Читать книгу: «Магазин детектора Нукина»

1.

Второклассник Лев жил в большом сером городе и очень любил драконов. Он мечтал повстречать Красного, Зеленого, а лучше всего могущественного Черного дракона. Нет, лучше всего – яркого Радужного. Повстречать где-то случайно, например, в парке. Или дракон может прилететь к нему на крышу дома и свесить хвост прямо на балкон. Повстречать и подружиться с ним. Вот только драконы почему-то не встречались. Не попадались даже виверны, василиски и гидры. Впрочем, дедушка рассказывал, что видел Змея Горыныча в дремучем Шиповом лесу.

Лев смотрел мультики и диафильмы про любимых сказочных существ, играл в компьютерную игру с драконами. Правда больше часа в день родители запрещали играть… Просил маму читать ему сказки и с упоением слушал, а недавно начал читать сам.

Однажды ранней осенью Лев остался один на детской площадке посередине между школой и домом, между горкой и качелями. Его друзей только что забрали мамы, а Левина мама вот-вот должна была подойти.

Лев уже надел рюкзак, затем бросил взгляд в конец аллеи, откуда должна была появиться мама. Пока что там только маячили велосипедисты. Лев задумался и начал представлять, откуда может возникнуть дракон: из-за желтых деревьев, окружавших аллею; из-за серых крыш, нависших над детской площадкой многоэтажек… Может быть дракон выползет из-за припаркованных машин. Может быть, он прячется в каком-то из магазинов на первых этажах. Лев стал читать вывески: «Продукты»; «Салон красоты»; «Зоомага»… Глаза мальчика загорелись. Лев представил маленьких дракончиков в стеклянных террариумах. Наверное, ничего страшного, если он быстро посмотрит, а когда мама придет, увидит ее из окна.

Лев стремительно прошагал к магазину и зашел в открытую дверь. Молодая девушка-продавец с книжкой за прилавком крутила палец в розовых волосах и даже не заметила его. Лев посмотрел в окно у двери. Да, детская площадка как на ладони, он увидит маму.

Магазин полностью поглотил Левино внимание. Тут, практически у входа, стояли в несколько ярусов террариумы с хамелеонами, гекконами, эублефарами, тритонами, полозами, черепахами и лягушками. Лев, словно завороженный, шел вдоль них. Он будто попал в безвременье, перестал слышать и видеть.

Так террариумы сменились на пластиковые контейнеры, где сидело много маленьких ящерок, что Льву казалось еще более интересным, затем появились картонные коробки с черепахами, затем швабры, халаты, чья-то обувь… Лев понял, что забрел не туда. Потом где-то позади хлопнула дверь и выключился свет. Лев испугался, к глазам подступили слезы. Как найдут его здесь? И как найдет его мама?..

К счастью, белая полоса освещала коридор немного впереди. Лев осторожно пошел туда, для храбрости прихватив с собой небольшого эублефарчика из ближайшего контейнера.

Глаза немного привыкали к полумраку. Лев очень боялся, но ему хотелось поскорее найти выход. Полоска света падала откуда-то справа. Приближаясь, мальчик понял, что это еще одтн коридор. Лев осторожно заглянул за угол. Ура! Выход во двор! Лев видел машины, клумбы, деревья. Вытерев слезы, он побежал туда.

Вдруг путь перекрыл серый фургон. Он встал, прижавшись к заветному выходу боком, так что дверь, сделанная в его кузове, точно совпала с проемом коридора.

Яркая светодиодная надпись на этой двери освещала лицо Льва: «Магазин детектора Нукина».

2.

Нужно как-то выбираться. Надеясь, что водитель поможет ему выйти, Лев открыл дверь и вошел внутрь. Внутри оказалось очень светло. Практически все пространство занимали большие железные шкафы, подпирающие потолок. Напротив входа стоял прилавок. За прилавком сидел круглолицый человек, похожий на сову в толстых очках, и внимательно смотрел на Льва.

Второй лысый очень высокий худой мужчина с маленькой головой, согнувшись где-то наполовину, вышел откуда-то из-за шкафов со стороны кабины. Он, будто не заметил Льва, словно ожидая его визита.

– Что тебе нужно, мальчик? – строго спросил человек за прилавком, подперев голову кулаком.

– Я хочу на улицу, к маме, —Лев еле сдерживал слезы, пряча ящерицу в кулаке.

– Нет, – сидящий за прилавком покачал головой, – тебе нужна дисциплина! И лечение розгами, – половина волос его были седыми, половина – темно-серыми.

Лев молчал, не зная, что ответить. Человек продолжал:

– Ты не случайно попал в мой магазин. Я – Нукин, детектор, я определяю детей, требующих лечения, и торгую лекарством для непослушных, капризных, вредных детей. И я вижу, тебе, Лев, нужно такое лекарство.

Льва немного успокоило, когда его назвали по имени:

– Я не люблю лекарства, – ответил он.

– Ты знаешь, сколько в мире пропадает детей? Хорошо еще, что ты не ушел с площадки с каким-нибудь дядей, пообещавшим конфет, или черепашку. Хорошо, что мы с Лассоном оказались тут рядом!

– Мама и папа учили не разговаривать и не уходить с незнакомцами…

– Молодцы! Тогда почему ты разговариваешь со мной?

Лев опустил голову.

– В общем, тебе нужно лекарство от непослушания, ты же ушел с детской площадки. Лассон, – Нукин обратился к высокому человеку, – неси розги. Лучше те новые из бузины. И еще лучше – подержи их в соленой воде.

Слезы полились у Льва по щекам.

– Так, еще нужно лекарство от слез и унылости. Это уже комплексный препарат, – Нукин медленно потер широкий подбородок, – его тебе придется купить…

– У меня нет денег, – хныкал Лев.

– Так, препарат для непослушных и унывающих детей, – Нукин встал и задумчиво пошел в сторону кабины, – Лассон, мне нужна будет помощь, – позвал он помощника, – а ты, Лев, стой на месте, мы скоро придем.

Как только Нукин встал, Лев заметил дверной проем за его спиной. «Она точно ведет на улицу», – подумал мальчик. И сразу как люди скрылись из виду, он весь сжался и быстро, дрожа, забежал за прилавок и выскочил в дверь.

3.

К несчастью, Лев оказался не на улице, а в еще одной комнате. Плакать захотелось еще больше. Посередине комнаты строго под лампой стоял маленький рыжий человечек с большой трубой, одетый во все красное. В каждой из стен было по двери.

– Ев, что плачешь? – спросил человечек.

– Тебе то что? – раздраженно ответил Лев.

– Ев, Ев, хватит плакать!

– У-у-у, – зарычал Лев, раздумывая, в какую дверь бежать теперь.

Маленький человечек подошел поближе:

– Я Марсок, я тюнец, – и он громко задул в трубу.

– Может птенец? – заорал Лев, закрывая уши.

– Нет, тюнец! – громко ответил Марсок и затрубил еще громче.

Лев переживал из-за громкого звука и представлял, что Нукин вот-вот и придет за ним сюда. Но какую дверь выбрать?

– Тюнец, ты знаешь, где выход? – спросил он Марска.

– Нет, я не дотягиваюсь до ручек.

«Наверное, выход во двор, все-таки, впереди», – подумал Лев, пробежал через комнату и открыл дверь. Тут же дверь превратилась в пушистый снег, а за ней и вся комната. Через несколько мгновений они остались с Марском посередине зимы. Марсок снова затрубил, а Лев заревел:

– Ну вот!..

4.

Белым-бело кругом! Лев не знал, что делать. Сбитый с толку, он совсем уныл и плакал. Лишь вспомнив, что ящерка у него в ладони может замерзнуть, мальчик прижал ее к груди. Вначале Лев подумал, что ему показалось, но нет – эублефар начал расти! Он рос, рос, рос, пока не стал размером с тигра в желтую и лиловую полосу. Лев от неожиданности перестал плакать, а Марсок трубить.

Эублефар посмотрел на Льва добрыми глазами и потерся об его ногу. Мальчик улыбнулся. Не дракон, конечно, но очень круто!

И все же, что-то нужно делать. И где они оказались?

Лев стал осматриваться по сторонам. Повсюду белая пустыня. «Где дом? Где мама?», – Мальчик снова начал унывать. И чем больше он отчаивался, тем сильнее шел снег.

– Ев, Ев! Будь мы не пропали – не грусти! Будь мы не пропали – нельзя стоять! Нужно идти вперед, – сказал Марсок.

Сквозь слезы Лев посмотрел на человечка и продолжил плакать.

– Будь ты лучше думал, я сыграю песню про нежного котенка Муни-Мани, – и тюнец что есть сил загудел в трубу.

– Да, ты! – разозлился Лев и замахнулся на человечка, но тот будто не заметил и продолжал трубить.

Эублефар тем временем начал рыть снег. «Какой шустрик», – пронеслась у Льва мысль.

– Назову тебя Полосатик, – мальчик погладил ящериный хвост.

Вдруг вдалеке за падающим снегом кто-то жутко и тоскливо завыл:

– У-у-у-у-у…

Лев снова поник и снова заплакал. И снова, чем больше он унывал, тем сильнее сгущались тучи. Становилось все темнее и темнее.

– Ев! Перестань бояться, будь снег перестал, – сказал ему Марсок серьезно.

– Да отстань, ты! Нас сейчас съедят волки, – ругаясь на Марска, мальчик то переставал хныкать, затем снова начинал.

Полосатик потянул Льва за штанину.

– Что там? – спросил мальчик.

Эублефар залез в только что вырытую нору и скрылся под снегом. Лев последовал за ним и обнаружил, что яма ведет в длинный туннель, освещенный голубым сиянием.

– Эй, тюнец! – он позвал рыжего Марска.

Дождавшись, когда все будут в сборе, Полосатик побежал по туннелю, как будто зная, куда он ведет. Ничего не оставалось, как следовать за ним.

5.

Туннель уводил все дальше и дальше неизвестно куда, впрочем, и неизвестно откуда. Лев с рюкзаком и, особенно, Марсок, несший большую трубу, уставали, а Полосатик оставался неутомим.

– Ох, сколько еще идти? – принялся причитать Лев. При этом его не могло не радовать, что вой затих где-то позади.

То тут, то там стали появляться боковые туннели. Затем ходы, уводящие вниз и ходы, уводящие вверх.

– Теперь мы точно заблудились, – вздыхал Лев, про себя тихо доверяя Полосатику…

Вскоре Лев стал замечать, как из-за углов некоторых туннелей на них украдкой смотрят ящериные морды, глаза ящериц, размером с человека.

– Ев, Полосатик ведет нас к себе домой! – воскликнул Марсок.

– Да отстань, ты!

– Я тоже хочу домой, будь я отстал, – Марсок поджал губы…

Наконец, туннелей стало так много, что между ними не оставалось пространства для снега и путники попали в огромную пещеру. Вся поверхность которой была покрыта черными проемами ящериных нор, из большинства торчали покрытые чешуей головы. Это были и гекконы, и фельзумы, и вараны, и сцинки, и игуаны, и хамелеоны, и бородатые агамы и все-все-все.

Несколько крупных ящериц подбежали к гостям и встали на здание лапы. На них сверкали причудливые кольчуги и шлемы из желтого и голубого прозрачного льда, за спиной висели ледяные булавы и мечи. Одна из ящериц, ярко желтого цвета, а в остальном – похожая на самую обычную ящерицу, заговорила:

– Приветствую вас, странники! Я Сомагус, вождь этого племени!

– Привет, – Лев неловко помахал ему рукой, а сам попятился за Полосатика.

– Наш друг, детектор Нукин, обещал прислать нам помощников в нашем деле и как всегда не обманул, – Сомагус поднял руки к потолку и немного поклонился.

– Нукин? – удивился Лев.

– Да! И мы щедро вас отблагодарим, когда вы выполните свою работу.

– А что нам нужно сделать, будь выполнить работу? – вступил в разговор Марсок.

– Не испугаться ужаснейшего, дойти до недостижимого, победить непобедимое!

– Ну вот, – расстроился Лев.

– Напасть нависла над нашим миром, – продолжил Сомагус, – безжалостный коварный дракон Архитостис истребляет целые народы! Сжигает города! Рушит пещеры! Сушит реки, озера, болота! Он уже опустошил земли черепах и лягушек, испарил страну рыб… Одни мы, ящерицы, как самые умные и проворные не поддались ему. Но и нам держаться все труднее и труднее с каждым днем.

По лицу Льва было видно, что он напуган. Сомагус будто не замечая этого, продолжал, а его голос становился все более и более ожесточенным:

– На широком просторе он непобедим. Нам не достать его, летящего в небе и пышащего жаром, но, как гласят легенды, в своем логове ему тесно, движения скованы, он даже уменьшается в размере. И мы думаем, нужно бороться с ним там. Что скажешь, странник?

Лев оцепенел, он долго не мог ничего ответить, а ящериные глаза смотрели на него, не мигая со всех сторон. Наконец, мальчик выдавил из себя:

– Вы же говорили, что он непобедим?

– Да, он непобедим, кажется, для нас, но не для тебя. Я не рассказал еще одну историю. Когда-то давным -давно тут также правил дракон и так же наводил ужас вокруг. То был брат близнец Архитостиса – Группер. Наше ледяное оружие не причиняло ему вреда. Оно таяло от его жара. И тогда жрецы отправили искателей в другие миры, и один из них вернулся с мечом из антиматерии. Но этот меч оказался слишком тяжелым для наших лапок, привыкших держать ледяные мечи. Тогда нас выручил Нукин, прислав человека, вроде тебя, на заработок. Тот человек убил Группера, но дракон успел взмыть в воздух и оба они рухнули где-то далеко в ледяных горах. Кровь дракона растопила озеро в вековых торосах, а в местах, где его когти уеплялись за снежные скалы, появились глубокие рытвины, по которым сейчас текут ручьи. Так вот этот меч до сих пор находится там, в сердце дракона…

6.

– Так, вы хотите, будь Ев нашел этот меч и победил дракона? – уточнил Марсок.

– Да, – кивнул Сомагус, – мы посылали отряды загрызателей добыть меч, но они не достигали цели. Виной тому чудовища, обитающие в снежных пустошах. Если вы отправитесь к Драконьему озеру под светом солнца, то, во-первых, сам Архитостис заметит вас, во-вторых, гигантский динозавр Барантарекс, вечно голодный, бродит там, в-третьих, хищная гигантская обезьяна Стабилирон, чей леденящий вой вы, наверное, уже слышали. Если же вы решите идти под снегом, то коварный и лукавый Барант, хищный червяк циклопических размеров, преградит вам путь.

– А если мы никуда не пойдем? – поинтересовался Лев, – слезы готовы были подступить к его раскрасневшимся глазам, а горло болело от напряжения.

– Тогда, во-первых, мы вам не заплатим, а во-вторых, отправим в Потрошилку, из научного интереса, а затем съедим из любопытства.

– Ев, я не хочу, будь нас съели! – забеспокоился Марсок.

– Да отстань, ты!

– Мы согласны убивать врага! – кивнул Сомагусу Марсок и браво протрубил.

– Я не сомневался, – ответил ящериный вождь, – и так, вот. Мы дадим вам выбрать любое оружие и доспехи из наших сокровищниц. Дадим компас и укажем направление и ориентиры, посторожим твой рюкзак… Ты, – вдруг Сомагус обратился прямо ко Льву, – должен решить, пойдете вы под снегом, или над ним. Думаю, ваш дикий ящер сможет копать, – Сомагус указал на Полосатика. На поверхности вас ждут яростные Стабилирон и Бантарекс, а под снегом – скользкий Барант.

– Наверное, пойдем под снегом, – тихо промолвил Лев, вспоминая жуткий вой. В его голове пока не укладывалось все происходящее, и он смутно представлял, что делать дальше.

– Тогда бойтесь Баранта, коварнейшего! – воскликнул Сомагус, – он услышит вас, когда будете рыть снег, не сомневайтесь. Он найдет вас и будет ползать вокруг. Он будет разговаривать с вами, загадывать загадки, чтобы точно понять, где вы стоите, или сидите, или ползете в туннели и какого вы роста. А потом, бросится на вас сзади и проглотит одним броском…Впрочем, мы верим, что вы его одолеете, – Сомагус улыбнулся, – затем благополучно пересечете снежные пустоши и доберетесь до ручьев, стекающих в Драконье озеро. Вам нужно спуститься вниз по порогам ручья. Все ручьи ядовиты, так как прорыты когтями поверженного Группера, кроме одного. К этому ручью приходит на водопой дымчатый леопард. Когда найдете меч – ваш путь в логово Архитостиса. Пройдя за озеро, вы выйдете к ледяным скалам. Там нигде не сорветесь, и увидите логово дракона в одной из скал. Вы легко заметите его по пеплу вокруг. Лучше дождаться, когда дракон покинет свой дом, забраться внутрь и спрятаться там. Потому что, залетая в свое логово, Архитостис становиться меньше… И запомни! Там тебе нельзя ослушаться меня и сделать по-другому: когда ты победишь его, он будет молить о пощаде, просить его отпустить. Не соглашайся! Не отпускай! Он обманет…

7.

В сокровищнице у ребят разбегались глаза. Все блестело и сверкало! Марсок сразу же нахлабучил себе на голову шлем-шишак, который был ему велик и закинул за спину два больших меча в разукрашенных разноцветным ледяным орнаментом ножнах. В орнаменте плыли по воде кувшинки. Лев выбрал красивую кольчугу из золотого льда. На груди красовался круглый ярко-голубой щиток в виде солнца. Также мальчик нашел на стеллажах с оружием алебарду с навершием в виде драконьих крыльев и шлем-салад, также с кожистыми крыльями по бокам.

Доспехи и оружие очень обрадовали Льва, все было словно подогнано под него и было невесомым. Мальчик принялся махать алебардой в воздухе, скакать и представлять, что сражается с армией зомби.

– Ев, Ев, возьми щит, будь защищаться! – Марсок подал Льву красный каплевидный щит с двумя саламандрами, выгравированными вальтом.

Лев принял щит и быстро сказал: «Спасибо». Затем сделал выпад в сторону Марска: «защищайся!». Марсок выхватил два своих меча и принялся яростно лупить ими Льва, как простыми дубинами.

– Ха! Ха! – кричал Марсок.

В итоге защищаться пришлось Льву, и почти сразу, когда он парировал град ударов, же его алебарда сломалась.

– Ну, вот! – Лев расстроился.

– Ха! – радовался Марсок, – Ха! У меня самый крепкий меч!

– Ах, ты! – Лев замахнулся на него рукой, бросил сломанное древко алебарды в сторону и пошел выбирать новое оружие. На этот раз он взял самую толстую, увесистую булаву…

– Выбрали? – спросил Сомагус, когда путники вышли из сокровищницы.

– Спасибо. Да, – очень быстро ответил Лев, отводя взгляд, стесняясь.

– Еще я вам дам вот этот компас, – ящер протянул им крупный прибор, размером с торт, – он из очень сладкого льда с добавлением зефира и его стрелка всегда указывает на ближайшую антиматерию. Так как у нас, кроме меча, сразившего Группера, антиматерии в мире нет, то, можете считать, стрелка направлена на Драконье озеро.

– Ев, Ев! Раз он сладкий, можно, будь я его съел? – Марсок, облизываясь смотрел на компас.

– Да, ты! Не приставай! Нет! – Лев снова замахнулся на человечка.

– И, наконец, – важно произнес Сомагус, – прими от ящериного народа этот плащ из кожи лунного хамелеона. Он поможет тебе затаиться в логове Архитостиса.

– Спасибо! – Лев не мог скрыть радость от подарка, – а у вас какие виды ящериц тут живут?

– Все, которые можно представить, а еще хвостатые земноводные: тритоны, саламандры, протеи, аксолотли.

– Ух ты!

Льву совсем не хотелось уходить из города ящериц, и, видимо, заметив это, Сомагус прололжил:

– Но я не могу сейчас собрать всех, долго слишком всех искать. Зато я могу показать нашу Потрошилку…

8.

Школьный рюкзак Льва оставили на хранение в сокровищнице. Тюки с провизией взвалили на спину Полосатику, на голову ему прикрепили компас, как шапочку.

Сомагус дал путникам проводников, чтобы выйти из пещерного города. Две ящерицы, похожие на бородатых агам, самым кратчайшим путем проводили их к старому темному туннелю на окраине ящериного поселения и сказали, что в конце него будет тупик, но это самая ближайшая точка к Драконьему озеру.

И вот, товарищи остались одни. Лев с тоской посмотрел назад на путь, уводящий в наполненный жизнью город ящериц, и задумался, вспоминая, какие они все необычные и интересные. Странники стояли так довольно долго. Марсок затянул на трубе очень громкую мелодию, снова про нежного котенка Муни-Мани. Наконец, Лев очнулся. Он вдруг понял, что настал момент, когда ему никто не поможет, значит, нужно действовать.

– Ах, ты! – замахнулся он на Марска, тот перестал трубить, – ладно, пойдем, – мальчик смягчился.

– Пойдем, Ев!

Старый туннель оказался широким, тут, кажется, могла проехать повозка. При этом, периодически, путники сталкивались с преградами в виде завалов от рухнувшего потолка. Затем стали появляться пробоины и в стенах, и в полу, и в потолке, словно пробитые тараном. К счастью, Полосатик легко разбрасывал в стороны такие груды снега, расчищая путь вперед.

Лев сначала не замечал боковые пробоины, он шел и думал снова и снова о городе ящериц. Туннель становился все темнее и темнее. Слабый свет проникал сквозь потолок, видимо, это светило солнце снаружи. Лев даже не заметил, как Марсок затянул свою обычную музыку… Но вот Марсок перестал играть:

– Есть хочу! Ев, давай поедим? Ням-ням.

– Ах, ты! – очнулся от раздумий Лев у одной из пробоин в стене.

Круглый ход, диаметром в два локтя, пробивая стену, прошивал туннель, словно иголкой, проходя насквозь. Лев заглянул в него. Ход, внутри, словно отполированный, уходил далеко, постепенно заворачивая. «Что это может быть?» – подумал Лев, и, когда пришел ответ, ему стало очень страшно: «Барант!».

Через несколько шагов они зашли в тупик. Тут все было прошито ходами Баранта. Видимо, здесь хищный червяк расправился с командой загрызателей. Лев представил, как Барант загадывал испуганным ящерицам загадки, а потом, словно неотвратимый рок, пробивал стену и уносил в снежную бездну несчастную жертву. «Что нам делать? Рыть – Барант услышит нас, идти назад – попасть в Потрошилку. В серьезности слов Сомагуса, Лев, почему-то, не сомневался.

Ком подошел к горлу, и мальчик заплакал:

– Ну, вот! Мы пропали!

Марсок, тем временем подкреплялся чем-то похожим на клубнику, открыв один из мешков с поклажей: «невкусно, но ладно, ням-ням». Лев рычал и плакал. Соленые слезы, капая на его красивый доспех, разъедали его, прожигая дыру в голубом щитке. Увидев это, Лев начал рыдать еще сильнее. Казалось, уже ничего не может его остановить. Его кольчуга таяла и слезы оплавили край щита. Наконец, мальчик все же понял, что ему много раз говорили родители – слезы не помогают, нужно уметь успокоиться. Лев перестал плакать и, шмыгая носом, проворчал:

– Дураций лед… Если бы кольчуга была из железа, то ничего бы не случилось…

– Ев, Ев! Будь кольчуга из железа, она все равно заржавела бы от твоих слез! – громко протараторил Марсок, продолжая есть.

– Да, ты! – Лев переключился на человечка, – Да, ты! Не ешь наши припасы, а то мы с голоду умрем! Запрещаю тебе их есть…

Марсок наелся и задул в трубу песню про котенка Муни-Мани. Полосатик с тоски начал рыть новый туннель. Марсок, трубя шагал за ним. Барант точно из услышит, но что делать и Лев побрел следом.

9.

Полосатик рыл быстро. Лев немного успокаивался и, конечно, надеялся, что Барант где-то далеко и их попросту не заметит. Время шло…

Марсок перестал трубить, ему нужно было отдышаться. Полосатик тоже остановился. И тут Лев, к своему ужасу услышал шепот, идущий откуда-то из толщи окружающего их снега:

– Я уже нашел вас! Теперь давайте играть! Я буду загадывать загадки…

Несмотря на охвативший его ужас, Лев изо всех сил напрягал уши. Он услышал, как Барант прополз прямо над ним. «Мы его слышим, как и он нас, поэтому он не нападет на нас сзади», – думал Лев, – «но нам нужно двигаться. Как нам двигаться вперед?», – слеза упала и прожгла борозду на булаве, – «Нет, плакать нельзя».

Тем временем, Барант продолжал:

– Вот первая загадка: живет в ухе на букву М…

Тут Марсок снова задул в трубу. Полосатик, словно по команде, продолжил рыть.

– Ах, ты! – Лев замахнулся на Марска, – мы же прослушаем загадки!

– Ну, Ев, ну Ев, а зачем они нам? – Марсок снова затрубил.

Лев обиделся. «Ах, этот тюнец!», – думал он про себя, – «Барант же будет знать, что мы здесь. Впрочем, он и так знает. А что, если я буду идти немного позади очень-очень тихо. Барант вылезет напасть на Марска сзади, а я, как раз, нападу сзади на него?» – Лев заулыбался, ему показалось это веселой игрой.

Мальчик немного пригнулся и крался на цыпочках. Плащ из хамелеоновой кожи делал его практически незаметным, только торчали щит, шлем и булава. Льву было интересно и страшно одновременно. Он старался не спускать глаз с красной фигуры Марска, при этом периодически оборачиваясь от страха, что Барант уже навис над ним, высунувшись с потолка и пускает слюни на его затылок.

Из-за гула трубы не слышно было ничего, ни как роет Полосатик, ни как вьется вокруг них коварный Барант. Впрочем, Барант тоже ничего не слышал из-за этого гула и слабо представлял, что происходит в туннеле.

Льву становилось все интереснее, что же за загадки загадывает этот коварный хищный червяк. Мальчик принялся думать, какую загадку он бы загадал Баранту: «может про пятна ягуара и леопарда? Или чего нет у крокодила? Или чем отличается ромашка и невянник?» Лев глубоко задумался и снова ушел в себя. Когда он очнулся, то был уверен, что Барант завис над его головой. Мальчик резко обернулся: «фуф, пусто…» В это мгновение труба замолчала.

Лев кинул взгляд на Марска и увидел отвратительную голову червяка, в которой застряла труба, распирая пасть, будто домкрат. Марсок крепко держал инструмент, не давая Баранту маневра. Собрав всю свою храбрость, Лев подскочил к ним, отбросив щит, и со всей силы ударил червяка булавой. Барант взревел, его голова взвилась, Марсок не удержал трубу. Но и Барант не смог спрятаться в своей норе – труба, застрявшая в пасти, не давала ускользнуть назад, слишком широкой стала голова.

Лев все бил Баранта булавой, тут и Марсок начал рубить его мечами, да и Полосатик подоспел царапать червяка. Товарищи били так, что ледяное оружие начало таять от накала. Кое-как выплюнув трубу, израненный Барант позорно скрылся. Было ясно – он долго никого не побеспокоит.

Лев и Марсок радовались, и даже обнялись:

– Видел, как я его! – кричал Лев.

– Видел, как я его! – кричал Марсок.

Победа придавала им сил и храбрости.

10.

Дальше осталось рыть, скучать, смотреть на компас и слушать песнь трубы о нежном котенке Муни-Мани. К несчастью, труба гремела без остановок, а звук ее стал еще тяжелее после пасти Баранта, а к счастью, Полосатик прокладывал путь очень быстро. Лев, конечно гордился и любовался своим Полосатиком, смелым, надежным товарищем. Без него они вечность рыли бы этот ход…

И вот они пробил вход в пещеру, по которой текла река, распадаясь вдалеке на несколько ручейков. Затем, судя по шуму брызг и облаку пара, ручьи стекали куда-то вниз, наверное, в то самое Драконье озеро. Над этим озером, окруженным густым туманом, светило солнце, козырек пещеры заканчивался как раз в том месте, где река распадалась на ручьи.

Мальчик вспомнил слова вождя ящериц, что только один из ручьев не отравлен:

– Пойдем, поищем следы леопарда, – обратился он к спутникам, – только не лезьте в воду!

Лев тихо рассчитывал, что не отравленная вода будет прозрачной, а отравленная – мутной, или ядовитой-зеленой.

Труба отзывалась эхом, так что с высокого потолка осыпалась снежная чешуя.

– Ах,ты! Перестань! – заругался Лев на Марска.

– Не могу! Не хочу! – Марсок продолжал трубить.

– Ур-р-р-р, – рычал Лев.

Следов леопарда было видимо-невидимо, будто он играл, перескакивая от одной узкой полосы берега к другой, двигаясь между ручьями. Да и ручьев было целых одиннадцать и все одинаково прозрачные.

«Что же делать?» – Лев задумался, но на этот раз он даже не хотел унывать, – «Будем сидеть в засаде». А Марсок все трубил.

– Не труби!

– Не могу! Не хочу!

– Да, Марсок! Да, Марсок! – негодовал Лев. Он снова зарычал и начал сильно злиться. – ладно! – Лев открыл мешок с провизией, – ешь и не труби!

Они спрятались за одной из снежных гряд, прилегавших, словно складки плаща к стенам пещеры, и стали наблюдать. Марсок подъедал запасы, тихо приговаривая: «ням-ням». Полосатик спал у ног Льва, укрытого хамелеоновым плащем.

Ручьи по обрыву стекали в озеро, поэтому в пещере постоянно стоял гул и хрумканье Марскоа не было слышно.

Время шло, еда кончалась, а леопард все не приходил. Лев стал переживать и с каждой минутой переживал все больше и больше.

Наконец, вдоль обрыва у кромки козырьке пещеры появилось серое пятно. Оно двигалось то плавно, то резко прыгало с одной снежной глыбы на другу. «Дымчатый леопард», – с восторгом подумал Лев, наблюдавший из своего укрытия.

Леопард не спешил. Он точил когти, катался по снегу. То вытягивал все тело, то собирал его в дугу. Затем длинным прыжком он перемахнул несколько водных потоков, грациозно приземлился и принялся лакать воду у одного из ручьев.

«Первый, второй, третий», – Лев пытался быстро сосчитать у какого от по счету от их укрытия.

– Запомни, тюнец, седьмой от нас, – прошептал мальчик Марску.

– Ага, – Марсок не переставал есть.

Попив, леопард лег на бок, шевеля кончиком пушистого хвоста. «Какой хороший», – думал Лев.

11.

Глаза путников отвыкли от синего неба и яркого солнца. Но и его сильные лучи не пробивали белый туман, окутавший озеро. «Где-то внизу лежит дракон», – думал, полный интереса и нетерпения, Лев, но под паром ничего не было видно.

Товарищи начали осторожно спускаться, дождавшись, когда леопард уйдет. Спуск не был очень крутым, но и пологим назвать его было тяжело. Кругом скользкий лед, и единственный путь – по ручью, где вода вымыла большие камни и пороги, за которые можно цепляться. Тем не менее, ноги скользили, Лев пару раз упал и ушибся, а Марсок даже перестал трубить и убрал трубу за спину.

Руки и ноги уставали, и путники иногда останавливались отдышаться. Да и воздух, перенасыщенный влагой, утомлял быстрее. Хорошо, что пахло только талым льдом, может быть совсем чуть-чуть яблочным уксусом, а не протухшей тиной.

– Ев, Ев! Смотри! – Марсок указал Льву во время одной из остановок на очертания огромного белого костяного носа, на конце которого отчетливо вырисовывались две черные пещеры ноздрей.

– Группер! – с восторгом протянул Лев.

Теперь его взгляд безустанно следил за выплывающим из-под пара с каждым новым шагом телом дракона. Во многих местах на нем еще оставалась чешуя, но где-то, как например, на носу, кожа треснула и оголила кость. Лев стал поскальзываться чаще, но не мог оторваться от захватывающего зрелища: огромные крылья, огромный хвост, разбивший снежные скалы. Черная, немного отдающая сиреневым с зеленой побежалостью чешуя. «Вот бы увидеть такого живым», – думал Лев, – «и приручить».

Следы когтей – отравленных ручьев, заканчивались небольшими озерцами, от которых пахло уксусом. Это давало надежду, что само Драконье озеро не насытилось ядом. Да и вода, за многие годы могла просто вымыть отраву.

Держась из последних сил, странники спустились вниз. Голова дракона лежала на берегу, длинная драконья шея уходила под воду. Грудь торчала из-под воды, словно остров. Концы крыльев застилали берег, и хвост покоился в разбитом снегу.

На счастье путников, темно-синяя рукоять меча, пронзающего сердце, торчала из груди. Хуже было бы, если меч оказался под водой. Казалось, что запаха уксуса от озера не было. Наверное, в него можно войти.

– Тюнец, ты умеешь плавать? – поинтересовался Лев.

– Конечно, я умею плавать! Я умею плавать на лодке, или в спасательном кругу! – ответил браво Марсок.

– Полосатик, а ты? – Полосатик подошел к берегу и понюхал воду, но войти в нее не решался.

Не решался войти и сам Лев. Он представлял, что может пройти по шее, но боялся оступиться. Мальчик умел плавать в бассейне, но никогда не делал этого в реках и озерах. Тем более, что глубины этого озера он не знал.

Лев несколько раз подходил к воде и уходил обратно. Мальчик уже и близко не подпускал слезы, но так и не знал, как решиться. Время шло и вот в животе заурчало. «Ах, этот Марсок! Он ведь съел почти все припасы!» – с яростью вспомнил Лев.

– Ах, ты! – замахнулся мальчик на Марска.

Но ждать нельзя. И нечего ждать – нужно идти. Тут Льву пришла идея – сделать плот. Почему он сразу не догадался! Тем более, что кругом много разбитых от падения Группера ледяных и снежных глыб. Позвав Полосатика, мальчик подтащил одну из них к берегу. Лев снял хамелеоновый плащ, оставил на берегу у драконьего черепа щит и прожженную кольчугу, и шлем.

– Ты же выручишь меня, если что? – спросил он у Полосатика. Тот кивнул в ответ.

Мальчик оттолкнулся булавой от берега и поплыл, гребя ей, как веслом. Медленно, но верно, он оказался на груди дракона. Наконец, перед ним заветный меч! Лев аккуратно коснулся пальцем рукояти – не обожгла. Затем он медленно потянул меч к себе. Тот легко вышел из тела дракона. Теперь он Львов.

Меч оказался темно-синего цвета, как и рукоять. Только имел, как будто, бесконечную глубину в которой иногда пробегали желтые и сиреневые искры и казалось, загоралось звездное небо.

А плот тем временем, тихо уплывал и его уже не достать. «Ну, вот!» – рассердился мальчик, что прозевал его. Оставалось идти в брод. Понимая, что чем дольше он будет решаться, тем тяжелее будет начать, Лев, не раздумывая, медленно пошел по драконьей шее. К счастью, вода в озере оказалась очень теплой. И прозрачной, так что Лев видел отполированное дно. На всякий случай, Лев водил по воде вокруг себя мечом, надеясь, что тот нейтрализует яд, если яд, конечно есть. Вода, соприкасаясь с мечом, светилась и делалась кристально прозрачной.

Шея резко спускалась вниз почти сразу за покатыми плечами, и Лев оказался в воде по пояс. Идти было на удивление удобно – ступни хорошо цеплялись за черную чешую. Вот лев оказался в озере по грудь, а вот и по шею. «Нет. Не дойду», – беспокоился мальчик, но оставалось совсем немного. Вот снова по грудь, и вот, снова по пояс.

«А вдруг тут есть хищные рыбы?» – пришла не вовремя мысль. Нога оступилась и Лев соскользнул с шеи и потерял опору. К счастью, он не запаниковал и проплыл, пусть и нахлебавшись воды, несколько метров и выбрался на берег у основания черепа. Все-таки, в бассейн он ходил не зря…

12.

Меч прожигал все, к чему прикасался его клинок. Поэтому Лев либо нес его в руке, либо втыкал в снег, так что над снегом возвышалась лишь рукоять. Иногда Лев пытался представить, кем был тот человек, кто победил Группера, и что с ним стало. И почему-то в воображении Льва вырисовывался мальчик, такой же, как он…

Дальше рыть туннель не получалось. Полосатик раз за разом упирался в ледяные валуны, да и снег стал очень плотным. Теперь путь вел товарищей по поверхности, по снежному полю под светом яркого солнца. Вокруг путников все чаще и чаще попадались ледяные глыбы, напоминающие зубы, выпирающие из-под толщи снега. Следов на отполированном ветром и солнцем насте практически не оставалось. Это было на руку путникам, ведь никто не смог бы, не зная, что они тут, выследить их.

Вдали уже виднелись ледяные скалы. И чернело в одной из них, самой высокой, пепельное пятно. Как догадывался Лев, это было логово Архитостиса.

Ледяные зубы причудливо отражали путников, словно те находились в комнате кривых зеркал. Это было весело и на какое-то время Марсок даже перестал трубить. Товарищи шли в хорошем настроении и не сразу заметили, как от черного пепельного пятна оторвалась точка. Сначала она была похожа на пчелу, затем на ворона, а затем, когда ее заметили ребята – на дракона.

«И где же спрятаться тут, среди снежного поля и прозрачного льда?» – подумал Лев, но не растерялся и накрыл их с Марском хамелеоновым плащом. Полосатик тут же начал быстро рыть. Вскоре он залез в небольшую норку. Ребята последовали за ним и Лев закрыл вход плащом.

Дракон приближался. Лев смотрел на него через тонкую щелочку между плащом и снегом. Архитостис летел, наклонив голову вниз и, видимо, внимательно всматривался в снежное поле. На сколько у него острое зрение и может ли он видеть их через плащ? Лев смотрел заворожено. На черно-фиолетовой чешуе свет солнца отражался зелеными бликами. Длинношеяя фигура излучала мощь и грацию. Хвост оканчивался красивой стрелой, более вытянутой, чем у рамфоринха. Дракона словно окружал ореол магии, всезнания и всесилия. И как победить такого? И зачем?

Когда Архитостис пролетал, практически над их укрытием, у Льва замерло сердце. Это чудовище размером превышало кита. Дракон быстро промчался мимо. Возможно, будь Архитостис менее уверен в себе и в отсутствии достойных соперников, он смотрел бы внимательнее, и увидел свежий рыхлый снег, там, где рыл яму Полосатик. Дракон не ожидал, что кто-то может осмелиться даже смотреть, а не то что идти в сторону его гор. А если и ждал кого-то, то размером не меньше Барантарекса. Таким образом, Льву и его товарищам повезло и Архитостис их не заметил.

13.

Когда стало точно ясно, что дракон улетел, Лев повел товарищей в путь. Куда отправился Архитостис? Должно быть сжигать новые города. И было бы здорово успеть добраться до его логова перед возвращением хозяина.

– Может подвезешь нас? – спросил Лев у Полосатика. Тот, кажется, не возражал. Тем более, припасов у путников почти не осталось.

Сидеть на ящерице было очень неудобно, да и держаться, обхватив его туловище руками приходилось очень крепко. От напряжения болели руки, но скорость отряда выросла. Во время коротких привалов эхо трубы невыносимым гулом бродило между ледяных глыб, которые становились все больше и стояли все чаще. Можно было бы, конечно, оставить тюнца здесь, но с ним Льву было спокойнее.

Пещера, служившая логовом Архитостису зияла бездонным порталом. Она располагалась высоко, на безупречно гладкой ледяной скале. По форме скала напоминала розы на даче у бабашки, накрытые на зиму брезентом. Все ее подножие покрывали черный пепел и копоть. Кучи золы и снег, окрашенный в серый и черный, стали постоянными элементами пейзажа.

Лев осмотрелся, раздумывая, как же подняться наверх. Местность на многие часы пути вокруг выглядела безжизненной. И когда из-за одной из куч пепла вылезли два геккона, размером с Полосатика, путники были очень удивлены.

– Кто вы? – спросил Лев.

– Я – Скользяк!

– Я – Липняк! Мы ледяные гекконы пеплоеды.

– Вы питаетесь пеплом? – удивился мальчик.

– Да, нам очень повезло жить тут, рядом с драконом, хотя, ходят слухи, что от творит большие злодеяния, – ответил Липняк.

– Да, он уничтожает целые города и народы. И мы пришли остановить его, – уверенно и с гордость сказал Лев.

– Это благородная цель, витязь, но дракон – самое могущественное существо в мире! Как вы собираетесь его победить? – вступил в разговор Скользяк.

– Мы сделаем засаду в его логове. А еще у нас есть меч из антиматерии! – Лев обнажил клинок, который до этого прикрывал плащом.

– Ого! – удивился Липняк.

– Но, герои, как вы заберетесь по этой высокой скале? – продолжил интересоваться Скользяк, – и как вы собираетесь сидеть в засаде, играя на трубе, во-первых, и, имея такой резкий человеческий запах, во-вторых?

Лев, действительно, не подумал об этом, а Липняк, кажется, захотел помочь:

– Мы можем поднять их, Скользяк, а чтобы они не пахли – пусть измажутся в пепле.

– Да! – подхватил Лев, – а Марску я дам съесть сладкий компас, когда дракон будет приближаться.

– План, конечно, отчаянный, но мы готовы вам помочь, – поддержал идея Скользяк.

– Спасибо! – Лев очень обрадовался, что они с Марском и Полосатиком нашли новых друзей. Правда, потом его охватило беспокойство: «гекконы пеплоеды просят нас обмазаться пеплом. Не хотят ли они нас съесть?»

На всякий случай, для устрашения Лев сказал:

– Не забывайте, что у нас меч из антиматерии, с нами очень мощный Полосатик и мы недавно победили коварного Баранта, хищного червяка!

– Ого! – снова удивился Липняк…

14.

Крепившими поклажу веревками Полосатика привязали спина к спине к Липняку. И Липняк полез вверх первым. Лев с Марском забрались на Скользяка, держась за веревки, перекинутые через его грудь, под лапками. Решили подниматься по стене, правой от драконьего логова, чтобы видеть приближение хозяина.

Конечно было страшно. Гладкая, практически как зеркало, ледяная стена, то тут, то там круто меняющая угол наклона. Тем не менее, гекконы легко присасывались своими подушечками на пальцах и вес новой ноши, казалось, не вызывал у них сильных затруднений.

Чем выше поднимались путники, тем интереснее картина открывалась их глазам. С той стороны, откуда они пришли поле ледяных глыб было огромным, но не бесконечным. Виднелось размытые пятно Драконьего озеро, а за ним – снежные барханы. С противоположной стороны вдалеке, где заканчивались голубые скалы, тянулись замерзшие серые болота, а за ними – редкие, исполинские деревья, кое-где на которых висели одинокие огромные желтые листья.

Гекконы карабкались выше. Лев очень устал, но где же остановиться на голой стене? Тут он вспомнил про свой меч:

– Дай-ка я попробую, – сказал мальчик Скользяку, обнажая клинок.

Когда геккон остановился, Лев легко вырезал во льду порожек, а затем небольшой карниз, где могла разместиться вся компания.

– Теперь дракон точно будет знать, что кто-то приходил к нему, – задумчиво протянул Скользяк, – вам, герои, нужно непременно его победить.

– А чем вы будете питаться, если дракон умрет? – спросил Лев, с удовольствием разглядывая гекконов.

– Тут достаточно пепла до конца наших дней, ответил Липняк, – и, если дракон творит столько зла, мы за то, чтоб он исчез.

– Да, и я давно еще хотел узнать… Еще когда мы были в городе ящериц… Как вы, рептилии, живете в вечной зиме? Разве вам не нужно тепло? – стесняясь, интересовался Лев.

– Зачем нам тепло? Мы ведь хладнокровные, – ответили Липняк и Скользяк хором.

Лев задумался. Потом посмотрел снова в даль. С одного из исполинских деревьев, кажется клена, ветер сорвал лист, и тот, медленно раскачиваясь, опустился на скованную льдом поверхность болота. Даль выглядела прозрачной и безжизненной.

– Вы вдвоем тут живете? – мальчик задал вопрос обоим гекконам.

– В этих скалах обитает много пеплоедов. Просто мы не высовываемся, – ответил Липняк, и продолжил с небольшой грустью, – топи за горами не замерзали, когда там жили лягушки и мы ходили к ним иногда на весенние концерты. Пока дракон их не прогнал. За теми кленами начинается большой лес огромных ягодных деревьев, высотой с эту скалу… Да и эта скала раньше была таким же деревом. Вглядитесь внимательно в лед – там горят красным морозные ягоды, и они до сих пор съедобны. Лев, прильнув к поверхности скалы, действительно увидел размытые шары ягод и зеленые щиты листьев. С помощью меча из антиматерии он сможет их достать.

– Ев, Ев! Давай их поедим! Прожги мечом лед, будь мы их достали, – воодушевился Марсок.

– Да. Ты! Некогда сейчас! Не перебивай! На обратном пути – может быть, а то вдруг скоро Архитостис вернется.

– А что за ягодным лесом? – спросил у Липняка Лев.

– Мы там не были, но верим преданиям, что там есть водным мир, за ним мир пепельного песка, за ним теплые клеверные поля с россыпями каменных рек, ждущих весну в легкой дымке тумана, за ними страна гранитных истуканов, ждущих воду, а за ними стоит невероятного размера Бронтозил, держит небо и тянет словно ведра в колодце за тугие лучи Солнце и Луну, день и ночь…

Лев представлял все это, а сам думал, что хорошо бы сесть на дракона и увидеть этого Бронтозила, а потом скорее вернуться к маме. А вот, после того, как вернется к маме, хорошо бы стать путешественником, или ученым, объездить весь мир и жить где-нибудь на Байкале, в Суринами, Кейптауне, или горах Перу.

15.

Как когда-то, кажется так давно, стоя на детской площадке, Лев представлял и мечтал, что вот-вот появится сказочный дракон, так сейчас, мальчик внимательно смотрел в даль, сидя на черном ледяном выступе у входа в логово Архитостиса. Льву нужно увидеть дракона заранее, чтобы успеть остановить песню про нежного котенка Муни-Мани до того, как чудовище ее услышит. «Ох, этот Марсок!» – думал Лев и приходил в ярость. Звуки трубы уже становились страшнее, чем дыхание и зубы и когти Архитостиса.

Ни гор золота и сокровищ, ни, к счастью, похищенных принцесс, в обители дракона не было. Пустая пещера, черная от вековой копоти и пепла. Ни костей добычи дракона, ни его вещей. «Как-то пусто и немного не уютно», – заключил Лев, – «я бы подарил ему что-нибудь, вроде кряжистой коряги, или колючего дерева, будь он моим питомцев».

Мальчик уже наметил место, где они будут прятаться – узкую щель-трещину, конце которой образовалась небольшая пещера, может быть, бывший воздушный пузырь во льду огромных размеров. Щель располагалась близко ко входу, так что Лев надеялся преградить дракону путь к бегству. И ее часть, выводящая в пещеру, так сильно была забита сажей, что товарищам могли не пригодиться ни хамелеоновый плащ, ни тот пепел, которым странники вымазали свои тела.

Снова хотелось есть, а еды у них больше не было. «Ох, этот Марсок», – продолжал ругаться про себя Лев, а погода становилась все пасмурнее. «Вдруг дракон прилетит через неделю только, мы же с голоду умрем», – начался мелкий частый снег, – «да, и в таком снегу дракона можно сразу и не увидеть», – снег усилился, – придется добывать те морозные ягоды, – Лев сумел себя успокоить, а Марсок все трубил.

– Да, ты! – сказал Лев шепотом и напряг все свое зрение.

Кажется, вдали показалась черная точка. Или нет? Лев потер глаза. Вроде не видно. Нет – вот она! Точка летела на них. Вскоре Лев перестал сомневаться, что это летит дракон. Он попытался собраться и быть сильным. Спокойно пригласил товарищей в убежище, отвязал с головы Полосатика компас и дал Марску:

– Держи, тюнец, и не шуми! – Лев погрозил человечку кулаком.

Марсок принялся лизать сладкий лед. Лев подумал, что из трещины вылазить будет неудобно, в этот момент он будет легкой добычей. Мальчик завернулся в свой плащ и сел у входа, так, чтобы оказаться за спиной у влетевшего в логово хозяина.

Время шло в полной тишине. Чем дольше сидел мальчик, тем больше он боялся двинуться и посмотреть в портал входа. Лев надеялся на свой измученный слух. И, действительно, вдруг захлопали кожистые крылья и в логово влетел, поднимая вихрь пепла, Архитостис. Тут он, и в правду, не казался таким большим, как в небе. Стал, скорее, размером с человека, чем с кита.

Дракон приземлился на четвереньки и прокашлялся, извергая клубы сажи. Он был очень красивым, лилово-черным с зеленой побежалостью, как раз такого бы и хотел Лев.

Архитостис страшно рассмеялся:

– Ха-ха-ха, как я им задал! – Голос его звенел железом.

Затем дракон встал на ноги и начал нюхать воздух, в котором еще витал пепел.

– Кажется, пахнет млекопитающим… – прошипел, прищурив глаза Архитостис, – Неужели Стабилирон, этот мохнатый бездельник, заходил сюда? Нужно наказать эту глупую обезьяну за ее любопытство… Впрочем, кажется, будто он еще здесь…

Дракон развернулся и, принюхиваясь, пошел прямо к трещине, в которой прятались Марсок и Полосатик. При этом, кажется, он не видел Льва.

– Стабилирон жирдяй и сюда не пролезет, – рассуждал шепотом Архитостис, – Кто здесь?! – рявкнул он громовым голосом прямо в трещину, подскочив к ней и сев на колени.

Задрожали стены, сверху посыпался лед. Задрожал и Лев, но мальчик понимал, медлить нельзя, чудовище может сжечь его друзей.

– Я! – ответил он и смело откинул плащ, пряча меч за спиной.

Архитостис удивился и встал на задние ноги, но Лев, конечно, не испугал его.

– Ты невелик, и судя по всему, не умен, ха-ха-ха, – рассмеялся дракон.

А Лев медленно шел по дуге, стараясь идти так, чтобы, когда дракон поворачивался следом, щель с Марском и Полосатиков оставалась за спиной монстра.

– Я неунывающий, неумолимый, – выдумывал Лев от страха, – неустрашимый монстродав. Я видел поверженного Баранта, я видел поверженного Группера. Я…

– Группера?! Да я тебя когтями разорву, нет – растопчу! Даже жечь не буду. Архитостис бросился на Льва, но тут же остановился – острие из антиматерии уперлось в его грудь.

Но Лев не решился убить дракона, которого так долго мечтал увидеть и приручить. Архитостис, кажется, заметил нерешимость мальчика:

– Мы, кажется, неправильно начали знакомство, – заговорил он подчеркнуто вежливым тоном, – зачем ты пришел ко мне?

– Я пришел убить тебя… – Лев опустил глаза.

– А зачем тебе убивать меня?

– Я вернусь домой тогда.

– Я могущественный дракон! Кто, как не я сможет отвезти тебя домой? Пойдем на волю! Да и я могу показать тебе мир и существ, и других драконов, даже чудеснее меня!

Лев представил, как садится на спину Архитостису, как они взлетают, как летят в небо, как видят мир воды и Бронтозила… Затем мальчик вспомнил Драконье озеро и Группера. Наверное, тот человек так же взлетел. Дракон вырос в небе, они бились и погибли вместе. Нет! Сомагус ведь предупреждал, что тут нельзя ослушаться… Но так хочется подружиться с драконом…

– Может быть, я скажу всем, что победил тебя, а ты уменьшишься еще, сядешь мне в карман и я возьму тебя в свой мир?

– Да, давай, – закивал дракон, – я уменьшусь, только отодвинь меч.

Лев убрал меч. Архитостис начал уменьшаться. Став размером с кошку, он бросился к выходу. Лев понял, что совершил ошибку!!! Но тут, возникший из пепла Марсок накрыл дракона трубой. К тому моменту монстр стал чуть больше мыши.

– Ха-ха-ха, теперь вам меня точно не поймать, – тоненько смеялся Архитостис, вылетая из трубы, размером со сверчка.

К счастью, Полосатик любил сверчков…

– Ням-ням, – прокомментировал Марсок, а Лев, конечно, немного расстроился:

– Ну, вот, всегда так! – злился Лев, – Ах, ты! – замахнулся он на человечка.

– Ну, Ев, ну, Ев, – принялся оправдываться Марсок, втянув голову в плечи…

16.

Ящериный город встретил Льва, Марска и Полосатика, как героев, кем они и являлись. Им дарили леденцы, мороженное, отвели в сокровищницу, где товарищи могли выбрать все, что пожелают. Лев выбрал красивые бусы для мамы, про которые Марсок сказал: «Ев, Ев, зачем тебе девчанка?». Сам же человечек взял набор ледяных рептилий всех видов, «будь играть». Полосатика ящерицы уговорили остаться у них, даже обещали научить ходить на задних лапах и разговаривать, и он согласился. Затем каждому из героев дали по большому сундуку драгоценных камней.

Поначалу Лев был очень рад и с интересом перебирал камни. Он долго гулял по городу и знакомился с его обитателями. Все это было очень интересно, но к вечеру Лев приуныл. Мальчик сел у сундука и сказал:

– Ну, вот… Я теперь никогда не вернусь домой… Как мне попасть домой?

Вдруг он услышал позади знакомый строгий голос:

– Так, берите сундук, несите в фургон…

– Эй! Это мой сундук! – возмутился Лев. Повернувшись, он увидел серьезный взгляд Нукина.

– Это плата за лечение, Лев, – сказал Нукин, как бы между делом, а затем снова обратился к носильщикам, – так, несите, несите.

– Ну, вот! У-у-у-у, – расстроился Лев, видя, как четыре больших сцинка уносят его награду.

Нукин позвал мальчика:

– Если хочешь домой, – пойдем с нами.

– Конечно хочу! – Лев бросился догонять.

Они шли долго, сворачивая то в один туннель-улицу, то в другой. Наконец, Лев заметил знакомую вывеску, горящую светодиодами: «Магазин детектора Нукина». Снова фургон стоял, перегородив проход, словно его дверь была специально подогнана под размер туннеля. Скрипнула металлическая ручка и Лассон пригласил всех внутрь.

– Лекарство оплачено, – сказал ему Нукин, показывая ящерицам, куда ставить сундук.

– Хорошо, а то мы так разоримся с этими детьми, – проворчал худой человек.

Лев нерешительно стоял у входа. Сзади подбежала небольшая желтая агама и подала ему рюкзак.

– Заходи, – позвал его Нукин.

– Я хотел бы попрощаться с моими друзьями, – грустно произнес мальчик.

– Некогда, – сухо ответил Нукин, – да и ты их увидишь еще… Скорее всего…

Лев, забрался в фургон, а слезы подступали. Лассон прошел в кабину. Фургон тронулся, а так как окон не было, ход времени был не ясен, но Льву казалось, что оно тянется очень медленно. Нукин считал самоцветы и заполнял какие-то бумаги. Мальчик вспоминал своих верных товарищей и их совместные приключения.

Становилось все теплее, наверное, они выезжают из снежной страны, думал Лев. Вдруг он почувствовал, что-то мокрое у себя в кармане. Засунул туда руку и понял: мамины бусы растаяли! Мальчик расстроился и заплакал:

– Ну, вот!

Нукин посмотрел на него строго:

– Курс лечения не сработал?

– Сработал! – Лев утер сопли и надулся, скрестив руки на груди.

– А чем ты тогда расстроен?

– Дракона не удалось приручить! Полосатик тоже там остался, да и Марсок, – Нукин смотрел на мальчика молча, а Лев был очень расстроен, – да и когда мы, вообще приедем?

– Приедем, как приедем, – детектор пожал плечами.

– Ну, вот…

– Ладно, вроде Лассон уже паркуется. Можешь выходить.

Лев быстро подскочил к двери и увидел за ней снова темный коридор зоомагазина.

– Так, там дверь закрыта, – сказал он робко.

– Мы сейчас отъедем, и ты выйдешь во двор.

– Ну, вот, придется бежать вокруг дома, – запереживал Лев, представляя, как мама не обрадуется, увидев, что он гуляет без спроса где попало.

– Видимо, мы скоро снова встретимся, – произнес Нукин, – похоже тебе нужно лекарство для вечно недовольных детей.

Рыча, Лев вышел в темный коридор.

– Не забудь рюкзак!

– Спасибо! – коротко пробубнил Лев.

Лассон отъехал, освободив выход во двор. Мальчик выскочил практически следом, но никакого фургона уже не было. Как и не было времени стоять – Лев бросился на детскую площадку.

Вот они качели и горка, а вот и мама – идет в начале аллеи. Лев примостился на ближайшую скамейку и сделал вид, что ждет очень долго.

Мама подошла, видно было – настроение у нее хорошее. Лев решил этим воспользоваться:

– Мам! А можно мы заведем питомца, например, эублефара?

– Я не знаю, кто это, – улыбнулась мама.

– Ну, такая ящерица, очень преданная хозяину.

– Ну, не знаю, вообще-то это большая ответственность, но, наверное, можно. Потому что сегодня необычный день, и у меня для тебя есть интересная новость.

– Ура! Какая?

– У тебя будет братик!

– Давай назовем его Марсок?