Сто граммов боли…

Что ценнее: одна невинная жизнь или истина, которая спасёт тысячи?

Можно ли остаться человеком, если тебя заставляют быть судьёй, палачом и жертвой — в одном лице?

Он просыпается в абсолютной тьме. На шершавой каменной плите. Без имени. Без прошлого. С одним лишь холодом под спиной и животным страхом в груди.

А потом начинаются порталы.

Он становится мстителем с топором. Тем, кто делит последний шанс на жизнь. Существом, в котором голод борется с совестью.

Каждый мир — это жёсткая этическая ловушка. Каждый выбор калечит. И с каждым разом холод плиты сменяется неестественным теплом, а тьма вокруг становится чуть тоньше, прозрачнее… будто за ней кто-то наблюдает.

Это не тюрьма. Это — испытание.

Испытание, у которого нет цели, кроме самого процесса.

Испытание, которое закончится только тогда, когда ты перестанешь быть тем, кого можно ломать.

Когда поймёшь, что последний выбор — это не между жизнью и смертью.

А между тем, чтобы принять правила…

или нарушить самое главное из них.