Цитаты из книги «Волхв», страница 7

Нагая женщина, крашеная, с кожей из шелка; когда ее заводили, она валилась на ветхую кровать, поднимала ноги и вместе с руками разводила их в стороны. Как только владелец ложился сверху, руки

Это безумие, Николас. Тысячи англичан, шотландцев, индийцев, французов, немцев мартовским утром стоят в глубоких канавах – для чего? Вот каков ад, если он существует. Не огнь, не вилы. Но край, где нет места рассудку, как не было ему места тогда под Нефшапелью.

Циником-то я был не по природе, а по статусу бунтаря. Я отверг то, что ненавидел, но не нашел предмета любви и потому делал вид, что ничто в мире любви не заслуживает.

размышления. Я только сейчас понял, что и

Но, по общепринятой легенде, добровольцев использовали только в конвое и на посылках. В сражениях участвовали регулярные войска и резерв.

Секреция шимпанзе, психология пчелиной матки; воля и опыт столь же развиты, как врожденные задатки.

Декоративные гуси, что будто сошли с росписей на шелке. У него был облик европейца, но

Д. Г. Лоуренса самой выдающейся личностью нашей эпохи; родители же Лоуренса, конечно

Серые, как шерсть персидской кошки, горы, огромный, не прошедший огранки, желтый алмаз небосклона

Напротив за россыпью крыш вставал темный, сплошной силуэт Акрополя