Читать книгу: «Переезд»

© Андрей Анатольевич Плахотников, 2025

ISBN 978-5-0068-0229-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Переезд
Андрей Плахотников

От автора

Я покинул Норильск в 2006 году, перед новым годом, написал эссе «Два месяца перед отъездом из Норильска навсегда», в 2013 году дал большой поэтический концерт «Переезд» с группой «Сдвиг». Стихи в этой программе касались вопросов переезда из региона в регион, в основном. Но мы переезжаем не только в другие города, мы переезжаем в другой возраст, а кто – другой мир, по сути. Этот стихотворный сборник замешан на темах переезда, где одно исключается, другое смешивается, а ты остаёшься.

Размышление в ванной нового города после отъезда из Норильска

 
1
 
 
В своём медленном таянье пена шуршит.
Я сравню его с шумом в ракушке из моря.
Это шум глубины, где никто не спешит,
Это шум тишины на обочине горя.
 
 
Одиночество – ниша в мозаике дел,
Чтобы пристальней, зорче всмотреться в картины
предрешённым ожить независимо где,
Как и с кем, на бескрайних просторах отчизны.
 
 
2
 
 
В своём медленном таянье пена шуршит.
Я сравню его с шумом пурги и метели.
Пугос-Лунг * – Мать всего, этот мир сторожит,
Нам нашёптывает до мурашек на теле.
 
 
Не уйти бы с водой и не скрыться на дне
От сумбурных затей, суматошных мистерий.
Но зима не в Норильске, зима не во сне,
а в душе. И шуршание пены – потерей.
 

2007

* Самая главная Богиня у хантов и манси является – Пугос-Лунг. Пугос-Лунг дословно переводится с хантыйского языка, как «Мать всего».

Миражи (в Питере)

 
Всё повторилось: город, дом,
Пейзаж зелёный за окном,
Туманно завтра, одинок,
Друзья, мечты, а в жилах ток.
И миражи, без тени лжи,
Касаются моей души.
 
 
Всё повторилось… Грабли вновь
Готовы мне дарить любовь.
Но грусть – пуста, печаль – светла,
И жизнь по-новому мила.
И миражи, как витражи,
Лишь украшают дно души.
 
 
Всё повторилось… Только цвет
Уже другой у всех примет.
В количестве моих времён
Я качеством иным пленён.
И вижу я, мой карандаш
Рисует сам себе мираж.
 
 
Всё повторилось! Тошнота
От повторений, но уста
Не выплеснут моих тревог
И мой мираж – не мой итог!
Но как люблю я миражи —
Не секс, но блажь моей души.
 

2006

Сентябрь в Питере

 
Пошли дожди. Похолодало.
Не осень, но примет не мало.
Солнцезащитные очки
Не нужны днём, а в ночь зрачки
Таят огни асфальта – лужи,
А свежесть в доме – ближе к стуже.
И это Питер, Ленинград!
Ты Питеру любому рад.
 
 
Ещё не осень – часть, полдела.
Но и не примесь. Только тело
Желает шерсти и огня,
Вина, другого тела. Я,
Как не прогрелся, не оттаял
До сентября, за лето, с мая.
С картиной новой «До звезды»,
Меняю лик своей мечты.
 
 
Озноб под час – аванс простуде.
И ёжатся, сутулясь люди.
Болото! Я плюю с моста.
Но не куплю себе зонта:
Меняет шляпа назначенье.
И, кашляя, стихотворенье,
Зовёт меня скорей на юг.
Мой Питер, мой холодный друг.
 

2006

Москва. Вокзал

 
Москва. Вокзал. Бичи и слякоть.
Все далеко. Грустить и плакать
Подчас на собственной груди,
В цепи тревожного пути
 
 
Осталось. Но поправлю шляпу
И ногу на ногу закину,
Отдамся музе, рифме, ямбу,
И в сердце как в пучине сгину.
 
 
Москва. Вокзал. И рок событий
В кругу неистовых соитий
Случайностей и наших воль
Дарует и оргазм, и боль.
 
 
Осталось мне поправить шляпу
И ногу на ногу закинуть,
Отдаться музе, рифме, ямбу,
И в сердце, как в пучине сгинуть.
 
 
Москва. Вокзал. Бедлам. Столица
Стирает краски, свет и лица.
И только знания, что ждут,
Покой и мир мой стерегут.
 
 
Осталось мне поправить шляпу —
Смеюсь, когда не до смешного —
И двигаясь от ямба к ямбу,
Чужим уехать из чужого.
 

2007

Никто не скажет

Маме и папе Юре

 
Никто не скажет зачем страданье
И эти слюнки неровных строчек…
Частица мира, его созданье,
Конец главы я… Но многоточье
даёт надежду на продолженье.
Одежда эта, давно не греет.
Но маме, папе моё служенье,
Покуда холодом только веет.
Подольше бы. И поеду в отпуск,
Который ляжет сезоном «мёртвым»,
И новый стих, мой сонный отпрыск,
Беда и радость, калачик тёртый,
Отметит время и счастье ждущих.
Конец главы я решу оставить,
Для тех мгновений, конечно лучших,
Которым выйдет судьбу прославить.
 

2004

Пока!

 
Я в поэтическом безделье
Припомню, как сказал «пока».
И оттенит печаль веселье, ё
И радость высветлит тоска!
 
 
Но в перманентности открытий
Не зацветает – кто не сох.
Контрастам жизненных событий
Виват! На каждый выдох – вдох!
 

2007

Без любви

 
Без любви все расставлены точно
Запятые и точки, заочно.
При терпении должном, старанье,
Знает место твоё расставанье.
Идеал не высок, но теченье —
Не последнее есть увлеченье —
Без любви, и венчают контакты
Близорукие пошлые факты…
Будет новое шоу! Создатель,
Ты настойчивый изобретатель…
Только счастье моё – в тяге к чувству:
Лишь эскиз – без любви, с ней – искусство!
 

2008

На Новой Земле или Метания Фауста

 
К тому ли время пронеслось,
Как будто во мгновенье ока,
И связь желания и рока
В моём задуманном сбылось?
 
 
Проверить – как? Мой путь лоскутный
Одной надеждою храним.
Я неутешен, я раним,
Но на своих держусь покуда…
 
 
Я парус, флаг и я крыло,
Я не спешу, иду по ветру,
С опаскою смотрю на веру,
На случай и надежду – зло.
 
 
А знание моё смешно —
И от души смеюсь над многим,
И над собой: вся жизнь уроки,
Когда и сам… Да-да, оно.
 
 
Последней буквой алфавита,
Суконным рылом вдаль смотрю,
И чую светлую зарю
Тем местом, что от всех сокрыто.
 

2007

Мозаика

 
Рассыпается мозаика —
и рябь цветная
обращается в чёрное,
и мир, что лежал у ног,
лежит под ногами пылью,
значит, ты дождался нового.
Но, чем больше грёз,
тем больше порастает былью.
 
 
Цвета мозаики – цвета
фишек, камней, сукна.
Ты видишь их благодаря свету,
а значит, цвет и рисунок вторичны.
И ты можешь повеситься,
впасть в спячку или очнуться ото сна,
но рассыпанное – в ладонях. Мир,
может и многополярен, но двуличен.
 
 
Детям выбирать не дано
родителей и страну рождения,
но ты выбираешь путь —
выбираешь одну из вечностей.
И дальше, в меру разумения,
между строгостью и беспечностью,
живёшь в силу страсти,
работы за деньги и вдохновения.
 
 
Копаешься в чёрном,
смысла выстраиваешь новый рисунок.
И потому, каждый – независимо
от таланта или упрямства – художник,
и потому, жизнь твоя,
независимо от времени суток,
сама ставит
перед тобой
твой
треножник.
 

2008

Сорок

 
Как выехал за город, из страны выслан, короче, выбыл.
Сорок. Были те, кто пришёл поздравить, выпить.
Словно я получил бархатный вымпел.
 
 
Звучит как приговор, как насмешка, как будто
ты невидимым стал при наличии своего Брутто
и полмира принимает облик предателя Брута.
 
 
Я верил в расцвет, в апогей расцвета,
который продлится лет тридцать, но двадцать где-то.
Я не пресыщен, я вижу множественность света.
 
 
Ныне видится жизнь с претензией на вечность.
Если верить во вселенскую бесконечность, конечно,
принимая как данность свою конечность.
 
 
Я считал ворон, но дарил небо слепо.
От того рядом нет тех, чей ум практичен и меток.
И я разбазариваю гербарии, не жалея ни листьев, ни веток.
 
 
Я сменил регион, круг общения, профессию,
ямбы на тонику, Windows, как миссию
встретил женщину, то есть начал новую сессию.
 
 
Не реванш, но старт, как естественная часть продолжения.
И вымпел сорока яркое тому подтверждение.
Сон прекрасен – насколько свежо бдение.
 
 
И живу от фото к фото, от рубля к рублю,
восторгаюсь многим, бля говорю, плюю,
и уста мои шепчут, как в первый раз, люблю.
 
 
Мы пьём друг друга, как воду пьют из колодца.
Я живу. Время летит. Пространство смеётся.
И будущее настоящим греется Солнцем!
 

2008 (2015)