Читать книгу: «Эхо иерархии»

Глава 1: Калибровка

– Твою мать, Алишер! – Мария отшвырнула нейроинтерфейс. – Я же просила откалибровать эту штуку! Опять боковые резонаторы сбоят!

День в отделе компьютерного моделирования АО "ЗАСЛОН" начался как обычно: с ругани и технических неполадок. Так было всю последнюю неделю – с тех пор как им спустили этот безумный проект.

– Мария Викторовна, это не калибровка, – спокойно отозвался невысокий казах, не отрывая взгляда от голографического мультиэкрана. – Это МФ РЛК «Заслон» так работает. Его алгоритмы адаптации шумят в боковых диапазонах.

– Ну так пофикси! – Мария сердито смахнула прядь седеющих волос. – У меня голова раскалывается от этого шума.

Алишер вздохнул, не оборачиваясь:

– Пофиксить можно, но тогда упадет чувствительность. Полноценный МФ РЛК – это вам не детская игрушка.

В лаборатории воцарилась тишина. Команда из пяти специалистов работала над проектом, который казался невыполнимым: создать цифровую модель интегрированной системы обнаружения и наведения нового поколения. Система должна была объединить радиолокационные комплексы, средства поражения и оптико-электронные системы в единый модульный организм.

Во главе команды стояла доктор технических наук Мария Островская. В свои пятьдесят два она оставалась признанным авторитетом в радиолокационных технологиях, хотя скверный характер и острый язык не делали её любимицей коллектива.

– Дмитрий, – обратилась она к молодому инженеру, нервно печатающему на голоклавиатуре, – где моделирование С-8ВЦ?

– Буквально пять минут, Мария Викторовна, – тот даже не поднял глаз. – Интеграция с оптикой ОЭС "Сфера" дает странные резонансы, приходится перестраивать всю модель.

– Пять минут у тебя было еще полчаса назад, – процедила Мария. – Что там с системой управления взрывателями?

– Штатно, – вместо Дмитрия ответил Семён, худощавый программист с тату квантового процессора на предплечье. – Умные взрыватели синхронизированы. Бинарное кодирование подтверждено.

Мария кивнула. Это была единственная хорошая новость за день. Она снова надела нейроинтерфейс, поморщившись от мгновенного шума в висках.

– Ладно, Алишер. Оставляй как есть. Будем работать с тем, что имеем.

Перед ней развернулась трехмерная проекция радиолокационного поля. Она вращала структуру, исследуя узлы и связи. Новый МФ РЛК "Заслон" был высшим достижением их предприятия – уникальный комплекс, способный интегрировать разнородные системы в единую сеть обнаружения и поражения.

– Что-то здесь не так, – пробормотала она, вглядываясь в схему взаимодействия подсистем. – В симуляции появляется временной лаг между обнаружением и активацией. Откуда он берется?

Алишер поднялся и встал рядом с ней, всматриваясь в голографическое изображение.

– Это может быть помеха от системы шифрования. Военные настояли на дополнительном слое защиты.

– Да какого черта! – внезапно взорвалась Мария. – Это же три лишних миллисекунды! За это время гиперзвуковая ракета пролетит километр!

– Зато нас не взломают, – ехидно заметил Семён.

– Толку от невзламываемой системы, которая опаздывает с реакцией?

Спор прервала открывшаяся дверь лаборатории. На пороге стоял высокий мужчина с военной выправкой, в штатском костюме, подчеркивающем атлетическую фигуру.

– Полковник Воронцов! – Мария поднялась, снимая нейроинтерфейс. – Мы вас не ждали раньше пятницы.

– Планы меняются, доктор Островская, – сухо ответил полковник, проходя внутрь. – Как продвигается проект?

– Мы прорабатываем интеграцию подсистем, – осторожно ответила Мария. – Есть сложности с временной синхронизацией и…

– Сколько времени нужно до полноценного прототипа? – перебил Воронцов.

– При текущих темпах, две-три недели.

Полковник нахмурился:

– У вас есть семьдесят два часа.

Команда переглянулась.

– Это невозможно, – возразила Мария. – Моделирование одной только системы взаимодействия НАР С-8 с ОЭС занимает минимум…

– Семьдесят два часа, – отчеканил Воронцов. – Верховный штаб принял решение о развертывании системы в зоне Т. Ситуация обострилась.

– Какая ситуация? О чем вы говорите? – Мария подошла вплотную к полковнику.

– Эту информацию вы получите после подписания дополнительного соглашения о неразглашении. – Воронцов протянул ей планшет. – Все члены команды должны подписать. Немедленно.

Мария взяла планшет, пробежалась глазами по тексту. Ее лицо медленно меняло выражение с раздражения на озабоченность.

– Семьдесят два часа, – повторила она. – Мы сделаем всё возможное, но должны понимать, с чем имеем дело.

Воронцов кивнул:

– Подписи – и я введу вас в курс дела.

Через пятнадцать минут, когда все подписи были собраны, полковник активировал на стене помещения защитный экран от прослушивания. Голографическая завеса мягко опустилась, изолируя комнату.

– То, что я скажу, не покидает этих стен, – начал он. – Три недели назад наши глубоководные сенсоры зафиксировали аномальную активность на дне Марианской впадины. Сначала мы приняли это за геологическую аномалию, но последующий анализ показал: это техногенная активность.

– Подводный комплекс другой страны? – спросил Дмитрий.

Воронцов покачал головой:

– Нет. Насколько нам известно, ни одна страна не обладает технологиями для длительной работы на такой глубине. Более того, – он сделал паузу, – наши датчики зарегистрировали использование неизвестных материалов и энергетических сигнатур.

В лаборатории повисла тишина.

– Вы хотите сказать… – начала Мария.

– Я ничего не хочу сказать, – отрезал Воронцов. – Я констатирую факт: на дне океана активен объект неизвестного происхождения и назначения. Он излучает сигналы, которые нарушают работу наших гидроакустических систем. За последние двое суток активность увеличилась на 300%. Мы прогнозируем, что в ближайшие трое суток этот объект может… измениться.

– Измениться? – переспросил Алишер. – Как именно?

– Наши аналитики предполагают два сценария: либо это некий аппарат, который завершает фазу подготовки и перейдет к активным действиям, либо… это биологический организм, который проходит метаморфозу.

В комнате воцарилась напряженная тишина.

– И при чем тут наш проект? – наконец спросила Мария.

– Верховный штаб принял решение разместить интегрированную систему обнаружения и поражения на борту глубоководного аппарата. Операция получила название "Шторм". Необходимо создать глубоководный аналог вашего МФ РЛК "Заслон" с интегрированными средствами поражения. Аппарат опустится к объекту, проведет детальное сканирование и, в случае необходимости, нейтрализует угрозу.

– Наша система не рассчитана на работу в таких условиях! – воскликнула Мария. – Давление, соленая вода, искажения сигналов…

– Именно поэтому вам нужно адаптировать её. Семьдесят два часа, доктор Островская. Ни часом больше.