Читать книгу: «Сплетение судеб»

Глава 1: АНОМАЛИЯ.

Три года, два месяца и одиннадцать дней.

Именно столько я была Хранительницей Моста. Достаточно долго, чтобы научиться спать под постоянный гул разломных нитей в сознании. Достаточно, чтобы перестать считать исцелённые барьеры – после трёхсотого сбилась со счёта и решила, что числа не важны. Достаточно, чтобы почти забыть, какой была жизнь до того, как реальность стала моей ответственностью.

Почти.

Но этим утром что-то было не так.

Я проснулась от ощущения, которого не испытывала раньше. Не боль. Не зов повреждённого барьера. Скорее диссонанс. Как будто оркестр, который годами играл в гармонии, внезапно фальшивил на одной ноте.

Эдриан всё ещё спал рядом, обнимая меня даже во сне. Три года брака не ослабили эту привычку. Я осторожно высвободилась, подошла к окну нашего дома – теперь большего, с видом на центральную платформу Пограничья.

Рассвет в Пограничье был произведением искусства. Серая бесконечность окрашивалась оттенками, для которых не существовало названий в человеческих языках. Я видела не только краски, но и нити – тысячи серебристых линий, тянущихся через пространство между мирами.

Обычно они пульсировали ровным ритмом. Приливы и отливы энергии, естественные как дыхание.

Сегодня ритм сбивался.

Одна нить – соединяющая водный мир Акватис с лесным Сильваром – светилась слишком ярко. Не здоровым серебром, а резким, почти болезненным белым. Я сосредоточилась, пытаясь понять, что происходит.

Барьер между мирами был закрыт. Не повреждён. Не истончён. Запечатан. Как будто кто-то взял и захлопнул дверь, которая всегда должна была оставаться приоткрытой.

– Это странно, – прошептала я.

– Что странно? – Эдриан обнял меня сзади, положив подбородок на моё плечо. Его магия, всё ещё разломная после трёх лет, резонировала с моей. Через связь он видел то, что видела я. – Эта нить. Она не повреждена, но.

– Но мёртвая, – закончила я. – Нет потока. Полная изоляция.

– Может, естественная флуктуация? Барьеры иногда укрепляются сами.

– Не так. Не до полного запечатывания. – Я повернулась к нему, и моя тревога передалась через связь. – Нужно проверить. Сейчас.

Мы оделись быстро, привычно. За три года выработали ритуал утренних проверок – завтрак, если нет срочных зовов, потом обход критических точек сети. Сегодня завтрак пропускали.

Велар встретил нас на центральной платформе. Главный Старейшина постарел за эти годы, но его магическое зрение оставалось острым.

– Ты тоже чувствуешь? – спросил он без приветствия.

– Нить Акватис-Сильвар. Полностью запечатана.

– Не только она. – Он провёл рукой, и проекция сети материализовалась в воздухе. Пятнадцать мостов, соединяющих двадцать миров. Обычно все светились ровным серебром. Сейчас три нити пульсировали тем же резким белым. – Три запечатывания за ночь. Все в разных частях сети. Нет паттерна.

– Это атака? – Эдриан немедленно перешёл в режим Хранителя. Годы вне службы не стерли инстинкты.

– Не знаю, – честно ответил Велар. – Никогда не видел ничего подобного. Барьеры не разрушаются. Они укрепляются до непроницаемости. Противоположность твоей работе, Алессия.

Холод прополз по спине. Противоположность. Кто-то или что-то противодействовало моей роли Хранительницы.

– Нужно проверить на месте, – сказала я. – Портал к ближайшей запечатанной зоне.

Велар открыл проход, и мы шагнули к нити между Акватис и Сильвар.

Граница между мирами обычно была тонким, почти незаметным слоем. Место, где одна реальность заканчивалась и начиналась другая. Я регулярно ходила по этим границам, исцеляя повреждения.

Сейчас граница была стеной.

Буквально. Белая, непроницаемая стена энергии высотой бесконечной. Она тянулась вверх и вниз, в стороны, замыкая весь барьер. Я протянула руку, коснулась поверхности.

Боль обожгла пальцы. Не физическая, магическая. Отторжение. Эта стена не просто запечатывала – она активно отталкивала разломную энергию.

Отталкивала меня.

– Не можешь пройти? – спросил Эдриан, готовый поддержать.

– Не просто не могу. Она меня не хочет. – Я отдёрнула руку, растирая пальцы. – Это целенаправленно. Кто-то создал барьер, который специфически блокирует Хранительницу.

– Кто может сделать такое?

– Никто из известных мне, – призналась я. – Нужно вернуться, собрать Совет. Тераш, может, знает что-то из древних записей.

Мы вернулись в Пограничье, и я немедленно послала вызовы. Экстренное собрание. Все ключевые фигуры – Старейшины, представители связанных миров, наши близкие.

Через час Зал Собраний был полон.

Тераш прибыл одним из первых, опираясь на посох. Ему было сто сорок шесть лет, и каждый год чувствовался. Но разум оставался острым как бритва.

– Запечатанные зоны, – повторил он после моего доклада. – Показывающие признаки активного отторжения разломной энергии. Интересно.

– "Интересно"? – взорвалась Лирина. – Алессия не может выполнять свою работу! Если барьеры начнут повреждаться естественным образом, а она не сможет исцелять.

– Спокойно, – я подняла руку. – Запечатаны только три нити из пятнадцати. Остальные функционируют нормально. Пока.

– "Пока" – ключевое слово, – сказал Торин. Мой бывший друг-Хранитель, теперь инструктор межмировой службы защиты, сидел рядом с Валеной. Странный союз, но работающий. – Что если это только начало? Что если все мосты будут запечатаны?

– Тогда вернёмся к изоляции, – мрачно ответила Валена. – Три года прогресса уничтожены. Миры снова разделены.

Шум поднялся в зале. Обвинения, предположения, страх. Я позволила продолжаться минуту, потом стукнула ладонью по столу. Разломная энергия усилила звук, и все замолчали.

– Паника не поможет. Нужна информация. – Я посмотрела на Тераша. – Магистр, есть ли в древних записях упоминания о подобных явлениях?

Старый маг потёр переносицу.

– Возможно. Помню фрагмент что-то о "Страже первичного разделения". Существо или сила, которая изначально создала барьеры между мирами. Но это легенда. Миф. Не документированный факт.

– Миф, который может быть реальностью, – вмешался Эдриан. – Разломная энергия тоже считалась мифом двести лет назад. Потом Алессия родилась.

– Если Страж реален, – медленно сказала я, – и он противодействует моей работе почему? Почему ждал три года? Почему не остановил с самого начала?

– Может, не мог, пока твоя сеть была маленькой, – предположил Велар. – Но пятнадцать мостов, двадцать связанных миров это критическая масса. Угроза его цели.

– Какая его цель?

– Держать миры разделёнными, – ответ пришёл от неожиданного источника. Кейра, посредница, молчавшая до этого момента, встала. – Если он создал барьеры, значит, хотел изоляции. Ты, Алессия, делаешь противоположное. Объединяешь. Конечно, он видит в тебе угрозу.

Логика была безупречной. И ужасающей.

– Значит, я веду войну с существом, которое может быть древнее цивилизации, – я рассмеялась без юмора. – Отличная карьера для двадцатитрёхлетней девушки.

– Двадцать шесть, – поправил Эдриан. – И ты не одна. Никогда не была.

Его рука сжала мою, и через связь потекла его непоколебимая уверенность. Моё постоянное чудо – после всего, что мы пережили, он всё ещё верил в нас.

– Хорошо, – я выпрямилась, обращаясь к собранию. – План такой: Тераш, ищи всё, что можешь найти о Страже. Любые упоминания, даже мифологические. Велар, мониторь сеть. Если появятся новые запечатывания, я хочу знать немедленно. Торин, Валена, подготовьте защиту ключевых мостов на случай физической атаки. Эдриан и я попытаемся установить контакт с чем бы это ни было.

– Контакт? – переспросила Лирина. – Как?

– Я Хранительница Моста. Разлом слышит меня. Если Страж часть Разлома или связан с ним, я найду способ говорить. – Я встала, завершая собрание. – У нас построено что-то прекрасное. Сообщество миров, сотрудничество, мир. Не позволю древней силе разрушить это из-за страха перед переменами.

Слова звучали храбро. Уверенно.

Внутри я была напугана до смерти.

Потому что если Страж действительно существовал, если он был достаточно силён, чтобы запечатывать мои мосты.

Что ещё он мог сделать?

И что произойдёт, если наша война с ним пойдёт не так?

После собрания, когда мы с Эдрианом вернулись в наш дом, он обнял меня долго, молча.

– Боишься, – сказал он. Не вопрос. Через связь он всегда знал.

– Смертельно напугана, – призналась я. – Три года всё было относительно стабильно. Проблемы были, но решаемые. Теперь чувствую, будто стою на краю пропасти, и кто-то собирается толкнуть.

– Тогда мы упадём вместе, – он поцеловал мою макушку. – И поднимемся вместе. Как всегда.

Я хотела верить ему.

Но в глубине души, где жило ядро трансформированной тьмы, шептал голос:

*Это только начало*.

*И конец будет болезненным*.

Я не знала тогда, насколько прав был этот шёпот.

Глава 2: СОВЕТ МИРОВ.

Три дня.

Три дня, пока Тераш перерывал архивы, Велар мониторил сеть, а я пыталась установить контакт с Разломом. Три дня, за которые ещё две нити запечатались. Теперь их было пять из пятнадцати.

Треть нашей сети была мертва.

И сегодня собирался Совет миров – официальное собрание представителей всех двадцати связанных реальностей. Дипломаты, правители, маги, те, кто имел власть и голос в своих мирах.

Я ненавидела эти собрания.

Политика никогда не была моей сильной стороной. Я была Хранительницей – исцеляла барьеры, создавала мосты, решала технические проблемы. Эдриан был лучше в переговорах, умел находить компромиссы. Но сегодня все взгляды были направлены на меня.

Зал Совета в Пограничье был построен специально для таких встреч. Круглая комната с двадцатью арками, каждая вела в свой мир. Делегации сидели у своих арок, и атмосфера была напряжённой.

Я стояла в центре круга. Эдриан рядом, как всегда. Велар открыл собрание формальным приветствием, но все ждали моих слов.

– Пять мостов запечатаны, – начала я без прелюдий. – Мы не знаем кем или чем. Работаем над выяснением, но процесс идёт медленно. Пока рекомендую усилить защиту оставшихся мостов и подготовиться к возможной временной изоляции некоторых миров.

– Временной? – голос раздался от арки Альтерры. Новый представитель – я не знала его имени, молодой маг с амбициозным взглядом. – Или постоянной? Может, это знак, что мы зашли слишком далеко?

– Что вы имеете в виду? – моё терпение уже было на пределе.

– Три года назад у нас было три моста. Проблем не было. Потом вы расширили сеть до пятнадцати. И внезапно появляются запечатывания. – Он встал, обращаясь к другим делегатам. – Совпадение? Или последствие чрезмерного вмешательства Хранительницы в естественный порядок?

Гул возмущения прокатился по залу. Половина делегатов поддержала – кивки, согласные возгласы. Другая половина протестовала.

Эдриан шагнул вперёд, но я остановила его жестом.

– Вы обвиняете меня в создании проблемы, которую пытаюсь решить? – мой голос был спокойным, но через связь Эдриан чувствовал бушующий внутри гнев.

– Не обвиняю. Ставлю вопрос, – представитель Альтерры не отступал. – Может, миры были разделены по причине. Может, объединение нарушает некий космический баланс. И теперь реальность корректирует нашу ошибку.

– Ошибку, – повторила я медленно. – Вы считаете ошибкой то, что ваши торговцы свободно путешествуют в десять миров? Что ваши больные получают лечение в клинике Лирины? Что ваши студенты учатся в университете Тераша рядом с представителями дюжины рас?

– Я считаю, что за удобство можно заплатить слишком высокую цену!

– Какую цену?! – я не сдерживалась больше. – Говорите конкретно! Что плохого произошло за три года объединения?!

– Культурное размывание! – вмешалась делегат от Сильвара, женщина-эльф с ледяным взглядом. – Наши традиции, наша идентичность растворяются в космополитической каше!

– Экономическая зависимость! – добавил представитель горного мира Терракс. – Мы полагаемся на импорт из других миров. Что будет, если мосты закроются окончательно?

– Именно, – альтеррианец торжествовал. – Мы построили систему на зыбком фундаменте. И теперь фундамент трещит. Нужно остановиться, пока не поздно. Закрыть оставшиеся мосты добровольно. Вернуться к минимальным контактам.

Шум в зале стал оглушительным. Фракции формировались на глазах – изоляционисты против интеграционистов.

Велар пытался восстановить порядок, но его голос тонул в хаосе.

Я закрыла глаза, сосредоточившись на своём ядре тьмы. Позволила крошечной волне разломной энергии вырваться наружу. Не опасной. Просто заметной.

Серебристо-фиолетовое свечение вспыхнуло вокруг меня. Температура в зале упала на несколько градусов. Все замолчали.

– Закончили? – я посмотрела на каждого делегата по очереди. – Потому что пока вы обвиняете меня в разрушении порядка, я единственная, кто пытается понять, что на самом деле происходит. И вот что я знаю: это не естественная коррекция. Это целенаправленная атака.

– Атака? – переспросил делегат от водного мира Акватис. – От кого?

– Не знаю. Но знаю, что барьеры запечатываются магией, специфически противодействующей разломной энергии. Кто-то или что-то не хочет, чтобы миры были связаны. И использует силу, которой я не понимаю.

– Тогда, может, стоит послушать это послание, – сказала эльфийка из Сильвара. – Если некая сила говорит "остановись", мудрость в том, чтобы прислушаться.

– Мудрость в том, чтобы не сдаваться запугиванию! – взорвался Эдриан. – Три года мира! Три года сотрудничества! Научные прорывы, культурный обмен, дружба между расами, которые никогда не встречались! И вы хотите выбросить всё это при первой проблеме?!

– Это не "первая проблема", Хранитель, – холодно ответила эльфийка. – Это фундаментальное отторжение нашей деятельности со стороны самой реальности.

– Или со стороны того, кто боится перемен!

Спор разгорелся снова. Я чувствовала, как теряю контроль над собранием. Делегаты делились на лагеря, обвинения летели, компромисс становился невозможным.

И тогда произошло нечто странное.

Воздух в центре зала дрогнул. Не портал. Не магия кого-либо из присутствующих. Что-то другое. Как будто реальность на мгновение стала прозрачной.

И сквозь эту прозрачность проступил образ.

Фигура из серого тумана. Без чётких черт, но с присутствием настолько мощным, что каждый в зале почувствовал тяжесть. Древность. Силу.

Голос – не слышимый ушами, а резонирующий в костях – наполнил пространство:

Я застыла. Все застыли.

– Кто ты? – мой голос звучал слабо после этого гулкого резонанса.

– Какой порядок? Изоляция? Страх?

– Тысячи лет назад! – я шагнула к призрачной фигуре. – Цивилизации изменились! Мы не те, что древние!

– Ты не знаешь этого! Не дал нам шанса доказать!

– Но не войну! – Эдриан встал рядом со мной. – Проблемы, да! Но мы решаем их диалогом, не насилием!

Я открыла рот и не нашла ответа.

Потому что он был прав. Частично. Я действительно планировала расширение. Видела мосты как безусловное благо. Но никогда не задавалась вопросом: есть ли предел? Скорость, безопасная для адаптации?

– Что ты предлагаешь? – спросила я наконец.

– Это изолирует половину сети!

– А если я откажусь?

Фигура начала растворяться.

И исчезла.

Тишина в зале была абсолютной.

Потом взорвалась какофония голосов. Все говорили одновременно, кричали, спорили. Делегат из Альтерры торжествующе указывал: "Видите? Сама реальность против!". Другие требовали принять условия Стража. Меньшинство призывало сопротивляться.

Я стояла в центре хаоса, и единственное, что удерживало меня от крика, – рука Эдриана в моей.

Через связь я чувствовала его смятение, равное моему.

Три дня на решение, которое определит будущее всех миров.

Подчиниться древней силе, признав, что она права.

Или сопротивляться, рискуя потерять всё.

И что хуже всего – я не была уверена, какой выбор правильный.

Собрание распалось в хаосе. Велар едва успел объявить перерыв перед тем, как делегаты начали расходиться, шептаться в углах, формировать коалиции.

Я покинула зал, не дожидаясь официального закрытия.

Эдриан догнал меня на полпути к нашему дому.

– Алессия, постой.

– Что? – я обернулась, и он увидел слёзы на моём лице. – Что мне делать, Эдриан? Он прав. Страж прав. Я действовала, не думая о последствиях. Видела только выгоды объединения, игнорировала риски.

– Ты построила что-то прекрасное.

– Что-то нестабильное! Что-то, что древнее существо видит как угрозу реальности! – я села на край платформы, свесив ноги в серую бесконечность. – Может, изоляционисты правы. Может, нужно остановиться.

Он сел рядом, обнял.

– Или может, Страж не всезнающий. Древний, да. Могущественный, да. Но правый? Не обязательно. – Эдриан повернул моё лицо к себе. – Три года, которые он видит как зарождение проблем, я вижу как рост. Любой рост болезненен. Это не значит, что нужно остановить его.

– Но что если он приведёт к катастрофе?

– А что если приведёт к чему-то невероятному? – он улыбнулся слабо. – Ты вер.

ишь в людей? В то, что они могут быть лучше своего прошлого?

– Хочу верить.

– Тогда верь. И давай найдём способ доказать Стражу, что он ошибается. Не подчинением. Действием.

Я прислонилась к нему, истощённая эмоционально.

Глава 3: ПОСЛАНИЕ ИЗ РАЗЛОМА.

Я не спала той ночью.

Лежала рядом с Эдрианом, слушая его ровное дыхание, и завидовала способности отключаться. Мой разум крутился как белка в колесе, перебирая варианты, каждый хуже предыдущего.

Подчиниться Стражу – предать половину сети.

Сопротивляться – рисковать всем.

Искать компромисс – но какой компромисс возможен с существом, видящим реальность в абсолютах?

К трём часам ночи я сдалась попыткам уснуть. Осторожно высвободилась из объятий Эдриана – через связь он почувствовал моё движение и пробормотал что-то во сне, но не проснулся. Истощение последних дней брало своё даже для него.

Я накинула плащ и вышла на платформу.

Пограничье ночью было особенным. Серая бесконечность темнела до почти чёрной, но нити между мирами светились ярче, как звёзды на ночном небе. Обычно это успокаивало меня. Напоминало, что моя работа имеет смысл – каждая нить была жизнями, связями, возможностями.

Сейчас они казались обвинением.

Пять мёртвых нитей. Белые, запечатанные, немые. Я создала систему настолько хрупкую, что древняя сила могла разрушить её за дни.

– Неплохая работа, Хранительница, – пробормотала я себе под нос.

– Разговариваешь сама с собой? Плохой знак.

Я обернулась. Тераш стоял позади, опираясь на посох. В тусклом свете нитей он выглядел призрачным, почти нереальным.

– Магистр. Ты тоже не спишь?

– В моём возрасте сон – роскошь, не необходимость. – Он подошёл ближе, встал рядом. – К тому же, когда любимая ученица переживает кризис, сон кажется неуместным.

– Я не.

– Не пытайся обмануть старого человека, Алессия. Вижу тебя насквозь с тех пор, как ты пришла ко мне шестнадцатилетней девочкой, напуганной тьмой внутри. – Его голос был мягким. – Ты думаешь, что провалилась. Что Страж прав, и твоя работа была ошибкой.

– А разве нет? – я повернулась к нему. – Он существо древнее, чем наша цивилизация. Видел вещи, о которых мы даже не знаем. И он говорит, что я веду миры к катастрофе. Как я могу игнорировать это?

– А как ты можешь принять это слепо? – Тераш поднял бровь. – Древность не равна правоте. Иногда самые старые существа наиболее застряли в прошлом. Неспособны увидеть новые возможности.

– Или видят паттерны, которые мы пропускаем.

– Возможно. – Он вздохнул. – Я нашёл записи о Страже. Фрагментарные, но достаточные. Хочешь услышать?

– Конечно.

Тераш достал из кармана мантии старый кристалл памяти.

– Это из архивов Древних. Расы, жившей пять тысяч лет назад. Они помнили времена до Стража. – Он активировал кристалл, и голограмма возникла в воздухе. Древние символы, которые я не могла прочесть, но Тераш переводил: – "Великая Война Миров длилась двести лет. Двенадцать реальностей сражались за ресурсы, территории, идеологическое превосходство. Межмировые порталы стали оружием. Армии вторгались, геноцид был обычным. Половина всех разумных существ погибла."

Холод прополз по спине.

– "В отчаянии выжившие создали Стража. Искусственную сущность, наделённую частью силы каждого мира. Его цель: разделить реальности, сделать межмировые путешествия невозможными. Он выполнил задачу. Барьеры поднялись. Порталы закрылись. Война закончилась. Но ценой изоляции на тысячелетия."

Голограмма погасла.

Я стояла, переваривая информацию.

– Он не злодей, – прошептала я. – Он спаситель. Создан, чтобы предотвратить апокалипсис. И теперь видит, как я отменяю его работу.

– Не отменяешь. Адаптируешь. – Тераш положил руку на моё плечо. – Мир изменился за пять тысяч лет. Цивилизации выросли. Мы не те варвары, что развязали Великую Войну. У нас есть дипломатия, законы, этика. Страж не учитывает этого.

– Или видит, что мы повторяем те же ошибки медленнее.

– Может быть. – Старый маг посмотрел на мёртвые нити. – Но есть только один способ узнать правду. Поговорить с самим Разломом. Не со Стражем – он посредник, созданный инструмент. С изначальной силой, частью которой ты стала.

– Как? Я пыталась три дня. Разлом молчит.

– Потому что ты просила ответы. Попробуй просто слушать. Открыться полностью. – Он нахмурился. – Это опасно. Ты можешь потеряться в потоке. Но Эдриан якорь. Если кто-то и может вернуть тебя, то он.

Я посмотрела на наш дом, где спал мой муж.

Рисковать собой ради информации. Не первый раз. Не последний, вероятно.

– Помоги мне подготовиться, – сказала я.

Мы разбудили Эдриана. Он был недоволен планом – сильно недоволен – но понимал необходимость. Тераш начертил круг защиты в центре платформы. Древние руны, которые должны были удержать моё тело в безопасности, пока сознание путешествует.

Я села в центр круга. Эдриан сел напротив, взяв мои руки.

– Если почувствую, что теряю тебя, вытащу силой, – сказал он жёстко. – Согласие не требуется.

– Согласна. – Я сжала его руки. – Будь готов тянуть сильно.

Тераш активировал круг. Руны вспыхнули серебром.

Я закрыла глаза, погружаясь в своё ядро тьмы.

Обычно я контролировала связь с Разломом. Открывала только часть себя, достаточную для работы. Сейчас опустила все барьеры. Позволила связи расшириться до абсолютного максимума.

Трансформированная тьма хлынула через меня.

И я упала в бесконечность.

Пространство между всем.

Не место. Не время. Просто существование в чистом виде.

Я видела нити – не пятнадцать мостов, а миллиарды связей. Каждая возможная точка соприкосновения между мирами, большинство дремлющих, не активированных. Потенциал.

И в центре этой сети – присутствие.

Не Страж. Что-то более фундаментальное. Разлом сам. Или его сознание, если у такой силы может быть сознание.

Оно было безразличным. Не злым. Не добрым. Просто существующим. Наблюдающим вечный танец связи и разделения между реальностями.

Голос был повсюду. Не слова. Чистое понимание, впечатанное напрямую в душу.

– Я здесь, – сказала я. Или подумала. Разницы не было. – Пришла за ответами.

– Страж хочет закрыть мосты. Говорит, что защищает миры. Он прав?

Видение хлынуло в меня.

Я видела Великую Войну. Не как историю, а как живую память Разлома. Армии, льющиеся через порталы. Магия разрушения, стирающая целые цивилизации. Миры, горящие от межреальностного оружия.

Ужас был невыносимым.

Потом – создание Стража. Двенадцать выживших цивилизаций, объединяющих силы. Отчаянный ритуал. Рождение сущности с единственной целью: остановить кровопролитие через изоляцию.

Барьеры поднимались. Медленно. Болезненно. Семьи разделялись. Любимые оказывались по разные стороны реальности. Но война прекращалась. Жизнь сохранялась.

– Но это было пять тысяч лет назад!

– Но мы выросли! Научились! У нас законы, этика, дипломатия!

Я почувствовала отчаяние, поднимающееся в груди.

– Значит, нет надежды? Мы обречены повторять ошибки?

– Страж – это защита?

Типичный Разлом. Видящий все стороны, не выбирающий ни одну.

– Помоги мне, – я умоляла. – Скажи, что правильно. Подчиниться Стражу или сопротивляться?

– Какой?

Новое видение.

Я видела себя, но не сейчас. В будущем. Окружённую десятками других – все светились серебристо-фиолетовым светом Связанных пар. Мы стояли вместе, сплетая наши связи в единую сеть. Не сеть мостов между мирами. Сеть душ, соединённых любовью и целью.

И эта сеть была сильнее Стража.

– Сплетение, – прошептала я, вспоминая фрагмент, который Тераш упоминал. – Сплетение Судеб.

– Что нужно?

– Какая цена?

Видение показало. Я видела пары, проходящие ритуал. Не все выживали. Магия некоторых была несовместима. Связи рвались, убивая обоих. Успешные платили по-другому: индивидуальность размывалась. Они становились узлами сети, часть себя отдавая коллективному сознанию.

– И если я соберу такую сеть?

– Он поверит?

Видение начало тускнеть. Я чувствовала, как Эдриан тянет меня обратно через связь. Время кончалось.

– Последний вопрос! – я крикнула в пустоту. – Что ты хочешь? Разлом, не Страж, не миры – ты? Чего ты хочешь?

Долгая пауза.

Потом ответ, такой тихий, что едва различимый:

И я вернулась.

Очнулась, задыхаясь, в руках Эдриана. Он прижимал меня к груди, повторяя моё имя как мантру.

– Здесь я здесь – прохрипела я.

Тераш стоял рядом, бледный.

– Ты была там семнадцать минут. Думал, потеряли тебя.

– Почти потеряла себя. – Я выпрямилась, хотя голова кружилась. – Но нашла ответ. Третий путь.

– Какой? – Эдриан держал меня, не отпуская.

– Сплетение Судеб. Сеть Связанных пар, действующих как единое целое. Сила, способная бросить вызов Стражу. – Я посмотрела на Тераша. – Ты упоминал этот ритуал. Знаешь, как провести?

Старый маг медленно кивнул.

– Знаю. Он в древних текстах. Невероятно опасный. Требует добровольного участия множества Связанных. Не все выживут процесс.

– Знаю. Разлом показал. – Я встала, качаясь. – Но это единственный способ. Подчинение Стражу предаст половину сети. Прямое сопротивление обречено. Сплетение – шанс изменить правила игры.

– Ты просишь людей рисковать жизнями, – сказал Эдриан тихо. – За твоё видение будущего.

– Я прошу дать шанс доказать, что любовь сильнее страха. – Я повернулась к нему. – Начиная с нас. Мы будем первыми. Ядром Сплетения.

Его лицо побледнело.

– Алессия.

– Я знаю, что прошу. Знаю цену. Но если мы не рискнём, кто рискнёт?

Долгая тишина.

Потом Эдриан обнял меня.

– Куда ты, туда и я. Всегда. – Его голос дрожал. – Даже в это безумие.

Я плакала, прижимаясь к нему.

У нас было два дня до ультиматума Стража.