очень рад встрече с новыми героями моего любимого автора. Исправляюсь. Замечательная книга, в которую я «вцепилась сознанием». Замечательная книга.
мир не черно-белый ). книга замечательная. Но единственное напрягает персонаж Анна,она иногда ну разумная не по годам, но иногда, простите, дура дура со своим темпераментом. Это книга для женского пола, да.
Еще один рассказ о том, как люди переживают поражение в войне, на этой раз главные герои - мирные жители, вынужденные начинать все сначала. В первой части романа автор показывает нам жизнь маленького немецкого городка, куда вот-вот должны вступить советские танки. И первое, что отличает эту книгу от многих других – солдаты противника не изображены грабителями-насильниками, более того, они в целом держатся достаточно нейтрально-отстраненно, а жена главного героя не только рискнула выйти в одиночку из дома в такое неспокойное время, но и обратиться за помощью к одному из военных. Но, несмотря на то, что доктор Долль и его семья воспринимают завоевателей как освободителей и радостно ожидают окончания фашистской диктатуры, в их городе они скорее исключение. Большинство местных жителей поспешно прячет свое добро или же собирается бежать в лес, хотя есть и те, кто эвакуируется с отходящими войсками и даже, не выдержав давящего страха и неопределенности, выбирают вариант расстаться жизнью.
Вероятно, фрау Долль последней видела аптекаря и его семейство в живых: через пару часов он дал яд жене и ребенку и отравился сам, безо всякой ясной цели и причины — в последний момент сдали истрепанные нервы. Сколько они вынесли за эти годы — и теперь, когда наконец-то появилась надежда на лучшее или, во всяком случае, уже точно не стоило опасаться худшего, они не выдержали неопределенности даже самого краткого ожидания.
Ганс Фаллада описывает, как на смену оптимизму и предвкушению перемен к лучшему, для доктора Долля приходят тяжелые времена. Может показаться, что ему повезло – он был выбран бургомистром, но столь хлопотливая должность, необходимость обеспечивать требуемым раненных и беженцев, а также «выбивать» спрятанные припасы у своих соотечественников, сталкиваться с откровенным обманом и махровым эгоизмом сильно подрывает душевное здоровье Долля. Герой испытывает разочарование в немцах, ведь, несмотря на смену режима, люди остались такими же и, хоть у персонажа нет больше сил на ненависть к фашистам, окружающие вызывают отвращение. Да и чувство вины и стыда мучает его, ведь он принадлежит к тому народу, чье имя стало ругательством для мирового сообщества, кто несет ответственность за столько смертей и разрушений.
Русские имели полное право смотреть на него как на мелкое, злобное, презренное животное — на этого нелепого типа с его неуклюжими попытками подольститься. Как будто приветливой улыбкой и плохо понятым русским словом можно враз перечеркнуть все то, что натворили немцы по всему миру за последние двенадцать лет! Он, Долль, тоже немец, и он понимал, по крайней мере в теории, что с тех пор, как нацисты пришли к власти, с тех пор, как они стали преследовать евреев, слово «немец», изрядно замаранное еще в Первую мировую войну, с каждой неделей, с каждым месяцем теряло звучание и престиж! Как часто он говорил сам себе: «Никогда нам этого не простят!» Или: «За все за это нам рано или поздно придется расплачиваться!» И хотя он отлично все это знал, знал, что слово «немец» во всем мире давно стало ругательством, — он сделал то, что сделал, в нелепой надежде, что русские гости поймут: существуют и «приличные немцы».
Долль смирился с тем, что, вероятно, не доживет до того дня, когда слово «немцы» очистится от скверны в глазах остального мира, что, возможно, его детям и внукам еще придется влачить бремя бесчестия отцов. Иллюзия, что хватит одного слова, одного взгляда — и другие народы сразу поймут, что не все немцы одинаково повинны в произошедшем, — эта иллюзия тоже развеялась. И это чувство беспомощного стыда, которое часто сменялось затяжными приступами тяжелой апатии, не ослабевало с течением месяцев — нет, оно только усиливалось, и этому способствовали сотни разных мелочей. Позже, когда в Нюрнберге начался процесс против военных преступников, когда были обнародованы тысячи ужасающих подробностей и стал ясен чудовищный размах немецких преступлений, — все его существо противилось узнанному: он не желал больше ничего знать, не желал увязать еще глубже в этой трясине. Нет! — одергивал он сам себя. Этого я не знал! Что все настолько ужасно, не подозревал! Моей вины тут нет! Врешь! — говорил он сам себе. Я видел, как начинались гонения на евреев. Впоследствии мне часто приходилось слышать, как обращаются с русскими военнопленными. Может, в глубине души я и негодовал, но я палец о палец не ударил, чтобы этому помешать. И если бы все, что я сегодня знаю о немецких зверствах, я знал и тогда — вполне вероятно, что я бы все равно сидел сложа руки, бурля беззубой ненавистью… Доллю пришлось проделать большую внутреннюю работу, чтобы признать: он тоже грешен, тоже виновен и, будучи немцем, не имеет больше права на равенство с другими народами. Его будут презирать, и он это презрение заслужил.
Бургомистр Долль остолбенел, потрясенный этим бесстыдным, чудовищным эгоизмом человека, который был совершенно равнодушен к страданиям других — лишь бы самому не страдать. И ему вспомнился недавний разговор с адъютантом коменданта. Адъютант рассказывал, что простые солдаты Красной армии долго думали, будто немцы живут так же, как их собственный народ: что война разорила их до крайности, что они чуть ли не умирают с голоду… Они не видели другого объяснения, почему немцы так безжалостно разоряли их родину. Но по мере наступления, очутившись на немецкой земле, они все увидели собственными глазами: деревни, богатые и благоустроенные, каких у них на родине не осталось, хлева, в которых теснился откормленный скот, здоровое, сытое сельское население. И в крепких каменных домах этих крестьян они обнаружили не только огромные радиоприемники, холодильники, всяческие удобства — нет, среди всего этого великолепия нашлись самые простенькие, дешевенькие швейные машинки из Москвы, пестрые платки с Украины, иконы из русских церквей — сплошь награбленное, наворованное добро. Зажиточные хозяева отнимали последнее у бедняков. И тогда в солдатах Красной армии вспыхнула ненависть и глубокое презрение к этому народу, который не ведал стыда, не желал обуздывать свою алчность, стремился все захапать, все загрести под себя — и пусть остальные пропадают.
Типичный представитель этого народа стоял сейчас перед бургомистром. Удивляться было нечему: в конечном итоге им было совершенно все равно, кого обречь на гибель — русских или немцев. Они не чувствовали никакой общности со своим народом, хотя эта самая общность возводилась в один из основных принципов их партии. Из всего они хотели извлечь выгоду, на всем нажиться, и не важно, сколько тысяч людей придется загубить.
Он вспоминал, как люди крали друг у друга лошадей из стойла, птицу, с большим трудом откормленных кроликов, как они проникали на соседские огороды, выдергивали из земли овощи и рвали с деревьев недоспелые плоды, ломая при этом плодоносящие ветки — не для какой-то своей пользы, а просто чтобы напакостить ближнему. Словно выпустили на волю орду сумасшедших, которые, руководствуясь своими безумными хотениями, творили что в голову взбредет. Он знал, как они доносят друг на друга, как бросаются бессмысленными, лживыми обвинениями, рассыпающимися при первой же проверке и придуманными просто по злобе, чтобы нагнать на соседей страху — пускай боятся! Немцы против немцев!..
Вторая часть книги рассказывает читателям о том, как, покинув недоброжелательный городок, герои пытаются вернуть свою квартиру в Берлине, хотя сделать это оказывается непросто. За время их отсутствия в ней уже поселили иных жильцов, а без квартиры нет и карточек на питание, так что супруги Долль оказываются в весьма трагичной ситуации. Сложности с проживанием, предательство друзей, да и обострившаяся болезнь жены – все это приводит душевно надломленных супругов на край пропасти, они предпочитают забыться с помощью морфия и таблеток, проводя в таком полусознательном состоянии множество дней. Вместе с героем мы побываем в психиатрической клинике, где уже не первый раз лечится доктор Долль, в кабинетах чиновников, редактора, а так же издателей, ведь главный герой - известный писатель, который надеется заработать себе на жизнь новыми работами.
Данное произведение я поначалу хотела оценить на 5, так как тут поднимаются важные проблемы, а авторский стиль мне нравится уже давно. Но все же ожидаемый мною роман о жизни после войны «маленького человека» постепенно сменяется на историю о привилегированном писателе, на примере которого сложно сделать вывод о жизни обычного немца. Герои в наркотическом угаре забывают о наличии двух детей, о необходимости искать пропитание и работу, но при этом их финансовые проблемы легко решаются, ведь можно продать ценности или же получить аванс и поддержку от издательства. К тому же Фаллада словно повторяется, что, конечно, логично, потому что излечиться от зависимости очень сложно, тем более при такой доступности лекарств, но все же от сюжета хотелось каких-то иных подробностей, особенно о том, как можно было наладить жизнь в те сложные времена, а не историю, как герои вновь и вновь наступают на одни и те же грабли, так что, на мой взгляд, последняя глава была лишней.
Но я в любом случае рекомендую эту книгу любителям исторической литературы, ведь тут много интересных деталей о жизни послевоенной Германии.
Жизнь продолжается, и они преодолеют все трудности, раз уж им посчастливилось столько пережить — и выжить. Жизнь всегда продолжается, даже среди руин. Руины не важны — важна только жизнь. Жизнь — это когда в центре города, среди искореженных камней, пробивается травинка. Жизни нет конца. И возможно, люди даже вынесут какие-то уроки. Вынесут уроки из собственных страданий, слез, крови. Одни будут учиться с неохотой, другие — с опаской, третьи — с воодушевлением. Но в конце концов все поймут, что теперь жизнь неизбежно пойдет по-другому — даже мыслить придется иначе…
Мне нравится как пишет Ханс Фаллада, что я отмечала в уже прочитанных ранее книгах. И за эту книгу взялась с большим интересом, но получила немного не то , что ожидала. Да, автор описывает жизнь Германии сразу после войны и есть много страниц , которые было очень любопытно и познавательно читать, про быт , про настроения немцев и конечно порадовало, как описано время, когда с опаской встречали немцы приход советских войск(некоторые просто не выдерживали этого и просто заканчивали жизнь самоубийством) и как советские солдаты вели себя в то время. Все повествование в книге ведется от имени писателя по фамилии Долль и его жены .Они вначале находится в небольшом городке и Доллю будет предложено даже будет какое то время поработать бургомистром , пытаться наладить работу и быт немцев после войны . Но он не выдерживает нагрузки, не понимает действий немцев, которые идут против таких же своих немцев и прячут от государства припасы, в то время как вокруг голод и разруха. Они больные с женой уезжают в Берлин в надежде найти свой дом целым. И тут конечно отношение к героям становится не таким как раньше. Да, читать про то, что им пришлось при переезде перенести конечно тяжело, но они просто напросто не выдерживают и уходят от реальности с помощью таблеток и наркотиков. Герой все время умом понимает, что так неправильно, испытывает стыд , что немцы теперь ругательное слово видит и понимает всю неправильность того что натворили фашисты, но просто ничего не делает, а скрывается от всего этого в забытьи , в больнице, в то время как другие трудятся, восстанавливают город. И даже когда ему потом выпадет шанс все исправить, когда ему подадут руку помощи, когда есть возможность вернуться к любимому делу писательству- все это продолжается недолго, и опять наркотический угар победит. Есть конечно очень страшные моменты когда читаешь о том, что выносили простые люди во время войны и после и хотелось бы читать больше именно об этом и о том как справлялись с трудностями немцы .Но книга , как я поняла в чем то автобиографичная и автор показал , что было и такое- люди просто потеряли себя . Я не посмотрела, что в этом издании есть еще и отрывок из другого романа писателя(зачем?), пришлось его начать, тем более мне хочется почитать и его и другие романы Фаллады, они у меня в више. Так что раз начало этого нового произведение прочитано, скоро будет прочитан и весь, но об этом потом.
Жуткие реалии побежденной послевоенной Германии, где человек человеку волк, сосед стучит на соседа, все тащат из разбомбленных, сгоревших, брошенных домов всё, что не приколочено, и кажется, будто в людях не осталось уже ничего человеческого. Люди охвачены страхом и стыдом, преступления нацизма обнародованы, после краха режима в стране нет денег, еды, работы, у многих и крова.
Роман отчасти автобиографичен - сам Фаллада тоже служил бургомистром маленького городка в советской зоне, тоже писал книги, тоже при Гитлере оказался в когорте тех, кого не печатали, тоже употреблял наркотики и алкоголь и неоднократно лечился, тоже женился на молодой. Его герой, доктор Долль - классический рефлексирующий интеллигент под пятьдесят, который от ужасов окружающего мира спасается на дне стакана и на кончике иглы. Его жене Альме всего двадцать четыре, но она сидит на морфии, которого в больницах после войны в избытке, довольно плотно. Долль сожалеет о том, что ему не хватает мужества покончить с собой, и поэтому он выбирает медленное саморазрушение.
Что представляет собой наивысшую ценность книги - она была написана в 1946 году по горячим следам и свежим воспоминаниям, когда память еще не была вытравлена и все знали, кто на самом деле нанес нацизму сокрушительное поражение. Фаллада не наш современник, который пишет, основываясь на документах и своей фантазии, не зная, что тогда на самом деле чувствовали люди и чем они жили. Он сам видел это все своими глазами и жил внутри этого общества, и неудивительно, что его книги спустя семьдесят лет всплыли из забвения и стали европейскими бестселлерами уже в двадцать первом веке.
В русском издании 368 страниц, но роман из них занимает 262, последняя треть книги - это ознакомительный отрывок из романа "Маленький человек".
В 1947 году, после всего случившегося, после всех слушаний отчётов Нюрнбергского процесса написал свою нелёгкую книгу Ганс Фаллада. Написал о Германии сразу после наступления конца Второй мировой войны. Разрушенный мир, разрушенная страна, разрушенные люди. О маленьком человеке Долле, который наконец дождался окончания нацистского гнёта. О немце, осознающем, как глубока и отчаянна вина его народа, ощущающем себя на дне страшной воронки, в пропасти, в которую упал он вместе со всем миром, в частности и по его, Долля, вине. Не смог, недостаточно сопротивлялся, допустил.
Как, как перестать бежать от действительности, как сжиться со страхом, терзающим до сих пор, и днём и ночью? Страхом никогда не заслужить прощения, никогда не вернуться к нормальной жизни, страхом навсегда остаться на дне той огромной воронки, никогда не испытать заново чувство любви. К людям, к жизни, к стране.
Но больше не рвутся снаряды, не взрываются бомбы, и нужно подниматься, отряхиваться и строить жизнь на руинах старой жизни. Разгребать завалы, налаживать быт, работать и зарабатывать. Учиться жить в новом, изменившемся мире, в мире, где придётся иначе жить и иначе мыслить.
Стыдно, страшно, несправедливо, больно, обидно. Будущее туманно, но есть работа, сделаны первые шаги, а значит, есть надежда.
Он здоров, он хочет работать, он верит в будущее. А ведь невозможно верить в собственное будущее, если не веришь в будущее своих близких, знакомых, всего народа, если не думаешь о человечестве. Он верит, что они выстоят, что Европа поднимется из пепла, потому что верит, что поднимется сам.
Если быть совсем честной, то моя рецензия посвящена вовсе не книге «Кошмар в Берлине», а книге «Удушье» (Der Alpdruck), как эта история и названа автором. Кошмар в Берлине был в 1944-1945 гг., в 1946 г. – это уже состояние давящего удушья. Само слово «кошмар» или “nightmare” связано с мифологией многих индоевропейских народов, поскольку «мар», «мара» – это демон-душитель или гоблин, приходящий к спящему человеку, усаживающийся ему на грудь и вызывающий «тяжкое чувство страха». Der Alb/Der Alp – как раз то самое существо. Der Alpdruck – давящее, угнетённое, удушливое состояние. Этот образ гораздо лучше передаёт смысл и содержание книги, чем взятый из головы вариант перевода, которое приняли в издательстве (вслед за английским переводом, я полагаю), тем более что действие половины книги происходит вовсе не в Берлине.
В случае с этой историей снова приходится говорить об ожиданиях, о том, что они не оправдались и книга оказалась совсем другой. Я обычно ожидаю от книг сильно лучшего, чем то, что они из себя представляют на самом деле, однако в данном случае книга просто другая. Совсем другая.
Главный герой истории – доктор Долль, писатель и интеллектуал, который в 1944 г. вместе с молодой (второй) женой и её ребёнком от первого брака уезжает из Берлина в провинцию, где в 1945 г. они встречают победоносную Красную Армию. В этот период Долль довольно деятелен, по стечению обстоятельств он даже занимает управленческий пост и активно решает проблемы с бывшими нацистами, с голодными детьми, с простыми немцами, которые потеряли всё, в то время как само слово немец «во всём мире давно превратилась в ругательство». После они с женой возвращаются в Берлин, в полуразрушенную квартиру, право собственности на которую они доказать не могут, без продуктовых карточек и, самое главное, без желания жить и строить свою жизнь «после».
Эта книга не разложит по полочкам менталитет современных немцев, выкованный в 1940-е гг. и до сих пор определяющий страхи и чаяния миллионов людей в ФРГ. Эта книга не совсем даже о немцах. Она о самом Фалладе. В ней слишком много автобиографических черт, мысли, проблемы, страхи Долля – это мысли и страхи самого автора. Один давний знакомый спрашивает Долля, работает ли он над новой книгой.
«А как насчёт планов на будущее? – Никак. … Но меня не отпускает чувство, что после такой катастрофы – я имею в виду катастрофу не только нашу общую, но и мою личную – нужно начать всё сызнова, по-другому.»
Это дневник, отчаянный крик души, сломанной и разбитой, пережившей и перенёсшей то, что у неё не было сил вынести. Без этого дневника, без того, чтобы выплеснуть своё отчаяние, вырваться из удушья и получить возможность вновь вдохнуть, было невозможно жить дальше. При этом причины, вызвавшие роман, определяют и его недостатки: разорванность и некая примитивность развития сюжета и композиции, яркими чертами обладают второстепенные персонаже (но точно не главные), с художественной стороны история слабовата, тяжела для читателя. Про это можно говорить, если рассуждать о книге с точки зрения литературы. Но в данном случае гораздо важнее говорить о ней с точки зрения жизни. И немного – истории.
Долль противопоставляет себя народу.
«Пока он, ничего не делая и только жалея себя, прозябал в лечебнице из милости, потому лишь, что и прежде здесь лечился, народ работал в поте лица. Разбирал противотанковые заграждения и уличные завалы, перекрывал крыши и утеплял к зиме жилища. Раскапывал полусожжённые станки и приводил их в рабочее состояние. Голодал, замерзал, чинил железнодорожные пути, под ледяным октябрьским дождём копал картошку и бесконечными вереницами тащился по дорогам, довольствуясь самым малым.»
В лице Долля Фаллада признаёт свою слабость, не гордится ею и не стыдится, потому что он не мог иначе. Это, в некотором смысле, нередко удел интеллигентов и интеллектуалов – всё понимать, мучиться, не иметь достаточной силы (физической и душевной) для акта самоубийства или для попытки начать всё сначала. Но можно ли его винить в такой слабости? Ему хватило духу в ней признаться.
«Немецкая нация» в романе делится на простых трудолюбивых людей, к которым относится матушка Трюллер, всё ждущая и ждущая возвращения сына, а также на гнусных приспешников нацистов, которые только и делают, что думают о собственной выгоде (как Цахес и Шульциха). Читатель мало узнаёт о внутреннем мире этих людей, хотя и они переживали состояние удушья, как и Долль.
В конечном счёте, эта книга не даёт исчерпывающего представления читателю о послевоенной Германии и о мыслях и чувствах немцев, как не исчерпывает она и творчество Фаллады. Я рада, что Синдбад продолжает издавать его творческое наследие, в том числе недавно вышла книга «Каждый умирает в одиночку», написанную в том же 1946 г., что и «Кошмар». Роман оставляет после себя несколько неприятное и гадкое чувство – главному герою тяжело симпатизировать, его малая приспособленность к решению сложных, но необходимых бытовых вопросов вызывает отторжение, и постоянно неясно – это герой совершает неправильные поступки, или весь мир окончательно сошёл с ума. Читателю, устроившемуся в кресле с книгой и чаем, сложно представить, что чувствовали читатели Фаллады в 1947 г. Вполне возможно, эта книга возникла и в качестве отповеди автора, позволившей ему двигаться дальше, и в качестве воззвания к читателям – они не одни, история их страданий не уникальна среди этой «стаи».
«У всех в наружности появилось что-то от нищих оборванцев, словно они враз скатились на много ступенек вниз по социальной лестнице, по каким-то причинам отказались от положения, на которое всю жизнь претендовали, и без стыда встали в один ряд с другими бесстыжими – вот так они выглядели; так они выглядели и раньше, но только наедине с самими собой, а теперь это было видно каждому. Им уже нечего было стесняться – этому народу, который нёс время поражения без какого бы то ни было достоинства, без тени величия.»
Ощущение потерянности и удушья, страх и апатия, разрушенные дома, потерянные близкие, одиночество и чувство вины (о котором, впрочем, в романе сказано мало), вязкий сон, возможный только после укола морфия – таков послевоенный Берлин.
Разруха не в клозетах, а в головах
Думаю, начать свою рецензию цитатой из нашей любимой классики, из довольно близкого по тематике (тоже смена режимов, разруха, смятение людей) произведения Булгакова "Собачье сердце" было бы емко и правильно. Действительно - для героев Фаллады вообще вопросы моральные, нравственные всегда выходят на передний план в сравнении с проблемами нехватки хлеба, бомбежек, нечистых простыней и др. военными обстоятельствами. В процессе чтения я не могла не сравнивать книгу с ее "предшественником" - с романом того же автора Один в Берлине , которые я бы окрестила своеобразной дилогией. Однако последняя из перечисленных, но первая по хронологии происходящего и времени написания все же показалась мне кардинально другой: более суровой, более пессимистичной, более... глубокой что ли. Ни в коем случае не хочу сказать, что "Кошмар в Берлине" мне не понравился - в противном случае я бы не поставила книге оценку 5) Но в сравнении с ранее прочитанным произведением того же Фаллады я не могу не сказать, что книга другая (думается, это самое удачное слово тут); она не лучше и не хуже, но если бы я не знала, что обе книги написал один автор, то никогда б не заподозрила такое! "Кошмар в Берлине", в общем-то, описывает злоключения всего лишь одной немецкой пары - уже почти пожилого серьезного и философствующего писателя доктора Долля и его молодой 24-летней жены Альмы, когда-то веселой и несколько легкомысленной женщины, но с разрухой, названной автором несколько метафорично "кошмаром в Берлине", радость уходит не только у детей и молодых девушек (про юношей не говорю - те как минимум 6 лет на разных фронтах Германии), а у всего немецкого народа - со стороны оккупационных армий немцы видят лишь унижение, пренебрежение, равнодушие почти с отвращением (впрочем, как добавляет сам главный герой и автор - добавлю и я - это отчасти заслуженные чувства). Особой событийности в романе нет - нам описывают бытовые, повседневные трудности побежденного народа на примере одной супружеской пары (кстати похожий мотив был еще в "Один в Берлине"), проблемы с продовольствием, отоплением и - как лейтмотив - проблема наркотиков. Наверно, это один из автобиографических вкраплений в книге, потому что и сам Фаллада в какое-то врем испытывал трудности с морфием. Чувство личной никчемности, собственной беспомощности в этом страшном мире, что так остро почувствовало все военное поколение во всех европейских странах, заставляет людей слабых или просто ищущих легкого пути сворачивать туда, где можно хоть на несколько часов забыться в угаре наркотика, не думать, не вспоминать, не мыслить... Книге я бы поставила твердую 5, хотя в сравнении с все тем же "Одним в Берлине" она мне понравилась несколько меньше: на мой взгляд, роман можно было бы удлинить страничек на 100 (некоторых подробностей мне не хватило), и, кроме того, меня несколько удивил финал - не разочаровал, а именно удивил:
Но роман к прочтению все же рекомендую - подкупает и приятный язык Фаллады, и его безжалостная честность по отношению к собственным героям и собственным же читателям. Он не заигрывает с нами, а просто водит по некому патологоанатомическому кабинету, не стесняясь ни своих личных ошибок, ни неприятных подробностей. Думаю, такая откровенность стоит хотя бы нескольких вечеров в обществе красноватого томика Фаллады!
Прекрасная книга. Читается на одном дыхании. Прекрасный перевод. Огромное спасибо за творческую работу переводчику, который сохранил особое настроение и стиль писателя. Здорово, что книга переведена на русский язык, значит, она станет доступна широкому кругу русскоязычного читателя, что очень ценно! Екатерина Киселева
Роман во многом автобиографичен, об этом я узнала уже после чтения.
Книга держала в напряжении всё время, настолько автор ярко показал послевоенную жизнь. Главными героями являются писатель Долль и его жена Альма. И вот через эту пару можно увидеть, что пришлось пережить мирным жителям Германии.
Долль не воевал, он был свидетелем того, что происходило. Сейчас его мучает совесть, что он просто смотрел на происходящее и он думает о том, что слово «немец» долго еще будет считаться ругательством, что их нация опозорена.
Когда приходят советские солдаты (какое счастье, что автор адекватно написал эти моменты), многие жители начинают какую-то борьбу между собой, вместо того, чтобы помогать друг другу, они подставляют друг друга, крадут друг у друга.
Большая часть романа происходит в Берлине, хотя вначале герои находятся в деревне. Там, где начинается часть о Берлине, еще более заставляла меня переживать. Ехать домой и не знать уцелела ли твоя квартира, не знать на что будешь дальше жить. Это книга не о сильных людях, возможно, поэтому этот роман многим не нравится. Но ведь слабые люди тоже есть, они существуют, автор и показывает полную деградацию таких людей.
Конечно, я не буду тут писать о сюжете, что придется пережить супругам. Мне было действительно больно об этом читать, как человек может стать жалким. Их полное равнодушие к чему-либо.
Поэтому решать вам читать или нет эту книгу. Лично мне очень понравилась. Да, мне было очень тяжело, в какой-то момент я даже не могла читать, следя за этой деградацией. Но я считаю, что автор сумел отлично передать все чувства и мысли этих героев. И какой хаос творился после войны. За это ему спасибо. И надежду автор на светлое будущее оставил, а это самое главное.
Начислим +10
Покупайте книги и получайте бонусы в Литрес, Читай-городе и Буквоеде.
Участвовать в бонусной программе
Отзывы на книгу «Кошмар в Берлине», страница 6, 111 отзывов