Цитаты из книги «Сандаловое дерево», страница 5

- А если нет никакой вечной жизни? - спросила я.

Гарри задумался.

- Не уверен, что это так уж важно. Мне кажется, если что и делает эту жизнь сносной, то лишь то прекрасное, что мы создаем из хаоса, - музыка, искусство, поэзия, но прежде всего - возможность прожить жизнь красиво, какой бы кто смысл в это ни вкладывал.

Безопасность. Где ее больше, а где меньше?

Каждый укрывался в своем уголке, пока что то не выгоняло нас оттуда, и мы вылетали – с уже сжатыми кулаками.

Ветераны Второй мировой были для всех образцами героизма, отважными освободителями, и большинство из них без сожаления оставили пережитые ужасы под руинами войны или, по крайней мере, старались это сделать.

Но тирания мании абсолютна, и доводами рассудка ее не одолеешь.

Мне кажется, если что делает эту жизнь сносной, то лишь то прекрасное, что мы создаем из хаоса - музыка, искусство, поэзия, но прежде всего - возможность прожить жизнь красиво, какой бы кто смысл в это не вкладывал.

Все, что у нас есть, это наши истории.

Хотя все становится более знакомым, я чувствую, что это место слишком огромное, слишком древнее и слишком запутанное для меня, чтобы почувствовать себя его частью. Все равно что пытаться выхватить одно-единственное видение из непрерывно меняющегося калейдоскопа.

Любовь дочери к литературе была еще одним разочарованием для ее матери. «Будешь продолжать в том же духе, и все закончится тем, что никто и замуж не возьмет», - предупреждала миссис Уинфилд, но ради хорошей книги Адела могла ослушаться даже матери.

Желать - значит страдать. Лишь принимая все как есть, мы находим гармонию.