Читать книгу: «Павлин в курятнике. Басни»

У природы одни законы

Для зверей, растений, людей.

Потому сравненья законны,

Каждый каждому здесь лицедей.

`

Енот и Барсучонок

 
Жалел Енот соседа Барсучонка,
Ему во всех желаньях потакал.
Ведь Барсучонок был ещё ребёнком,
Что делать и как жить, ещё не знал.
 
 
Енот нору прорыл и обустроил,
Свою подстилку тёплую отдал,
Площадку для игры вблизи построил
И постоянно пищу добывал.
 
 
Избаловала помощь от Енота,
Ведь Барсучонок только отдыхал,
Воспринимал как должное заботу,
И Барсуком неблагодарным стал.
 
 
Енот же продолжал свой труд, наивный,
Хотя Барсук стал жиром заплывать,
И, пополняясь в весе непрерывно,
Не мог уже в нору свою влезать.
 
 
Пришла зима. Барсук был без жилища.
Конечно же, Енота стал просить:
"Позволь мне, я же для тебя не лишний,
В твоей норе немножечко пожить".
 
 
"Не против я." – Енот прилёг у входа.
Любимчику как мог он отказать.
Но слишком лютая была погода,
И стал Енот у входа замерзать.
 
 
Да тут ещё и бешеный Волчище
Пытался из норы его достать,
Используя свои ножи – когтищи,
И ранил так, что боли не унять.
 
 
А Барсуку нет дела до Енота,
Сопит, заняв нору, ему тепло.
Кому там холодно? Страдает кто-то?
При чём тут он? Что было, то прошло.
 
 
Вот так бывает с добрым и наивным,
Кто жил лишь тем, что помогать был рад.
Случается, однако, что противный
Окажется «барсучий» результат.
 
 
Мораль у басни: коль Енот стал другом,
Соседям должно помощь ожидать.
Но если Барсучонок есть в округе —
Неблагодарность можно наблюдать.
 

Ласточки и Столб

 
Расселись ласточки на проводах,
Набраться сил пред дальнею дорогой,
О расставании взгрустнуть немного,
Пощебетать о будущих делах.
 
 
И только собрались они взлетать,
Как провода надрывно загудели,
Так Столб решил своей добиться цели:
Как мудр он, наконец-то, показать.
 
 
– Ну, вы чудны! Куда вы всё спешите?
Сначала направляетесь на юг,
Потом на север вас потянет вдруг,
И вы в такую даль опять летите.
 
 
Вот я стою на месте круглый год
И пост свой никогда не покидаю.
Его я ни на что не променяю.
Поскольку этих мест я патриот.
 
 
– Ты приземлён, а наша жизнь – полёт, —
Касатка старшая на это отвечала, —
Давай рассмотрим факты для начала,
Чтоб утверждать, что кто-то патриот.
 
 
Здесь родились мы, значит здесь наш дом.
В него прилёт – не просто возвращенье,
Должны мы дать потомство, с наставленьем —
Традиции хранить, что были в нём:
 
 
Не забывать его, и каждый год,
Препятствия все преодолевая.
Лететь к нему, усталости не зная,
Чтоб здесь лишь только продолжать свой род.
 
 
Ты ж с постоянной гордостью живёшь,
Но ведь случайно занял место это,
Ни капли не потратив сил при этом.
Поставили тебя. И ты гниёшь.
 
 
И ласточки стрелой взметнулись ввысь,
Чтоб взгляд печальный бросить на прощанье,
Чтоб возвратиться возбудить желанье.
Так дай им Бог, чтоб их мечты сбылись.
 

Лошадки

 
Лишь земля освободится,
Все сойдут с неё снега,
Молодые кобылицы
Выбегают на луга.
 
 
В них природа будоражит
Застоявшуюся плоть,
И тогда интима жажду
Силы нет перебороть.
 
 
Волнами струятся гривы,
Привлекательная стать,
Круп колышется игриво,
Чтоб желанье возбуждать.
 
 
И взбесившиеся кони,
Получив ориентир,
Устремляются в погоню
На безумствования пир.
 
 
Утомлённые ж лошадки
С возом пережитых бед,
У которых так негладко
Жизнь течёт на склоне лет
 
 
Уж не могут так резвиться,
И вилять своим хвостом:
Прыть телегой тормозится
И тяжёлым хомутом.
 
 
Потому не замечает
Этот пир потухший взгляд.
Где ты, молодость былая?!
Не вернуть её назад.
 
 
Здесь мораль всем кобылицам:
Годы быстро пробегут.
Можете играть, резвиться,
Только знайте: запрягут.
 

Огурец и Роза

 
На грядке Огурец спросил у Розы:
"В чём цель твоя, с которой ты живёшь?
Тебя все хвалят, будто под гипнозом,
Но что конкретно людям ты несёшь?
 
 
Мои цветы твоих возможно хуже.
Зато дают такой полезный плод.
Он для приготовленья пищи нужен,
А без неё никто не проживёт.
 
 
Хорош он в винегретах и в салатах,
Зимой меняет вкус ему засол.
И с Гамбургером он запанибрата.
А уж как ценится его рассол!
 
 
Он, можно так сказать, источник жизни.
Неурожай его – как старт беды,
Достаток – основание оптимизма.
А расскажи мне про твои плоды".
 
 
"Согласна я, – кивнула Роза скромно, —
Твой плод содержат очень много блюд.
И популярность у него огромна,
Жить без него простой не может люд.
 
 
Я ж – плод сама. Игру воображенья
Я пробуждаю через форму, цвет.
Для многих я – источник вдохновенья,
Меня заметивший – душой поэт".
 
 
"Неясно мне, как только цвет и форма
Без вкуса что-то могут возбуждать. —
Так Огурец явил характер вздорный. —
Мне никогда такое не понять".
 
 
"Для непонятливых я безразлична,
Не всем дано красоты замечать.
Не зря ж я помогаю всех отлично
По уровню культуры различать.
 
 
Но не намерена я заноситься,
Твои плоды в питании хороши.
Я ж заставляю чаще сердце биться,
И тоже пища, только для души".
 
 
Так и живут соседи в огороде,
Ревнители желудков и сердец.
И как растенья равноценны, вроде,
Но расслоенье явное в народе,
Кто любит Розу, а кто Огурец.
 

Сорока

 
Любила Сорока красивые вещи,
Особенно яркие и те, что блещут.
Любыми путями себе доставала,
Но чаще, конечно же, их воровала.
 
 
Гнездо у Сороки подобно музею,
Его посещали порой ротозеи.
Дивились часам и серебряной ложке,
Как ярко блестит золотая серёжка.
 
 
– Зачем тебе это? – твердила Кукушка,
Сороки ближайшая с детства подружка. —
Я даже гнезда своего не имею,
И то совершенно о нём не жалею.
 

 
– Ну, нет уж! – Сорока в сердцах отвечала. —
Гнездо для меня – восхожденья начало
К той славы вершине, которой нет круче.
Молва пусть пойдёт: "У Сороки всё лучше".
 
 
И снова Сорока пустилась "на дело",
За новой добычей она полетела.
В соседнем дворе она чайник видала.
Блестящий! Она на него и запала.
 
 
Вот так бы, наверно, всё время и было,
Сорока бы вещи в гнездо приносила.
Но только погода вдруг так разыгралась,
Сороки гнездо на земле оказалось.
 
 
И вот по округе молва заходила:
"Сороку – воровку гнездо придавило".
Кукушка ж подумала, но промолчала:
"Молву не такую подруга желала".
 
 
Богатство и слава, одним – вожделенье,
Другим – безразличие иль раздраженье.
Любуйся собой, только может так статься,
Молва совершенно другой оказаться.
 

Баран и Верблюд

 
На рынке повстречал Баран Верблюда.
– Скажи, двугорбый, как так можно жить?
Твои способности подобны чуду.
Я слышал, можешь ты не есть, не пить.
 
 
Верблюд, взглянув надменно на Барана,
Ответил, гордо голову подняв:
– А для меня другое странно,
Ты дня не проживёшь не пожевав.
 
 
Да, я могу подолгу жить без пищи,
Неделями к оазису шагать.
Когда травиночки вокруг не сыщешь,
Могу колючки запросто жевать.
 
 
– Каким путём ты этого добился? —
Баран недоумённо вопрошал.
– Одолевать я трудности учился
С младенчества. Теперь таким вот стал.
 
 
Достоинств у меня других немало.
Вот, например, ты хоть кого спроси,
Везде в цене верблюжье одеяло.
А валенки?… Лишь только на Руси.
 

 
Баран, поразмышляв, решил, что надо
Систему обучения менять.
В конце ж, чтоб лучших отобрать из стада,
Экзамен «объективный» применять.
 
 
Когда Баран в отару возвратился,
То дал команду так ягнят учить,
Чтоб каждый закалился, укрепился,
И чтобы после как Верблюд мог жить.
 
 
Да! Бедные ягнята пострадали
От выводов бараньей головы.
Им пить и есть подолгу не давали
Барану подчинённые ослы.
 
 
А результат – отара захирела.
Барашка с детства ведь как ни крути,
Верблюда получить – пустое дело.
У них по жизни разные пути.
 
 
Ума Барану явно не хватало.
Учить, конечно, надо молодёжь,
Но цели – не верблюжьи одеяла,
А то и валенки вдруг не найдёшь.
 

Ромашка и Лопух

 
Посватался Лопух к Ромашке желтоглазой:
– Давай поженимся, и будем вместе жить.
Обидеть никому тебя не дам ни разу,
А ты на лепестках мне будешь ворожить.
 
 
От обжигающих лучей тебя укрою,
От буйных ветров-хулиганов защищу,
Шалаш из листьев в ливень я построю,
В грозу градинки до тебя не допущу.
 
 
Ромашке нравились такие обещанья.
К тому же сам жених был строен и высок.
Он за оградой жил. И после совещанья
Решили вместе быть, наметив свадьбы срок.
 
 
И поздней осенью их свадьба состоялась.
Дуэт смотрелся радостным, был очень мил.
Чтоб впечатлений больше в памяти осталось,
Лопух округу всю репьями застелил.
 
 
От свадебных хлопот уставшая Ромашка,
Укрылась на зиму подаренным листком,
Чтоб в срок назначенный проснуться без промашки
И жизнь свою продолжить с Лопухом.
 
 
И вот пришла весна. Собрав все в корне силы,
Ромашка тонкий стебелёк пустила ввысь.
А вырвавшись на свет, безмерно удивилась:
Десятки лопушков в округе разрослись.
 
 
А рядом муж смотрел на поросль горделиво.
– Как хорошо, такая помощь мне растёт.
Мы вместе сделаем тебя совсем счастливой,
Сквозь этот строй к тебе несчастье не пройдёт.
 
 
Но быстро лопушки росли, и скоро света
Под их листвой Ромашке стало не хватать.
"Большой заботой" окружённая при этом,
Она – бедняжка стала просто засыхать.
 
 
Ромашка к лопушкам и к мужу обращалась,
Но совесть их к её мольбам была глуха.
А молодёжь порой, так просто надсмехалась:
– Мы сыновья Репейника, не Лопуха.
 
 
И с той лихой поры на месте, где Ромашка
Родилась, расцвела и буйно разрослась,
Но, согласившаяся, сделала промашку,
Стена репейников колючих поднялась.
 

 
Мораль у басни: верить, безусловно, надо,
Не каждый так забывчив, к просьбам глух.
Но, соглашаясь с кем-то жить из-за ограды,
Смекни, а вдруг Репейник он, а не Лопух.
 

Синичка

 
Бродяга – Воробей
Слетел к окошку с ветки,
Полюбоваться ей,
Той, что сидела в клетке.
 
 
Она была мила,
Прелестная Синичка.
Нарядна, весела.
Ну, ангел, а не птичка.
 

 
Прожив немало лет
В среде ограничений,
Где и свободы нет,
Но нет и огорчений,
Она забыла цвет
Весеннего восхода,
Родителей завет
О продолжении рода.
 
 
Поэтому была
В душе совсем ребёнком,
И жизнь свою вела
Под звуки песни звонкой.
 
 
Да тут и Попугай
Внушал своей соседке,
Что настоящий рай
Бывает только в клетке.
 
 
– В ней истинный уют:
Тепло, светло, не сыро.
Пить слуги, есть дают,
И убрана квартира.
 
 
То слыша, Воробей
Кричал, стуча в окошко:
– У нас здесь веселей!
Вокруг летают мошки.
 
 
Их можно наловить,
И мне слуга не нужен.
Чтоб жажду утолить,
Пей из ближайшей лужи.
 
 
Такие червяки
На землю выползают!
И хлебушка куски
Порою попадают.
 
 
– Из грязи червяки?!
Фу! – Попугай ответил. —
Зачем искать куски?
Есть корм сухой на свете.
 
 
– Зато свободен я, —
Бродяга не сдавался, —
В полёте жизнь моя.
Я с ветром состязался!
 
 
– Да, видно, ты – чудак,
Коли такое любишь.
Твой ветер – нам сквозняк.
Свободой сыт не будешь.
 
 
Синичке оценить
Их спор, конечно, сложно.
Ей нравится здесь быть,
И там побыть бы можно.
 

 
Никак не погасить
Сомнений колебанья,
И не определить
Желанья, нежеланья.
 
 
Мораль: ей не решить,
Что лучше, а что хуже.
Привыкшим в клетке жить,
Полёт совсем не нужен.
 

Козерог и высота

 
Спросил Телёнок Козерога:
"Зачем ты рвёшься в эту высь?
Там зелени совсем немного,
Спускайся ниже и пасись.
 
 
Ведь травоядным надо, чтобы
Жизнь воспринять как благодать,
Плотней набить свою утробу,
Потом спокойно полежать.
 
 
У нас есть козы и бараны,
К нам в стадо ты легко войдёшь,
И, залечив былые раны,
В достатке дальше заживёшь".
 
 
"Не создан я для жизни тихой, —
Ответил гордый Козерог, —
В горах приятнее мне лихо
Скакать, не ведая дорог.
 
 
Соседствуя с жестоким Барсом,
(Он ран наделать мне успел)
Я встретился с таким коварством,
Что вновь такого б не хотел.
 
 
Важнее в жизни не достаток,
А ощущений острота,
Открытость вместо хитрых пряток.
Даёт всё это высота".
 

 
Сказав так, Козерог к отвесной
Вершине быстро поскакал.
Природой восхитясь чудесной,
Телёнок к стаду зашагал.
 
 
В морали басни нет сомненья:
В понятьях пропасть велика.
Один глядит вверх с сожаленьем,
Другой вниз смотрит свысока.
 

Лев и сфера

 
Однажды Лев, царь всех зверей на суше,
На берегу Тюленя повстречал,
Лежавшего ленивой жирной тушей,
И для порядка громко зарычал.
 
 
Однако тот, не встав на задних лапках,
Как требовал известный этикет,
Подполз к воде (вот меховая шапка!),
Отплыл и нагло бросил Льву: " Привет!»
 
 
Лев в воду – ан совсем не та стихия!
Опоры нет, хоть прыгай, хоть шагай.
Да, лапы хороши, когда сухие.
Смириться?! Но все видел Попугай!
 
 
И Лев картинно начал так метаться
По берегу, так яростно реветь,
Что быстро стали звери собираться,
Чтоб на причину гнева посмотреть.
 
 
А Попугай, особенно довольный
Свидетельством беспомощности Льва,
Всем объяснял, как некий тип фривольный
Царя обидел. И пошла молва.
 
 
Тут добрый Кит, услышав про "скотину",
Которую не видел и в глаза,
Льва пожалев, свою подставил спину,
Невежду чтоб догнать и наказать.
 
 
Лев вспрыгнул и, подобно господину,
Киту стал направленье задавать.
Вот выплыли в заливе на средину,
Но нет Тюленя, начинай хоть звать.
 
 
"Ты не туда! " – кричит Лев возбужденный,
Забыв, что он от суши далеко.
Как будто Кит, им где-то побежденный,
Все должен делать, хоть и нелегко.
 
 
"Плыви левей! Назад! Вперед! Направо!
А то под шкуру когти запущу!"
Не выдержит здесь самый добрый, право.
И Кит подумал: " То ли я ищу?»
 

 
В финале басни мне не до улыбки,
Ведь сколько б Лев процарствовать мог лет!
А так, от сильного красавца рыбки
Оставили на дне один скелет.
 
 
Мораль ясна: конечно, жалко Льва,
Но он сам вел себя излишне смело.
Знай сферу, где в цене твои слова,
А где твой крик – совсем другое дело.
 

TQM
(Тотальное Управление Качеством)

 
Жукам в навозной куче
И сытно, и тепло.
Кайфуй, куда уж лучше!
Но, надо ж, понесло.
 
 
Один Жучок проворный
Вещать стал бодро всем,
Что импульс даст мажорный
Внедренье TQM.
 
 
Он слышал от коровы,
Что фермер – Дядя Сэм
Режим придумал новый,
Дав титул TQM.
 
 
И не узнаешь фермы:
Порядок и уют,
Коровам лучшей спермы
По графику дают.
 
 
Совсем не понимая,
Что значит TQM,
Все думали кивая:
«Коль хуже, то уж всем».
 

 
Под умиленья слёзы
Жучок вещал, как жрец:
«Воздвигнем из навоза
Здесь качества дворец.
 
 
Кататься в масле с сыром
Мы будем круглый год.
Сперва для связи с миром
Пророем света ввод».
 
 
И началась работа!
Заданья дали всем.
Кто рыл, таскал, а кто-то
Решал ряд «оргпроблем».
 
 
Определенье дали,
Что качеством считать,
Методику создали,
Его как рассчитать.
 
 
Жучок за это время
Был гостем разных стран,
Взвалив такое бремя (!),
Летал за океан.
 
 
Другие ж копошились
В навозе целый день,
И искренне дивились:
«Где ж качества-то сень?»
 
 
Да тут ещё и куча
Вдруг стала высыхать.
И мысль сгущалась тучей:
Где б новую сыскать?
 
 
Но пошутить телёнок
Свой шанс не упустил
И кучу, вот ребёнок,
Навозом угостил.
 
 
Исчезла вмиг угроза,
И стало ясно всем,
Что в свежести навоза
И есть их TQM.
 

 
Мораль звучит не ново:
Лукавил Жук-хитрец.
Навоз не та основа,
Чтоб возводить дворец. 27
 

Львица и Телёнок
(знаки зодиака)

 
Львица любила мясо,
Однако отнюдь не колбасы
И все суррогаты в целом,
А с кровью горячею тело.
 
 
Телёнок жевал свою травку,
Не трогая даже козявку —
Боялся кого-то обидеть.
Добряк, все могли это видеть.
 

 
Однажды пришла к нему львица:
“Позволь у тебя поучиться,
Как жить, чтобы не было крови.
Приди безо всяких условий”.
 
 
Телёнок пришел в ее царство,
Не зная природы коварство:
Есть то, от чего даже львица
Не может никак излечиться.
 
 
Она ведь любила мясо,
Однако отнюдь не колбасы
И все суррогаты в целом,
А с кровью горячею тело…
 

Козел и приватизация

 
В деревне тихой, захолустной,
С едой картофельно-капустной
Прознали: в следующий год
Приватизация грядёт.
 
 
Она для разных благ основа.
Все надо частным сделать снова,
Чтоб дух хозяйский возродить,
На прибыль мысли зарядить.
 
 
Коль так, в деревне рассудили,
Попробуем. И поделили.
Взял мышеловку старый Кот,
А Боров хапнул огород.
 
 
Ослу, конечно ж, школу дали,
Для пчел АО “ Главмёд “ создали,
Петух сарай взял под гарем,
Ворона – как всегда, ни с чем.
 
 
Козел те дни гостил у Яка.
На сочных травах у бивака
Болезни разные лечил
И ваучер лишь получил.
 

 
Пришлось ему во власть податься,
В текстильной области вращаться.
При этом делать умный вид.
Сходило – там Баран рулит.
 
 
Но Боров (вот она свобода!)
Состряпал план для огорода,
Где вместо гряд, теплиц, кустов —
Один широкий грязный ров.
 
 
Зачем?! Чтоб свиньям в рве валяться
И нежной грязью наслаждаться.
А огород пора забыть,
Картошку можно и купить.
 
 
От плана вздрогнула округа.
Выспрашивали друг у друга:
“А как же будем зимовать,
Где будем пищу добывать?”
 
 
И Борова (так порешили)
Всех прав на огород лишили.
Отдали хлев ему под кров,
Пусть роет там свой грязный ров.
 
 
Замену долго не искали.
Газеты про Козла писали,
Как деловит он. Огород
Уж не оставит без забот.
 
 
Что было дальше, всякий знает,
Кто ж в огород козла пускает?
Пришёл он, глядь – капусты нет.
Потом сожрал и весь бюджет.
 
 
А заграничные вложенья
Пустил на близких ублаженье.
Такая у него мораль.
У басни же: “Деревню жаль”.
 

Два берега

 
В одном из мест, таких у нас немало,
В любую область можно заглянуть,
Текла река – граница и начало
Различий всех, и отношений суть.
 
 
На правом берегу там жили волки,
Считавшие: они всегда правы.
Без их согласия с сосны иголку
Не взять, чтоб не лишиться головы.
 
 
На левом – плодовитые зайчихи
Всегда с гурьбой резвящихся зайчат,
Не знающих ещё, какое лихо
Несёт им принятый давно уклад.
 
 
Закон установила волчья стая,
Чтоб каждый день в жару, в дождь, в снегопад,
Препятствия все преодолевая,
Им доставляли нескольких зайчат.
 
 
Но, чтоб не выглядеть зловещей сворой,
Демократичность миру показать,
Ввели статью в законы, по которой
Мог заяц депутатом в стае стать.
 

 
И каждый год из тех, кто всех активней,
На выборах приобретя мандат,
Свой левый берег защищать – наивный —
От зайцев отправлялся депутат.
 
 
Но не менялось ничего, по сути,
И волки были как всегда правы.
А зайцы, жившие под прессом жути,
Поднять не смели даже головы.
 
 
И вот однажды разгорелись страсти.
Решили зайцы лично уяснить,
Что делает их депутат Ушастик,
Чтоб произвол бандитов укротить.
 
 
На правый берег с дрожью делегаты
От зайцев ночью тихо пробрались
И на полу приёмной депутата
Безмолвно до рассвета дождались.
 
 
А утром широко раскрылись двери,
И страшный волк в приёмную вскочил,
С оскалом жаждущего крови зверя,
И длинный хвост по полу волочил.
 
 
От страха шерсть у зайцев дыбом встала,
А ноги будто к полу приросли.
Намерений благих как не бывало,
Забыли зайцы то, зачем пришли.
 
 
– Вы что ж, друзья, меня не узнаёте?
Ушастик я, – вдруг голос прохрипел. —
А вид мой соответствует работе.
Пришлось сменить, пусть я и не хотел.
 
 
Хирурги уши мне укоротили,
Для устрашенья сделали оскал,
Хвост от убитого осла пришили,
Вот так я ближе волчьей стае стал.
 
 
А как иначе? Те, кто не хотели
Вид изменить и стали возражать,
Недолго прыгали, их просто съели,
Коль им домой не удалось сбежать.
 
 
И хрипоте моей не удивляйтесь.
Чтоб цену средь волков себе набить —
Понять меня хоть малость постарайтесь —
Мне с Серым на луну пришлось ночь выть.
 

 
 
 
– А как нам быть?! – вскипели делегаты. —
Ведь от тебя мы облегченья ждем.
Коротким был ответ у депутата:
– Вам легче! Вы на берегу другом.
 
 
И зайцы поняли, что все напасти
Ещё не раз придётся пережить.
Ведь тех, кто как-то прикоснётся к власти,
Съедят иль вынудят совместно выть.
 

Ёж и Ёлка

 
Пришёл колючий ёж
К высокой, стройной ёлке.
– Подруга, как живёшь?
И как твои иголки?
 
 
Мои во всех делах
Мне очень помогают,
Наводят нужный страх,
Когда врагов пугают.
 
 
– Ну нет, не для того,
– Прошелестела ёлка, —
Чтобы пугать врагов
Нужны мои иголки.
 
 
Слезинками порой
С них капельки свисают,
И солнышка игрой
Безмерно восхищают.
 
 
Я – символ красоты,
Лесное чудо света.
Зимой все без листвы,
А я всё та ж, как летом.
 
 
– Согласен, но есть штрих, —
Ответил ёж бывалый, —
Ветвей внизу твоих
Обломано немало.
 
 
Они ведь красотой,
Конечно ж, обладали,
Но мнимой остротой
Себя не защищали.
 
 
Никто б не стал нести
К себе домой колючку,
Чтоб рану нанести,
Пусть и красивой штучкой.
 
 
И удалился ёж
С заботой о зимовке.
Ведь не переживёшь
Её без подготовки.
 
 
Иголками собрал
Из листьев одеяло,
И крепко задремал,
Как уж не раз бывало.
 
 
А как проснуться смог,
Тотчас к своей подружке,
Но лишь один пенёк
Увидел на опушке.
 

 
Мораль: лишь красоты
У ёлки было мало.
Для жизни полноты
Иголок не хватало,
Которые б могли
Не только красоваться,
А коль обнажены,
Смогли бы защищаться.
 

Павлин в курятнике

 
Однажды залетел Павлин в курятник,
И сразу же, как опытный развратник,
К молоденьким курчонкам стал цепляться,
Их призывая жизнью наслаждаться.
 
 
Цыплята – так те просто обалдели,
Когда такого друга заимели,
Который убеждал их не учиться,
А только лишь играть и веселиться.
 
 
Несушки от обязанностей мамок
Отказываться стали, и упрямо
С павлином только стали развлекаться,
Его хвостом чудесным любоваться.
 
 
Так образцовый некогда курятник
Вдруг превратился в форменный бомжатник,
Где не стремились к весу и приплоду,
Свой долг забыв, "толкли в корыте воду":
 

 
Какой размер у ножек нынче модный,
Как изменить у перьев цвет природный,
Как пить и есть, чтоб сохранить фигуру,
Как по павлиньи «поднимать» культуру.
 
 
Петух терпел недолго это дело,
Он на дуэли дрался очень смело,
И доказал, что должен этот циник
Немедленно убраться в свой павлинник.
 
 
Ведь он – Петух не любит оппонентов,
И гонит их без всяких аргументов.
А кто с другим понятием прибудет,
Тому он пыл его тотчас остудит.
 
 
Мораль: павлины пострашнее пушек
Бывают для цыплят и для несушек.
Да и Петух не должен расслабляться:
Бедлам вокруг, так надо с ним справляться.
 

Овчарка и Борзая
(08.08.08)

 
Наводит страх Кавказская Овчарка.
Пусть у неё окрас не очень яркий,
Зато характер вспыльчиво – строптивый,
Да голос громкий и властолюбивый.
 
 
Она сидит на привязи обычно
И сторожит имущество отлично,
Хозяина команды выполняет,
А он её за то с цепи спускает.
 

 
И вот тогда Овчарку все боятся,
Стараются с ней лучше не встречаться.
О ней ведь слава: часто нападает,
Взбредёт ей блажь, так вовсе закусает.
 
 
Однажды с ней соседняя Дворняга,
Живущая в овраге бедолага,
В своей конурке не успела скрыться.
Случилось то, что и должно случиться.
 
 
Овчарка неожиданно напала,
Тем бедолагу сильно напугала.
И не смотря на то, что защищалась,
Она от страха громко завизжала.
 
 
Услышав взвизги, Русская Борзая
На помощь бросилась, страх презирая,
И так неустрашимо налетела,
Что та Овчарка враз оторопела.
 
 
Поджав свой хвост, она бежать пустилась
И за своим забором быстро скрылась.
Так неожиданно спаслась Дворняга,
Соседка – бедолага из оврага.
 

 
Овчарка ж смелой только лишь казалась.
На деле же трусихой оказалась.
Сильней порой не тот, кто нападает,
А тот, кто слабых смело защищает.
 

"Мерседес" и "Жигулёнок"

 
Столкнулся «Жигулёнок» с "Мерседесом".
Хотя и был он безусловно прав,
Но испугался: "Ведь с моим-то весом
Лишиться можно не одних лишь прав.
 
 
Пусть у него царапина на дверце,
А у меня помято всё крыло,
Но застучало под капотом сердце,
И масло на дорогу потекло".
 
 
– Ты что, «копейка», аль не видишь босса?! —
Зафыркал «Мерседес». – Чтоб проучить
Тебя, и впредь не лез чтоб под колёса,
Ты должен все затраты возместить.
 
 
– За что?! Я прав, я ехал по закону.
Да и крыло мне надо выправлять.
– С твоими мыслями тебя бы в "зону",
Чтобы закон стал лучше понимать.
 
 
С тобой я препираться не намерен,
Тебе пусть по заслугам воздадут.
Мои заслуги выше, я уверен,
Учесть их должен непременно суд.
 
 
Судила их прекрасная "Тойота",
И «Мерседес» ей сразу подмигнул,
Потом ещё шепнул с усмешкой что-то
И в «Жигулёнка» сторону кивнул.
 
 
А «Жигулёнок» скромно попытался
Про правила дорожные твердить,
Уверить в правоте своей старался,
И что должны их честно рассудить.
 
 
Судья, всё выслушав, постановила
Обоих так "примерно наказать",
Другим чтоб тоже неповадно было
Дорожное движенье нарушать.
 
 
Был должен «Жигулёнок» расплатиться
За новенькую дверцу и за то,
Что вынужден был «Мерседес» сердиться,
"Морально ущемлён был ни за что".
 

 
А «Мерседес» «Тойота» обязала,
Чтоб столкновенья вовсе исключить,
Себя сберечь, он должен для начала
Мигалку поскорей заполучить.
 
 
Вот так, в законе обходя все мели,
Суд оказался скор и очень крут.
Друзья же «Мерседеса» прогудели:
"Да здравствует наш справедливый суд!"
 

Шутка

 
Ей нужен только лев,
Ему ж нужна корова.
Ей слишком тесен хлев,
Ему ж нет лучше крова.
 
 
Он только б травку ел,
Ей антилопу б скушать.
Мычанье он хотел,
Но рык был должен слушать.
 

 
И как тут жить вдвоем?!
Ему бы подчиниться.
Ведь в логове своем
Она и впрямь царица.
 
 
Но он, упрямый бык,
Не внял. Есть правда в шутке:
“Не хочешь слушать рык,
Окажешься в желудке”.
 

Не ведая реалий

 
Весной пожухлая трава,
Дорогу уступая
Во имя жизни торжества,
Тихонько отмирает.
 
 
На смену ей спешит побег
Ещё совсем зелёный,
В жизнь начинающий разбег,
Мечтами окрылённый.
 
 
Не знает он, что год назад
Сейчас совсем сухая
Собою украшала сад,
Вовсю благоухая.
 
 
Она лелеяла мечты,
Не ведая реалий,
Чтоб королевой красоты
Её лишь называли.
 
 
Её возлюбленный – цветок,
Высокий, стройный, нежный,
Флюидов испускал поток,
Вселяющих надежды
 
 
На радость жизни много лет
Под знаком вдохновенья.
Была, чтоб худшею из бед,
Лишь лёгкость дуновенья.
 
 
Но в жизни кроме теплых дней
Бывают испытанья:
Морозы, зимних посильней,
Дожди до вымоканья.
 
 
То вдруг повеет суховей,
Пыль ляжет толстым слоем.
Уж не спасает тень ветвей,
Жизнь станет жарким боем.
 
 
Казалось, осень – та пора,
Когда все краски в моде.
Но поздно уж кричать ура,
Тепло-то на исходе.
 
 
И видит молодой побег,
У ног его старуха,
Уже отжившая свой век,
И что-то шепчет сухо.
 

 
Он полон сил! Ему ль нужны
Какие-то советы?!
Вопросы для него важны
И менее – ответы.
 

Послесловие

Басни – один из самых образных и ярких видов литературных произведений. В них можно за счёт побора аналогий в окружающем мире беспристрастно представлять результаты противоречивых намерений и действий в сфере человеческого общения. Порой басни ориентированы на конкретные события, однако, в большинстве случаев они могут характеризовать отношения людей в целом ряде ситуаций. Поэтому в заключительной части сборника приведена ориентировочная направленность каждой из басен.

• «Енот и Барсучонок» – о «забывчивых» людях и не только, получивших в своё время помощь и организационную поддержку.

• «Ласточки и Столб» – о различном толковании понятия «патриотизм».

• «Лошадки» – о неизбежных результатах бездумной молодости.

• «Огурец и Роза» – о предпочтениях людей с различным уровнем культуры.

• «Сорока» – погоня за престижем любой ценой не всегда даёт ожидаемый результат.

• «Баран и Верблюд» – реформаторы сферы образования.

• «Ромашка и Лопух» – возможный результат бездумной миграционной политики.

• «Синичка» – о стабильности стереотипов.

• «Козерог и высота» – о разных целях жизни.

• «Лев и сфера» – о границах дозволенного для любого лидера.

• TQM – о попытке управлять творческим образовательным процессом.

• «Львица и Телёнок» – о сочетании несочетаемого.

• «Козел и приватизация» – результат пройденного этапа «прогрессивных экономических преобразований».

• «Два берега» – о результатах попытки перехода с одного берега реки на другой.

• «Ёж и Ёлка» – красота не спасает беззащитного.

• «Павлин в курятнике» – о беспредельном внедрении иностранных понятий в российскую культуру и в жизненные традиции.

• «Овчарка и Борзая» – о Грузино-Осетинском конфликте.

• «"Мерседес" и "Жигулёнок"» – о труднодостижимой правоте.

• «Шутка» – семейный матриархат.

• «Не ведая реалий» – о неизменных реалиях жизни.