Цитаты из книги «Ложная память», страница 2

Но вообще-то агорафобики часто уходят в свои страхи как в убежище от мира, видят в них способ избежать столкновений с другими людьми или же уклониться от своих собственных, особенно травмирующих переживаний. Таким образом они находят в изоляции некое извращенное утешение…

Конечно, в те минуты, когда пес приседал, чтобы справить нужду, как сейчас, Марти никогда не смотрела на него, потому что он при этом смущался ничуть не меньше, чем монахиня, которой довелось бы попасть в бар с полуголыми официантками.

Сострадание, любовь, смирение, честность, преданность, правдивость — все это практически то же самое, как огромные стеклянные окна, о которые с такой глупой настойчивостью разбиваются маленькие птички. Мы разбиваемся в клочья о стекла любви, стекла правды, по-дурацки стремясь прийти туда, куда не в состоянии прийти, стать тем, кем нам не суждено стать.

Если сейчас в этом месте и с этими людьми что-то было не так, то Дасти был не в состоянии определить что. Даже незаконнорожденному сыну мисс Марпл от Шерлока Холмса пришлось бы изрядно потрудиться, чтобы найти серьезное основание для того подозрения, которое тревожило нервы Дасти.

«Возможность» — слово для самооправдания того, кто готов к поражению. «Должны» — вот слово, которое ей было нужно; оно из словаря победителей.

Любовь — это священное одеяние, сотканное из настолько тонкой ткани, что глаз не в состоянии рассмотреть ее, но при этом настолько прочной, что даже могущественная смерть не в силах ее разорвать, одеяние, не изнашивающееся со временем, несущее тепло в мир, который стал бы без него невыносимо холодным, — но порой любовь может оказаться столь же тяжелой, как стальная кольчуга. И умение снести бремя любви в тех случаях, когда оно представляет собою непреодолимую тяжесть, делает еще более драгоценными те мгновения, когда любовь, как ветер, вздымает руки человека, словно крылья, и отправляет его в полет.

Жизнь предлагает бесконечное множество возможных дорог. Порой маршрут выбирает голова, порой сердце. А порой, к добру или к худу, ни голова, ни сердце не могут воспротивиться упрямому давлению судьбы.

Жизнь — жестокая комедия.

И в этом

Кроется ее трагизм.

Доктор понятия не имел, где, когда и как добывают моллюсков, потому что это была работа — то, что его очень мало интересовало. Некоторые рождаются для того, чтобы работать, некоторые — чтобы играть, а он отлично знал, в который из лагерей его принёс аист.