Читать книгу: «Код 187: Я»

Предупреждение

Любые совпадения имён, событий и обстоятельств с реальными людьми или организациями случайны и непреднамеренны.Данное произведение является художественным вымыслом.

Возрастное ограничение: 18+.Книга содержит сцены насилия и психологического давления, предназначена только для совершеннолетних читателей.

Автор не пропагандирует насилие, жестокость, противоправные действия или суицид. Все описанные события служат исключительно художественным целям.

Введение

Ночь – лучший свидетель. Она хранит тайны, прячет следы и стирает грань между правдой и ложью. В темноте каждый шаг звучит громче, чем удар сердца, а каждый вдох напоминает о том, что ты всё ещё жив – хотя, может быть, и зря. Его звали просто: офицер, следователь, коллега. Для кого-то – пример для подражания, для других – надоедливый педант, который слишком часто вглядывается в глаза собеседника, словно ищет в них что-то большее, чем простые слова. Он жил двумя жизнями. Днём – расследовал преступления, писал отчёты, говорил правильные фразы и кивал в нужные моменты. Ночью – переставал быть человеком. Улицы города превращались для него в охотничьи угодья, а люди – в мишени. Он не убивал ради денег или мести. Его влекло другое: момент, когда жертва понимает, что выхода нет. В этот миг он чувствовал себя богом. Полиция уже искала его. Газеты писали о серийном убийце, о чудовище, которое гуляет среди них. Коллеги спорили, строили версии, обсуждали детали. Никто не догадывался, что монстр сидит рядом с ними в одном кабинете, пьёт тот же дешёвый кофе и делает вид, что устал от бессонных ночей. Он охотился и за собой. Каждое новое убийство было вызовом, каждой жертвой он проверял, сможет ли снова уйти от следствия. Это была игра с зеркалом: он – следователь и он же – преступник. Но сколько ещё продолжится эта игра? И кто первый обнаружит правду – они или он сам?

Глава 1. Обычный рабочий день

Утро начиналось, как всегда, с запаха дешёвого табака в прокуренном коридоре отдела и скрежета металлических дверей, которые давно не закрывались плотно. Флуоресцентные лампы моргали, будто колебались – остаться ли им светом или окончательно умереть. Он вошёл в кабинет, повесил китель на спинку стула и бросил на стол папку с новыми протоколами. Коллеги шутили, смеялись, обсуждали вчерашний футбольный матч. Для них всё было просто: работа, семья, вечерние сериалы. Для него – всё это было декорацией. Он смотрел на их лица и ловил себя на мысли: слишком живые, слишком беспечные. Сколько времени уйдёт, чтобы стереть эту беспечность с одного из них? Мысль вспыхнула и так же быстро исчезла. Он умел держать себя в руках. Умел ждать. На доске объявлений висела фотография девушки – вчерашняя находка. Двадцать два года, студентка. Её тело нашли на пустыре за гаражами. Лицо обезображено, руки связаны. Подпись под фотографией: «Неизвестный серийный убийца. Возможные жертвы». В углу доски торчала бумажка – набросок профиля преступника. Холодный, расчетливый, не оставляет лишних улик. Он невольно усмехнулся: описание звучало как характеристика его собственной службы. – Ну что, – сказал напарник, хлопнув его по плечу, – пойдём, посмотрим место. Может, хоть на этот раз найдем что-то толковое. Он кивнул. Машина завелась с пол-оборота, и они поехали туда, где лежала его последняя жертва. Он знал каждый метр этого пустыря, каждый куст, каждую выбоину в земле. Он был там ночью, и теперь возвращался днём – как следователь. В голове возникал странный диссонанс: воспоминания о её крике и холодный утренний свет, в котором всё выглядело почти обыденно. Словно смерть здесь была частью пейзажа. Коллеги ходили по кругу, отмечали следы, фотографировали землю. Он наклонился, будто что-то заметил, и указал на обрывок ткани. Все кинулись к находке, а он тем временем смотрел на собственные следы обуви, которые уже давно затоптали оперативники. Его работа была безупречна. Пока что. Но внутри зародилось странное ощущение: в этот раз он оставил нечто большее, чем хотел. Что-то, что могло привести их прямо к нему.

Глава 2. Первое преступление

Труп лежал в морге, освещённый холодными лампами. Белая кожа казалась почти прозрачной, будто девушка была сделана из воска. Врач аккуратно снимал перчатки и коротко бросил: «Сдавливание шеи, множественные повреждения лица. Работал методично, уверенно. Ни единого случайного удара». Слова врача звучали сухо, как отчёт. Для него это было рутинное дело. Но не для всех. Коллеги переговаривались у двери, строили версии. Кто-то шутил, что «снова дело для газетчиков», кто-то мрачно кивал, понимая: такие убийства просто так не прекращаются. Он стоял ближе всех. Смотрел на её лицо, теперь уже лишённое страха. Только он один знал, какой была её последняя минута. Как глаза метались в темноте, как губы шептали бессвязные слова, как дрожали пальцы, цепляясь за воздух. Он вспомнил её запах, вкус её страха – и понял, что ощущает почти физическое удовольствие от того, что коллеги видят только оболочку, а он – всю картину. «Что скажешь?» – спросил напарник, заметив, что он слишком долго молчит. Он чуть приподнял брови и спокойно ответил: «Работа профессионала. Он контролирует каждое движение. Ошибок пока нет. Но все ошибаются. Вопрос только – когда». Сказав это, он сам едва заметно улыбнулся. Слова были правдой. Вопрос только в том, когда ошибётся он. После морга они направились к родителям девушки. Маленькая квартира на окраине встретила их запахом старой мебели и горечью слёз. Мать сидела, сжимая в руках фотографию дочери, отец молча курил у окна. В комнате повисло напряжение, как перед грозой. «Мы сделаем всё возможное, чтобы найти убийцу», – произнёс он привычной успокаивающей интонацией. И снова улыбнулся внутри себя: фраза звучала слишком буквально. На улице пошёл дождь. Он стоял под козырьком подъезда и слушал, как капли стучат по асфальту. Влажный воздух приносил странное облегчение. Он думал о том, что эта смерть – только начало. Что его собственная игра теперь стала частью официального расследования. И что рано или поздно ему придётся охотиться не только на жертв, но и на самого себя.