Читать книгу: «Рассказы о Чингизе»

Подарок

Старый человек, переставший ждать от жизни подарков, заметил за собой странную особенность. В последний период своей жизни он сначала перестал любить, а потом и вовсе стал бояться праздников. И как же ему не бояться этих праздников, если с каждым прожитым годом, прибавлялись не только годы, но и новые родственники, не говоря уже о друзьях. Много воды утекло с тех пор, когда появились невестки и зять, а вместе с ними и их семьи. Затем, родственники и друзья также плавно пошли на убыль: кто переселился в лучший мир, а кто просто уехал. Но проблема все равно осталась. Проблема подарков. Кямран, так зовут нашего героя, несмотря на призрачную пенсию, какое-то время пытался делать подарки своим близким. Хотя иногда эти символичные сувениры приобретали оттенок издевки. Кямран заметил это, хотя не сразу. Он случайно подслушал разговор своих невесток. Одна из них ревниво спросила, что же ей подарил свекор, и другая со смехом ответила:

– Как всегда, он дарит какую-нибудь ерунду. Ты знаешь: «просто и со вкусом». На этот раз он подарил мне рамочку для фотографий. Я даже подумала вставить в эту рамку фотографию его или «любимой свекрови». А, может, обоих сразу. Я думаю, им понравится.

– Да, я тебя понимаю. Только выбери ту, где они моложе. А то свекор разобидится на тебя. Ты разве не видишь, что он никогда не пройдет мимо зеркала, чтобы не полюбоваться на себя.

Кямран поспешил уйти, боясь услышать о себе нечто такое, после чего, он уже не сможет смотреть на своих молодых и, как ему казалось, заботливых невесток.

Совсем худо стало, когда родились внуки. Капризные девочки и мальчики, требующие внимания и обязательно ждущие подарка на каждый праздник. И если взрослые могли скрывать свое разочарование или вовсе делать вид, что их совершенно не волнуют такие мелочи, то дети с их искренностью и непосредственностью, требовали подарков. Они как будто стремились заранее взять реванш за будущую неизвестность. « Деда, а что у тебя в кармане, – спрашивал живой мальчик, пытаясь засунуть свою маленькую ручку деду в карман. – А где моя шоколадка?– девочка с длинными косичками подбегала к Кямрану и заглядывала ему в глаза.

Он никогда не забудет того дня, когда он не пришел на очередной день рождения своей взрослой дочери. Много позже он позвонил к ней, чтобы поинтересоваться, как она истолковала его отсутствие. После обычных расспросов о здоровье, он задал тот самый главный для него вопрос:

– А тебе не интересно, почему я не пришел на твой день рождения? Ты же не думаешь, что я мог его забыть!

– Нет, не думаю! Конечно, не думаю. Ты же не пришел в роддом в тот день, потому что родилась девочка, а не мальчик! Надо полагать, ты запомнил это число.

Кямран промолчал. По странной иронии судьбы, во втором браке у него родились два сына, а дочь вдруг стала единственной дочерью, которой ему так не хватало. Прошло очень много лет с тех пор, как он расстался с матерью своей дочери. Время от времени он занимался зряшным делом. Вел долгие воображаемые диалоги со взрослой дочерью. Ему никак не удавалось объяснить ей, что он любит ее и скучает.

– Ты колючая. Не хочешь понять меня, старого человека. Я не пришел потому, что у меня не было для тебя подарка, и мне было стыдно приходить к тебе с пустыми руками.

Дочь рассмеялась:

– Брось, Кямран, – она привыкла называть его по имени, – можно подумать, что ты обычно даришь мне бриллиант величиной с голубиное яйцо. Принес бы, как обычно, сладости детям и на том спасибо. Я же знаю, какая у тебя жизнь. Давай рассказывай, что у тебя происходит. Если хочешь, конечно. Некому тебе, бедному, рассказать о своем житье, кроме меня. Хотя народу вокруг много!

«Как ей удается задеть за самое больное место? Специально она это делает, или просто в наследство от бабушки достался язык, как бритва?» Кямран тут же вообразил, как она стала бы с ним говорить, если бы он и в самом деле мог подарить ей ценный подарок, о котором он когда-то мечтал. Ну что может очаровать женщину, любую женщину, даже дочь? Побрякушка золотая, лучше с камнями. Он бы сумел выбрать для нее такое украшение, чтобы подчеркнуть её женственность и утонченность. Дочь у него выросла с несгибаемым мужским характером, такой же долей, но при этом внешне она всегда производила впечатление хрупкой и нежной женщины.

Новый Год, праздник, ставший общим для многих людей, особенно раздражал Кямрана. Здесь нужно было не только купить подарок, но к тому же передать все свои заслуги и труды какому-то мифическому Деду Морозу. Он не мог без раздражения слышать, как дети заявляли о своих сокровенных мечтаниях Деду Морозу, а затем хитро оглядывались на него, Кямрана, зная, что они будут услышаны, если не Дедом Морозом, так хотя бы их старым дедом Кямраном. Они и не ожидали, что дед Кямран точно выполнит их заказ, но все-таки это лучше, чем совсем ничего. Прошлый раз дети передрались. Мальчикам показалось, что куклы у девочек красивее, чем их зверушки. Одному из мальчиков достался длинноухий заяц, а другому совсем не страшный, смешной серый волк. Обе невестки целую неделю ходили, как в воду опущенные. Если все другие праздники можно было пережить без особенных подарков, то на Новый Год, остаться без подарка от свекра, просто стыд. И что им потом рассказывать своим родителям! Почему их так не уважают в семье мужа!

Перед каждым праздником Кямран терял сон и аппетит. Он худел, бледнел, становился еще ворчливее, чем обычно. Придирался ко всяким мелочам. Жена хорошо изучила его болезнь, которую про себя обозвала « аллергией на праздники». Сама она уже не помнила, когда Кямран в последний раз ей что-то дарил. Несколько лет назад, жена вдруг, ни с того ни с сего, вспомнила о годовщине их свадьбы. Как он тогда разозлился, до сих вспоминать тошно.

– Что ты, старая, вспоминаешь? Может, ждешь, что я сейчас за цветами и шампанским побегу! Пойди на кухню и открой свой шкаф. Посмотри, сколько я тебе лекарств за этот месяц купил. Думаешь, я эти деньги у себя в цеху на своем стареньком станке печатаю? – сказал и тут же пожалел о сказанном. Улыбавшаяся жена, на глазах из женщины превратилась в старую каргу.

Она не стала отвечать Кямрану. Вышла из комнаты, оставив его на растерзание маленьким мучителям.

Кямран хорошо понимал своих близких, их ожидания и разочарования. Так сложилось, что он в своей семье был старшим, от которого все ждут подарков. Однажды, перед Новрузом, когда в доме пахло свежеиспеченной пахлавой, он неожиданно вспомнил подарок, который остался ему дорогим на всю жизнь. Его отец подарил ему на Новруз старое настоящее ружье с резным прикладом. Он тогда сказал Кямрану, что это ружье одного из его предков, сильного человека, искусного охотника. Кямран так полюбил свое ружье, что иногда ему казалось, что оно отвечает ему взаимностью. Он стал хорошим охотником. Самые радостные минуты жизни у Кямрана были связаны с охотой. Ружье последнее время пылилось в чехле на шкафу. Плата за лицензию на охоту во много раз превышала пенсию Кямрана. Сначала он тосковал, а потом успокоился, тем более, что и зрение в последнее время у него было не ахти. Подарить свое ружье одному из своих сыновей, он никак не решался. Во-первых, они не были такими страстными охотниками, как он, а во-вторых – это ружье, было его ружьем.

Сколько Кямран ни старался, он не смог вспомнить того настоящего подарка, который он сделал сам. Жене, сыновьям, дочери. Каждый раз он откладывал настоящий подарок до лучших времен. А они так и не наступили. Жена стала старой, и ее интересовали только лекарства, дочь никогда не принимала его всерьез, сыновья и невестки все больше смотрели на него, как на обузу. Как-то Кямран прочитал о традициях одного из африканских племен, затерянных в саванне. Стариков, отживших свой век и неспособных приносить пользу племени, дети относили на своих плечах в чащу леса и бросали там, на верную гибель. Они брали с собой немного пищи и воды, оставляли этим несчастным их последнюю трапезу, а сами возвращались обратно в деревню. Они не испытывали никаких угрызений совести, потому что так принято, и потому что точно также с ними поступят их дети, когда они, в свою очередь, станут беспомощными и больными. Старик надолго задумался, пытаясь представить себе подобную ситуацию в современном «цивилизованном» мире. И вдруг, с ужасом обнаружил почти схожую с африканской ситуацию. Только в качестве дремучего леса выступали дома для престарелых. «Интересно, те, кто попал в эти дома также не смогли завоевать любовь своих близких или причина другая. У африканцев все ясно. Дарил пол слона на день рождения или нет, приносил самые красивые бусы из панцирей маленьких черепашек или нет, конец один. Так честнее. Король Лир тоже в свое время ошибся. Взял и разделил все царство до срока. Подарил. Щедрый очень был. А как закончил жизнь? Всем известно. Никто не стал его терпеть.» Вот такие неутешительные мысли посетили Кямрана в канун Нового года. На этот раз он решил испить чашу до дна. Он даже не будет делать попыток, что-то подарить. Кямран смирился.

Вечером перед сном дети, как всегда перед Новым годом были оживлены и веселы в предвкушении подарков. Они вились роем вокруг Кямрана, надеясь, что на этот раз их дед учтет прошлые ошибки и подарит им что-нибудь очень желанное, например, электронную игрушку, а может, и настоящий мобильный телефон, как у их знакомых мальчиков и девочек. Кямран не спал всю новогоднюю ночь. Он выпил со всеми бокал шампанского, посмотрел какое-то время на дергавшихся и кричавших на экране телевизора, как под ударами электрошока эстрадных артистов, и ушел курить к себе в старенький гараж. Кямран курил крепкие сигареты, и не собирался отказываться от единственного удовольствия, оставшегося у него. Гараж был для него прибежищем, где он мог иногда побыть один и подумать о своей прошлой жизни. Сейчас она представлялась ему почти вымыслом, как и любой рассказ, услышанный или прочитанный. От всего пройденного пути остался такой же эфемерный и горький дымок, как от выкуренной сигареты. В эту ночь он думал о том, что он не смог стать обеспеченным человеком. Но самая большая его неудача – это то, что он чувствовал себя совсем ненужным своим близким. Если завтра он уйдет, то никто не пожалеет о нем. Люди ведь и придумали подарки именно по этой простой и жестокой причине. Чтобы помнили, чтобы любили. Маленький внук или внучка возьмет в руки подаренную дедом игрушку, и сразу вспомнит о нем. Дочь, надевая золотой браслет, обязательно с нежностью скажет, «что эту красоту ей подарил папа». Когда тебе нечего подарить, то не стоит ждать, что родные будут тебя любить просто так, только за то, что ты есть и второго такого человека на земле уже никогда не будет

«Вот так, – с горечью думал Кямран, – все эти разговоры о душе, о чувствах, не стоят выеденного яйца. Если ты хочешь, чтобы тебя любили и уважали, ты должен быть богат. Тогда, у тебя есть шанс, что тебя будут любить».

К утру он вернулся домой и улегся прямо в одежде на диван. В последнее время он все чаще ночевал в гостиной на диване. У жены болела спина, и ее стенания не позволяли ему заснуть. Проснулся он от того, что кто-то нежно тянул его за ухо. Он еще долго не открывал глаз, надеясь, что ему приснился чудесный сон. Когда он решился, то увидел то, что очень походило на сон. Рядом с ним стоял его самый младший внук. У него горели глазки, и он что-то прятал за спиной. Увидев, что дед проснулся, он хитро посмотрел на него:

– Деда, ночью приходил Дед Мороз и оставил всем подарки. И тебе тоже. А ты все спишь и спишь! Я тебя разбудил. Ты не сердишься? Посмотри, посмотри! Как красиво!

Кямран обнял малыша. Мальчик протянул Кямрану листок бумаги, на котором были нарисованы и щедро раскрашены фломастерами все персонажи новогоднего праздника: елка в шарах, Дед Мороз, Снегурочка и в углу две фигуры. Одна побольше, и рядом совсем маленькая фигурка. Кямран растроганный и счастливый нашел в себе силы спросить:

– Очень красиво! Дед Мороз знает, что дарить! Скажи, джаным, а кто же эти двое? Это волк и заяц? Я что-то их не узнал.

– Нет, Деда. Какой ты, странный! Это ты и я!!!

Больничный рассказ

– Послушай, давно хочу рассказать тебе историю, случившуюся со мной. Ты совсем меня не знаешь! Тебе не интересно? Все-таки я твой отец. Мне, например, было бы любопытно узнать, что за человек мой отец! А тебе?

– Конечно, интересно, в некоторой степени. Хотя, иногда, мне кажется, я тебя знаю. Мой упрямый характер, ненужная никому прямота, страсть к авантюрам, это все ты, твои гены.

– Хорошего ты обо мне мнения!

Ты сам знаешь, какая разумная и ответственная у меня мама, не говорю о том, что красавица. А я нет. На тебя похожа.

– Старый человек замолчал. Все, что наговорила ему дочь, отчасти, было правдой. Не его и не ее вина, что они общаются с недавних пор. Она взрослая самодостаточная женщина. Так сложилась жизнь.

– Я все-таки попытаюсь, расскажу тебе. Не всегда я был такой старый; знаешь, я очень любил охоту и рыбалку.

-Знаю, знаю. Стоила бы лицензия на охоту дешевле, ты бы и сейчас охотился.

– Наверное, хотя нога болит, сейчас это уже сложно. Расскажу о том, как меня укусила змея.

Женщина посмотрела на отца, улыбнулась и кивнула.

-Пошел я на охоту с другом. В молодости я ходил на охоту не только ради охотничьего азарта. Представь себе, время послевоенное, еды нет, у всех пайки, а ими сыт не будешь. Вот мы и ходили на охоту. А если повезет, то можно было семью едой обеспечить. Тогда не было всяких там лицензий. Разрешение на ружье нужно было иметь и быть членом охотничьего товарищества. Мне было 25 лет, и я был охотником. Настоящим. Иду я по лесу. Редкий такой лесок, двустволка на плече. Мой друг охотник отстал, а я иду, смотрю по сторонам. Солнце садилось. Тишина вокруг, просто удивительно. Как будто лес готовится к ночи. Вот когда услышишь разные пугающие звуки. Уханье совы, или вдруг волк подвывать начнет. Лучше из лесу выходить засветло. Я и спешил. Наступил на что-то скользкое. Чувствую боль, прямо пронзила меня. До самого сердца дошла. Я тебе долго рассказываю про боль. На самом деле- одно мгновенье. Смотрю под ноги, змея отползает. Схватил двустволку, выстрелил и голова змеи отлетела в сторону. Поднял ее тело и положил в охотничью сумку, чтобы показать, какая змея меня укусила. Я сразу подумал: гюрза. Сама знаешь, в наших краях это самая страшная змея. Мне в тот день очень повезло. Вот ты удивляешься сейчас. Как я могу говорить «повезло», когда меня самая ядовитая змея ужалила, вокруг никого, я один и теряю силы с каждой минутой. А ты послушай, что было дальше и все поймешь. Нашел меня мой дружок. Охотник. Я еще дышал. Приволок меня в ближайший медпункт. А это несколько километров сначала лесом, а потом по проселочной дороге. Там старый усталый врач посмотрел на мою раздувшуюся ногу, на меня, на туловище змеи и говорит: «Гюрза! Самая страшная змея. Эх, молодой человек! Как мне жаль ваших родных!» Так и сказал. Дружок мой не выдержал, стал кричать. Врач словно очнулся. Побежал в кабинет и принес сыворотку от змеиного яду. «Я ее из Ирана привез. Правда, срок действия вышел. Все равно сделаю, а вдруг поможет. Ничего другого у меня нет.» Друг мой охотник смолчал, хотя видно было, что хотелось ему выругаться. Потом отвезли меня на попутке в Шаумяновскую больницу в Баку. Да, была такая больница. Там мою бедную ногу порезали в том месте, где змея укусила, и вставили турунды. Такие ватные тампоны. Чтобы яд вместе с кровью вытекал. Лежу я в палате. Голова как в тумане. Вроде в сознании, все слышу, что говорят, а пошевелиться не могу, даже пальцем двинуть не могу. Вошли две нянечки в палату. Стали говорить между собой, не догадываются, что я все слышу. «Какой молодой! До утра доживет? Неделю назад одного укусила гюрза, он помер. Не выжил». А ты удивляешься, почему я везучий. Дожил я до утра. На следующий день ко мне в палату привезли парня. Черного. Я сначала подумал, что он негр. Потом, когда мне полегче стало, догадался, что никакой он ни негр, а просто так сильно загорел. Он, как и я, тяжелый больной был. В больнице все думали, что оба мы не жильцы, поэтому его в мою палату поместили. Чернокожий с трудом дышал, и изо рта у него текла слюна с кровью. Когда пришла медсестра, сделала мне перевязку, я спросил ее, что случилось с парнем. «Он все равно умрет. Подрался из-за девушки, и ему нож всадили прямо в сердце. Его не лечат. Бесполезно.» Мне так горько стало! Молодой парень, а из-за какой-то девушки, умирает. Улыбаешься? Конечно, ты права. Из-за девушки, может случиться все, что угодно. Слушай дальше. Когда вспоминаю, сам удивляюсь. Если кино снимут, обязательно кто-нибудь скажет, что все вранье. Так не бывает. Бывает. На счастье этого парня, я и забыл, как его звали, в тот день профессор в больницу пришел. Опять улыбаешься. Слово профессор тебя смешит. Не смейся! Догадываюсь, что тебя смешит. Профессора разные бывают. Бывают пустозвоны, даже много таких, а бывают настоящие. Их, правда, в нашем случае уже пора в красную книгу заносить, как редкий вид. Да, отвлекусь немного. К примеру, мой друг Фарид, ты его не знаешь, хотя однажды он привел тебя маленькую, три года тебе всего было, ко мне в больницу. Это другая история, когда я в аварию попал, на мотоцикле гонял. Он настоящий ученый, профессор, академик и все такое. Но настоящий! Да…. И тот профессор тоже был настоящим. Он зашел в нашу палату. Посмотрел на парня, на груди у профессора висела такая штука, фонендоскоп называется. Дежурный врач что-то ему на ухо шепчет. Думаю, говорит, что не стоит тратить драгоценное время на умирающего. И так с ним все ясно. Профессор так посмотрел на него, что тот замолк моментально. Попросил усадить черного парня и стал внимательно слушать. Вдруг как закричит! Дежурный врач аж побледнел. Стал профессор ругаться русским матом. Красиво ругался! Смеешься. Я бы так не смог, хотя ты знаешь, что русский язык для меня все равно, что родной. Такие обороты употреблял, что сейчас таких знатоков мата и не осталось. Оказывается, у парня сердце не с левой стороны, как у всех людей, у тебя, у меня, а с правой. Редчайший случай. А ножом ему легкое задели, потому и кровь шла при дыхании. Тут же отвезли парня в перевязочную. Обкололи лекарствами, сделали новую перевязку и через некоторое время парень поправился. Пока он был в больнице, к нему пришла девушка. Та самая. Из-за нее он подрался, и чуть жизни не лишился. Плакала она, извинялась. Смотрю на черного, вижу ему жалко ее, хочется поцеловать, меня стесняется. Она ушла, а парень меня спрашивает: «Как быть? Нравится она мне. Люблю я ее. Прощу, наверное.» Как я разозлился! Если бы мог так замечательно ругаться, как профессор, то ругнулся бы. Что значит, «как быть»? Гнать ее надо, куда подальше! Теперь уже все знают, с какой стороны у тебя сердце. Следующий раз не промахнутся. Слушай дальше. Парня выписали, а я еще слабый был, змеиный яд не так скоро из меня выходил. Назначили мне лечебные ванны. Отвезли меня на каталке в процедурную. Нога сильно болела, ходить еще не мог. Над ванной два крана. Посадила меня нянечка в ванну, открыла два крана. Один с горячей, другой с холодной водой. Кран с горячей водой неисправен был, не закрывался. Нянечка меня предупредила и ушла, пообещав вернуться через минуту. Представь себе: сижу в ванной, вода горячая, терпеть нет сил. Она все прибывает и прибывает. Закрыть кран невозможно. Чувствую, теряю сознание. Вижу, сочувствуешь мне. Спасибо! Рядом с ванной стоит каталка, на которой меня привезли. Но на нее взобраться надо! Откуда силы взять. Из укушенной ноги потекла кровь. Вижу, помощи ждать не от кого. Дружка рядом нет. А старая нянечка, бог знает, что с ней приключилось. Собрал все силы и выбрался на каталку. Лежу, отдыхаю, кровью истекаю. Пришла, наконец, нянечка. Любопытно тебе, что с ней приключилось? А, ничего…Встретила в коридоре подружку, заболталась, забыла обо мне. Вот такие вы, женщины! Шучу… И еще один случай, удивительный. Меня все никак не выписывали. Не знаю, чем я им так приглянулся. Анекдотами, может. И потом, слабый очень был. Привезли в мою палату больного. Операцию ему должны были делать. Молодой тоже парень. Боялся он этой операции. Думал, не выживет. Женился он недавно. Молодой женой насытиться не успел. Да! Удивляешься? Так бывает! У мужчин особенно. Я ему говорю: