно мотнул головой.

– Нету. Говорят, что у Товарища Директора есть.

Глава 5. Пристанище.

Вечером, когда Тигран, сидя на стуле, вертел клинок вокруг пальцев и предавался невеселым размышлениям, вдруг заглянул Набалдашник.

– Слышал, ты пришел в себя, – сказал он, слишком уж внимательно разглядывая Тиграна.

– Даже не знаю, хорошо ли это, – скептически хмыкнул тот, отложил клинок и провел рукой по оставшимся редким волосам. – Превращаюсь потихоньку в лысого лилипута.

– Давай-ка не ной тут, – насмешливо ответил Набалдашник и звякнул объемным непрозрачным пакетом. – О тебе же в городе легенды ходят. Ты у нас прямо как Геракл, совершаешь подвиг за подвигом. Фе! – скривился он, глядя на жидкую прическу Тиграна, и поставил пакет на стол. – Ты сходил бы уже к парикмахеру и полностью обрился. Выглядишь, как потрепанный одуванчик.

Тигран никак не отреагировал на слова про парикмахера, зато пакет тут же привлек его внимание.

– Ого, – сказал он, наблюдая, как Набалдашник кладет на стол нечто, напоминающее колбасу, несколько крупных ломтей хлеба и бутылку с незнакомой этикеткой. – Откуда такое богатство?

– Контрабанда, – коротко ответил Набалдашник, дернув головой, и по-хозяйски плюхнулся на табурет. – Стаканы неси.

Он аккуратно налил из бутылки тягучую прозрачную жидкость и протянул один стакан собеседнику. Тот взял стакан и с подозрением понюхал содержимое. В нос ударил густой цветочный аромат, оттеняемый резкими спиртовыми нотками. Тигран второй рукой взял бутылку и принялся разглядывать этикетку. На желто-розовом фоне дородный бородатый мужчина, одетый в топорщащиеся угловатые одежды, держал в руке непонятный, похожий на овальный глобус, предмет. Все надписи на этикетке состояли из каких-то вычурных закорючек.

– Это что за язык? – спросил Тигран, всматриваясь в незнакомые буквы. – Арабский, что ли?

– Новозеландский! – хохотнул Набалдашник. – Давай уже, твое здоровье!

Они чокнулись и выпили. Сладковатый, чуть пряный напиток зашел обжег нёбо, мягко провалился внутрь и тут же растекся приятным теплом по желудку. Голова слегка закружилась.

– Слабоват я нынче для алкогольных подвигов, – пробормотал Тигран, ставя пустой стакан на стол. Почему-то вместо облегчения на него вновь накатила давящая тоска.

– Ничего, – успокоил Набалдашник, опять наполняя стаканы. – До подвигов тут еще далеко.

– Так откуда все-таки бутылка? – спросил Тигран, опять принявшись разглядывать этикету.

– Из бездны, – невозмутимо ответил Набалдашник, – откуда же еще. Ловцы раздобыли, а Меднокожий решил угостить старого друга, то есть меня. Ну а я подумал, что негоже пить в одиночку.

Тигран икнул и с недоверием уставился на собутыльника. В животе громко заурчало, а к горлу тут же подкатила тошнота. Набалдашник расхохотался.

– Да ты не переживай. Каждый улов проходит контроль на содержание тьмы. Все безобидные предметы поступают в распределитель, опасные – утилизируются и перерабатываются, а заряженные сверх всякой меры отбирает Товарищ Директор и зачем-то отправляет инженерам на фабрику, тут я не особо в курсе.

– Так ты это взял в распределителе?

– Ну ты чего, совсем плохой стал? – Набалдашник не прекращал иронизировать. – Говорю же – контрабанда. Меднокожий не стал отдавать это в распределитель, а припрятал для себя. Полагаю, Товарищ Директор в курсе его проделок, но закрывает на это глаза, пока Меднокожий не переходит границу. Ну а Меднокожий далеко не дурак, и меру знает.

– Ладно, – пробурчал Тигран. – Давай, значит, за хороший улов.

После второго стакана Тиграна слегка отпустило. Он откинулся на дощатую стену и внимательно посмотрел на Набалдашника, забарабанив пальцами по столешнице.

– Небось, опять спросить чего-то хочешь? – саркастически заметил тот. – Ну давай, валяй.

– Расскажи-ка мне про Мима.

– Вот уж чего-чего, а такого вопроса я не ожидал! – Набалдашник не удержался и всплеснул руками. – И что именно тебя интересует?

– Что он натворил Почему оказался за решеткой?

Взгляд главного патрульного тут же стал цепким и острым, мгновенно утратив нарочитую небрежность. Набалдашник впился глазами в Тиграна, будто оценивая, можно ли тому доверять, а затем глубоко вздохнул и задумчиво поскреб подбородок.

– Ладно, у тебя довольно высокий статус, думаю, тебе эта информация не повредит. Надеюсь, излишне говорить, что ничего никому?

Тигран кивнул.

– И у меня условие! – Набалдашник торжественно поднял палец, изображая иронию, однако выражение его серых глаз не изменилось. – Потом ты мне объяснишь, зачем тебе понадобилась эта информация.

На этот раз Тигран помедлил несколько секунд, но в конце концов кивнул еще раз.

– Вот и славно, – ухмыльнулся Набалдашник и схватил бутылку. – Но сначала выпьем, история непростая.

– Значит, так, – начал он, поставив пустой стакан на стол и утерев губы. – Все началось с угрюмого одноногого мужика по имени Пират. К настоящим пиратам он, разумеется, не имел никакого отношения, но уж больно похоже выглядел, да и характер имел скверный, из-за чего и получил такое прозвище. Насколько мне известно, в Лесноградске он бомжевал в гаражах, пока случайно не провалился в Яму. Жил недалеко, можно сказать, через дорогу, из дома выходил редко, гостей, разумеется, не приветствовал. И тут вдруг обращается ко мне одна моя старая знакомая, ух, боевая баба, вскоре после попадания к нам подалась в охотницы, профессия хоть и опасная, но весьма уважаемая. Сколько мужиков за ней бегало, а она – кремень, всех отбривала. Ну, или почти всех… – Набалдашник вдруг замолчал, как-будто вспомнив что-то, и легкая печальная дымка на мгновение затуманила его взгляд. – Ну и вот, – встрепенулся он и широко осклабился. – Приходит, значит, ко мне эта дама, и говорит – помоги, Пират пропал! Слово за слово, выясняется, что они с этим Пиратом давно любовники, с ума сойти. При ее талантах она уж точно могла бы найти кого получше… кхм… ну да ладно, сердцу ведь не прикажешь. Так вот, оказалось, что Пират пропустил условленную встречу, а когда она сама пришла его проведать, то дверь никто не открыл. Прошло еще пару дней, Пират не появился, и тогда она решила обратиться ко мне. Ну а я что – попросил, конечно, парней, которые должны были заступить в патруль, поискать этого негодяя. Что-то у меня в горле пересохло, давай-ка еще по одной.

– Я, пожалуй, пропущу, – ответил Тигран, внимательно слушая собеседника.

– Ну, как знаешь, уговаривать не буду. – Набалдашник залпом осушил свой стакан, крякнул и продолжил.

– Патруль вернулся рано утром с ошеломляющими новостями. Пирата нигде в городе они не нашли, но, когда под конец дежурства возвращались в казармы, заметили, как возле его дома отирается какой-то тип. Парни молодцы, затаились за соседним зданием, чтобы этого типа не спугнуть, и стали за ним наблюдать. А тот, как ни в чем не бывало, в какой-то момент открыл дверь и преспокойно зашел внутрь. Парни украдкой подобрались поближе к зданию, заглянули в окно и увидели такую картину. Непрошеный гость сидит на стуле возле противоположного окна, которое как раз выходит на ворота нашей резиденции, и внимательно всматривается куда-то. А рядом, на соседней стене, плоская черная тварь со сморщенной маской вместо головы вроде как что-то говорит ему и время от времени тычет в окно.

– Тень… – тихо сказал Тигран, не сводя взволнованного взгляда с Набалдашника.

– Именно! – тот звонко щелкнул пальцами. – Парни рисковать не стали и тихонечко отошли в казарму. Услышав такие вести, мы моментально собрали небольшой отряд и через пятнадцать минут взяли мерзавца прямо там, в доме Пирата. Жаль только, что когда мы явились, Тень уже ускользнула.

– Получается, ты сам ее не видел? – уточнил Тигран.

Набалдашник скрипнул зубами, прищурившись.

– Не поверишь – ни разу. Она, сволочь такая, будто чует меня и никогда не попадается на глаза. Но все остальные, кто с ней сталкивался, описывают ее примерно одинаково, поэтому не приходится сомневаться, что она есть на самом деле.

– Есть, есть, уж будь уверен, – усмехнулся Тигран. – Так а что дальше случилось с этим типом?

– Все, как обычно, – развел руками Набалдашник, – Мы отволокли его в тюрьму, и я каждый день, до самого побега, приходил и допрашивал его. Тут дело ясное – Пират исчез, а Мим – так мы его прозвали, уж больно забавные рожи он корчил – использовал его квартиру, как наблюдательный пункт, следил за резиденцией. Значит, готовил диверсию, может быть даже – против самого Товарища Директора. Да еще и был замечен в компании Тени. Мы обвинили его в убийстве Пирата и в подготовке диверсии.

– Погоди-ка! – Тигран вскинул голову и недоверчиво посмотрел на Набалдашника. – Так, значит, ты все это время навещал его в тюрьме? В то время, когда я гнил в соседней камере и с ума сходил от непонимания и неизвестности? А ты спокойно проходил мимо? Каждый, черт возьми, день?!

– Ну извини, приятель, – усмехнулся Набалдашник и опять взял бутылку. – Кем ты был в тот момент? Очередной новенький, пусть даже и немного дерзкий. Такие попадают в Яму по несколько раз за месяц. А Мим, можно сказать – государственный преступник, который явно готовил какую-то лютую пакость. Как думаешь, кем я должен был заниматься? Тебе налить?

– Давай, – мрачно ответил Тигран и пододвинул стакан.

– Только не вздумай тухнуть, – весело сказал Набалдашник, разливая спиртное. – Вот тебе еще занимательный факт про Мима. Он как-то умудрился проскользнуть мимо нас. В том смысле, что, когда он провалился в Яму, первым его нашла Тень, а не мы. Ну и, конечно, заманила в банду и как следует промыла мозги, заставив работать на себя. И, если хорошенько подумать, то факт этот ни хрена не занимательный, а очень даже хреновый. Потому что у нас тут под боком, получается, сформировалась настоящая ОПГ, в которой вполне может находиться куча неучтенных граждан. Вот представь, если бы на тебя, к примеру, наткнулась Тень сразу после того, как ты попал сюда. Нарассказывала бы тебе сказок про ужасных гигантских осьминогов, которые терроризируют мирных жителей, про ненавистного диктатора-рептилию и его цепного пса Набалдашника. Кто знает, на чьей бы ты в итоге оказался стороне. Сечешь?

– Полагаю, я бы сумел отличить преступников от сторонников существующего порядка, каким бы уродливым мне этот порядок ни показался, – язвительно ответил Тигран и выпил содержимое стакана несколькими мелкими глоточками.

– Уродливым… – задумчиво сказал Набалдашник и пожал плечами. – Ну, уж какой есть. Без него бы нам всем – давно хана. Как бы там ни было, – встрепенулся он и требовательно посмотрел на Тиграна, – теперь твоя очередь, друг мой! Выкладывай, чем тебя так заинтересовал этот Мим, учитывая, что видел ты его, как мне доложили, всего несколько секунд?

Слабая улыбка тронула губы Тиграна. Он плеснул себе четверть стакана, залпом выпил, опять ощутив легкий сладковатый привкус, а затем аккуратно поставил пустой стакан на стол.

– Мне очень не нравится, – сказал он, сохраняя спокойствие, – когда в меня швыряют бомбы, напичканные синей радиоактивной жидкостью. Потому что после взрыва этих бомб я начинаю превращаться в лысого карлика, а это никуда не годится. Чьих, говорят, это рук дело? Тени? Значит, я найду ее. Я видел Тень, и я видел Мима. Мим очень важен для Тени, потому что ради него она не побоялась пойти на штурм тюрьмы. Получается, найдем Мима – найдем и Тень. А чтобы отыскать Мима, я должен знать о нем как можно больше. Вот и весь сказ.

– Довольно стройно выходит, – хитро улыбнулся Набалдашник, переварив услышанное, однако его глаза недоверчиво блеснули. – Но, как бы там ни было, приятно, черт возьми, слышать, что наши цели совпадают, ведь я тоже хочу найти Тень. Даже больше – это моя прямая обязанность, как главного патрульного. Поэтому, – Набалдашник понизил голос до заговорщического шепота и лукаво подмигнул Тиграну, – я предлагаю объединить усилия. В конце концов, чем раньше мы эту тварь изловим – тем лучше.

– Разверни, – коротко сказал Тигран, не сводя с Набалдашника немигающего взгляда.

Набалдашник ухмыльнулся, взял бутылку и разлил остатки поровну .

– А тут и разворачивать-то особо нечего. Если тебе вдруг потребуется от меня какая-то помощь в деле поимки Тени, или информация – сразу обращайся, не стесняйся. Но и мне не откажи, если я приду к тебе с тем же. Лады? – и он неторопливо поднял стакан, ожидая реакции Тиграна.

– Так я еще ничего не успел узнать, – с легким раздражением сказал Тигран, покручивая свой стакан на столешнице. – Только приступил к делу, и тут – бац… Две недели провалялся.

– Не узнал, так узнаешь, – уверенно ответил Набалдашник. – Почему-то я в этом убежден.

– Ну, – сказал Тигран и поднял стакан, – тогда – лады!

Они чокнулись и выпили.

После ухода Набалдашника Тигран попытался было как следует обдумать окончившийся диалог, однако почувствовал, как его, может, из-за позднего часа, а может, по причине выпитого, неудержимо тянет в сон. Мысли путались и бегали по кругу, категорически не желая выстраиваться в стройную цепочку рассуждений, и Тигран, широко зевнув, в конце концов устало махнул рукой, добрел до кровати, стянул одежду, рухнул на простыни и моментально уснул.

Впервые за несколько дней его совершенно не мучили кошмары, наполненные ужасными гигантскими осьминогами и хохочущими охранниками с постоянно меняющимися лицами. Им наконец-то овладел крепкий здоровый сон, и он проспал более десяти часов, ни разу не проснувшись, а только лишь мирно похрапывал, переворачиваясь время от времени с боку на бок.

Наутро его разбудила Игла. Она быстро коснулась прохладными мягкими пальцами его лба, осмотрела радужку глаз и в конце заставила далеко высунуть язык, после чего громко фыркнула.

– Здрф!! – воскликнула она и неодобрительно кивнула на стоявшие на столе два стакана. – Совсем, гляжу, поправился.

– Ага, – скупо ответил Тигран, натягивая штаны, и машинально отметил, что они снова стали ему слегка велики. Он и вправду чувствовал себя на удивление свежо и бодро, от прошлой вялости не осталось и следа, и теперь чрезмерная забота Иглы смущала его. – Знаешь, – решился он, глядя ей прямо в глаза, – наверное, тебе не стоит больше приходить. Я уже сам могу и до столовой дойти, и с Кудрявым погулять, и шмотки постирать.

– Нтбршать! – сказала вдруг Игла с неожиданной суровостью и прищурилась, отчего стала похожа на разъяренного Чебурашку, и Тигран едва сдержался, чтобы не прыснуть со смеху. – Мня к тбе приставил Товарищ Директор, и я не имею права без его согласия…

– Ну так иди к нему и скажи, – Тигран упрямо гнул свою линию, – что я здоров. Полностью здоров, понимаешь? И мне не нужна больше сиделка. Раз ты врач, я могу приходить к тебе раз в неделю на обследование, в медпункт там какой-нибудь или что-то вроде, да?

– Мдпнкт! – Игла запрокинула голову и через мгновение из ее рта вырвался громкий булькающий смех, больше похожий на звук всасывания остатков воды в раковину. – Ну какой медпункт, красавчик, ты чего? Откуда ему тут взяться. Лекарства поступают раз в год по расписанию, бинтов нет, да даже чистую воду иногда раздобыть – целая проблема, – она вдруг посерьезнела и с печалью глянула на Тиграна. – Поэтому любая более-менее серьезная болезнь – это практически смертный приговор. Понимаешь? Так что тебе крупно повезло, что ты не только выжил после такого взрыва, да еще и полностью оправился. Скажи спасибо своему могучему организму.

– Поступают лекарства? – переспросил Тигран и сузил глаза. – Откуда поступают? Из бездны?

Игла махнула рукой и принялась жевать губами, смущенно глядя на Тиграна. Наконец она забавно сморщила нос и ответила:

– Из бездны, ага. Откуда же еще? Ловцы приносят, очень редко. А на фабриках такого не сделать.

– Хорошо, – кивнул Тигран, не сводя глаз с Иглы. – Из бездны, так из бездны. Знаешь, Игла, – и он нежно коснулся ее руки. – Спасибо тебе. Спасибо за все.

Она подскочила, как ошпаренная, принялась было что-то бубнить, но тут же зашлась в громком кашле, а когда Тигран попытался ей помочь, остановила его резким взмахом руки.

– Не ндо, – наконец выдавила она и глубоко вздохнула. – Уже почти прошло. Ладно, раз ты в порядке, то не буду больше тратить на тебя время, а то итак дел по горло. Бывай. Грязную посуду занеси потом в столовую.

– Слушай, – теперь Тигран смущенно кашлянул. – У меня есть необычная просьба. Тут где-то можно раздобыть лист бумаги и карандаш? Ну или что-то пишущее?

– Тбзчм?! – на бугристом лице Иглы проступило неподдельное удивление.

– Я в детстве ходил в художку, – невозмутимо ответил он. – И до армии много рисовал. А тут такие необычные виды попадаются, сама понимаешь. Куда там сюрреалистам! Вот я и хотел бы их запечатлеть. Вспомнить, так сказать, молодость.

– Во даешь! – она недоверчиво покрутила короткой шеей. – Кругом талантище! Дашь потом посмотреть?

– Ну… Если выйдет хорошо, то почему-бы и нет?

– У тебя-то уж точно выйдет, – убежденно сказала она и направилась к двери. – Ладно, попробую что-нибудь достать.

– Я буду ждать! – сказал Тигран с неожиданной горячностью, но тут же почему-то осекся. – Очень надеюсь, что у тебя получится найти то, что мне нужно, – добавил он вполголоса.

Игла кинула на него быстрый взгляд, и ему вдруг показалось, что ее глаза влажно блеснули, однако через мгновение она отвернулась и выскочила на улицу, громко хлопнув дверью. Тигран понятия не имел, сколько времени понадобится для поиска рисовальных принадлежностей, поэтому, чтобы унять нетерпение, решил прогуляться с Кудрявым по окрестностям резиденции, а по пути заглянуть в столовую. Прошло несколько часов, прежде, чем он вернулся домой, однако, не успел он войти, как тут же раздался робкий стук в дверь, и следом за ним зашла Игла. Тигран внутренне усмехнулся, подозревая, что она наблюдала за ним из-за соседнего барака, но виду не подал и вопросительно уставился на нее.

– Вот, – с тихим торжеством сказала она, положив на стол несколько листов грубоватой серой бумаги и два длинных карандаша бурого цвета, после чего заинтересованно посмотрела на Тиграна.

Он с любопытством взял один из карандашей и попробовал провести тонкую аккуратную линию, однако карандаш оставил после себя жирную маслянистую черту, которая тут же расплылась на бумаге бесформенной полосой. Тигран нахмурился.

– Это не карандаши, – сердито сказал он. – Где ты их взяла?

– На фбрке, – пожала плечами Игла. – Других нету. Не нравится – давай сюда, отнесу обратно.

– Ладно, – Тигран смягчился и попробовал провести еще одну линию, пытаясь совладать с необычным инструментом. На этот раз получилось гораздо лучше, след от карандаша почти не расплылся. – Еще раз спасибо!

Он стал наносить один штрих за другим, стараясь привыкнуть к карандашу и бумаге и добиться того, чтобы получаемые формы как можно более точно соответствовали замыслу. Игла какое-то время внимательно наблюдала за его действиями, однако, увидев, что он всего лишь покрывает лист одинаковыми круглыми пятнами, но по-разному заштрихованными, фыркнула и тихо выскользнула за дверь. Тигран, поглощенный работой, не заметил ее исчезновения. Исчеркав два листа, он наконец-то почувствовал уверенность в своих силах, взял следующий лист и принялся медленно и аккуратно касаться острием карандаша бумаги, время от времени прерываясь, закрывая глаза и пытаясь воскресить перед внутренним взором уже начавшие покрываться туманом забвения образы. Постепенно из тонких, почти полупрозрачных сероватых линий начал складываться овал лица, жесткая короткая прическа и узкий, азиатский разрез глаз. Тигран работал методично, не торопясь, то отдаляя, то вновь приближая рисунок, добавлял в нужных местах штриховку, стараясь добиться идеальной игры светотени. Через пару часов с прямоугольного листа на него смотрело худое мужское лицо с резкими чертами и тонкими губами, сложенными в злую издевательскую улыбку. Тигран скептически хмыкнул, разглядывая портрет. Удалось ли ему добиться необходимого сходства, или все-таки фантазии, берущие начало в бесконечных кошмарах, взяли верх, и рисунок не имеет ничего общего со своим прототипом?

Его колебания прервал резкий стук. Дверь, скрипнув, приоткрылась, и в проем просунулась голова незнакомого Тиграну охранника.

– Здравия желаю! – хмуро сказал тот. – Вы Мясник? Вас вызывает Товарищ Директор. Срочно.

Глава 6. Тайная комната.

Тигран неловко сжимал в руке свернутый в трубочку рисунок, стоя внутри знакомого полутемного кабинета, а Товарищ Директор, удобно развалившись в кресле, оценивающе осматривал своего подопечного с ног до головы.

– Какая, однако, интересная мутация, – сказал, наконец, хозяин кабинета, встал и подошел вплотную. – Ты позволишь? – и он, не дождавшись согласия, легко чиркнул выпущенным когтем по черепу Тиграна.

Тигран непроизвольно дернул головой в сторону. На пол медленно упал полупрозрачный клок волос. Товарищ Директор скептически хмыкнул и вернулся в кресло.

– Садись! – приказал он и кивнул на стоящий напротив стул. – Обсудим, что с тобой произошло, и как нам с этим быть.

– Прошу прощения, – Тигран упрямо сжал губы и остался на месте. – Начальник охраны сказал, что у вас есть зеркало. Я бы хотел взглянуть на себя.

– Что-то наш начальник охраны в последнее время слишком много болтает, – буркнул Товарищ Директор, опять поднимаясь на ноги. – Хотя, мужик он в прошлом героический, так что простим ему эту маленькую слабость. Зеркало, говоришь? Думаешь, оно того стоит? Впрочем, дело твое. Изволь.

Он засунул чешуйчатую клешню под стол и чем-то щелкнул. В тот же миг часть стены за его спиной дрогнула и с тихим шорохом принялась отъезжать в сторону, открывая проход в еще одно помещение.

– Об этом секрете знают очень немногие, – спокойно сказал Товарищ Директор. – Теперь и ты в их числе. Поэтому если расскажешь кому-то – я тебя убью. И это вовсе не фигура речи. Ну, что стоишь? Иди, полюбуйся на себя.

Тигран помедлил мгновение, глядя на открывшийся черный проем, внутри которого что-то зловеще поблескивало, но затем, отбросив неожиданно подкативший к горлу страх, решительно направился вдоль левой стороны стола ко входу в тайную комнату. Подойдя поближе, он увидел, что в крохотном, залитом тусклым фиолетовым сиянием помещении почти ничего нет, кроме огромного прямоугольного зеркала в тяжелой серебряной раме. Вверху зеркало неожиданно обрывалось, как будто от него аккуратно отпилили добрый кусок вместе с рамой. Зеркало абсолютно ничего не отражало, и потому больше напоминало таинственный портал в иные миры. По его черной глянцевой поверхности время от времени пробегала то синяя, то зеленая блеклая рябь, а из под массивной рамы исходило то самое загадочное фиолетовое сияние, которое наполняло комнату мягким потусторонним светом. Тигран шагнул внутрь и только тогда заметил, что справа от зеркала стоит большое деревянное кресло с высокой спинкой. К исцарапанным подлокотникам были приделаны грубые металлические скобы, и такие же скобы украшали массивные ножки кресла. А из спинки, там, где предполагалась голова сидящего, торчала ажурная полусферическая конструкция, опирающаяся на толстый обод. Справа на ободе располагался прижимной винт, фиксирующий, судя по всему, конструкцию на голове, а из верхней точки полусферы выходил тонкий черный провод, который другим концом был вмонтирован в серебряную раму зеркала. В левой части кресла, ближе к спинке, Тигран заметил широкую выемку, похожую формой на гнездо в автомобиле. В выемке точно так же находилась стеклянная, мерцающая фиолетовым, бутыль, от которой отходило два оголенных металлических провода. Необычное устройство напоминало скорее изощренное орудие пыток из раннего Средневековья, нежели некое технологическое приспособление.

– Хватит глазеть на кресло! – раздался позади недовольный голос Товарища Директора. – Очень надеюсь, что тебе никогда не придется в него усаживаться. Давай, дотронься до рамы зеркала.

Тигран отвел взгляд от кресла, уставился в зеркальную черноту и коснулся прохладной серебряной рамы. Поверхность зеркала тут же вспыхнула, как будто внутри включили с десяток электрических лампочек, и беспристрастно отобразило фигуру замершего перед ней Тиграна. Тот непроизвольно застонал, с ужасом разглядывая то, во что превратился. Из поблескивающего черепа торчало несколько реденьких клоков волос, щеки свисали книзу, как у бульдога, руки и ноги стали непропорционально короткими и толстыми, а кожа потеряла смуглый кавказский оттенок, превратившись будто в молочно-белую пленку, сквозь которую просвечивали сизые узоры тоненьких вен.

– Я стал уродом, – прошептал он, и прикрыл глаза ладонью, словно не желая видеть собственное отражение.

– Ты стал одним из нас, – сухо ответил Товарищ Директор и легонько постучал костяшкой пальца о стену. – И, возможно, так даже лучше. Давай-ка, выходи, тут тебе не примерочная.

– Сначала – пару слов о хорошем, – продолжил хозяин кабинета, дождавшись, пока мрачный Тигран обессиленно плюхнулся на стул. – Помнишь, ты видел бездну, когда был в гостях у Меднокожего? Оттуда прет наполненная фиолетовой дрянью темная субстанция и вызывает мутации. У одних – еле заметные, у вторых – сильные, третьих – вообще убивает. Некоторые наши технологии позволяют концентрировать эту субстанцию – для простоты мы называем ее тьмой – и использовать на фабриках. Однако, обладая нехорошими намерениями и необходимыми знаниями, из этого концентрата можно соорудить неплохую бомбу, что ты, собственно, и прочувствовал на своей шкуре.

– Да уж, – с горечью подтвердил Тигран, все еще не в силах отделаться от увиденного в зеркале.

– Однако ты не умер, хотя должен был, – невозмутимо продолжил Товарищ Директор, не сводя с собеседника ярко-желтых глаз. – А это значит, что у тебя теперь огромный иммунитет к мутациям. Если вдруг звезды сложатся так, что ты опять подорвешься похожей бомбе, то ее взрыв, скорее всего, пройдет для тебя бесследно. Неплохая новость, верно? Так что оставь, наконец, эти подростковые терзания насчет внешнего вида.

– Но ведь… – вдруг сказал Тигран, повернул голову и смерил взглядом Товарища Директора. – Вы же тоже, судя по… э-э-э… этому всему… – и он сделал неопределенный жест рукой. – Серьезно мутировали?

– А ты отважный! – ответил Товарищ Директор, ничуть не разозлившись. – Не каждый осмеливается задавать подобные вопросы. Впрочем, ты абсолютно прав. Я попал в изначальный взрыв, который, в общем-то, и привел к появлению и бездны, и Ямы. Мне чудом удалось выжить, правда, с тех пор я слегка позеленел, покрылся чешуей и стал похож на ходячего крокодила, но это же не повод бросать все на произвол судьбы, не так ли?

– Значит, и у вас – иммунитет к мутациям? – продолжал Тигран настойчивые расспросы, не сводя с Товарища Директора поблескивающего взгляда.

– Именно! – хозяин кабинета с удовлетворением поскреб выпущенным когтем чешую на щеке. – И тут мы плавно переходим ко второй части. Тебе, конечно, официально объявляется благодарность за самоотверженный поступок, ведь ты поступил весьма благородно, закрыв меня своим телом. А неофициально спешу сообщить, что ты вел себя, как последний идиот.

Тигран предпочел сохранять молчание и продолжил смотреть на Товарища Директора, слегка сощурившись.

– Ну да, – криво усмехнулся тот. – Я что тебе приказал в автомобиле? Не вмешиваться. А почему? Да потому что я прекрасно понимал, что никакая бомба не может причинить мне вред. Видимо, тот, кто ее изготовил, хоть и обладал секретными познаниями, но оказался не великого ума человеком, раз решил совершить теракт против самой неуязвимой твари этого мира, то есть меня. А вот ты – совсем другое дело! Ты – новичок, и на тебя как-раз таки тьма подействовала во всю силу. Отсюда урок на будущее. Если хочешь работать со мной – всегда неукоснительно выполняй мои указания, особенно первое время, пока ты еще не разобрался, как устроен наш мир. Усек?

– Усек, – Тигран медленно кивнул.

– Хорошо, – Товарищ Директор неожиданно зевнул, продемонстрировав ряд остро отточенных зубов. – После теракта мы серьезно усилили патрулирование улиц, и Тень, видимо, залегла на дно, по крайней мере, последние недели о ней ничего не слышно. Тем не менее, с этого дня твоя задача становится еще важнее. Надо отыскать эту тварь, и чем раньше, тем лучше, пока она еще что-нибудь не подорвала.

– Что ж, мне кажется, я знаю, как к ней подобраться, – неожиданно сказал Тигран и положил, наконец, свернутый в трубочку рисунок на стол. – Но, возможно, для поимки Тени вам придется ответить на несколько не самых приятных вопросов, прямо здесь и сейчас, – и с этими словами Тигран принялся неторопливо разворачивать свиток.

Товарищ Директор громко присвистнул и подался вперед, рассматривая Тиграна со смесью удивления и восхищения.

– Это что же, у тебя и план имеется? – сказал он, пытаясь изобразить насмешку, однако его заинтересованный взгляд сам собой переместился на лист бумаги в руках собеседника. – Ты его составил, пока валялся две недели в бреду?

– Можно сказать и так, – ответил Тигран ровным голосом и перевернул лист, демонстрируя карандашный набросок. – Скажите, вы узнаете этого человека?

– Да это ж вылитый Мамай, один из моих самых верных охранников, – беспристрастно ответил Товарищ Директор, однако его желтые глаза полыхнули огнем подозрения. – Даже странно, что ты его видел, ведь он редко появляется на людях…

– Потому что постоянно охраняет одного загадочного босоногого человека с соломенными волосами, про которого, видимо, здесь запрещено говорить, так как все моментально умолкают и делают вид, что не понимают, о чем речь, стоит мне задать о нем пару вопросов, – дерзко перебил Тигран Товарища Директора, продолжая удерживать портрет.

Товарищ Директор резко встал, с грохотом отодвинув кресло, и навис над столом, опершись на сжатые кулаки.

– Этого босоногого человека зовут Безумец, – громко прошипел он, приблизив к собеседнику чешуйчатое лицо. – И он очень, ты слышишь – очень важен для нашего Города. Поэтому его охраняют, как зеницу ока. И поэтому про него лучше раз не трепаться. А теперь, Мясник, объясни – чем вызван твой интерес к Безумцу? Очень надеюсь, что твои объяснения окажутся убедительными.

– У меня есть все основания полагать, – ответил Тигран, сохраняя самообладание, – что Безумца хотят убить. И, учитывая, как близко к нему подобрались злоумышленники, я на вашем месте переместил бы его в какое-нибудь безопасное место.

– Прямо сейчас он находится в максимально безопасном месте, где никакой мерзавец его не достанет, – процедил Товарищ Директор. – Однако твой ответ не полон. С чего ты вдруг решил, что Безумца хотят убить?

– Есть несколько фактов. Начнем с портрета, – и Тигран ткнул в рисунок. – Это вовсе не Мамай. Это Мим. Поразительное сходство, не так ли? Валяясь, как вы верно подметили, в бреду, я размышлял в том числе и над тем, а зачем Тени понадобилось вытаскивать Мима из тюрьмы и затевать ради этого аж целый штурм, рисковать жизнями других своих людей…

– На это есть простой ответ, Мясник, – насмешливо ответил Товарищ Директор. – Ты же видел кресло в потаенной комнате? С его помощью можно легко забраться любому человеку в голову, правда, мозги после этого превращаются в кисель, так что способ хоть и крайне эффективный, но, к сожалению, одноразовый. Жаль, что я был несколько занят в то время, когда Мим сидел в тюрьме, и допрос пришлось вести Набалдашнику. Однако, полагаю, Тень всерьез опасалась, что, если Мимом займусь я, то получу всю нужную для ее поимки информацию, потому и решилась вытащить своего подельника из застенок.

– Возможно! – Тигран, почувствовав охватывающее его радостное возбуждение, лишь тонко улыбнулся. – Но есть еще один любопытный факт. Когда там, в тюрьме, я дрался против людей Тени, Мим явно хотел помочь своим, но Тень категорически приказала ему не вмешиваться. А почему? Да потому что она не хотела лишний раз рисковать, ведь он для нее был очень ценен. Но чем же? А тем, что здорово похож на этого вашего Мамая. И, значит, может, загримировавшись и скопировав манеры охранника, в нужный момент пройти почти беспрепятственно на территорию резиденции и проникнуть в жилище Безумца.

– Чушь, – безапелляционно заявил Товарищ Директор и откинулся на спинку кресла. – Набалдашник прекрасно знает, как выглядит Мамай, и целую неделю лично допрашивал Мима. Думаешь, он не заметил бы сходства?

– В том то и дело, что Тень додумалась застраховаться и от этого. Именно поэтому Мим всегда изображал не себя. Когда он выбежал из камеры, его лицо было пухлое и простодушное. Но он выплюнул какие-то штуки изо рта, и тут же скулы стали резкими, щеки впали внутрь, а взгляд стал колючим и злобным. Думаю, что в своей обычной жизни Мим был актером, и умел отлично притворяться, что он с успехом постоянно и проделывал тут. Поэтому никто и не уловил его схожести с Мамаем.

– Продолжай, – сказал Товарищ Директор, не спуская с собеседника немигающих глаз.

– Теперь переходим к теракту. Вы сказали, что человек, его спланировавший, свалял дурака, ведь нет смысла покушаться на вас, вы же неуязвимы. Так вот. Думаю, что все как раз наоборот. Тот, кто осуществил этот теракт, вполне добился своей цели.

– Это как? – нахмурился Товарищ Директор. – Целью был ты, что ли?

– Не думаю, – махнул рукой Тигран. – Я еще не успел настолько насолить Тени. Смотрите, тут сходу нестыковка. Получается, что Тень прекрасно знает, как изготовить бомбу, знает, где живет Безумец, и даже знает, как выглядит главный охранник Безумца. Но при этом не знает, что у вас иммунитет, и устраивает бессмысленный теракт! Ну не странно ли это? А вот если принять мою версию о том, что Тень хочет убить Безумца, то все сходится. После теракта Безумец, в целях безопасности, точно будет находиться в резиденции – это раз. А внимание от резиденции будет отвлечено на улицы города – это два. Вот вы сказали, что усилили патрулирование улиц. А где взяли людей? Наверняка кого-то сняли отсюда?

– Так и есть, – нехотя признался Товарищ Директор. – Набалдашник перевел нескольких охранников на патрулирование.

– Вот видите, – широко улыбнулся Тигран. – Для этого все и задумывалось. А теперь добавим последний факт. Арест Мима. Он наблюдал за резиденцией, верно? А зачем? Мы думали – чтобы устроить диверсию или покушение. Вовсе нет! Он караулил Мамая. Чтобы запомнить его походку, манеру двигаться и так далее. Кстати, если я прав, то это значит, что они не родственники – была у меня такая версия – и расспрашивать Мамая по поводу его братьев или кузенов бессмысленно. Ну и что мы имеем в итоге? Потрясающее сходство Мима и Мамая – раз. Наблюдение Мима за Мамаем – два. Штурм тюрьмы ради того, чтобы освободить Мима и при этом не подвергнуть его опасности – три. Теракт для отвлечения внимания от резиденции и Безумца – четыре. Честно говоря, я удивлен, что за прошедшие две недели Тень не попыталась осуществить задуманное…

Товарищ Директор встал с кресла и не спеша подошел к окну, заложив руки за спину. Тигран молча ждал, загнув уголок рисунка и заминая получившийся треугольничек туда-сюда, пока он не совсем не разлохматился по краям. Через несколько минут напряженной тишины хозяин кабинета оторвался от созерцания пейзажа за окном, тяжело прошествовал к креслу и встал около него, вновь опершись кулаками о столешницу.

– Итак, – обронил он, и в его голосе почувствовалась свинцовая усталость. – Что же ты предлагаешь?

– Я предлагаю поймать Мима на живца, – твердо ответил Тигран. – Пусть приходит и пытается убить Безумца, тут-то мы его и сцапаем. А через него выйдем на Тень.

– Я не могу, не имею права рисковать жизнью Безумца, – мрачно сказал Товарищ Директор. – Мне проще отстранить Мамая и разрушить тем самым их план.

– Вам придется найти другого охранника, такого же преданного, как Мамай, в ком вы были бы так же уверены. А Тень, раз уж задумала убийство, вряд ли остановится. И предпримет следующую попытку, о которой мы уже не будем знать так много. Нет, надо действовать именно сейчас!

– Я же ясно сказал тебе, Мясник…

– Да погодите вы! – Тигран повысил голос и заметил, как лицо Товарища Директора исказила гримаса недоумения вперемешку с гневом. – Мы не будем рисковать жизнью Безумца, – продолжил он уже более спокойным тоном. – Более того, ему даже не надо будет покидать свое безопасное место, хотя я тут немного удивлен – вы точно уверены, что ему ничего не грозит? Он не на территории резиденции?

– Да, ему ничего не грозит, – напряженно ответил Товарищ Директор. – Нет, он не на территории резиденции. Мясник, не отвлекайся!

– Отлично. Тогда сделаем так. Вы пустите слух, что Безумец возвращается в резиденцию. Дескать, он пробудет здесь два-три дня, а потом вернется в это свое безопасное место. Мамая придется под благовидным предлогом временно отстранить.

– И что нам это даст? – Товарищ Директор непонимающе смотрел на Тиграна.

– Когда я час назад смотрел на себя в зеркало, – невозмутимо ответил тот, – то обратил внимание, что стал с Безумцем примерно одного роста. Все-таки есть в мутации и позитивные стороны. Если одеть на меня парик соломенного цвета, разуть и обрядить в мешковатые одежды, то в полутьме я вполне сойду за Безумца. Для полного завершения иллюзии мне останется лишь поселится в его комнатах и пару раз помаячить перед окном, не выходя, разумеется, на люди. И все, кому надо, будут уверены, что Безумец находится в резиденции. Тень точно клюнет на эту приманку, а значит, за Безумцем придет Мим. А там его буду ждать я.

– Это… – Товарищ Директор не находил слов. – Ты давно придумал эту клоунаду, Мясник? Это вот так вот вы, контрразведчики, шпионов ловите? Переодеванием?

По сердцу Тиграна будто ударило тысячи мелких молний. Он медленно поднял взгляд на Товарища Директора и чуть сощурился.

– Откуда вам известно, что я служил в контрразведке? – четко выговаривая каждое слово, спросил он. – Я никому об этом не говорил здесь.

– Брось, Мясник! – захохотал Товарищ Директор. – Теперь тебе повсюду мерещатся заговоры! Никому не говорил, значит? Да ты столько наболтал Игле, пока валялся в бреду, что у меня на тебя досье толщиной со словарь Ожегова!

– Хорошо, – глухо ответил Тигран и с трудом разжал непроизвольно сжавшийся под столом кулак. – Наверное, я и правда стал слишком подозрителен. Так что скажете насчет моего плана?

– Безумный план по спасению Безумца, – нараспев произнес Товарищ Директор, выпустил когти и принялся раздражающе цокать ими по столешнице. – В него никого нельзя посвящать, Мясник, слышишь! – и он направил один из когтей в грудь Тиграну. – Никого! Даже Набалдашника. Иди пока к себе. А я съезжу на фабрику, прикину, из чего можно соорудить подходящий парик.

Глава 7. Выхода нет.

Жилище Безумца располагалось в одном из бараков, за серой неприметной дверью, ничем не отличавшейся от нескольких таких же справа и слева. Сам барак стоял вдоль противоположной от входа в резиденцию стены, и подойти к нему, не миновав тщательно охраняемое центральное здание, было невозможно. Таким образом, любой, кто вдруг захотел бы неожиданно навестить загадочного босоногого человека, моментально вызвал бы интерес доброго десятка охранников, и никак не смог остаться незамеченным.

Чтобы избежать лишних глаз, Товарищ Директор поручил начальнику охраны собрать в час ночи весь личный состав возле ворот и провести подробный инструктаж по усиленному патрулированию как самой резиденции, так и ее окрестностей. Начальник охраны такому приказу весьма удивился, но виду не подал, и отправился исполнять. Дождавшись нужного момента, Тигран вместе с Товарищем Директором вышли из черного входа и пробрались в квартиру Безумца, никем не замеченные.

Войдя внутрь, Товарищ Директор достал из кармана пиджака объемный шар, светившийся неярким фиолетовым светом, и поводил им по сторонам. При тусклом освещении Тиграну удалось понять, что они попали в небольшую прихожую, из которой вглубь строения вела еще одна дверь, оборудованная круглым оконцем.

– Вот, – сказал Товарищ Директор и кивнул на маленький столик, стоявший вдоль стены. – Сюда тебе будут приносить еду. На глаза никому не попадаться, в разговоры ни с кем не вступать. Завтра я расскажу ответственным, что Безумец вернулся. Вечно держать тебя тут у меня не получится, поэтому отведем на твою затею, скажем, неделю. Вопросы есть? Отлично. Тогда давай, входи в образ.

Тигран снял с плеча сумку и достал оттуда бесформенную мешковатую одежду и парик. Быстро переодевшись, он снял башмаки и пошевелил пальцами ног, ощутив легкую прохладу, исходящую от влажных напольных досок. Товарищ Директор поднес фиолетовый шар поближе, желая понять, насколько лже-Безумец похож на настоящего, и тут Тиграну пришла в голову шальная мысль. Он выпучил глаза, широко осклабился, скрючил пальцы и резким судорожным движением вцепился в рукав пиджака Товарища Директора.

– Здесь не очень хорошее место! – тонким голосом пропищал он. – Слышишь?! Мне тут совсем не нравится! Я хочу домой, домой, скорее!!

Товарищ Директор сначала резко отшатнулся, а затем со всей силы махнул рукой, отшвыривая Тиграна. Тот не удержался на ногах и отлетел в сторону, больно ударившись головой о ручку двери. Из рассеченного лба выступила кровь.

– Это было совсем несмешно, Мясник, – ледяным тоном сказал Товарищ Директор. – Несмешно и непрофессионально. Впредь постарайся держать себя в руках.

– А как по мне – неплохо вышло, – прохрипел Тигран, поднимаясь на ноги и поправляя съехавший набок парик. – Похож ведь?

– Весьма, – сухо ответил Товарищ Директор. – Надеюсь, на людей Тени ты произведешь тот же эффект. Давай, иди, обживайся. Из вещей постарайся ничего не трогать, Безумец очень щепетильно относится к своим безделушкам. Если я вдруг понадоблюсь – под столом в большой комнате есть кнопка. И, пожалуйста, Мясник, – Товарищ Директор понизил голос до свистящего шепота и поднес светящийся шар к чешуйчатому лицу. – Поменьше самодеятельности. Что ж, удачи всем нам.

С этими словами он небрежно бросил фиолетовый шар в карман пиджака, круто развернулся и быстрым шагом вышел на улицу, тихо прикрыв за собой дверь.

Как только Тигран повернул дверную ручку и шагнул во внутренние комнаты, включился мягкий оранжевый свет, осветивший незатейливый интерьер. Первым делом Тигран бросил быстрый взгляд на окна и убедился, что они надежно закрыты широкими занавесками, достаточно плотными, чтобы случайному прохожему ничего не удалось за ними разглядеть, но в то же время не слишком глухими, чтобы силуэт лже-Безумца отчетливо виднелся в освещенном прямоугольнике с улицы. Возле окна, у изголовья идеально заправленной кровати белела сложенная пирамидкой огромная подушка, а чуть поодаль, в углу, стоял письменный стол, усеянный причудливыми статуэтками. Подойдя поближе, Тигран наклонился над столом и принялся с интересом рассматривать статуэтки, стараясь не касаться их руками.

Это оказались довольно талантливые поделки, собранные из пластилина, цветной проволоки, бумаги и прочей мелочевки. Самая высокая из них была сделана из детской игры, где надо было вытаскивать деревянные бруски из башенки и осторожно ставить наверх, стараясь, чтобы башня не развалилась. Тигран часто играл с Гаяне в эту игру, когда та была маленькой. Сейчас же бруски замысловато переплетались друг с другом, скрепленные пластилином и проволокой, отчего вся конструкция неестественно изгибалась по крутой дуге, однако не падала, будучи, вероятно, чем-то приклееной к столешнице.

Слева от перекошенной башни притаился лиловый спрут, опутав длинными жирными щупальцами подножие конструкции. Круглые алые глаза, казалось, уставились в одну точку, и, невольно проследив за вероятным направлением осьминожьего взгляда, Тигран наткнулся на еще одну композицию. Рельсы, похожие на те, что он видел неподалеку от центра Ямы, горкой вздымались наверх и плотно обхватывали маленькую пластилиновую фигурку. У застрявшего в изгибах металла человечка на лице застыло выражение ужаса, он смотрел выпученными глазами на спрятавшегося за башней осьминога, а его рот округлился в напрасном беззвучном крике. Тиграна пробрала дрожь, когда он признал в человечке Безумца и осознал, что композиция являлась чем-то вроде автопортрета.

Оторвавшись от созерцания гнетущих поделок, Тигран поднял взгляд и увидел, что над столом висела черно-белая фотография, вся покрытая паутинкой изломов. На ней был запечатлен мужчина с темными, слегка тронутыми сединой волосами и квадратным скуластым лицом. Глубоко впавшие глаза тяжело смотрели из-под нависших бровей, а губы были плотно сжаты в тонкую неприветливую линию. С верхних уголков фотографии давно слез глянец, обнажив бледно-серые потрепанные треугольнички.

Во второй комнате, помимо облезлого кухонного стола, двух стульев и небольшого буфета, неожиданно обнаружилась черная металлическая дверь с ярко-красной табличкой «Выхода нет». На двери отсутствовала как ручка, так и замочная скважина, и Тигран, скептически хмыкнув, несколько раз сильно стукнул костяшками пальцев по металлу. Дверь отозвалась длинным гулким звуком, и Тигран с удивлением понял, что за ней все-таки имеется проход. Он методично ощупал края двери и стену рядом в поисках скрытого механизма, но ничего не нашел, и через полчаса решил оставить бесплотные попытки. На дворе была уже глубокая ночь, и он достаточно помаячил перед окном, чтобы все, кому надо, увидели – Безумец вернулся. На всякий случай он заглянул в буфет и обнаружил там, помимо скромного набора посуды, несколько желто-зеленых коробок с пластилином. Он взял одну из них, машинально перевернул, внимательно прочитал этикету и нахмурился. Отложил в сторону, взял вторую коробку и тоже прочитал этикету. Так он проделал с каждой коробкой, после чего уселся на стул, оперся подбородком о кулак и крепко задумался.

Так он просидел около получаса, переводя взгляд с коробок с пластилином на металлическую дверь и обратно. В конце концов он глубок вздохнул, встал и вернулся к кровати. Там он запустив руку под парик и с наслаждением почесав потную лысину. Хотелось сорвать с себя уже успевшую надоесть бутафорию и завалиться спать, однако маскировка есть маскировка. Мим вполне мог заявиться и ночью, и рано утром. Поэтому Тигран расположился на кровати ногами к входу, повернулся к стене, накрылся покрывалом – теперь любой вошедший точно принял бы его за хозяина помещения – и моментально провалился в чуткий тревожный сон.

Следующие пару дней он страдал от безделия и коротал кажущийся бесконечным день, дотошно изучая сюрреалистические скульптуры на столе и все больше поражаясь искаженной фантазии их создателя. Вечерами Тигран не забывал исправно прохаживаться перед окном, открыто демонстрируя возможному любопытному взгляду местонахождение Безумца. Со двора в этот момент доносились знакомые голоса охранников, топот ног и редкий лязг оружия. В какой-то миг ему даже показалось, что совсем рядом прозвучал насмешливый тон Набалдашника, и он бросился к тяжелым занавескам, пытаясь сквозь узкую щелку рассмотреть – что же происходит снаружи, однако не увидел ничего, кроме нескольких исчезающих в вечернем сумраке темных силуэтов.

Однако на третий день терпение Тиграна оказалось вознаграждено с лихвой. Он внезапно проснулся около четырех утра, когда робкое солнце едва рассеивало сумрак в комнате через щели в занавесках. Его рука автоматически потянулась к голенищу, пока сознание, стремительно стряхивая остатки сна, пыталось понять причину пробуждения. Неожиданно за дверью послышался тихий шорох, и в памяти тут же всплыл недавний негромкий щелчок входного замка, от которого Тигран и проснулся. Он с некоторым усилием выровнял дыхание, медленно вытащил нож и замер в ожидании, не сводя глаз с двери.

Раздался троекратный стук.

– Эй, Безумец! – послышался дружелюбный бархатный голос. – Это я, Мамай. Извини за ранний визит, но тебя желает видеть Товарищ Директор. Так что просыпайся, надо идти.

Тигран ничего не ответил. Через несколько секунд стук повторился.

– Ну что же ты? – мягко сказал человек за дверью. – Не против, если я зайду и помогу тебе собраться? Ты, главное, не волнуйся, это же я, Мамай. Смотри, я вхожу.

Дверь едва слышно скрипнула, впуская настойчивого посетителя. Тигран прикрыл веки, не переставая внимательно наблюдать из-за опущенных ресниц за передвижениями незнакомца. Тот медленно подошел к кровати, нагнулся и осторожно потрепал Тиграна за плечо.

– Бе-е-зу-у-умец… Ну же, дружище, пора вставать! Понимаю, что я не очень вовремя, но ты же знаешь Товарища Директора…

– М-м-м… – тонким голосом промычал Тигран и сделал вид, будто медленно подтягивается, а сам тем временем покрепче сжал нож и приготовил руку для резкого выпада.

– Вот молодец! – обрадовался незнакомец. – Давай, я помогу тебе встать, – и он протянул руку.

Тигран нарочито плавно, как будто с неохотой, положил левую ладонь на протянутую руку, а затем одним движением резко сжал и дернул на себя, одновременно выдергивая правую руку из-под одеяла. Незнакомец ойкнул и потерял равновесие, падая на кровать. Тигран, будто сжатая пружина, освобожденная от внешнего давления, рывком вскочил на ноги, продолжая тянуть незнакомца и, когда тот рухнул на кровать, моментально приставил нож к его горлу.

– Привет, Мим, – сказал он, сохраняя спокойствие. – Разумеется, мы немедленно пойдем к Товарищу Директору. Вот только видеть он хочет не меня, а тебя. Есть у него к тебе парочка вопросов.

Лицо незнакомца оказалось наполовину скрыто плотной серой маской, видимо, для того, чтобы окончательно запутать Безумца, выдавая себя за Мамая. Глаза Мима над маской сверкнули смесью злобы и ярости.

– Ах ты тварь, – прошипел он, с ненавистью глядя на Тиграна. – Надо было тебя кончить там, в тюрьме!

Его скуластые щеки неожиданно расплылись, будто в усмешке, а спустя секунду он вдруг истерически захихикал, не сводя с Тиграна поблескивающего взгляда. Еще через мгновение его хихиканье перешло в громкий прерывистый смех, и вот он уже хохотал во все горло, запрокинув голову.

– Мим, – с некоторой усталостью сказал Тигран, слегка усилив нажим на нож. – Давай без этих фокусов.

Вместо ответа Мим издал громкий вопль и резко ударил запрокинутой головой Тиграна в лоб. Рука с ножом дернулась, оставив на шее Мима глубокую кровоточащую царапину, а Тигран чуть отклонился назад. Мим, воспользовавшись моментом, выдернул правую руку и нанес сильный удар в лицо, от которого Тигран тут же слетел на пол. Мим зарычал и попытался упасть сверху и подмять под себя противника, однако Тигран успел прийти в себя после неожиданной атаки и поэтому быстро откатился в сторону. Но это не спасло его от пинка тяжелым сапогом по ребрам. Тигран издал тихий стон сквозь стиснутые зубы и попытался подняться на ноги, но через мгновение на него обрушился град сильных и точных ударов. Видимо, помимо актерского мастерства, Мим частенько практиковался в безжалостных уличных драках. Однако у Тиграна опыта участия в подобных мероприятиях было гораздо больше. Он увернулся от очередного удара и резко взмахнул рукой с ножом, оставив на теле противника длинную кровавую рану от плеча до середины груди. Мим на секунду прекратил свои атаки, и этого мгновения Тиграну хватило, чтобы вскочить, наконец, на ноги и занять боевую позицию.

– А ты ловкий, гад, – сказал Мим, тяжело дыша. – Товарища Директора можно поздравить с хорошим приобретением, да?

– С поздравлениями ты немного опоздал, – ответил Тигран, не сводя внимательного взгляда с противника. – Ведь Тень намного раньше заполучила себе ручного клоуна.

– С-с-сука… – прошипел Мим и бросился на Тиграна, будто собираясь нанести мощный удар в лицо.

Тигран выставил руку с ножом, и в этот момент Мим резко остановился и нанес короткий хлесткий удар по запястью. Кисть у Тиграна разжалась, и нож с глухим стуком упал на пол. Мим издал победный вопль. Однако из-за хитрого маневра он оказался в неудачной позиции, стоя вполоборота к Тиграну. Тот моментально скользнул за спину Миму, заводя руку под подбородок противника, и через мгновение его предплечье, как стальная скоба, сомкнулось на шее. Мим захрипел и принялся барахтаться, пытаясь вырваться из смертельного захвата, однако Тигран, даже не смотря на то, что за последний месяц потерял четверть собственного веса, держал крепко.

Неожиданно на ближайшей стене сгустились черные тени, потрескавшаяся поверхность пошла большими, будто бы нефтяными, пузырями, и через несколько мгновений из вязкой черноты сформировалась похожая на человеческую выпуклая фигура, по которой время от времени перекатывались маленькие волны.

– Флакон, дебил! – прошипела сморщенная коричневая маска на месте головы фигуры. – Используй флакон!

Тигран почувствовал, как правая рука Мима скользнула в карман, и через мгновение раздался громкий звон, как будто на пол упала и разбилась какая-то склянка. В воздухе повис тяжелый пряный запах. Тигран неосторожно сделал глубокий вздох и поднимающийся с пола дурман тут же проник в его разум. Комната начала расплываться перед глазами. Только сейчас он понял, что маска на лице Мима нужна была вовсе не для того, чтобы скрыть лицо. Хватка Тиграна ослабела, и через несколько секунд Мим смог без особого труда освободиться. Тигран упал на одно колено и схватился рукой за кровать, пытаясь удержать остатки равновесия. Его глаза закрывались. Мим запрокинул голову и опять издал истерический хохот.

– Валим скорее, – приказала Тень. – Нас заманили в ловушку, как слепых котят.

– Погоди-ка, – зловеще усмехнулся Мим и наклонился за ножом. – Сначала я кое-кому вскрою сонную артерию.

– Эй!– резко сказала Тень. – Сейчас не время…

Ее грубо прервал мощный удар в дверь, от которого та слетела с петель и с громким хлопком грохнулась в коридоре, подняв облако пыли. В комнату ворвался Товарищ Директор. Он обвел ярко-желтыми глазами помещение, и, моментально оценив обстановку, бросился к Миму, словно молния, и тяжело стукнул его пудовым кулаком по голове. Мим икнул, его ноги подкосились, и он неуклюже завалился на бок, выронив нож из ослабевшей руки. Товарищ Директор хмыкнул и повернулся к тихо извергающей проклятия Тени.

– Послушай, – сказал он, едва сдерживая рычание. – Наша вражда дорого обходится нам обоим. Скажи – чего тебе надо?

Тень издала нервный смешок.

– Я хочу вернуться. Как, сможешь помочь с этим?

– Тебе прекрасно известно, что нет, – сухо ответил Товарищ Директор. – Если бы я знал способ…

– Ну тогда – всего хорошего, – злобно прошептала Тень и метнулась по стене к выходу, растворяясь в тусклом утреннем свете.

Товарищ Директор молча проводил огненно-желтым взглядом исчезнувшую за дверным проемом Тень, а затем развернулся и наклонился к Тиграну.

– Ну как ты, воин? – произнес он с легкой насмешкой. – Идти сможешь?

– Я… – Тигран попытался встать на ноги, опираясь на кровать, и со второй попытки ему это удалось. – Да, вполне. – Он почувствовал, как тяжелый вязкий туман в голове постепенно рассеивается.

– Тогда пошли, – резко бросил Товарищ Директор, небрежно поднимая бесчувственного Мима и забрасывая через плечо. – Нам надо допросить этого ублюдка. Сегодня же.

– Погодите, – к Тиграну постепенно возвращалась способность логически мыслить, он поднял взгляд и прямо посмотрел на Товарища Директора. – Спасибо, конечно, за подмогу, но что-то вы слишком быстро пришли на помощь. Эта комната под наблюдением?

– Я несколько удивлен твоим вопросом, – скупо улыбнулся Товарищ Директор и поправил висящее на нем, словно куль с отбросами, тело Мима. – Ты же контрразведчик. Разумеется, я не мог себе позволить оставить ситуацию без контроля. Как бы там ни было, – и тут тон Товарища Директора заметно потеплел, – твой план сработал, Мясник. За что прими лично от меня глубокую благодарность. А теперь я предлагаю временно закруглить эту непринужденную беседу. У нас впереди еще куча дел.

Когда они вышли в прихожую, Тигран стащил с себя парик и незаметно почесал зудящую лысину. Ему хотелось поскорее добраться до своей квартиры, переодеться и пойти гулять с Кудрявым, однако, судя по быстрой и решительной походке Товарища Директора, до заслуженного отдыха было еще далеко. Они вернулись в центральное здание тем же путем – через черный ход, и, даже если их кто и заметил в столь ранний час, вряд ли у этого человека хватило бы смелости задать лишние вопросы.

Дойдя до кабинета, Товарищ Директор открыл потаенную комнату, небрежно швырнул Мима в деревянное кресло, отчего тот издал короткий мычащий звук, и принялся неторопливо пристегивать пленника к конструкции. Хищно защелкнулись скобы на запястьях, потом на лодыжках, и вот уже Товарищ Директор принялся фиксировать на запрокинутой голове Мима ажурную полусферу, затягивая с тихим поскрипыванием прижимной винт.

– Ну вот, – с удовлетворением сказал Товарищ Директор, оглядывая надежно закрепленное в кресле тело Мима. – Теперь можно и начать. Запомни, Мясник – допрос буду вести я. А ты смотри и запоминай. До видеозаписи мы тут еще не доросли, хотя мои инженеры вовсю работают над этим, поэтому пока приходиться полагаться на зрительную память. Если захочешь задать важный, как тебе кажется, вопрос, просто сожми мою руку. И постарайся не отвлекать меня по пустякам.

Товарищ Директор на мгновение шагнул обратно в кабинет и тут же вернулся с полупрозрачным кувшином. Резким движением он плеснул в поникшее лицо Мима добрые пол-литра прохладной воды, отчего пленник охнул и попытался мотнуть головой, но, зажатый обручем, только медленно поднял веки и с трудом сфокусировал взгляд перед собой.

– Привет, Мим! – елейным голосом произнес Товарищ Директор. – Давно же я искал встречи с тобой. Прежде, чем мы начнем, не могу не спросить. Может, ты хочешь мне прямо сейчас что-то рассказать? Вдруг информация окажется достаточно ценной и спасет тебя от неприятной процедуры?

Губы Мима растянулись в издевательской улыбке, и он пару раз то ли кашлянул, то ли издал сухой смешок.

– Чертов тиран, – произнес он сдавленным голосом, с ненавистью глядя на Товарища Директора. – Ты держишь нас всех здесь ради своих безумных экспериментов! Да пошел ты… – и он с шумом втянул в себя воздух, явно намереваясь смачно плюнуть.

– А ну-ка без фокусов! – строго прикрикнул Товарищ Директор и нанес Миму звонкую оплеуху, отчего тот поперхнулся слюной и сильно закашлялся. – Да ты, получается, идейный, – продолжил хозяин кабинета с явным разочарованием. – Может, еще передумаешь? Давай, я считаю до трех. Раз… два… три!

Мим продолжал злобно сверлить Товарища Директора взглядом, тяжело дыша. Тот пожал плечами, засунул чешуйчатую лапу под кресло и щелкнул невидимым рычажком. В тот же момент стеклянная бутыль, стоявшая в углублении, озарилась бледно-фиолетовым сиянием, по оголенным проводам побежали зигзагообразные искры, а через несколько мгновений полусферическая конструкция на голове Мима тоже покрылась искрящимися сполохами. Пленник издал тихий протяжный стон и обмяк, закатив глаза. Только сейчас, при свете сполохов, Тигран заметил, что внутри полусферы есть два симметрично расположенных продолговатых цилиндра, которые с разных сторон упирались в голову Мима. Сейчас эти цилиндры налились синим цветом, и, когда от их свечения стало больно глазам, толстый провод, соединявший центр полусферы и серебряную раму зеркала, внезапно дернулся. По нему прошло несколько быстрых глубоких волн, словно что-то тягучее перекачивалось из головы Мима. Поверхность зеркала постепенно теряла черноту, наполняясь изнутри хаотичными движущими пятнами. Пленник издал глубокий булькающий звук и пару раз дернулся, так и не придя в сознание. По его телу пошли судороги.

Товарищ Директор наклонился почти вплотную к Миму.

– Где ваш штаб? – четко произнес он. – Где вы проводите свои встречи? Где обитает Тень? Вспоминай.

Толстый провод дернулся еще сильнее, и амплитуда колебаний пробегающих по нему волн увеличилась. Мим опять застонал. Цветные пятна в зеркале закружились в стремительном хороводе, соединяясь в разнородные группы и на глазах меняя форму, пока из мельтешащего калейдоскопа не начала проступать осмысленная картинка.

Ранее утро или вечер. Тусклое низко висящее солнце еле освещает одноэтажное серое здание, почти нетронутое искаженной геометрией Ямы. Позади виднеется несколько низких строений, за которыми чернеет большими растрескавшимися камнями огромный пустырь. Справа от здания – пара низкорослых скрюченных деревьев. У входа в здание стоит два человека в темных куртках и как будто о чем-то переговариваются между собой.

– Достаточно! – громко сказал Товарищ Директор, после чего повернулся к Тиграну. – Заброшенный дом в западной части Города, – прошептал он. – Недалеко от Леса и почти у самого края. Жители обычно избегают таких мест. Неплохой выбор. Как закончим допрос, отправимся прямиком туда.

Заметив, что Тигран хочет что-то ответить, Товарищ Директор предостерегающе поднял коготь и опять занялся пленником.

– Вспомни всех своих сообщников! – твердо приказал он. – Всех, кого ты видел вместе с Тенью. Открытые лица, без масок. Давай! – Товарищ Директор опять повернулся к Тиграну. – Запоминай, Мясник! Запоминай всех!

Картинка в зеркале пошла рябью, как-будто телевизор потерял сигнал, затем распалась на хаотичные пятна, но через несколько мгновений собралась вновь. Теперь Тигран увидел небольшое помещение, в котором полукругом сидело с десяток людей и смотрело на стену перед собой. В комнате царил полумрак. Из стены черной выпуклой фигурой выпирала Тень, и, судя по шевелящимся на маске морщинам, что-то говорила собравшимся. Внезапно все сидящие повернули головы и уставились прямо на Тиграна. Он понял, что видит одно из воспоминаний Мима его глазами – очевидно, момент посещения некоего тайного собрания. Тигран жадно впился взглядом в поверхность зеркала, срисовывая черты лиц участников. К счастью, Мим принялся, по-видимому, что-то объяснять смотрящим на него людям, потому что те не сводили с него глаз еще несколько минут, и Тиграну хватило этого времени с лихвой.

– Ну что? – прошептал, обернувшись, Товарищ Директор. Тигран в ответ поднял большой палец вверх, давая понять, что твердо запомнил лица.

Товарищ Директор опять наклонился к едва слышно постанывающему Миму.

– Чего боится Тень? – спросил Товарищ Директор, внятно выговаривая каждое слово. – В чем ее уязвимость? Как ее убить?

Мим издал прерывистый хрип. Провод, соединявший кресло и серебряную раму, заходил ходуном. Картинка исказилась и поплыла, вытягивая лица людей в длинные нелепые овалы. Образы смешались и переплелись между собой, однако спустя секунд десять вновь приняли узнаваемые очертания.

Опять та же комната, что и в прошлый раз. Из заляпанного окна едва сочится тусклый свет. На потрескавшейся стене снова маячит Тень. Овал рта на ее маске то открывается, то закрывается – Тень опять произносит монолог. Слушателей трое, плюс, разумеется, Мим. В какой-то момент собравшиеся резко поворачивают голову к окну, словно заслышав посторонний звук. Один из них, крадучись, подбирается поближе и осторожно прижимается к стеклу, пытаясь что-то разглядеть. Очевидно, ему это не удается, потому что он достает из кармана продолговатый предмет, из которого через мгновение вырывается ярко-оранжевый луч.

– Вот сволочи! – злобно прошипел Товарищ Директор. – Они стащили наши фонари с фабрики!

Другой участник что-то говорит человеку с фонарем, оживленно жестикулируя. Тот оборачивается, и узкий луч света пляшет по стене, задевая Тень. От нее начинает валить густой дым. Овал на маске округляется в беззвучном крике. Лицо человека с фонарем, искаженное гримасой страха, стремительно приближается – Мим бежит к нему. Через мгновение следует мощный удар, и человек падает, роняя фонарь.

– Ну конечно, – тихо пробормотал Тигран. – Яркий свет. Тень всегда появлялась в сумраке, в основном – рано утром. Скорее всего, ей необходимо освещение, но слабое и непрямое. Сильный направленный свет ее ранит.

– Вот и прекрасно, – с удовлетворением сказал Товарищ Директор. – Хоть производство фонарей мы наладили совсем недавно, но уверен – их хватит, чтобы сжечь десяток таких Теней.

Неожиданно картинка дрогнула, и по краям зеркала начала проступать чернота, постепенно обретая глубину и медленно наползая к центру. По телу Мима прошла еще одна сильная судорога.

– Его мозг начинает разваливаться, – буднично пояснил Товарищ Директор, словно речь шла об обыкновенном карточном домике. – Остался один вопрос, если повезет – то два.

– Вы позволите? – внезапно сказал Тигран, делая короткий шаг вперед. – Есть у меня одна идея.

Товарищ Директор сначала было протестующе поднял руку, гневно сузив ярко-желтые глаза, но через пару секунд едва заметно улыбнулся и медленно кивнул.

– Ты уже доказал, что способен на эффективные ходы. Изволь, – и он сделал шаг в сторону, освобождая проход к Миму.

Тигран подошел ближе и наклонился прямо к ажурной искрящейся полусфере, туда, где торчало зажатое обручем левое ухо Мима.

– Что ты должен был сделать с Безумцем? – громко спросил он. – Куда отвести и зачем? Что тебе приказала Тень? Вспоминай!

– Видать я тебя перехвалил – язвительно прокомментировал Товарищ Директор. – Они собирались его убить, это же очевидно! Ты впустую потратил ценный вопрос.

Поверхность зеркала вновь закрутилась спиралью красок, стиснутой по краям расширяющейся чернотой. Провод опять дернулся, но в этот раз его колебания оказались чаще и слабее, как-будто невидимый насос выкачивал оставшуюся субстанцию на пределе возможностей. У Мима мелко затряслись руки и ноги, он громко закричал и мотнул головой, словно пытаясь вырваться из смертоносных объятий. Краски на зеркале соединились, наконец, друг с другом, явив наблюдателям новую картинку.

Полуразрушенные здания, зияющие мертвыми глазницами окон. Выбитые дверные проемы. Огромные трещины на стенах, сквозь которые торчат длинные узловатые побеги причудливых растений. Дерево, растущее прямо внутри одного из строений и накрывшее его тяжелой ветвистой кроной, словно крышей. А справа от руин – плотная стена из наклонившихся в сторону зданий гигантских деревьев, от которых волочатся, змеясь, толстые, местами вздыбившиеся корневища.

Мим издал протяжный хрип, пару раз дернулся и затих. Его рот безвольно приоткрылся, и из уголка свесилась тонкая ниточка тягучей слюны.

– Ничего не понимаю, – напряженно сказал Товарищ Директор, не сводя глаз со стремительно тускнеющего изображения в зеркале. – Эти руины находятся в двух шагах от Леса. Там постоянно шастают бледнозмеи и прочие опасные твари. Какой смысл тащить туда Безумца через весь город?

– Если бы они хотели его убить, в кармане Мима лежал бы добротный клинок, а не пузырек с дурманящей жидкостью, – спокойно ответил Тигран. – Но нет. Они планировали всего лишь усыпить Безумца и привести вот туда. Он был нужен им живым.

– Но зачем? – Товарищ Директор не сводил с собеседника пылающего взгляда.

– Могу только предположить, – Тигран сделал небольшую паузу, тайком наслаждаясь видом снедаемого нетерпением Товарища Директора. – Там, в вашем кабинете, висит карта боевых действий. Значит, у вас есть серьезный противник. Он контролирует территорию Леса, так как линия фронта проходит как раз по границе между Городом и Лесом. И в это приграничье Мим должен был доставить Безумца. Зачем? Объяснение тут может быть только одно – чтобы передать спящего пленника вашему врагу. Безумец ведь представляет какую-то ценность? Скорее всего, враг прознал про это и хочет этой ценностью воспользоваться.

– Да ты чертов гений, Мясник! – прошептал Товарищ Директор. – Я-то думал, что у меня тут не пойми откуда зародилась оппозиция, а оказывается, что это все – проделки Харца!

– Харц – это предводитель Леса? – уточнил Тигран.

– Томниздек Харц, помесь волка и летучей мыши, омерзительная хитрая тварь, жаждущая уничтожить мой Город, – скороговоркой пояснил Товарищ Директор и задумчиво поскреб когтем чешуйчатую щеку. – Так значит, Тень не сама по себе. Она служит этому гаду. Вот как объясняется источник всех случившихся диверсий и терактов. Нет, ну какая скотина! – неожиданно заорал Товарищ Директор и что есть силы долбанул кулаком в стену, едва не проломив ее. – Организовал у меня под носом террористическую ячейку, а я ни сном, ни духом! А Набалдашник?! Тоже мне, главный патрульный! Все проморгал!

– У этой истории есть и хорошая сторона, – успокаивающе произнес Тигран. – Теперь я точно знаю, как поймать Тень.

– Ну-ка, ну-ка, не тяни! Котелок у тебя, должен признать, варит что надо.

– Если Тень является агентом Харца, то она должна регулярно получать от него приказы, а так же делится добытыми сведениями – уверен, что шпионаж занимал не последнее место в ее деятельности. А значит, она должна время от времени наведываться на границу с Лесом, ну или в сам Лес, для обмена информацией со связным.

– А почему связной не может сам прийти к Тени? – спросил Товарищ Директор, явно заинтересованный словами Тиграна.

– Как я понял из ваших слов, Лес населен довольно экзотическими животными. Если какое-то из них появится в Городе, то вызовет тем самым живейший интерес и однозначно раскроет, что за всем этим стоит Харц. Им это, конечно же, не нужно. Тени проще самой незаметно проскользнуть на приграничную территорию.

– И что же ты предлагаешь, Мясник?

– Мы устроим еще одну ловушку, – широко улыбнулся тот. – Но на этот раз – на саму Тень. Если дело выгорит, то мы найдем способ усадить ее в это ваше кресло и узнаем обо всех планах Харца. Только есть один момент. Мне для организации ловушки потребуются повышенные полномочия. Я должен буду привлечь к операции людей, которые…

– Бери полномочий, сколько хочешь, Мясник! – громогласно произнес Товарищ Директор и хищно оскалился в ответ. – К твоим услугам – все ресурсы Города. Только поймай эту тварь!

– А с этим что? – спросил Тигран, кивая на обмякшего Мима.

Товарищ Директор пожал плечами.

– Пойдет в чернорабочие. Он теперь способен выполнять только самые простые указания. Его мозг почти полностью уничтожен. Но ты свидетель – я давал ему шанс.

Глава 8. Квартал новичков.

Невысокий сутулый старик, чье лицо покрывала сеть глубоких морщин, мелкими шажками огибал массивное здание фабрики, опираясь на надежную узловатую палку. Силы у старика, вероятно, были уже на исходе, потому что он то и дело останавливался, чтобы отдышаться. Во время этого краткого отдыха он щурился и внимательно оглядывался по сторонам, будто не понимая, где находится, но уже через минуту упрямо двигался дальше, туда, где в надвигающимся сумраке пока еще можно было различить грубые очертания руин.

– Эй, папаша! – раздался вдруг строгий окрик. – Ты далеко собрался? Жить надоело, что ли?

Старик тихо выругался себе под нос, но тут же придал лицу жалостливое выражение и повернулся к говорящему. Им оказался молодой патрульный в удивительно свежей, еще не потрепанной красной куртке и синих, с несколькими лохматыми дырами, джинсах.

– Здравствуйте, уважаемый! – дребезжащим голосом сказал старик, поднял клюку и ткнул в сторону руин. – Мне вон туда очень надо, понимаете?

– Говорю же – нельзя! – сурово сказал патрульный и приосанился, поглядывая сверху вниз на старика. – Там очень опасно! Товарищ Директор распорядился никого к Лесу не подпускать. Так что давай, дед, топай домой.

– Послушайте, уважаемый, – сказал старик просительным тоном и схватил патрульного за низ куртки. – Я потерял там очень ценную вещь, понимаете? Когда… Когда прибыл. Кошелек выпал из кармана – видимо, когда я лежал без сознания, а потом меня отвели в Квартал новичков, и…

– Да ты чего, папаша, – воскликнул патрульный, мигом растеряв всю суровость, и хлопнул старика по плечу. – Ну зачем тебе кошелек?! У нас тут рынков нет, помидоров свежих не купишь! – и он громко хохотнул, довольный собственной шуткой.

– Да нет же, – тяжело вздохнул старик, отпустил куртку патрульного и оперся обеими руками на палку, еще сильнее сутулясь. – В кошельке – единственное фото жены. Она погибла за неделю до того, как я… сюда… Понимаешь?

Глаза старика увлажнились и он едва слышно всхлипнул. Патрульный в замешательстве смотрел на него.

– Тридцать лет вместе, – прошептал старик, медленно качая головой. – И такое горе… Вот у тебя, сынок, жена есть? Ну, или девушка.

– У меня-то? – неуверенно ответил патрульный. – Ну конечно, осталась там, в Лесноградске. Я… – и вдруг он осекся, судорожно сглотнув. – Ладно, отец, – продолжил он чуть тише. – Иди, ищи свой кошелек. Только постарайся до темноты вернуться, хорошо?

– Спасибо, сынок, – с благодарностью ответил старик, вытирая рукавом глаза. – Дай Бог тебе здоровья.

Патрульный развернулся и пошел к городу. Только когда он оказался на безопасном расстоянии, старик с облегчением выдохнул и несколько быстрее, чем раньше, зашагал к руинам.

Минут через десять он добрался до первого полуразрушенного здания, дальний угол которого давно обвалился, обнажив ржавые прутья арматуры. Здесь влияние Леса было еще не очень велико, и из всей растительности только темно-зеленый мох покрывал там и сям растрескавшиеся кирпичи.

Старик прислонил клюку к стене и вдруг с неожиданной ловкостью взобрался на крышу строения по частым выбоинам в кладке. Устроившись поудобнее, он вытащил из широкого кармана небольшой блокнот и огрызок карандаша и принялся делать наброски, время от времени поднимая голову и внимательно осматривая окрестности. Закончив работу, он с таким же изяществом спустился на землю, взял клюку и пошел дальше, похрустывая обломками кирпичей. Следующее выбранное им здание оказалось опутанным тонкими, но крепкими побегами. Из выбитого окна торчала покрытая колючими наростами ветка, а у дверного проема бугрился выпирающий из земли массивный корень. Старик вновь вскарабкался наверх, на этот раз – по надежным побегам, и повторил процедуру с карандашом и блокнотом.

Полоса руин, разделявшая Лес и Город, начиналась сразу от заброшенного дизельного завода, огражденного высоким забором, и пролегала вплоть до самого края Ямы. Старик передвигался по этой полосе зигзагами, выбирая то заросшие тернистыми кустами развалины в двух шагах от Леса, то почти нетронутые, но покинутые здания на самой дальней окраине Города. И в каждом строении он проделывал одно и то же – залезал на крышу и делал зарисовки в блокноте. В конце концов, когда солнце покатилось к закату, а от неприветливой лесной стены угрожающе потянулись вытянутые острые тени, старик убрал блокнот с карандашом в карман и проворно шмыгнул в городские подворотни, тут же растворившись в надвигающемся вечернем сумраке.

Спустя полчаса к воротам резиденции, небрежно помахивая клюкой, подошел Тигран и кивком поприветствовал стоящих у входа охранников. Те, не сразу признав в коренастом мужчине грозного Мясника, сначала недоуменно нахмурились, но спустя мгновение, присмотревшись, заулыбались и немедленно расступились, освобождая проход.

– Тебе не кажется, что он с каждым днем становится все ниже? – задумчиво спросил первый охранник, когда Тигран удалился на безопасное расстояние вглубь резиденции.

– Я бы не стал это выяснять, – криво улыбнулся второй. – Слышал, что ему довелось пережить?

– А палка-то ему зачем? – продолжил риторические вопросы первый.

– Не знаю, – пожал плечами второй. – Говорят, он голыми руками оторвал восьмирукому щупальце и тут же сожрал.

Как только Тигран открыл дверь своей квартиры, Кудрявый едва не сбил его с ног, заливаясь громким лаем.

– Сидеть! – грозно скомандовал Тигран.

Кудрявый тут же уселся на задние лапы и замер, высунув широкий алый язык. Тигран подошел к письменному столу, выдвинул ящик и аккуратно положил туда блокнот и карандаш. Он был доволен результатом. Сегодня ему удалось подробно исследовать западную границу, не привлекая ненужного внимания. Завтра – очередь восточных руин. Возможно, в этот раз имеет смысл пойти в противоположном направлении – от края к центру, так будет больше шансов попасть в развалины, не напоровшись на патрульных.

Тигран подошел к стене, на которой виднелось несколько свежих зарубок, привычным движением достал клинок, крепко прижался затылком к холодной поверхности и чиркнул лезвием ровно у себя над макушкой. Обернувшись, он увидел, что новая зарубка легла всего в миллиметре от вчерашней, почти слившись с ней, тогда как неделю назад между зарубками зиял добрый сантиметр.

– Тнднция, – горько усмехнулся он.

Кудрявый негромко гавкнул, аккуратно напоминая о себе. Тигран вздрогнул, отвлекаясь от невеселых мыслей, и шагнул к собаке.

– Гулять! – скомандовал он, и Кудрявый радостно ломанулся к двери.

После длительной прогулки Тигран покормил собаку, легко подкрепился сам и дисциплинированно отправился спать, памятуя о том, что завтра должен быть весьма насыщенный день.

На следующее утро он отправился в Квартал новичков, взяв с собой довольного Кудрявого. Квартал располагался в западной части города, в пяти минутах ходьбы от тюрьмы, и представлял из себя несколько зданий разной высоты, между которыми была натянутая ржавая сетка-рабица. За сеткой бродило несколько человек, озираясь вокруг с выражением страха и отчаяния. Новичков не требовалось охранять так же тщательно, как преступников. Они были шокированы самим фактом попадания в Яму, напуганы грозными восьмирукими и сейчас больше всего на свете мечтали вырваться из этого кошмара и вернуться домой. Движимые угасающей с каждым днем надеждой, они жаждали объяснений, а не новых приключений.

Тиграна встретил высокий худощавый мужчина с узкими глазами и трехдневной небритостью. Он представился смотрящим по кварталу и проводил посетителя в одиноко стоящее приземистое здание. Внутри обнаружился небольшой кабинет, оборудованный старым обшарпанным столом и парой кривоногих стульев. Из стены напротив окна торчала ржавая металлическая скоба неизвестного предназначения.

Тигран пододвинул один стул, сел, достал из рюкзака карандаш, стопку бумажных листов и небольшой блокнот и поднял взгляд на смотрящего.

– Кандидаты отобраны?

Смотрящий молча кивнул.

– Критерии соблюдены? Мужчины, возраст от восемнадцати до пятидесяти, хорошая физическая форма, желателен опыт службы в силовых структурах? Дисциплинированное поведение, всегда были на виду, в самоволку не уходили?

Смотрящий кивнул еще раз.

– Хорошо. Приглашай по одному.

Смотрящий направился к выходу, однако возле самой двери обернулся и пристально посмотрел на Тиграна.

– Ну? – спросил тот.

– Никогда здесь не было ничего подобного, – сказал смотрящий. – Объясните хоть в двух словах, что происходит.

– В Городе стало неспокойно, – выдал Тигран заготовленный ответ. – Товарищ Директор распорядился создать личную гвардию.

– Из новичков?

– Именно. Чтобы исключить возможное негативное влияние террористической ячейки. А теперь – давайте начнем. У меня очень мало времени.

Смотрящий опять кивнул и, очевидно удовлетворенный ответом, вышел за дверь.

Первым на пороге появился низкорослый полноватый мужчина лет сорока в сером, с небольшими прорехами, свитере. Его щетинистые, криво остриженные усы спадали к уголкам рта двумя неровными полосками. Тигран окинул посетителя скептическим взглядом и коротким кивком указал на стул.

– Как звать? – спросил он ровным голосом, беря в руки карандаш.

– Василий Игнатьев! – громко ответил мужчина, чеканя каждый слог.

Тигран удовлетворенно хмыкнул и сделал пометку в блокноте. Затем достал из пачки нижний лист, на котором было что-то нарисовано, и показал Василию.

– Узнаете? – спросил Тигран, внимательно следя за реакцией.

– Никак нет, – с удивлением ответил мужчина, с любопытством рассматривая рисунок. – Это что за чудище?

– Неважно, – коротко ответил Тигран, убирая тщательно выполненный им по памяти карандашный набросок с изображением Тени. – Давайте продолжим. Кем работали в Лесноградске?

– Участковый Заречного района, – сказал мужчина после небольшой заминки.

– Ну надо же, – тепло улыбнулся Тигран, кладя карандаш на стол. – У меня там теща живет.

– Какое совпадение! – воскликнул мужчина и театрально всплеснул руками.

– Ага, – продолжил Тигран, глядя Василию прямо в глаза. – Я этот район хорошо знаю. И, конечно же, отлично знаком с тамошним участковым.

Посетитель потупил взор.

– Я и правда работал там, – тускло сказал он спустя несколько секунд. – Лет десять назад.

– А эти десять лет чем занимались?

– Случайные заработки, – Василий пожевал губами. – В основном погрузка-разгрузка.

– Почему оставили службу?

Василий поднял голову и уставился в окно за спиной Тиграна.

– Выгнали, – глухо ответил он. – За злоупотребление алкоголем.

Тигран присвистнул.

– Это ж как надо было злоупотреблять, чтобы даже из полиции поперли?!

Василий не ответил, продолжая смотреть в окно.

– Ладно, – Тигран побарабанил пальцами по столу. – Учитывая сказанное вами, я…

– Подождите! – воскликнул Василий с внезапной горячностью и даже слегка приподнялся со стула. – Пожалуйста, выслушайте меня. Я много думал обо всем. О том, как жил, да что там жил, честнее сказать – бомжевал последние годы в Лесноградске. И как попал сюда. Многие, да почти все мои собратья по несчастью подавлены и растеряны случившимся, а я решил… Знаете, я решил, что это – мой последний шанс. Здесь ведь нет алкоголя. И может быть, мое пребывание здесь – это искупление. А раз так, то я хочу принести пользу. Конечно, я могу и дальше работать на местных стройках и продолжать колоть кирпич, но если есть дело, настоящее, важное дело, то, прошу вас – не отказывайте вот так сходу. Рассмотрите мою кандидатуру.

– Хорошо, – ответил Тигран, несколько удивленный пылкой речью посетителя. – Сначала я должен поговорить со всеми кандидатами, а потом отобрать наиболее подходящих. Я сообщу о своем решении.

– Спасибо! – потрескавшиеся губы Василия разошлись в несмелой улыбке.

Он встал и направился к выходу, но на полпути остановился и обернулся.

– А ведь когда-то я был очень хорошим участковым, – сказал он с неожиданной напористостью и быстрым шагом вышел за дверь.

К обеду Тигран успел опросить еще десятка два новичков и остался крайне недоволен результатом. Для будущей миссии требовалось минимум девять человек, он же смог выбрать только семерых, да и то – вместе с Василием. Следующим в кабинет зашел смотрящий и безучастно посмотрел на Тиграна.

– Кандидаты, я так понимаю, закончились, – мрачно сказал тот, вертя карандаш в руках.

Смотрящий кивнул.

– А как часто у вас случается, хм, пополнение?

– Один-два раза в неделю. В иной месяц удается набрать с десяток, но это прям большое везение.

– Это что ж получается… – Тигран положил карандаш на стол и задумался. – В Лесноградске пропадает приблизительно по сто человек в год?!

– Несколько меньше, – ответил смотрящий и пошевелил пальцами в воздухе, будто подбирая нужные слова. – В Яме время течет по-другому. Когда здесь проходит год, в Лесноградске – полтора. Поэтому не сто человек, нет. Если смотреть со стороны Лесноградска, то примерно шестьдесят.

– И тем не менее, – Тигран нахмурился. – Для города с населением чуть более ста тысяч человек такие пропажи не могут остаться незамеченными. Я, конечно, слышал, что у нас пропадали люди, но даже не предполагал таких масштабов…

Смотрящий пожал плечами.

– Бомжи, алкоголики, наркоманы. Кто их считает? А они и составляют основной контингент. Да вы и сами видели.

– Довольно необычная закономерность, – сказал Тигран и бросил на смотрящего внимательный взгляд.

– Предпочитаю не думать об этом, – невозмутимо ответил тот. – Моя задача – встречать новичков, кем бы они ни были, приучать к жизни в Яме и отправлять во внешний мир, когда они будут готовы.

– Ладно, – сказал Тигран, взял со стола лист бумаги с коротким списком и передал собеседнику. – Вот имена отобранных кандидатов. Завтра я приду к восьми утра, позаботьтесь, чтобы все эти люди ждали меня в одном помещении и были готовы к выходу.

– Прямо шпионские игры какие-то, – скептически обронил смотрящий, принимая список.

– Сейчас не время для игр, – тяжеловесно обронил Тигран. – Прошу отнестись к моему распоряжению с максимальной серьезностью. На вас лежит полная ответственность за подготовку личного состава. Вопросы?

– Нет, – выпалил смотрящий, моментально подобравшись.

– Хорошо, – кивнул Тигран. – Можете быть свободны.

Через несколько минут он вместе с Кудрявым покинул Квартал новичков, ощущая, как ему в спину с жадным любопытством смотрит почти все население квартала, а еще через полчаса его доклад о ходе спецоперации слушал Товарищ Директор, отстраненно глядя в окно.

– Значит, не хватает двоих, – подытожил хозяин кабинета, переводя на Тиграна взгляд круглых ярко-желтых глаз. – И даже если ты подключишься, то нужен еще один.

– Именно так, – подтвердил Тигран. – Нужен кто-то, кому бы вы могли всецело доверять. Кто точно не сообщит Тени о наших планах.

– Но ведь ты говорил, что и новичкам не будут известны все детали?

– И тем не менее. У нас будет только один шанс. Необходимо полностью исключить возможность утечки.

Товарищ Директор в задумчивости зацокал когтями по столу. Несколько минут прошло в полном молчании, прежде, чем Тигран решился, наконец, заговорить.

– Набалдашник? Меднокожий? Мамай? Ведь все эти люди давно с вами, неужели вы думаете…

– Именно! – рыкнул Товарищ Директор, поднимая на Тиграна полыхающий взгляд. – Они тут уже довольно давно. А Мамай вообще, как выяснилось – копия Мима. Может, ты ошибся и они все-таки родственники? Может, прямо сейчас Тень вербует Мамая, в красках описывая, как мы сделали, к примеру, его брата безвольным овощем? Я не могу быть на сто процентов уверен, что Тень не входила с кем-то из них в контакт, понимаешь? И это касается любого, кто не первый день в Яме. Или почти любого…

Голос Товарища Директора неожиданно оборвался, но через мгновение он с любопытством взглянул на Тиграна.

– У тебя есть на сегодня еще планы, Мясник? – вдруг спросил он с неожиданным участием.

– Конечно. Необходимо как можно скорее обследовать восточные руины.

– Ну тогда иди, не буду задерживать. А мне надо спокойно все обдумать, возможно, я найду подходящего человека.

Тигран кивнул, слегка удивленный резким завершением разговора, однако решил обойтись без уточнений, развернулся и быстрым шагом вышел из кабинета. Ему надо было еще успеть наложить грим, добраться до восточного приграничья и тщательно обследовать тамошние полуразрушенные здания, поэтому он на время выбросил беседу с Товарищем Директором из головы и сосредоточился на предстоящем деле.

Когда вечером он, усталый, но довольный, просматривал сделанные в восточных руинах заметки, в дверь неожиданно постучали. Кудрявый приветливо гавкнул – значит, пришел кто-то знакомый. Тигран недовольно скривился – дел итак было невпроворот, и совсем не хотелось тратить драгоценное время на пустые разговоры с Набалдашником, или кого там черт принес. Однако стук раздался вновь, на этот раз – куда настойчивее. Непрошеный гость явно хотел видеть Тиграна, и тому ничего не оставалось, как встать и открыть дверь.

– Првт, – булькнула Игла и ловко проскользнула внутрь помещения, не дожидаясь приглашения. Кудрявый тут же залился радостным лаем и бросился к ней, едва не сбив с ног.

– Ых, ых, Кдрвй, – заверещала Игла и издала громкий каркающий звук, заменявший у нее смех. – Ну ты чего, прекрати!

– Какой сюрприз, – ровным голосом сказал Тигран, захлопывая дверь. – Не ожидал тебя здесь увидеть. Кудрявый, фу!

Пес напоследок оглушительно гавкнул и тут же занял свое привычное место под столом.

– Как пжвешь? – спросила Игла, плюхнувшись на стул и исподлобья взглянув на Тиграна. – Смотрю, ты совсем уже поправился? Поговаривают, что ты без дела не сидишь. Что вроде как задумал чего, и тебе очень нужны помощники.

Тигран, уже успевший отвыкнуть от произношения Иглы, не сразу понял смысл ее слов, а когда понял, пораженно уставился на девушку.

– И от кого же ты такое слышала? – тихо произнес он, не сводя с девушки подозрительного взгляда.

Та вновь каркнула и хитро посмотрела на него.

– Да не волнуйся ты так, Мясник. Мне об этом лично поведал сам Товарищ Директор, буквально час назад.

– Какого черта… Зачем?! – воскликнул Тигран, продолжая с недоумением смотреть на Иглу. – Почему именно ты? Ты ведь…

И вдруг он увидел в устремленном на него взгляде плохо скрываемый блеск, кожей почувствовал исходящее от девушки тепло, и безжалостное понимание стремительно овладело им, вызвав ответную волну смущения и растерянности.

– Ну нет, – тихо сказал он, и сел на кровать, неожиданно почувствовав слабость в ногах. – Это уж слишком. Он же манипулирует тобой, понимаешь? Я не могу на это пойти. Затея очень опасная, тебя могут убить или покалечить. Я…

Взгляд Иглы моментально изменился, став жестким и неприветливым. Она едва заметно взмахнула рукой, в воздухе тут же что-то сверкнуло, и через мгновение в столешницу с глухим отрывистым стуком. вонзился медицинский скальпель

– Не беспокойся, Мясник, уж я-то умею постоять за себя, – прошипела она, не сводя с него взгляд. – Ты, видать, чересчур много возомнил о себе. Напридумывал всякие глупости. А я всего лишь хочу защитить наш город. Кроме того, у меня с Тенью свои счеты. Я участвую в операции по приказу Товарища Директора, так что давай, вводи меня в курс дела. И поскорее, мы ведь начинаем с завтрашнего утра?

– Ну что ж, – скрипнув зубами, ответил Тигран, и сощурился. – Приказ есть приказ, никуда не денешься. Думаю, мы сможем выгодно использовать эту ситуацию. Ты как, притворяться умеешь?

– Чегоооо? – протянула Игла, настороженно глядя на Тиграна.

«Хотя, может, тебе и притворяться особо не придется», – мелькнула вдруг непрошеная мысль, заставив испытать легкий укол совести.

– Смотри и слушай внимательно, – сказал он, взяв чистый лист бумаги и карандаш, и заговорщически подмигнул Игле.

На следующий день они пошли в Квартал новичков уже втроем – Тигран, Игла и Кудрявый. У самых ворот их встретил смотрящий и молча проводил ко входу в широкое приземистое здание, украдкой бросая на Иглу любопытные взгляды. Скрипнула дверь. Первым в помещение вошел Тигран с вертящимся под ногами Кудрявым, за ними – Игла, напряженно оглядываясь по сторонам. Семь находящихся внутри просторной комнаты мужчин, доселе тихо переговаривавшихся между собой, моментально смолкли и одновременно повернули головы, уставившись на вновь прибывших.

– Здорово, командир! – негромко сказал Василий и обвел присутствующих рукой, коротко усмехнувшись. – Как видишь, твой отряд для выполнения боевой задачи собрался.

– Какой еще отряд? – недовольно пробубнил стоявший по центру здоровый, похожий на гориллу мужик, и презрительно глянул на Василия. – Ты за всех-то не говори! Слышь, уважаемый, – он перевел взгляд на Тиграна и скривился, оглядывая невысокую фигуру. – Давай, объясняй, зачем собрал. Мне эти непонятки надоели, да я и не особо рвусь во всякие мутные темы, так что если не понравится – обойдешься без меня.

Вместо ответа Тигран быстро наклонился и отточенным движением вытащил клинок из ножен на щиколотке.

– Объяснение простое, – спокойно сказал он, поворачивая клинок и любуясь игрой света на лезвии. – Вы все отобраны для выполнения особого задания. От успеха зависит жизнь многих жителей этого города. Моя задача – сделать так, чтобы вы задание выполнили. Поэтому или каждый из вас делает в точности, что я говорю, или я выпускаю ему кишки.

Едва закончив фразу, Тигран молнией метнулся вперед, его клинок со свистящим звуком рассек воздух, и длинный косой порез пересек тонкий свитер на груди здоровяка. Тот от неожиданности отпрянул, зацепился пяткой за стоявшую позади тумбочку и с громким воплем грохнулся на пол, подняв изрядное облако пыли. Его громкие ругательства тут же были заглушены дружным смехом.

– Ну точно Горилла, – звонко выкрикнул кто-то, и последовал новый взрыв смеха.

– Отставить! – резко сказал Тигран, и всеобщее веселье моментально сошло на нет.

Здоровяк поднялся на ноги, отряхивая штаны, и скрестил руки на груди, закрывая начавшуюся сочиться алым легкую рану. Его прищуренный злобный взгляд метался по комнате, перескакивая с Тиграна на сдерживающих хихиканье соседей, но от дальнейшей перепалки здоровяк все-таки воздержался.

– Игла, иди к ним, – приказал Тигран. – Встань слева от нашего друга Гориллы.

Он тяжелым взглядом обвел группу, дожидаясь, пока исчезнут вызванные его последней фразой улыбки, затем продолжил.

– В нашей группе, как видите, семь человек. Мы будем тренироваться каждое утро по два часа на пустыре возле большого дерева. Вы должны получить необходимые навыки для выполнения особого задания. У нас нет права на ошибку, поэтому никакие отговорки не принимаются. Выйти из группы можно только вперед ногами. Вопросы?

– А в чем заключается задание, хотя бы в общих чертах? – спросил Василий, и окружающие согласно закивали, поддерживая вопрос.

– О конкретных деталях, а так же о дне операции вы узнаете только накануне, – спокойно ответил Тигран. – Это, к сожалению, вынужденная мера. А теперь, если больше нет вопросов – выдвигаемся.

Первые несколько дней Тигран мучил группу общей физической подготовкой, заставляя подолгу бегать вокруг дерева, приседать, отжиматься и поочередно качать пресс. К его удивлению, лучше всех с упражнениями справлялась Игла, а хуже всех – Горилла, который продолжал то и дело бросать на Тиграна недобрые взгляды. Впрочем, общая атмосфера в команде к концу первой недели значительно улучшилась, и даже вечно всем недовольный Горилла начал оживленно болтать с остальными.

К началу второй недели Тигран притащил шесть биноклей и раздал всем, кроме Василия.

– Это почему так? – спросил Василий с нотками обиды в голосе.

– Потому, – сухо ответил Тигран. – У тебя будет своя задача. Как и у меня. И бинокли нам не понадобятся.

Услышав такой ответ, Василий заметно приободрился.

– С биноклями обходиться максимально осторожно! – повысив голос, сказал группе Тигран. – Запасных в городе нет! За каждый отвечаете головой!

Он тут же вспомнил, как обсуждал необходимый инвентарь с Товарищем Директором.

– Девять фонарей?! – прорычал тот. – Ты их солить, что ли, собираешься?

– Это не считая спецустройства для поимки Тени, – напомнил Тигран. – Оно должно быть простым и надежным.

– Мои инженеры уже занимаются сборкой устройства, – с явным неудовольствием ответил Товарищ Директор. – Что же до надежности – у нас тут не завод по производству швейцарских часов, учитывай это. У тебя все?

– Нет, – бесстрастно ответил Тигран. – Еще потребуется шесть биноклей.

– Мясник, ты с ума сошел?! – выкрикнул Товарищ Директор. – Ладно, фонари, возможно, удасться раздобыть, но бинокли… Мы никогда не делали биноклей!

– Так сделайте.

– Ты не понимаешь! – Товарищ Директор грохнул кулаком по столу. – Надо раздобыть подходящие предметы в Бездне, обработать на фабрике, возможно – выточить линзы…

– У нас есть целая неделя для этого, – заметил Тигран. – Если мы хотим поймать Тень – нужны бинокли. Да и вообще – не очень понимаю, как вы обходились без них, если ведете активные боевые действия.

Он разбил группу на две команды, и началась игра в прятки по-взрослому. Одна команда маскировалась среди зданий, вторая, вооруженная биноклями, должна была отыскать их на приличном расстоянии. К концу второй недели группа прекрасно научилась как прятаться, так и выслеживать друг друга.

Конечно же, ежедневные тренировки группы не могли остаться незамеченными. Хоть Тигран и распорядился выделить несколько патрульных групп для охраны пустыря от назойливых глаз, все равно время от времени к месту тренировок забредал какой-нибудь любопытный и смотрел, раскрыв рот, на происходящее, пока Тигран не прогонял его. Через несколько дней по Городу неизбежно поползли слухи. Сам Тигран изо всех сил будоражил интерес жителей Ямы тем, что каждый день после тренировок по два-три часа бродил по Городу с тетрадкой в руках, внимательно рассматривал здания и делал какие-то пометки, то и дело хмурясь и глубокомысленно качая головой. Поведение Иглы так же серьезно изменилось. Из замкнутого злобного существа она превратилась вдруг в улыбчивого приветливого человека, беззаботного порхающего по городу и заводящего там и сям пустые ни к чему не обязывающие разговоры. Конечно же, население Ямы тут же безошибочно решило, что Игла потеряла голову, влюбившись без памяти, и объект ее обожаний ни у кого не вызывал сомнений.

– Бедная, бедная девушка! – говорили они, с сомнением глядя на ее покрытое нездоровыми выпуклостями синюшное лицо, обрамленное тонкими жиденькими волосиками.

Когда же один из охранников резиденции поведал своему знакомому, а тот – своему, и так далее по цепочке, что Игла каждый вечер посещает апартаменты Мясника и выходит оттуда не ранее, чем через час, горожане, недоуменно покачивая головами, решили, что и Мясник чокнулся, совершенно одичав в Яме без женского внимания. Однако они удивились бы еще больше, если бы кому-то из них удалось проникнуть в тайну того, что происходило по вечерам в квартире у Мясника.

Тихий стук в дверь. Кудрявый негромко и приветливо тявкнул. Тигран поднял голову, встал и подошел к двери. Через несколько секунд в квартиру вошла запыхавшаяся Игла.

– Ну что, как сегодня прошло? – буднично спросил Тигран, садясь за стол и склоняясь над бумагами.

– Вс пплну, – скороговоркой выплюнула Игла и извлекла из сумки банку со светло-коричневой жидкостью. – Вот, чаю нам принесла.

– Прекрасно, – кивнул Тигран, беря в руки карандаш и задумчиво глядя на валяющиеся на столе схемы. – Стаканы знаешь где. Что говорят в городе?

– Говорю же – по плану все, – недовольно ответила Игла, доставая стаканы. – Все только и говорят о твоих заметках и о нашей любовной связи.

– Отлично. А ты что?

– Как ты и велел. Глубокомысленно намекаю на то, что ты разрабатываешь некую военную операцию.

– Да уж, – пробормотал Тигран, еще раз оглядывая листы бумаги, испещренные замысловатыми стрелочками. – Затея и впрямь должна получиться сногсшибательной.

– Расскажи! – выдохнула Игла, подавшись вперед всем телом и как-будто невзначай коснувшись бедром колена Тиграна. – Ну же! Ты обещал, что когда-нибудь, и расскажешь!

– Не могу пока, – сдержанно улыбнувшись, покачал головой Тигран. – Пока еще рано. Но, будь уверена – как придет время, ты узнаешь обо всем одной из первых.

После ухода Иглы он проставил на одном из листов послезавтрашнюю дату, затем собрал все листы в аккуратную стопочку и убрал в ящик стола, чуть повернув стопку на нужный угол. После этого он закрыл ящик, но не до конца, а только до определенной, едва заметной трещинки. И, наконец, он взял тонкую узкую полоску бумаги под цвет стола и приклеил снизу, одним концом – к боковине ящика, другим – к ножке стола. Удовлетворенный проделанной работой, он забрался под одеяло, погасил свет и тут же провалился в глубокий сон.

Глава 9. Приграничье.

На следующий день Тигран с Иглой пришли в Квартал новичков около четырех утра, чем вызвали недовольное бурчание не только у заспанного смотрящего, но и у поднятой по громогласной команде «Подъем!» группы. Даже обычно лояльный Василий усердно тер никак не желающие открываться глаза и едва слышно жаловался на невыносимые, как в далеком армейском прошлом, условия. Тем не менее через каких-то пару минут полностью собранная и готовая к выходу группа привычно стояла в центре квартала, ожидая дальнейших указаний. Едва услышав короткий приказ, группа колыхнулась и незамедлительно последовала за командиром на пустырь.

– Итак, – сказал Тигран по прибытии, снимая с плеча пузатый рюкзак. – Сегодня, завтра и сколько придется будем учиться подавать друг другу специальные сигналы. Никакой морзянки. На нее нет времени, да и для наших целей она не особо подходит. Вот, держите.

С этими словами он расстегнул рюкзак и раздал каждому участнику группы по фонарику.

– Отвечаете за них головой, так же, как и за бинокли. Тот, у кого в нужный час прибор окажется неисправен, будет сурово наказан.

– Да когда уже настанет этот нужный час, ждать замучились! – нетерпеливо воскликнул Горилла, принимая фонарик.

Остальные тут же перевели взгляд на командира, явно ожидая, что он опять накажет здоровяка за дерзость. Однако губы Тиграна лишь тронула легкая улыбка.

– Скоро, – обронил он, потирая подбородок. – Думаю, теперь уже очень скоро.

Следующие три дня прошли довольно однообразно. Ранним утром – занятия с личным составом до тех пор, пока тусклое солнце не набирало достаточно сил, чтобы растворить луч фонарика в неярких лучах, из-за чего тренировки теряли смысл. Затем – спартанский обед в столовой на территории резиденции и кормежка довольно повизгивающего Кудрявого. Всякий раз, возвращаясь в квартиру, Тигран плотно прикрывал за собой дверь, задергивал занавески и с волнением склонялся над ящиком письменного стола. Но, увы, тонкая полоска бумаги оказывалась целехонькой, ящик был чуть выдвинут ровно до малозаметной трещинки, а бумаги внутри смирно лежали, слегка повернутые на нужный малый угол. Вздохнув, Тигран брал бумаги и отправлялся слоняться по городу, изо всех сил делая вид, что чертит в блокноте что-то страшно секретное.

По возвращении он сминал верхний лист из стопки и сжигал над раковиной, затем брал чистый лист и писал одну и ту же заученную фразу:

«Наш план полностью завершен. Отобранный личный состав прошел всестороннюю военную подготовку и вполне пригоден для выступления. Нет смысла медлить. Сегодня я наконец-то получил одобрение Товарища Директора на проведение операции. Мы выдвигаемся на восточную границу с Лесом вечером …» – и тут он ставил послезавтрашнюю дату.

Его группа уже довольно сносно управлялась с фонариками, и Тигран загодя ломал себе голову, думая, чем же еще занять новобранцев, чтобы не растерять накопившийся боевой задор. Задать ему прямой вопрос никто не решался, однако он все чаще ловил на себе недоуменные взгляды, дескать, ну долго мы тут еще будем по пустырям бегать, когда уже будет настоящее дело, а, начальник?

– Вот так и начинаются войны, – пробормотал он как-то себе под нос, глядя, как Василий о чем-то оживленно перешептываются с товарищами. – Тренируешь солдат, ожидая нападения, а если оно не случается, то сам посылаешь их в атаку – а иначе зачем это все?

Однако в один из дней, подойдя ко входу в квартиру и привычно взявшись за дверную ручку, Тигран моментально почувствовал что-то неладное. Он прищурился и незаметно для шатающихся там и сям охранников резиденции скосил глаза на замочную скважину.

Свежие царапины.

Не в силах поверить своему счастью, Тигран медленно открыл дверь и, придав лицу беззаботное выражение, вошел внутрь, не забыв, как обычно, плотно прикрыть за собой дверь. Он не спеша задернул занавески и с колотящимся сердцем посмотрел на ящик.

Который оказался полностью задвинут.

Тигран довольно ухмыльнулся и заглянул под стол.

Две части разорванной полоски свисали короткими хвостиками вниз.

Он неторопливо открыл ящик.

Бумаги лежали аккуратной стопочкой, строго параллельно границам ящика. Никакого малого угла.

Тигран медленно сел на кровать и от избытка чувств прикрыл глаза.

Итак, кто-то в его отсутствие проник в помещение, открыл ящик и ознакомился с планом нападения на Лес. С блестяще разработанным, максимально правдоподобным планом, который не имел ничего общего с реальностью, но выглядел при этом весьма устрашающе. А еще там было четко указано время начала выдуманной атаки – завтрашний вечер, ведь он только вчера переписал текст. И если расчет оказался верным, и план прочитала Тень либо один из ее подручных, то Тень обязана сообщить Харцу столь бесценную информацию.

И единственная возможность, когда она сможет это сделать – завтрашнее утро.

Тигран вскочил на ноги и сжал кулаки в радостном возбуждении. Наконец-то пришла пора действовать!

Через полчаса он вышел из дома, вооруженный по обыкновению блокнотом и карандашом, и в который раз отправился на улицы города делать бессмысленные зарисовки. Потратив на это еще часа два, он вернулся в резиденцию, и, приветливо кивнув охранникам на входе, отправился прямиком к центральному зданию.

– Я с важным докладом, – сказал он бесстрастно разглядывающему его охраннику, поднял палец кверху и заговорщически подмигнул. – Завтра ожидается великий день!

Товарищ Директор ждал в кабинете, нетерпеливо вышагивая туда-сюда вдоль висящей на стене карты.

– Ну?! – с нажимом спросил он, глядя на вошедшего Тиграна.

– Есть! – выдохнул тот, сбрасывая порядком надоевшую гримасу беззаботности, и, не дождавшись приглашения, плюхнулся на стул. – Они были у меня в квартире. Видели план. На нем – завтрашняя дата.

– У тебя все готово?

– Да. Начинаем сегодня ночью. Что со спецустройством?

– С ним все хорошо, не сомневайся, – усмехнулся Товарищ Директор, подходя к столу.

Выдвинув ящик, он достал толстый цилиндрический предмет с круглой линзой на конце и передал Тиграну. Тот осторожно взял незнакомый прибор и вопросительно посмотрел на хозяина кабинета. Товарищ Директор коротко кивнул.

Тигран навел прибор на стену и вдавил круглую желтую кнопку в корпус. Аппарат громко щелкнул, и на стене отобразилась четко очерченная широкой световой линией окружность довольно большого диаметра, в которую запросто мог бы поместиться человек среднего роста.

Или Тень.

– Что скажешь? – спросил Товарищ Директор, нетерпеливо постукивая когтями по столешнице.

– Ваши инженеры – настоящие гении, – искренне ответил Тигран, выключая необычный фонарик. – Это как раз то, что надо.

– Вот и замечательно, – скупо обронил сказал Товарищ Директор, однако по движению его головы было понятно, что он явно польщен. – Во сколько старт операции?

– Я вывожу личный состав из Квартала Новичков в полночь. Около часа уйдет на то, чтобы каждый из них занял диспозицию. Следовательно, наблюдение будет вестись с часа ночи.

– Понятно, – кивнул Товарищ Директор. – Больше вопросов нет. Приступайте.

Время тянулось медленно, словно размягченная под горячим солнцем резина. Тигран сидел за письменным столом в своей комнате, постукивал карандашом о столешницу и снова и снова прокручивал в голове детали будущей операции, напряженно размышляя над тем, что могло бы пойти не так. Через полчаса он раздраженно швырнул карандаш в стену, вскочил и гневно ударил кулаком по столешнице. План – полная ерунда. На кого он рассчитан, на пятилетнего ребенка? Да в нем столько дыр, что проще сорвать джек-пот в казино, чем выполнить эту бредовую затею. Он шумно выдохнул, сел на кровать и закрыл лицо руками. Надо успокоиться. Обратного пути все равно нет.

В одиннадцать вечера он тихо, но настойчиво постучал в дверь Иглы. Изнутри раздались торопливые шаги, и дверь через несколько мгновений распахнулась, явив Иглу в наспех наброшенной ночной рубашке бежевого цвета, столь нехарактерного для обитателей Ямы.

– Чтслчлсь?? – выпалила она с испуганной улыбкой на лице.

Тигран смущенно отвел глаза. Игла схватила его за руку, втащила внутрь и захлопнула дверь.

– Ну? – спросила она, заглядывая ему в глаза и прижалась так сильно, что его лицо оказалось прямо между ее мягкими грудями. – Что такое?

Тигран ощутил, как по всему ее телу пробегает мелкая дрожь. Он нащупал руку Иглы и крепко сжал, отметив, как расширились ее зрачки.

– Мы начинаем операцию сегодня ночью, – тихо, но твердо ответил он. – Через пятнадцать минут нам надо быть в Квартале новичков.

Игла резко выдернула руку.

– И чего сразу не сказал? – с раздражением бросила она. – Жди здесь.

С этими словами она развернулась и пошла вглубь комнаты, на ходу стаскивая ночнушку.

Спустя некоторое время полусонный смотрящий открыл ворота Квартала новичков и проводил Тиграна с Иглой внутрь, бросая на парочку неодобрительные взгляды.

– Собери всех в помещении, где проходило собеседование, – приказал Тигран. – И сам приходи.

– Я тоже участвую в операции?! – изумился смотрящий.

– Делай, что велено! – резко ответил Тигран и быстрым шагом направился ко входу в здание.

Через десять минут личный состав стоял перед столом Тиграна, встревоженно глядя на командира. Помещение скудно освещалось негромко гудящей настольной лампой, внутри которой что-то время от времени потрескивало. Тигран оглядел собравшихся, прокашлялся и встал, отбросив длинную, разрезанную выщербленными досками пола тень.

– Итак, настал момент наконец объяснить, что к чему. Слушайте внимательно, повторять не буду. Если возникнут вопросы, задавайте.

Он взял со стола рисунок, прикрепил к стене и дополнительно подсветил фонариком.

– Узнаете? Я показывал это каждому из вас во время собеседования.

Между новобранцами пронесся легкий шепоток.

– Это Тень. Самый опасный террорист города. Наша задача – ее поймать. И мы сделаем это сегодняшней ночью. Точнее, завтра ранним утром.

– Ничего себе, – угрюмо сказал Василий, глядя на рисунок. – А мы точно справимся?

– Других вариантов нет, – коротко ответил Тигран. – Смотрите сюда.

И он повесил рядом с рисунком Тени схематическую карту Ямы.

– Вот тут, – он ткнул в центр карты, – находится аномалия, породившая это место. Хорошая новость – сегодня мы туда не пойдем. Сверху, вот здесь, примерно на треть всей области, находится Лес. Если вам дороги жизнь и рассудок, то лучше туда не соваться. Хорошая новость номер два – туда мы тоже не пойдем. Между Лесом и Городом, вдоль вот этих линий, располагается приграничная зона. Там стоят заброшенные здания, где мы и устроим засаду. По свежим разведданным, завтра рано утром Тень отправится в Лес. Наша задача – перехватить ее и взять в плен.

– И как же мы это сделаем? – спросил один из новобранцев.

– Трое из вас спрячутся в зданиях на западной границе, трое – на восточной. Не переживайте, я всех провожу лично и укажу нужное для засады место. Имейте в виду – если кто вздумает вздремнуть, рискует не проснуться – его либо убьет Тень, либо сожрут лесные твари, либо я задушу голыми руками за срыв операции. Так что будьте начеку. Задача – постоянно осматривать окрестности в бинокль. Если увидите, как кто-то или что-то движется в сторону Леса, подаете фонариком условный сигнал. Дожидаетесь ответного сигнала. После этого ждете меня и указываете на перебежчика. Вопросы?

– А куда фонариком-то светить? – уточнил Василий.

– На самых высоких зданиях в восточной и западной частях города будут дежурить двое. Ты, Василий, и ты, Петр. – с этими словами Тигран показал на худосочного коротышку с вытянутым, похожим на крысиное, лицом. Тот в ответ молча поднял большой палец. – Сидящие в засаде сигналят вам, вы сигналите им в ответ и передаете сигнал на вышку в центре резиденции. Там буду сидеть я. Еще вопросы? Нет? Вот и замечательно. Итак, времени мало, нам пора выдвигаться. Остальные детали обсудим по дороге. А ты, да-да, ты – иди-ка сюда.

Смотрящий по кварталу нехотя приблизился. Тигран выудил из рюкзака наручники, резко заломил смотрящему руку, отчего тот вскрикнул от боли, и пристегнул бедолагу к торчащей из стены массивной скобе.

– За что?! – завопил смотрящий, глядя на Тиграна со страхом и растерянностью. – Я же ничего не сделал!

– Извини, друг, – спокойно ответил тот. – Меры предосторожности. Необходимо исключить любую утечку информации.

– Это свинство! – воскликнул смотрящий и дернул рукой. – Полнейшее свинство, слышишь! Отпусти меня!

– Не раньше завтрашнего утра, – бесстрастно ответил Тигран и повернулся к застывшим в изумлении новобранцам. – Отряд, на выход!

Сначала они пошли привычным путем на пустырь, однако не стали, как на утренних тренировках, останавливаться возле старого могучего дуба, а двинулись дальше, к полуразвалившемуся высокому зданию. Строение плавно кренилась влево, а в районе третьего этажа выгибалось крутой дугой, да так сильно, что четвертый этаж свисал над головами, угрожая обрушиться грудой потрескавшихся кирпичей.

– Василий, Петр, нам туда, – коротко сказал Тигран и показал наверх.

Коротышка хмыкнул, поплевал на руки и с обезьяньей ловкостью вскарабкался на третий этаж прямо по наружной стене. Василий задумчиво проследил за его движениями, недоверчиво качнул головой и пошел внутрь строения – подниматься по лестнице. Тигран последовал за ним.

– Держи, – протянул он фонарик Петру, когда они все собрались в перекошенной комнате с выбитыми окнами и дырами в стенах размером с человека. – Вот с тех трех точек, – он показал рукой налево, прямо и направо, – тебе вскоре поступит контрольный сигнал. Ты должен будешь ответить, потом дождаться сигнала от меня и ответить мне тоже, вон туда, – Тигран развернулся и ткнул в противоположную сторону. – Дальше – сидишь и ждешь боевого сигнала. Он может не поступить. Тогда примерно в восемь утра возвращаешься домой. Фонариком пользоваться категорически запрещается, кроме случаев передачи подтверждающего, контрольного и боевого сигналов. Вопросы?

– Вопросов нет, начальник! – осклабился Петр. – Не волнуйся, все сделаем по красоте.

– Пойдем, – скомандовал Тигран Василию. – Твоя вышка будет в самом конце.

Спустившись вниз, они вместе с отрядом продолжили путь дальше, к восточной окраине города. Редкие прохожие, завидев группу решительно настроенных мужчин, испуганно прятались в узких кривых проулках между покосившимися зданиями. Тигран уверенно вел группу за собой без риска нарваться на патруль, так как за эти дни хорошо выучил маршруты и расписание патрулирования. Прошло около двадцати минут прежде, чем последние строения с редкими тускло освещенными окнами остались позади, и перед глазами моментально оробевших новобранцев раскинулась вязкая тьма края. Притихшие новички сгрудились вокруг Тиграна, боязливо глядя перед собой и тяжело вдыхая тягучий плотный воздух.

– Идем направо, вдоль домов, – негромко сказал Тигран.

По отряду пронесся вздох облегчения, и новобранцы уверенно зашагали вслед за командиром, радуясь, что не пришлось идти вперед, в непролазный черничный кисель. Однако, по мере их продвижения вдоль границы Города, дома встречались все реже, тьма сгущалась, а в тяжелом воздухе появлялись непривычные ароматы – будто пахло сырым, старым деревом. Вскоре отряд совсем перестал понимать, где находится, и ориентировался исключительно на спину ритмично идущего впереди командира. Внезапно Тигран резко остановился и всмотрелся в кромешную тьмы перед собой.

– Почти дошли, – уверенно сказал он. – Поворачиваем направо.

Вскоре они добрались до первого здания, густо оплетенного длинными скользкими побегами.

– Ты, – Тигран ткнул в Гориллу. – Иди сюда.

Они зашли внутрь развалин, и Тигран указал на неприметный закуток, откуда прекрасно просматривалась местность.

– Садись. Держи, – он протянул фонарик. – Петр сидит вон там, – Тигран показал направление. – Сейчас ты дашь контрольный сигнал и дождешься ответа. Остальные – внимательно наблюдают. Приступай.

– Что-то прохладно тут, – проворчал Горилла. – Так и простудиться недолго.

– Оставить разговоры, – резко ответил Тигран. – Давай сигнал.

Здоровяк поднял фонарь, направил в нужную сторону и трижды нажал кнопку. Все с волнением повернули голову в сторону города. Не прошло и пяти секунд, как где-то вдалеке так же трижды сверкнула и погасла маленькая звездочка. Отряд дружно выдохнул.

– Прекрасно, – прокомментировал Тигран. – Связь работает. Держи бинокль. Задание помнишь? Как только…

– … Увижу кого-то или что-то, движущегося в сторону Леса, – заученно ответил Горилла, – то подаю боевой сигнал и обязательно дожидаюсь ответа.

– Молодец.

– Скажи, командир, – Горилла опасливо обернулся в противоположную от Города сторону. – А этот Лес – он далеко отсюда?

– Близко. Поэтому будь начеку. Уснешь – и ты труп.

Горилла задрожал всем телом.

– Так они ведь и бодрствующего меня могут сожрать, верно? – сказал он внезапно охрипшим голосом.

– Не могут, – не моргнув глазом, соврал Тигран. – Приграничные твари нападают только на спящих.

Они двинулись дальше, и Тигран оставлял новобранцев одного за одним в заранее выбранных засадах – сначала на западной границе, а потом, после долгого обхода заводского забора, на восточной. Игле достался небольшой деревянный домик в восточных руинах, неподалеку от дизельного завода.

– Смотри в оба, Игла, – сказал Тигран и протянул бинокль.

– Нбспксь, – ответила та со своей вечной улыбкой и резким движением выхватила прибор. – Справимся как-нибудь.

– Жди контрольного сигнала Василия, он подаст его, как доберется до своей высоты. В ответ…

– Да знаю, – нетерпеливо перебила Игла. – Ты так часто это повторяешь, что даже дебил выучит эти указания.

– В этом и суть боевых инструкций, – настойчиво ответил Тигран. – Чтобы не допустить двояких толкований.

В конце концов все новички были рассажены по своим местам, Василий занял контрольный пункт на одной из высоток, а Тигран, чувствуя легкую усталость, добрался, наконец, до резиденции. В эту ночь он под видом дежурного вызвался быть наблюдателем на сторожевой вышке, которая была, пожалуй, самой высокой точкой в Городе. Он забрался по лестнице на самый верх и тут же подал контрольный сигнал Петру. Дождавшись подтверждения, развернулся в другую сторону и посигналил Василию. Получив ответный сигнал, удовлетворенно кивнул, привалился к доскам и на пару секунд закрыл глаза, в который раз напряженно прокручивая в голове дерзкий замысел.

Ловушка расставлена.

Утечка информации исключена.

Враг обязан сообщить дезинформацию предводителю Леса.

Остается только ждать.

Глава 10. Город и Лес.

Сквозь непроглядную угольную черноту постепенно пробивалось робкое рассеянное свечение, придавая низкому небосводу тяжелый лиловый оттенок. Тигран широко зевнул и перевел взгляд на дизельный завод, над которым привычно колыхалось огромное бесформенное фиолетовое пятно. Сейчас, когда тусклое солнце изо всех сил пыталось осветить скудными лучами искривленные постройки Города, пятно это представлялось гигантской хищной медузой, навсегда зависшей над центром Ямы и подчинившей злой воле местных жителей.

Тигран скептически хмыкнул и постарался отогнать депрессивные мысли, в который раз внимательно посмотрев направо и налево – по направлению к вышкам Петра и Василия. Ничего. Впрочем, для вероятного появления Тени еще довольно рано, требовалось выждать еще немного.

Он поежился, облокотился на доски и снова принялся пристально осматривать окрестности, прикидывая, все ли его подопечные так же усердны в наблюдениях. Начав машинально перебирать в памяти новобранцев, он в конце концов дошел до нескладного образа Иглы и совершенно некстати вспомнил, с какой напористостью она прижималась к нему накануне. Щемящая смесь нежности и жалости вдруг охватила его. Он сердито помотал головой и даже стукнул несколько раз кулаком о ладонь – ну не время сейчас, совсем не время. Однако перед глазами почему-то опять всплыло ее вечно улыбающееся лицо с жутким синеватым оттенком, и ему так захотелось сказать ей что-то ободряющее и ласковое. Он даже принялся незаметно для себя подбирать подходящие слова, и настолько погрузился в эти неуместные размышления, что вспыхнувшая вдалеке яркая точка поначалу прошла мимо его внимания. Однако через секунду в мозгу словно прозвучала громкая сирена, он вздрогнул и моментально осознал, что видит со стороны восточной вышки серию вспышек.

Несколько коротких и одна длинная. Это было ни что иное, как боевой сигнал от Василия.

– Да есть же! – возбужденно прошептал Тигран, за одно мгновение слетел с наблюдательного пункта и пулей выскочил за пределы резиденции, оставив у ворот недоуменно глядящих ему вслед охранников.

Он мчался со всех ног по пыльным улочкам города, на бегу прокручивая дальнейшие действия. В сигнале Василия был закодирован порядковый номер засады, которая обнаружила шпиона. Четвертый сектор. Там как раз дежурит Игла. Тигран тихо выругался про себя. Ну почему именно она? Ему наверняка понадобится поддержка для задержания Тени, и он не хотел подвергать девушку лишней опасности. Он решил сориентироваться на месте. Возможно, Василий так же подоспеет вовремя, и составит ему компанию.

Через несколько минут Тигран уже был возле руин. Он пригнулся и, стараясь оставаться в тени полуразрушенных стен, быстрыми короткими перебежками добрался до нужной засады. Внутри его уже поджидала Игла, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

– Нгдтхдшь???? – сердито прошипела она, едва завидев Тиграна. – Чспршлнмньш!!

Тигран глубоко вздохнул и положил ей руку на плечо.

– Игла, извини, но я ни черта не понимаю. Пожалуйста, постарайся успокоиться и как можно более внятно доложи, что ты видела.

Девушка скривилась, зачем-то несколько раз звонко шлепнула себя по пухлым щекам, а потом ткнула пальцем в сторону заводского забора.

– Вон там он стоит, – сказала она. – Мужик какой-то. Пришел из Леса.

– Из Леса? – удивленно переспросил Тигран. – Не из Города? Ты не путаешь?

– Ничего я не путаю, – недовольно буркнула Игла. – Он вышел из Леса, направился прямиком к забору, и так и стоит там, уже минут пять. Это, конечно, не совсем то, о чем ты говорил, но я подумала, что тоже важно, и поэтому решила подать сигнал.

– Командир, вы уже здесь?! – раздался позади запыхавшийся голос Василия. – Но… Как?!

– Тихо! – цыкнул на него Тигран, выхватил из рюкзака бинокль и поднес к глазам. – А ну-ка…

Он повернул голову в указанном Иглой направлении и через мгновение нашарил окулярами человеческую фигуру, ярким зеленым пятном выделявшуюся на фоне грязного желто-коричневого забора. Тигран хмыкнул и подкрутил резкость. Теперь ему стало видно, что человек одет в сшитую из нескольких огромных лоскутов зеленую куртку, а на голове у него болталась широкая, украшенная какими-то блестящими предметами шляпа. Человек никак не мог устоять на месте, постоянно пританцовывал, подпрыгивал и время от времени наполовину вынимал из ножен и резко задвигал обратно короткий меч. Последнее обстоятельство заставило Тиграна нахмуриться. Он отвел бинокль, залез в рюкзак и протянул Василию небольшой кинжал.

– Э-э-э… – с удивлением протянул тот. – Видите ли, я не совсем владею…

– Бери, – категорично ответил Тигран. – Тот тип, он вооружен. Это, скорее всего, связной из Леса. Не знал, что у них там водятся люди. Похоже, он ждет того, кто нам нужен. Мы сейчас попробуем подобраться поближе, и когда появится Тень, атакуем. Наша задача – взять обоих, живыми или мертвыми. Тебе все ясно?

– Так точно! – Василий постарался придать своему голосу как можно больше бодрости, и уверенным движением взял кинжал.

– А йа?! – громко прошептала Игла. – Я ведь тоже…

– Ты остаешься здесь, – непреклонно сказал Тигран. – В бою от тебя толку мало, а так, в случае чего – хотя бы позовешь на помощь. Спокойно! – он повысил голос, заметив, как Игла собирается разразиться гневными возражениями. – Это приказ, и он не обсуждается. Василий, вперед.

Они вышли из засады и принялись аккуратно подкрадываться к заводскому забору, не сводя внимательного взгляда с маленькой зеленой фигурки. Наконец им удалось добраться до огромной груды кирпичей, из-за которой было хорошо видно продолжающего пританцовывать связного.

– А это кто такой?! – прошептал Тигран и показал пальцем на идущего со стороны Города человека в черном балахоне. Человек шел к связному быстрым уверенным шагом, глубоко надвинув капюшон на лицо.

– Черт! – Тигран с досадой плюнул на кирпичные обломки. – Тень послала одного из своих людей. Сама не стала рисковать. Разумный ход, ничего не скажешь.

– И что теперь будем делать, командир? – спросил Василий

– Будем брать обоих, что еще остается, – ответил Тигран, внимательно глядя на приближающегося человека в балахоне. – Дождемся, когда они отвлекутся на разговор, и, по моему сигналу – атакуем.

Ждать пришлось недолго. Подойдя к связному, человек в балахоне без лишних приветствий выудил из-под одежды несколько бумажных листов и принялся что-то объяснять, время от времени тыча в листы пальцем. Связной внимательно слушал, иногда издавая удивленные возгласы и даже подпрыгивая на месте.

– Пора, – негромко сказал Тигран, достал клинок и рванул вперед.

– Стоять! – рявкнул он, приближаясь гигантскими скачками и удерживая оружие наизготовку. – Вы арестованы!

– Это западня! – завопил связной в зеленом и с силой ударил по бумагам, отчего сероватые листы с шелестом осыпались на землю. – Ты заманил меня в ловушку, гад! Я все доложу Харцу, тебе конец!

Он резко выхватил меч и развернулся лицом к Тиграну, приняв боевую стойку. Человек в балахоне неожиданно съежился, будто кутаясь в одежды от холода, и вдруг одним внезапным прыжком впечатался в каменный забор. Его балахон расплющился, вжался в потрескавшуюся стену и налился неестественной вязкой чернотой. Упал капюшон, моментально всосавшись в колыхающуюся на заборе черноту, словно в кисель, и на его месте тут же появилась сморщенная коричневая маска с двумя ярко-алыми угольками. В воздухе запахло гнилью и сыростью.

– Что за… – не ожидавший такого поворота Тигран на мгновение замер, бессмысленно пялясь на так неожиданно появившуюся Тень.

– Не будь дураком, Шаман, – прошипела маска. – Это же Мясник, свежий цепной пес нашего Товарища Диктатора. Умен, ловок, прозорлив. Думаю, его голова будет отличным украшением твоей коллекции. Ну а мне, пожалуй, пора.

– Эй, не оставляй меня! – заорал Шаман, бешено вращая мечом. – Здесь какая-то подстава, их же двое!

– Василий, возьми его на себя! – гаркнул Тигран, очнувшись от наваждения, и, держась на безопасном расстоянии от беснующегося Шаман, быстро приблизился к стене.

– Тень, погоди-ка, – сказал он, перекинул клинок в левую руку и сорвал с пояса толстый фонарь. – Думаю, нам есть, что обсудить.

– У нас нет предмета для обсуждения, Мясник, – зловещим шепотом изрекла Тень. – Ни с тобой, ни с Товарищем Диктатором.

– И все таки, я настаиваю, – ответил Тигран и поднял фонарь, молясь, чтобы прибор сработал.

Тень, заподозрив неладное, метнулась было в сторону, однако Тигран оказался проворнее. Щелкнула кнопка, и яркая световая линия заключился колыхающуюся на стене Тень в непреодолимый круг. Та, не веря в произошедшее, осторожно коснулась чернильным контуром светящейся границы, но тут же завопила от боли и отшатнулась обратно. От пузырящейся черноты пошел едкий темный дым.

– Какой же ты гад, Мясник, – прохрипела она, полыхнув алыми глазницами. – В который раз жалею, что мы не прикончили тебя там, в тюрьме. Ладно, ты поймал меня, а дальше-то чего? Рано или поздно энергия тьмы в твоем устройстве закончится, и оно погаснет. Ты лишь зря потеряешь кучу времени.

– Я так не думаю, – усмехнулся Тигран. – Скоро солнце наберет полную силу и как следует поджарит твою гнилую сущность. Выбор небогат – ты либо изойдешь на дым, либо опять перевоплотишься в человека, и я доставлю тебя к Товарищу Директору.

– Вот как? – осклабилась Тень, глядя куда-то мимо Тиграна. – А про моего друга ты случайно не забыл?

– Тебя, кажется, Василием зовут? – вдруг услышал Тигран визгливый, пропитанный ядом голосок позади себя. – Любишь животных, Василий? Приходилось бывать в детстве в зоопарке?

Тигран быстро обернулся, продолжая крепко удерживать фонарь. Увиденная картина совсем его не обрадовала. Шаман наступал на Василия, ловко орудуя мечом, а тот неуверенно пятился назад, пытаясь закрыться пляшущим в руках кинжалом.

– Ты не переживай, Васенька, – елейно продолжил Шаман и сделал резкий выпад. Лезвие меча оцарапало Василию плечо, и он вскрикнул от боли. – Еще несколько секунд, и я заберу тебя с собой в Лес. Там мно-ого любопытных животных. Пойдешь со мной, Василий?

– Ну что, Мясник, сделаем ставки? – с иронией произнесла Тень. – Что произойдет раньше – взойдет солнце, или Шаман прикончит твоего подручного и возьмется за тебя?

В ответ раздался лязг металла. Точным ударом Шаман выбил кинжал Василия из рук и, ухмыляясь, приложил острие меча к горлу. Бывший участковый судорожно сглотнул и что есть силы прижался спиной к стене, не сводя наполненного страхом взгляда со своего врага.

– Ну вот и все, Вася, – мягко сказал Шаман, чуть отводя руку для смертельного удара. – В недобрый час ты связался с этим своим Мясником, ох, в недобрый!

Внезапно позади Шамана что-то мелькнуло, раздался тонкий пронзительный вопль, а вслед за ним – наполненный болью крик Шамана. Меч выпал у него из руки, а на предплечье проступила длинная кровавая полоса.

– Василий, ко мне! – заорал Тигран, воспользовавшись всеобщим замешательством. – Быстрее! Вот, возьми фонарь. Держи так, чтобы эта тварь была в центре круга. И не вздумай его выключать. Понял?!

– Я… э… – пролепетал Василий, бережно принимая фонарь. – Все сделаю, командир!

– Ты что за уродина?! – завопил Шаман, глядя на разъяренную женщину с выпученными глазами и синим лицом. – Откуда взялась?!

– Тбкнц, – угрожающе ответила Игла, размахивая скальпелем. – Пшлвнотсд!

Шаман хитро прищурился и наклонился за мечом. С его предплечья сорвалось несколько крупных капель крови.

– Беги, Игла! – закричал Тигран, делая стремительный рывок вперед. – Не приближайся к нему!

Шаман нервно хихикнул, поднял меч и бросился на Иглу. Та попыталась увернуться и вонзить скальпель в приближающегося врага, но тот оказался хитрее. Он сделал обманное движение корпусом влево, потом резко наклонился вправо, и острое оружие Иглы лишь со свистом рассекло воздух. По инерции девушка наклонилась вперед, и Шаман немедленно воспользовался моментом. Радостно гогоча, он крутанул меч и сильно ударил снизу вверх. Игла коротко ойкнула и обхватила двумя руками лезвие, выронив скальпель.

– Нет!! – заорал Тигран, подбегая к дерущимся. – Игла!

– Отдай меч, тварина! – воскликнул Шаман, безуспешно пытаясь выдернуть оружие.

Изо рта Иглы потекла тонкая струйка крови. Она продолжала крепко удерживать торчащий из нее меч, даже когда ее ноги подкосились, и она упала на колени.

– Да что же это такое! – причитал Шаман, дергая за рукоятку. – Так не честно!

– Оставь ее в покое, – процедил подоспевший Тигран, прижав клинок к горлу связного. – Подними руки вверх. Медленно отойди в сторону. Поверь, я очень сильно хочу найти причину, по которой не могу зарезать тебя прямо сейчас, но пока не нахожу. Поэтому не зли меня.

– Понял, понял, – смирно ответил Шаман, выполняя указания. – Ты пойми, я тут совсем не виноват. Это же война, парень. Ты на одной стороне, я – на другой…

– Заткнись, пожалуйста, – напряженно сказал Тигран и чуть надавил на лезвие. – Еще слово, и я продырявлю тебе горло. Заведи руки за спину, плавно, без лишних движений.

Шаман испуганно кивнул. Тигран скинул рюкзак, вытащил небольшой моток веревки и быстрыми отточенными движениями связал пленнику руки.

– Василий, ты там как? – крикнул он, завязывая крепкий узел.

Ответа не последовало.

На Тиграна нахлынули нехорошие предчувствия. Он резко повернул голову и увидел, как глазницы Тени полыхают алым огнем, а по поверхности ее чернильного колыхающегося тела пробегают волны, одна за одной. Она что-то тихо и размеренно говорила Василию, а тот не сводил глаз с чудовища на стене. Его удерживающая фонарь рука мелко тряслась, а большой палец медленно полз к кнопке выключения.

– Вася, очнись! – заорал Тиграна, моментально оторвавшись от недовольно бурчащего Шамана и кидаясь к Тени. – Не вздумай выключать аппарат!

Василий вздрогнул и перевел на командира абсолютно пустой, ничего не выражающий взгляд. В радужке его глаза продолжали плясать алые отблески от гипнотизирующего взгляда Тени. Он бессмысленно улыбнулся, опять повернул голову, уставившись на Тень, и через мгновение щелкнул выключателем.

Фонарь погас.

Тень радостно зашипела и метнулась по стене в сторону Города. Тигран, беспрерывно покрывая Василия отборным матом, подбежал ближе, выхватил фонарь из безвольных рук, и помчался за Тенью, на бегу поднимая прибор и нашаривая кнопку. На какой-то миг ему показалось, что он догоняет хитрую тварь. Он прицелился получше и включил устройство. Край светящейся окружности задел Тень и та тут же завопила от боли. Едкий черный дым пошел от ее чернильной плоти, и на долю секунды Тигран потерял Тень из виду, а когда дым рассеялся, он успел лишь заметить темное пятно вдалеке, которое стремительно завернуло за угол забора и исчезло.

– Не поймал! – довольно выкрикнул Шаман, с огромным интересом наблюдая за происходящим.

Тигран почувствовал, как на него накатывает огромная усталость. Он медленно развернулся и побрел к истекающей кровью Игле. Она лежала на спине, а из-под ее тела медленно выползала густая красная лужица. Блеск ее глаз постепенно угасал, а веки медленно подрагивали, готовясь опуститься навечно.

– Игла, милая… – прошептал Тигран, склоняясь над девушкой и беря ее за руку. – Ну зачем ты не послушала меня? Почему не осталась в засаде?

– Он бы убил вас, – прохрипела она, нарочито медленно растягивая слова. – Сначала его, потом тебя. А так – мы поймали одного шпиона, и, может быть, теперь ты сможешь поймать второго.

– Никакой я не шпион! – воскликнул Шаман и нервно дернул ногой. – Я служитель природы, ясно вам?

– Игла, держись, пожалуйста, – сказал Тигран, стараясь не обращать на пленника внимания. – Я отнесу тебя в город, там тебя подлечат…

– Меня зовут Ирина, – вдруг сказала девушка и с трудом приоткрыла глаза. – Ты ведь запомнишь? Ирина.

– А меня – Тигран, – не придумал он лучшего ответа и в тот же момент с ужасом почувствовал, как холодеет тонкая бледная кисть в его руке.

– Прекрасное имя, – она улыбнулась чуть шире обычного. – Нет, Тигран, никто меня не подлечит. В Городе с медициной совсем хреново, там даже от небольшой царапины можно сдохнуть, а этот придурок пропорол меня насквозь. Так что… Прощай, Тигран. Постарайся все-таки поймать эту тварь. Чтобы все было не зря.

Она неожиданно закашлялась и из последних сил выплюнула большой сгусток крови. По ее телу прошла сильная судорога, затем еще одна, и вот она запрокинула голову и застыла. С полуоткрытыми, чуть прищуренными глазами и вечной улыбкой на посиневших губах.

– Ну почему все так… – едва слышно пробормотал Тигран, продолжая сжимать безжизненную руку.

– Надо же, какая встреча! – раздался внезапно громкий волевой голос Товарища Директора. – Шаман собственной персоной! А я-то надеялся, что ты сдохнешь в этом своем Лесу и пойдешь на корм бледнозмеям и прочим кровососам. Но нет, ты у нас живучий гад, верно? Ничуть не удивлен, что ты оказался замешан в этой мутной истории. Где сильнее всего пованивает, там и Шаман околачивается, так ведь?

Тигран медленно встал с колен и перевел полный безнадежного отчаяния взгляд на Товарища Директора.

– Игла… – глухо сказал он. – Он убил ее.

– Это была самооборона! – завизжал Шаман. – Все видели, она первая на меня напала, да еще и со спины! Васенька, ну хоть ты им скажи!

– Пошел вон, – тихо пробормотал еще не вполне пришедший в себя Василий, продолжая разглядывать, будто в полусне, двухметрового, покрытого зеленой чешуей монстра.

Товарищ Директор размеренным шагом подошел к Шаману, небрежно сгреб его, как кучу старого тряпья, и с силой швырнул на кирпичные развалины. Шаман со страшным хрустом шмякнулся на острые камни, свернулся в комочек и заскулил, как побитая собака.

– Какой же ты все-таки гнус, – с чувством произнес Товарищ Директор. – Но ничего. Теперь-то я на тебе отыграюсь, будь уверен. Мясник! – он повернулся к Тиграну и положил лапу ему на плечо. – Мне очень жаль, что так вышло. Серьезно. У Иглы была… хм… непростая судьба, однако она со временем стала одной из лучших моих помощниц и вошла в число тех немногих, кому я практически полностью доверял. Огромная потеря. Но надо двигаться дальше. Предлагаю твоего подопечного отпустить, а нам втроем перебраться в мой кабинет. Где ты расскажешь, что здесь произошло, ну а наш горе-отшельник, – с этими словами Товарищ Директор с шумом всосал воздух и смачно харкнул в сторону Шамана, – дополнит, я уверен, твой рассказ обстоятельными подробностями.

– Василий, пройдись по засадам, – бесцветным голосом приказал Тигран. – Скажи, чтобы все возвращались в Квартал новичков. Я навещу вас, как только смогу. Ах да, и смотрящего освободите, пожалуйста.

– Вы славно послужили Городу, парни! – зычно произнес Товарищ Директор, глядя на Василия в упор, отчего тот невольно сделал маленький шаг назад. – И заслужили тем самым неплохое будущее. У вас у всех будет особый статус, обещаю.

– С-спасибо вам, – запинаясь, сказал Василий и повернулся к Тиграну. – Командир, вы меня извините. Я…

– Не надо себя винить, Вася, – как можно мягче сказал Тигран. – Вряд ли тебе до этого момента приходилось драться на мечах или ловить живые тени. Иди, выполняй приказ. Нам тоже пора двигаться.

Василий кивнул, развернулся и медленно побрел вдоль руин к следующей засаде. Товарищ Директор подошел к не прекращающему скулить Шаману, схватил за шиворот, как нашкодившего котенка, и рывком поставил на ноги.

– Вперед, – коротко сказал он и сильно ткнул пленника в спину, отчего тот опять едва не завалился на камни. – У тебя сегодня будет насыщенный день.

Глава 11. Новая тропа.

Спустя полчаса Тигран, Товарищ Директор и ковыляющий между ними Шаман зашли в полутемный кабинет. Товарищ Директор немедленно распорядился выставить охрану возле входных дверей и под окнами помещения, а так же послал людей за телом Иглы. После раздачи указаний он крепко запер дверь, сел в кресло и поднял тяжелый взгляд на Тиграна.

– Говори, Мясник, – скупо сказал он.

– Он, – Тигран ткнул на скрюченную, застывшую на стуле в углу фигуру Шамана, – связной от Леса. Тень – один из жителей Города. Человек в черном балахоне на моих глазах перевоплотился в Тень, когда мы собирались арестовать их обоих. Шпион собирался передать Шаману какие-то бумаги, они до сих валяются возле развалин, уверен, что на них – перерисованный план нападения. Наш прибор прекрасно действует, но Тень обладает навыками мощного гипноза, из-за чего ей удалось сбежать.

– Васенька-то ваш жидковат оказался! Что телом, что духом, – ехидно прокомментировал Шаман.

– Это он упустил Тень? – сухо спросил Товарищ Директор.

– Да, – с неохотой признался Тигран. – Но…

– Потом, Мясник, – Товарищ Директор поднял когтистую лапу. – Есть еще что-нибудь?

– По существу это все. Могу лишь сказать, что я недооценил силы противника.

– Бывает, – обронил Товарищ Директор, встал с кресла и молча прошелся по кабинету, заложив руки за спину. В конце концов он вернулся к столу, запустил лапу под столешницу и щелкнул переключателем. Стена за креслом дрогнула и поползла в сторону.

– Мясник, подведи-ка его сюда, – приказал Товарищ Директор.

– Я сам! – громко ответил связанный Шаман, неуклюже поднялся на ноги и заковылял ко входу в тайную комнату. Заглянув внутрь, он издал удивленный возглас.

– Узнаешь? – поинтересовался Товарищ Директор.

– Я слышал, что ты сохранил и улучшил его, – возбужденно сказал Шаман, не сводя глаз с устройства. – И как, до сих пор работает?

– Это изначально – его изобретение, – пояснил Товарищ Директор, повернувшись к Тиграну. – Он был одержим идеей использовать энергию тьмы для того, чтобы проживать чужие жизни. Считывать воспоминания и пребывать в них, как в долгом сне. А знаешь, какие моменты его интересовали больше всего?

– Это ложь! – выпалил Шаман и попытался по привычке подпрыгнуть на месте, но из-за связанных рук лишь нелепо согнулся. – Я это делал для науки!

– Ага, конечно, – хмыкнул Товарищ Директор. – Для науки. В подвале фабрики он устроил целую нелегальную лабораторию, где и проводил бесконечные эксперименты над случайными жертвами. После чего люди погибали в страшных мучениях.

– Что поделать, прибор был несовершенен! – продолжал возражать Шаман, сверля Товарища Директора безумным взглядом.

– Когда все вскрылось, – Товарищ Директор похлопал Шамана по плечу, – пришлось нашего друга арестовать, а прибор изъять. Мои инженеры улучшили конструкцию. Отсоединили второе кресло, куда усаживался любитель покопаться в чужих головах, и присоединили вот это зеркало, – Товарищ Директор звонко постучал костяшкой пальца по стеклянной поверхности. – Теперь прибор до сих пор считывает воспоминания, но донор по крайней мере остается в живых. Правда, превращается в овоща. Поэтому мы прибегаем к использованию устройства лишь в самых крайних случаях. – Товарищ Директор нагнулся поближе к Шаману и заговорщически прошептал:

– Например, в таких, как этот.

– Послушай! – воскликнул Шаман, мелко трясясь. – Я уверен, мы сможем договориться! Ради нашей былой дружбы, Сергей…

Товарищ Директор издал злобный рык, развернулся и размашисто полосонул когтистой лапой. Шаман взвыл от боли. На его лице остались четыре глубоких кровавых царапины.

– Когда в следующий раз произнесешь мое бывшее имя, – прошипел Товарищ Директор, – то лишишься глаз. Я понятно объяснил?

– Да! – выкрикнул Шаман, не переставая всхлипывать. – Извини, не знал, что ты стал таким нервным!

– А ну, садись в кресло, тварь! – презрительно сказал Товарищ Директор, сгреб Шамана и толкнул его прямиком в раскрытые деревянные объятия. – Мясник, пристегни его.

– Погоди! – Шаман зарыдал в голос. Слезы катились по его зеленоватым израненным щекам, и, смешиваясь с кровью, падали вниз алыми водянистыми каплями. – Я все скажу, Се… Товарищ Директор! Все!

– Нет тебе больше веры, – бесцветным голосом ответил Товарищ Директор, пока Тигран методично защелкивал металлические скобы на запястьях Шамана. – Какая ирония, тебя убьет твое собственное изобретение.

– Нет, пожалуйста, не надо! – Шаман забился в кресле, словно пытаясь вырваться из оков. – Проверь меня, если хочешь! Я отвечу на любой вопрос!

Товарищ Директор запустил лапу под кресло и посмотрел Шаману прямо в глаза.

– Моя рука на кнопке, – четко сказал он. – Одно неверное слово, одно колебание – и я включаю аппарат. Теперь говори. Кто такая Тень? Мы видели, что она перевоплотилась из человека. Кто этот человек? Мне нужно имя, Шаман!

– Пообещай мне, – Шаман часто задышал, не сводя испуганного взгляда с Товарища Директора, – пообещай, что не убьешь меня, когда услышишь ответ. Потому что он тебе не понравится.

Товарищ Директор усмехнулся.

– Я могу обещать лишь одно. Я тебя точно убью, если ты мне не скажешь или попытаешься соврать.

– Харц не должен знать…

– Ты начинаешь испытывать мое терпение, Шаман! – раздраженно сказал Товарищ Директор. – Считаю до трех. Раз… два…

– Погоди! – воскликнул Шаман и на мгновение закрыл глаза, будто собираясь с силами. Потом он шумно выдохнул, открыл глаза и глянул на Товарища Директора.

– Это Набалдашник.

Тиграна словно окатило холодной водой. Он резко развернулся, схватил Шамана за горло и принялся душить, не помня себя от ярости.

– Ты лжешь, гнусный выродок! – прошипел он, не обращая внимания на громкие хрипы пленника. – Сначала ты убил Иглу, а теперь пытаешься подставить Набалдашника! Говори правду, ублюдок!

Мощная рука оторвала Тиграна от хрипящей жертвы, подняла в воздух и поставила возле входа. Товарищ Директор заслонил собой пленника и холодно взглянул на трясущегося от гнева Тиграна.

– Остынь, Мясник. Ты же контрразведчик. Я полагал, тебе приходилось сталкиваться с подобными ситуациями.

– Он врет! – процедил Тигран сквозь зубы. – Набалдашник сам охотился за Тенью! Он бы никогда…

– А мы это быстро выясним, – спокойно ответил Товарищ Директор. – Пусть наш друг пока посидит тут, а мы тем временем наведаемся к Набалдашнику, привезем сюда и устроим очную ставку.

– Не оставляйте меня в кресле! – выкрикнул Шаман. – Хотя бы скобы отстегните!

– Вот еще, – усмехнулся Товарищ Директор, выходя из комнаты. – Сиди смирно, а то вдруг случайно включишь прибор. Такой мозг пропадет зря!

Он нажал кнопку под столом в кабинете, и стена плавно задвинулась, скрывая проход в тайное помещение. Товарищ Директор кивнул на дверь, и, не дожидаясь реакции Тиграна, пружинистым шагом направился к выходу.

– Быстрее. Водить умеешь? – на ходу бросил он, стремительно спускаясь по лестнице.

– Если речь про ту телегу на колесах, то вряд ли, – ответил Тигран, изо всех сил стараясь не отставать.

– Научишься по дороге. Едем на юго-восточную окраину, он там живет.

– Если Шаман сказал правду, во что лично я слабо верю, то вряд ли Набалдашник будет спокойно сидеть дома, сложа руки. Скорее всего он скроется где-нибудь в развалинах, или вообще – убежит в Лес.

– Вот и проверим заодно, – хмыкнул Товарищ Директор, добравшись, наконец, до первого этажа и пинком распахнув дверь на улицу.

Они выбрались наружу и побежали к гаражным воротам, не обращая внимания на заинтересованные взгляды снующих рядом охранников. Товарищ Директор прямо на бегу во весь голос отдавал указания открыть ворота и подготовить автомобиль к поездке, ничуть не стесняясь в цветастых выражениях. Ответственные бросились к гаражу, но, как они не спешили, Товарищ Директор оказался на месте первым, одаряя запыхавшихся работников гневными взглядами. Те без лишних слов кинулись открывать ворота.

Через две минуты автомобиль стоял во дворе резиденции, потрескивая фиолетовыми искрами.

– Вот газ, вот тормоз, вот руль, – коротко объяснил Товарищ Директор азы управления, запрыгивая на пассажирское сидение. – Здесь – переключение скоростей, их всего три. Сцепление выжимается этим рычагом. Все понятно? Погнали!

Тиграна не нужно было долго уговаривать. Он даванул на газ и бросил машину вперед, прямо в раскрывающиеся ворота резиденции. За автомобилем протянулся пыльный шлейф, в котором часто вспыхивали и тут же гасли снопы фиолетовых искр от потрескивающей стеклянной батарейки.

– Направо! – зычно командовал Товарищ Директор, не обращая внимания на жмущихся с стенам зданий прохожих. – Теперь через два дома – налево. Давай, поддай газу, почти приехали.

Тигран выжал педаль до отказа. Машина угрожающе заскрипела и завибрировала, но все-таки набрала нужную скорость.

– Вон тот зеленый деревянный домик, – Товарищ Директор привстал на сидении и ткнул впереди себя когтистым пальцем. – Припаркуйся рядом.

Взвизгнули тормоза. Тигран и Товарищ Директор вывалились из машины и бросились к входной двери домика. Товарищ Директор взялся за дверную ручку и глубоко вздохнул.

– Набалдашник, – глухо сказал он. – Ради всех святых, окажись, пожалуйста, дома!

С этими словами он повернул ручку, распахнул дверь и ворвался внутрь.

Набалдашник оказался дома.

Он покачивался из стороны в сторону и смотрел сверху вниз выкатившимися от натуги глазами, а распухший язык торчал из перекошенного рта широкой поблескивающей лопатой. Прочная веревка свисала с толстой потолочной балки и оканчивалась тугой петлей, которая крепко обвивала посиневшую шею бывшего главного патрульного.

– Повесился, гад, – тихо сказал Товарищ Директор, развернулся и что есть силы долбанул кулаком по стене. – Понял, что я найду его так или иначе. А к Харцу не пошел. Не всякий сможет, как Шаман, жить в Лесу. Эх, Набалдашник, Набалдашник, – с горечью продолжал говорить Товарищ Директор, глядя на покачивающееся тело. – Ну вот что тебе не хватало, а?

– Погодите-ка, – Тигран нахмурился и подошел ближе. – Что это на нем за свитер? Он же постоянно разгуливал или в футболках сомнительной свежести, или вообще без ничего выше пояса.

– Траурный наряд? – предположил Товарищ Директор.

Тигран протянул руку, взялся за темную ткань и задрал край свитера. На правом боку Набалдашника обнаружился обширный ожог необычной полукруглой формы.

– След от спецфонаря, – прошептал Тигран. – Я обжег Тень, когда охотился за ней. Возможно, темный свитер понадобился, чтобы скрыть рану.

– Получается, Шаман нам не соврал?

– Получается так, – безжизненно ответил Тигран и опустил свитер. – Вот почему Набалдашник никогда не мог встретиться с Тенью. Он и был Тенью.

– Дай-ка клинок, – сказал Товарищ Директор и требовательно протянул лапу. Тигран молча нагнулся, вытащил оружие из ножен и плавным движением вложил его в раскрытую чешуйчатую ладонь.

Товарищ Директор крепко сжал кисть, взмахнул клинком и одним росчерком перерезал веревку. Тело Набалдашника беззвучно шмякнулось на грязный пол. Его голова дернулась назад, и Тигран вздрогнул от неожиданности – настолько это посмертное движение было похоже на привычный жест ироничного, жизнерадостного Набалдашника.

– Он был моей правой рукой, – сказал Товарищ Директор, опустив руку с клинком и пристально глядя в остекленевшие глаза бывшего главного патрульного. – А значит, мы похороним его со всеми почестями. Как героя. Вместе с Иглой. Никто не должен знать о его предательстве. И ты обязан хранить молчание, Мясник.

Тигран склонил голову в знак согласия.

– Теперь место главного патрульного свободно, – продолжил Товарищ Директор после короткой паузы. – Скажу без ненужного пафоса. Ты не единожды доказал свой профессионализм и верность общему делу. Поэтому я предлагаю занять тебе эту должность и взять в свои руки вопрос безопасности Города. Что скажешь?

Тигран поднял голову и посмотрел прямо в ярко-желтые глаза Товарища Директора. Даже при первой встрече разница в росте была существенной, теперь же от этого движения у Тиграна даже слегка заныла шея. Тем не менее он не отвел взгляд.

– Прежде, чем я скажу свое решение, – сказал он, почувствовав, как внутри все дрожит от волнения, – мне требуется получить ответы на кое-какие вопросы.

По лицу Товарища Директора скользнула гримаса изумления.

– А ты не перестаешь удивлять, Мясник, – ответил он с легкой примесью раздражения. – Иные приняли бы мое предложение впереди собственного визга. Ну что ж, у тебя есть неплохой кредит доверия, поэтому валяй, спрашивай.

– Это касается Безумца, – сказал Тигран, моментально заметив, как предсказуемо вспыхнули гневом глаза Товарища Директора. – Я был в его комнате. Многие видел. И долго размышлял над тем, а в каком же ином безопасном месте мог укрыться Безумец? Ведь я, надо признать, за эти дни облазил Яму сверху донизу. Был и в краю, и в приграничье, и возле Бездны, и почти в каждом квартале Города. И могу с уверенностью сказать, резиденция – самое надежное место в Яме. В конце концов, вы могли бы поселить его у себя в кабинете. Но нет. Что остается? Лес? Очень вряд ли, учитывая вражду с Харцем.

Тигран глубоко вздохнул, переводя дух, и заметил, что Товарищ Директор слушает его с неподдельным интересом.

– В комнате Безумца, – продолжил он, – полно упаковок с пластилином, из которого он лепит свои поделки. На каждой из упаковок есть дата изготовления. Удивительно, но, просмотрев все упаковки, я заметил, что даты отличаются друг от друга примерно на месяц-другой. Пластилин изготовлен в Ярославле, что исключает его поступление в Яму из Бездны. И выходит, что каким-то немыслимым образом в Яму налажены регулярные поставки пластилина из внешнего мира. А теперь, если хорошенько поразмыслить над этой и предыдущей задачками, то напрашивается только один ответ.

Губы Тиграна тронула легкая улыбка, когда он заметил, как сощурился Товарищ Директор.

– Безумец, кем бы он ни был, умеет путешествовать между мирами. Безопасное место, где он укрылся – это настоящий Лесноградск. И, когда он в следующий раз придет сюда, то принесет с собой пластилин, а так же кучу всяких вещей, необходимых Городу. Именно поэтому он так ценен. Если с ним что-то случится, Город потеряет возможность получать жизненно важные ресурсы, например, лекарства, на отсутствие которых постоянно жаловалась Игла. А больше всего в этой истории меня интересует то, что из Ямы есть выход, раз Безумец его нашел. Может, этот выход в его комнате, за дверью с табличкой, как бы это парадоксально не звучало, «Выхода нет»?

На этом месте Товарищ Директор неожиданно запрокинул голову и хрипло рассмеялся. Когда зычные раскаты смеха стихли, он с широкой улыбкой посмотрел на Тиграна, и тот с удивлением заметил в его взгляды легкие проблески жалости.

– Я не ошибся в тебе, Мясник, – сказал Товарищ Директор. – Ты крепкий профессионал и, конечно же, все высчитал правильно. Да я и не собирался скрывать от тебя эту тайну теперь, когда ты почти стал главным патрульным. Все верно, Безумец действительно умеет ходить между мирами. Да, действительно, он помогает доставлять в Город все необходимое. Разумеется, именно поэтому он настолько ценен для меня. Ты ошибся лишь в одном.

Товарищ Директор наклонился, приблизив в Тиграну чешуйчатое лицо.

– Никто никогда не смог покинуть Яму, кроме Безумца. Его талант – уникален. Ты не поверишь, сколько мы поставили экспериментов, чтобы пройти вслед за ним обратно в Лесноградск. Сколько надежд скольких людей разбились о бесплодные попытки найти выход из Ямы. Впрочем, если ты считаешь, что я говорю не всю правду, у тебя будет возможность лично пообщаться с Безумцем и попробовать самому.

– У меня нет причин вам не верить, – ответил Тигран, с горечью ощущая, как робкий проблеск надежды на возвращение был тут же уничтожен суровым, но честным ответом Товарища Директора. – Но я еще не закончил.

– Тогда продолжай, – сказал Товарищ Директор, выпрямившись и облокотившись на стену.

– Когда я впервые встретил Безумца в резиденции, он меня узнал. Откуда? До этого мы с ним никогда не виделись. Можно, конечно, списать все на плод его больной фантазии. А можно сделать и более логичное объяснение. Например, такое, что в необходимые для Города поставки входят не только жизненно важные предметы. Но и требующиеся для текущей ситуации специалисты, которых Безумец протаскивает в Яму, словно мешок с ценными припасами. Скажем – инженеры, врачи, или… – Тигран сделал небольшую паузу, не сводя взгляда с Товарища Директора. – Или отставные контрразведчики, с хорошим боевым опытом. К сожалению, у меня есть такой опыт. И кто-то в Лесноградске, с кем вы, скорее всего, держите связь через того же Безумца, придумал эту идиотскую историю с птичьим гриппом, заманил в больницу, а там ваш сообщник поставил мне парализующий укол под видом прививки. Ну а Безумец доставил сюда. Уверен, что я не первая жертва этой схемы, не так ли?

Товарищ Директор молчал, пристально глядя на Тиграна.

– Вы похищаете людей, Товарищ Директор, – тяжеловесно сказал тот. – И занимаетесь этим очень давно.

– Давай расставим все точки над И, Мясник, – спокойно ответил Товарищ Директор, которого, казалось, не чуть не тронули жесткие обвинения собеседника. – В Яме проживает около трехсот человек. Большинство из них попали сюда случайно, из-за природной аномалии, вызванной Бездной. По моим наблюдениям, эта аномалия постоянно расширяется, делая нестабильной не только территорию Лесноградска, но и ближайших пригородных зон. Иными словами, к нам постоянно попадают ни в чем не повинные люди. Совсем не готовые к тому, что их тут ждет. И нам надо как-то включать их в обыденную жизнь. Организовывать производство и доставку нужных предметов. Воевать с этим ублюдком Харцем, и еще много всего. А для этого необходимо больше людей. Да, и ты опять все верно подметил. Безумец помогает нам в этом. Есть те, занимается отбором, и почти всегда наш выбор падает на отшибленных маргиналов – алкоголики, наркоманы, рецидивисты. И Лесноградску хорошо, и нам неплохое подспорье. Но ты прав – иногда случается так, что нам позарез нужен хороший специалист в определенной области. И тогда моим… хм… подопечным в Лесноградске поступает специальный заказ. Ничего личного, Мясник. Ты просто подошел под нужные параметры. Можно долго рассуждать об аморальности подобного, но у меня тут несколько сот человек, которые хотят жить. Ради них я иду на это преступление. Вот такой будет мой ответ. Теперь решай сам. Если откажешься от должности, я все пойму. Поселишься в отдельном домике за пределами резиденции, выберешь себе занятия по душе. Но тогда, возможно, – и лицо Товарища Директора сделалось каменным, – мне придется найти кого-то еще из внешнего мира, для выполнения функций главного патрульного.

Тигран отвернулся, пытаясь сдержать подступившие слезы. Он до последнего надеялся, что ошибся в своих расчетах.

Прошло несколько минут. Товарищ Директор терпеливо ждал, едва слышно цокая когтями по подоконнику. Наконец Тигран глубоко вздохнул и поднял голову.

– Я дам список людей из Лесноградска, – глухо ответил он, – которых нельзя трогать ни при каких обстоятельствах. В первую очередь, это – члены моей семьи и мои друзья.

– Ты же понимаешь, Мясник, – бесстрастно ответил Товарищ Директор, – что, в случае чего, твой список станет обоюдоострым?

– Отлично понимаю.

– Тогда по рукам, – сказал Товарищ Директор и протянул когтистую лапу. Тигран крепко пожал ее после секундного колебания.

– Что будет с Шаманом? – спросил он, безучастно глядя в серое безжизненное окно. – Его ждет допрос, как и Мима?

– Ты не представляешь, Мясник, – кулаки Товарища Директора крепко сжались, – до какой степени я хочу раздавить этого гнуса. Но Городу требуется передышка. Противостояние с Лесом забирает очень много ресурсов, как людских, так и материальных. Одни только диверсии Тени чего стоили! Шаман нужен Харцу, а это значит, что мне придется вступить в переговоры. Очень долгие, сложные переговоры. И выторговать для Города максимально выгодные условия.

– Вы хотите заключить перемирие?

– Перемирие у нас якобы идет прямо сейчас, что, как видишь, вовсе не мешает Харцу устраивать всевозможные пакости. Нет, я хочу заключить Договор, с понятными и жесткими условиями. Который даст нам возможность хоть как-то существовать бок о бок с Лесом.

– Что ж, – Тигран пожал плечами, – искренне желаю удачи в этом. Я всегда был слаб в политике.

– Я тоже, – хмыкнул Товарищ Директор и шагнул к двери. – Пойдем, Мясник. Нас ждут дела. Много, очень много дел.