Читать книгу: «Просто будь рядом»

Плей-лист

Кончится лето - Рита Дакота

Cross the Line - KamNox

Not Afraid - Eminem

Спокойная ночь - Кино

Горькой водой - Wildways, Лали

Ignis - Rompasso

Crazy - Aerosmith

Velvet Smoke - KAZAKU

Bon Jovi - Bed of roses

Думаю о тебе - Damir Mate

Это все ты - TRITIA

Cry - Cigarettes After Sex

Car's Outside - James Arthur

Sweater Weather - The Neighbourhood

Call me, I still love you - Two Feet

Impose - Bad Omens

Arctic Monkeys' - I Wanna Be Yours

Only When It's You - Bleeding Verse

Won't Feel the Same - ANTH, Conor Maynard

Zombie - Yungblud

Till We Ain't Strangers Anymore - Bon Jovi & LeAnn Rimes

Просто так - TRITIA

Глава 1

«Cause it's too cold for you here,

And now so let me hold both your

hands in

The holes of my sweater»

//Здесь для тебя слишком холодно,

Позволь мне согреть твои руки

В рукавах моего свитера//

«Sweater Weather» — The Neighbourhood

ГЛАВА 1

КРИС

Какой прекрасный блядский день.

Примерно так я думаю ежедневно, отработав на максималках, пока несусь делать все остальные дела, которых почему-то становится все больше.

Сегодня, к примеру, мой нерадивый и эгоистичный временами соседушка, а по совместительству — мой лучший друг, обрадовал внезапной новостью: его проект наконец-то приняли в Питере, и он в течение недели срывается туда на ПМЖ. Все это замечательно, и я безумно за него счастлива, но квартира, в которой мы жили вместе три года, слишком шикарна для меня одной. Сказать мне о своих планах заранее никто не потрудился, поэтому я летала по сайтам с недвижкой, как сраный веник, раздумывая над вариантами.

Я рассчитала предполагаемые расходы и знатно прифигела от того, насколько мне придется ужаться, если хочу остаться в старой квартире. Это примерно как сидеть в компании с последним айфоном, а дома ежедневно давиться дошираком.

Спасибо, но такие дешевые понты не для меня.

Мы с другом жили в по-настоящему люксовой квартире, ведь он — та еще богема, я же могу обойтись и среднестатистическим комфортом. Который тоже хер где найдешь за желаемую цену. Именно поэтому я вынуждена снова искать соседа, дабы мой хрупкий финансовый мир не сложился под тяжестью всех этих неожиданных изменений.

Тяжело быть одной в этом гребаном мире, но женщина может и вывезет все — правда, иногда со слезами на глазах.

Я хорошо зарабатываю, но и цены не стоят на месте: стоит мне получить повышение и прибавку к зарплате, как стоимость моей базовой корзины продуктов стремится пробить потолок.

И вот как жить?

Я не такая умная, как некоторые, поэтому на обучение в универе мне пришлось брать образовательный кредит, который я выплачиваю по сей день. Осталось совсем немного, и, надеюсь, последний платеж по нему сбросит с моих плеч хотя бы небольшой груз. Даст перерыв в вечной погоне за деньгами.

Раздраженно вдыхаю августовский зной через ноздри, незаметно прикладывая бумажный платочек к верхней губе — зачастую я спешу повсюду так, что покрываюсь испариной. Хотя, на таком солнцепеке — неудивительно. Не будь у меня работы и прочих обязательств, я бы не высовывала нос на улицу до наступления темноты и спасительной прохлады.

Поправив на плече лямку рюкзака, а край безразмерной футболки небрежно заправив за пояс широких льняных штанов, я направляюсь на просмотр последней на сегодня квартиры.

Увидев по пути ларек с напитками, покупаю себе ледяной мохито — кислинка лайма вкупе со свежей мятой могут сделать меня хоть немного добрее в этот адски насыщенный день.

Вы спросите, почему я сама не подыскала себе соседа на свою же территорию? О, в этом совершенно отпала необходимость. Стоило хозяйке квартиры узнать об отъезде одного из квартирантов, как на его комнату незамедлительно нашелся жилец: какой-то четвероюродный внучатый племянник, если я ничего не напутала, но не столь важным было это в сравнении с тем похотливым и многообещающим взглядом, которым меня поедал этот кретин. Я бы отшила его в легкую — один раз, но жопой чуяла, что натру на языке мозоль, делая это ежедневно.

Финальной точкой стал момент, когда он без стука вошел ко мне в комнату, пока я переодевалась. Запустив в него кроссовкой и обложив трехэтажным матом, я заявила хозяйке, что ухожу.

Остановить меня она не пыталась.

Ну и хер с ней. Желаю удачи в поисках лохов, что согласятся на подобное соседство.

Уточнив у прохожего, где нужный мне дом, направляюсь прямо к нему и сверяюсь с фотографией из интернета: весь цоколь многоэтажки отдан под магазины и салоны, спортзал и кофейни, есть даже небольшой ресторанчик. Закрытая территория, огромная наземная парковка, детские площадки для игр и спорта, а также крошечная лужайка, затененная деревьями по одну сторону и с разнообразной клумбой по другую.

Я всегда знала, что любовь с первого взгляда существует! Это место просто неописуемо красиво! Идеально для меня, как для эстета, и я с трудом понимаю, почему за этот рай запросили такую демократичную цену.

Фойе выполнено в темно-сером мраморе, по обеим сторонам от огромного зеркала в пол расположены горшки с живыми цветами.

На лифте поднимаюсь на седьмой этаж. На площадке восемь квартир, и я направляюсь к той, что под номером пятьдесят два.

Нажав на звонок, прислушиваюсь, но все, что различаю, — это гомон пацанов на баскетбольной площадке и тихое жужжание лифта.

Жду полминуты. Минуту.

Дверь наконец открывается, и передо мной появляется мужской силуэт.

Мысленно возношу богу благодарность, все еще с содроганием вспоминая до ужаса шумную и подозрительно радостную девчонку, от которой я уехала пару часов назад из последней просмотренной квартиры. Стоя в прихожей, я уже понимала, что в один прекрасный день я натяну ее раздражающую улыбку ей на уши.

Я слишком привыкла к мужской компании и меньше всего хочу сейчас перестраивать свои привычки и реакции.

— Добрый вечер? — прощупываю почву, и мое приветствие звучит скорее как вопрос.

— Добрый, проходите, — вежливо кивает хозяин квартиры. — Матвей, — он прикрывает за мной дверь и протягивает руку.

— Кристина, очень приятно, — отвечаю на рукопожатие, слегка улыбнувшись. — У вас чудесный дом.

Знаю, нельзя выказывать такой искренний восторг, ведь цену из-за этого могут и завысить, но я отдам добровольно все, что есть, чтобы иметь возможность здесь жить.

— Я брал квартиру еще на этапе застройки, — поддерживает Матвей светскую беседу, — увидел проект и поплыл, — улыбается он.

— Могу себе представить, — активно киваю я.

— Я сомневался поначалу, ну, ожидание/реальность, знаете, — улыбнувшись, он предлагает мне пройти на кухню, чтобы начать осмотр с нее, — но должен заметить: все, что было заявлено и обещано, выполнено в стопроцентной точности.

— Охренеть, — мой взгляд находит лоджию, и я полностью теряю дар речи.

Панорамные окна в пол, из которых виден весь двор и близлежащие территории, мягкий ковер с парой пуфов в углу и вмонтированные в потолок плетеные качели.

— Можно, это будет моя комната? — благоговейно бормочу я, влюбленными глазами оглядывая это пространство. Матвей, хмыкнув, улыбается, стоя чуть поодаль. — Ее нужно сдавать за отдельную плату.

— Не переживайте и не стесняйтесь, она в свободном доступе, как и все остальное, кроме моей комнаты, — любезно предлагает хозяин.

— Вы счастливчик, — поджав губы, в неверии качаю головой.

— Благодарю, — скромно соглашается Матвей. — Отсюда сложно уйти, понимаю, но хочу показать вам непосредственно вашу комнату.

Мое личное пространство оказывается достаточно свободным: двуспальная кровать из темного дерева, в тон ей большой платяной шкаф и комод, над которым висит зеркало с неоновой подсветкой, которую Матвей тут же включает. Напротив кровати на стене — две книжные полки, а рядом изумрудного цвета кресло с бархатной обивкой и деревянными ножками. Шторы в комнате белоснежные, а портьеры шоколадного цвета.

— Наверное, стиль не совсем девчачий, — морща нос, Матвей запускает руку в темные волосы, создавая идеальный беспорядок.

— Отбросьте в сторону стереотипы, — я поворачиваюсь к нему с нахальной улыбкой, — или я похожа на Реджину Джордж1¹?

Матвей, прикрыв глаза, отрицательно качает головой.

— И даже не спрашивайте, откуда я знаю это имя, — наставляет он на меня палец, выходя из комнаты.

— У всех нас есть свои грязные секретики, — снисходительно замечаю я.

Пропуская меня обратно в кухню к барной зоне, где лежит договор на подпись, Матвей жестом просит меня присесть. Мы быстро просмотрели оставшиеся общие комнаты и теперь готовы обсудить условия и договориться о бытовых мелочах.

— Можем перейти на «ты»? Не очень комфортно «выкать» такой молодой девушке, — предлагает Матвей, останавливаясь напротив меня.

— Что, даже без брудершафта? — игриво замечаю я.

Матвей на секунду призадумывается, оглядывает кухню и, подойдя к навесному шкафу по левую сторону от плиты, достает оттуда роксы.

У-у-у, основательный парень. Я рада, что не заметила в шкафчике пивных бокалов отвратительной формы.

Матвей наполняет роксы прохладным яблочным соком и подает мне один из них.

— Согласен. Соблюсти традиции просто необходимо, — он сдерживает улыбку изо всех сил, но в глазах пляшут озорные искорки. Они зеленые, с невероятной глубиной во взгляде, от которой хочется обмахнуться веером, как приличной леди в ретро-фильме.

Мы выпиваем на брудершафт, улыбаясь друг другу, как два дебила, и… Матвей прошел мою личную проверку на соседство — с ним будет комфортно и не скучно.

Запутавшись в руках, я случайно проливаю сок ему на майку. Матвей спокойно оглядывает мокрое пятно и с комментарием «надо бы сменить на сухую» стягивает майку прямо передо мной. Мазнув взглядом по невероятно привлекательному торсу, я выхватываю майку из его рук и направляюсь в ванную.

— Застираю пока, — оглянувшись на него, скромно улыбаюсь, глядя прямо в глаза.

Думаю, испытание его божественным телом я тоже прошла.

Когда с проверками покончено, Матвей возвращается из своей комнаты в черной свободной футболке с логотипом известной рок-группы, и мы усаживаемся за стол для подписания документов.

— Итак, Крис, для меня не слишком важно, сколько полочек в ванной ты займешь или какой музыкой будешь насиловать мои уши, — улыбается Матвей уголком рта, — гораздо важнее деликатность, уют и личное пространство. Тебе ведь знакомо такое понятие? — Матвей поднимает вверх широкую бровь.

— Даже слишком, — вздыхаю я. — Тут наши взгляды совпадают, не переживай. Я ненавижу, когда входят в мою комнату, неважно, нахожусь я в ней или же нет. Не люблю, когда лезут в душу и раздают непрошеные советы. О, и это пресловутое «мое мнение», о котором никто не просил…

— Резонно, — одобрительно кивает Матвей, поджав губы. — Полагаю, с соседством проблем не возникнет.

— Я в этом уверена, ведь долгое время жила с другом, — рассказываю я.

Матвей бросает на меня хмурый взгляд, но тему не раскачивает. Деликатность в действии.

— Хочу заметить: при всех вышеперечисленных требованиях, я не злой и не вредный. Не хочу, чтобы ты все время оглядывалась на то, что я хозяин квартиры, — ты такой же полноправный жилец. Поэтому, если захочешь устроить тусовку или пригласить подруг, достаточно меня просто об этом предупредить. Я предпочитаю контролировать свой день.

«И чужой», — мысленно определяю я. Как же этот парень похож на меня, господи! Это будет легче, чем я ожидала.

— Не сочти за наглость, но могу я попросить тебя об ответных действиях?..

Матвей заинтересованно склоняет голову набок и скрещивает руки на груди.

— Мне очень важен мой распорядок дня, — продолжаю я, встретив его взгляд, — и было бы неплохо понимать, когда и насколько я буду оставаться одна. Хотя бы приблизительно. Естественно, без подробностей твоей личной жизни.

— Без проблем, — легко соглашается он.

— И последний вопрос…

Матвей сверлит меня насмешливым взглядом, мысленно, должно быть, прикидывая, сколько еще требований я способна выдвинуть, даже не заплатив и не поставив подпись.

— Ты ведь не маньяк?

— На сегодняшний день — нет, — хохотнув, отвечает он.

— И не убийца? Не преступник?

— Поздновато об этом спрашивать, не находишь? — он прикусывает зубами нижнюю губу и задорно улыбается.

— Просто эта сказочная квартира стоит совсем недорого, что буквально смущает и настораживает, — честно признаюсь я. — Не хочу наткнуться на список дополнительных услуг в счет оплаты…

Выражение лица Матвея вмиг меняется. Черты его лица ожесточаются, пока я пытаюсь закончить предложение. В его глазах мелькает разочарование, словно я нанесла ему личное оскорбление, и я, потупив взгляд, наконец замолкаю.

— Я могу не отвечать на этот бред? — бросает он холодно. — Потому что мне нечего, если честно. Ненавижу оправдываться за то, что не имеет ко мне никакого отношения.

— Принято. Извини.

— Не стану разглагольствовать о том, к каким логическим умозаключениям я прихожу посредством простой наблюдательности и дедукции, но могу сказать, что сам жил на съемных квартирах, в общаге и у друзей, да и эта еще не моя — в ипотеке, — спокойно признается Матвей. — Поэтому прекрасно понимаю, как затруднительно бывает поначалу. А зарабатывать на чужих сложностях мне совесть не позволит. Так что можешь быть спокойна. Я знаю, что цена могла быть выше, но мне хватит этого, чтобы закрыть платеж по кредиту. А на остальное я заработаю сам.

Что-то в груди сжимается от его неподдельной искренности и простоты, нечто внутри меня сразу отвечает ему и принимает все доводы и слова.

Я, заполнив графу с паспортными данными и мельком проверив текст на наличие мелкого шрифта, молча ставлю подпись на обеих копиях договора. Протянув одну из них Матвею, я миролюбиво улыбаюсь и, сложив свою копию вдвое, убираю ее в рюкзак.

Радостно выдыхаю и настраиваюсь на новую главу своей жизни. Перемены меня не пугают, и я лишь жду момента, когда начну выстраивать все на новом уровне.

По словам Матвея, я могу начинать хоть завтра.

Глава 2

ГЛАВА 2

МАТВЕЙ

Закинув ИИ-промты с цифрами жизненных показателей, я оставляю расчеты нейросети. Варианта два: вбить данные для расчета вручную либо позволить ей проанализировать их с носимых устройств. В конечном итоге я получу персонализированный план ухода за пациентом с хроническим заболеванием.

Я на финишной прямой и сейчас тестирую последние промты, чтобы быть уверенным, что платформа справится с любым запросом под любую болезнь, что позволит человеку в своем уязвимом положении всегда «держать руку на пульсе».

Мой проект задуман не случайно — впервые я помыслил о нем чисто из сентиментальных соображений. Но после, проанализировав ситуацию, понял, скольким людям облегчила бы жизнь автоматизированная платформа с готовым руководством к действию. Осталось завершить ряд определенных тестирований, красиво упаковать (единственное, с чем на сегодняшний день я не могу справиться) и можно начинать искать инвесторов.

В этот стартап вбухано приличное количество моих сбережений, что, собственно, и побудило меня заиметь соседа по квартире: мне нужен был гарант моего платежа по ипотеке, если придется дорабатывать детали и вкладывать весь свой заработок подчистую.

Статистика показывает, что через какие-то пять–десять лет объем европейского рынка цифровых сервисов для здоровья превысит десятки миллиардов, демонстрируя двузначные темпы роста. При этом сфера насыщена решениями широкого профиля, и здесь моя платформа уходит от прямой конкуренции, фокусируясь на узком, но финансово емком рынке.

Мой проект еще всех удивит. Он выгоден и полезен. По-настоящему.

Я всегда хотел что-то свое. Мне нравится моя работа в IT-компании, нравится удаленка и свободный график, позволяющий мне жить жизнь, а не только лишь участвовать в смертельной гонке под схожим названием. Но я всегда эгоистично хотел признания. Не из-за тщеславия. Просто хотел сделать что-то полезное в жизни, оказать помощь, чтобы люди меня за это уважали, чтобы кто-то мог поговорить обо мне за семейным ужином в положительном контексте, произнося похвалы моей изобретательности и полезности.

И пусть на данный момент стремительного взлета у меня не вышло, но я известен своим упрямством и перфекционизмом: буду долбить в одну точку, пока не выбью деньги у инвесторов, а между делом — доведу проект до совершенства, чтобы не краснеть в переговорной на презентации.

Я прикрываю дверь на лоджию, где оборудовал себе небольшое уединенное рабочее место. В кухне окна панорамные, а в других комнатах —стандартные, и только в моей спальне есть где разгуляться. Я утеплил лоджию, когда приобрел эту квартиру, и сразу задумал сделать из нее подобие кабинета. Она достаточно просторная, поэтому вместила в себя мой огромный стол с кучей мониторов и удобное эргономичное компьютерное кресло, а также хорошее освещение по бокам, позволяющее мне не обращаться за помощью к окулисту.

Войдя на кухню, сразу направляюсь к холодильнику: жара стоит лютая, а сегодня переезжает моя соседка. Хочу сделать прохладный лимонад, чтобы утолить жажду всех тех, кто будет помогать ей в этом нелегком деле. Переезд насколько воодушевляет, настолько же и высасывает все силы.

Ссыпаю в большой графин весь лед из морозилки, нарезаю лимон и лайм — как дольками, так и кольцами, и, дополнив все это листьями мяты, топлю содержимое графина в паре литров воды.

Сделав себе кофе, только собираюсь присесть на диван с книгой, как раздается звонок мобильного.

Это Крис.

— Привет, — буднично здоровается моя соседка, — я могу начинать перевозить вещи?

— А почему нет? — недоумеваю. — Мы ведь условились о времени.

— Ну, вдруг тебе сейчас неудобно или планы изменились, — мнется она.

— Я бы предупредил тебя, — удивляюсь я. — У нас ведь что-то вроде деловых отношений. И я подхожу к ним со всей ответственностью. Надеюсь, ты тоже.

— Да я так, на всякий случай, — оправдывается. — Тогда… до встречи?

— До встречи, — кладу трубку.

***

Крис появляется спустя полчаса, отпирая дверь своим ключом. С приглушенным матом приземлив пару коробок на пол в прихожей, она оглядывается в поисках свободного пространства.

— Там таких много, так что… — она прикидывает варианты, — ничего, если я ненадолго заблокирую твой коридор?

— Как тебе удобно, — вскидываю вверх ладони. — Пусть грузчики потом перенесут все в комнату — я не против.

Присев на диван, все же открываю книгу. Кофе уже почти остыл, и я в три больших глотка приканчиваю бодрящий напиток.

Спустя минут пять дверь вновь открывается, являя мне соседку с новой порцией вещей.

Хмуро оглядываю заставленный коридор, а Крис снова несется вниз.

Что-то не понял юмора: она что, будет таскать все сама? Или грузчики заняты более тяжелыми предметами?

Ответом на мой вопрос служит очередное появление Крис с еще большим количеством коробок, которые она еле удерживает в руках.

Подхватив их из рук девушки и поставив на пол, я интересуюсь:

— Ты без помощников?

— Все норм, я справлюсь, — Крис шумно выдыхает, выпрямляя спину, бросает мне мимолетную дежурную улыбку и спешит на улицу.

Когда мне надоедает наблюдать за ее потугами в одиночестве перетащить в квартиру все самые тяжелые вещи на планете, я уверенно поднимаюсь на ноги и направляюсь вниз.

У подъезда стоит стандартная «газелька», доверху набитая коробками. Водитель и грузчики устроили расслабленный перекур на лавке рядом.

— Знал бы ты, сколько магазинчиков я обошла, клянча пустые коробки, — шутит Крис, сдувая со лба пряди волос, выбившиеся из скрученного на макушке пучка, и продолжая упорно нагружать себя этими самыми коробками.

Сама помощи не попросит. Готов поставить весь свой стартовый капитал.

Оглядев весь груз и решив, что схватить в первую очередь, натыкаюсь на недовольный взгляд соседки:

— Я сама, — упрямится Крис, взяв ровно то, на что изначально пал мой выбор.

Как же утомляют эти самостоятельные женщины. Самостоятельные там, где не надо.

— Дай сюда, — безапелляционно выхватываю тяжести из ее рук и молча направляюсь в квартиру. Хвала небесам — на лифте. Страшно представить муки переезда девчонки, если бы его тут не оказалось.

После нескольких таких спринтов меня начинает раздирать лютое раздражение от бездействия некоторых личностей.

— Парни, че стоим? — обращаюсь я к грузчикам. Чисто принципиально хочется доколебаться. — Ни разу не джентльмены?

— Им платить надо, — шипит на меня Крис.

— Ты, приятель, и сам прекрасно справляешься, — хмыкает один из них.

— Пиздец, — шокированно вздыхаю я. — Высокие деловые отношения.

— Как и у нас, вообще-то… — поджимает губы Крис. — Разве деловые отношения предполагают такую любезность? — сомнительно кривится она, бросая в меня шпильку.

— Ее предполагают любые отношения, где женщине нужна мужская сила, — безнадежно оглядываю девчонку.

Хотя кто знает, что за экземпляры попадаются ей по жизни? Быть может, и нет ничего удивительного в том, что она не ждет широких жестов от мужчин.

Подхватив одну из коробок — с книгами, судя по весу, — я направляюсь в квартиру. Случай весьма запущен, если она не может сказать просто человеческое «спасибо» и принять абсолютно бескорыстную и необходимую помощь.

Очевидно, что Крис не переспорить, поэтому она продолжает наравне со мной таскать коробки, а я лишь успеваю схватить те, что тяжелее. Вдвоем у нас уходит на это чуть больше часа. Массивной мебели у нее нет, поэтому, занеся в квартиру ее напольную лампу и стильное зеркало в пол, мы отпускаем грузчиков под аккомпанемент моего осуждающего бубнежа — пусть хоть немного, но подумают о своем мелочном поведении.

— Ты собиралась тащить это зеркало одна наверх? Серьезно? — с долей сомнения уточняю я.

— Нет, решила подарить грузчикам, — бурчит Крис. Она оглядывает меня усталым взглядом и добавляет: — Я ведь его и вниз спускала, Картинка.

— Кто? — на выдохе удивляюсь я.

— Картинка, — она обводит рукой меня с ног до головы, прислонившись бедром к столешнице.

— Считаешь, пришло время давать друг другу прозвища? — откровенно забавляюсь я. Вряд ли она способна выдумать такое, чтобы смогло задеть меня. Да и, судя по выбору, — не планировала.

— Тебе подходит, — с долей кокетства отмечает Крис. В глазах, что она стремится спрятать, пляшут шаловливые искорки, и она жует нижнюю губу в попытке сдержать улыбку.

— Неслыханная дерзость, — в шутку возмущаюсь я. — Вчера ты выглядела довольно милой.

— Мне нужно было снять жилье.

Вот лиса. Разумно.

Меня не напугать сарказмом и иронией, но внезапно становится интересно, что еще может выдать эта девчонка: какие грани своего характера раскроет, живя со мной бок о бок.

Решаю не продолжать пикировку, чтобы случайно не словить кайф, а начинаю перетаскивать коробки к ней в комнату.

Закончив с этим делом, Крис с облегчением выдыхает и направляется в душ. Я же, показав ей все в общих чертах в ванной комнате, иду на кухню, чтобы сварганить обед. Летом у меня особо нет аппетита, разве что после адской тренировки, поэтому я готовлю легкий салат и обжариваю куриное филе, предварительно щедро залив соусом терияки.

Крис появляется в поле зрения, как раз когда я заканчиваю приготовления. На ней длинная и до того растянутая мужская майка, что невольно вызывает улыбку — она явно не привыкла париться о своем внешнем виде дома. Длинные волосы потрясающего шоколадного оттенка каскадом лежат на плечах, оставляя на майке мокрые пятна. Следы от босых ног отпечатываются на темном паркете, пока Крис на цыпочках проносится к себе в комнату.

Разумеется, я, как гетеросексуальный и молодой парень, пристально разглядываю свою соседку. Разглядываю и нахожу весьма очаровательной.

Я осознанно согласился подселить к себе девчонку — умею выстраивать с ними и рабочие отношения, и дружеские, и все же объективно оценить соседку по достоинству мне ничего не мешает.

— Не хочешь перекусить? — повышаю голос, чтобы Крис услышала меня в комнате. Она тут же появляется в дверном проеме со стопкой вещей в руках. — Ты ведь еще не закупилась продуктами.

— Да, я как раз собиралась в магазин чуть позже, — отмахивается Крис.

— Тут хватит на двоих, — любезно приглашаю я за стол. — Приходи.

Обед проходит в неловком молчании. Пару раз я замечаю, как Крис порывается начать диалог, но все-таки не нарушает тишину.

Не понимаю, что я сделал не так, чем смутил ее.

Я рос в приличной, интеллигентной семье, где во мне взращивали лишь положительные качества: вежливость, деликатность, образованность, дабы уметь поддержать светскую беседу. Я хотел лишь проявить дружелюбие, но сейчас понимаю, что невольно навязал ей свое общество. Мысленно делаю себе пометку больше так не поступать.

Когда с обедом покончено, Крис буквально вырывает у меня губку для посуды, сообщив, мол, ты готовил — я помою. Протирает стол, споласкивает стаканы и внезапно застывает посреди кухни, как громом пораженная, глядя мне поверх плеча.

— Это что, кошка? — Крис округляет глаза, а я мысленно отвешиваю себе оплеуху, боковым зрением замечая движение по левую руку от себя.

— Твою мать… — бурчу еле слышно. Ну каков дебил… — Я надеюсь, у тебя нет аллергии?

— Где ты прятал это чудо? — Крис словно не слышит моего вопроса. Подойдя ближе, она, присев прямо на пол, принимается любовно наглаживать животное. — Какой приятный бонус — я люблю животных, — к моему облегчению, на ее лице сияет широкая улыбка.

— Что-то я продолбался, — удивляюсь сам себе. — Когда ты приходила, она спала в моей комнате, и я совсем забыл о ней рассказать.

— Какая же ты хорошенькая, — Крис так и ластится к животному. — Как ее зовут?

— Э-м-м… Котенок.

— А ты не заморачиваешься, да? — Крис удивленно сводит бровки к переносице, явно перебирая в своей голове более удачные прозвища.

Помню, как нашел ее рядом с лифтом — сама приблудилась или подкинул кто, я не стал выяснять. Просто сел рядом и, почесывая за ушком, пробормотал: «Что же с тобой делать, котенок?» Бросить ее я не смог, равно как и придумать годное прозвище. Котенок и котенок. Остановился на очевидном.

Пересказываю Крис кинематографичную историю обретения четвероногого друга, пока Котенок подставляет ей свой животик для ласк. Она у меня красивая — белоснежная длинная шерсть и разноцветные глаза: зеленый и голубой. Кошачья гетерохромия — самый настоящий балдеж. Для меня так точно.

— Какая ты нежная, — сюсюкает Крис, — красавица.

Котенок, взгромоздившись ей на колени, принимается звучно мурчать. Маленький теплый трактор.

Наличие животного в доме создает атмосферу уюта и тепла. На контрасте с моим вечным одиночеством это прямо ощущается: когда я приютил Котенка, стал больше осознавать это пространство.

Поначалу я не искал эмоциональных привязанностей, взял квартиру, рассудив все, скорее, с точки зрения рентабельности, но теперь, когда маленький хвостик встречает меня у порога, сидит над душой, пока я готовлю, и каждую ночь убаюкивает меня в кровати, это место определенно напоминает мне дом — такой, каким он и должен ощущаться.

Глава 3

ГЛАВА 3

КРИС

Льняная рубашка оливкового цвета, черный строгий сарафан на лямках и лоферы.

Достаточно презентабельно?

Я бы с радостью ходила на работу в пижаме, но, боюсь, меня не поймут.

Придирчиво оглядываю себя в зеркале, решая, не плюнуть ли на все и не надеть ли комфортный спортивный костюм. Мне очень идет деловой стиль, но хожу я так лишь на работу. Дома же мне хочется максимального комфорта и расслабления.

Зачастую я чувствую себя так паршиво, что любые джинсы, что рискнут впиться мне в живот, грозят оказаться на мусорке. Сколько бы они ни стоили.

Как же сложно иметь хоть сколько-нибудь лишних килограммов! Они не дают спокойно жить, не дают расслабиться.

В один момент, стоя перед зеркалом, я даже кажусь самой себе сексуальной кошечкой, которую есть за что пощупать, в другой же день, напротив, я мечтаю уморить себя голодом, чтобы не видеть ненавистных изъянов своего тела.

Мне кажется, в какой-то момент оно начало защищаться от нападок внешних раздражителей активнее, чем я сама, и с тех пор я так и не вернула идеальную, по общепринятым меркам, форму.

Мой психолог говорит, что я все еще не перестала защищаться, все еще борюсь: в каких-то случаях с окружающим миром, в каких-то — сама с собой, но суть одна — я не идеальна. А в довершение ко всему — поломана.

Всю неделю организм подготавливал меня к овуляции своими истериками, и я напоминала сама себе зловредную чихуахуа. Эти маленькие крысеныши невероятно кровожадные, и в худшие дни я похожа на них по всем параметрам.

Грустная, одинокая, недотраханная женщина.

Блеск.

Сколько я еще продержусь? Пару месяцев от силы?

Задвинув тревожность и раздражение подальше, я хватаю сумку и выхожу в прихожую. Для рефлексии есть сессии с психологом, а значит, сейчас не время копаться в себе.

Котенок развалилась на полу возле обувной полки, где максимально прохладно.

Присаживаюсь рядом и осторожно поглаживаю пушистую шерстку. Девочка она ласковая, поэтому тут же принимается мурчать и скрести коготками по полу.

Сегодня пятница, и, возможно, Матвей захочет привести домой девушку, а я хотела бы поснимать закат на набережной. Скорее всего, там и поужинаю, чтобы у него было больше времени.

Всю неделю я по привычке пряталась в своей комнате после работы, выходя лишь на кухню, чтобы поужинать. Но Матвей совсем не давил, давал мне время привыкнуть. Мне хочется как-то его отблагодарить, поэтому на выходных решаю приготовить что-нибудь особенное и устроить дружеский ужин.

Оставляю Матвею короткую записку о своих планах и свободном пространстве, и выбегаю в подъезд.

***

Офис встречает меня ароматами свежего кофе, смесью мужских и женских парфюмов и гулом голосов, желающих всем доброго утра.

Я работаю эйчаром в крупном банке — специалистом по управлению персоналом.

Эта работа досталась мне по счастливому стечению обстоятельств, в то время как сама я трудилась на другой должности — одной из тех, на которые сейчас подбираю кандидатов.

Мне нравятся мои обязанности, нравится коллектив и, больше всего, пожалуй, нравится оплата труда в нашем банке. Да, пусть уровень цен только растет, но нам не забывают своевременно проводить индексацию, а меня так еще и регулярно повышают по грейду.

Нажав на кнопку вызова лифта, оглядываюсь: в холл входит наш руководитель, как всегда, одетый с иголочки и по последнему слову моды.

Щегол 45+. Но надо отдать ему должное — выглядит он изумительно, и каждый в этом офисе точно знает причину.

— Сейчас снова скажет, точно тебе говорю, — шепчет подруге одна из работниц, — еще ни одного утра не пропустил.

— Коллеги, доброе утро, — здоровается шеф со всеми, — забываем о лифте и поднимаемся пешочком, — его глаза останавливаются на мне.

— Седьмой этаж же, — оправдываюсь я, заскакивая в прибывший лифт. Здесь пахнет свежестью и играет приятная музыка. Поправляю волосы, глядя в зеркало и прикидывая, когда нужно подкрасить корни.

Вчера — вот мой вердикт.

— Доброе утро, — здороваюсь, заходя в кабинет. Это просторный опенспейс квадратов сорок, где при необходимости можно перекинуться лично важной информацией, а при желании — спрятаться.

Мне несказанно повезло урвать себе место прямо у окна с цветущими зелеными растениями на подоконнике и видом на город — еще одна причина с удовольствием приходить на работу. Мыслями возвращаюсь в квартиру Матвея, а точнее — на его бесподобную лоджию. Что поделать? Эстет внутри меня ликует от того, как я со всех сторон устроилась.

— Добренькое, — наша самая жизнерадостная пташка Оля отзывается раньше всех. — Поставишь чайник на кухне, пожалуйста?

Неспешно начать день с кружечки кофе — святое для нашего отдела. Ни одно утро не начинается по-другому. У нас в отделе также есть традиция по очереди приносить какие-нибудь испеченные вкусняшки и угощать друг друга.

«Скоро моя очередь», — напоминаю себе сделать заметку.

Запустив комп и оставив вещи на рабочем месте, иду делать кофе. Кладу ланчбокс в холодильник: тут как, не взял с собой — остался без еды. Нет у меня пока вариантов обедать каждый день в кафе.

Наполнив кружки ароматным напитком, я возвращаюсь в кабинет.

— Угощайся, Кристин, — Таня указывает на небольшой столик недалеко от входа в кабинет, где мы всегда располагаем фрукты и угощения.

— Сама пекла? — уточняю я, кусая нежный блинчик с творогом и изюмом.

— Мама приехала, — многозначительно поясняет она.

— Вкусно, — облизываюсь я, положив себе еще один на блюдце.

— Мамины блинчики всегда вкусные, — хмыкает Оля и тоже встает, чтобы пойти на кухню за кофе.

Пока подгружаю нужные программы, доедаю свой завтрак и принимаюсь за дело.

Обязанностей за день много: первым делом нужно пройтись по рефералам, которые сегодня собеседуются с руководством, дальше — отправить координаты встречи и перечень необходимых документов для оформления новым кандидатам.

Когда с этим покончено, принимаюсь мониторить резюме на сайтах в поиске новых людей. После обзвона, на подходящих по критериям кандидатов завожу заявку в программе и заношу данные для формирования предстоящих встреч.

За работой время летит быстро, поэтому, пообедав и забрав корреспонденцию по поручению руководителя, я закругляюсь с активными действиями и, включив музыку в наушниках, просто делаю текстовую добивку, копаясь в таблицах и цифрах.

Сейчас конец месяца, поэтому я заполняю таблицу в Excel, указывая, скольких кандидатов в итоге оформили, для расчета KPI. Да, не сразу претендента на должность вызывают на ковер к начальству — каждый из них сперва проходит через меня. И пока осечек не было. Мной довольны.

Премия у меня всегда хорошая, потому что есть стимул. А также понимание внутрянки почти каждой вакансии, что дает мне возможность безошибочно определять в ходе собеседования, справится ли кандидат с этой работой или же нет.

В конце дня отправляю обновленные данные руководителю и выключаю комп.

Напоминаю себе, что надо бы купить хорошие очки для зрения, иначе песок в глазах пропишется на постоянку.

Подрубаю что потяжелее из музыки — стараюсь уважать окружающих и не включать такое на работе даже в наушниках — и, наслаждаясь рычанием и хрипами культовых рок-музыкантов, потихоньку иду в сторону набережной.

***

От ужина на набережной я решила отказаться, поэтому, взяв с собой прохладный домашний лимонад из киоска, принимаюсь щелкать на телефон красоту, едва добравшись до реки.

Передо мной предстала живописная набережная, окутанная мягким светом заката. Солнце, словно золотистый диск, медленно опускается к горизонту, окрашивая небо в теплые оттенки оранжевого и желтого. Его лучи отражаются на водной глади, создавая мерцающую дорожку, ведущую к горизонту.

Вдоль набережной выстроились изящные фонари, их силуэты четко вырисовываются на фоне закатного неба. Они словно стражи, охраняющие покой этого места. Вода спокойна, и ее поверхность отражает не только свет солнца, но и силуэты зданий на противоположном берегу.

На переднем плане видна мокрая от недавнего дождя плитка набережной, которая блестит в лучах заходящего солнца, создавая ощущение свежести и чистоты. Я быстро делаю фото, уловив в этом нежнейшую эстетику. Вдалеке виднеются силуэты современных зданий, которые контрастируют с природной красотой заката.

Я люблю воду. Рядом с ней я могу найти в себе мужество и мудрость, когда опускаются руки.

О моих слабостях знает лишь эта окружающая меня красота и тишина — они, мои поверенные, никогда не осудят.

Они за меня. Словно на моей стороне, когда бы я к ним ни обратилась.

Блестящий диск уплывает за горизонт и забирает с собой тепло этого дня. Даже летом у воды становится прохладно после заката, и я, обхватив голые плечи, покидаю набережную.

Решаю зайти в магазин за продуктами и приготовить что-нибудь вкусное, раз не стала задерживаться — так и хочется покружиться на шикарной кухне Матвея.

Всю неделю я жутко стеснялась и каждый вечер скрывалась в комнате, ограничиваясь бутербродами или снеками, но, пожалуй, хватит скромности — Мот вроде классный парень, и мы сможем подружиться, я считаю.

В корзину собираю все необходимые ингредиенты для ризотто, много овощей и зелени, любимый сыр, а также бутылку белого сухого вина — я примерно рассчитала премию и могу себя побаловать, зная, что закрою все траты на месяц.

Открыв квартиру своим ключом, захлопываю дверь чуть громче, чем обычно. На случай, если Матвей не один, обозначаю свое присутствие громкими шагами и шуршанием пакетов, но на пороге кухни останавливаюсь, увидев хозяина: он, судя по всему, решил вместо горячей девчонки сегодня отодрать кухню.

— Привет, — оборачивается он мимоходом, снова сосредотачивая внимание на духовом шкафу. — Ты же не сюда собралась? — кивком указывает он на него.

— Не-а, сегодня готовлю ризотто. На тебя сделать порцию? — предлагаю тут же. — Ты еще не успел поесть?

— Честно говоря, нет, — Матвей еще раз оглядывает внутренности духовки на предмет жирных разводов, после чего выпрямляется в полный рост с тряпкой в руках. — Не составит труда?

— Абсолютно, — с готовностью отвечаю. — Тем более ты кормил меня на прошлых выходных.

Матвей с интересом наблюдает, как постепенно кухонный островок наполняют продукты. Он задумчиво разглядывает тонны сыра: разнообразие пестрит множеством сортов от чечила до адыгейского сыра, и внезапно усмехается:

— Раньше у меня в доме жила только кошка, а теперь я поселил у себя еще и мышь.

— Боже, остановись, а то я еще смеяться начну, — шутливо закатываю глаза.

Матвей забирает второй пакет и раскладывает покупки в холодильнике.

Как будто так и надо.

Я не против, совершенно, однако это ощущается слишком уютно, совсем непривычно и немного волнительно.

Как сильно должна поехать крыша, чтобы начать трепетать от разбора пакетов на кухне?

Видимо, сильно. Без надежды на торможение.

— Я подумал, ты уже в клубе с девчонками, — прощупывает почву Мот. — Написала, что будешь поздно.

— Извини, я не вовремя? — застываю со штопором в руках — люблю готовить с винишком.

— О чем ты? — сводит он брови к переносице. — Лед? — предлагает, указывая на бокал в моих руках.

— Я подумала, вдруг у тебя гостья, — прикусив нижнюю губу, опускаю взгляд на свои руки. Проворачиваю штопор и вытаскиваю пробку.

Матвей забирает у меня бутылку, бросает кубики льда в бокал и наливает мне щедрую порцию.

— Давай договоримся не приводить домой посторонних? — вдруг отсекает он. — Я и сам придерживаюсь этого правила. Если у тебя появится постоянный молодой человек, я ни в коем случае не буду препятствовать вашим встречам, — он поднимает руки в примирительном жесте, — а пока хотел бы избежать любых неприятностей, что может устроить незнакомец. Или незнакомка. Оно того не стоит.

— Ну ни хера себе, — шокированно гляжу на него. — Ты правильный! Так вообще бывает?

— Не вижу сложностей соблюсти подобное соглашение. Встречу можно провести и на другой территории, — замечает он.

Делаю глоток прохладного вина и исподлобья оглядываю парня: у Матвея модельные черты лица. Четко очерченная линия челюсти, острый подбородок, прямой, чуть заостренный нос, впалые скулы и невероятно манящие пухлые губы.

Небрежно уложенные волосы, еще влажные после душа, чуть спадают на лоб.

Тело Матвея я уже имела удовольствие лицезреть и скажу так: я фотографировала многих мужчин, но чтобы такую роскошь…

Я чуть не ослепла, когда он снял с себя мокрую майку, и, помоги мне боже сохранить зрение, если он еще хоть раз проделает такое при мне.

Естественно, такой умопомрачительный мужчина может назначить встречу где угодно. Хоть в подворотне. Мне кажется, что любая будет согласна подставить задницу даже там.

Прогоняя скабрезные мысли, топлю в сотейнике сливочное масло. Грибы уже обжарились, поэтому выкладываю в сотейник мелко нарезанный лук и обжариваю его до мягкости.

Матвей ставит на стол приборы, подготавливая пространство к ужину. Добавляю рис, помешиваю, а спустя пару минут вливаю вино.

— Чеснок? — уточняю я просто на всякий случай.

— Рассматриваешь поцелуи этим вечером? — внезапный флирт со стороны Матвея заставляет внутренности сладко сжаться от удовольствия. Но я держу лицо.

— Я уже говорила тебе, что ты не смешно шутишь? — мой голос сочится иронией.

— Да брось. Расслабь щечки, — тычет пальцем в мои щеки Матвей.

Скорее всего, это перебор, но уж больно я люблю эти игры, чтобы прерываться.

— Я тебе сейчас палец откушу, — монотонно произношу я.

Улыбается широко, но руку от лица не отнимает, зараза.

Считай зеленый свет.

Секунда — и я, клацнув зубами, бросаюсь в атаку как дикая кошка. Гоню Матвея по комнате, а он заливисто смеется.

Пожалуй, мысли о том, что нам будет комфортно вместе, были преуменьшением века.

Глава 4

ГЛАВА 4

МАТВЕЙ

Утро будит меня прохладой, пробивающейся сквозь открытые окна моей комнаты. Вчера глотнул немного вина у Крис за ужином, поэтому решил обеспечить себе бодрячок с утра.

Забавная девчонка. Мне пришлась по душе ее компания, и совершенно не смущало ее присутствие всю неделю. Наоборот: как будто так всегда и было.

Сонно потянувшись, зевнув и мысленно посылая ко всем чертям долбаный режим, я все же заставляю себя сползти с кровати, чтобы отправиться на пробежку — с моей сидячей работой нужна хоть какая-то активность.

Наскоро почистив зубы и облачившись в термо, а поверх него в спортивные шорты с майкой, я направляюсь в парк неподалеку.

Кто-то может бегать вдоль проезжей части, вокруг дома или на беговой дорожке — я тоже могу, чего уж там. Но предпочитаю каждое утро направляться в живописное место, чтобы не только прокачать силу воли, но и насладиться видом.

В наушниках херачит Kean Dysso, создавая настроение и даря нужную мотивацию.

Нет ничего в этом мире, что не могла бы исправить музыка!

Бегу привычных пять километров под аккомпанемент басов в ушах, настраиваясь на день и поэтапно накидывая план дел.

По большей части я, конечно, собираюсь деградировать на диване, пережив такую насыщенную на события неделю. Возможно, немного поработаю над логотипом своей проги, но это если словлю вдохновение.

Пока не ловил, я все же больше технарь. Знаю, что инвесторы могут навязать свое видение, если заинтересуются проектом, однако на презентации логотип представлять мне придется — а вдруг оставят без доработок?

Стас обещал показать батяне мою идею — я даже попросить не успел, поэтому, чем скорее завершу «обертку», тем быстрее смогу представить свой проект.

Потный, довольный и, наконец, взбодрившийся, я поднимаюсь в квартиру и сразу же направляюсь в душ.

Закончив водные процедуры, побрившись и водрузив на глаза очки, варю себе кофе и принимаюсь за работу.

Открываю все сразу — Canva, Turbologo, Kandinsky — в надежде, что разберусь хоть с одной из программ. Признаю честно, заниматься этим не хочется от слова совсем, но делегировать некому: я не знаком ни с одним художником.

— Зачем ты протягиваешь такую длинную линию? — голос Крис неожиданно врывается в мое сознание, заставляя вздрогнуть.

Когда она проснулась? Я даже не заметил ее появления, поглощенный мыслями.

— Если честно, сам не знаю, — вздыхаю я обреченно. — Просто пробую.

На картинке мне что-то однозначно мешает.

— Что пробуешь? — Крис с интересом наблюдает за моими попытками.

— Создать логотип, — рассказываю я.

— Слишком громоздко, — хмурится она, разглядывая экран. — Нужно больше воздуха. Шрифт меньше. Фон светлее.

Она так быстро накидывает, что хотелось бы записать.

— А ты сечешь в этом? — с надеждой поворачиваюсь к ней.

— Фотографирую в свободное время, — кивает она. — И лого с обложками делаю на заказ.

— Заказываю! — радостно выдыхаю я. — Боже, ты спасла этот день!

Крис мило хмыкает и, качнув головой, собирает волосы в незатейливый пучок.

— Мне потребуется немного контекста, — командует она, выгоняя меня из-за стола и усаживаясь на мое место.

Рассказываю Крис самую суть своего приложения, озвучиваю название и терпеливо жду, пока в ее голове запустятся мыслительные процессы. Очень интересно увидеть, действительно ли она понимает, что делает, и смогу ли я представлять проект с ее обложкой.

Крис требуется совсем немного времени, чтобы набросать основу логотипа. Между делом она рассказывает, что если он должен засветиться в сфере медицины, то должен быть максимально простым, но смотреться дорого и стильно.

Такой у нее и получается, и я в восторге разеваю рот, соглашаясь с ее видением.

— Мне нужно еще немного докрутить идею, — Крис выпрямляет затекшую спину и потягивается. — Я планировала сделать уборку и позаниматься, но к вечеру уже смогу отдать тебе готовый вариант.

— Это будет идеально, — с облегчением признаю я. То, что она уже придумала, мне определенно нравится. — Можешь не спешить — я закладывал на это все выходные.

***

Кажется, если в меня попадает еще один кусочек пиццы, то я лопну. Но остановиться невозможно, ведь это так вкусно!

Чтобы наесться вредной еды, у меня отведены отдельные часы, поэтому в них я стараюсь впихнуть все возможное. Крис предоставила мне повод без зазрения совести расслабиться и разложиться у телека.

Боже, помоги мне хотя бы дышать под грузом этих трансжиров!

Крис то и дело бегает в ванную смочить тряпку или набрать воды: прежде чем начать уборку в своей комнате, она тщательно вымыла коридор и протерла всю пыль с обувницы, из-за чего мне жутко неловко.

С другой же стороны, я вчера так отпидорил всю кухню, что блестела каждая поверхность. Ей досталось меньшее из зол.

Когда глаза мои уже начинают прикрываться от сладкой неги в тепле солнечных лучей, льющихся через окно, позади меня снова открывается дверь. На этот раз Крис не несется в ванную и не шумит инвентарем, а тихо подходит ко мне.

— Можно присесть к тебе? — без своей привычной дерзости спрашивает она. — Хочу проветрить в комнате.

— Конечно, падай, — киваю я с вежливой улыбкой.

Это первый раз, когда Крис собирается провести со мной время на общей территории, кроме кухни. Обычно она либо на работе, либо закрывается в своей комнате.

Крис усаживается на противоположной стороне дивана, а Котенок, трогательно замяукав во сне, меняет положение.

На экране «Унесенные призраками» — то, что нужно для уютной посиделки с пиццей на выходных. Кто-то любит смотреть боевики или UFC, а я лично предпочитаю классику аниме, вроде «Ходячего замка».

— Голодная? — киваю на журнальный столик перед нами, заставленный дрянной жирной едой. Начиная с вечера пятницы я отказываюсь готовить, и моей священной и нерушимой традицией являются вредная еда и алкоголь, с компанией или же без нее. — Угощайся.

Крис, мимолетно улыбнувшись, выбирает картошку фри с сырным соусом. Попробовав первую, шумно вздыхает и направляется на кухню. Вернувшись с солонкой в руках, она щедро посыпает свою порцию солью.

Когда на экране Хаку начинает кормить Тихиро волшебными пирожками, надеясь остановить поток слез, Крис рядом грустно всхлипывает.

Я не тупой, неопытным меня тоже назвать нельзя: у девчонки месячные, либо ПМС. Ей хочется разделить паршивое состояние с кем-то, отвлечься от дерьмовой физиологии.

— Больше нравится он в человеческом обличии или когда превращается в дракона? — завожу разговор.

Крис поворачивается ко мне всем телом и возмущенно испепеляет взглядом.

— Как вообще можно выбирать? — ее шок забавляет меня, даже отчасти вызывает умиление. — Заверните мне все и сразу!

Хмыкнув с понимающим кивком, поворачиваю голову обратно к экрану, когда слышу тихое:

— Но на заставке у меня почти год стоял дракон… Он — моя первая детская любовь, прикинь? — Крис стыдливо прикрывает лицо руками. — Все девочки в школе тащились от диснеевских принцев, а я от дракона, — приглушенный голос слышится из-под ладоней.

— А чего от них тащиться? — хмыкаю. — Чуть ли не каждая принцесса Диснея сама спасала и себя, и его, и страну, если придется…

Крис отмирает и бросает на меня недоверчивый взгляд из-под нахмуренных бровей.

— Тебя, должно быть, мучала младшая сестра, раз ты так хорошо осведомлен, — предполагает она, а меня прошибает горячая волна с ног до головы.

Я так давно не вспоминал. Старался вообще не думать, чтобы снова не погружаться в самобичевание.

— У меня… брат, — сглатываю я неприятную горечь во рту. Организм будто противится этому факту, считая меня недостойным даже упоминания о нем. — Я просто очень любил мультики, — пожимаю плечами, стараясь восстановить душевное равновесие.

Мысли о Богдане никогда, наверное, не перестанут задевать все живое внутри меня.

— Это в любом случае круто, — одобрительно кивает Крис. — Не с каждым парнем можно подискутировать о мультяшных принцессах, — улыбается она.

— Сексизм, — устало бормочу я, вздыхая и принимая сидячее положение. Котенок, недовольно мяукнув, перебирается на сторону Крис и, с довольным мурчанием, растягивается вдоль ее бедра.

— Моя девочка, — принимается сюсюкать Крис, поглаживая кошку и почесывая за ушком, — моя ласковая.

Котенок на удивление контактная. Видимо, натерпелась в начале жизненного пути: голодная, холодная и без человеческого тепла и заботы.

Но она ластится не ко всем, поэтому я каждый раз умиляюсь взаимодействию девчонок. Крис порой так же напоминает мне котенка.

— А ты что обычно любишь смотреть?

— Боевики, катастрофы… — перечисляет она, — люблю быть ко всему готовой, люблю знать, как выжить в любой ситуации…

Я удивленно приподнимаю брови.

— А ты нет?

— В армии служил, в школе в походы ходил. Представление имею. Господи, ты ведь девочка, зачем тебе?

— Вряд ли в этой жизни можно на кого-то рассчитывать, — немного грустно замечает она.

Резонно, однако романтик во мне еще трепыхается в предсмертных конвульсиях, готовый побороться за свой последний шанс.

На такие темы я предпочитаю не спорить. Пофилософствовать — да, но такую девушку, как Крис, важно убеждать в обратном действиями, а не доказывать на словах — явно слишком сильно обожглась когда-то. И кто я такой, чтоб этим заниматься — всего лишь сосед по квартире, максимум — приятель.

Надеюсь, когда-то ей повезет встретить мужчину, который сможет о ней позаботиться.

Глава 5

ГЛАВА 5

КРИС

Почти всю неделю дождь льет как из ведра. Мне пришлось внепланово раскошелиться на такси, потому что общественный транспорт проносился мимо остановок, набитый до отказа.

Спустя пару дней систематических опозданий я это поняла и залезла-таки на запасной счет. Делать нечего. Но нужно будет вернуть туда каждый потраченный рубль.

Заказ Матвея внепланово пополнил мне баланс, но эти деньги тут же ушли на досрочное погашение кредита за обучение. Что они были, что не были — я их не ощутила.

Когда-нибудь открою дорогое шампанское, избавившись от всех своих долгов, и отмечу это как полагается!

А сегодня буду отмечать встречу с другом.

Ник приехал за оставшимися в камере хранения вещами и только на один день, ведь теперь он занятой и успешный арт-директор в рекламном агентстве. Он так долго мечтал попасть в эту компанию, столько вечеров мы провели в обсуждениях вакансий и обязанностей, проектов и перспектив, что у меня сложилось ощущение, будто он уже ее часть. Поэтому, узнав, что он получил работу мечты, я как-то даже не удивилась.

Мы договорились летать друг к другу на дни рождения, праздники, важные события и обязательно присутствовать на свадьбах друг друга, хотя мне кажется, что только он и вступит в брак.

Для меня брак — это нечто большее. Не про что-то общепринятое. И у меня нет цели выйти замуж, пока мужчина с лютой одержимостью не захочет присвоить меня себе таким способом, чтобы с непомерной гордостью говорить людям: «Это моя жена!». Чтобы упиваться данным фактом и всячески оберегать этот статус.

Так всегда было у родителей. Еще будучи подростком, я замечала, как папа смотрит на маму, как ухаживает за ней и сдувает пылинки.

В любой компании только и было слышно: «У меня лучшая жена на свете», «Сначала мы обсудим это с женой», «Моя жена делает меня самым счастливым».

И я наивно полагала, что так у всех. Что любовь в этом мире на первом месте. Однако мои розовые очки звонко разбились о реальность. Их осколки разодрали мне всю душу, превратив меня из романтичной девушки в циничную суку.

Так и живем.

***

Встречаю Ника в аэропорту, держа в руках дурацкую табличку с надписью «Возвращение блудного попугая» и яркой птицей рядом с буквами.

Нарисовать такой арт для меня не составило большого труда — я люблю выражать свои чувства через творчество, а распечатать и заламинировать еще проще.

Завидев творение в моих руках, Ник расплывается в улыбке и ускоряет шаг, чтобы быстрее сократить расстояние и сгрести меня в свои медвежьи объятия.

— Всего месяц прошел, а посмотри, как я соскучился! — все еще держа меня в объятиях, Ник раскачивается из стороны в сторону.

— Для меня там случайно работенки не найдется? — бурчу я, уткнувшись в его ключицу и вдыхая уже ставший родным аромат его парфюма. Запах немного не мой, но за долгие годы совместной жизни я настолько привыкла, что пересмотрела свои категоричные вкусы.

— Мог бы найти, — отвечает Ник, — но мне придется на тебе жениться, если мы продолжим жить вместе, — усмехается он.

— Так вот почему ты съехал! — вздыхаю расстроенно.

— Именно.

Небольшой прецедент несколько лет назад очень хорошо дал нам понять, что наша близость именно дружеская. Даже родственная в какой-то мере.

Ник очень привлекателен и раскован, много шутит, что я всегда ценила, а уж его прекрасное тело точно не дает девчонкам шанса на раздумья.

Однако нам всегда чего-то не хватало.

Я много думала о нас. Знаю, и он тоже.

Но мы несовместимы на каком-то примитивном уровне. Оба это почувствовали, но решили в этом не разбираться.

Сейчас мы можем безопасно двусмысленно пофлиртовать без продолжения, что стало нашей негласной базой, наравне с подколками и шутливыми препирательствами «семейной пары».

— Ночуешь у меня? — интересуюсь я, пока Ник укладывает свою сумку в багажник такси.

— В отеле, — бросает он через плечо. — Но пьем мы у тебя.

— Естественно, — усмехаюсь.

— Поехали, заселюсь, и за бухлом — вечером врубаем режим «Отчаянные домохозяйки», — проигрывает бровями Ник. — Мне нужны все грязные подробности и каждая сплетня за время моего отсутствия.

Так, непринужденно болтая и обмениваясь дружескими тычками, мы приезжаем ко мне.

Присвистнув, Ник с восторгом оглядывает квартиру, одобрительно кивая и поддерживая мой выбор.

— А хозяин не бедствует, — замечает он, разбирая пакеты с покупками. — Зачем тогда ему сосед?

— Матвей рассказал, что вложил деньги в свой стартап, а эта квартира в ипотеке. Поэтому он и заимел соседа — чтобы гарантировать ее оплату, — поясняю я.

Достаю тарелки, которые нам понадобятся для вечера, и расставляю их на столе. В планах приготовить легкие закуски и налопаться вредных снеков.

С Ником я никогда не стесняюсь своих слабостей.

— «Заимел» — звучит охеренно, — он игриво прикусывает нижнюю губу, стреляя в меня внимательным взглядом.

— Уймись, а, монстр-трах, — цокаю я.

— Что, ни разу? — округляет он глаза.

— Да с чего бы? — возмущаюсь я.

— Тебе не грустно просыпаться без мужской руки на своей жопе? — морщится он, переживая отсутствие моей личной жизни.

— Ник, хватит. Я не ищу мужика, я ищу спокойствия, умиротворения…

— Гармонии и слияния с бесконечно-вечным, я помню, — заканчивает он за меня. — У тебя на лице печаль уже отпечаталась, детка. Черт, мне жаль, что из-за меня тебе пришлось переехать, — виновато смотрит Ник.

— Брось. Мы знали, что рано или поздно так и будет, — напоминаю я. — Да и Матвей — идеальный сосед, если так подумать, — рассуждаю я.

— Почему ты не хочешь дать шанс тому типу, что с тобой работает? — между делом спрашивает Ник, разливая текилу по стопкам.

— Хочу, чтобы меня любили, а я вела себя как ебанутая, — честно признаюсь я.

— Ну ты уж совсем не охуевай, подруга, — возвращает меня на землю Ник. — И, знаешь, порой твое оказывается ближе, чем ты думаешь, — хитро говорит он, задумавшись о своем.

Ник включает колонку и выбирает плейлист для вечера. Я люблю, чтобы на фоне всегда звучала музыка — что бы я ни делала, где бы ни находилась, музыка постоянно сопровождает меня, даря вдохновение, успокоение и свежий взгляд на многие вещи.

Я абсолютный меломан: могу слушать классику и тут же подрубить металкор, если душа того потребует. В моих сборниках Шаде перемешана с Эминемом, а Бон Джови — с Синатрой.

Сейчас же Ник ставит на фон ретродискотеку — и это лучшее решение для наших посиделок.

— Убирай текилу, — указываю на бутылку, — она приветственная.

— Джин? — Ник знает мой вкус в напитках.

— Ага.

— Тогда погнали, — он увеличивает громкость, — вечеринка объявляется открытой. Ник чокается своей стопкой со мной, начиная ерзать от долгого сидения на месте. Рядом с ним заяц из рекламы батареек «Дюрасел» нервно курит в сторонке.

Краем уха слышу, как оживает мой телефон, брошенный где-то на диване.

— Стой, стой, — шикаю на Ника, чтобы убавил музыку, — сосед звонит.

Отдышавшись, отвечаю на звонок.

— Крис, привет. Ты дома или гуляешь где? — с ходу интересуется Матвей.

— Не, не гуляю. Дома. А что?

— Можешь зайти, пожалуйста, в мою комнату? Посмотри, не оставил ли я на столе визитку?

Быстрым шагом направляюсь в комнату Матвея, включаю свет и, ступая по мягкому ковру, с интересом оглядываюсь, ведь оказалась на его территории впервые.

Мой взгляд утыкается в яркий триптих с персонажами аниме, висящий над кроватью. На темно-сером покрывале, среди зеленых подушек мирно дрыхнет Котенок. В комнате светло и уютно. Быть может, потому что она довольно светлая, несмотря на серые стены, или из-за книг и маленьких зеленых растений, расставленных по полкам. Так или иначе, она выглядит очень живой.

Большой черный стол я вижу на примыкающей к комнате лоджии. Визитку вижу не сразу поэтому, плюхаясь в удобное геймерское кресло, успеваю оценить огромный монитор и клавиатуру с яркой подсветкой. Нахожу то, что ищу, прямо рядом с ней, о чем и сообщаю Матвею.

— Сфоткай, пожалуйста, и скинь мне, — просит он, — забыл впопыхах.

— Без проблем, секунду.

Отправляю снимок ему и сообщаю, что у меня в гостях друг.

— Друг — друг? — уточняет Мот. — Или ты, засранка, правила соблюдать не собираешься? — веселится он.

— Ты больше нравишься мне с закрытым ртом, Картинка, — вздыхаю я.

— Приятно, что даже не используя свой умелый рот в полной мере, произвожу на тебя такое впечатление, — не остается в долгу Матвей. — Спасибо за помощь.

Он кладет трубку, а я расплываюсь в идиотской довольной улыбке.

Мы с ним определенно говорим на одном языке.

Котенок потягивается на кровати и, широко зевнув, спрыгивает на пол.

Вернувшись на кухню и расположившись удобно на барном стуле, подзываю ее к себе, чтобы получить вечернюю дозу нежностей.

— Боже, какая лапочка, — Ник бросается к нам и принимается медленно почесывать Котенка за ушком. — Ничего себе! Какие глаза! — с благоговением шепчет он.

— Лучший бонус из возможных, — улыбаюсь я нежно.

Тихо мурлыча, Котенок подставляется под наши ласки, выгибаясь дугой и поворачиваясь то ко мне, то к Нику.

Скармливаю ей кусочек сыра, а Ника прошу насыпать ей специальный корм, чтобы полноценно накормить.

— Я потек, Крис, — Ник пялится на кошку влюбленным взглядом и глупо улыбается.

— Матвей ее маленькой подобрал, — рассказываю я.

— Богатый, умный парень со вкусом, да еще и добрый, — недоверчиво хмурится друг. — Урод что ли?

— Я прозвала его «Картинка», — довольно щурюсь я, сморщив носик.

— И пресс кубиками? — спрашивает Ник.

— И пресс кубиками, — киваю в ответ.

— То есть, имея под рукой все это великолепие, ты ходишь по дому в этом тряпье? — охает он, указывая на мою растянутую майку и шорты.

— Я вырву тебе язык и пришью к заднице, — предупреждаю я.

— Где твоя женская энергия, детка, когда она так нужна? — возмущается Ник.

— В отпуске, — пожимаю плечами.

— А ну-ка подъем, — велит он тут же.

— Не хочу. Я устала, — ною я, сползая по спинке стула.

— Тверк. Сию же секунду. Иначе выложу ту фотку, где ты уснула в позе лягушки, — угрожающе шепчет Ник, наставляя на меня палец.

— Грязно играешь, — недовольно поджимаю губы.

— Зато действенно, — победоносно улыбается он, хлопая меня по заднице.

Глава 6

ГЛАВА 6

МАТВЕЙ

Вхожу в квартиру и застываю на месте: в центре гостиной под Kean Dysso Крис трясет задницей с каким-то холеным пацаном.

Завидев меня, они резко останавливаются, поставив умную колонку на паузу, а я вопросительно изгибаю брови, глядя прямо в глаза бесстыдно счастливой девчонке, проговаривая про себя, но взглядом транслируя ей, мол: «Вот ты какая можешь быть, оказывается?»

Сразу видно, что они близки. Ей комфортно рядом с ним.

Крис сжимает губы в тонкую линию в надежде сдержать смех, но тут ее друг пару раз тверкает в гробовой тишине квартиры, пытаясь разрядить обстановку, и эмоциональные барьеры рушатся, заставляя нас согнуться пополам от смеха.

Отсмеявшись, протягиваю руку:

— Матвей, — представляюсь я. — Неплохо танцуешь, — ухмыльнувшись, перемещаю взгляд на Крис, — вы оба.

— Ник, — расслабленно отвечает парень. Он весь такой из себя попрыгунчик, но рукопожатие крепкое — мужское. — Моя бэсти терпеливо учила меня дважды в неделю, пока мы жили вместе.

— Так я у тебя не первый? — наигранно удивляюсь, обращаясь к Крис.

Сразу понимаю, что имеется в виду совместное проживание в качестве соседей. В их случае — даже друзей.

— Прости, Картинка, — игриво вздыхает она, — свою «соседскую» невинность я отдала другому мужчине.

Прохожу на кухню и бросаю в холодильник покупки.

Оглядываю пространство: на барной стойке чего только нет — сиропы, джин, тоник, лаймы и мята.

Прибухнуть и пуститься в пляс на кухне, не поехав при этом в клуб искать приключений на задницу, — в этом, видимо, вся Крис со своим хваленым благоразумием.

— Я буквально на пару минут, — обещаю я, решив дать им время на отдых и собирая себе ужин, — поем в своей комнате.

— Брось, — фыркает Крис, — это твоя квартира.

— Как и твоя. В некоторой мере, — перебиваю ее. — Отдыхайте.

— Ты нам никак не помешаешь, — заверяет она.

— Вообще! Оставайся с нами, чувак, — включается в беседу Никита. — Я с удовольствием послушаю твои жалобы на эту вредину.

— О, смотри-ка, — указываю на парня, самодовольно улыбаясь Крис, — у него аргументы получше будут.

— Ведешь себя как падла, — цокает она.

— Это флирт, детка, — откровенно ржет Ник, заставляя Крис закатить глаза, а меня довольно улыбнуться.

Я так и так сегодня собирался расслабиться — пятница. Неделя, хоть и пролетела незаметно, но только потому, что я всецело был занят работой. Поэтому с удовольствием принимаю приглашение ребят и присаживаюсь к ним за стол.

— Окей, что пьет леди? — оглядываюсь в поисках бокалов.

— Леди ежедневно пьет мужскую кровь, но в данный момент — джин с тоником, — продолжает стебаться Никита, — и я уже на разливе, — так и не дав мне поухаживать за Крис, он сам наливает всем выпивку.

Принимаю предложенный рокс джина с тоником и усаживаюсь напротив ребят.

— Так значит, ты теперь мою девочку танцуешь?

Поперхнувшись, начинаю захлебываться коктейлем.

— Не обращай внимания на этого кретина, — усмехается Крис и заряжает Нику смачный подзатыльник. — У него шутки уровня пятиклассника.

Тот даже бровью не ведет.

Ее взгляд застывает на менажнице с сырами и орехами, стоящей рядом с Ником.

— Хочу сулугуни, — надувает губы Крис, глядя на друга и часто моргая.

— Я этого делать не буду, — с подозрением смотрит он на нее, а я разражаюсь диким хохотом.

Если это их реальный стиль общения, то ребятам очень повезло найти друга.

Ник без умолку трещит о своей новой должности и квартире, что ему удалось снять на баснословную зарплату арт-директора. Приглашает нас на новогодние каникулы к себе, заманивая Крис экскурсией по Зимнему дворцу.

Спустя час, прилично набравшись, но не потеряв при этом достоинства, Ник вызывает такси, чтобы не проспать завтрашний рейс на самолет.

Видно, что Крис грустит, прощаясь с ним, но он настрого запрещает ей провожать его в аэропорту.

— Только встречать, — выдыхает он ей в макушку. — Только радоваться и улыбаться.

Меня внезапно очень трогает его бережное отношение к ней.

В наш век эгоизма и потребительства так редко можно встретить человека, готового «подуть на твою рану и заклеить пластырем». А когда все же вижу таких, жить хочется с удвоенной силой.

***

— Крис, — приоткрыв дверь, я тихо зову ее.

Девчонка не появляется уже пару дней, сидя затворницей в своей комнате. Может, она и выходит, когда меня нет, но мне стало малость тревожно. Не могу успокоиться, если что-то не контролирую. Сегодня понедельник, и я не видел, чтобы она собиралась на работу.

В комнате кромешная темнота. Ни звука. Даже дыхания не слышно. Меня изнутри пробирает холод, порождая какое-то неприятное предчувствие.

— Крис?

— Выйди отсюда, — едва слышно шепчет она. Голос ее неестественно спокойный. Тихий. Слабый.

— Не переживай, — хмыкаю я, — в твоей святая святых все равно темно, как в жопе у негра.

Подойдя к кровати, в которой лежит бесформенный кокон из одеял в виде моей соседки, я присаживаюсь на край. Присаживаюсь и замираю: чувство дежавю наполняет меня с ног до головы, как только я ощущаю исходящий от девчонки жар. Мне прикасаться не надо, чтобы понять, что она вся пылает.

— Дерьмо собачье, — выдыхаю я.

— Именно так я сейчас и выгляжу, — хрипит Крис, заставляя меня невольно улыбнуться, — поэтому сдрысни отсюда.

— Какие лекарства ты пила? — пропуская ее замечания мимо ушей, тут же перехожу к делу.

— Жаропонижающие.

— А противовирусные? Антибиотики?

— Че ты орешь-то? — морщится Крис, но я уже достаточно пригляделся к темноте, чтобы заметить.

— Прости, — сбавляю громкость. — Это я от нервов — вынести твой трупак из дома незамеченным вариантов у меня ноль.

— Положи меня в ванну и залей кислотой, — предлагает Крис. — Даже кости разъедает. Я в книжке читала.

Секунду мы молчим, после чего разражаемся диким смехом: я — раскатистым и звучным, она — хриплым и усталым.

— Ладно, дай помогу, — начинаю распутывать мумию рядом со мной. — Откуда у тебя столько одеял?

— Дай спокойно умереть, — ноет Крис. — Меня температура так не кошмарит, как ты.

— Надо переодеться и сделать холодные компрессы. Давай-ка привстанем.

Добравшись наконец сквозь слои ткани до самой Крис и приподняв край мокрой насквозь майки, я пробегаюсь пальцами по пояснице, оставляя на ней рой мурашек. Дойдя до середины спины, я в недоумении останавливаю пальцы на все еще голой коже.

Бляха-муха.

— Черт, я без лифчика, — выдыхает Крис мне в плечо.

— Я отвернусь, — взволнованно сглатываю ком в горле, словно девственник перед сексом.

Слышать, как в темной тишине красивая, хоть и больная, женщина снимает одежду, немного волнующе. Внезапно моего плеча невесомо касается женская грудь. С гребаной торчащей горошиной соска.

Словно с размаху хук влепили.

Вряд ли Крис сама осознала или почувствовала это прикосновение — ее шатает в разные стороны даже лежа, но я прочувствовал его до кончиков пальцев. Жарче, чем обычно, ведь это случилось так невинно.

— Матвей…

— М? — задумчиво отзываюсь я.

— Я потеряла чистую футболку.

Второй хук. Прямо в мозг.

— Ты издеваешься?

— Она где-то тут, среди одеял, — вздыхает Крис.

— Нахер столько одеял? — взвиваюсь я немедленно.

Все лучше, чем возбуждаться.

— Не бубни, Картинка, — монотонно отвечает Крис, словно и не сидит тут полуголая.

Пошарив рукой позади себя, психуя, снимаю свою — чистую.

— На, — протягиваю ей футболку, — дольше провозимся в этом гнезде.

Крис смешно хихикает, но майку мою надевает. Внезапно она притягивает ворот к носу и шумно втягивает воздух, блаженно выдыхая.

— Вкусно пахнешь, — жалобно скулит она, словно ей это доставляет дичайший дискомфорт, но, по ощущениям, это она сейчас разговаривает с моим членом.

— Скоро вернусь, — резко вскочив с кровати, я направляюсь в ванную намочить полотенце.

Встав перед зеркалом, замечаю свои позорного цвета розовые щеки.

— Блядь… — выдыхаю я ошеломленно. — Сука, соберись, Матвей!

Не знаю, что особенного в этом моменте, что меня так вштырило, но, наверное, это милая Крис. По-девичьи милая. Нежная. Слабая. Податливая.

Я ее такой ни разу не видел. И мне нравится ей помогать, нравится заботиться о ком-то.

Приведя себя в порядок и задвинув похотливые инстинкты подальше, я возвращаюсь к ней в комнату с холодным компрессом и противовирусным.

— Немножко потерпи, — прошу я, подготавливая ее к неприятным ощущениям.

Крис шипит, как кошка, когда на ее кожу ложится мокрое холодное полотенце.

— Понимаю теперь, почему в твоей кровати не бывает женщин, — беззлобно подтрунивает она, — так себе удовольствие.

— Я больных не трахаю, — замечаю я, прикладывая полотенце Крис ко лбу и оставляя там.

— Ауч, — поджимает она губы в попытке сдержать улыбку.

— Хватит болтать, — приказываю я. — Выпей, — протягиваю таблетку, и Крис быстро ее проглатывает, — поспишь, и должно полегчать.

— Ты не обязан со мной возиться.

— Знаю, но мне не сложно, — успокаиваю ее.

— Не будь таким хорошим — загрызут, — горько замечает Крис.

— Кто загрызет? Ты?

— Кто-нибудь найдется, — устало бормочет она.

— С «кем-нибудь» обещаю быть осторожным, — обещаю я, отмечая для себя, что она уже не в этом списке.

— Можешь подержать меня за руку? — спустя пару минут, когда я уже собираюсь выйти, тихо прикрыв за собой дверь, доносится до меня робкая просьба.

— За руку? — как дебил переспрашиваю. Хотя почему как?

— Да. Пока я не усну, — в ее голосе звенят слезы, разрывая в клочья все человеческое и мягкое внутри меня.

Возвращаюсь обратно к кровати и беру ее за руку, легонько сжимая ладонь. Провожу подушечкой большого пальца по коже, бессознательно рисуя на ней символы. Другой рукой стараюсь убрать спутанные пряди, что выбились из ее пучка. Боже, какая она горячая! Я ни за что не смогу оставить ее без присмотра с такой температурой.

— Крис, я здесь, — заверяю я. — Я тебя не оставлю.

— Все вы так говорите… — еле ворочая языком, бормочет она и тут же проваливается в глубокий сон.

Мне же сегодня, судя по всему, его не видать от слова совсем.

Глава 7

ГЛАВА 7

МАТВЕЙ

— Лех, ты меня знаешь, руби как есть всю правду, — напряженно вздыхаю я. — Не заинтересованы?

Я решил проветриться в этот пятничный вечер, предоставив Крис немного личного пространства. Она никуда не ходит на выходных, и ни за что не поверю, что не желает остаться в одиночестве хоть ненадолго, особенно когда валялась целую неделю больная в постели, стойко перенося мою навязчивую заботу.

Я прокатился по городу по делам, а теперь сижу в баре недалеко от дома, выслушивая доводы друга: отец Лехи имеет весьма неплохие связи и предложил навести мосты между мной и возможными инвесторами.

И всем хорошо: захотят работать — за меня поручится влиятельный человек, останутся равнодушны — не придется напрямую выслушивать их отказ.

— Господи, ты чего такой дерганый? — цокает Леха. — Приоритеты люди расставляют исходя из своих предпочтений. Отец говорит, сложно собрать всех за одним столом. Он готов передать презентацию проекта каждому, ты согласен? Я думаю, после просмотра они сами будут за тобой бегать.

— Я согласен, но хотел бы обозначить хоть приблизительный срок в обозримом будущем. Пока я нацелен на работу только с твоим отцом — терпеть не могу метаться, как шлюха, — напоминаю я другу.

— Он знает, — отвечает Леха. — Немного терпения.

Не моя добродетель от слова совсем. Терплю, но всегда из последних сил. Ненавижу ждать там, где можно решить все за пару минут.

Но решаю не я, и именно поэтому занимаюсь таким неблагодарным делом, как ожидание.

На черный день у меня сохранен список венчурных фондов и некоторых бизнес-ангелов — частных лиц, инвестирующих собственные средства в стартапы на ранних стадиях, но предпочту обратиться к ним при отсутствии других вариантов. Отец Лехи крутится в кругах с такими бабками, где даже один человек сможет выступить инвестором, и я предпочту такой вариант, чем собирать по миру всех неравнодушных.

Честолюбивый гордый мудак. Приятно познакомиться.

Условившись о деталях, прощаюсь с другом и обновляю рокс с содовой. Надо было кинуть тачку дома, так бы хоть выпил с кайфом.

С тоской гляжу на элитный вискарь на полках в баре и окидываю взглядом людей в измененном состоянии — они сейчас куда счастливее напряженного меня. Даже не пытаюсь угомонить тревожные мысли в голове — лучше прокрутить их все раз пятнадцать, чтобы иметь возможность отвлечься на что-то.

Или на кого-то.

Слева от меня замечаю компанию девчонок, одна из которых откровенно имеет меня своим заинтересованным взглядом.

Обреченно вздыхаю — даже уламывать не придется. И я не осуждаю, когда женщина знает, чего хочет, поверьте — конкретика меня возбуждает. Но, по большей части, в работе.

В отношениях с женщиной, даже краткосрочных, я бы предпочел быть заинтригованным. Догадываться о тайных желаниях. Добиваться. Заслужить такой взгляд. А иначе какая в нем ценность, если его могут подарить любому более или менее симпатичному парню при бабках?

Если отбросить все вышеперечисленное и не душнить, девчонка симпатичная и явно горит желанием продолжить со мной знакомство теперь уже через рот.

Отвечаю на ее взгляд и растягиваю губы в фирменной улыбке.

Подружки исчезают на танцполе, а она так и остается сидеть за баром, медленно попивая коктейль.

Прямой призыв к действию.

— Звала меня? — не вижу смысла ходить вокруг да около.

— Думаешь? — глаза незнакомки горят типичным женским бунтом вперемешку с восхищением моей дерзостью.

— Уверен. Чем тебя угостить? — присаживаюсь рядом с ней и подзываю бармена. — Обслужите девушку.

Бармен принимает заказ и начинает смешивать новый коктейль.

Оказавшись значительно ближе, принимаюсь разглядывать свою новую знакомую: милая, но накачанные губы портят впечатление, равно как и ряды наращенных ресниц.

На кой хрен девушки делают с собой это дерьмо?

Стараюсь абстрагироваться и приглядываюсь к цвету глаз — голубые. Волосы выкрашены в блонд, ухожены и тщательно уложены в прическу.

Как жаль, что после меня она будет безнадежно испорчена.

Девчонка без умолку болтает о девичнике подруги, забавно хихикает на мои шутки, будто бы невзначай прикасается ко мне. Она не спрашивает моего имени, я тоже не намерен интересоваться в ответ — так даже лучше.

— Не хочешь прокатиться? — решаю, что пора прекращать светскую беседу.

— Можем прямо здесь.

Поражен в самое сердце.

Шальная? Боится передумать? Или наглухо отбитая и беспринципная?

Девчонка искрит, словно электрический щиток, и, могу поклясться, если проверю, с нее будет нехило так капать.

А я проверю. Сегодня без разрядки никак: не выебу красотку, выебу свою голову. Выбор очевиден.

Девчонка прямо-таки раздевает меня, поедает голодным взглядом и скрещивает ноги, ерзая на стуле. Давно не трахалась или это я такой охуенный?

— Не терпится? — с жестокой ухмылкой я закрываю счет и хватаю за руку свое ночное приключение. Каждый раз в таких случаях чувствую, будто плачу за секс, но каждый раз продолжаю это делать.

Оплатив випку, прикрываю за нами дверь, и девчонка тут же опускается на колени.

Умничка. Натренированная.

Расчехлив меня ниже пояса, она целует головку и мягко кружит вокруг нее языком.

— Есть вариант без прелюдий? — предлагаю слегка раздраженно. В данной ситуации они для меня совершенно неуместны.

Блондинка порочно ухмыляется и тут же заглатывает член по самые гланды.

Давится, но впивается ногтями в мои ягодицы.

Ну просто кошка. Ненасытная.

— Да, малышка. Умница, — поглаживаю ее по голове, толкаясь еще глубже.

Девчонка разве что не урчит от похвалы, шире открывая рот и задействует язык. Ее нос утыкается мне в живот, а мокрый рот нализывает яйца.

Хочется туже. Жарче. Глубже.

— Давай-ка перейдем к делу, — дыхание слегка сбивается, когда она выпускает мой член изо рта. Стояк болезненно ноет от потери контакта.

Помогаю ей подняться и тут же раскладываю на столе: даже извиняться не буду — знающие люди в випках не едят.

Девчонка ерзает подо мной, жаждущая облегчения, и я, быстро стянув с нее трусики, вгоняю в ее влажную киску два пальца.

Слава богу, их хватает, чтобы ощутить жаркие стеночки — значит, не шлюха.

Она отчаянно стонет, бесстыдно насаживаясь на мою руку и, мне кажется, мы могли бы обойтись петтингом и отсосом просто чтобы кончить, но я хочу погрузить свой член в этот жар.

Сгибаю внутри нее пальцы, касаясь передней стенки, и нежно массирую изнутри, опустив большой палец ей на клитор. Хватает десяти секунд, и девчонка взрывается, впиваясь в мое предплечье ногтями.

Точно не шлюха. Не похоже, что секс ей приелся... Наслаждается.

Раскатав латекс по члену, без промедления погружаюсь в нее до упора. Глаза девчонки закатываются в другое измерение, а я самодовольно хмыкаю. Погоди, детка, я еще не старался.

Какой бы женщина ни была, они все хотят секса ради удовольствия, так же как и мы. Многие парни пользуются доступными девчонками только в качестве резиновой куклы.

Многие, но не я. Поэтому я собираюсь поработать над еще одним оргазмом для нее.

Джентльмен херов.

Совершаю нежные поступательные движения, выходя из нее почти полностью и снова входя до упора. Минута. Добавляю интенсивности и впиваюсь пальцами в бедра.

Слишком маленькая задница на мой вкус. У Крис вот крутая.

Бам.

С ноги в сознание врывается образ моей соседки, заставляя прикрыть глаза от неожиданного кайфа. Удовольствие простреливает весь позвоночник, посылая импульс в яйца, стоит мне представить подо мной именно ее. Моя фантазия работает на полную мощность, и я срываюсь с наработанной схемы: резко перевернув партнершу на живот, начинаю беспощадные толчки, вцепившись ей в корни волос.

Да, черт возьми. Так хорошо.

Свободной рукой хлещу незнакомку по заднице, отчего она отчаянно стонет и массирует мой член своими сокращениями.

Отлично, кончит и без нежностей.

Ускоряюсь, вбиваясь в нее на максималках до самых яиц, чувствуя приближение оргазма. Так быстро — мелькает в голове мысль, наравне с образом Крис. Я словно чувствую на подушечках пальцев ее мягкую кожу, по ощущениям пропускаю сейчас сквозь пальцы именно ее роскошные волосы.

Черт, как вштыривает. Даже голова кружится.

Сыплю шлепки на упругую попку соседки, мечтая зарыться у нее между ног, с наслаждением слизывая последствия ее оргазма.

Молниеносно кончаю, даже не успев осознать момента. В голову выстреливает небывалый кайф, и я издаю постыдный стон удовольствия. Протяжный, сквозь сбитое дыхание.

Обычно я лучше себя контролирую при случайных соитиях.

Замираю внутри незнакомки и, когда голова чуть проясняется, смачиваю пальцы слюной и, поместив их ей на клитор, быстро довожу до оргазма.

Отголоски ее удовольствия балуют мой член внутренними сокращениями, пока я крепко держу ее на мне.

Девчонка обессиленно шлепается на стол, а я с великой неохотой выхожу из ее тесноты.

Хорошая. И тем не менее, на разок.

— Детка, ты в норме? — нахально усмехаюсь я, дабы разрядить обстановку. Она что-то невразумительно мычит. — Водички заказать?

— Меня так еще никогда не трахали, — раздается надрывный шепот.

— Все бывает в первый раз, — в моем голосе сквозит снисхождение. — Впредь не соглашайся на меньшее.

Мы приводим себя в порядок в уютной тишине — мне нравится, что девчонка ко мне без ожиданий. Она выходит из випки, напоследок мазнув по мне восхищенным взглядом, и убегает к подружкам, а я направляюсь в уборную.

Несмотря на то, что я использовал защиту, член хочется сполоснуть с моющим средством.

С физической точки зрения я предельно расслаблен — вытрахал из себя все сексуальное напряжение и даже больше, но вот моральная составляющая… подсознательно я уже отхлестал себя по щекам за низкопробный выбор сексуальной партнерши.

Пацаны бы засмеяли.

Сполоснув руки от следов ее оргазма, я достаю и кручу в руках пачку «Парламента». Привычка добить случайный секс сигаретой, словить полноценный кайф, пошла еще с универа, когда я четко определился в своих предпочтениях.

Выхожу на парковку и подкуриваю. Цепляю взглядом свою тачку и думаю, что мог бы не платить за випку.

Хотя в тачке тесно. Интимно. Не для случайных потрахушек. Так что все правильно.

Что было неправильно, так это думать о Крис во время секса, но так чертовски хорошо. То, что нужно. Просто гребаная эйфория. Вот кого бы я отымел с удовольствием, но вынужден затолкать себе это желание глубоко и без вазелина. Если начну думать, то по новому кругу утону мыслями в ее образе.

Не в моих правилах посыпать голову пеплом после уже свершившихся действий, притом, что никому, кроме меня, они дискомфорта не причиняют. А с собой я договорюсь. Должен, по крайней мере.

Пожалуй, хватит на сегодня приключений. Нужно добраться до дома и подумать о новой стратегии продвижения.