Читать книгу: «Чёрная роза»

Авторское предисловие

Эта книга вдохновлена образом средневековой Европы – миром рыцарей, древних замков и великих подвигов. Однако не стоит воспринимать ее как исторически достоверное произведение. Действие разворачивается в вымышленном мире, где реалии прошлого преломлены через призму фантазии. Хотя в основе сюжета лежат знакомые образы рыцарей и благородных войн, эта история не ставит своей целью точное воссоздание рыцарских традиций или средневекового образа жизни. Этот мир следует своим собственным правилам, и рыцарство в нем представлено так, как его можно увидеть в старых легендах и сказаниях.

Тем не менее, моя цель не заключалась в создании полноценного романа. Я хотел создать произведение, которое задаст темп и тон, познакомит читателя с персонажами и миром и станет первым шагом в цикл «Претендент». Этот рассказ задуман как сказка, небольшая по объему, но с богатым атмосферным наполнением, которая со временем переросла в нечто большее, чем просто короткая история. В нем я постарался сделать акцент на сказочной составляющей, сочетая элементы описания окружающего мира с повествованием, которое подчеркивает этот волшебный оттенок.

Как дебютная работа, эта история вызывает у меня особенно трепетные чувства. С детства я любил сказки, а затем различные фэнтезийные миры, и это, конечно, отразилось на мне. Уже в раннем возрасте я пытался писать, но это были всего лишь попытки вытащить неугомонные мысли, не более.

«Мечтать не вредно», – этот слоган я несу с собой по жизни. Я всегда любил придумывать свои миры, сюжеты, персонажей. Поэтому, набравшись более-менее опыта, наконец решился на свое произведение.

Надеюсь, что это путешествие принесет вам удовольствие!

Мир за пределами Брайхолла

Дорогой читатель, прежде чем мы начнем путь, позволь мне рассказать тебе о мире, полном рыцарей, магии и древних земель.

События этой истории разворачиваются на материке Тарн, в Королевстве Брисгард. На материке есть и другие королевства, но они останутся за кулисами – пока.

Сам Брисгард поделен на провинции, и все, о чем ты прочтешь, происходит в одной из них – в Междугорье.

Междугорье раскинулось на самом северо-востоке материка, на полуострове Граньверг. Если взглянуть на карту, его очертания напоминают голову боксерской собаки.

Почему же Междугорье? На первый взгляд все очевидно: кругом горы. И правда, местность здесь холмистая, а высоких вершин хватает.

Но настоящее происхождение названия кроется в узком тракте, соединяющем провинцию с остальной территорией. Дорога пролегает между двумя хребтами: Серебряными горами на западе, богатыми залежами серебра, и Железными – на востоке, где издавна добывают железо. Этот проход и зовется Междугорьем – так прозвали его, а потом и всю провинцию.

Провинция разделена на три владения, каждое со своей столицей. О каждом – по порядку.

Владение Холмир раскинулось от западного побережья до реки Мирен и ее извилистой протоки Ветвины. На юге оно упирается в Серебряные горы, на севере омывается водами Дымчатого моря.

Если продолжить аналогию с головой собаки, то как раз в районе «ушей» возвышается еще одна гряда – Волчьи Клыки.

Местность здесь преимущественно холмистая: чередуются возвышенности, овраги и широкие плато.

В этих землях расположены столица всей провинции – Арендор – и главная крепость рыцарского Ордена.

Владение Мшистье раскинулось восточнее Холмира. Его столица – Ривенфорд. Западная граница проходит вдоль уже знакомых рек Мирен и Ветвины, а восточная – по реке Жернова, еще одной протоке Мирен.

С юга Мшистье подпирают Серебряные горы, с севера – ласковыми волнами омывает Дымчатое море.

В отличие от прочих владений, местность здесь более низменная – полно рек, озер, болот (настолько, что у некоторых даже нет имен, да и не сказать, что они настолько значительные, чтобы эти имена иметь) и прочих радостей для любителей сырости и комаров. Именно здесь будут разворачиваться основные события книги.

Владение Гранитник – восточная часть провинции со столицей в городе Камберпорт. С севера и востока его берега омывает Дымчатое море, на западе границу образует река Жернова, а с юга пролегает тракт Междугорье.

Если продолжать сравнение провинции с головой боксерской собаки, то Гранитник – это «нос», а на самом «кончике» – невысокая, но суровая горная цепь Стержни Земли (официальное название, хотя чаще ее просто зовут Шипогорьем).

В «пасти», то есть в проливе у берега, раскинулся Камберпорт – главный центр кораблестроения во всем Королевстве.

Местность здесь грубая, каменистая, но не сказать, чтобы уж очень холмистая – к югу и вовсе начинаются равнины.

Из-за протяженной горной цепи на юге провинции осадки, приходящие с моря, редко преодолевают этот природный барьер. В результате южные земли преимущественно степные и сухие. Междугорье же, напротив, отличается более влажным климатом и богато лесами. Древесина здесь – основной товар, активно добываемый и поставляемый на рынки всего королевства.

Остановимся подробнее на водной составляющей провинции.

Река Мирен – главный источник пресной воды в этих краях. Она берет начало в Серебряных горах и течет на восток, проходя через владения Мшистье и Гранитник, пока не теряется в сети мелких озер и болот у подножия Шипогорья.

У реки три протока. Спускаясь с гор, Мирен впадает в озеро Голубое Сердце – достаточно просторное для маневров кораблей. Именно из этого озера вытекают два главных протока: Тиховод, самый спокойный и неширокий, текущий на запад к Лесному Плато вдоль Мохолесья, и Ветвина, что течет на север вдоль границ владений к морю – по ней возят товары в Арендор.

Если идти дальше по течению реки Мирен, то можно заметить небольшой приток – Сельду. Она течет с севера, берет начало из родника в Туманном лесу, протекает через деревню Брайхолл и впадает в Мирен. Пройдя это место, вскоре мы попадем в город Ривенфорд, а чуть дальше – последний проток Жернова, который идет к морю, пробиваясь через камни.

Изначально столицей провинции был город Камберпорт – он располагался ближе всего к тракту Междугорья, что делало его наиболее доступным. Однако со временем столицу перенесли в Арендор, и на это было две основные причины.

Во-первых, с развитием рыцарского Ордена и ростом его влияния Арендор стал более престижным городом. Кроме того, он был безопаснее: находился на противоположной от Междугорья стороне полуострова, и добраться до него по суше было куда сложнее.

Во-вторых, на мелководье реки Мирен возник город Ривенфорд. Благодаря удобному расположению грузы здесь можно было перевозить по реке значительно быстрее, чем по холмистым и непредсказуемым дорогам провинции. Это сделало Ривенфорд важнейшим торговым центром региона.

В итоге эти изменения обеспечили столице надежную защиту и повысили ее престиж за счет силы рыцарей, а благодаря удобной речной транспортировке из Ривенфорда недостатка в товарах не возникало, несмотря на удаленность города.

Особенностью провинции являются два северных мыса – Западный и Восточный, расположенные на «ушах» и «носу» полуострова. Эти точки являются самыми северными на материке и долгое время соперничали за звание самой северной. Разница между ними настолько мала, всего пара локтей, что ее невозможно точно измерить, поэтому решили признать оба мыса.

Вернемся к Ордену. Рыцари – элитные войны Ордена и Королевства, настолько первоклассные, что в битве им практически нет равных. Они проходят строгий отбор: претендент должен пройти семь испытаний доблестей и доказать свою истинную ценность.

Готовят рыцарей только в Ордене. Сюда приезжают люди из разных уголков Королевства, но, увы, не всем дают шанс.

В последнее время их сила и влияние слегка ослабло, но не угасло полностью.

Помимо этого, мир населен магией и магическими существами, но люди научились сосуществовать с ними, и их присутствие почти не влияет на повседневную жизнь.

Основные моменты для удобного восприятия книги я уже рассказал, а что еще скрывает этот мир – вам предстоит узнать самим.

Глава 1. Странствующий рыцарь

Когда-то, в далекой деревушке, укрытой зеленью лесов и туманными утрами, жил юноша по имени Эрик. Он был как все мальчишки в своем возрасте: полон мечт, не знал ни бед, ни горестей, и в его глазах сверкала искренняя вера в доблесть рыцарей и светлый путь, который они проложили для всех.

Но Эрик знал: он отличался от других. Его происхождение не позволяло стать тем, кем он мечтал. Он не родился с королевским гербом на груди, не носил сверкающие доспехи и не ездил на боевом коне, но в его сердце горело желание стать рыцарем, тем, кто стоит на страже добра, справедливости и чести.

Все в его мире казалось простым, почти волшебным. Легенды о великих рыцарях, о том, как они сражались с драконами и спасали дам в беде, были его единственным ориентиром. Но он не знал, что на пути к своей мечте ему предстоит встретить множество испытаний.

И вот, в одно прекрасное утро, когда солнце едва поднималось за горизонтом, в их деревню прибыл странствующий рыцарь. Его доспехи тускнели от времени, а лицо скрывала тень усталости, но его глаза все равно светились мудростью и решимостью.

Брайхолл – небольшая деревушка, расположенная на берегу речки Сельда. Здесь бывали торговцы, возвращавшиеся с ярмарок соседних городов, и уставшие воины, спешившие к своим семьям. Виной всему местная корчма¹, когда-то славившаяся наравне с залами самого королевского двора. Однако последние войны сказались на текущем положении и нынешний ее хозяин, Фабиан, кое-как держит ее в приемлемом состоянии. Тем не менее здесь все еще можно попробовать медовый эль², сделавший эту корчму знаменитой на весь тракт.

Эрик – первенец Фабиана и Маргарет, а позже – старший брат близняшек Лили и Альдебарта. Всей семьей они проживают в этой же корчме, но в специально отведенных комнатах, которые не имеют отношения к гостевым покоям, и ночь в них тихая и спокойная.

Рыцарь, прибывший в деревню, остановился в корчме. Оставил лошадь на привязи, скормил ей яблоко и отправился испробовать эля. Один из мальчишек заметил его еще на подходе к деревне и тут же бросился через переулки – рассказать остальным. Эрик находился среди них. Новость о прибывшем рыцаре взбудоражила его, да и остальных тоже. Встретить рыцаря – редкость, и еще сложнее, если живешь в деревне.

Через мгновение зеваки уже собрались перед лошадью рыцаря, рассматривали и восхищались. Крепкий степной конь был облачен в кольчужное полотно, голову прикрывал шамфрон³. Поверх доспехов тканевый капарисон⁴, с изображением на одной стороне герба рыцаря, а на другой его Ордена. Массивное седло накрывало спину.

Рыцарь, выйдя из корчмы с элем, заметил, что его конь привлек внимание детей.

– Красивый? – спросил он их.

Дети вздрогнули, будто их застали за чем-то неприличным. Путник занял уличный стол, снял шлем и положил рядом с кружкой. Рыцарь был полностью лыс, но борода и усы с небольшой сединой делали его образ завершенным. Его шлем внушал трепет одним своим видом. Тяжелый, выкованный из стали, ярко блистал на солнце. Однако в узкой прорези для глаз почти не поступало света. По левую и правую сторону, крепко удерживаемые серебряными зажимами, возвышались массивные белые перья – символы силы и доблести. Под порывами ветра они колыхались словно крылья хищной птицы. Этот шлем был не просто защитой – он возвещал о приходе сильного и мудрого воина, перед которым простолюдины склоняли головы, а враги сжимали оружие крепче.

– Лучше не подходите слишком близко, разве что у вас завалялось лишнее яблочко в кармане, – продолжил рыцарь. – Он не любит незнакомцев.

Конь фыркнул, будто подтверждая слова хозяина.

Дети осторожно обошли коня и окружили рыцаря. Эрик стоял в стороне, его серо-зеленые глаза были полны решимости и любопытства, а взъерошенные темные волосы не скрывали его волнения. Он был худощавым юношей с круглыми чертами лица, которые еще не утратили детской наивности. Набравшись смелости, пробираясь через толпу, он наконец спросил:

– Вы вправду рыцарь?

Родрик отхлебнул эля.

– Самый настоящий. Меня зовут Родрик Доблестный⁵, – он слегка поклонился.

– А расскажите, каково быть рыцарем? – заговорили дети. – Вы видели драконов?

Родрик рассмеялся, откинувшись на спинку стула.

– Спешу вас огорчить, ребята, но драконы давно вымерли. Они вымерли задолго до появления наших дедов и прадедов.

После этих слов огонь в глазах Эрика слегка потух.

– Тем не менее, их отсутствие не сделало наш мир беднее, – начал рыцарь, успокаивая детей. – Нет, наоборот, нас окружают другие магические существа. С некоторыми мне приходилось иметь дело. Но с каждым годом их встречается все меньше. Они уходят, исчезают… – Родрик сделал еще один глоток.

– Но почему они исчезают? – спросил кто-то из толпы.

Родрик тяжело вздохнул и покачал головой.

– Боятся. Боятся нас, людей. Не всегда без причины, – он наклонился ближе, будто делясь тайной. – Порой магические существа занимают места, которые люди считают удобными. Леса, полные ягод и грибов. Горы, богатые золотом. Озера с чистейшей водой. И если эти создания мешают людям добывать свое, их изгоняют. А порой и истребляют.

Дети затаили дыхание.

– Но ведь не все они опасны? – робко спросил Эрик.

– Конечно, нет. Многие из них добрые, мудрые, вовсе не хотят вреда. Но их редко отличают от тех, кто действительно опасен. Иногда людям проще убить, чем понять. Поэтому существа избегают нас. Прячутся. Покидают свои земли, уходят в глушь, где человек не ступает.

– Но ведь если так пойдет дальше, их совсем не останется! – воскликнула девочка из толпы.

Родрик печально кивнул.

– Не по этому поводу вам нужно переживать. Вряд ли в повседневной жизни вы их когда-то встретите. Есть в нашем мире проблемы куда серьезнее…

Нависла тишина, окутывая слушателей, словно туман.

– А как понять, доброе существо или нет? – наконец кто-то решился продолжить диалог.

– Нас обучают в рыцарской академии. Но больше мы учимся, когда встречаемся с ними лично. Мы, рыцари, одни из немногих, кто знает, как с ними обращаться. Если нужно: поговорим, если нужно… убьем, – Родрик провел ладонью по бороде. – Но все же стараемся решать вопросы обычным разговором. К счастью или к сожалению – решать вам, но за свою жизнь я встретил их немного. Но рыцари – не убийцы, и уж тем более не охотники на магических существ. Мы защитники и служим Ордену и Королевству.

– А расскажите историю о встрече с существом? – попросил Эрик.

Рыцарь сделал глоток, слегка вздохнул, осознав, что дети так просто не отстанут. Удобнее устроился на стуле и начал свой рассказ.

* * *

Он поведал им историю о том, как в молодости, будучи оруженосцем у одного рыцаря, попал под сильный ливень во время выполнения поручения. Ему необходимо было добраться до города – Ривенфорда – забрать новый меч для своего наставника и оплатить работу.

Время было позднее. Родрик шел по тракту, но из-за густого дождя и плохой видимости случайно свернул не туда. Так он оказался в лесу. Вокруг высились ели, буки и березы. Промокший до нитки, он уже был готов остановиться под любым кустом, лишь бы хоть немного укрыться от непогоды.

Но вдруг впереди замерцал небольшой огонек, его свет пробивался сквозь пелену дождя. Родрик решил, что, возможно, наконец-то добрался до деревни, которая должна быть на его пути, и слегка ускорил шаг. Однако, чем дольше он шел, тем дальше казался огонек.

Молодой оруженосец протер глаза, засомневавшись в истинности происходящего, но мерцание не исчезло.

«Может, караван?» – подумал Родрик и, не желая терять возможность укрыться, погнал коня галопом в сторону света.

Но чем ближе он был, тем слабее становилось свечение, а затем оно и вовсе погасло.

Отчаявшись, Родрик спешился и вгляделся вглубь леса, насколько это было возможным. К его удивлению, неподалеку он заметил небольшую хижину. Взяв коня под уздцы, он направился к дому.

Хижина оказалась простой, с единственной комнатой, в которой были камин, кровать, стол и несколько тумб. Рядом находилось небольшое стойло, рассчитанное на одного скакуна.

Первым делом оруженосец позаботился о своем спутнике: снял промокшее седло и седельные сумки, протер гриву сухой тряпкой и дал коню яблоко. В стойле было сухо и тепло, снопы сена наполняли воздух запахом свежести. Здесь конь будет в порядке.

Сам Родрик вошел в хижину, стянул с себя мокрую одежду и развесил ее у камина. Оставалось самое важное – добыть огонь.

Он нашел в камине несколько оставшихся палочек и попытался добыть искру трением. Но все было тщетно…

– Помочь? – спросил кто-то за спиной.

Родрик вздрогнул. Какое-то время он боялся даже повернуться.

Непонятное существо подошло и прикоснулось к дровам. Огонь тут же вспыхнул. Родрик осмелился повернуться. Перед ним парил огонек, очертаниями напоминающий человека, но ростом по пояс.

– Кто ты? – спросил Родрик.

– Я дух леса, – ответил огонек.

– Почему ты помог мне?

– Мы лесные духи всегда помогаем путникам. Такова моя природа. Я охраняю лес и помогаю тем, кто в этом нуждается.

– Ты не боишься меня?

– Боюсь. Как боишься и ты. Люди непредсказуемые, но я вижу, что ты не из тех и не причинишь вреда. Тебе нужна помощь. Поэтому я здесь.

– Спасибо, – Родрик показал рукой на огонь.

– Береги себя путник и помни добро лесных духов, – после небольшой паузы огонек показал на еле горящий костер. – Не забывай про хворост.

После этих слов он испарился.

Родрик еще долго не мог осмыслить произошедшее. Это был его первый опыт встречи с магическим существом. Прокрутив все в голове, он вышел на улицу и последовал совету духа.

Всю ночь шел дождь. Капли исполняли мелодию ударами по крыше, а треск костра лишь дополнял эту симфонию. Путник сидел у камина, укрывшись плащом. Искра за искрой. Капля за каплей. Так путник и уснул прямо у костра.

Родрик проснулся под шорох капель по крыше. Он не был уверен, был ли это сон, но в камине еще тлели угли.

* * *

– Утром, когда я проснулся, на улице был туман. Я собрал вещи и отправился дальше в путь, – закончил свой рассказ Родрик.

Дети с удивлением смотрели на рыцаря. Неизвестно, врал ли он, но рассказ их устроил. Обычно сказки им рассказывают родители, но ведь сказка – это всего лишь выдумка, красивая история о магии. А тут – нечто иное. Они слышали не просто сказку, а рассказ о реальном событии. Осознавать, что сказочный мир и вправду существует, было захватывающе и даже немного жутко.

– А теперь, дети, – начал рыцарь. – Мне бы не помешал отдых и горячая еда. А ваши родители, думаю, уже заждались вас к обеду.

И вправду, рассказ затянулся, и уже успел наступить полдень.

– А вы надолго здесь? Расскажите нам еще о магических существах! – послышался голос из толпы.

– Я останусь здесь на пять ночей, – ответил рыцарь. – Моему коню нужен отдых, да и мне тоже.

Ребят успокоила эта новость – за это время можно будет услышать еще много удивительных историй. Они одобрительно закивали и, довольные, разошлись. Только Эрик задержался.

– А как стать рыцарем? – взволнованно спросил Эрик. – Я давно мечтаю о доблестных поступках! Сражаться с разбойниками, спасать людей, повидать магических существ…

Родрик улыбнулся, но в его взгляде сквозила тень сожаления.

– Как тебя зовут, юноша? – спросил он.

– Эрик, – ответил тот, выпрямившись.

– Что ж, Эрик. Я вижу в тебе отвагу. Но, боюсь, в твоем положении это нереально.

Эрик нахмурился.

– Это потому, что я не из знатной семьи?

Родрик на мгновение замешкался, словно подбирая слова.

– В некотором роде, – наконец произнес он. – Рыцарями обычно становятся те, кто родился в благородном роду.

– Но разве рыцарь – это не тот, кто проявляет доблесть и честь? Разве не важно, какой человек, а не его происхождение? – горячо возразил Эрик.

Родрик тяжело вздохнул.

– Ты прав, но таков порядок вещей. Орден неохотно принимает тех, кто не родился при дворе.

– Тогда я докажу, что достоин! – упрямо заявил Эрик. – Должен же быть какой-то способ!

Рыцарь задумчиво посмотрел на него, словно борясь с собой.

– А знаешь… – он сделал небольшую паузу. – Возможно, есть шанс.

Глаза Эрика вспыхнули надеждой.

– Правда?!

– Если ты выполнишь мое поручение, то вполне можешь заслужить шанс стать рыцарем, – кивнул Родрик. – Я являюсь рыцарем-ветераном и могу замолвить за тебя словечко в Ордене. Но только если ты справишься.

– Я справлюсь! – без раздумий выпалил Эрик. – Что нужно делать?

Родрик слегка улыбнулся, но его взгляд оставался серьезным.

– Не спеши. Для начала выслушай меня внимательно… Недалеко от вашей деревни есть Туманный лес. Именно там я впервые встретил магическое существо. В глубине этого леса растут чёрные розы – редкие и ценные. Алхимики⁶ используют их для создания сильных зелий, но есть у них и другое предназначение.

– Другое? – переспросил Эрик.

– Да. Чёрные розы используются во время посвящения в рыцари. Ими обматывают рукоять меча, а затем касаются кончиком клинка плеча претендента.

– Но почему именно чёрная роза? – с любопытством спросил Эрик.

– Чёрная роза – символ мужества, один из знаков рыцаря, – кивнул Родрик. – Чёрная роза растет там, где другие цветы гибнут. Она не открывает лепестков под солнцем, не любит влагу и дождь. Она предпочитает одиночество. Выжить в таких условиях – значит быть сильным. Сильным, как настоящий рыцарь.

Эрик слушал, затаив дыхание.

– И вы хотите, чтобы я нашел ее?

Родрик кивнул.

– Не я этого хочу. Это ты хочешь стать рыцарем. А я лишь даю тебе шанс – если ты готов его принять.

– Я готов! – воскликнул Эрик.

Рыцарь посмотрел на него, и в его глазах мелькнула тень воспоминаний. На миг он словно увидел самого себя – юного, пылающего жаждой приключений.

– Я в этом не сомневаюсь, – с легкой улыбкой ответил Родрик. – Но будь осторожен в лесу. Никто не знает, что может скрываться в его глубине…

Эрик кивнул.

– А теперь, мне бы хотелось отдохнуть, – продолжил рыцарь. – Ты найдешь меня в корчме. Да сопутствует тебе доблесть!

Эрик тут же бросился в свои покои. Он не стал никому ничего объяснять – просто начал собирать вещи.

Через несколько минут в комнату вбежали брат и сестра.

– Эрик, что ты делаешь? – спросила Лили, нахмурив брови.

– У меня появился шанс… – отвечал Эрик, не оборачиваясь – Шанс стать рыцарем! И я не хочу его упустить.

– Стать… кем? – переспросил Альдебарт, недоверчиво переглянувшись с сестрой.

– Рыцарем! В деревню пришел рыцарь, он сейчас сидит снаружи. Мы с ним поговорили, и он дал мне задание. Если я справлюсь, то смогу учиться и стать таким, как он.

Альдебарт нахмурился.

– И ты правда думаешь, что он не соврал?

– Ты слишком опрометчив, Эрик, – покачала головой Лили.

Эрик нахмурился, но ничего не ответил. Да, он действительно был наивным в каких-то вещах, но это не означало, что он не способен принимать серьезные решения. Он часто помогал отцу в работе, следил за хозяйством, знал, что такое ответственность.

– Он не соврал, – уверенно сказал Эрик. – Рыцари не бросают слов на ветер.

– И ты хочешь оставить нас? – тихо спросила сестра.

– Я ненадолго. Мне всего-то нужно добраться до Туманного леса и найти чёрную розу.

Лили побледнела.

– Но это же опасно! Никто не знает, что там в глубине…

– Я справлюсь.

Брат и сестра знали о его мечте – и потому не пытались отговаривать.

Он продолжал складывать в походную сумку все самое нужное. Он часто брал ее с собой – то в деревню на рынок, то просто на прогулки. Простая, потертая, но надежная, она не раз выручала его. Лямка, пришитая сбоку, позволяла удобно носить ее за плечом.

Шум в комнате привлек внимание родителей. В дверях появились мать и отец.

– Что здесь происходит? – голос матери, Маргарет, был настороженным.

– Эрик хочет стать рыцарем, – тут же выпалил Альдебарт.

– Что?! – всплеснула руками мать.

Фабиан нахмурился и скрестил руки.

– Ты никуда не пойдешь, пока не объяснишь, что задумал! – строго сказала Маргарет.

Эрик остановился, глубоко вздохнул, собрался с мыслями и рассказал им все – про встречу с рыцарем, про его рассказ и про тот шанс, который ему выпал.

– Ты в своем уме? – вспыхнула мать. – Ты ведь даже не знаешь этого человека! А если он просто насмехается над тобой?

– Вы же знаете, как я мечтаю об этом, а тут появился такой шанс, я не хочу его терять! – оправдывается Эрик.

Фабиан вздохнул и устало потер переносицу.

– Маргарет… – его голос был мягче. – Не вечно же ему дома сидеть. Может, это шанс не только для него, но и для всех нас. Разве ты не хочешь лучшей жизни для детей?

Маргарет посмотрела на мужа, и в ее взгляде гнев уступил место тревоге, затем сомнению. Она осознавала: желание удержать и уберечь сына – не что иное, как материнская любовь. Но порой, чтобы позволить другим обрести счастье, приходится переступать через собственные страхи – и, возможно, в этом скрывается путь и к собственному счастью.

– Ты прав… – признала наконец она. – Пусть идет.

Эрик даже не сразу поверил своим ушам. Он посмотрел на мать, затем на отца, и почувствовал, как внутри разгорается тепло.

– Пойду приготовлю тебе еды в дорогу, – сказала Маргарет, отворачиваясь. В ее голосе все еще была тревога, но в глазах – понимание.

Фабиан проводил ее взглядом, затем обернулся к сыну.

– Как соберешься, спустись ко мне, я буду в мастерской, – после этих слов он удалился.

Лили и Альдебарт посмотрели друг на друга, пожали плечами и тоже ушли.

Эрик остался наедине с собой и своими мыслями. Некоторое время он просто стоял в тишине, снова и снова прокручивая в голове события этого дня. Затем, собравшись, продолжил приготовления.

Снаружи день клонился к вечеру. Солнечные лучи то пробивались сквозь облака, играя на стенах комнаты, то вновь исчезали, будто избегая взгляда Эрика. Оконные ставни покачивались на ветру, впуская в дом запах свежей травы и сырой земли. Воздух был наполнен легкой прохладой, обещая скорый закат. Закончив сборы, Эрик глубоко вдохнул и вышел из комнаты.

На втором этаже их дома, где была комната Эрика, не было привычных стен – только деревянный забор вдоль коридора. Сквозь него было видно кухню внизу, где мать суетилась у печи. Эрик с братом и сестрой часто сидели на краю, болтая ногами и наблюдая за ней.

Комната Эрика занимала угол мансарды⁷: просторная, залитая светом из широких окон. Рядом были комнаты брата и сестры, а чуть дальше – родителей. В конце коридора находился спуск прямо на кухню.

Кухня, полузаглубленная в землю, вела в прихожую и затем в корчму, где за стойкой обычно стоял их отец, Фабиан. Рядом располагались склад с припасами и спуск в мастерскую – пахнущую железом, деревом и сеном. За мастерской пряталась небольшая конюшня, где вместо коня мирно дремала старая коза.

Маргарет услышала, как Эрик спускается по лестнице, и уже стояла внизу, дожидаясь его с небольшим мешочком.

– Вот, держи, – она протянула ему узелок. – Немного хлеба, фрукты, овощи. Вдруг забудешь поесть.

– Не забуду, – улыбнулся Эрик, принимая мешочек.

– Ну-ну, посмотрим, – усмехнулась мать. – Одежду взял?

– Взял.

– Хорошо, – Маргарет нагнулась и взъерошила сыну волосы. – Не забудь зайти к отцу, он тебя уже заждался.

Эрик кивнул и направился в мастерскую.

Фабиан увлекался кузнечеством, поэтому и обустроил себе мастерскую. Ковкой он не занимался, но мог заточить оружие или что-то заклепать. Когда зашел Эрик, отец стоял у верстака, вертя в руках сверток из ткани.

– Это тебе. В дороге пригодится, мало ли…

Эрик подошел ближе. Торчащая рукоять выдавала содержимое свертка.

– Возьми, не бойся, – Фабиан протянул оружие.

– Откуда он у тебя?

– Один искатель приключений проиграл его в карты, – усмехнулся отец. – Должен был оставить мне деньги, но у него не оказалось ничего, кроме этого.

Фабиан снял ткань, и клинок блеснул. Эрик взял меч и почувствовал, как тот приятно ложится в руку.

– Но я раньше не обращался с мечом…

– Это и не меч, это стилет, – поправил отец. – Легкий, короткий. Достаточно просто не выпускать из рук и бить первым.

Фабиан ловко перехватил клинок, пару раз взмахнул им, затем передал обратно.

– Надеюсь, тебе не придется им пользоваться, но всякое бывает. А теперь… – Фабиан взял с верстака ножны и ловко кинул их сыну. – Надень на пояс и не теряй.

Эрик перехватил ножны, закрепил их и убрал стилет.

– Когда-то я тоже мечтал о приключениях, однажды даже сбежал из дома, – Фабиан усмехнулся. – Искать меня долго не пришлось: стоило выйти за пределы деревни, как меня уже настиг отец. Он закинул меня на плечо, словно мешок с картошкой, и притащил обратно. Ох, и досталось мне тогда…

Он покачал головой, будто осознавая, какую глупость тогда совершил.

– В тот день из меня выбили всю жажду приключений, так я и остался в корчме помогать с хозяйством.

Эрик улыбнулся, слушая отца.

– Я не хочу поступать как твой дед. Вдруг у тебя что-то выйдет, – подытожил Фабиан.

– Спасибо, что переубедил маму, – сказал Эрик. – Иначе бы мне тоже досталось.

Они посмеялись. Отец положил руку на плечо сыну и повернул его к выходу.

– Ну идем, брат с сестрой ждут тебя во дворе.

Они вышли во двор, оставляя за спиной уютное тепло мастерской. Коза блеяла им вслед, словно желая удачи Эрику.

Альдебарт и Лили играли в салки, увидев Эрика, тут же остановились.

– Ну что, рыцарь, уходишь? – Лили сложила руки на груди и хитро улыбнулась.

– Пока только за порог, но там видно будет, – ответил Эрик с ухмылкой.

– Захвати мне что-нибудь интересное.

– Например?

– Не знаю… может, драконьи чешуйки или зуб тролля? – с издевкой шутила Лили.

– А может, ты мне сама их достанешь? – усмехнулся Эрик.

– Эй, это твои приключения, не мои! – Лили скрестила руки. – Ты у нас будущий герой!

– Ладно, попробую что-нибудь найти, – с улыбкой сказал Эрик. – Но, если не выйдет, придется тебе самой идти за приключениями.

– Вот еще, – фыркнула Лили. – Лучше уж ты сам справляйся, а я за тебя переживать буду.

– Не надо, я справлюсь.

Лили закатила глаза, но улыбнулась.

Маргарет появилась в воротах конюшни, последние объятия, пожелания, теплые слова – и он вышел со двора.

Тропинка вела вниз, к реке и центральной площади. Он шагал, а за спиной оставалась семья, наблюдающая за ним, пока он не скрылся за домами.

С каждым шагом сердце билось быстрее – не от страха, а от восторга. Все внутри него звенело от предвкушения: он наконец-то отправлялся в путь.

Когда он вышел за пределы деревни, перед ним раскинулись пшеничные поля и зеленые луга. По правую руку текла река, вдалеке темнели небольшие рощицы, а впереди раскинулась дорога, ведущая в неизвестность.

Дорога в новый мир.

Глава 2. Тени у костра

Наступала ночь. Эрик шагал по утоптанной дороге, ведущей к туманному лесу. Навстречу ему попадались крестьяне, спешащие домой, и странники, неспешно беседующие между собой.

Он шел с палкой в руках, опираясь ей о землю, и представлял себя настоящим искателем приключений, напевая различные песни. Одна ему запомнилось особенно: он часто ее слышал в корчме от путников:

Иду по тропинке

Сквозь чащу и мрак,

Ведет меня ветер —

Назад не маня.

И в ливень, и в зной

Я также в пути,

Спрячусь под куст —

Попробуй найди.

Мне птица споет

О далекой земле

О тропах, что ждут

Одиноких гостей.

Вдали от дома,

Вдали от людей,

Шагаю уверенно

К цели своей.

Так он шел, весело напевая, пока усталость не накрыла его. Желудок требовал пищи, а тело – отдыха. Благо, впереди был перекресток, проходящий через небольшой пруд – место, где часто останавливались путники. Здесь можно было увидеть поваленные бревна, удобные для сидения, пни, потухшие кострища, импровизированные столы и даже навесы для ночлега, сделанные из веток ближайших кустов и деревьев. Путники бережно ухаживали за этим местом, поэтому здесь редко было грязно, а случаи разорения были редкими и вовсе считались недопустимыми в этих краях.

Эрик подошел к привалу. Одна дорога уходила налево, другая вела прямо. На этом перекрестке начинался небольшой овраг – стоило лишь чуть спуститься, и путник оказывался на утоптанной земле прямо у берега пруда. Лагерь был скромным, рассчитанным на четырех человек. Спальные места находились под навесом, в тени густых ив.

Эрик оставил снаряжение под одним из навесов и направился к пруду умыться. Ночь уже наступила. Луна и звезды отражались в воде, отчего поверхность пруда будто светилась.

Вокруг стояла тишина. Дул легкий прохладный ветер – осень приближалась.

Вернувшись к привалу, Эрик припас немного хвороста, достал из сумки мешочек с кремнием и огнивом и вскоре разжег костер. Желудок напоминал о себе. Он направился к навесу, чтобы осмотреть узелок, который дала ему мать.

– Доброго вечера!

Эрик вздрогнул от неожиданности и резко обернулся.

Перед ним стоял высокий мужчина в темной мантии до колен с накинутым капюшоном. Мантия подпоясывалась простой веревкой, а ноги закрывали кожаные походные сапоги. В руках путник держал длинный посох, на кончике которого висел мешочек с дорожными вещами. Один его глаз был почти полностью белым, другой – естественного зеленого оттенка. Лицо скрывали седые волосы, собранные в небрежный хвост, а густая борода почти полностью прятала губы. Он выглядел человеком в годах.

– Ой, где мои манеры, – нарушил тишину незнакомец. – Меня зовут Варин.

Он слегка поклонился и продолжил:

– Прошу прощения за внезапность, не хотел вас напугать. – Варин улыбнулся. – Если вы не против, я бы составил вам компанию на эту ночь. Я, как и вы, в пути, но сейчас хочу немного отдохнуть.

Эрик, немного успокоившись, кивнул, увидев доброжелательность путника.

– Да, конечно. Места здесь хватает, – ответил он.

Варин сел у костра и начал снимать мешочек. Эрик вытащил хлеб, бурдюк⁸ с водой и присоединился к путнику, сев напротив.

– Я Эрик, – наконец он решил закончить знакомство.

Варин посмотрел на него и улыбнулся. Из мешочка он достал трубку, очистил, набил травами и поднес к тлеющей веточке из костра.

– Откуда путь держишь, Эрик, и куда? – спросил он.

– Из Брайхолла.

– Брайхолл… – Варин призадумался. – Это где корчма с медовым элем. Совсем недалеко… Прекрасное место, как и эль… Давненько я там не был…

Он улыбнулся.

– Мой отец сейчас владеет этой корчмой, – сказал Эрик.

– Отец? – переспросил Варин с интересом. – Томас?

– Нет, Фабиан… – Эрик удивленно посмотрел на него. – Томас был моим прадедом.

– Прадедом… – Варин задержал взгляд на юноше. – Как быстро летит время…

Эрик нахмурился. Его прадед умер еще до его рождения, а этот странник помнит его, словно это было вчера.

В голосе Варина слышалась тень задумчивости, но он тут же отвел разговор в другую сторону:

– А куда направляешься?

– В Туманный лес.

Варин замер и взглянул исподлобья, словно оценивая его.

– В Туманный лес, значит, – протянул он, задумчиво затягиваясь. – Опасно. Но если зовет душа, почему бы и нет?

– Чем же он опасен? – нахмурился Эрик. – Это не первый раз, когда я слышу предостережения.

Варин молча курил. Когда заговорил, голос его стал тише.

– Сам по себе он не опасен, путник. Но ходят слухи: люди туда заходят – и не возвращаются, – он пустил кольца дыма. – Оно и неудивительно – какой там стоит смог, такого и на болотах не повидаешь. Говорят, в тумане мерцают странные огни, а по ночам слышатся голоса… Ночи там особенно темные. Лучи солнца почти не пробиваются сквозь деревья, но свет луны видно отчетливо.

Эрик насторожился.

– Он опасный больше из-за невнимательности самих путников, которые заходят глубоко и не находят тропы назад. Так что чаще всего его обходят стороной, по опушке, – продолжил Варин. – А ты, я вижу, идешь туда целенаправленно. Что ты хочешь увидеть?

Эрик задумался: собеседник показался ему загадочным, и он не был уверен, стоит ли говорить о своих целях. Но вдруг он может чем-то помочь? Эта мысль закралась в голову и вынудила поделиться своими планами.

– Я хочу найти чёрную розу, – неуверенно ответил Эрик.

Варин снова внимательно осмотрел его, затем слегка прищурился, словно что-то обдумывая.

– Еще один рыцарь, – наконец, твердо произнес он.

– «Еще один?» – удивился Эрик.

– Ты не первый претендент, что я встречал, – Варин неспешно сделал несколько тяг из трубки. – За чёрной розой обычно отправляют тех, кто не родился в роскоши, но желает стать рыцарем.

– Те, кого вы видели… они стали рыцарями?

Варин застыл на мгновение. Он затянулся, выпустил тонкое кольцо дыма, наблюдая, как оно поднимается в ночное небо.

– Не могу сказать, – наконец ответил он, не глядя на Эрика. – Я их больше не видел. И не слышал их славного имени.

Тревога сжала Эрика изнутри.

Что с ними случилось? Они пропали? Исчезли без следа?

Он попытался представить, как один из тех смелых юношей стоит у края Туманного леса… и больше никогда не возвращается.

Может, он зря это задумал? Может, стоит развернуться? Вернуться домой, где тепло, где мать улыбается, где отец кивает одобрительно.

Но тогда что останется? Та же деревня, та же мечта – недостижимая как звезда. И все, что он сделал – это испугался.

«Нет, это мой шанс, я не могу сейчас струсить», – взбодрил он себя.

– Почему вы здесь? – спросил он, стараясь отогнать сомнения. – Чем вы занимаетесь?

Варин усмехнулся, качнув головой.

– Я обычный травник. Иногда варю зелья, потом торгую ими в ближайших деревнях. Это приносит мне приличную монету, – он ухмыльнулся.

– Травник… Значит вы можете подсказать где найти чёрную розу?

– Конечно, – Варин снова затянулся, выпустив дым, который окутал его лицо, делая выражение еще более загадочным. – Она растет в глубине Туманного леса. Если пойдешь дальше по этой тропе, не сворачивая налево, – он кивнул в сторону перекрестка, – то уже завтра к вечеру дойдешь до леса.

Он замолчал, словно решая, стоит ли продолжать. Затем тихо добавил:

– В лесу ни в коем случае не сворачивай три распутья подряд, иди строго прямо. Только на четвертом, где по центру тропы будет стоять каменный валун. Следуй его указаниям – и рано или поздно окажешься у родника.

Варин медленно провел пальцем по краю трубки, задумчиво глядя в огонь.

– Только не пей из него, – продолжил он. – А иди по течению. Оно приведет тебя к водопаду. Там будет спуск вниз. Но не торопись, с верхушки легче заметить мерцающие камни. Их там много, но важны только те, что светятся при лунном свете. Так что, если вдруг опоздаешь, придется переночевать.

Дымок от трубки медленно стлался над огнем, а где-то в ночи коротко крикнула птица. Эрик почувствовал, как прохладный воздух пробирается под одежду.

– Среди этих камней будет один особенно яркий. В его сторону тебе и нужно идти. Тогда рано или поздно дойдешь до поляны. В ее центре растет старый дуб. В его тени ты и найдешь чёрные розы.

Варин снова замолчал. Лишь потрескивание огня нарушало тишину.

Эрик чувствовал, как сердце гулко стучит в груди. Что-то в словах Варина было не так. То, как он говорил… то, что он говорил… Словно он уже знал, чем все закончится.

Внимание Эрика привлекли его глаза. Они были разного цвета. Странные, завораживающие. Успокоившись и набравшись смелости, он спросил:

– Почему у вас разные глаза?

Варин приподнял бровь и посмотрел на него долгим, изучающим взглядом.

– Зеленым я вижу красоту живого мира, – медленно произнес он. – А белым… вижу мертвых.

Эрика пробрала дрожь. Он не знал, как на это реагировать. Врет? Шутит? Или просто хочет разрядить обстановку?

Варин усмехнулся, заметив его смятение.

– Годы скитаний по лесам, пещерам и не только… испортили мои глаза, – он сделал паузу, словно взвешивал каждое слово. – По крайней мере, внешне. Но взамен я стал лучше видеть в темноте. Теперь мне легче находить нужные травы даже ночью.

Он снова затянулся трубкой, а Эрик так и не понял, была ли в его словах правда. Или, может быть, нечто большее. Легкий холод охватывал его, а взгляд Варина прожигал, казалось, видел его насквозь.

– Мой дом, кстати, недалеко, – вдруг сменил тему Варин. – Между лесом и речкой, на холме. Пол дня пути отсюда. Если хочешь – заходи на обратном пути, расскажешь о своем походе.

Он внимательно посмотрел на Эрика, словно прощупывая, не передумал ли тот идти в лес.

– Не спать же тебе на улице, – перебил молчание он.

– Если будет минутка, – после раздумий ответил Эрик.

На какое-то время они погрузились в тишину. Ночь окутывала их, воздух был густым и неподвижным. Где-то вдалеке зашуршало что-то в траве, но Варин не обратил внимания – лишь продолжил неторопливо курить, глядя в темноту.

– Знаешь, нужно обладать мужеством, чтобы отправиться в Туманный лес, – негромко сказал Варин. – В тебе оно есть. Я вижу: ты колеблешься, но все же идешь вперед.

Он вдруг показался доброжелательным.

– На твоем месте многие просто мечтают, но, когда появляется шанс, делают шаг назад. Как будто никогда и не думали об этом. Ты другой. Ты не просто мечтаешь – ты действуешь.

Он встал, взглянул на луну и на миг задумался.

– Да… Главное – не сдаваться.

Эти слова подбодрили Эрика.

– Туманный лес загадочное место. Никогда не знаешь, что тебя ждет там, – сказал Варин, повернувшись к нему. – Будь осторожен, и смотри в оба.

Эрик кивнул. Ему действительно стало чуть спокойнее – слова Варина звучали как совет опытного путника. Но все же…

Варин оставался для него загадкой. Откуда он? Почему знает так много о лесе? Почему решил помочь? Эрик чувствовал: за этими глазами скрывается больше, чем он готов рассказать.

Он хотел бы задать вопросы, но сил на разговоры не было. Усталость брала верх над его телом и клонила в сон.

– Я вижу вы устали, дорогой путник, – продолжал его собеседник. – Я думаю вам нужно поспать, чем быстрее доберетесь до леса, тем быстрее уйдете. Ночи там уж слишком жуткие. Ложитесь, а я постерегу нас.

– Да, – ответил Эрик, протирая лицо, – вы правы, мне нужен сон.

Он встал, убрал свои вещи, вытащил плащ и свернулся под навесом. Свет от костра грел его лицо.

Варин сидел напротив, уперевшись руками на колени, и тихо бубнил себе под нос. Его голос сливался с потрескиванием дров, звучал убаюкивающе, но слова разобрать было невозможно.

Эрик закрыл глаза. Мысли о доме стали лезть в голову. Он вспоминал родных, свою комнату. Еще только утром он помогал отцу в мастерской, а теперь лежит под деревом, вдали от родного дома. Грусть накатила волной.

Он вздохнул, устраиваясь поудобнее, и постепенно провалился в сон.

Ему снился лес. Туманный, безмолвный. Он брел между высокими деревьями, их кроны заслоняли небо, пропуская лишь редкие бледные лучи. Лес дышал. Он чувствовал это – движение воздуха, шепот листвы, тихие шаги за спиной.

Эрик оглядывался, но никого не видел. Только тени мелькали за стволами. Он шел дальше, и деревья расступались, открывая поляну. В центре стоял одинокий, уродливо изогнутый дуб. Его корни уходили глубоко в землю, оплетая камни.

Что-то влекло Эрика к нему. Он шагнул ближе и протянул руку…

Резкий крик разорвал тишину.

Эрик дернулся и проснулся. Над головой колыхались кроны деревьев, сквозь которые пробивались первые лучи солнца. Костер почти догорел, оставляя лишь тлеющие угли. Он потянулся, чувствуя легкую ломоту в спине.

Варина нигде не было.

След его простыл – ни трубки, ни вещей, ни даже следов на земле. Лишь тонкая полоска серого дыма тянулась вверх, растворяясь в утреннем воздухе.

Эрик провел рукой по лицу, пытаясь окончательно прогнать остатки сна. Сон все еще сидел в голове, словно тянул за собой неясное предчувствие. Он встряхнул головой и сел, оглядывая место привала.

Все его вещи были на месте. Он вскоре поднялся и направился к пруду. Вода стояла гладкая, как зеркало, отражая бледное утреннее небо. Эрик зачерпнул ее ладонями и умылся, задержав дыхание от холода.

Вернувшись к кострищу, он быстро перекусил. Варин так и не появился. Эрик, конечно, был благодарен за полученные сведения, но в то же время почувствовал облегчение, что тот ушел. В его присутствии всегда было какое-то напряжение, словно скрытая угроза витала в воздухе.

Затянув ремни сумки, он поправил стилет на поясе и уже собирался уходить, но вдруг вспомнил – ночью в кустах что-то шуршало. Тогда он был слишком сонным, чтобы придать этому значение, но теперь любопытство взяло верх.

Эрик шагнул к зарослям и раздвинул ветки. Земля была влажной от утренней росы, и в мягком грунте четко отпечатались следы. Он, вглядываясь, присел. Сначала показалось, что это волчьи лапы, но… что-то было не так. Следы были вытянутыми, с тремя пальцами и глубокими царапинами, будто когтистые лапы вонзались в почву.

Эрик нахмурился. Сердце слегка сжалось. Ни одно знакомое ему животное не оставило бы такого. Эти следы будто дышали чуждой силой, тревожной и дикой.

Он еще раз огляделся, но вокруг было тихо, лишь ветер шевелил листву.

Выпрямившись, он кинул последний взгляд на место ночлега, а затем, не оборачиваясь, шагнул на тропу и двинулся вперед – навстречу лесу.

Глава 3. Между ложью и правдой

Эрик шел по узкой тропе, лениво переставляя ноги. Утро было тихим и неспешным – теплый ветерок ласково пробегал по высоким травам, солнце неторопливо поднималось над горизонтом, окрашивая поля в мягкие золотистые оттенки. Где-то в стороне щебетали жаворонки, перекликаясь друг с другом.

Он зевнул, потянулся, потом снова зевнул – никак не мог взбодриться после ночи, проведенной на жесткой земле. Все тело ныло, словно он и не спал.

Эрик потер шею, размял плечи и чуть ускорил шаг. День обещал быть долгим, и, как бы ни хотелось снова упасть в траву и вытянуться под теплым солнцем, надо было двигаться дальше.

До Туманного леса оставалось меньше суток пути, и Эрику нужно было добраться туда к вечеру. Если верить словам Варина, чёрные розы можно было найти только ночью, при свете луны. Медлить было нельзя.

Но куда пропал Варин? Почему так быстро ушел? Почему не сказал больше о том, что ждет впереди? Кто он вообще такой? Обычный человек? Или что-то большее? А эти следы в кустах? Кто-то следил за ними? Мысли роились в голове Эрика, заставляя кожу покрываться мурашками.

Эрик продолжал свой путь. Цветочные поля менялись рощами, рощи перелесками, а перелески на пшеничные поля. Иногда встречались небольшие усадьбы, где активно ведется хозяйство и идет подготовка к осени.

Когда солнце зависло над самой макушкой неба, Эрик вдруг ощутил чье-то присутствие. Сначала он списал это на ветер, но в полный штиль трава продолжала тихо шуршать. Затем подумал, что, возможно, это просто полевые грызуны, но что им делать в лесу?

Он хотел остановиться, чтобы перевести дух и перекусить, но тревога не давала покоя. Усталость копилась и игнорировать голод уже было невыносимо. Выйдя из перелеска, он заметил по правую руку речку. Над ней склонялась одинокая ива, ее длинные ветви касались мутной воды. Берег был низким, болотистым, высокие заросли камыша скрывали берег от посторонних глаз. Это было идеальное место, чтобы укрыться не только от палящего солнца, но и от возможной слежки.

Эрик замедлил шаг, бросил осторожный взгляд через плечо. Никого. Но чувство чужого взгляда не исчезало.

Пальцы сжались на рукояти стилета. Стараясь не шуметь, он направился в тень дерева.

Эрик сбросил сумку с плеч у ствола ивы, рядом положил стилет. Осмотревшись еще раз, он шагнул к воде. Речка в этом места была неглубокой с прохладной водой. Он зачерпнул пригоршню, умыл лицо, затем наклонился ниже, чтобы освежиться сильнее.

Эрик решил не набивать желудок до отвала – впереди ждал долгий путь, и тяжесть в животе только мешала бы. Он достал из сумки несколько овощей, неторопливо перекусил, прислушиваясь к звукам вокруг. Тревожное чувство слежки не проходило.

Вдруг слева, из кустов, донесся хруст веток.

Эрик замер, сердце пропустило удар. Он быстро убрал остатки пищи, схватил стилет и медленно направился к источнику звука.

– Кто здесь? – его голос прозвучал тише, чем он хотел.

Ответа не последовало. Но когда он сделал еще шаг, боковым зрением уловил движение – за деревом мелькнула тень.

Резко развернувшись, он неловко вытянул стилет перед собой. Дерево было пустым. Ни движения, ни звука.

Эрик обернулся, медленно осматриваясь. Вокруг – никого. Лишь ветер пробегал по высоким стеблям, ивовые ветви чуть раскачивались. Он стиснул зубы, силясь разобрать хоть что-то среди густых зарослей.

И только когда его взгляд снова упал на дерево, он заметил, что его ствол изменился.

Кровь застыла в жилах.

– Не надо, – тихо произнесло нечто. – Убери меч.

Из-за дерева показалась голова. Это был не человек. Существо имело волчью голову, с удлиненным носом и кисточками на кончиках ушей. Небольшого роста, чуть выше пояса человека. Оно пряталось за деревом и выглядывало, опираясь лапой о кору. Передние лапы напоминали больше кошачьи, с крючковидными когтями. Существо стояло на задних тонких, но жилистых лапах.

Эрик не мог поверить своим глазам. Он никогда в жизни не видел такого создания. Нечто осторожно вышло ему на встречу. При свете открылись новые детали его облика. Существо имело темно-серый окрас, с более темной мордой и конечностями. Оно передвигалось сгорблено, опираясь на все четыре лапы, но временами вставало на задние, хоть и не могло выпрямиться полностью. Движения его были ловкими и резкими. Глаза черные, как сама ночь.

Эрик пятился назад, не сводя глаз с фигуры перед собой. Сердце колотилось в груди, дыхание сбилось, руки невольно дрожали. Он впервые в жизни видел нечто по-настоящему… иным. Это было не просто странное зверье – существо словно соткано из тумана. Волосы на затылке встали дыбом, а внутри все перекрутилось от неведомого ужаса. Он не знал, на что оно способно, не знал, друг оно ему или враг.

Наконец существо замерло, остановившись прямо перед ним.

– Я не причиню вреда, – заговорило оно глубоким голосом. – Я… наоборот, хочу помочь.

Эрик застыл, весь в напряжении. Ужас не отпускал.

– Кто ты?

– Я ульф⁹. – тихо сказало существо. – Мы те, кто остался здесь. В Туманном лесу. Я пришел тебя предупредить.

Голос существа будто вибрировал в воздухе, оставляя за собой шлейф эха.

– Предупредить? – Эрик крепче сжал рукоять стилета. – О чем?

– Я знаю, что прошлой ночью ты говорил с Варином. Он, вероятно, показался тебе странным, и это не случайно, – ульф шагнул ближе.

Эрик направил стилет на него – не угрожающе, но достаточно, чтобы напомнить о своем оружии.

– Кто же он? – поторопился Эрик.

– Он не тот, кем кажется. Он меняет облики. Человек, дерево, камень… что угодно. Он не любит гостей и делает все, чтобы они не покинули лес, – ульф сделал паузу. – Он… леший.

– Леший?! – Эрик невольно отступил. – И почему я должен тебе верить?

Он знал, кто такой леший. В детстве родители рассказывали ему сказки о магических существах, и леший был среди них – хранитель леса.

Ульф не ответил сразу. Его глаза, черные и бездонные, смотрели в самую душу.

– Потому что я знаю, что будет дальше… – тихо сказал он. – Потому что я был таким же, как ты.

Эрик нахмурился, вцепившись в стилет.

– Что значит… таким же?

– Человеком, – ответил ульф. – Я тоже пришел за розой. Двадцать лет назад. Я думал, что справлюсь…

По спине Эрика пробежал холодок.

– Человеком? Но почему ты… я не понимаю… – он осекся, глядя на странное существо перед собой.

Ульф помолчал, подбирая слова.

– Позволь мне объяснить. Двадцать лет назад я, как и ты, отправился в Туманный лес в поисках розы. Я бродил по его чащам, шел по тропам, и наконец нашел… но не смог уйти.

Эрик слушал, не перебивая.

– Я был уверен, что запомнил дорогу назад. Но лес изменился… Тропы исчезли, деревья двигались, смыкаясь за спиной. Я пытался идти вперед, но снова и снова возвращался к одному и тому же месту… Тогда я еще не знал, что произошло.

– Леший? – догадался Эрик.

Ульф кивнул.

– Леший пришел сюда незадолго до меня. Я боролся до последнего… Думал, что смогу выстоять, но с каждым днем терял силы… Я не спал, не ел, не знал, сколько времени прошло.

– Но откуда он взялся? – спросил Эрик.

– Его прошлый лес уничтожили люди, – ульф поднял голову, будто всматриваясь в кроны деревьев. – Он долго скитался, пока не нашел этот… А потом понял, что чёрные розы подпитывают его силу. Они – его источник. По опушке он еще пропускает путников, но, если ты зайдешь глубже, а тем более позаришься на розу – пути назад не будет…

– Но ведь кто-то выбирался из леса раньше? – поинтересовался Эрик, наконец опуская стилет.

– Раньше, – горько усмехнулся ульф. – Пока леший был слаб. Теперь… нет.

Эрик замолчал. Мысли путались. Неужели рыцари знали об этом? Или они отправляли претендентов на верную гибель, не ведая правды?

– Неужели рыцари посылают претендентов на смерть? – голос Эрика был ровным, но внутри все кипело.

Ульф покачал головой.

– Я не думаю, что они знают. Испытания были всегда. Но рыцари не отправляют претендентов часто. Последним был я…

Эрик удивленно поднял голову.

– С тех пор я не видел ни одного претендента, – продолжил ульф. – Видимо, обо мне просто забыли… Или решили, что я струсил и недостоин…

– Но, если он так силен, почему он просто не нападает? Почему играет в эти ловушки?

– Потому что леший не может убивать сам, – ответил ульф. – Только запутать. Заставить сдаться. Довести до грани. Тогда ты либо умрешь, либо останешься здесь навсегда. Как я…

– И ты выбрал второе?

Ульф кивнул.

– Либо смерть… либо стать частью леса. Такой выбор стоит перед каждым путником, не только перед претендентом.

– Рыцарь рассказал мне, что ему помог выбраться дух леса – в виде огонька. Он не помог тебе?

Ульф покачал головой.

– С приходом Лешего духи начали покидать лес. Их сила ничтожна по сравнению с его.

– Но почему ты решил стать ульфом?

Ульф вздохнул.

– Я не знал, что стану таким… Я был трусом… Я просто боялся умереть. Леший обещал, что, став ульфом, я сохраню себя – разум, память, свободу, – он на миг замолчал. – Он солгал. Теперь у меня нет человеческого облика. Я не могу жить обычной жизнью. Я не могу уйти. Стоит лишь попытаться – и меня настигнет кара.

Эрик задумался.

– То есть ты жертвуешь собой? – спросил он.

– Если бы ты был просто путником, я бы не вмешался. Но ты идешь за розой… и я не хочу, чтобы ты повторил мою ошибку.

Ульф сделал шаг ближе, в его глаза загорелась надежда. Вдруг Эрик – ключ к его спасению?

– Развернись. Расскажи рыцарю. Пусть сюда больше не отправляют претендентов. Пусть рыцари придумают как спасти лес… – он склонил голову.

Эрик задумался. Может, Ульф и оставался загадочным, и в его слова трудно было поверить, но в них звучало нечто… настоящее. Как будто он действительно хотел уберечь. Но если он вернется с пустыми руками, рыцарь решит, что он просто испугался. И посчитает его недостойным.

– Я не могу, – твердо сказал Эрик. – Мне не поверят… Он подумает, что я просто струсил.

Ульф вопросительно посмотрел на Эрика.

– Я найду розу. Вернусь к нему и все расскажу.

На несколько мгновений повисло молчание.

– У тебя не получится, понимаешь? Ты рискуешь стать таким же, как я! – в голосе ульфа звучало недоумение.

– Я понимаю… но у меня нет выбора.

– Выбор есть всегда! Не бойся показаться слабым, если это поможет тебе сохранить жизнь…

Эрик поднял глаза. В них горело упрямство.

– Я уже сделал выбор… Пути назад нет…

Снова воцарилась тишина.

– Тогда выслушай мой совет… Не слушай лешего, не делай, то, что просит лес. Делай все наоборот. Они попытаются запутать тебя, но ты не должен поддаваться.

Эрик одобрительно кивнул.

– Я не должен был появляться здесь и тем более говорить с тобой… Надеюсь, моя жертва не окажется напрасной…

– Я постараюсь…

Ульф с грустью посмотрел на Эрика – вспыхнувшая в глазах надежда тут же угасла.

– Удачи тебе, человек. Надеюсь, ты найдешь выход…

Он шагнул за дерево. Эрик бросился за ним – но за деревом уже никого не было. Ульф будто растворился в тени. Он вздохнул и прикрыл глаза, пытаясь переварить услышанное. Теперь его поход за чёрной розой уже не казался простым испытанием, где все зависит только от силы духа. Это было не просто «туда и обратно» – это был путь, с которого можно не вернуться.

Ульф говорил правду или пытался его запутать? А если нет? Если леший действительно играется с чужими жизнями, превращая неосторожных путников в своих слуг?

Он крепче сжал рукоять стилета. Отступить? Вернуться? Сказать рыцарю, что роза – западня? Он знал, каков будет ответ: «Ты струсил. Ты недостоин.»

Теперь дело было не в рыцарях. Не в их испытании. Он сам выбрал этот путь. И теперь он либо пройдет его до конца, либо потеряется в тумане, как и тот, кто пытался его предостеречь.

Разговор затянулся. Эрик быстро собрал вещи и отправился в путь. Тревога с каждым шагом становилась сильнее. Теперь деревья, встречающиеся по дороге, казались торчащими из земли руками, а корни – змеиными телами, извивающимися в поисках добычи.

Каждый шаг отдавался глухим эхом в голове, и с каждым новым шагом страх лишь крепчал. Он больше не мог доверять своим глазам. Вдали просто дорожный указатель? Или Варин, а вернее – уже леший?

В таком состоянии Эрик шел до самого вечера. Голод и усталость отступили – в голове не оставалось места ни для чего, кроме тревожных мыслей.

Выйдя из очередной рощи, перед Эриком открылись обширные луга и поля, совсем пустые, без кустов и деревьев. И тут он понял: впереди – Туманный лес. Он выделялся, как капля чернил на чистом листе пергамента. Ни плавного перехода, ни отблесков света – только дымка, стелющаяся над ним.

Подойдя ближе, Эрик смог рассмотреть величие леса. Он стоял перед ним, как неприступная стена, возвышавшаяся в небо – густой и темный, манящий вглубь. Снаружи еще играли последние лучи света, но внутри уже клубилась ночь. Трава, деревья и листья не походили на те, что росли в других лесах – их темные оттенки словно поглощали свет. Внутри царил мрак и туман, а из леса время от времени вырывался ветер, пронизывающий до костей.

Эрику казалось, будто он даже видел силуэты внутри леса. Это ульфы следят за ним? Или сам леший уже ждет его?

Он остановился, сделав шаг к лесу, и замер. Он вспомнил все, что слышал от Варина и ульфа. Как найти розу, что это за леший и как вести себя с ним. Возможно, не все из их рассказов – правда.

«Что, если они оба врут?» – он не мог определиться, верить ли этим словам или пойти собственным путем. Может быть, ему самому предстоит понять, как поступить, чтобы выбраться из этой туманной ловушки? А что, если ульф был прав? Может быть, все это – путь к его смерти, и он уже не вернется из леса?

Он тяжело вздохнул, пытаясь прогнать тревогу. На мгновение ему показалось, что даже лес взирает на него, ожидая его решения.

Подбодрив себя напутствием, Эрик выпрямился, и, сделав последний шаг, вошел в лес.

Глава 4. За гранью реальности

Эрик шел по лесу, не ощущая, к его удивлению, той гнетущей атмосферы, о которой предупреждали. Лес был тихим, лишь шелест листвы под ногами и изредка доносившийся крик далеких птиц нарушали мрак. Время от времени он задевал руками влажные листья, чувствуя их холодную сырость, но не обращал внимания на это. Лес был холодным, но не зловещим, не тем, каким он его представлял.

Тропа вела Эрика дальше, периодически скрываясь под густыми кустами и молодыми побегами, и, при этом, нелогично изгибаясь. Он шел, погружаясь в тишину и умиротворение леса, и с каждым шагом забывал, зачем он вообще здесь. Лес, казалось, поглощал его мысли, оставляя только спокойствие. Но вот на пути появился первый перекресток, и он напомнил ему слова Варина, пробуждая Эрика от задумчивости и вновь заставив ощутить всю серьезность своей цели.

«Это один из перекрестков, про которые говорил мне Варин», – подумал Эрик.

Но вместе со словами Варина вспомнилось и предупреждение ульфа.

– И кому мне верить?.. – пробормотал Эрик, почти шепотом.

Он остановился и осмотрелся. Перекресток расходился еще на три стороны – по сторонам света. Удивительно, но в этом месте не было ни деревьев, ни кустов – с высоты птичьего полета казалось бы, что кусок леса просто вырвали отсюда. Зато теперь Эрик мог разглядеть: вечер подходил к концу, и если он продолжит идти тем же шагом, то к ночи доберется до нужного места.

– А откуда я пришел?

Он вдруг осознал, что забыл, с какой стороны вышел. Покружившись немного, он все же сумел сориентироваться.

– Я просто устал?.. Или лес уже начинает влиять на меня?.. – бормотал он. – Куда идти? Прямо, как и говорил Варин?

Он посмотрел в сторону тропы.

– Пойду прямо. Если что-то случится – вернусь…

Приняв решение, Эрик шагнул дальше.

С этого момента лес начал постепенно сгущаться над ним. Что неудивительно – Эрик углублялся все дальше, в то время как большинство путников сворачивают еще на том перекрестке, оставаясь на опушке. Света становилось все меньше, тьма сгущалась, и на плечи медленно опускался туман.

«Я на верном пути», – подумал Эрик, наблюдая за тем, как меняется лес. Все происходящее все больше напоминало то, что он себе представлял, когда слушал истории о Туманном лесе.

Стало заметно холоднее. Эрик вытащил плащ и укутался в него, продолжая вглядываться вперед, стараясь не терять тропу из виду. Та, между тем, сужалась, вызывая ощущение, будто сам лес сдавливает его.

Второй перекресток не заставил себя ждать. Он был почти таким же, как и первый, за исключением пня, стоявшего в самом центре. После гнетущей лесной чащи это место ощущалось как глоток свежего воздуха.

Эрик негромко вздохнул и продолжил идти вперед. Где-то внутри снова зашевелилось знакомое чувство – он здесь не один. Словно кто-то наблюдает за ним издалека, не спеша приближаться. В глазах стали мелькать силуэты – будто человеческие тени: за оврагами, в глубине кустов, высоко на ветвях деревьев.

Надумывает ли он себе? Или это все проделки лешего?

Чтобы не поддаться страху, Эрик просто опустил взгляд и сосредоточился на тропе. Но с каждым шагом становилось все труднее отогнать чувство, за его спиной кто-то идет, едва касаясь земли. Шорохи – то слева, то справа – эхом отзывались в тишине. Один особенно резкий звук заставил Эрика остановиться. Он прислушался. Ничего. Только сердце билось сильнее обычного.

«Не оборачиваться, – твердо сказал он себе. – Не сбавлять шаг.»

Тропа вилась, уходя все глубже в туман, и Эрик уже не был уверен, что движется прямо. Все в лесу выглядело одинаково: деревья, переплетенные ветви, серый воздух. Он шел почти наощупь, надеясь, что если продолжит идти, то рано или поздно выйдет к следующему ориентиру.

Вдруг Эрик зацепился ногой за ветвь куста, споткнулся и упал. Быстро поднявшись, он отряхнулся – и понял, что стоит на перекрестке. Но что-то здесь было не так. В центре возвышался знакомый пень, точно такой же, как на предыдущем перекрестке. Эрик подошел ближе: зеленый мох, глубокая трещина посередине – тот же самый.

«Я что, сделал круг?» – внутри все сжалось при этой мысли.

– Не может быть, – пробормотал Эрик вслух. – Я шел прямо. Ни разу не сворачивал.

Он повернулся и посмотрел назад. Тропа, по которой он пришел, вела с левой стороны – относительно того направления, откуда он впервые вошел на этот перекресток.

Сердце, отбивая тревогу, застучало громче. Его удары отдавались в ушах.

«Я застрял? – пронеслось в голове Эрик – Неужели леший и вправду водит меня кругами?»

Колени подкосились от внезапной слабости. Не в силах больше стоять, Эрик опустился на пень.

– Ульф был прав… – прошептал он. – Надо было поверить. Надо было вернуться.

Еще недавно он был уверен в себе. Он верил, что справится с любым испытанием, что любое препятствие можно преодолеть, если только сильно этого захотеть. Но одно серьезное испытание, одно столкновение с реальностью, и его уверенность начала трещать по швам. Мечты о подвиге таяли, уступая место сомнениям и растерянности. Он опустил голову… и заплакал.

Лес, казалось, чувствовал его слабость. Он сгущался над ним, опутывал туманом, сомкнулся тенями. Ветки деревьев тянулись, как руки, медленно приближаясь – молча, настойчиво.

Чем дольше он сидел, тем ближе становились эти «руки».

– Нет… я не могу… – выдохнул Эрик, вытирая слезы. – Я прошел уже больше половины. Я не могу сейчас сдаться.

Он кое-как собрался с мыслями, хотя скорее от безысходности, чем осознанно. Он не знал, что именно делает, но понимал, что если сейчас остановится, то потеряет всякую надежду.

Лесу это не понравилось. Он словно тяжело вздохнул, заскрипел корой, зловеще затрещал ветками – и отступил, нехотя, как обиженный зверь.

«Может, я шел слишком медленно, и он успел сбить меня с пути?» – мелькнула мысль.

Не теряя времени, Эрик бросился вперед, бегом, стараясь опередить лес. Поймать его врасплох.

Он бежал, а ветки хлестали по лицу, оставляя царапины. Внезапно одна нога задела камень, другая – запуталась в ветках, и Эрик рухнул на землю. Поднявшись на локтях, он узнал это место: тот же перекресток, тот же пень. Только теперь он вышел с правой стороны.

– Снова? – прошептал он, ошеломленный.

Он не верил своим глазам. Как такое возможно? Голова пошла кругом, в груди нарастала паника, а руки предательски задрожали. Он сжал кулаки изо всех сил, пытаясь унять дрожь и хоть немного обуздать тревогу.

В этот момент он сдался. Что-то внутри оборвалось. На эмоциях, почти не осознавая своих действий, он вскочил на ноги. Побежал обратно – напролом, как в бреду. Вырваться. Убежать. Забыть. Вернуться домой. Но куда бы он ни свернул, сколько бы ни бежал – лес, словно насмехаясь, снова вывел его к тому самому месту. Тот же перекресток. Тот же пень.

Все внутри стало пусто. Будто чувства, мысли – все исчезло. Он уже не знал, как реагировать, что делать, что чувствовать. Просто подошел к пню и сел, неотрывно смотря в пустоту. Взгляд – стеклянный, где-то между страхом и безразличием.

– Что же не так? – наконец-то спросил Эрик себя.

Он начал лихорадочно размышлять, пытаясь понять, куда же идти, но тут вдруг вспомнил ульфа.

«Что говорил ульф? Делать все наоборот… А Варин?» – память услужливо подбросила фразы.

– Иди строго прямо… – пробормотал он, вспоминая наставление Варина.

Эрик встал, посмотрел на нужную тропу.

«А если попробовать идти спиной вперед? Тогда я вроде бы пойду назад…» – внезапная мысль пронзила его.

Он развернулся и пошел спиной вперед, стараясь не оборачиваться. Каждый шаг давался с трудом – он чувствовал, как земля будто слегка меняется под ногами, становясь то мягче, то тверже.

Эрик чувствовал себя глупо, но и странно уверенно. Словно нечто подсказывало: это правильный путь. Или, по крайней мере, попытка вырваться из круга. Он будто уловил в этой идеи слабую, но цепляющую нить надежды – и ухватился за нее, как утопающий за корягу.

Вдруг он почувствовал, как пятка уперлась во что-то твердое. Осторожно развернувшись, он увидел перед собой… не пень.

Каменный столб возвышался над ним. На столбе виднелись выгравированные символы. Эрик подошел ближе и провел пальцами по холодной поверхности. Слова будто ожили под его прикосновением, замерцали мягким светом.

– Это… послание? – пробормотал он.

Символы складывались в загадку или предостережение:

«Кто идет вопреки, тот откроет путь. Кто следует тени – останется в ней.»

– «Кто идет вопреки, тот откроет путь…» – прочитал Эрик вслух. – Я и делаю все наоборот.

Он посмотрел в сторону тропы. Это был последний перекресток перед тем самым камнем. Здесь, как и прежде, над головой раскидывалось открытое небо. Уже наступила ночь. Между проплывающими серыми облаками робко мерцали звезды. Где-то за горизонтом должна была вот-вот появиться луна, и тусклый свет готовился смениться холодным серебром.

Эрик прищурился, вглядываясь в темноту.

«Если загадка велит идти вопреки… – размышлял он, – а я уже пошел спиной вперед, может, теперь наоборот: нужно идти прямо, лицом?»

Сзади раздался треск. Эрик вздрогнул, развернулся, застыл, но ничего не увидел и не слышал больше.

Эрик глубоко вдохнул и направился дальше, на этот раз лицом вперед, как подсказывала ему догадка. Тропа под ногами становилась все уже, кусты цеплялись за плащ, а мрак сгущался, словно сам лес не хотел отпускать путника.

Он шел медленно, осторожно, чувствуя, как каждая тень тянется к нему, как туман становится гуще и гуще. Деревья, казалось, нависали сверху, склоняясь все ниже, будто шепча друг другу на языке, которого Эрик не знал.

Спустя какое-то время перед ним замаячил тот самый камень, о котором говорил Варин. Словно выросший из земли, серый, покрытый мхом и трещинами. И рядом с ним, сквозь клубящийся туман, смутно вырисовывался чей-то силуэт. Высокий, недвижимый.

– Эрик! – раздался голос, легкий, с оттенком насмешки. – Я так и думал, что мы еще увидимся… конечно, может, не в таких условиях.

Эрик подошел ближе и увидел – это был Варин.

– Я знаю, кто вы. И знаю, зачем вы здесь, – твердо произнес он.

Варин на мгновение замешкался, но быстро нашел нужные слова.

– Да, я действительно леший. Я знаю, что ты встречался с ульфом, – он сделал короткую паузу. – Его послал я.

Эрик напрягся. Он врет? Запутывает еще сильнее?

– Я хотел испытать тебя. Проверить, готов ли ты стать рыцарем и достоин ли получить розу. Как видишь – ты справился, – Варин кивнул в сторону камня. – Осталось лишь последовать его указаниям, чтобы завершить испытание.

«А что, если это правда? – мелькнула мысль у Эрика. – Не может же быть все таким странным и сложным…»

То, с чем он столкнулся, казалось чем-то из снов или сказок. Но почему тогда советы ульфа оказались верными? Или и это часть замысла лешего? Все внутри протестовало против доверия, но слова звучали правдоподобно.

– С чего бы мне вам верить? – спросил он, решив не спешить с выводами.

– Ты можешь и не верить, – ответил Варин, приподняв брови и слегка ухмыльнувшись. – Для меня ты уже доказал, что ты рыцарь. Но если хочешь доказать это себе и – пройди по указаниям камня.

Слова лешего звучали спокойно, даже убедительно.

– То есть… рыцари знают, что здесь ждет претендентов? – уточнил Эрик.

– Конечно. Мы заключили союз. Они посылают ко мне тех, кто хочет стать рыцарем, а я решаю, достоин ли он. И ты достоин. Я даю свое добро. Осталось только сделать выбор.

Эрик колебался. Все звучало логично… слишком логично. Но сердце подсказывало другое.

«С чего бы ему вдруг говорить все так открыто? Если он судья – почему тогда скрывался под личиной путника?»

– Почему вы сразу не сказали, еще на привале, кем являетесь? – исходя из мыслей спросил Эрик.

Варин рассмеялся.

– Тогда испытание не имело бы смысла, если бы я сразу поведал о сути испытания.

«Но по его логике, я должен был придти до камня по его указаниям. Почему в итоге слова ульфа оказались правдивыми?»

– Почему в итоге слова ульфа меня привели сюда, а не ваши? – продолжал искать правду Эрик.

Варин тяжело вздохнул, подбирая слова.

– Его же послал я, – напомнил он. – Ульф – часть испытания, как и я. Он был проверкой твоего мужества, смекалки. Как видишь – ты справился.

Мысли закрутились как водоворот.

«Может, он говорит правду? Но ульф?.. Он был… настоящим. Его слова – будто он действительно хотел помочь. А Варин? Он видит, что я не поддался страху. Он понял, что не может сбить меня с пути. Теперь делает последний ход: толкает на выбор, который кажется логичным… но на деле – еще одна петля.»

Эрик поднял глаза. Сердце билось глухо, но уверенно. Он посмотрел на камень, потом снова на Варина. Впервые за все время он почувствовал – тот отступает. Говорит много, почти уговаривает.

«Он боится, что я откажусь. Он потерял контроль, он больше не управляет мной. Я больше не иду по его правилам… Я сильнее»

– Я пойду за розой, но я не верю тебе, – твердо произнес он. – Я пойду своим путем.

Варин нахмурился, злоба наполняла его, но показать это – признать поражение. Его взгляд стал тяжелым, но в нем больше не было насмешки.

– Что ж, как пожелаешь, – он слегка поклонился. – Желаю удачи.

Он повернулся и, не оглядываясь, зашагал вглубь леса. Ветка за веткой скрывали его силуэт – и вскоре он исчез в тумане.

Лес негодовал, скрежет коры и грубый гул раздался из глубины. Он словно осознал, что перед ним не простой путник, а действительно рыцарь.

Эрик подошел к камню и увидел вырезанные слова:

«Тот, кто ищет розу, пусть не боится тропы забытой.

Где тени хранят молчание, а ветер ведет вперед.

Трижды сверни – влево, вправо, снова влево —

и увидишь то, что ищешь… если достоин.»

«Хорошо, трижды влево, потом вправо, затем влево, – рассуждал Эрик. – Но я же не должен верить этому. Тогда получается трижды вправо, затем влево и опять направо.»

Эрик в последний раз бросил взгляд на надпись и вздохнул.

– Хорошо, – прошептал он и отправился вправо относительно камня.

Лес принял его молча. Больше не было никаких уловок – только влажный воздух и туман, что вился у его ног. Тропа, если ее вообще можно было назвать тропой, шла между корней старых деревьев. Лес будто прислушивался к каждому его шагу.

Звуки окружали его – потрескивание веток, еле уловимый свист ветра, странные перекаты, похожие на вздохи… будто сам лес был недоволен его выбором, негодовал, что он пошел «не туда». Но ничто не мешало ему идти. Ничто не путало в голове, не сбивало с толку.

– Значит, все-таки был прав… – прошептал Эрик. – Настоящий путь.

Он продолжал путь, поворачивая так, как сам решил: вправо, затем влево, снова вправо. Лес то сжимался вокруг, то отступал, открывая узкие просветы, но не пытался его остановить. И с каждым шагом Эрик все больше утверждался в мысли, что он был прав.

Наконец, впереди зашумела вода. Сквозь туман пробился блеск – Эрик ускорил шаг и через несколько мгновений вышел к речке. Та текла неспешно, мягко скользя между камней.

«Варин говорил не пить, – вспомнил Эрик. – Он, конечно, врет.»

Он наклонился, зачерпнул воду ладонью и отпил.

– Дальше… идти по течению? – спросил он вслух.

Речка журчала и блистала серебряными отблесками. Ее спокойный вид завораживал, но останавливаться было нельзя.

«Нет, конечно… нужно наоборот, против течения», – подытожил Эрик и двинулся дальше.

Туман здесь был чуть реже, и сквозь него ясно проступала речка. Неширокая – перейти ее можно было в три шага. Неглубокая – дно просматривалось отчетливо. Берега покрывал густой, влажный мох, а от самой воды веяло свежестью, будто только что сошел снег.

Но внезапно все изменилось. Река разделилась надвое, затем – натрое. Вода продолжала течь, но уже в разных направлениях. Это было похоже на мираж… и все же казалось пугающе настоящим.

– А это еще что? – пробормотал Эрик. – Опять проделки лешего?

Он пытался подойти ближе, дотянуться до новых русел, но как бы ни старался – они ускользали. То отступали в туман, то расплывались, то – пугающе – делились снова и снова.

– Мне нужно найти настоящую, – произнес он. Его голос стал грубее, с хрипотцой, будто каждое слово давалось с трудом, словно говорить было тяжело.

Он тянулся к одной, потом ко второй – тщетно. Все вокруг будто оживало против него. Лес начал давить – не физически, но ощущение было, словно деревья росли вглубь его мыслей. Стволы сгущались, переплетались. Земля начала меняться: казалось, она была уже не только под ногами, но и сбоку, и даже над головой. Горизонт дышал – то приближаясь, то ускользая прочь.

И в этом закрученном пространстве начали возникать тени. Сначала на краю зрения, а потом все ближе. Фигуры, расплывчатые, будто из дыма, маячили меж деревьев. Эрик узнал Варина – тот стоял, качая головой, указывая куда-то в темноту. Затем – ульф, смотрящий пристально. А потом… мама. Ее лицо было тревожным, губы шевелились – она звала его, тихо, почти по-детски. Появился и отец – строго глядя, словно приказывая вернуться. Все они, один за другим, тянули за собой, каждый – в свою сторону. Но стоило Эрику сделать шаг, как образы рассыпались. Осталась только пустота.

Голова закружилась. Эрик пошатнулся и упал. Трава под ним казалась живой – обвивалась, цеплялась, не пускала. Он зажмурился, закрыл голову руками, пытаясь остановить этот нескончаемый вихрь. Все вращалось. Все было против него.

И вдруг – журчание. Тонкое, успокаивающее. Сквозь хаос, словно зов из глубины. Глаза могли обманывать, но слух? Он доверился ему.

Неловко, перекатами, почти ползком он двинулся в сторону звука. Шаг за шагом, будто во сне. Журчание становилось все громче. И вот – земля исчезла из-под ног. Вместо нее – ледяная вода. Мгновение – и все стихло.

Лес отступил. Будто боялся подойти ближе к реке. Эрик лежал на спине, глядя вверх. Ветви больше не мешали. Над ним раскинулось ночное небо, чистое, звездное.

Наступила тишина – глубокая, почти нереальная. Ни скрипа веток, ни шороха листвы. Словно он оказался вне леса, вне дома… где-то выше. Воздух стал легче. В груди стало светлее.

Он ощущал покой, как будто парил в облаках, будто лежал не в воде, а на мягком небесном покрывале. Чувства были тихими, но сильными – не страх и не радость, а что-то большее.

Он почти забыл, где находится, почти забыл все тревоги. Но лунный свет, падающий сквозь туман, быстро напомнил, зачем он здесь.

– Луна! – встрепенулся он и вскочил.

С удивлением он обнаружил: стоит на вершине. Перед ним – водопад. Тот самый, о котором говорил Варин.

«Где же камни?» – с тревогой спросил себя Эрик.

Минута, другая… Наконец, сквозь спутанные кроны деревьев с неохотой начал пробиваться лунный свет. Он ложился на поляну у подножия водопада. Камни начали мигать один за другим, тускло и хаотично – будто кто-то проверял, какие из них настоящие. И вдруг – вспышка. Один камень вспыхнул особенно ярко. Его сияние резануло по глазам, словно отраженный солнечный луч. Эрик не сомневался – это он.

Он всмотрелся вниз. Спрыгнуть? Слишком опасно – слишком высоко. Но и тропы не было, только острые, неровные скалистые выступы, местами покрытые скользкой водой. Они выглядели так, словно сами не были уверены, выдержат ли его вес.

Выбора не было – путь только вниз. Он вцепился в ближайший выступ, и начал спуск. Ноги тут же предательски поехали. Пальцы соскальзывали, камни дрожали под руками. Один из них, не выдержав, сорвался и с гулким эхом полетел вниз. Эрик замер, затаил дыхание. Казалось, стоит сделать лишнее движение – и он сорвется следом. Но шаг за шагом он все же вышел на поляну. Ноги дрожали, колени подгибались – но он стоял.

На траве повсюду тускло мерцали камни, каждый разного цвета. Вспомнив о Лили, о ее просьбе, Эрик склонился и поднял один – почти черный, гладкий, как речная галька. Он поблескивал в лунном свете, будто скрывал в себе ночь.

– Надеюсь, леший не будет против, – пробормотал он и убрал находку в сумку.

Он отправился в сторону камня. Трава здесь была выше обычного – густая, спутанная. Сначала он пытался руками прорваться сквозь это зеленое препятствие, но стебли почти не поддавались.

Тут Эрик вспомнил: перед отъездом отец вручил ему стилет, «на всякий случай». Он вытащил клинок из ножен – металл блеснул в лунном свете. Держа его неловко, Эрик начал прорубать себе путь. Взмахи были неуклюжими, трава упруго гнулась, но все же уступала. Каждый шаг вперед давался с усилием, будто он прорубался не сквозь растения, а сквозь саму волю леса.

Наконец он вышел в поле, окутанное звездным небом с луной. Перед Эриком возвышался дуб – не просто дерево, а целый исполин¹⁰. Его ствол был таким широким, что три человека не обхватили бы его руками. Кора – темная, с глубокими бороздами. Ветви, раскинувшиеся в стороны, напоминали могучие руки, держащие небо. Они уходили в тьму, скрывались, но казалось, будто продолжаются до самого края леса.

Корни дуба вылезали наружу, переплетались, как змеи, цепляясь за землю. Казалось, он врос в этот холм навсегда, сросся с ним, стал частью самого мира. От него веяло силой и чем-то древним, неподвластным времени. Воздух под ним был тяжел, как перед грозой, и все внутри замирало – даже лес, казалось, шептал тише в его присутствии.

Сглотнув, Эрик подошел ближе к дубу – и наконец увидел их. Розы. Чёрные как ночь. Чёрные как сама тьма. Чёрные, как пустота, как ничто. Их длинные, извивающиеся стебли были усыпаны колючими шипами, будто лес сам вырастил шипастую броню для своих темных плодов.

– У тебя получилось! – вдруг донесся голос из тени под деревом.

Эрик вздрогнул, обернулся и узнал ульфа.

– Ты… ты жив?! – воскликнул он, с трудом веря своим глазам.

– Да, – тихо усмехнулся ульф. – Леший не стал меня наказывать.

– Это… это хорошо… – Эрик ощутил, как к горлу подходит ком. – Я сначала не поверил тебе, думал, справлюсь сам… Думал, знаю лучше… Я ошибался. Если бы не ты – я бы…

– Не стоит благодарить, – перебил ульф, но в голосе его звучала теплая грусть. – Все это сделал ты сам. Я лишь указал дорогу… Ты доказал, что достоин. Осталось последнее – роза.

– Но… почему именно ты встречаешь меня здесь? – нахмурился Эрик. – Я думал, леший снова попытается остановить меня…

– Он даст о себе знать, как только ты дотронешься до розы, – мрачно произнес ульф.

– Тогда… что мне делать? Как быть?

Ульф призадумался.

– Никак, – спокойно, почти шепотом сказал он. – Здесь нет выхода, кроме одного. Самое трудное – это не добраться до розы. Самое трудное – вынести ее… Как только сорвешь – беги. Не оглядывайся. Беги в сторону за дубом.

– А ты?.. – Эрик сделал шаг ближе. – Ты не идешь со мной? Сорви розу вместе со мной!

– Мое место здесь… Я однажды сделал все, что мог, и у меня не вышло… – ульф качнул головой. – Даже если бы захотел… Лес держит меня крепче, чем кандалы. Я останусь…

– Но… – Эрик сжал кулаки, не зная, как отблагодарить ульфа. Чувства переполняли его, и слова казались беспомощными. Спасение ульфа было всем, что он мог предложить. Это было его обещание, его способ выразить благодарность. – Я выберусь. Клянусь, выберусь отсюда и вернусь. Я найду способ. Я прогоню лешего. Я спасу всех, и тебя тоже!

Ульф посмотрел на него долгим взглядом. В его глазах снова вспыхнули огоньки надежды… но угасло, будто звезда в тумане.

– Не разбрасывайся словами, – мягко сказал он. – Лучше беги. Пока еще можешь… Я задержу его… насколько хватит сил.

Эрик кивнул, чувствуя, как все в нем горит – от страха, от решимости, от боли.

– Спасибо…

Он развернулся, подошел к одной из роз и медленно склонился над ней. Лепестки дрожали, будто дышали… будто знали, что он пришел за ними.

Эрик глубоко вдохнул и уже протянул руку, но замер. Он обернулся – хотел встретиться взглядом с ульфом, услышать слово поддержки, или хотя бы кивок. Но… ульфа уже не было.

Сердце учащенно забилось. Оставшись один, Эрик подбодрил себя, сжал пальцы и сорвал розу.

В тот же миг лес вздрогнул. Словно пробудился. Гул прошел по земле, по стволам деревьев. Кроны зашевелились, и из глубин чащи начал выползать туман – густой, вязкий, будто живой.

Немедля ни секунды, Эрик спрятал розу и бросился бежать.

Ветки хлестали по лицу, по рукам, цеплялись за одежду. Боль он почти не чувствовал – ее вытеснил страх. Он оглядывался через плечо: туман настигал, как прилив, словно вся лесная чаща обрушивалась на него.

Ноги не слушались, двигались сами – быстро, но уже без четкого ритма. Еще один взгляд назад… и вдруг – удар. Он не успел увернуться и врезался в дерево, которое будто вылезло из-под ног.

Мир качнулся. Земля встретила его жестко. Все плыло перед глазами. Голова гудела, в ушах звенело. Тело отказалось повиноваться.

Туман настиг. Он накрыл его как морская волна. Все вокруг потемнело, и Эрик почувствовал, как его силы тают, как мрак поглощает его. Веки стали тяжелыми, и он не мог понять, где конец, а где начало. Последнее, что он ощутил – это холод. И тьма.

Глава 5. Когда замолкает лес

Эрик проснулся на привале у пруда, где впервые встретил Варина. Солнце медленно поднималось из-за горизонта. Раннее утро. Время словно потеряло для него всякий смысл. Какой сейчас день? Сколько он спал? Ответов не было. Он не мог даже вспомнить, как сюда попал, не помнил, что происходило до этого.

Единственное, что оставалось в его памяти, – рыцарь, чёрная роза и его путь в лес. Дальше – привал, ужин, сон и вот уже утро.

Все вокруг казалось туманным. Ощущение, что он спал не один день, но понять точно, сколько – не мог.

С трудом поднявшись, Эрик умылся и уже собрался было взять свою сумку, чтобы найти немного пищи. Но, заглянув внутрь, он увидел чёрную розу с маленьким камушком.

– Это… роза?! – удивился он. – Откуда?!

Он поднял взгляд, осмотрелся вокруг, надеясь, что кто-то из путников оставил ему «сувенир». Но в округе никого не было, и следов тоже не оказалось.

Эрик еще раз взглянул на розу. Та лежала среди его вещей, как будто всегда была там. Тонкие лепестки, темнее ночи, ни капли не увядшие, смотрели на него в ответ.

Эрик взял розу – и в груди что-то дрогнуло. Будто его тело пыталось напомнить о происходящем, но, увы, уже не получалось.

Осторожно положив розу обратно в сумку, как если бы это была драгоценность, Эрик задумался: вернуться в деревню или идти в лес?

«Но зачем? У меня уже есть роза, хоть я и не знаю, откуда она у меня…» – размышлял он.

Он не знал, та ли это роза, но что-то внутри подсказывало, что он правильно поступает, возвращаясь домой. Словно сама роза внушала ему это.

Быстро перекусив, Эрик отправился в путь. Он проходил знакомые поля, перелески, но не помнил самого главного – Туманного леса.

К полудню он уже подходил к полям своей деревни, где на горизонте виднелись брат с сестрой. Увидев его, они сразу побежали навстречу.

– Эрик! – кричали они.

Лили бросилась к нему, обняв крепко. Альдебарт, будучи крупнее, обнял их обоих одним мощным движением.

– Наконец-то ты вернулся! – продолжала радоваться сестра. – Я так переживала!

Эрик посмотрел на нее с улыбкой, но тут же спросил.

– А где остальные ребята? Почему вы одни?

Лили слегка опустила голову.

– Мы им сказали, куда ты отправился… – с грустью ответила она. – Они смеялись над тобой, над нами. Говорили, что ты наивный, что у тебя ничего не получится.

Альдебарт кивнул, подтверждая ее слова.

– Да, теперь мы с ними не общаемся, – сказал он. – Что это за друзья, если они не поддерживают?

Эрик немного задумался, а потом снова взглянул на сестру.

– Мы думали, что ты не вернешься, – добавила Лили, прижимаясь к нему еще крепче. – Но рыцарь нас успокоил. Уверил, что в лесу нет ничего опасного.

– Рыцарь? – взбудоражился Эрик. – Он не уехал?

Лили покачала головой.

– Нет, но он уже собирается… – ответила она, вспоминая о главной цели Эрика. – Ты же нашел розу?

Эрик вздохнул и улыбнулся, снимая сестру с плеча.

– Да! – ответил он. – Я побежал!

Он метнулся в сторону корчмы, так, что пыль поднялась под ногами. Брат с сестрой стояли и провожали его взглядом. Лили прыгала от счастья и хлопала в ладоши, а затем побежала за Эриком, но вдруг остановилась, заметив, что Альдебарт остался стоять. Она потянула его за руку, и они побежали вместе.

Рыцарь собирал свои вещи, укладывая их в седельные сумки на лошади, а вокруг него бегали дети.

– Все, дети, мне пора в дорогу, – сказал Родрик. – Надеюсь, вам было интересно, но, к сожалению, время не ждет.

Дети, огорченные, провожали его взглядом, но тут же их внимание привлек бегущий по улице силуэт.

– Я нашел! – кричал Эрик, едва отдышавшись. – Я нашел розу!

Родрик развернулся, узнал мальчишку и рассмеялся.

Эрик, тяжело дыша, остановился и оперся о деревянный столб. Легкое дыхание стало все более ровным, а его слова звучали уже тихо.

– Я нашел… – прошептал он.

Он снял с плеча сумку и вытащил из нее розу.

Глаза детей загорелись – неясно, от удивления или зависти.

Родрик взял розу в руки, покрутил ее, внимательно осмотрев.

– Хм, и вправду… – он пристально рассматривал ее. – Чёрная роза настоящая.

В этот момент на улицу вышли его родители, услышав шум.

– Что ж, поздравляю, Эрик, – сказал Родрик, протянув ему розу обратно. – Ты и вправду достоин.

У Эрика перехватило дыхание. В груди что-то сжалось, а потом будто разорвалось вспышкой света. Его мечта – та самая, что жила в нем с детства, казавшаяся недостижимой, почти сказочной, – теперь была реальностью. Он стоял здесь, с чёрной розой в руках, под одобрительным взглядом настоящего рыцаря. И от счастья хотелось кричать, смеяться и плакать одновременно.

Родители, услышав слова рыцаря, крепко обнялись. Для них это был тоже важный момент.

– Пойдем, Эрик, на пару слов, – продолжил Родрик. – Проводишь меня до конца деревни?

Эрик не сразу ответил, робко взглянув на Родрика.

– «Проводишь?» – переспросил он. – Разве вы не возьмете меня с собой?

Родрик хлопнул его по плечу, улыбнувшись.

– Идем, я все скажу.

Эрик глубоко вздохнул: на миг ему показалось, что рыцарь передумал.

Родрик взял лошадь за узду и повел ее по улице. Эрик шел рядом. Недовольные взгляды детей – завистливые, разочарованные – провожали их.

Немного отойдя от корчмы, Родрик наконец-то заговорил:

– Я не могу взять тебя сейчас, – начал он. – У меня есть еще дела в провинции.

Эрик нахмурился.

– Как только я все улажу, вернусь в Орден и замолвлю за тебя словечко, – продолжал Родрик. – Сохрани розу. Это твое доказательство перед Орденом.

Эрик кивнул.

– Думаю, с первым снегом за тобой прибудут послы Ордена. Подпишешь нужные грамоты¹¹ – и тебя заберут, – сказал Родрик. – У тебя будет время закончить дела, помочь родным… и самому подготовиться к дороге.

– Спасибо! – Эрик сиял. – Но почему вы решили дать мне шанс?

Родрик на миг задумался.

– Знаешь, Эрик… Я когда-то был таким же, как ты. Простым мальчиком, мечтающим о приключениях. Мне тоже довелось встретить рыцаря – он послал меня в Туманный лес, – он поправил шлем. – Я боялся. Очень. Думал, не справлюсь. Но самое страшное – это просто войти. Все остальное – иллюзия, который мы сами себе создаем. Так рыцари и проверяют мужество.

Эрик слушал, затаив дыхание.

– Увидев тебя… твою решимость… я вспомнил себя, – Родрик на мгновение замолчал. – Рыцаря делает не кровь, а поступки. И умение видеть в людях то, чего они сами в себе еще не заметили. Давать шанс тем, кто его по-настоящему заслужил. Кто знает, может, ты и есть истинный доблестный рыцарь?

Слова Родрика окрылили Эрика. Он загорелся, расправил плечи, и в его воображении уже вырисовывался он сам – в доспехах, с мечом, стоящий на страже добра и чести.

– То есть вы тоже ходили за чёрной розой? – с любопытством спросил Эрик.

– Да, – спокойно и уверенно ответил Родрик.

– А вы помните, как ее получили? Просто… я проснулся на одном из привалов и…

Эрик замялся. Стоило ли рассказывать? Вдруг Родрик решит, что он не прошел испытание до конца, и передумает.

– Что, Эрик? – с мягкой настороженностью спросил рыцарь.

– Я хотел сказать, что буду помнить этот день всю жизнь, – выкрутился Эрик, натянуто улыбаясь.

– Это хорошо, – подмигнул Родрик, не настаивая.

Они молча прошли еще немного. Дорога мягко пружинила под сапогами, ветер шуршал в ветвях.

– Мои друзья смеялись надо мной, – вдруг заговорил Эрик, нарушая тишину. – Сестра сказала, что они называли меня наивным… что у меня ничего не выйдет.

– И это прекрасно, – спокойно ответил Родрик. – Пусть это станет твоей мотивацией.

Он взглянул на Эрика.

– Иногда именно в такие моменты становится ясно, кто рядом с тобой по-настоящему. Люди нередко смеются над чужими мечтами – не от злобы, а от страха. Так они пытаются защитить себя, возвыситься, почувствовать себя значимее. Все потому, что боятся сделать шаг, боятся перемен. Им проще осуждать и критиковать, чем искренне порадоваться за другого – ведь сами не умеют создать такую радость для себя.

Эрик кивнул. Эти слова отзывались в нем, как звон колокола – ясно и глубоко.

Когда они подошли к краю деревни, Родрик остановил коня и огляделся.

– Красиво у вас здесь… Тишь, да гладь, – сказал он, вдыхая воздух полей.

Он повернулся к Эрику и наклонился чуть ближе, будто хотел сказать что-то важное…

– И все-таки запомни, Эрик: смелость – это не отсутствие страха. Смелость – это делать шаг вперед, даже когда страшно. Трус отступает, потому что видит лишь тьму. А рыцарь идет, потому что верит – за тьмой обязательно будет свет. Быть рыцарем – не значит только сражаться. Это значит каждый день выбирать путь чести, даже если проще свернуть с него, – он поднялся с колена. – Доблесть не в доспехах. И не в славе. Она – в готовности помочь, когда никто не просит. Защитить, когда это неудобно. Понять, когда легче осудить.

Эрик внимательно слушал. У него внутри будто что-то дрогнуло – словно Родрик приоткрыл перед ним дверь в мир, о существовании которого он и не догадывался.

Рыцарь похлопал его по плечу, забрался в седло и добавил.

– Прощай, Эрик. Мы еще встретимся. Чёрная роза – лишь начало пути. Да сопутствует тебе доблесть!

Он легко пришпорил коня и двинулся в путь.

– До встречи! – крикнул ему вслед Эрик.

Он постоял еще немного, пока силуэт Родрика не исчез за горизонтом, а затем, с радостью в сердце, побежал домой.

Дома его уже ждала семья. Брат с сестрой наперебой рассказали о его подвиге, так что на пороге Эрика встретили с теплыми объятиями.

Позже, за обедом, в уютной тишине кухни, он делился словами рыцаря и мечтами о том, что будет дальше.

– Кстати, я принес тебе сувенир, – сказал он Лили и протянул ей гладкий камешек.

Он не помнил, откуда он у него, но почему-то знал – этот камень должен достаться сестре.

– Камень? – удивилась Лили, вертя его в ладошке. – Просто камень?

«И правда… Просто камень?» – Эрик напряг память.

– Он из Туманного леса… – начал он, подбирая слова. – Он… особенный.

Камень действительно был необычен. Просто Эрик уже не помнил, почему.

– Хм, – улыбнулась Лили. – Ладно, пусть лежит у меня на окне.

– А расскажи, как ты нашел розу? – спросил Альдебарт. – Как там, в Туманном лесу?

Вопрос застал Эрика врасплох. Он ведь просто обнаружил розу в своей сумке. Лгать семье не хотелось, но и сказать правду – тоже.

– Да… – протянул он задумчиво. – Туманный лес…

Он начал выдумывать: о лешем, что сбивал с пути, и о странном существе, что помогло ему. Он думал, что сочиняет. И не подозревал, что все это уже было. Было с ним.

Он больше не помнил, что с ним случилось в лесу. Но где-то глубоко внутри Эрик ощущал, что с того сна у пруда он изменился. Стал будто старше. Спокойнее. Взрослее.

И вместе с этим в нем жила легкая, непонятная тоска – как будто он потерял что-то важное на этом пути. Что-то, чего теперь уже не вернуть.

А что Туманный лес? Он остался Туманным лесом – со своими тайнами, лешим и ульфами. Почему же Эрик не стал одним из них, раз оказался в тумане?

Ответ прост: он проявил мужество. Настоящее, рыцарское. Такое, что даже леший признал его достойным – и отпустил.

Что же ждет Эрика дальше? Кто знает…

Дисклеймер

Все события, персонажи и места, описанные в данной книге, являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными событиями или местами являются случайными и неумышленными.

Автор не преследует цели оскорбить, задеть чьи-либо чувства или убеждения. Книга создана исключительно в художественных и развлекательных целях. Мнения и действия персонажей не отражают взглядов автора.

В тексте могут встречаться упоминания насилия, употребления табачных изделий и других подобных элементов, присутствующих в жизни вымышленных миров. Эти явления не пропагандируются и не поощряются автором. Зачастую они служат для раскрытия характера персонажей или создания атмосферы, а не в качестве примера для подражания.