Читать книгу: «Избранные скоростью: Королевские гонки под прицелом», страница 4

13 июня, Лозанна, штаб-квартира «Грейт Волл»

– Ганс! Привет дружище! У меня к тебе деловой разговор, у тебя найдется для меня несколько минут? – поинтересовался Клаус.

– О чем ты говоришь, конечно. Давай встретимся и обсудим все в тихом местечке.

Через час они сидели в кафе, недалеко от офиса Клауса и тихо беседовали.

– Ганс! В России я нашел одного парня, отличного пилота для своей команды, но его хотят убить. На него уже было покушение. Произошел взрыв, и, как оказалось, взрыв был не случайным. Погиб другой человек – сотрудник его команды, простой слесарь. Я не знаю, кто заказчик, но моему кандидату угрожает опасность, поэтому хочу попросить тебя помочь ему. Я знаю, что у тебя есть подготовленные люди, опытные сотрудники, знающие русский язык. Надо защитить парня. Первый раз им не удалось его убить и они, кто не знаю, попытаются повторить покушение. Эти ребята будут действовать наверняка, и мне будет жаль не только русского автогонщика, но и себя самого. Ты сможешь мне помочь?

Клаус достал из портфеля все документы на Прохорова и протянул их Гансу. Тот взял их, повертел в руках, с минуту помолчал и ответил:

– У меня есть подходящая кандидатура. Я тебе обязательно помогу. Будь уверен, твой парень будет под надежной защитой. Нужно сказать, что Ганс не был говорливым человеком. Отпечаток профессии накладывал свои особенности на него. Опытный детектив говорил исключительно по делу, логически делая выводы, и не отвлекался на мелочи. Немецкая педантичность и дисциплина сделали Ганса Хрубеша одним из лучших сыщиков Интерпола. В нём Ганс отслужил десять лет и позже открыл свою частную сыскную фирму.

Для такого деликатного дела, о котором поведал Гансу Клаус, нужен был опытный детектив. Всё-таки, работать нужно будет в России, а эта страна полна загадок и парадоксов. Тут нужен агент с особой закалкой. Такая кандидатура у Ганса была. Но дело имело одну особенность – скорее всего, в России работал взрывник, связанный с международной преступной сетью. Такой вывод Ганс сделал, изучая всю информацию о взрыве на треке в Москве. Конюшня «Грейт Волл» из Европы, Прохоров из России, по взрыву работал человек, вообще непонятно откуда. Но это всего лишь догадки. Начнём дело, а там видно будет – подумал Ганс и позвонил своему человеку.

Через час Ганс разговаривал в этом же кафе со своим давним сотрудником Чарли Стенсоном.

– Чарли! – начал разговор Ганс – я тебя очень ценю, как профессионала. Ты умеешь много больше, чем другие сотрудники, поэтому, хочу именно тебе поручить дело, которое породило очень много вопросов, и без нашей помощи не обойтись. Конечно, русские детективы уже занялись этим вопросом, но, для надёжности, нужен твой опыт и знания.

– Ты так говоришь, как будто миру угрожает апокалипсис. Я так понимаю, что нужно ехать в Россию? – уточнил Чарли.

– Правильно понимаешь. Дело не в апокалипсисе. Меня не покидает ощущение, что здесь гуляет крупная рыба, и я хочу её поймать – спокойно сказал Ганс.

– Ладно. Когда ехать?

– Вчера. Будь осторожен, зря не рискуй. Все документы оформишь в конторе. Созвонимся – Ганс попрощался с Чарли и вышел из кафе.

Детективное агентство «Ахилесс»

Детективное агентство «Ахилесс» было создано Гансом Хрубешом. В силу специфики работы, в агентстве отбирались самые опытные сыщики. Чаще всего это были отставные офицеры полиции и контрразведки. Многие из них участвовали в миротворческих миссиях, имели боевой опыт и исключительные навыки в поимке преступников международного уровня. Агентство «Ахилесс» не занималось поисками хулиганов или наркодилеров местного масштаба. Целью работы агентства был международный преступный мир. Детективы могли работать в любой стране по заданию. Не редко бывали случаи, когда днём агент искал преступника в Европе, а вечером продолжал свои поиски в Южной Америке, а потом опять летел в Европу. Чарли Стенсон – один из агентов, на которых Ганс делал свою ставку. Такие агенты не подводили никогда, и им поручалась самая опасная работа.

Чарли Стенсон работал в полиции Нью-Йорка, и ему часто приходилось бывать в серьезных переделках. Однажды, еще три года назад, они с напарником Вилли Блантом были в засаде на подземной парковке. Информатор сообщил о сделке по наркотикам между преступными кланами, и группа Чарли должна была их взять. К сожалению, как это бывает, в отделе оказался крот и в последний момент, когда все уже было готово к захвату, он предупредил главаря одной из банд по смс. Охрана главаря достала автоматы и дробовики и приготовилась к стрельбе. Нужно было рисковать, иначе потом всю банду будет трудно взять. По громкоговорителю Чарли приказал всем сложить оружие, но в ответ раздались выстрелы. Силы были примерно равны, и Чарли скомандовал «захват». Он первым поднялся и пошел на банду, стреляя на ходу и перезаряжая свои пистолеты. Уже были убиты двое бандитов, как Чарли услышал крик «Боже, я ранен!». Чарли подхватил окровавленного Вилли, оттащил за колонну от выстрелов и пытался его подбодрить, но смертельно раненый напарник лишь успел сказать: «Передай моей Джессике и дочке, что я очень сильно люблю их!» и закрыл глаза. В тот вечер всю банду нейтрализовали. Были взяты и бандиты, и наркота. Улов богатый, но Чарли потерял друга и верного напарника Вилли. Как он теперь появится на пороге его дома и, как сообщит его жене такую трагическую весть? Но, это надо было сделать.

Чарли пришел домой уставший и сел за стол.

– Подай мне виски, – попросил он Лауру, свою жену.

Они уже десять лет были вместе, и она сразу все поняла – на работе что-то случилось, возможно, кто-то пострадал. Она достала из холодильника бутылку виски и села рядом.

– Я тебе тоже налью, – обратился к ней Чарли, – сегодня я потерял Вилли – у Чарли скатилась слеза, и он залпом выпил содержимое стакана.

Лаура лишь пригубила рюмку и поставила её на стол. Она обняла Чарли и так они просидели примерно час. Он рыдал. Лучший полицейский управления рыдал, как пацан. Как смириться с потерей напарника, с которым работал три года и успел сдружиться? Он и познакомил Вилли с Джессикой, а через три месяца Чарли был у Вилли на свадьбе свидетелем. Лаура лишь гладила его по голове, как малыша и пыталась успокоить. Еще через час супруги стояли на пороге дома Вилли и звонили в дверь.

Джессика открыла двери, она была в цветастом кухонном фартуке, который ей как-то подарил Вилли, и с салатницей в руке. Она улыбнулась, увидев гостей, и радостно воскликнула:

– Чарли, Лаура, как здорово, что вы пришли! Сейчас придет Вилли, и мы будем ужинать. – Она прошла внутрь и резко остановилась. Джессика повернулась, прижала салатницу к груди и начала лихорадочно мотать головой и шептала «нет, нет, нет», отрицая оглашение плохой вести всем своим сознанием. Мысли бились в голове о какую-то стену непонимания или нежелания принять реальность: «Если Чарли здесь и пришел с работы, то и Вилли должен быть уже дома. Его нет, что случилось?». Она пристально всмотрелась в лицо Чарли и слезы покатились из ее глаз.

– Нееееееет! – истошный крик Джессики пронзил вечернюю тишину. Она выронила салатницу, упала на пол и кричала только слово «нет», ударяя кулаком по полу, будто это могло что-то изменить. Чарли и Лаура стояли, боясь пошевелиться. Минуту погодя, Лаура подошла к Джессике, приподняла ее и повела к дивану. Она обняла голову горем убитой подруги и поглаживала ее. Никто ничего не говорил – просто не было слов, которые были бы уместны в эту минуту. Чарли принес стакан воды и сел рядом. Сделав пару глотков, Джессика вытерла слезы и лишь тихо спросила:

– Как он погиб?

– Мы были в засаде, брали банду. Они начали стрелять, и пуля попала прямо в грудь. Бронник не спас, у одного из бандитов был автомат с патронами, которые пробивают бронежилет, такие на вооружении спецназа обычно. Когда мы поднялись, Вилли шел за мной. Я виноват, недоглядел – виновато, опустив глаза, рассказал о произошедшем Чарли.

– Не говори так. Ты не виноват. Вилли был смелым и не прятался за спинами. Хорошо, что Саре всего годик, она еще не знает, что такое потеря. Когда вырастет, я ей потом все расскажу, – и Джессика подошла к кроватке, в которой спал маленький комочек – дочка Сара. Джессика улыбнулась спящей дочери, поцеловала ее и села на стул. Слезы вновь хлынули из ее глаз.

Через два дня были похороны. Весь полицейский участок пришёл проводить сержанта Вилли Бланта в последний путь. К Джессике подходили люди, говорили слова сочувствия. После похорон, Чарли пришел к начальству и подал рапорт об увольнении. Начальник полиции долго его отговаривал, предложил отпуск, но Чарли не соглашался. Он не мог уже работать так, как прежде.

Но, безработным Чарли Стенсон ходил не долго. Однажды в его квартире раздался телефонный звонок. Это и было частное охранное агентство «Ахилесс». Предложение было хорошим, да и Чарли сам понимал, что он остался полицейским. Это у него получалось лучше всего. Лаура не возражала, понимала, что Чарли любил такую работу, хоть и рискованная она была. Жил Чарли у себя, в Америке. Он лишь вылетал по заданию, на какую-нибудь операцию, куда его командировало агентство. Это была компания, сотрудники которой могли жить в разных странах и были готовы в любой момент выехать по заданию. Но в этот раз, Чарли должен был сопровождать важную персону в Швейцарии и, выполнив свою работу, позвонил куратору с отчетом о командировке. Куратор поинтересовался дальнейшими планами Чарли и предложил ему миссию в Россию.

– Я никогда там не бывал. Это даже интересно, а что произошло? – спросил Чарли.

Куратор объяснил всю ситуацию и предложил разобраться в этом деле.

– Тебе полный карт-бланш. Действуешь самостоятельно и вот тебе телефон нашего сотрудника. Если понадобится, свяжешься – сказал куратор и дал последние инструкции.

14 июня, Лозанна, международный аэропорт

В аэропорту Лозанны Чарли взял билет до Москвы, прошел контроль и сел в самолет. Поудобнее устроившись в кресле, открыл ноутбук и стал искать информацию о нашумевшем взрыве. Он долго вглядывался в лицо Олега Прохорова, его тренера Сергея Петровича. Посмотрел несколько раз сам момент взрыва и стал думать. Стенсон принимался рисовать какие-то схемы в блокноте, но зачёркивал их и опять рисовал новые. Пока ничего не выходило, никакая связь не выстраивалась. Что же, придётся ориентироваться на месте.

Вдоль борта самолета прошла стюардесса, и чей-то голос её окликнул:

– Будьте добры, кофе, пожалуйста!

Чарли невольно обернулся на голос, и на мгновение почувствовал, что ему это лицо знакомо, да и этот голос он уже слышал. «Мало ли, где я мог видеть похожее лицо. Может в прошлом году в Аргентине или три месяца назад в Японии. Столько в мире похожих людей, что можно и обознаться» – отмахнулся от мысли Чарли и решил немного вздремнуть.

На самом деле голос принадлежал Якубу. Он и Карина летели в этом же самолете в Москву. У каждого из них будет свое задание. Успех задания одного приведет к провалу миссии другого. Но, сейчас, они летели вместе и их кресла были рядом. Если бы Чарли знал, с кем летит в Москву…

14 июня, Москва, международный аэропорт. Карина, Якуб, Чарли

Днём самолет приземлился в Шереметьево. Пассажиры направились к выходу.

– Якуб, помоги мне с чемоданом! – попросил женский голос. Это была Карина, которая обращалась к своему кавалеру.

– Да, дорогая, помогу – был ответ.

Чарли вновь обернулся – опять это лицо и этот голос. Да и походка до боли знакомая. «Определенно, я его знаю. Но откуда, и когда я с ним пересекался? Чёрт подери, ну почему так устроена память, что может помнить всякую ненужную дрянь, а то, что надо, вспоминается с трудом, как у старого компьютера, который всё время виснет» – не унимался Чарли.

Очередь прошла таможенный контроль, и Чарли направился в гостиницу. Якуб и Карина остановились в частном доме, который предложил им в аэропорту один мужчина. Якубу совсем не нужно было светиться перед видеокамерами в гостиницах.

– Почему мы не едем в гостиницу? – поинтересовалась немного раздраженно Карина.

– Детка, мы в России. Здесь нужно прочувствовать всю прелесть простой жизни. К тому же это дешевле – ответил Якуб, зная натуру Карины на всем экономить.

– Ладно, но обещай мне, что покажешь Москву.

– Конечно, сегодня же и поедем кататься.

Карина успокоилась и села в машину. Якуб и здесь осторожничал. Он не сел в такси, зная, что они могут на него донести, если что. В дом их привез тот мужчина, который сдавал жилье в пригороде столицы.

– Располагайтесь и чувствуйте себя, как дома – сказал хозяин и уехал, взяв деньги за месяц вперед.

Чарли остановился в гостинице и пошел в душ. Он хотел немного отдохнуть и потом приступить к делу. По каналу связи, известному только ему и его куратору, детектив связался с сотрудником фирмы в Москве и получил практически все данные о ходе расследования. Это были документы, фотографии с места взрыва, русских следователей, ведущих дело. Чарли несколько раз прокрутил момент взрыва – ничего особенного. Стал изучать фото, всматривался в лица Прохорова, Кузьмина, Евсеевой и Громова. По обыкновению Стенсон рисовал для себя психологический портрет объекта и делал какие-то записи в блокноте.

Взяв фото Кузьмина, он долго всматривался в лицо коллеги и видел мужественного, целеустремленного человека. «А ведь такой решительный детектив может найти киллера. Что-то в нем есть, в этом майоре. По крайней мере, лицо вызывает доверие. Наверняка, мой коллега побывал в серьёзных переделках. Такой взгляд, как у Кузьмина, вырабатывается у сыщиков годами. На его лице явно читались долгие часы в засаде, изнурительные допросы, схватки с бандитами и еще, самое главное, этот парень умеет думать и думать правильно» – такую характеристику дал для себя Чарли и он отложил фото Кузьмина.

Над фотографией Громова Чарли много не думал. «Наверное, стажер и еще ничего толком не знает. Но он в группе Кузьмина, значит, этот молодой человек, что-то, да умеет или быстро учится». Чарли и сам пару раз работал со стажерами, учил их уму-разуму, как правильно работать в мегаполисе и это были перспективные ребята.

Последней фотографией, над которой думал Чарли, была фотография русского пилота, так неудачно ставшей мишенью для покушения. Чарли, скорее сам себе задавал вопрос, чем разговаривал с Прохоровым.

«Кому же ты понадобился, парень?» – спрашивал Чарли – «если того, кто тебя хотел убить или попытается в скором времени это сделать, мы еще сможем найти, то кто заказчик? Кому ты перешел дорогу?» – еще раз спросил себя Стенсон и сел за компьютер. Надо было поискать больше информации об этом событии, что произошло на треке. Может что-то полезное и найдётся.

Фернандо Куко, Бразилия, Сан-Паулу, 199… год

На соревнованиях в Москве особое внимание привлек темнокожий парень. С виду спортивный, мускулистый и невысокого роста. Он провел тренировочные заезды, после чего осматривал свой болид. Ему нравилось самому устранять какие-то неисправности. Каждый узел, каждая деталь им была осмотрена с особой тщательностью. Так к своему болиду, как к другу, относился бразильский гонщик, пилот команды «Аллигаторы Рио» – Фернандо Куко. Он тоже стал свидетелем взрыва, хоть их гараж и находился несколько дальше других команд.

Чтобы узнать, когда болид становится другом, нужно узнать ближе самого хозяина. Да и о судьбе этого гонщика стоит рассказать подробно.

Молодой пилот из Бразилии, показавший лучший результат сезона на гран-при Сингапура на круге, особо ничем не выделялся. Ему только исполнилось 19 лет. Вырос в трущобах Сан-Паулу, а это такая школа выживания, что врагу не пожелаешь. Если ты выжил в бразильских трущобах, ты выживешь везде. Неизвестно, как сложилась бы его жизнь, если бы, однажды, Куко не оказался на городских заездах. Недалеко от них была свалка, и восьмилетний пацан собирал, чем можно поживится. Рев моторов остановил его, и он увидел, впервые, болиды. Они сверкали на солнце, рев моторов манил к себе. В них слышалась мощь, скорость и какая-то притягательная, даже мистическая сила. Рядом стояли пилоты болидов, в красивой форме, в сверкающих до блеска шлемах, на руках красивые перчатки. «Боже, как же все тут здорово. Я хочу стать таким же» – думал Куко, рассматривая и машины и пилотов с особой внимательностью. С этого момента для него стало очевидным, что без таких машин он жизни другой не представляет. Заезды на трассе проходили целую неделю, и каждый день Куко пропадал здесь. Его родителям не было до него дела. Мать возилась с очередным младенцем, которого она родила уже от пятого мужа, родной отец пропадал в кабаках, давно разведенный и никому не нужный. Позже он станет жертвой поножовщины в какой-то забегаловке: не поделил с компаньоном, таким же картёжником стакан виски.

Когда соревнования закончились Куко подошел к треку и зашел внутрь. Немного с наглостью обитателя трущоб, немного с осторожностью, он подошел к старенькому болиду и смотрел на него с большим интересом.

– Нравится? – окликнул его голос.

Это был Диас, старик, давно прописавшийся на треке и заправлявший болиды к заезду.

Куко ничего не ответил. Дети с трущоб не отличаются болтливостью. Он лишь посмотрел на старика исподлобья с недоверием. Диас знал о поведении детей с песчаных карьеров и подозвал парнишку:

– Сядь за руль болида, я буду толкать, а ты рули, надо нашего «железного коня» завести в гараж.

– За руль? – глаза Куко округлились. Парень не верил своему счастью. Да-да, для него это было настоящим счастьем. Он садился за руль болида, старенького, разваливающегося, давно выцветшего на солнце и рулил. Надо ли описывать, какие чувства переполняли душу маленького пацана, который в своей небольшой жизни только свалку и видел в трущобах, да иногда драки с ножами.

С этого дня жизнь маленького Куко круто изменилась. Он приходил сюда каждый день. Диас ему рассказывал много всяких историй из жизни гонщиков, которых он хорошо знал. Знал Диас и то, что такому парню нужно хоть какое-то образование, и он стал платить за его учебу в школе. Параллельно с учебой мальчик изучал устройство болида и часами напролет копался в старых машинах, чтобы починить хоть один экземпляр. Однажды, ему все-таки удалось собрать старенький болид, за который он впервые сел, и завести его. Спросив разрешения Диаса, Куко прокатился на собственном болиде несколько кругов. Он проехал бы и больше, но машина не выдержала, и у нее отлетел патрубок подачи топлива. Просто он сломался. Новых запчастей не было. Трек был старый и никто не спонсировал ни его, ни гараж, ни его содержание. Диасу платили жалкие гроши, лишь бы он просто присматривал за треком. Старик помогал парню, как мог, и с устройством болида, и с учебой. Учился Куко прилежно. Окончив школу со средним баллом, он продолжал работать у Диаса.

Однажды, когда Куко исполнилось шестнадцать, Диас взял его на соревнования в Рио, где проходили квалификационные заезды по автогонкам. Там выступал старый знакомый Диаса – Виктор Карбальо. Его-то и попросил Диас посмотреть Куко в деле. Проехав несколько кругов на скорость, Куко тормознул болид и вышел из кабины.

– Неплохо, очень даже неплохо. Нужны тренировки и режим, справишься? – Спросил молодого гонщика Виктор.

– Справлюсь – сказал, как отрезал Куко.

– Пока я с тебя ничего не возьму. Расплатишься с первых гонораров за победу – сказал Виктор.

Куко был на седьмом небе от счастья. Надо ли объяснять, как важен шанс для человека, хотя бы один из миллиона, чтобы у него расправились крылья. Именно такой шанс получил Куко сегодня и от кого, самого Карбальо – известного чемпиона мира по королевским гонкам, перешедшим обратно в «Формулу-2».

Через несколько лет Фернандо Куко стал официальным претендентом от Бразилии на подписание долгосрочного контракта с командой «Грейт Волл». Естественно, в тот день, когда произошел взрыв, бразилец был в Москве и оказался свидетелем трагедии.

С Прохоровым Куко не был знаком, точнее знал его заочно, и теперь им предстояло стать членами одной конюшни. После взрыва бразилец подошел к Олегу и заговорил с ним.

– Ты разговариваешь по-английски? – Спросил Куко Олега.

– Да, – ответил Прохоров – хотя сейчас мне не до разговоров.

– Не унывай парень. Мне хочется, чтобы мы стали друзьями. Я о тебе много слышал. Ты классный гонщик и мне импонирует твой стиль езды. У нас похожие судьбы и я рад, что буду с тобой в одной команде. Надеюсь, скоро все разрешится, и мы с тобой будем диктовать всем правила на трассе, пора нашим ветеранам подвинуться – с улыбкой подбодрил Олега Куко и протянул руку.

– Спасибо. Буду рад работать вместе с тобой – ответил Прохоров улыбаясь.

Фернандо уехал в гостиницу, а Прохоров остался в гараже. Он все еще не мог осознать происходящее. Этот разговор состоялся уже после того, как со словами соболезнования к Олегу подошел Клаус.

К вечеру на треке все было убрано. Тело Вити увезла скорая, а поврежденный болид отвезли на экспертизу в следственное управление.