Читать книгу: «Чудо»

Предисловие

Канун Нового года. Папа на кухне, печёт новогодний торт по семейному рецепту, а мама рисует на окнах символы наступающего года – котиков и зайчиков. Атмосфера волшебства слышна всюду… даже в детской, хотя её обитатели давно выросли. Стас лежит на диване, умиротворённо листает любимую книгу детства; как приятно погрузиться в тёплые воспоминания! В двадцать девять, наверное, любой человек просто обязан быть взрослым и самостоятельным, но иногда нужно вспомнить беззаботное время добрых сказок, интересных приключений, и грёз о будущем.

А вот Лу с собственным детством так и не расстался: девятнадцать ему только по дате рождения, зато, как любит ворчать его старший брат, ведёт себя на все десять. Сейчас он отвернулся от компьютера, и хитро посмотрел на Стаса с видом человека, знающего что-то очень интересное:

– Ста-ас? Ты же слышал, что в новом году исполнятся все мечты? – Парнишка хитро щурится, предвкушая эффектную развязку и удивление брата. Тот невозмутимо кивает, не отрывая взгляда от книжных пожелтевших страниц, пахнущих прошлым.

– Угу, как всегда. Придёт Новый год, исполнит все мечты. Всегда этого желают.

– Не только! В этом году не только! – Лу подпрыгивает в кресле, чудом не опрокидываясь. – В этом году… Не поверишь! Наша планета входит в новое измерение! Здорово, правда?!

Стас хмурится, и нехотя отрывается от книги; в семье историка и археолога подобные теории озвучиваться не должны. А этот… конспиролог сидит, улыбается, ждёт ответных восторгов.

– Ты где нахватался этого?! – Стас зря пытается говорить строже, Лу его прекрасно чувствует, и не обижается. Зато с самым торжественным видом пересылает ссылку по мессенджеру. Всплывшее окошко чата услужливо подсовывает кликбейтный заголовок, в лучших традициях сомнительных статей. Через пару секунд телефон откладывается.

– Ещё карты мне раскинь, умник… не буду читать!

Лу обижается:

– Это не карты, это научно! Учёный предсказал, математически! Ты в математику веришь?!

Стас ставит жирную точку в обсуждении:

– У твоего «математика» рядом статья про счастье для всех Овнов!

Лу игнорирует точку, но ловит важную для себя информацию, раскрывая блог автора.

– Так это же обалдительно! Правда, я себя Водолеем ощущаю, но вдруг им тоже чего-нибудь перепадёт?! И вообще, какой-то умный дурак ляпнул, что мозги только от дипломов появляются, а теперь все игнорят по-настоящему важную инфу…

Стас хихикает:

– Не удивительно. Только Водолей может перевернуть полную бочку для полива.

Лу недовольно фыркает, но продолжает читать. Братья постоянно спорят по мелочам, но и мирятся быстро, а Стас и сам знает, что шутка вышла не самая удачная. Поэтому, чтобы сгладить впечатление, задаёт вопрос по теме.

– Ладно, прости. Лучше вот что объясни: мы в один день родились, просто с разницей в десять лет…

– Ну да! – Лу заинтересованно разворачивается к брату.

– Значит, у нас один Зодиак?

– Угум.

– А почему тогда мы настолько разные?

Как специалист, Лу тут же находит ответ:

– Так одной датой рождения ничего не ограничивается! Надо ещё смотреть время рождения, планеты, день недели, лунные сутки…

Стас смеясь поднимает руки:

– Ладно-ладно, сдаюсь! Только если тебя настолько на эту тему понесло, можешь родителей не грузить? Они историки, им такое сложно.

Довольный победой Лу умолкает, но продолжает посматривать в сторону вернувшегося к чтению Стаса; самое главное он так и не успел рассказать. Наконец, как бы размышляя вслух, произносит:

– Может, это всё и выдумки, про пятые измерения, но пока все будут смотреть «Голубой огонёк» в телике, кое-кто будет смотреть на северное сияние в окне!

– Тебя всё равно по традиции в сон свалит. – Стас даже не спрашивает, почему над Переславлем-Залесским должно возникнуть северное сияние.

– Будильник поставлю! – Лу упрямится, но не очень уверенно: осквернять новогодний сон трелями будильника он ни за что не станет. Стас снова помогает принять верное решение:

– Не надо, братиш. Будут тучи, салюты…

– И снег?

– Дождь, скорее. Опять всё расстаяло, не погода, а… сам видишь. Лучше пошли на кухню, папе поможем с салатом? Приготовишь мой любимый, крабовый?

Лу весело вскакивает с кресла:

– Чтобы стащить пару палочек?! Погнали!

Дом семьи Калитвиных, Переславль-Залесский,

31 декабря 2022 года.

Глава 1. Взрослая жизнь.

Лу

Я не просто так вспоминал, что было полгода назад! Но постараюсь без спойлеров, чтобы всем было интересно, и перейду от «вчера» не к «завтра», а просто к «сейчас». Точное время… одиннадцать часов утра с хвостиком, а за окном – июньская гроза! Но поверьте, это не ПРОСТО гроза, потому что в обычную грозу Интернет не вырубается! МЧС напомнило о существовании СМСок, и выдало классику: «Не паниковать, но оставаться дома». Моё воображение тут же подсунуло причины для паники, едва его успокоил; не время вопить от страха и прятаться под столом, сегодня у меня в планах очень важное дело! А именно – жить своё первое утро Взрослой Жизни!

Да-да, всё так! Вчера вечером я приехал к братишке в Москву. Мама с папой адекватно отнеслись к моему заявлению, что я теперь взрослый, и хочу жить самостоятельно, как Стас… который вставил своё веское «Поживёшь сначала у меня, не обсуждается!». Но я и не против, он меня всю жизнь поддерживает, во всех важных затеях. И даже сейчас выделил комнату, как я и просил: со скрипучей дверью, которая не будет открываться сама по себе среди ночи. Честно признаюсь, очень этого боюсь: кто или ЧТО их отворяет?! Воображение – это прекрасно, пока не начинаешь сочинять себе страхи на пустом месте.

Стас у нас жаворонок, поэтому уже проснулся, позавтракал, потягал свои гантели, пробежался на велотренажёре, и теперь сидел за компом. На ушах – гарнитура, в глазах – процесс впитывания знаний.

– Боброутречка, братишка! У тебя Интернета нигде не завалялось? – я просунул любопытный нос через шторку из пластиковых бусин, которая заменяла дверь в комнату. Стас снял наушники, и кивнул.

– Доброе! Не работает Интернет, хорошо, что я уроки заранее скачал.

– Займёмся чем-нибудь интересным?

Не то, чтобы я хотел обязательно отвлечь брата от его уроков, просто вчера я мечтал прогуляться по Москве, а сейчас на улице такая погода, что мне для этого потребуется лодка. Подводная! Что, теперь весь день сидеть, бездельничать?!

– Нет, мне учиться надо.

– Чему? – теперь я сунулся в монитор; на экране стоял какой-то профессор. Очень крутой профессор, потому что смог сохранить умный вид даже на случайной паузе.

– Работа кадровиком, если в двух словах.

– Кадровиком? Сисадмину главной творческой тусовки страны?! Братиш, колись, что у тебя там творится, мне интересно!

Стас понял, что я от него не отстану, и признался нехотя:

– Начальник приехал из командировки раньше срока, и вспомнил, как уговаривал меня на это место. Ну и… ему девятый десяток уже, а он один этим занимается, понимаешь? И когда он стал внезапно выглядеть на свой возраст… Короче, готовлюсь.

Я подпрыгнул до потолка от восторга! Если братишка будет заниматься тем же, чем Цепин, то есть шастать по командировкам, выискивать таланты, и продвигать их в большой мир, это будет просто обалдительно! И намного лучше, чем тупо сидеть в офисе, следить за работой компов. Хотя сам брат выглядел подозрительно кислым, так что я адресовал ему вопросительный взгляд.

– Цепин – он титан. Едет на встречу с одним талантом, значит, должен ещё двух найти по дороге, иначе поездка не удалась. Эти драконовы меры, кроме него, только одна помощница осилила, остальные опозорились.

Я успокаивающе похлопал братишку по спине:

– Не переживай, я уверен, ты со всем справишься! С нашей семейной интуицией это раз плюнуть!

– Интуиция мне подсказывает, что надо въезжать на это на чём-то кроме наглости. – Стас красноречиво посмотрел на ненавязчиво мешающегося меня. Намёк понят, но притворимся, что не до конца! – Может, на велотренажёре педали покрутишь? Не прогулка, но тоже разомнёшься.

Я снова бросил взгляд на широкую спину братишки, всего пару месяцев завязавшего с качалкой.

– Не, один шкаф у нас уже есть.

Стас фыркнул: его мечта приобщить меня к спорту до сих пор висит в списке жизненных целей.

– От велосипеда «шкафом» не станешь, хотя подкачаться тебе тоже было бы полезно, совсем макарониной выглядишь. Может, тогда книжку свою продолжишь писать?

Как ему позаниматься надо, однако! Даже про книжку вспомнил, хотя ещё недавно, когда я попытался обрадовать его идеей, что я – будущий гениальный писатель, мне вежливо и тактично намекнули, что надо бы заняться «чем-то надёжным»! А в свободное время, если таковое останется – писать книги. Но я представил себя на месте Второго Запасного Менеджера Отдела Скукотищи: рубашка, как у Стаса (цвета скучающего кабачка), на шее – помятый галстук-удавка, под глазами – мешки от увлекательных офисных будней. Усадить сей планктон за стол, напичкать под завязку вдохновением, и заставить креативить моё воображение не смогло: персонажик жалобно пищал, вырывался, но на заготовленное место никак не влезал! К тому же была ещё одна нерешённая проблема…

– Чтобы продолжить что-то писать, надо это «что-то» начать! А я даже с жанром до конца не определился. То ли скай-фай, потому что это все читают, то ли фэнтези, потому что лично мне это нравится больше.

Не смущайтесь, потом всё поймёте! С тех пор, как Доротея Морган написала свой бестселлер в начале двухтысячных, весь мир сошёл с ума над Бескрайним Космосом, пришельцами, и в особенности – проделками космического пирата Люкса! И до сих пор фанатеет, вот что значит Талант! Но… мне всё равно хочется написать что-то не менее потрясающее, только волшебное! Чтобы драконы были, волшебство, необычные повороты, и обязательно всё закончилось хорошо! И у героев, и у читателей. Наверное, поэтому я до сих пор ничего не написал, но начну уже сегодня! Сразу же после завтрака. Творчество – такая потрясная штука, которой можно заниматься даже на кухне.

Почти время обеда, а я до сих пор сижу, пялюсь в экран планшета под звуки барабанящего дождя. На экране надпись: «Глава 1». О чём писать? О герое (потом имя ему придумаю), которого учёные телепортируют с секретной миссией… к эльфам? А эльфийские мудрецы ему говорят, что у того – уникальный дар, как предсказано одним древним и неизвестным пророчеством, и всё для того, чтобы он спас мир от… Кого? От Злодея, который злой, потом что… м-дэ.

Я раздражённо выдохнул, и закрыл редактор; как можно думать о сюжете своего будущего шедевра, который перевернёт мир, когда в голове всё занято Тайной Пропавшего Интернета?! Мысленно обратившись к любимому «Дзену», который находит ответы на все интересующие меня вопросы, я нашёл самую интересную теорию, и вернулся к брату, по-прежнему сидящему за учёбой.

– Я знаю, куда пропал Интернет! – уверенно заявил я. – Из-за магнитной супербури его просто выжгло по всей планете!

Стас посмотрел на меня, и, кажется, даже поверил. Эй, я что, какую-то банальность ляпнул?

– Если так, то поздравляю, мы – на пороге исторического события. Учёные давно этого боятся.

– И ты так спокойно об этом говоришь?!

Флегматичный кивок брата хорошо уравновесил мои полуистерические нотки.

– А как ещё? Подумай сам: ты либо ошибаешься, и волноваться не о чем. Либо прав – и волноваться бессмысленно! Но я за первый вариант, потому что телефон всё ещё работает, мама тебе привет передавала. Слушай, давай я тебя на работу с собой возьму? Познакомишься с реальными писателями, может, научат тебя чему-нибудь, а потом напишешь свою книгу. Хочешь?

– Потом. Надо понять, куда Интернет делся.

– Забей, а?

– Я так не умею! – кажется, я начал ещё больше распаляться. Что поделать, этот совет меня триггерит на противоположное! – И вообще, КАК во всём доме разом вырубило весь инет?!

– Дом старый, никто из провайдеров не хочет рисковать. Так что Интернет у нас Андрей раздаёт.

Во, это уже лучше. «Вай-фай раздавал провайдер Андрей, и чуть не ходил по воде…», сразу вспомнилась папина любимая песня. А братишка родил ещё одну хорошую идею:

– Пошли, познакомлю тебя с ним, он чудик, вы сразу подружитесь.

Я покосился на Стаса:

– А как же свиданка твоя? Она же сегодня, да?

Стас нахмурился:

– Я бы вообще её отменил в такую погоду, но должен сделать Маришке предложение! Два года прошло, а впервые в гости осмелился пригласить… сам видишь, как живу.

– Не вижу. Линолеум не отслаивается, плесень не ползёт… или она в королевском дворце живёт? – я снова оглядел Стасову берлогу: может, и тесная, но очень уютная хрущёвская двушка, мне тут с первого взгляда всё понравилось.

Стас решил закончить диалог, но это нормально: когда речь заходила о Маришке, он всегда становился тормознутым. А мне пусть и хотелось вправить ему мозги на место, но я просто знал, что братишка обязательно справится с этим и сам! Поэтому я сменил пижаму на любимую майку, и мы двинулись в гости, знакомиться с Андреем.

Стас

 Подружить мелкого с соседом было хорошей идеей: Андрюха человек специфический, но хороший, ещё и музыку только в наушниках слушает. Что Лу найдёт общий язык с местным меломаном и раздатчиком Интернета, и ежу понятно. Да и сам Андрюха моментально определил «брата по разуму». На время моего свидания, этим двум будет о чём поговорить.

Пока они знакомились, я успел проверить телефон: Маришка прислала СМС, что уже в пути, и будет счастлива познакомиться с моим братом, так что я в который раз убедился, что нашёл свою вторую половинку!

Лу… как всегда – настоящая проверка на прочность. Когда его озарила «гениальная» идея жить по-взрослому, я ужаснулся: он же до сих пор ребёнок! У кого-то к тридцатнику уже свои дети, а у меня… пока только младший брат, который даже не пытается вести себя на положенные девятнадцать. Наверное, потому до сих пор семьёй я и не обзавёлся.

Когда мы закончили с уборкой, я осмотрел нас обоих, и понял: просто отглаженной рубашки для такого события мало, но на мелком не было и этого: рубашкам он предпочитал яркие майки, иногда дополняя любимой жилеткой, увешанной коллекцией значков. Приемлемо для школьника, но не для того, кто, напомню, собирается начать жить свою «Взрослую Жизнь».

– Я в них утону, и они все скучные! – скривился Лу, когда я предложил ему на выбор пару самых приличных рубашек. Моя одежда вся была «скучной», хотя его белая майка […с обалдительным принтом!] никогда не попадала в ту же категорию.

Здесь сделаю небольшое отступление: Лу уверен, что некоторые вещи невозможно рассазывать в одиночку, поэтому в книге два рассказчика. Но он пошёл ещё дальше, и меня тоже убедил, что иногда нам просто необходимо перебивать друг друга, дополнять и комментировать, чтобы все поняли, каково живётся таким разным, но дружным братьям! Эти реплики будут взяты в квадратные скобки, и выделены, как видите, в случае с Лу – курсивом, а в моём – жирным шрифтом. Сноски, как говорит Лу, «не заметят, и вообще это другое». Но это оказалось даже весело! Надеюсь, вам тоже понравится ноу-хау моего брата!

– Хотя бы причешись тогда. И побрейся. – подростковый намёк на щетину на мальчишеском подбородке выглядел небрежно, как и гнездо каштановых кудрях, очень точно отражавшее содержимое головы братишки.

– Ещё чего, это мой стиль, бе-бе-бе! – Лу показал язык, но быстро взял себя в руки, и поинтересовался уже по делу: – Братиш, какой смысл мне притворяться приличным, если остаюсь только чтобы Маришка на меня посмотрела?

Ответить было нечего, Лу прав.

– Ты сам-то подготовился? Кольцо достань, цветы… точно! Где цветы?!

Я пожал плечами:

– Кольца она не носит, они вредят форме пальцев.

– В смы-ысле?! Она что, обручалку тоже будет на цепочке носить?!

– Ну… есть же разные варианты… – я смутился, глядя на ошалевшего брата, потому что сам не знал, какую замену подберёт обручальному кольцу моя девушка. – А цветы в такую погоду привозить отказались.

– Тогда подожди, я мигом!

Мелкий выбежал из квартиры одновременно с СМСкой. Куда он, в цветочный? В такую погоду?

«Ёжик, я мчусь к тебе на крыльях любви! Ты уже находишься в сладостном предвкушении?» – пока я несколько раз перечитывал послание от Маришки, думая, что ответить, дверь снова хлопнула: брат стоял весь мокрый, ещё более взъерошенный, но с большим букетом пышных лиловых цветов!

– Почти розы! У тебя под окнами обалдительно густой шиповник! – сказал он, вручая мне букет. А я не знал, как отреагировать, потому что ругать за неряшливый вид или поломанный куст просто язык не повернулся, брат позаботился обо мне, на свой манер. – Я поздороваюсь, покажусь и уйду к Андрюхе до вечера, лады? А букет надо ещё во что-то красивое завернуть, я видел на антресолях бумагу для подарков…

Прошло ещё пятнадцать минут; я стою под зонтом, встречаю шикарный алый внедорожник, рассекающий лужи, словно катер. Каждая встреча с Маришкой – представление! В том числе и сегодня. Сразу видно, что первая леди Московской Коллегии Художников была заслуженной артисткой Мариинского театра, актёры бывшими не бывают, особенно если настолько влюблены в свою игру.

Как в кино, из остановившейся машины показалась элегантная ножка в сапоге, а затем и её обладательница, в белом кашемировом пальто. С первого взгляда – сама Мэрилин Монро, но присмотревшись, понимаешь: она ещё прекраснее! Дождливый день озарило улыбкой, и чудесным возгласом чистого, сладкого, богатого эмоциями сопрано:

– Ёженька, никакое ненастье не помешает нашим планам! Подойди ко мне ближе! – любимая нежно чмокнула меня в нос: этот трогательный жест она всегда предпочитала поцелую в губы. – Ты уже надумал принять моё предложение, и отправиться в новый суши-бар на Арбате?

Я смутился: отказывать Маришке очень неудобно, но сейчас едва ли не первый раз, когда я на это решился, и всё ради предложения! Да и к роллам… я отношусь прохладно. Не понимаю их, крабовый салат намного вкуснее и сытнее!

– Прости, не сегодня, я думал поговорить наедине.

Девушка ответила мне улыбкой, и грациозно протянула руку, чтобы я повёл её в своё жилище. Кажется, пока всё идёт нормально.

В коридоре Маришка на мгновение чихнула, а потом осмотрела, как выражается Лу, «мою берлогу». Я покраснел со стыда: проследив за взглядом Маришки, я заметил, что забыл протереть люстру от пыли! Но этот промах был отмечен всего лишь снисходительной улыбкой. Я поспешил отвлечь её от этого неприятного зрелища.

– Лу, выходи, поздоровайся!

Мелкий показался из своей комнаты, по-прежнему непричёсанный и в любимой майке, как великовозрастный ребёнок.

– Здрасьте!

Не любимое «боброутречка», уже молодец. Хотя всё равно выглядит ребёнком. Но Маришку это, похоже, обрадовало: она расплылась в широкой улыбке, и сладко протянула:

– Как ми-и-иленько! Так вот ты какой, Маленький Ёжик? Приятно, безгранично приятно приобщиться к чудесной жизни вашей чудесной семьи! А меня зови Маришка, просто Маришка! Временами та-ак устаёшь от этого сухого и делового «Марина Александровна», но ради поддержки своего статуса первой леди Коллегии, я должна идти на такие жертвы. Это тебе, Маленький Ёжик, мой маленький дружеский презент, в честь нашего незабываемого знакомства.

Мелкому была вручена розовая коробка, обёрнутая золотой ленточкой. Я решил снова взять инициативу в свои руки:

– Мариш, мы с Лу приготовили для тебя пиццу, вышло лучше, чем в пиццерии!

Выслушав меня, девушка чувственно прижала ухоженную ладошку к груди, скорбно сложила брови домиком, и произнесла:

– Ох, мои милые ёжики, мне та-ак неудобно!..

– Она без колбасы, если что! С сыром! – Лу слишком невовремя влез со своим замечанием, и теперь мне тоже стало «неудобно». Но профессиональных актрис так просто не перебить.

– …я вся снедаема печалью, ибо это будет слишком трагическая гибель для моей идеальной фигуры! Но я стойко вынесу все тяготы, и свергну нагрянувшие лишние килограммы в фитнес-центре! – торжественно завершила она. Любимая привычно сгущала краски; с её фигурой и на подиум можно! Но знакомство можно было завершать, и переходить к главному, так что я прозрачно намекнул:

– Мариш, Лу сейчас уйдёт к другу, а мы побеседуем наедине, хорошо?

– Конечно, мой хороший, я всё понимаю! У меня тоже найдётся что-то к нашему романтическому ужину! Запомни, в такое хмурое и дождливое лето правильно пить исключительно брют! Лучшее вино в дни меланхолии Матушки-Природы!

Из бумажного подарочного пакета была вытащена бутылка «Вдовы Клико»; зная Маришку, привезённая прямиком из Шампани. Вина я люблю ещё меньше, чем роллы, но отказаться от подарка не осмелился.

«Надеюсь, не ударю снова в грязь лицом», – думал я, глядя на наполненный до положенной высоты бокал вина. Но пока, пусть и не без заминок, а всё проходит лучше, чем я ожидал!

Братишка превзошёл самого себя с пиццей: начинка приятно-острая, в меру жгучая, сыр сохранил все оттенки вкуса и не обжигал нёбо… на какое-то время свидание застопорилось, потому что я провалился в нирвану кулинарного шедевра! Хотя Маришка, помня о «диете», тактично отказывалась, продолжая смаковать небольшой кусочек с изяществом королевы. Букет тоже ушёл в минус: меня поцеловали в нос, поблагодарили за внимание, но попросили убрать цветы, и проветрить помещение: у дамы аллергия не только на пыль, но и на шиповник.

В остальном всё проходило хорошо: вино туманило разум и придавало уверенности, телевизор мелодично напевал французскую платину, а передо мной сидела самая очаровательная девушка на свете! Может, сегодня свидание зайдёт чуть дальше, чем просто романтический ужин, раз я решился на этот шаг? Но… потом. Потом! Мы оба хранили верность друг другу, пока не обручимся. Моя любимая считает, что это – идеальная проверка наших чувств, и тоже не заводила отношений с кем-то ещё.

Нужно быть смелее! Так что я сделал ещё один глоток вина, выдохнул, и произнёс:

– Мариш, я хочу сказать тебе кое-что важное.

– Ёжик, я вся внимание… впрочем, стой! Я знаю, что ты хочешь мне сказать, и безгранично этому рада! Наконец случится то, о чём я так давно мечтала!

Сердце в груди взорвалось восторгом: то есть «да»?!

– Так ты сог… – мои губы изящно сомкнули тонким пальчиком, пахнущим элитным парфюмом.

– Я уже беседовала с нашим многоуважаемым начальником, и я счастлива, я безгранично счастлива! Твой талант блеснёт путеводной звездой на небосклоне под названием «Московская Коллегия Художников»! Смею заметить, Марк Абрамович поделился этой мыслью со мной ещё в самолёте.

– А почему ты меня не предупредила? – от неожиданности я сбился с романтического настроя, но знай я о мыслях шефа раньше, то смог бы лучше подготовиться, и сейчас не терял бы голову, спешно просматривая видеоинтенсив! Любимая кокетливо похлопала глазками:

– Портить чужие сюрпризы очень некрасиво.

– Ну, Танчик мне позже рассказала, что Цепин приедет раньше, и будет всех гонять… – я сам не заметил, как мы перешли на обсуждение работы. Маришка только презрительно фыркнула, закатив глаза:

– Танчик… Ха! И почему меня это не удивляет?! Моветон и бестактность – вот её верные слуги. Некоторым, с позволения сказать, «талантам», стоило бы и дальше сидеть в своих трущобах, но наш начальник слишком добр.

– Я не…

– Не бойся, милый, скоро всё изменится! Я буду твоей личной доброй феей! Я открою тебе все секреты, покажу все тонкости нашего чудесного ремесла! – Привыкшая подкреплять свои монологи красивым сопровождением, Маришка страдала из-за тесноты комнаты, но всё равно помогала себе артистичными выразительными жестами. – Доверься своей мудрой наставнице, и я расскажу тебе всё, что стоит знать, и чего знать не стоит. Раскрою секреты, как плести сети для наивных, но талантливых детишек, какими ключами открываются подлинные дороги к славе, и даже поделюсь тайной, в чём истинный секрет мирового господства! – с каждым словом «добрая фея» всё больше напоминала «демоницу-искусительницу», а последнюю фразу она и вовсе подчеркнула улыбкой злодейки. Но, насладившись представлением, она сбросила маску, и снова стала собой. – Шучу, конечно же. Но всем нам нужна помощь временами, не так ли? Ах, извини, я буквально на минуточку!

Актриса достала из клатча телефон, всмотрелась в дисплей, и облегчённо выдохнула.

– Ничего не страшного, всего лишь спам. Но я довольна. Я уже вижу, как мы встречаем весну в Париже, пробираемся через джунгли Таиланда, и дарим неизвестному юному скрипачу из Швейцарии путёвку на мировую сцену!

Стремления девушки к прекрасному мне всегда нравились, но, кажется, она чуть переиграла; дальше стран СНГ Коллегия не работает.

– Мариш, мы же только…

– Это просто фантазии о будущем, но я моему таланту нужен простор. Эстетика глубинки очаровывает, но душа просит подлинной красоты! Я уже говорила, как я счастлива? Мне просто хочется петь от счастья!

Глубокий вдох – и Маришка громко запела арию из своего репертуара:

Ах отчего-о мне на душе легко,

И словно март в душе моей… поё-о-от?

Возьмёмся за руки, умчимся далеко,

Расто-о-опим лё-о-о-о-од!!..

…и изящно указала на меня, с выразительной просьбой закончить куплет. К счастью, я знал эту арию, и смог подпеть, насколько смог:

– Моя любовь, хозяин строгий мой!

[Она у тебя нормальная вообще?!] Вполне. Моя девушка любит выглядеть красиво, даже если у неё всего один зритель, а сейчас их было двое: она и я. Возможно, ещё соседи; звукоизоляция у дома плохая.

– Тональность низковата и фальшивишь, здесь был нужен фальцет. Но ничего, мы это исправим, буду давать тебе уроки в частном порядке, Ёженька… ах, ну кому ещё я понадобилась в такое время?! – теперь и я прислушался к тихому, но назойливому бурчанию виброзвонка из открытого клатча.

– Марина у аппарата, здравствуйте, внимаю!

Кем бы ни был её собеседник, но он говорил что-то важное, что нельзя было перебивать. Очаровательное личико моей девушки стремительно теряло лёгкость, и проявляло напряжение; разговор вызвал у неё самые противоречивые эмоции. Через несколько секунд она отложила свой гаджет, и развернулась ко мне, с извиняющейся улыбкой:

– Милый, я очень хотела бы остаться с тобой ещё ненадолго, но есть вещи, которые сильнее даже меня, веришь? Поблагодари ещё раз Маленького Ёжика за чудесную пиццу, а мы с тобой обязательно встретимся ещё… надеюсь, в суши-баре на Арбате.

– Я могу чем-то помочь?

– Нет-нет-нет-нет-нет, это просто мои маленькие секретики! Я уже большая девочка, и некоторые вещи решаю самостоятельно, без чьей-то подсказки.

Маришка позволила накинуть ей пальто на плечи, и поклонилась со всей элегантностью примы:

– Мы обязательно встретимся, мой Ёжик, верь мне! Au revoir, mon amour!

Занавес.

Лу

Я ОЧЕНЬ старался не обломать братишке эту свиданку, но к Андрюхе не просто пошёл – побежал! Брр… и что он в ней только нашёл?! Кроме мордашки «реинкарнации Мэрилин Монро», тут сюрприза не было, у брата гигабайты её фоток. Но… вся эта приторная наигранность невероятно выносит мозг, реально чувствуешь себя массовкой в театре! Так что после явления актрисы народу, растрёпанно-сонная физиономия соседа была просто праздником, а обсуждение хорошей музыки скрасило приторное послевкусие театра на выезде.

Как подсказал Андрей, он ещё в универе обнаружил, что в наушниках звук лучше, чем из колонок, так что я сидел, убеждался в этом, и слушал красивую музыку:

В весенних тропинках дорожку найдёшь,

Пройти по ней сможешь, поверь.

В твоих руках будет тысяча ключей,

Только ждёт тебя незапертой дверь!

И светлых слезинок шумит перезвон,

Капель разгоняет весь мрак.

Пусть сбудется твой чудесный самый сон,

И да будет всё воистину так.

Пусть сбудется твой чудесный самый сон,

И да будет всё воистину так!

– Знаешь, а правда класс! – заявил я, снимая наушники. – Не ожидал, что тебе тоже «сестрички» нравятся!

Кто не знаком с творчеством MC-Starz, ни за что не поверит, что группа, которая только недавно вышла в большой мир, уже родила столько крышесносных шедевров! Всё больше поводов для восторга у любителей хорошей музыки.

– Норм играют, реально за душу берёт. Лу, тебе вообще какой жанр больше заходит? Так, ради интереса. – У патлатого «студента» Андрюхи на всё была одна и та же расслабленная интонация, сонное лицо и невыразительная мимика, но меня не обманешь: сразу видно, что человек просто не привык выражать свои эмоции, я такое легко подмечаю! Но над вопросом задумался.

– Не знаю, наверное, все сразу. Чем мне эти девчата нравятся – киваю в сторону гарнитуры, – они только начали, их ещё на каверы и шортсы не растащили. Хотя… каверы тоже классно, если под настроение. Заценишь этот?

Через три минуты Андрюха закончил слушать с моего смартфончика свежий кавер Нади Вивальди, и невозмутимо показал палец одобрения.

Интернет по-прежнему оценивался в ноль вай-файных палок из четырёх, обидно! А дождь за окном и не думал стихать.

– Похоже, готовимся к Всемирному Потопу и изгнанию из Интернета, – мрачно пошутил я.

– Переживём. Может, телики реанимируем.

– Или патефоны, «Песню года – 80» на виниле слушать.

– Это ты зря, ретро тоже тема.

Я хихикнул, вспомнив кое-что интересное.

– Ретро – это точно к Стасу, у него на звонке знаешь, что стояло раньше? Дорогая моя столица, золотая моя Москва»!

Когда-то братишка был невероятно горд тем, что сам сразу нашёл жильё в Москве, и эта песня стояла у него вместо звонка.

– Кавер?

– Почему, оригинал! – вот не ожидал от Андрея такого вопроса, да и на шутку тоже не походило. Но мой внутренний конспиролог уже встрепенулся, почуяв какую-то тайну. – А… почему ты решил, что я о кавере говорю?

Мне снова протянули наушники, в которых я услышал знакомые ноты. Та же музыка, тот же голос! Но НЕ ТЕ слова!!!

…и мосты над твоею Невой,

Я люблю Трёхфонтанную площадь,

Адмиральских курантов бой.

В городах и далёких станицах,

Воспитатель, родитель и друг –

Дорогая моя столица,

Золотой мой Санкт-Петербург!

Апофигей подкрался незаметно, но чутьё подсказывало, что это не подделка, а мой собеседник – не шпион пришельцев, который так лихо промахнулся в маскировке. Но орать на весь дом: «верните меня в мой мир!» я не стал, только неопределённо закивал, лихорадочно просчитывая сотни вариантов, как и когда это могло случиться.

Положение спас дверной звонок; в дверях стоял недовольный и грустный Стас. Кажется, что-то пошло не по плану, и Маришка его стараний не оценила.

– Здаровки, Стас. – Андрюха по-прежнему сохранял дзен железобетонной капибары, а я изо всех сил гнал мысль, что попаданцем могу быть я один. А мой старший брат – «местный»…

Дома я понял: отступать некуда. Надо признаваться брату, что мы оба попали в другой мир, который отличается… надеюсь, не только разными столицами. Это слишком просто, так не бывает! Вдруг Стас здесь работает сисадмином на лунной базе? Или я приехал к нему в гости не для Взрослой Жизни, а чтобы наконец-то уговорить переехать в мой личный особняк в центре Москвы?! [Кажется, тебя уже несёт, братиш…] А то тебя бы на моём месте не несло?!

Но Тайна Двух Попаданцев была отложена, потому что угрюмая физиономия Стаса окрашивала весь мир в оттенки серого.

– Всё плохо прошло?

– Ну… как тебе сказать… Я даже сказать ничего, ну… не успел. Поговорили о работе, потом ей позвонили, она уехала.

Я понимающе закивал.

– Кажется, она с самого начала что-то задумала, она слишком переигрывала!

– Нет, Маришка всегда такая. Любит, чтобы всё было красиво, как в театре. – Рот Стаса тронула судорога, в которой надо было опознать улыбку. Попытку я оценил на троечку… по стобалльной шкале. – Ничего, повторю всё в суши-баре. И орхидеи закажу, и палочками есть научусь.

Не люблю, когда Стас такой грустный! Нужно было срочно отвлечь его, и зудящая на языке тема была идеальна, как никогда!

– Братиш, можно я тебе вопрос задам? Только телефон отключи, хорошо?

Стас окинул меня взглядом, который я с облегчением распознал, как «Притворюсь, будто мне не интересно», а значит, не всё потеряно! В самых серьёзных случаях я всегда прошу отключать телефоны, чтобы нас случайно не подслушали вездесущие спецагенты.

На всякий случай закрыл форточку, чтобы избавиться от внимания прохожих, которые гуляют в такую грозу ради свежих сплетен, и напел:

– Там та-там та-та-та та та-там-та, и везде повторял я слова…

– Золотая моя столица, дорогая моя Москва. Ну?

От радости я стиснул опешившего Стаса в самых крепких обнимашках:

– Братишка, я так рад, что ты настоящий!!!

Мой внезапный порыв он подхватил, обняв в ответ.

– Настоящий, настоящий. А в чём дело?

Я сделал эффектную паузу, хитро посмотрел на Стаса, и озвучил новость:

– Мы. Попали. В другую реальность!

Теперь Стас хохотнул чуть увереннее; влюблённый меланхолик ушёл, а передо мной опять был самый лучший старший брат, ура! В двух словах я пересказал свои мысли, и замер в ожидании реакции.

– То есть, мы попали в мир, где столица у нас Питер, а не Москва? И всё?

– Надеюсь, нет, но без Интернета даже это не проверить.

Немного не та реакция, но спишем всё на заторможенность после обломанной свиданки. А брошюрку «Все отличия настоящего мира от этого» мне всё равно не выдадут.

– Допустим. Что будем теперь делать?

Я сел за стол, дожёвывая остывшую пиццу:

– Как минимум, притворяться, что ничего не произошло, если только не найдётся реальный повод для беспокойства. Я посмотрю, не написал ли случайно свой великий бестселлер, а если нет – то сделаю это. Ну и… по ходу дела разберёмся, я прав?

– Прав! Похоже на хороший план! – Брат одобрительно похлопал меня по плечу. – Завтра дождь должен будет стихнуть, отвезу тебя в Коллегию, хороший старт для писателя.

Братишка тоже прав, это очень хороший план, а на душе стало совсем легко!

Глава 2. Ожидание и реальность.

Стас

Андрей человек не самый серьёзный, я решил, что моего слишком доверчивого брата разыграли. Лу обожает всякую конспирологию, и лучшим способом пережить эту бурю, было просто не вступать в споры: к концу недели розыгрыш забудется, и мелкий найдёт себе новое «приключение», всё так же на ровном месте. С этой мыслью я проснулся, привёл себя в порядок, и привычно мазнул пальцем по экрану смартфона: Интернет появился, пусть и слабый, а значит «апокалипсис» отменяется!

На душе скребли кошки из-за вчерашнего свидания, а рабочие перспективы намекали на позорное увольнение из-за непрофпригодности. Брат это явно чувствовал, и пытался отвлечь меня таким образом.

– Боброутречка! А нам Интернет вернули, и мы в самом деле попаданцы, я был прав! – заявил он, когда я продолжил сидеть над видеокурсом.

– Тем лучше, значит, пойдём знакомиться с новым миром. – пробормотал я, не отвлекаясь от занятий. Умный братишка помнил, что я занимаюсь делом, и ушёл готовить завтрак, а меня всё же отвлекла СМСка от Маришки: девушка пожелала мне доброго утра, и посетовала в стихотворной форме на безжалостную реальность, перечеркнувшую все наши планы на этот месяц. Настроение испортилось ещё больше; чтобы попытаться поднять его, я отправился на кухню. Готовить, как брат или папа, я не умею, но зато ем за двоих! Поэтому и ходил в спортзал, чтобы не растолстеть.

Уже на подходе на кухню меня поприветствовал запах яичницы с травами и сыром; кажется, я снова проголодался! А братишка раскладывал аккуратные и аппетитные гренки по тарелкам. И как у него удаётся собрать шикарный завтрак из того, что завалялось в холодильнике?!

– Всё-таки Маришка какая-то странная, кажется, она слишком переигрывает с театральностью. – наконец, заметил Лу, дожёвывая свою гренку. Каково?! Видел её всего пять минут, а уже считает, что всё о ней знает!

– Она готовилась к этому дню, старалась, чтобы всё было красиво! И даже тебе подарок сделала, как ты не оценил?! Что подарила, кстати?

Братишка кисло скривился:

– Шоколадные ракушки, приторные и масляные, без чая не съесть. А ещё я не «Маленький Ёжик», и ты тоже на ёжика непохож, как ты вообще это терпишь?

– Давай не здесь. – температура разговора упала ещё на несколько градусов, но семейную традицию «не спорить на кухне» мы оба чтили свято. У мелкого вообще очень неудобная привычка спорить на любую тему, но обсуждать в этом ключе Маришку я не дам. А лучше вообще отучу от споров, пока живём вместе!

– Ладно, проехали. Знаешь, я тут кое-что успел найти, что всё объясняет. – мелкий протянул свой планшет, – Узнал всё в первый же день! Здорово, правда?!

– Нельзя верить всему, что пишут в Интернете… или о чём снимают видео. – произнёс я, но откладывать гаджет не стал, а запустил ролик. Буду придерживаться своего плана: просмотрю, соглашусь, что мы теперь «попаданцы», и забуду.

А с экрана улыбалась смазливая физиономия блогера в жёлтой толстовке, украшенной знакомым всем любителям сплетен зубастым оленем.

Всем привет, дорогие зрители, на связи ваш любимый «Оленинград», и его бессменный ведущий, Емеля, который слышал всё обо всех, и скажет вам по секрету, что происходит на самом деле! Не забудьте нажать на сердечко и колокольчик, чтобы не пропускать такие же важные выпуски, как этот! А спонсоры показа сегодняшнего…

– Перемотай сразу на пятую минуту, он всегда такой. – Лу со знанием дела постучал по экрану планшета. Я фыркнул, представляя, какие ещё «сокровища» меня ожидают, но перемотка пошла не по плану: видео сменилось грустной рожицей и подписью «ОШИБКА: ВИДЕО УДАЛЕНО».

– Ээ, какого?! Его опять забанили?! – возмущённый Лу вырвал у меня из рук планшет, и начал что-то искать. Не найдя альтернативной ссылки, отложил гаджет. – Тогда сам скажу! Один аноним из Гидрометцентра…

– Стоп, почему аноним? – я почуял запашок сомнительной информации.

– Традиция такая, имена гостей не называть. Так вот, аноним говорил, что Интернет отвалился из-за вспышки на Солнце. Надеюсь, ролик ещё перезапустят, тебе обязательно надо его посмотреть!

Я недоверчиво прищурился:

– То есть, на солнце случилась вспышка, от которой началась гроза, отключило Интернет, и нас закинуло в другой мир?

– Только Интернет, про грозу и параллельные миры вот тут глянь, если ещё не удалили.

Я равнодушно просмотрел по диагонали статью о «высоких вибрациях», «пятых измерениях», «эру Водолея» и «скидки на семинар по ченнелингам»; может, Лу и разбирается во всём этом, но я по-прежнему считаю, что если он решил жить по-взрослому, то я должен научить его трезво смотреть на вещи.

– Братиш, пойми, это всё такой бред… Люди сами не понимают, что случилось, только лапшу на уши вешают.

Мы переглянулись, и покинули кухню.

– У них хоть КАКИЕ-ТО ответы есть, а твои любимые «новости» только про антициклоны бормочут! – раздражённо процедил мелкий конспиролог.

– Зато тут тебе страшилки рассказывают.

– И ничего не страшилки, как раз наоборот! Вот ТУТ вообще говорится, что надо полюбить весь мир, и всё станет возможным!

Мне стало смешно.

– Говоришь про любовь к миру, а на меня сердишься.

Подействовало. За что уважаю брата, он даже в случае совсем переклинившей крыши сохраняет соображалку, так что запнулся, помолчал, и встал на путь исправления:

– Ладно, ты прав. Но пообещай, если что-то накопаешь сам, то поделишься со мной!

– Угу. Давай лучше делами займёмся? Есть идея для книги, или подкинуть?

Лу задумался, и кивнул:

– Идея есть, так что подкинь свою!

– Что насчёт классики? Рыцарь идёт спасать принцессу от дракона, но всё идёт не по плану.

– То есть вывернуть заезженную тему в обалдительную историю?! Вызов принят!

Я довольно кивнул.

– Молодец! А когда напишешь свою первую книгу, можем во что-нибудь сыграть, как в старые времена. Пара дисков у меня где-то ещё завалялась…

И я не лукавил. На душе ещё было тяжело, ведь драконовы порядки Цепина сгубили многих дипломированных специалистов. Смогу ли я оправдать надежды, имея за спиной только быстрый видеоинтенсив? Определённо нет. Но по-детски наивные попытки брата утешить меня стоило поощрять всё равно, а отдыхать тоже иногда нужно.

Лу

Иногда я в шоке со своей же вредности; кто вложил в мою голову «светлую» мысль ставить будильник на шесть утра?! [Ты сам и вложил, разве нет?] Ну, вообще-то да, но кто просил меня слушаться?! Понедельник начался, как по нотам: будильник, дождливое утро… не хватало только Жутко Горячего Кофе без сахара, выплеснутого в постель. С другой стороны, я люблю спорить и с самим собой, поэтому решил так: как вчера я написал рассказик про дракона, так и сейчас в лепёшку расшибусь, а сделаю это утро добрым! Хотя бы из чувства собственной вредности. В голове тут же созрел план из трёх пунктов…

– Боброутречка, Стас! Когда вылезешь, тебя будет ждать завтрак! – я постучал в дверь ванной, откуда доносились звуки душа; в тот же момент с хлопком вырубило свет.

– Э?!

К сожалению, заклинание из одной буквы, включающее свет обратно, Стасу не помогло: я был не при делах.

– Без проблем, всего лишь скачок напряжения! – я подскочил к щитку, но внутри была какая-то странная конструкция, не похожая на ту, к которой я привык. – Ста-ас! На что нажать, чтобы всё обратно включилось?!

– Там пробки, не лезь! – донеслось из ванной, так что я последовал совету, благо что и без люстры светло, включил газовую плиту, и постарался воплотить в жизнь Самый Лучший Завтрак! Что это было не скажу, лучше представьте самое вкусное блюдо, какое знаете, и мысленно съешьте его! Как говорил деда Миша, хороший день начинается с хорошего завтрака! Сегодня это спасло нам утро, которое чуть не допортилось изношенной проводкой.

Чем ближе к центру Москвы, тем круче станции метро! Коллегия находилась почти в самом центре, на станции «Советская», и это было обалдительно! Холл – настоящий памятник СССР, со всеми этими красномраморными звёздами, барельефами и театральными люстрами. Красиво! Ещё и на тематическом поезде прокатились, который рассказывал – вот совпадение! – о Московской Коллегии Художников! Когда мы вышли на улицу, ещё и небо расчистилось, поприветствовав нас летним солнышком! Так что по улице мы шли оба довольные. Пункт два, «хорошая дорога» – выполнен!

Само здание Коллегии выглядело тоже по-советски: как башня МГУ, но таких высоток в Москве несколько. Я много узнал про них, когда читал статью о советских колдунах, и сейчас тоже представлял себе кусочек Светлого Будущего, которым жили эти высотки, но… внутри накрыло разочарованием.

– Недавно ремонт сделали, – прокомментировал Стас, а я кисло рассматривал пластиковые типовые панели и дурацкие встроенные лампочки в потолке. Вообще-то я уже настроился на продолжение советского вайба, не рушьте детские надежды! К счастью, это удалось слегка выправить, рассмотрев вахтёра: Константин (я прочитал имя на бейджике) был очень колоритным дедушкой, с бородой, и густыми, как усы, бровями! Я тут же представил его в косоворотке и лаптях, как он, вооружённый двуручным веником, героически прогоняет к Ядрёне Матрёне коварных служителей культа Евроремонта! У домовых и вахтёров есть что-то общее. Наверное, эти мысли отразились у меня на физиономии, потому что дедушка Константин отвлёкся от своей газеты, посмотрел на меня по-доброму, и улыбнулся.

– Здравствуй, Станислав Михалыч. Ребёнка с прекрасным знакомить ведёшь? – спросил он у брата. А я не обиделся, и даже не стал спорить, что уже не ребёнок; домовому такое про меня говорить можно!

Мы шли по коридору, а я рассматривал фотки на стенах: картины, статуи, счастливые люди с наградами… если ты попал в Коллегию, то уже можешь считаться великим творцом! Рядом с некоторыми можно было разглядеть и начальника Коллегии, похожего на Дракулу, но доброго. Марк Цепин – худой, бледный, но очень бодрый старичок, который исколесил всю страну в поисках настоящих талантов! Вот бы с ним познакомиться, он точно заметит во мне будущего крутого писателя, и всё тут же станет, как надо!

Размышления о будущем прервали тяжёлые шаги, и из-за угла показалась рыжая великанша-спортсменка в чёрной косухе.

– Опа! Стас, здаровище! – громко пробасила она, и хлопнула братишку-спортсмена по спине так, что он едва не просел. А я только глазами хлопал: тёмно-рыжие волосы в хвост, круглое веснушчатое лицо, нос-картошка и живое обаяние «своего парня» впечатлили меня больше, чем вчерашняя «Мэрилин Монро»!

– Здравствуй, Тань. Знакомься, Лу, мой младший брат. Писателем будет! – Стас представил меня, тронув за плечо. Не пойму, и чего он с Маришкой роман крутит… с ней он дурачком выглядел, а с Таней оставался собой. Мне протянули руку, и крепко, но не больно, пожали.

– Здарова! А чё «Лу»?

– «Лука» полностью, но я не люблю это имя. – выдал я свою маленькую тайну. Да я даже учителей убедил, что я «Лу», и не разу не «Лука»!

– Норм, базару ноль! Я тож Танчик и не…

– Тань, не матерись при ребёнке. – Стас окончательно вошёл в роль няньки, но потом повернулся ко мне, и поделился интересным: – Лу, читал про Татьяну Эрнест, «Внучку Микеланджело»? Так вот, это – она и есть.

А вот теперь я вытаращился на Танчика во все глаза! Не то, чтобы я был в курсе новостей культуры, но это имя всплывает так же часто, как имя президента Коллегии! Правда, дальше заголовков я не читал, не интересуюсь, трендами у богатеев не интересуюсь. [Как видишь, зря, она очень интересная и живая, хоть и грубоватая!] То, что она грубоватая – это огромный плюс, ей очень идёт!

– Сейчас заглянем к Цепину… что? – Стас сбился, потому что лицо Танчика перекосила досада.

– Песец у нас, крайней жирности. Шефа скорая увезла. Сердце сбойнуло, потому и приёхал раньше. Ток дела наследнице обрисовал и слёг.

– Так вместо него теперь Маришка? – вырвалось у меня. Многоэтажная реакция Танчика мне очень понравилась, а Стас пообещал надрать уши, если я процитирую эту конструкцию. Но и без цитат понятно: в свите Маришкиных поклонников Танчик не состояла.

– Тогда с «наследницей» поговорим. Какая она? – Стас подрастерял уверенность, но разворачиваться домой не спешил.

– Да тож прынцесса! Ес Лу «Войну и Мир» не накропал, то тухлый номер. Прикинь, чё мне выдала: «У нас приличная организация», я хренею! Ничё, твой нумер у меня остался, свидимся ещё как-нить. Так что ты там свои дела пока поделай, а я сама брательнику чё покажу. Пусть посмотрит, пока тут всё к хренам не развалилось.

Я уверенно шагнул вперёд, и мы пошли по коридору; Стас смотрел нам в след, но пожал плечами, и скрылся в лифте.

Экскурсия заняла не очень много времени; мне сразу показали писательский уголок, вытащенный прямиком из Старых Добрых Времён! Деревянный пол, уютные кресла полукругом, ещё и запах старых книг… сказка! Правда, сами писатели пока не собрались, но я уже представил себе, как они приходят, с пледами и зефирками, заваривают кофейники, и обсуждают что-нибудь литературное. Или просто умиротворённо молчат, чтобы зарядиться вдохновением, и продолжить писать свои истории.

Потом мы заглянули в «Берлогу» Танчика: пахло уже не книгами, а строительным запахом работ, которые готовятся к очередной выставке, но тут меня поразила не комната, а статуя самой настоящей античной музы, с классически-блаженной улыбкой показывающей миру маску Гая Фокса; в другой руке – бейсбольная бита. Танчик смахнула брезент со второй статуи: в хитоне, через тонкую ткань, которого виднелись формы знаменитой «Нокии Бессмертной»! И всё это даже не в гипсе, а в самом настоящем мраморе!

– Это… музы, да? – я попытался вспомнить, какие музы были у греков, но не вышло. Скульпторша довольно ухмыльнулась: мои восторженные глаза оказались лучше любых красивых слов.

– Не, эт я их так называю. Ща, прикол заценишь!

Танчик подошла к музе с телефоном, и развернула постер позади. А дальше я взоржал, потому что рядом с плакатом, где был отпечатан горящий античный храм, в музе моментально опозналась та самая девочка со старого мема!

– Терпсихора и Герострата, знакомсь! – провозгласила Танчик, и сама басовито хохотнула. – А ты чё там пишешь? Космос или детективы?

Переход скульпторши на эту тему мне настолько понравился, что я сразу решил выдать свою главную тайну:

– Фэнтези хочу! Только немного волнуюсь, вдруг тапками забьют, скажут «надо про космос фантазировать».

– Да ну их в жепь. Чё, думаешь, у меня хейтеров нет? Есть, пусть туда же идут, меня не колышет! Пиши, чё нравится! Ток с нашими умниками смари лишнего не болтни, у них с пол-пинка афедроны загораются!

– А кто тут вообще из «умников» сидит?

Танчик задумалась, но начала перечислять.

– Из фэнтезийников типа? Ну, Хорошевский, например, про гномов пишет, ток лезть к нему не советую. На обложках своих лыбится, а в реале злой, как чёрт. Остапова – тётка рил крутая, ток про арты молчи.

– Почему?

– Ты ваще её обложки видал? Одни самураи анимешные, ёпть! Зато сам если ошибёшься в цвете кимоно – сожрёт мозг палочками быстрее Хорошевского!

Я нахмурился, потому что настрой Танчика мне не понравился. Кажется, она сильно переживала за шефа.

– Танчик, успокойся, не съедят они меня.

– Нну-ну. Эт те не нубы, а матёрые зверюги!

– Тогда с кем я подружиться могу?

Очень хотелось перейти на более позитивное обсуждение писателей! Скульпторша сморщила широкий лоб, прошлась вдоль комнаты, а потом гаркнула:

– О! Вспомнила! Гоглев, мужик крутой, те ваще в тему будет! И молодёжь конкретно уважает.

Я не поверил своим ушам: и Гоглев тоже тут?!

– Это тот самый, который «Не поддавайся панике» написал?

Танчик опять одобрительно заржала, и, с нежностью паровоза в свободном падении, хлопнула меня по плечу.

– Хах, чел высокой культуры детектед! Все десять томов осилил?

– Не, это мама им зачитывается, я только два прочитал. А кто ещё есть?

– Ща, я на перекур, и продолжим…

Моя задумка почти удалась: я не стеснялся дёргать Танчика за руку, когда она опять пыталась отсоветовать лезть к кому-то «взрослому и страшному», зато сделал себе кучу заметок, с кем можно подружиться. Говоря проще, почти со всем списком, потому что я до сих пор уверен: все писатели – хорошие люди, с которыми можно и нужно дружить!

Коллегия всегда была лучшим местом, где можно было решать сложные творческие моменты, и устраивать выставки. «Была» – пока всем руководил Цепин, а сейчас он при смерти, на президентское кресло метили двое, и обе кандидатуры Танчику сильно не нравились.

С одной стороны – Маришка, единственный специалист уровня Цепина, но половина Коллегии дружно считает её насквозь фальшивой, и уйдут сразу, как только она примерит корону. С другой – президентская дочка, которую никто никогда до этого не видел, но все уже заранее решили, что единственная её заслуга – родство. Так что мне «повезло» застать последние дни жизни Московской Коллегии Художников. Согласен ли я с этим? Ни разу!

Поэтому я посмотрел на Танчика взглядом, который Стас назвал бы «Я знаю кое-что очень интересное»:

– Танчик? А спорим, что я спасу Коллегию от закрытия?

На меня посмотрели, как на бобра, решившего перекрыть своей плотиной Ниагарский водопад.

– Брата на трон уломать хочешь? Нну-ну. Маришка его прожуёт и выплюнет.

– Так спорим, не?

Скульпторша подумала, ещё раз посмотрела на меня. Думаю, было во мне что-то такое, что заставило поверить в хороший финал! Потому что Танчик – она живая, и тоже любила это место, она хотела сохранить его! Просто… была слишком взрослой для этого подвига. А я – в самый раз!

– А давай! – наконец ответила она. Мы пожали руки, а моё Героическое Спасение Коллегии началось! – Останусь ещё, чё первой дёру давать…

Экскурсия продолжалась, а Танчик заметно ожила: травила байки про местных фотографов, скинула пару мемов про актёрский уголок, а закончили мы только к обеду! Стас настолько прочно завяз на собеседовании с новым сисадмином, что я не стал его дожидаться, а пошёл один.

Не знаю, чья была идея раскрасить столы в жёлтый и белый, но это обалдительно! Хочешь пожевать в тишине – садись за белый. А если тебе нужна хорошая компания для настроения и вдохновения – вперёд, к жёлтому столу! Когда я открою свой ресторан, обязательно сделаю так же. [Ты же хотел быть писателем?] Я – творческая личность, мне можно всё, даже открывать собственные рестораны!

Но сейчас упадническая атмосфера была настолько явной, что ко мне никто не хотел подсаживаться, и я взял инициативу в свои руки – пересел за стол к одной поэтессе. Заодно с литкружком знакомство начну!

Почему поэтесса? Это сразу бросалось в глаза. Похожая чем-то на молодую Анну Ахматову, если та носила серые пиджаки с золотыми галстуками. Почти вижу, как Поэтесса ходит в этом костюме под листопадом, и сочиняет стихи о вечном!

Меня тоже изучали: напряжённо, настороженно, как будто этот опасный подросток готовится вскочить на стол и укусить её за нос! Хотя она всего-то была чуть старше меня. А я легко общался и с ровесниками, и со взрослыми: они такие же люди, просто чуть старше. Что мне и следовало ей показать!

– Привет! Не переживай, тут полно хороших людей, я первый день здесь, а уже это заметил!

Моя уверенность сбила недоверие к незнакомцам, и теперь меня рассматривали просто с любопытством.

– Я тоже первый день, и… наверное правда волнуюсь. Ты – фотограф? Или нет. Писатель, да?

– Угадала! А ты тоже, уверен! Поэтесса! – я просиял от хорошего начала. – Меня сюда братишка привёл, чтобы я написал книгу.

– Понятно. А меня папа, чтобы… Не важно. Сказал, тут моё место, даже слушать ничего не стал… меня зовут Евгения… М-м… Только не «Женя», пожалуйста.

– А меня Лу, только не «Лука»!

Поэтесса тихо, но заинтересованно улыбнулась. А я точно знаю, что если мне подходит имя из двух букв, то кто-то наоборот, создан для красивых длинных и несокращаемых имён! Что я и сказал, вызывав уже тихое, но живое хихиканье. Евгения начала оттаивать, это замечательно! А я, воодушевлённый на свершение Доброго Дня для всех, кто окажется рядом, понял, что просто необходимо зайти в писательский уголок вместе, и перевернуть всё вверх дном, если там царит такая же хандра! И пусть никто нам не указывает, кого надо бояться, а кого – опасаться, я сам со всем разберусь… а Евгении моя помощь ой, как пригодится. Старожилы показательно отводили взгляд, и старались не замечать новичков, из-за чего она падала духом ещё быстрее. Так дело не пойдёт! Поэтому я громко разговаривал, вспоминал анекдоты, и если кому-то было неудобно, то только потому, что отвык от простой истины, что мир тоже может быть забавным!

Стас

Лу отправил мне СМСку, что пообедал, и идёт знакомиться с «местными талантами». Настроение у него явно было на высоте… чего не сказать обо мне. Замену сисадмину найти просто, но Маришка умудрилась найти какого-то бестолкового студента, очень неправдоподобно изображавшего «квалифицированного специалиста».

А я, наверное, выглядел так же перед своей новой должностью: неумёха, которому сказали: «Будешь заниматься этим!», не спрашивая, смогу ли. Но… будем смотреть правде в глаза: и мне, и студенту лучше сразу искать новую работу. Коллегия – это колосс на глиняных ногах, слишком многое держится на восьмидесятилетнем основателе. Маришке многие не доверяют, хотя она тоже искренне скорбела со всеми. Когда я подошёл к дверям кабинета новой начальницы, чтобы успеть хотя бы попытаться помочь Лу, моя девушка перехватила меня на полпути. Чёрный однотонный костюм, перчатки и тёмный макияж подчёркивали её траур, хотя я чувствовал, что в остальном настроение у первой леди Коллегии приподнятое. Но она скрывала это, из чувства солидарности.

– Ёженька, милый мой, мне доложили, что ты собираешься совершить самую роковую из всех ошибок! Ведь ради этого ты привёл в наш творческий чертог Маленького Ёжика? – трагически вопросила она, сложив руки.

– Его Лу зовут… а в чём проблема? – я напрягся, поскольку уже знал примерный ответ.

– Я нисколько не сомневаюсь, что твой чудесный маленький братик станет замечательным писателем, с его детским и солнечным взглядом на мир, но неужели ты вероломно вонзишь ему в спину отравленный нож, имя которому… – Маришка сделала драматическую паузу – Кумовство? Истинный талант должен быть взращён в честности, и никак иначе!

Я бросил взгляд на дверь кабинета, где должна была находиться дочь Марка Цепина.

– Это не кумовство, он и без моей поддержки убедил бы шефа. – сказал я, но без особой уверенности; возможно, через несколько лет, потому что сейчас у Лу нет ничего, кроме детских фантазий о будущем.

– Чтобы стать писателем, нужно много трудиться. Получить образование, прочитать тысячу и одну книгу, не спать ночей, теряя зрение над клавиатурой, и только так рождаются истинные шедевры! Знакомо ли это мальчику, или он наивно верит в чудо?

Второе. Определённо, второе, но я всё равно не признаюсь вслух, потому что хочу помочь брату.

– Милый, будет правильно уберечь твоего замечательного братика от ошибок, и дать ему освободить разум от ненужных фантазий, прежде чем начинать путь писателя. Что будет, когда он столкнётся с критиками? Когда его трогательный первоцвет на литературной поляне безжалостно растопчет сапог суровой действительности? Знает ли он, что писатели опережают время, и многим суждено обрести славу спустя года… нет, века! Спустя века, после собственной смерти, при жизни пребывая вне интересов современников?

– А я уверен, что у него всё получится! – я старался сохранять видимость уверенности, но получалось плохо. Маришка картинно вздохнула, и покачала головой:

– Не будь ребёнком, Ёженька, этим ты делаешь только хуже. Пусть попробует свои силы в чём-то попроще, понадёжнее, приобретёт бесценный опыт, повзрослеет, и только потом встанет на дорожку к своей мечте. Прислушайся к словам специалиста, ведь ты знаешь, что я всегда права.

На душе стало противно. Маришка почти повторила мои недавние слова, какие я говорил Лу, пытавшемуся «обрадовать» меня своей новой идеей. А я… слишком увлёкся помощью. Решено: заберу Лу из Коллегии, и вместе будем искать способы решить эту задачу без… жульничества. Может, поступит в институт на журналиста или филолога? Но лучше пусть сначала повзрослеет, и трезво посмотрит на свои мечты. А я просто не могу позволить, чтобы кто-то обломал ему крылья! Поэтому… скажу всё ему сам.

К писательскому уголку я подходил с заметным удивлением: уже в коридоре был слышен знакомый мальчишеский смех. Действовало это, на удивление, успокаивающе; впервые замечаю в Коллегии такую гнетущую атмосферу! А здесь всё было по-старому, если не сказать лучше! Заглянув между книжными полками, я изумился, застав мелкого в окружении наших литераторов. Мысленно прикинул состав: собрался весь «крокодилятник». Но Лу до сих пор на место поставить не попытались… с ними всё в порядке?

– Братиш, привет! А мы тут перезнакомились, и знаешь что? Я был прав: книги пишут только хорошие люди!

Как любит говорить Лу, «Апофигей подкрался незаметно». Мелкий сидел в кресле Хорошевского, негласного лидера писательского уголка, когда тот, с добродушной улыбкой, расположился на вытащенном откуда-то диване. Реально, наглость – второе счастье!

– Станислав, благодарим тебя, что привёл в наш коллектив своего замечательного брата! – важно кивнул он. Услышать от Хорошевского похвалу человеку, которого тот знает всего пару часов – сюрреализм! А физиономия Лу сигналила: автор тёмного фэнтези о гномах так и не высказался о нём в своём привычном язвительном ключе. [Очень даже высказался, но мне хватило пары минут, чтобы переубедить его!] Ого…

– Дядь Миш, всё, вы теперь не отвертитесь! Напишете об этом в своей новой книге? – с детской непосредственностью Лу повернулся к смешливому румяному толстячку, автору популярного дамского сериала-десятитомника. Литераторы переглянулись с удивительно дружелюбными смешками.

– Даже и не думал отказываться, обязательно напишу! – пожилой романист отечески потрепал моего братца по непричёсанным кудряшкам. – Присоединяюсь к похвале коллеги, нам давно был нужен такой фантазёр! Знал бы ты, как ловко он решил проблему эпизода с Виконтом и устрицами!

Я продолжил удивляться: злосчастные устрицы безжалостно задерживали одиннадцатый том «Не поддавайся панике» уже два месяца, а мой брат смог сходу найти решение? Но сюрпризы не заканчивались, поскольку среди пожилых литераторов затесалась ещё одна новенькая. Лу вскочил с кресла, и усадил туда меня.

– Стас, сядь, а то упадёшь! Прикинь, я случайно сорвал все планы нашей начальницы!

– В смысле?! – я только начал обдумывать услышанное.

– В прямом! Знакомься, Евгения Марковна Цепина! Евгения, мой братишка Стас, без пяти минут – лучший охотник за мозгами за всю историю Коллегии!

А вот теперь я действительно порадовался, что сижу, потому что со стыда едва сквозь пол не провалился! Евгения Марковна выглядела не лучше меня, такая же застеснявшаяся.

– Станислав, так это… вас папа хотел назначить?

– Не «вас», а «тебя», мы же договаривались! – Лу ободряюще подмигнул смущённой «принцессе». А мне показалось, что она совершенно не заносчивая, а просто не знала, как себя вести в новом коллективе, куда попала в такой сложной ситуации. Так что я поддержал её понимающей улыбкой: перенести напор моего восторженного братишки непросто. Наверное, потому он и смог устроить балаган из самой серьёзной компании в первый же день.

– Евгения не переживайте, все свои. – сделал ремарку Хорошевский. После этого важного замечания, девушка набрала воздуха в грудь, медленно выдохнула, и сказала:

– Ладно… спасибо вам за беседу, мне стало намного легче! Стас, ты не против провести серьёзный разговор прямо здесь? Лу мне уже всё рассказал, как ты готовишься, поэтому я тоже хотела рассказать историю. Когда папа основал Коллегию, он был радиотехником, собравшим своих друзей. Не самая творческая специальность, правда? Но у него всё получилось, потому что он всю жизнь верил своей интуиции, и не боялся использовать её во благо остальных.

– Всё же я хотел бы сначала закончить обучение, а потом попробовать свои силы в работе. – уклончиво ответил я.

– А давай поспорим, что у тебя всё и без курсов получится? – Лу никогда не удавалось взять меня на «слабо», но в исполнении Евгении (понятно, кто её уговорил на этот финт) всё это звучало слишком внезапно! – Даю вам с Лу два контакта: писателя и ювелира из Китежа, которых папа не успел посетить. Если всё пройдёт удачно…

– …с тебя желание! – встрял Лу. Чувствую, он не меньше меня хотел побывать в Китеже, который, судя по будничному тону Евгении, здесь ничем особенным не отличается. А я помню историю Русской Атлантиды, и… теперь сам порадовался, что есть такой повод туда отправиться! Евгения рассмеялась, и закивала.

– Хорошо, желание, так желание! А если будет, как по-папиному, шесть новичков вместо двух – то ещё и премию каждому!

– Простите, «каждому»? Так Лу…

Мелкий довольно закивал.

– Ага! Братишка, ты оказался полностью прав, зря я тебя не слушал! Прежде, чем писательствовать, я займусь чем-то ещё, например, работой охотника за мозгами! Вернее, талантами. А в свободное время буду описывать свои приключения, меня уже загрузили самыми обалдительными советами!

Литераторы тепло рассмеялись от восторга этого восторженного мальчишки.

– Марина лопнет от зависти, корона просвистела мимо её осветлённой макушки! – Хорошевский всё же напомнил о своём характере, – Надо отдать должное Лу, он отговорил меня от мысли вывозить отсюда своё любимое кресло. Прорвёмся, товарищи!

Выходил из здания Коллегии я, как во сне. Мой брат умудрился зайти в клетку к голодным львам-людоедам, и заставил их мурлыкать! Старые писатели Коллегии всегда были очень тяжёлыми в живом общении, даже Гоглев не исключение, но сегодня общение с ними доставило не меньше удовольствия, чем с фотографами! А на душе было настолько легко и светло, что если и оставалась в Коллегии хмурая атмосфера, то я её просто не замечал. Вот что бывает, когда в твоей жизни появляется ребёнок-фантазёр!

– Пункт три, хорошее разруливание сложной проблемы, выполнен!

– Какой пункт? – не понял я возгласа брата.

– Три пункта хорошего утра! Вернее, хорошего дня. Я обещал себе, что сегодня будет самый лучший день, и выполнил это обещание. Заметь, для многих!

Я не выдержал, и радостно обнял братишку, смеясь. Шутки шутками, а настроение было действительно на высоте! Настолько, что я захотел поделиться им и со своей девушкой, которая, по-прежнему в чёрном, садилась в свой золотой спорткар.

– Мариш, добрый вечер! Ты не поверишь, что Лу учудил! Он теперь тоже с нами работает!

Маришка ответила мне широкой улыбкой, прикрыв глаза рукой в чёрной перчатке.

– Евгения Марковна мне уже всё рассказала, от всей души поздравляю вас…

– …а ещё я спас Коллегию от закрытия! – Лу снова перебил Маришку, но в этот раз успешно: профессиональная актриса поперхнулась репликой, но мастерски вышла из положения, послав нам красивый воздушный поцелуй, и отъехала от тротуара. А я шутливо толкнул в бок слишком довольного выходкой братишку.

– Ты специально сделал это, чтобы смутить её.

– Ага! Знаешь, Евгения всё и сама разрулила бы, она большая умница! А мы всё равно поможем ей в этом деле. Но это надо отметить! Что скажешь насчёт большой праздничной пиццы?

Лу прав, сегодня – самый лучший день!

Глава 3. Страшные сказки.

Лу

Пусть день и был отличным, но пиццы не случилось: когда мы приехали, подъезд гудел встревоженным муравейником. Случилось то, чего боялись интернетчики – проводка, работавшая вопреки законам физики, дала дуба, и обессточила несколько этажей! Стас, как солидный и очень взрослый человек, присоединился к этой беготне, ведь у нас тоже не было электричества, а остатки благ отключили, чтобы не сделать хуже. Зачем эта суматоха была нужна, я так и не понял, вместо этого пошёл к тому, кто точно сохранял спокойствие: к Андрюхе!

Друг, меломан и провайдер всея подъезда выглядел тоже ошалевшим, будто именно им проводку и закоротило. Кажется, пока мы развлекались в коллегии, деятельные соседи успели сделать ему мозги.

– Андрюх, пошли музыкальную паузу устроим, успокоимся! – предложил я.

Меня одарили внезапно затравленным взглядом; для Андрюхиной эмоциональности – почти самая паническая паника в мире.

– Здаров, Лу. Сегодня с музыкой никак, уши болят. – он попытался изобразить привычный тон, и даже потёр свои лопоухие локаторы для достоверности. Тогда я понял: он явно знает, из-за чего весь сыр-бор!

– Тогда просто тихо поболтаем, расскажу тебе Героическую Балладу О Спасении Коллегии, хочешь? – предложил я вкрадчивым шёпотом. Не смотря на всю зашуганность, сосед кивнул, и впустил в гости.

– …как только я это сказал, фарфоровая маска Маришки треснула пополам! И в тот же миг из этой трещины клацнуло клыками жуткое морское чудище! Так что теперь эта уже «вторая леди» записывается в разряд главных злодеек, и убегает готовить свой Коварный План со всей своей театральностью!

Может, я и начинал историю полушёпотом, но ближе к финалу почти срывался на радостные вопли, что ещё раз подтверждало: всё с ушами соседа в порядке! Да и так было видно, что ему полегчало, потому что Андрей снова смотрел на меня с интересом человека, разбуженного салютом посреди ночи.

– Блин, классная байка. Тебе правда надо книжки писать, я бы такое прочитал.

Я только рукой махнул.

– Может, и напишу, только пока не знаю о чём. Идей много, но ни одну на роман не растянуть.

– Тогда рассказы. Тоже тема, я люблю рассказы.

– Думаю над этим. – Мельком я оценил состояние слушателя: готов посекретничать? – Думаю-думаю-думаю-думаю… кстати! А что вообще сегодня произошло? Ты явно в курсе, а ещё у тебя тут палёной проводкой пахнет.

Застигнутый врасплох Андрюха попытался соврать:

– Я просто проветривать не люблю.

– Да ладно тебе, никому не расскажу, обещаю! Так что давай закроем форточку, чтобы соседи тоже не подслушивали, можно металлистов фоном…

– Не. Не надо металлистов. Только ты никому, ага? Просто молчи, и смотри на руки.

Вот тут я и понял: сейчас будет что-то невероятно обалдительное! Главный меломан подъезда включил под это подходящую музыку: саундтрек к одной известной браузерной игрушке, которую каждый школьник знает, а я тем более. Мелодия очень вирусная, потом весь день ходишь, мурлыкаешь: «Туру-ту-ту ля-ля туру-ту-ту-у!». Вот и сейчас мы сидели, напевали мотивчик… а пальцы Андрея засветились ярко-зелёным неоном!

– ОГО! – только и выдохнул я. Андрей вышел из транса, провёл светящейся ладонью по воздуху, по столу, по обоям, даже себе по животу.

– Выглядит круто, но ничего не делает. Просто светится. – сосед пожал плечами, и выключил музыку. Сияние прошло через пару секунд, а прекрасное светлое чувство офигения всё ещё пребывало со мной… я тоже так хочу!

– А это точно не от короткого замыкания произошло? У супергероев всегда так! – я вспомнил все те комиксы, где люди купались в радиоактивных отходах, потом попадали под удары молний из микроволновок, или хотя бы под излучение пролетавших мимо комет. Это вызывало у них тягу к цветастым трико с плащами, но давало в противовес разные крутые сверхсилы. Правда, Андрюха вряд ли наденет трико, но супергерой в майке-оверсайз и трениках нам просто необходим!

– Сижу, думаю: классно. А что ещё могу? Включил плейлист… ну, на первой песне рвануло. Только не говори никому, ты обещал.

«Не говори никому», вот как. Ещё один запуганный. Как будто соседи тут же достанут факелы и вилы, и будут гонять… Капитана Провайдера за то, что он всего лишь превратил проводку в ржавчину. До кучи вспомнилась статья учёных о том, какие уродливые снежинки получаются из воды «прослушавшей» что-то кроме вальсов Шуберта и хруста французских… кхм, ладно, меня уже несёт, но это всё равно садизм, сажать меломана на хиты двухсотлетней выдержки! Я тоже живой современный человек, и способен оценить кайфушность металла, попсы, техно и всех остальных жанров!

Надо было что-то делать. Инфы, как работает суперсила Андрея у меня в голове, предсказуемо, не нашлось, зато было кое-что получше: интуиция и уверенность в себе. Ну и конечно чувство собственной вредности, которое требовало не делать из этого секрета, а наоборот, помочь разобраться в обретённом даре, рассказать всем, и – уверен на сто процентов! – все будут в восторге! Так что применил всё это, чтобы уговорить Андрюху аккуратно продолжить эксперименты. В качестве подопытных кроликов – продукты из подтаявшего холодильника, герань и старый плеер, как представитель семейства проводкосодержащей электроники. Мысль, что какой-нибудь эксперимент может срикошетить в нас, я вовремя выбросил из головы прежде, чем додумал.

– Так и запишем! Бетховен отвечает за прожарку – я посмотрел на пропёкшуюся до корочки ветку герани, – но только травы! Рыбе ни горячо, ни холодно, а к колбасе у меня теперь претензия! Зато эту самую колбасу надо как-нибудь отодрать от потолка: за отрицательный вес выше моего собственного скажем спасибо диве Лагуне и её арии… чего ржёшь, я серьёзно! Андрюх, сможешь научиться этим управлять, станешь миллиардером! Летающие машины и ховерборды – в твоих руках!

Андрюха продолжал заливаться хихиканьем, зажмурившись от душившего его восторга, а потом я и сам рассмеялся, потому что…

– Ан… Андрюх… ты теперь у нас… как… диснеевская принцесса! – выдавил я, и ржач до слёз пошёл по новому кругу. Птичек и оленят на звуки музыки не слетелось (колбаса не в счёт), но и без них друг был похож не столько на супергероя в трико, сколько на героя мультика, который поёт, и всё вокруг преображается.

– Тогда у меня идея есть. Подожди немного. – отсмеявшись, Андрей покопался в телефоне. Раздался грустный напев Водяного о «жизни-жестянке». Почему эта песня – не знаю, но интуиция не только у меня работает. Затаив дыхание, мы оба смотрели, как под едва заметное серо-синее мерцание Андрюхиных граблей, розовый соевый кругляш медленно опустился на подоконник.

– Есть ещё идея. – Андрюха окончательно распрощался с самопуганием, и слишком всерьёз воспринял мою шутку про диснеевскую принцессу: музыка из старого фильма о принцессе-попаданке была настолько заводной, что затанцевал весь дом! Ну, или комната, как минимум, потому что за какие-то пару минут вся комната очистилась от вековой грязи лучше, чем справилась бы работа целого взвода мистеров Проперов!

– Обалдительно! – я восторженно рассматривал жилище главного меломана-провайдера, которое так выглядело, наверное, в далёкие советские годы. Обои потеряли желтизну, и оказались голубыми; потолок зарастил трещины, а плесень и ржавчина в ванной растворились без следа! Подозреваю, с проводкой внутри стен случилось то же самое: стала чистенькой и новенькой, как с завода!

– Надеюсь, никто ничего не заподозрит. – Андрей неуверенно погладил дверь шкафа, вновь покрывшегося лаком.

Брр… опять эти страхи, сколько можно?!

– А чего заподозрит? Ты самостоятельный парень, заказал ремонт, тебе всё сделали, потому что ты… ну, готовишь кому-то сюрприз! – я моментально нашёл решение «проблемы», одной левой отправив в нокаут трусливого таракана из подкорки друга.

Но секрет «музыкальной сверхсилы» мы решили пока не раскрывать. Только Стасу, и больше ни-ни! Подозреваю, на нас это тоже подействовало, потому что уходил я отдохнувшим и посвежевшим, как после здорового двенадцатичасового сна.

– Выключай телефон, закрывай форточку, и готовься: сейчас будет интересно! – заявил я Стасу, застав его врасплох на кухне с лёгким вторым ужином. ТАКОГО он точно не ожидает!

Ночью предсказуемо не засыпалось, то ли из-за освежающего ремонта, то ли из-за перепуганного Стаса, который почему-то ужаснулся отреставрированной квартире соседа, и потребовал больше «опытов» не проводить, чтобы случайно никого не взорвать. До кучи ещё и напомнил, что в современном мире постоянно кто-то шумит или звенит, так что от музыки отгородиться не удастся, и, если он так легко реагирует… надо заткнуть ему уши пробками.

Пока я пытался бороться с этими воспоминаниями, пиликнул телефон: новый выпуск «Оленинграда».

«… Про это уже говорят в новостях, потому что такое не скрыть! Невозможно, скажете вы? Но это может случиться хоть с вами, хоть с вашим соседом! Скажете, совсем рехнулся наш главный сплетник? А вот и нет! По анонимным опросам в Интернете, и по словам моих анонимных знакомых из службы спасения, люди совершенно случайно начали получать самые разные сверхспособности! Пишите в комментах, что, по-вашему, стало причиной этого явления! Если у кого-то появился внезапный дар – расскажите, как он проявляется. Никому ничего не понятно, но очень интересно, поэтому оставайтесь с Емелей, будем врубаться вместе!..»

– Интернет-радио «Оленинград».

Стас

– Мда. Ты пессимист и зануда, – прогундосил мелкий, когда я высказал, что думаю об этой страшной новости. Даже Андрюха может случайно убить нас, превратить в пепел, как проводку, просто услышав басы из чьей-то проезжающей мимо машины!

– Это так не работает.

– Угу, сказал главный специалист по супергероям.

Я тяжело вздохнул. В одночасье мир стал страшным местом, где достаточно одного полоумного гения, способного всего лишь «очищать воздух» силой мысли, который из благих намерений превратит атмосферу Земли в стопроцентный кислород!

– Утром напишу Евгении, беру отпуск за свой счёт, пока всё не утрясётся. Лу, прости, поиски квартиры для тебя откладываются, поживёшь со мной. Не обсуждается!

– Как скажешь, меня теснота не смущает! – Лу снисходительно махнул рукой. – А отпуск зачем?

– Ты меня вообще слушал?! Думаешь, я один «пессимист и зануда»?! Нас ждёт локдаун жёстче, чем в пандемию! Никакого Китежа, пересидим эту жуть в Москве!

– И что, будем сидеть на попе ровно, чтобы нас случайно никто не заметил? – скепсис мелкого был заметен невооружённым глазом, но именно этого я и хотел. Эх… а я только смирился с тем, что наш «параллельный мир» отличается просто безобидными мелочами! Даже порадовался, что смогу побывать в настоящем Китеже! А вместо этого теперь должен присматривать за восторженной мелочью в последние дни жизни нашей цивилизации.

В Интернете тоже всё было хуже некуда. Гидрометцентр подтвердил слова сплетников о магнитной буре, и добавил, что атмосфера Земли изменилась: аврору теперь видят даже днём и на экваторе. О катастрофах не писали, но думаю и «Оленинград» заблокируют к утру. Кое-как убедив себя, что сегодня мир ещё не рухнул, лёг спать.

Утро я заметил, что брат был в сети только час назад, так что сам решил провести обзвон близких. Маришка взяла трубку моментально; на заднем плане напевала Эдит Пиаф, что только подтвердило мои страхи, касательно опасности от Андрея. Музыку в наше время можно услышать всюду!

– Доброе утро, Мариш…

Меня перебили:

– Доброе? Как это утро может вообще быть добрым, Ёженька?! Но если ты тоже спросишь меня, научилась ли я летать, моя вера в человечество будет подорвана окончательно! – знакомые интонации девушки говорили: она раздосадована.

– У тебя тоже сосед стал супергероем?

– Хуже, гораздо хуже! Соседи ходят, и пытаются подловить друг друга на колдовстве. Охота на ведьм в наше время… Кошмар, раньше я жила в самом престижном районе Москвы, а теперь – в самом престижном сумасшедшем доме!

– Мариш, я понимаю, какое сейчас время, и я… хотел сказать тебе кое-что очень важное!

Я понял, что сейчас каждая наша попытка пообщаться может стать последней, и это мотивировало сделать девушке предложение, пусть даже не так красиво и романтично, как она хотела, но успеть, пока мы оба живы!

– Мариш, я хочу тебе сказать… пусть это будет не так красиво и идеально, но это очень важно для меня, и…

Но из динамика достался громкий, полный вселенской скорби вздох.

– Милый, учись формулировать мысли, иначе никогда не сможешь общаться с достойными людьми вроде меня. Давай мы оба приведём в порядок наши дела, убедимся, что всё вернулось на круги своя, и только после этого обратим свои взоры на что-то прекрасное. Договорились?

[Кажется, она обо всём догадалась] Мне тоже так показалось, но отказать ей я не мог. Только ещё больше скомкать судьбоносный разговор, что не понравилось бы ни ей, ни мне.

– Прости, Ёжик, сейчас не лучшее время для тет-а-тет. Матушке нездоровится, и мне нужно её проведать, ты же понимаешь всю важность этого решения? Когда, как не сейчас, в преддверии Судного Дня, возвращать добрые отношения с близкими?

– Прямо сейчас?

– Милый, у меня ещё хватает дел, кроме этого. Но по́лно, имей терпение, мы обязательно встретимся!..

Переговорив со своими родителями, я чуть-чуть успокоился: у одного из маминых археологов обнаружился дар: заряжать телефонные аккумуляторы, просто подержав их в руках. Кажется, безобидно и даже полезно, но «Зарядника» от раскопок всё равно отстранили, пока не убедятся, что его дар безопасен. Евгения заразилась от Лу неуместным оптимизмом, сказав, что пара человек со сверхспособностями – это не конец света, и тем более не повод заставлять людей ждать. Но в остальном… она тоже была по-своему права; мир ещё не рухнул.

Ближе к обеду мелкий добил меня, когда засел в Интернете с предсказуемой целью. Чтобы он, и не записал себя в потенциальные супергерои?! Это даже не смешно.

– Я так и думал! Все уже давно притворяются, что всё знают! – Лу возмущённо взмахнул телефоном. – Все эти йоги, рептилоиды, «Делегации Вселенской Любви с Сириуса», ну сколько можно?!

– Наконец-то до тебя дошло, что я пытался сказать. – я успокоился, решив, что брат обрёл «суперсилу» здравомыслия, но слишком рано.

– Да нет же, они правда есть, просто ЧТО они пишут! Вот, глянь!

– Не буду.

– Тогда на словах! Частная клиника хайпует, определяет сверхсилы по анализу крови. Но тут даже со скидкой у многих будет сверхсила под названием «бедность», а кто на самом деле одарённый, того будут ловить, и продавать на опыты в подземные лаборатории… Ста-ас, не делай вид, что тебе плевать, твой брат тоже одарённый, как ты не понимаешь?!

Как хотелось ляпнуть привычное «Делай что хочешь»! Но ведь он захочет, и сделает! А с его фантазией, Лу выиграет премию Дарвина¹ в рекордные сроки. Внутри что-то встрепенулось, требуя посадить брата на цепь, и не выпускать из поля зрения, но здравый смысл подсказывал: меня справедливо назовут идиотом.

– …ты меня слушаешь? По глазам вижу, что нет! – Лу, оказывается, что-то успел меня спросить. – Как думаешь, это у нас что? Магия или наука? И если магия, то не ждёт ли нас тогда возвращение в Средневековье?

– Может и ждёт… образно. – я задумался, и высказал одно из главных опасений. – Люди рехнутся от вседозволенности. Все эти мессии и тёмные властелины, теперь они не такие безобидные. Один псих затмит миллион адекватных супергероев, понимаешь? И, что самое страшное, от этого нигде не спрятаться.

Брат раздражённо фыркнул.

– Ты точно пессимист. И вообще! Может, я не буду завоёвывать мир, а… например, летать умею?

– Не вздумай проверять! – Я подскочил от этого предположения. Память подсунула образ пятилетнего Луши, смастерившего крылья из картона, и прыгнувшего с крыши сарая, вдохновлённый советским мультиком про Икара. К счастью, ребёнок отделался только ссадинами и новой навязчивой идеей.

– Не боись, с крыши прыгать больше не буду, лучше пойду искать другие тесты.

– Думаешь, они уже найдены в первый день?

– Это МЫ считаем, что первый день! А может… ай, неважно, ты всё равно не будешь слушать! – Лу передумал спорить, только показательно громко утопал в свою комнату.

Мда. Может, мне тоже побыть ребёнком напоследок?

Лу

Я просто в шоке от этого дурдома! Мир перевернулся с ног на голову, а Стас не может определиться, то ли у нас конец света, то ли что-то ещё пострашнее! А я так скажу: это всё просто обалдительно! Только представьте: каждый чудит, кто во что горазд! Мне тоже хотелось получить билет на эту сказку: на что я способен?! То, что я тоже одарённый, я уверен, просто пока не нашёл, как мой дар запускается.

Всего за час я откопал по любимым источникам кучу всякой всячины… ничего информативного! Абстрактные рассуждения на тему «дара или проклятия» читать я не захотел (и так знаю, что «дар», кто не согласен – идите лесом). Потом нашёл статью, пересказ тайного манускрипта из Ватикана, который позволял пробудить свой дар в абсолютно любом… но и тут мимо! Допустим, вместо масла орхидеи можно взять тот самый гель для душа, а вместо чёрной курицы принести в жертву половинку копчёной грудки из холодильника, но я никогда не верил непереводимым заклинаниям! Вдруг вместо дара призову в дом призрачную чупакабру, которая будет по ночам топать, орать и гадить в тапки?! [Лу, ты и сам знаешь, что прошлым летом к тебе соседский кот приходил…] Как будто у призрачной московской чупакабры не может быть повадок кота!

Мысли, что у нас может быть всё-таки научное пробуждение даров, завели в ещё больший тупик. Не то, совсем не то! Люди Икс стали такими из-за экологии, Радиация – в ту же степь, иначе «супергерои» были бы ещё со времён Чернобыля и Хиросимы. Грузовики, которые опрокидывали на головы прохожих бочки с зелёной светящейся кислотой тоже нигде не проезжали, а Вирус Регулируемой Эволюции… хотя это со Стасом вообще лучше даже в шутку не обсуждать.

А обсудить надо! Ещё и в таком ключе, чтобы братишка раз и навсегда понял, что у нас не конец света, а наоборот! Но он и сам начал к этому постепенно приходить, потому что увидел меня, перебирающего вики супергеройских вселенных, и дал дельный совет:

– Почему именно супергерои? У нас вообще-то свои богатыри были. Дать тебе былины почитать?

Я с облегчением выдохнул, приветствуя братишкино спокойствие и уверенность в твёрдой земле.

– Братиш, я рад, что ты больше не истеришь на пустом месте, но я твою любимую «Родную Культуру» тоже до дыр зачитывал.

– И всё же.

– Ну… сам посуди. Сидеть на печи тридцать три года у меня терпения не хватит. И вообще, это ты у нас богатырь! А я скорее «Иван-дурак», так что мне бы найти какую-нибудь прорубь с щучьим велением… ТОЧНО! Стас, я тебя обожаю!!!

Я подпрыгнул от посетившей меня гениальной идеи, хотя сам брат смотрел на это с любопытством тибетской лисы.

– Прорубь! Точнее, места силы, вот что мне надо! Поехали прогуляемся до ВДНХ? На метро, ну или пешком дойдём, погода хорошая.

– Езжай один, а я попробую добить курсы. – Стас пожал плечами, и собрался вернуться к компу.

– Э-э… ты так просто меня отпустишь? – я начал подозревать, что Стаса мне подменили, потому что ещё утром этот «Илья Муромец» был готов держать меня на привязи до скончания времён, или хотя бы до скончания недели. Но брат раскрыл свой секрет:

– Лу, постоянно на привязи я тебя всё равно не удержу. А интуиция мне говорит, что ты вернёшься домой целым и невредимым. Если у меня будет какое-то плохое предчувствие, я приложу все силы, чтобы тебя остановить, но пока всё спокойно, так что… эх! Делай, что хочешь.

Ну и что тут было возразить? Но я всё равно растрогался, и обнял брата.

– Спасибо за доверие, Стас. Ты самый лучший старший братик на свете!

Не только соседи Маришки обрели «дар» паранойи, в метро повсюду ходили патрули с собаками. Люблю собак, особенно немецких овчарок, да и Стас тоже! Помню, как обсуждали с ним, что он будет жить в большой квартире, и обязательно заведёт себе овчарёнка! И если собачки знали, что всё хорошо, то охранники явно нервничали: вдруг кто-нибудь начнёт кидаться огненными шарами?

Стас оказался прав, когда говорил, что не только он – пессимист и зануда… а я – слишком хороший эмпат для таких мест! Потому что тоже прочувствовал то мерзопакостное, когда ожидаешь какого-нибудь неприятного фокуса от любого незнакомца. Все сидели, уткнувшись в смартфоны, но продолжали зыркать по сторонам. Самые неуравновешенные отсаживались от подозрительных пассажиров, и старались занять «выгодные места» на случай катастрофы.

Ещё хуже стало, когда поезд остановился, и машинист неразборчиво пробубнил в рацию; моё воображение тут же подкинуло пару теорий о нападении монстров из тоннелей. Да любой диггер расскажет, какая хтонь выбирается из «Метро-2» в тоннели к ничего не подозревающим беднягам! Надеюсь, не это стало причиной остановки поезда на целых тридцать девять с половиной секунд.

Люди продолжали недоверчиво зыркать друг на друга, и я тоже присмотрелся к одному хмурому старику, который так мрачно шевелил тяжёлыми бровями, будто искал жертву для своего самого жуткого проклятия! А слишком неподозрительная девочка с большой сумкой-переноской? Воображение заявило, что лучше оказаться как можно дальше, когда ЭТО выберется из её сумки! Что «ЭТО» такое, я предпочёл не додумывать, как и возможные последствия, так что просто обогнал юную Пандору, и выскочил на платформу.

Ух… обратно пойду пешком, потому что повторять аттракцион поездки в железном гробу на колёсиках, я не хотел! Сменить метро на тот же трамвай или автобус казалось идеей ещё хуже: слишком запомнились сцены, где супергерои могли бросить переполненным автобусом в суперзлодея, во имя справедливости и спасения мира.

Стоит ли говорить, что страхом меня накачали под завязку?! Зато я понял мысли братишки: это не сказка. А если сказка… то обязательно найдётся какой-нибудь очкарик, который просморкается в клетчатый платочек, протрёт им свою лысину, и убедит всех, что это очень страшная сказка.

В такие моменты я завидую Стасу, потому что иногда мне тоже хочется быть наивным и приземлённым, и не придумывать себе новые страхи…

Останкинскую телебашню я увидел издалека, и зрелище было то ещё: шпиль облепила целая стая гигантских летучих мышей! Подойдя чуть ближе, я увидел толпу зевак и рабочих, эвакуированных из захваченной зверушками постройки.

Чуть в стороне какой-то парень в красно-синей униформе рассказывал о зверях:

– …летучие лисицы, только ведут себя странно. Орут, гадят, отлетать от башни не хотят. Пугали, даже стреляли, эффекта ноль. Хорошо, от башни не отлетают.

Тут я согласился: если вся эта стая полетит знакомиться с городом, мало никому не покажется. А пока мы просто получили немного готичного цирка, и никакой особой паники.

Хотя с последним я погорячился: в другой стороне толпа обступила какого-то лысенького благообразного старичка в коричневом пиджаке, почти как тот «очкарик с платочком», о котором я думал в метро! Дедушка масляно улыбался, и вещал громким визгливым голосом:

– …это всё негативная энергия выходит, заявляю, как биоэнергетик, между прочим!

Биоэнергетикам я всегда верил, хотя этот мне показался больше киношным, чем настоящим: было в нём что-то от Маришки. Я отошёл от «спасателя», и развернулся к старичку, продолжавшему поучительно пучить глаза:

– Останкино, вы сами знаете! Весь день всякую чертовщину крутит, черноту нагоняет, а мысль-то матерьяльна! Вот и матерльязиловалась, видите?!

Толпа согласно загомонила.

– Но у меня есть верное средство от этой напасти, слушайте все! Для этого всем нам – слышите! Всем нам! Нужно собраться вместе, и помолиться Всепрощающей Космической Справедливости о любви и мире! Нужно перестать думать о плохом, потому что наконец наступили последние времена, и все, кто будет бояться этого или злиться, неотвратимо умрёт в страшных муках! Остальным в назидание! Потому что страх и злость – это преступление перед Вселенной, а преступники будут жестоко наказаны, услышьте мои слова!!!

– Чего-о?! Дед, ты сам себя слышишь?! Террорист плешивый! – я не выдержал, и тоже подал голос; не стеснялся комментить таких нагнетателей в Интернете, не промолчу и сейчас. Весь образ «биоэнергетика» лопнул грязным пузырём, открыв афериста и энерговампира, подло пятнавшего честь хорошей науки! Но ему это показалось всего лишь поводом получше рассказать о других ужасах, какие нас всех якобы ожидают. Публика просила поводов для паники, просила указать на врагов, а он… всего лишь оправдывал их ожидания.

– Ага, вот вы сомневаетесь, потому что уже отравлены чернотой!.. Вы все обречены… Все, до единого! Эй… назад, назад, кому говорю, не будьте животными! Уберите руки… Помогите, убивают!

Всё-таки это уже реальность, а не чернушное шоу, и слушатели – не массовка! Манипулятора обступили, и, судя по воплям и ругани, даже начали бить. Смотреть на это желания не было, поэтому я просто побежал прочь, пока меня не обвинили в подстрекательстве! Замедлил бег я после того, как от мимо проехала машина «скорой» с мигалками. Космическая Справедливость не дремлет, хоть было и страшно оказаться рядом с оглашением её приговора.

Но, как настоящий специалист, заявлю: зерно истины в этом вбросе проглядывалось. Возможно главная инфобашня города готовилась не успокаивать, а наводить панику, и какая-нибудь ведьма обиделась, что вместо «Поля Чудес» ей покажут этого… «биоэнергетика», поэтому материализовала новости в виде гигантских нетопырей. Я снова посмотрел на башню: зверюги летали вокруг, совсем не обращая внимания на людей снизу: их интересовала только башня. Из всех пострадавших был только один провокатор… и сорванная телепрограмма. Где была моя голова, когда я решил, что место под названием «Останкино» даст мне что-то хорошее?!

Я был цел и невредим, просто опустошён и расстроен. Шёл пешком: в таком настроении я бы лучше в багажнике Маришкиной машины прокатился, чем под землёй, трясясь от страха! Не став говорить с братом, по-прежнему по уши в учёбе, вместо этого поставил кастрюлю на плиту. Настроения готовить что-то интересное и вкусное не было, сегодня на обед – макароны с кетчупом. Можно было бы заказать бургеров, но приложение мерцало грустным рыжим окошком, что «Ввиду сами-знаете-чего доставка временно не работает», а идти до торгового центра не хотел: вдруг какой-нибудь колдун из Гильдии Наёмных Вегетарианцев прорастит помидоры и салат в бургерах в джунгли-людоеды?!

Пока я представлял себе возможные неаппетитные ужасы, какие могли бы твориться на фудкорте, я совершил невозможное: упустил кастрюлю с макаронами! Но Стас, надеюсь, ничего не скажет, когда увидит остатки прилипших ко дну мучных завитушек. Иначе пусть ходит голодным!

Нет… мне такой ход мыслей не нравился. Прогулка к Останкино озлобила меня, так нельзя! Надо было направить мысли на что-то хорошее. Обычно с этим мне помогает Стас, но сейчас он занят, придётся справиться самостоятельно… или отвлечь его. Может, он посмотрит на меня, и поможет?

С этими мыслями я зашёл к брату, приступившему к большому тесту, и заявил:

– Я знаю, чем буду заниматься до отъезда в Китеж.

– Угу? – промычал Стас, не отвлекаясь от теста.

– Буду гулять по Москве в поисках других мест силы. Идти в Останкино было глупой идеей. Лучше схожу в музей или монастырь.

– Угу…

– Если не найду ничего, хотя бы город посмотрю, места для вдохновения найду.

– Угу.

Разнообразие ответов братишки меня напрягло.

– В смысле «угу», ты меня вообще слушаешь?!

– Угу.

– Тогда поехали, один незнакомец подарил мне билеты в кругосветное путешествие!

– Неубедительно.

– По крайней мере не «угу». – фыркнул я. Помогать мне не хочет, вредина. И это мой старший брат?!

Стас почувствовал моё настроение, и развернулся ко мне. Стало чуть-чуть стыдно, потому что он тоже был не в настроении.

– Это вообще нормально?! В мире происходит что-то невероятно обалдительное, чего никогда не было, а мы вместо этого стараемся делать вид, что всё по-старому! – выпалил я.

– Лу, посиди спокойно, пока я учусь, а после командировки, если мир не рухнет, вместе прогуляемся по Москве. Буду твоим личным гидом.

Как-то быстро у Стаса отпало желание разрешать мне гулять, где хочу… но у меня бы оно тоже отпало, увидь я себя со стороны. Уходил вдохновлённый подросток, пришёл хмурый дед.

– Писательством займись. Завтра ажиотаж вокруг супергероев пройдёт, а книга у тебя останется.

– Угу. – теперь моя очередь выражать бурный восторг в диалоге. – О чём напишу? О супергероях? Или о том, как толпа избила подстрекателя к панике? Или об адском поезде?!

– Если нет настроения, не пиши. Просто пойми…

– Что понять?

Стас высказал страшное:

– Ну, не пришёл тебе в грозу дар, признай, наконец. Или будешь себе трепать нервы до старости?

Кажется, меня хотели успокоить, но это резануло по нервам хуже пьяного дантиста! Что, сказать себе «ну да, чудеса случаются, но только не с тобой, ты просто – самый обычный скучный человек, не достойный волшебства!» – и обрадоваться этому?! Так что я взорвался, и зло процедил:

– Ну да, ты же у нас лучше всех знаешь, что произошло!

Полный скепсиса шкаф смотрел на меня глазами раздражённого бульдога:

– Какой ты наивный ребёнок…

– Зато ты слишком взрослый, чтобы с тобой вообще случалось что-то хорошее!

Я понял, что вслед за первой крупной ссорой будет и первая драка, но даже в таком состоянии я чуть-чуть, а контролировал себя, поэтому попытался уйти прочь, чтобы этого не случилось! Фингал под глазом в дресс-код охотника за талантами не вписывается.

– Ах, вот так?! Тогда я ухожу! И если меня сожрёт голодный вампир, то так тебе и надо! – выпалил я, и громко хлопнул дверью, едва не обрушив этим хлопком весь старенький дом.

Как мне потом было стыдно за свою истерику! Но тогда я был уверен в своей правоте.

Накрапывающий дождик и серое свинцовое небо гармонировали с моим настроением. Злость прошла, осталась тоска: вдруг Стас прав, и раздача чудес длилась всего одну ночь? И как дальше жить, если меня правда приговорили быть всего лишь зрителем, а не главным героем всего этого… Чуда?! Хорошее название, мне нравится. Андрюха свой волшебный дар получил, «Зарядник» из маминой бригады тоже, Летучемышиный король туда же. А я? Просто стой в сторонке, не мешайся?!

Проходя мимо торгового центра, откуда мне должны были привезти бургеры, я представил, кто там мог бы работать. Вместо злобного мага-вегана нарисовалась более приятная картина: улыбчивая румяная повариха, под взглядом которой картошка пританцовывает во фритюрнице, а котлетки и булочки сами собираются в бургеры, как в старом мультике. Живот забурчал, напомнив, что про макароны я так и забыл.

Мимо проехал байкер на мотоцикле; помню, как целых два дня я мечтал попросить на окончание школы байк, но передумал. А вдруг сейчас этот бородач взлетит на нём? И не потому, что его кто-то подбросит, а потому что умеет?! Но он так и не взлетел, просто проехал по дороге, и скрылся из виду.

А эта девушка, похожая на вампиршу? Потому что тоже бледная, и в чёрном. Скорее всего, она просто не показывается на солнце, даже сейчас стоит, кутается в свою толстовку. Может, кроме супергероев есть и вампиры? Девушка глянула на меня, словно считав мысли… Хотя кого я обманываю? Она просто посмотрела мне за спину, не едет ли автобус. Прошёл мимо, оглянулся – она продолжила созерцать дорогу, по которой ехала маршрутка.

Хотелось успокоиться: знаю, что здесь есть хороший парк, который можно обойти по кругу за полчаса. Если после тридцатого круга мне не полегчает, буду искать другие способы… а если вам кажется, что я преувеличиваю, то ваши девятнадцать лет были слишком давно!

Обойти парк тридцать раз я не успел, закончил только первый круг, а потом вновь встретил ту самую девушку в чёрной толстовке. Ничего волшебного, если так подумать: дождалась своего автобуса, приехала сюда, теперь обратно возвращается. Но дальше…

Если бы это был любовный роман, то можно было бы сказать, что «их глаза встретились, между ними промелькнула, искра, буря, вспышка, и…» что-то там ещё, на выбор. Нет, какой-то влюблённости я так и не ощутил, милая девчуля, хоть и не «Та Самая», которая послана мне судьбой для долгой и счастливой семейной жизни. Глаза у неё были большие серые, две штуки, тоже ничего внезапного. Подведены тушью. Личико в самом деле симпатичное, круглое такое; чёлка с розовой прядью, которая его прикрывала, не мешала, а только добавляла интересную недосказанность. Грустное личико, или уголки губ просто опущены. В носу колечко маленькое, но ярко-розовое, и у толстовки тоже розовые карманы.

Но что-то она сделала, и мир внезапно стал светлее и добрее, а внутри меня разгорелся самый настоящий костёр любопытства, в который кто-то щедро плеснул ракетного топлива!

– Привет, это же ты что-то сделала, я прав?! – я по-прежнему соблюдал осторожность, и не орал на весь парк, но по привычке: рассекретить «целительницу» я не боялся, просто знал, что таким людям не нравится привлекать чужое внимание. Вампирша снова посмотрела на меня, и слегка улыбнулась: криво, неумело, стеснительно… искренне! Последнее я знал абсолютно точно!

– Правда. – почти прошептала она. – Просто… ты был такой грустный. Я не удержалась помочь.

– Не удержалась помочь?! Вот это настоящее Чудо! – Я был в невероятном восторге, потому что по доброте душевной девчуля-стесняшка помогла незнакомому девятнадцатилетнему деду-хмырю! Как тут не обрадоваться?!

– Лиля. – Вампирша достала из кармана руку, которую я тут же пожал.

– А я Лу! Ты во время грозы свой дар получила, да?

Моя новая подруга кивнула в сторону беседки, где мы и расположились. Там она начала свой рассказ:

– Наверное, в грозу. Я просто сидела в чате с подругами, потом Интернет отрубило, но так часто бывает, у нас дома он плохой. А утром… как будто иначе чувствовать себя стала. Что случилось, я не поняла, пока не проснулись родители, а когда увидела их…

– То что?! – не сдержался я, – Ой. Прости, просто я очень хочу понять, как это бывает.

Лиля не стала обижаться, продолжила:

– Я не знаю. Говорю, как сама увидела, а я… смогла чувствовать их эмоции.

– А… как?! – внутри у меня продолжало зудеть любопытство: вдруг я тоже так смогу?! Стоит только понять, найти ключик! Вампирша легонько улыбнулась, и пожала плечиками.

– Если до сих пор не видишь, значит, у тебя не мой случай, но это даже хорошо. Это как будто вокруг каждого такое сияние, разноцветное. Папе с мамой я не доверяю, скажут, свихнулась со своим компьютером, а сестрёнке доверилась. Говорю, и вижу вокруг неё такое большое пушистое… одеяло! Тёмно-бордовое, махровое, тяжёлое, вот-вот накроет и задушит! А дальше само собой получилось: я его к себе мысленно потянула, чтобы сестрёнка не запуталась и… как будто глазами съела.

– А сестрёнка что?

– Говорит, сначала испугалась, а потом поняла, что это совсем не страшно. Это одеяло было её страхом, представляешь? А ещё я его на вкус почувствовала… как будто копчёная рыба.

Я залился смехом: взяла и съела страх, ещё и вкусно было!

– А другие эмоции? Какие они на вкус?

Лиля посмотрела в мои честные-пречестные глаза (или просто увидела за спиной одеяло любопытства на половину Вселенной), и решила поделиться:

– Любопытство пробовала. Сестрёнка просила. Странный вкус, как у жвачки: сначала яркий, но быстро стихает. Так и не поняла, на что похоже. А потом радость попробовала… но больше не буду.

– Что, настолько невкусно?! – мне бы испугаться за компанию, но не выходило: мой личный страх съели. Зато с оптимизма и любопытства словно все засовы сорвали.

– Не, не в этом дело. Просто сестрёнка после этого в хандру скатилась, я чуть с ума не сошла!

– Я уверен, она пришла в себя, такие истории плохо не заканчиваются!

– Да, так и было. Поспала, утром всё снова стало хорошо! Но я себе обещала никогда не трогать хорошие эмоции! А тут… от подруги еду, смотрю, над тобой такое же бордовое страшное одеяло. И думаю: а какой смысл бояться себя? Вдруг я тоже могу кому-нибудь помочь?

– Стоп, так это полчаса назад было?

– Да. Я решила договориться с судьбой: если мы ещё пересечёмся – то помогу. И тебе, и всем остальным, кому помощь понадобится! А если нет – значит, запрусь дома со своим страшным даром, и никому больше на глаза не покажусь.

Я довольно кивнул:

– Вот видишь, а мы столкнулись! И Судьба снова всё разрулила, потому что я точно знаю, как помочь тебе справиться с твоим даром!

– Правда?! – на меня посмотрели, как на охотника за привидениями, но у меня уже зародился самый лучший план для Лили! Так что я набирал нужный номер, не боясь, что что-то может «не получиться».

– Не боись, Московская Коллегия Художников помогает не только Художникам! Боброго дня, Евгения! У меня архисрочный вопрос!

– Лу, давай потом, я не в настроении. – судя по голосу начальницы, она не лукавила.

– Именно поэтому архисрочный! Можем помочь одной юной и очень талантливой девушке, которая умеет поедать эмоции, а то и новые создавать?!

Ну да, приврал, потому что не знал наверняка, умеет ли.

– Она не целительница? – сквозь одеяло грусти промелькнул платочек любопытства.

– Пока только разбираемся, сама знаешь, всё только начинается! Говори, куда ехать к тебе! Как минимум хандру разгонять будем!

– Папе плохо, я в госпитале. Адрес сейчас напишу…

– Держись, я уверен, твой папа обязательно поправится! – на этом я повернулся к новой подруге: – Лиль, ты же не против проехаться сейчас до… куда там… другого конца Москвы? Навигатор говорит, всего сорок минут!

Вампирша подумала, взвесила все «за» и «против», и кивнула. Знаете что? Безгранично уважаю людей, которые смело бросаются навстречу неизвестности, говоря себе: «всё будет хорошо», потому что это «хорошо» услышит их намерения, и обязательно с ними случится!

В метро Лиля держалась робко, но не нужно быть одарённым, чтобы прочувствовать то тяжёлое настроение. Моё воображение рисовало над каждым огромные полотна самых угрюмых расцветок, с которыми я пусть воображаемо, но боролся: рвал их, сжигал, и разносил на атомы! Моя подруга делала то же, но по-настоящему, потому что лица пассажиров внезапно светлели, а кто-то даже улыбался от неожиданности. Это всё произвело такую шикарную цепную реакцию, что мы тихо ликовали! Новые пассажиры заходили, и удивлялись, а «вылеченные» молча поддерживали их. Какой-то подросток сам уступил место женщине с сумками, а концентрация хмурости в вагоне таяла, как лёд в духовке; гроб на колёсиках превратился в паровозик из Ромашково!

– Знаешь, а мы только что спасли мир. – шепнул я Лиле, и пояснил: – смотри, люди заходят и светлеют, а представь, что дальше будет?! Выйдут на своих остановках, придут на работу, в магазины, или куда они ещё едут, все на них посмотрят, и такие: «может, мы зря волнуемся? Спасибо тебе за смелость, чтобы мы без тебя делали!»

Уже через полчаса мы приедем к Евгении: как минимум для того, чтобы дать ей передышку от тяжёлых мыслей, и обговорить, может ли Коллегия помочь не только творческим талантам, но и волшебным. Что касается Цепина, то я верил: он обязательно выживет, и порадуется наступившим чудесным временам!

Глава 4. Обман.

Стас

Дети очень легко срываются на разные споры, а Лу часто ведёт себя на все десять! Кажется, кто-то хотел «взрослой жизни», и не взрослеть при этом… С другой стороны, у моего оригинального брата есть хороший способ успокоиться – прогулка, а размышления о монастырях напомнили, что в двадцати минутах ходьбы, в парке, стоит старая часовня.

Как я предполагал, люди не понимали, что происходит, но разумно ждали разных колдовских каверз. Та самая часовня была переполнена: многие вспомнили, куда надо ходить за помощью в подобных случаях. Но Лу среди них не было.

Вернувшись, и дожевав макароны, я мысленно поблагодарил брата за заботу даже в таком хмуром настроении. Чтобы заглушить чувство неприятной пустоты и тишины, наступившей после ссоры, я решил просмотреть новости. Надо отдать должное нашим СМИ, всё обошлось без конспирологии. Да, что-то произошло. Нет, мы не знаем, что и почему. Да, будьте бдительны, и не выходите на улицу без нужды. Нет, пока пострадавших нет, и вообще, давайте перейдём к чему-то более интересному, например открытию новой станции метро в Омске… Гляжу, и понимаю, что мы оба перегнули палку. Никто не бегает, и не «дарит чудеса» прохожим направо и налево, но и катаклизмы устраивать не собирается, так что живём!

Лу вернулся, как я и предполагал, ближе к вечеру, совершенно успокоившийся и довольный.

– Братиш, у меня сразу несколько хороших новостей! Новость номер раз: я нашёл первого таланта для Коллегии, Евгения уже одобрила!

– И когда успел! – я порадовался успеху брата. – Художника в парке? Или кого?

Когда Лу рассказал о «вампирше Лиле», лишившую страха сначала его, потом кучу людей в метро, а потом и Евгению, убивающуюся по умирающему родителю, мои восторги поутихли. Лучше бы дальше конспирологией занимался, чем этим!

– То есть, ты решил воспользоваться шумихой, и превратить Коллегию в цирк с фокусниками? – всем видом я постарался показать, насколько мне не нравится эта идея.

– Не цирк, лучше! Творческие люди чем хороши, это тебе не программисты какие-нибудь, они враз найдут ключик к любому дару! Завтра поедем с Лилей к писателям, устроим мозговой штурм…

– Думаешь, писатели согласятся на такое?

– А то! Дядя Миша уже дал добро, говорит, очень интересно, какой на вкус окажется его творческий кризис! – брат невозмутимо закивал кудрявой башкой, не распознав сарказма. – Но это всё завтра, надо ещё забрать билеты на поезд «Москва – Казань»…

– Какая Казань, мы в Китеж едем.

– Так Китеж на середине пути и находится. Братиш, ты чего?! Карты не смотрел?

Стало очень неловко, потому что я даже не представлял, как мы будем добираться до Китежа. Про «супергероев» новости листал, а по рабочему вопросу – не собрался. Молодец, первый серьёзный промах!

– Ну-ну, не переживай, если что-то ещё забудешь, я обязательно напомню! – брат утешающе похлопал меня по плечу. – Лучше вот что скажи, у тебя был какой-то там разряд по шахматам, я прав?

– Серебряная медаль за областной чемпионат! – я был рад, что брат поменял тему. – А причём тут шахматы?

– Хочу написать рассказ, а персонажа вижу шахматистом. Понять бы, насколько это интересно.

Логика мелкого меня удивляет: мы очень неплохо провели время за игрой, и я даже успел научить его правилам; схватывал брат всё на лету, и уже к вечеру играл на уровне уверенного любителя. А потом удивил меня пируэтами своего мышления, сказав, что шахматы – достаточно хорошая игра, чтобы не упоминать её в своём будущем рассказе. Задумку самого «рассказа о шахматисте» он мне так и не раскрыл.

– СТАС, СТАС ПРОСНИСЬ!!! – этим воплем меня снова подняли среди ночи; в какой-то момент мне показалось, что ночные побудки станут нормой… надеюсь, просто остаток забывшегося кошмара!

– Лу дай спа… – слова застряли у меня в горле, потому что, проследив за прыгающим перед окном братом, я понял: повод проснуться действительно был.

Безоблачное ночное небо неспешно пересекали сине-зелёные дорожки северного сияния. Яркие, красивые сияющие огненные ленты завораживали, а одна из них очень удобно проходила между стволом клёна и соседней многоэтажкой, словно хотела опуститься на землю. Кажется, я был даже рад, что меня разбудили ради такого зрелища! Удивительно, северное сияние в Москве!

– Чудо… снова повторяется! – восторженно прошептал Лу, не отлипая от окна. Да что там Лу, я тоже впал в детство, смотрел на небо с восторгом!

Лу сиял от счастья, да и меня потряхивало. Когда всё закончилось, и последний сияющий шлейф угас, небо затянули облака, а Лу задумчиво покосился на меня:

– В этот раз я точно получу какой-нибудь дар. И ты тоже! Мы оба честно смотрели на аврору! Сам-то что хотел бы уметь?

– Не знаю. Всё, о чём я мечтаю, можно получить и без фокусов. – я всерьёз задумался на несколько минут, но так и не придумал себе «волшебной» мечты. А мелочи уровня «есть и не толстеть» меня не прельщали, что брат даже оценил.

Перед тем, как снова заснуть, я думал, что перед отъездом должен завершить начатое, и сделать Маришке предложение. Когда мы договоримся встретиться в ресторане – не знаю, но я могу просто приехать к ней домой, и точно так же высказаться наедине! Что поделать, я… боялся. Я всегда был неуклюжим в вопросах романтики, а почти все свидания с Маришкой проходили неудачно. И всё равно она находила сил и великодушия любить меня, даже вопреки этому! Теперь у меня всё получится!

Дом Маришки находится на Садовом кольце, и я там даже был один раз: помогал ей с переездом. Уже тогда меня впечатлила элитная новостройка, походившая, скорее, на пятизвёздочный отель, чем на жилой дом. Всюду пахло цементом, за стенами не прекращался звук дрели, но мы всё же нашли время пообщаться, расположившись на коробках с новым кухонным гарнитуром из красного дерева. Это было одно из немногих успешных свиданий.

Ремонт давно был закончен, и сейчас я вновь оказался в парадной, обставленной экзотическими цветами. Путь мне преградила вахтёрша: суровая старая женщина с фиолетовыми волосами и тяжёлым взглядом поверх очков, из-под нарисованных острых бровей. Весь её вид выражал брезгливое недовольство.

– Вы к кому, молодой человек? Назовитесь!

Как бы уверил меня Лу, вряд ли старушка была сердита именно на меня, поэтому я решил не зацикливаться на её настроении, и постарался произвести хорошее впечатление:

– Здравствуйте, я – Станислав Калитвин, иду к Марине Ниловой.

– Она знает, что вы собирались нанести визит? – продолжался допрос.

– Нет, решил устроить своей девушке сюрприз. – я улыбнулся, надеясь на понимание. Ответом мне был ледяной взгляд человека, уличившего меня в чём-то непристойном. Суровая охранница набрала на своём телефоне код квартиры.

– Марина Александровна, к Вам посетитель, Станислав Калитвин, знаете такого? Знаете, хорошо. Говорит, сюрприз вам устраивает, разрешаете? – Вахтёрша посмотрела на меня, и нехотя процедила: – Проходите, молодой человек. И будьте любезны, в следующий раз одеваться по-человечески, здесь живут приличные люди!

У меня дыхание перехватило от обиды, я выглядел прилично! Чистая рубашка, любимая ветровка, джинсы, ботинки… даже голову вымыл перед поездкой, что не так?! Но спорить с суровой привратницей я не стал, хотя почувствовал себя шпаной в королевском дворце.

Моя королева, вернее, Маришка, встретила меня у лифта. Одета она была, как героиня красивого сериала о любви: розовый махровый халат слегка приоткрывал декольте, будоража воображение. На голове – изящный узел из полотенца, на лице – косметическая маска, не помешавшая одарить меня радостной улыбкой.

– Ёженька, какой замечательный сюрприз! Но тебе стоило предупредить меня, наша новая охранница слишком серьёзно относится к своим обязанностям. Сам понимаешь, священный долг маленького человека перед господами делает его чуть больше, хотя бы в собственных глазах. – девушка широко улыбнулась, а я растаял. – Проходи, мы обязательно поцелуемся сегодня, даю тебе своё слово! Но не раньше, чем я сниму маску. Проходи, у меня ещё час свободного времени.

В квартире Маришки всё кричало о роскоши и стиле; не зря её апартаменты обставлял профессиональный дизайнер, которого она же потом привела в МКХ. Авторская мебель в современном стиле смотрелась уверенно и свежо, уши массажировала ненавязчивая музыка, создававшая впечатление, что мы играем роль героев сериала о любви и роскошной жизни. В ноздри стучался аромат благовоний и лимонного эфирного масла. Хм… Красиво, но не моё. Совсем не моё! Я человек более приземлённый, для меня здесь было слишком много деталей, которые казались неестественными и лишними. Но… придётся привыкать: когда мы будем жить вместе, Маришка вряд ли станет изменять своим вкусам ради меня. Оттолкнув неприятные мысли о расставании с уютом и теплотой старых домов, я понял, что нужно во что бы то ни стало проявить волю, и высказать главное. Сегодня! Здесь и сейчас! Тогда Маришка поймёт, что не зря ждала всё это время!

А она изящно расположилась на диванчике перед собственным портретом, и снова одарила меня своей фирменной улыбкой.

– Мариш, послушай меня! Я очень люблю тебя, все эти два года! И… Скажи… – тут я очень некстати заметил, что похож на всё того же беспризорника, дерзнувшего попросить руку у королевы, но отступать было некуда! Ладони вспотели, сердце грозило вырваться из груди, я заикался, идеально я уже не смогу, но я не остановлюсь! Я выскажусь! – Давай, ну… поженимся, что ли… А?

Я почти провалился сквозь землю от стыда, как нелепо это прозвучало! «Давай поженимся!», «Будь моей женой!», почему я сказал именно ЭТУ нелепую фразу?! Надо было отрепетировать перед зеркалом, а не полагаться на собственную самоуверенность! Так что неудивительно, что Маришка мелодично рассмеялась, видимо приняв мои слова за неуклюжую шутку.

– Милый, ты такой смешной, мечта любой девушки! Сам подумай, разве может встретиться на моём жизненном пути ещё один такой же очаровашенька, как ты? Но если всё ещё хочешь сделать мне красивый сюрприз, который мы будем вспоминать до благородной старости с благоговением и теплом, то я готова сделать вид, что была сегодня глуха, слепа и жутко рассеянна, а потом… Словно бы невзначай! Оставлю подсказку: карту к моему сердцу! И тогда, после долгих и красивых приключений, мы встретимся вновь. Ты – в чёрном, я … – она оглядела себя, и быстро накинула на плечи белый шёлковый платок с кресла – в белом, будем смотреть друг на друга глазами полными любви, и в ответ на самый главный вопрос я произнесу два самых судьбоносных слова: «Я согласна»!

Как красиво она это описала! Но я понял, что мне практически дали ответ; моя девушка (или уже невеста?) любит метафоры не меньше, чем красоту, и спасла положение, превратив неуклюжее признание в красивый акт подготовки к важнейшему из событий.

– Где мне искать эту подсказку?

– Я обязательно расскажу тебе об этом, мой дорогой Ёженька… – с этими словами Маришка покинула свой «трон», и меня всё же поцеловали в щёку, оставив крошечный влажный след маски, пахнущей красотой и уверенностью. – …но не сегодня, ты уж прости мою маленькую слабость. – краем платка она стёрла грязную капельку с моего лица.

– Тогда завтра перед отъездом?

– И не завтра. Ты взрослый и разумный Ёжик, поэтому понимаешь, что нельзя отказываться от своих планов только потому, что кто-то собирается войти в твою жизнь. Но я готова читать все твои письма со словами любви, смотреть все открытки с пожеланием доброго утра и доброго вечера, только чтобы ты простил меня за моё внезапное проявление личной жизни! Ты же простишь меня?

Стало снова некомфортно; пришёл без предупреждения, без подготовки, не дал обустроить всё идеально, и понадеялся только на собственную наглость. Но мне дали понять, что я смогу переиграть этот эпизод, и мне даже предоставят подсказку, как сделать всё правильно – то есть красиво.

– Конечно, прощу. Мариш, я готов разгадывать все твои загадки, сколько захочешь.

– Об этом я и мечтаю, мой хороший. Увидимся позже, у меня ещё полно дел.

Прощание было снова смазано, и я говорю не о маске, покрывавшей чудесное фарфоровое личико первой красавицы Коллегии. Почему в самый важный момент своей жизни я превратился идиота?!

Стас

Дальше должна была быть часть рассказа Лу […но я убедил Стаса, что правильнее будет, если он продолжит!] так что я продолжу.

По пути домой, я успел ещё раз пролистать новости: за прошедшие дни выходка с Останкино была единственным крупным происшествием, но в остальном мелкий, как ни странно, оказался прав. Люди не сошли с ума, и разумно отнеслись к новым реалиям. Патрули с собаками всё ещё следили за порядком, но было заметно, что парни скучают. Да и сама гнетущая атмосфера в метро пропала! Наверное, летучие мыши тоже были случайностью, как испорченные Андреем провода.

Лу пошёл искать новые «места силы», и я решил позвонить ему. Весёлый перезвон из прихожей прозрачно намекнул, что брат умудрился забыть свой телефон дома… или специально отложить, чтобы его «планам» не помешала вездесущая прослушка.

Случайно или намеренно, вот в чём вопрос! Ответ, возможно, лежал передо мной и звенел. Каких-то намёков, куда мелкий подевался, у меня не было, зато проснулось жгучее желание по-братски проследить, чтобы этот ребёнок не свернул себе шею!

Две минуты я раздумывал, стоит ли залезть в телефон брата, чтобы проверить историю его запросов, ещё столько же времени потратил на взлом пароля [Эй, как будто это так просто!] Проще, чем кажется. Как «тыжпрограммист» я постоянно помогал творческим коллегам разблокировать свои гаджеты, на которые были придуманы и благополучно забыты очень сложные пароли. Но я не жаловался; Цепин знал об этом, и ощутимо увеличил жалование за эту услугу. Может, я и был «маленьким человеком» в Коллегии, но на мне многое держалось, и это ценили!

История запросов брата выдала ожидаемую картинку. «Как узнать свой дар», «способ получить сверхсилы», «стать супергероем в Москве»… десяток таких запросов выдал Лу с головой. А последнее, что я увидел в истории – пёстрый сайт, поющий дифирамбы заведению под названием «Сахасрара». Фотографии смеющихся бритоголовых ребятишек в рыжих халатах, и кричащие слоганы о «Рае на Земле» напрягали всё больше с каждым прочитанным словом. То, что мой брат-параноик сможет опознать банальную секту, я был уверен… но навигатор всё ещё показывал маршрут от нашего дома до «магазина эзотерических товаров». Увидев это, я рванул к остановке, прихватив оба телефона!

«Сахасрара» находилась на Калужской, это совсем рядом от любимого «бьюти-маэстро» Маришки, но дозвониться до неё, чтобы попросить о помощи, мне не удалось: надиктовав сообщение в автоответчик, я каждую станцию смотрел, не появилась ли невеста в сети, но тщетно. Выбежав на залитую солнцем платформу метро, я бросил последний взгляд в телефон: Маришка отреагировала на мою просьбу о помощи фразой «позже обязательно прочитаю всё, что ты написал мне, мой Ёжик», и вышла в оффлайн.

А я шёл по переулкам; как в центре Москвы могут быть такие странные заброшенные места?! Полуосыпавшиеся стены скалились разноцветными буквами и обрывками афиш, а отсутствие прохожих напрягало. Хотя встретить кого-то… брр! Это было бы ещё хуже, нормальные здесь ходить не будут! Наконец, я дошёл до старого двухэтажного дома, разрисованого психоделическими граффити, вывеска над которым гласила, что здесь находится «Сахасрара».

Дверь прошелестела колокольчиками, а в нос врезало почти оглушающим запахом благовоний. Я посочувствовал местным, с позволения сказать, работникам, вдыхавшим эти ароматы целый день. У страха глаза велики, и сейчас я прочувствовал это в полной мере; сайт обманул меня, потому что «Сахасрара» походила на магазин тематических сувениров!

Тут было даже красиво: охранник в костюме самурая приветливо кивнул, работники в костюмах монахов и гейш помогали посетителям, превращая покупки в настоящее философское «путешествие за мудростью Востока». Лу среди посетителей я так и не увидел, хотя моё внимание привлёк благообразный лектор в пиджаке, вещавший слушателям с интонациями профессионального гипнотизёра:

– Глубокий вдох!.. Выдох. Сосредоточьтесь на точке над переносицей, и мысленно зажгите там солнце, которое осветит всю нашу Вселенную. Через пять секунд вы почувствуете приятное тепло в глазах. Глубокий вдох!.. Три, два, один…

Я высматривал в толпе слушателей брата, испытав большое облегчение, что его здесь не оказалось. Лу убеждён в своей устойчивости к гипнозу настолько же, насколько верит, что подобная уверенность – признак предрасположенности к нему, так что гипнотизёров он всё равно избегает.

– Здравствуйте, юноша! Вам тоже нужен ключ к просветлению? – один из старичков подошёл ко мне с доброй мягкой улыбкой и тёплым взглядом, а я смутился, потому что меня приняли за такого же «искателя тайных знаний», но приготовился сгладить это впечатление.

– Нет, я пришёл сюда за… чаем! Друг сказал, он здесь хороший.

– Чудесный чай, у вас хороший друг, юноша! Пойдёмте, я покажу вам самый настоящий тибетский чай, такой только у нас продают!

Непривычная обстановка, дурманящий запах и спутавшиеся мысли легко заставили меня забыть, зачем я вообще сюда пришёл… а может, старичок сам обрёл сверхсилы профессионального торговца? Боюсь, я этого так и не узнаю, но думаю, я просто попался на уловки маркетологов.

Расхваливая преимущества «настоящего тибетского чая», старичок повёл меня в сторону стеллажей, уставленных коробками и шайбами с иероглифами.

– Такому благородному и уверенному в себе юноше прекрасно подойдёт целебный чай «Мак Кхи Худ»²… – меня начали убеждать в уникальных свойствах напитка, а я начал понимать, что меня раскручивают на покупки. Что дальше? Купить этот чай, чтобы от меня отстали, и пойти искать брата? Я сюда пришёл совсем не ради чая! Но в голове тут же родился план, достойный Лу, поэтому я наклонился к «монаху» и доверительно прошептал:

– Простите, мне во сне сказали, что я должен найти свой чай без подсказок, а то мне придётся искать просветление в другом месте.

Старичок радостно просиял, и умильно сложил сухие ладошки:

– О, вы тоже получили просветление дорогой сновидений! Как это славно! Выбирайте, я буду рядом!

Кажется, получилось! Я был горд своей выдумкой, и даже перспектива действительно купить какой-нибудь чай меня не смущала: тибетский он или нет, не важно, лишь бы вкусный. Но от мыслей о чае меня опять отвлекли, слегка постучав по спине ладошкой:

– Привет! Давай помогу тебе в поисках! – девчоночий звонкий голос раздался у меня из-за спины. Кажется, вместо старичка-продавана пришла настоящая «искательница просветления». По-мальчишески худая, с хитрыми зелёными глазами, и рыжими короткими волосами. Одна бровь чуть выше другой, это придавало ей хитрый ироничный вид. Одета в обычную джинсу, но шея и тонкие запястья увешаны разными фенечками, сделанными, похоже, вручную.

Голова всё ещё была забита «продающим эффектом» благовоний так что я решил продолжить свою легенду, доигрывая восторженного «искателя истины»:

– Во сне мне сказали, что все ответы на мои вопросы кроются в чае…

– От запора, что ли? Там этикетка на русском есть. – тонкая бровь ещё больше приподнялась, а я поспешно положил коробку с ехидно хихикающим с неё Конфуцием (или кто это был) на место. – Знаешь, что мне карты сказали? Симпатичный парень придёт, ребёнка ищет, а в руках у него пачка чая.

– Прямо так и сказали? – хмыкнул я, насколько эта гадалка точно охарактеризовала моего брата. Та кивнула, и продемонстрировала колоду, отпечатанную вручную на типографском принтере; я такое легко опознал! Перетасовала, глянула, кивнула. – Угу, точно ребёнка, хоть и великовозрастного.

– А ещё непричёсанного, небритого, и ищущего приключения себе на голову. – подтвердил я, вспоминая, зачем сюда зашёл, и намечая возможные планы по продолжению поисков.

– Сейчас всё узнаем, не отходя от чая! – колоду перетасовали ещё раз, но что незнакомка увидела, сказать не успела: только пошатнулась, чудом не упав на прилавок. Старичок рядом заволновался, но она только рукой помахала: – Всё нормально, на воздух, мне надо на воздух!

Я тут же забыл обо всех своих страхах, подхватил худенькую девушку на руки, и пошёл к выходу. Не знаю, осилила бы она в таком состоянии подъём по лестнице, поэтому вынес наружу. Холодный ветер приятно ударил в лицо, смыв остатки пряного тумана.

Оказавшись на улице, девушка посмотрела на меня абсолютно трезвыми глазами, и хитро подмигнула:

– Спасибо за спасение, мой благородный рыцарь, дальше я сама! Зря их боишься, это просто ролевики, они безобидные!

До меня дошло, что меня обвели вокруг пальца.

– Так ты нас так из магазина вывела?!

Девчонка закивала.

– Не «нас», а «тебя»! Заметь, всё сработало, карты опять помогли! Меня Настей зовут, и я ведьма, если что. Но вопрос твой надо решить, пока дурные детишки не влипли в неприятности от большого ума.

Ведьма, серьёзно? Не походила она на ведьму. Максимум – такой же ролевик. В колдовские силы мерчандайзера, едва не убедившего меня купить чай, я верил больше.

– Сам справлюсь.

– А, вот в чём дело. Давай договоримся? Клянусь Силой, что за свою помощь не буду клянчить ни у тебя, ни потеряшки никаких ценностей! Ни денежных, ни моральных, ни аморальных! А ты просто примешь мою помощь по доброте душевной безвозмездно, то есть даром! Идёт?

Я взвесил все «за» и «против»; зацепок у меня не больше было, а импровизация брата – причудливее любого гипноза. Если я вернусь в «Сахасрару», то я, возможно, выйду с полными пакетами чая, книг, фигурок и дисконтной картой, вместо понимания, куда мог отправиться мелкий.

– Просто так помочь хочешь?

– Угум! Веришь?

– Нет. – прописную истину о сыре в мышеловке я помнил с детства.

– Зря. – Фокусница всё равно шустро перетасовала колоду, вытащила три карты, и показала мне. Картинки сделаны, похоже, в нейросети, мои восторженные творческие коллеги уже успели меня перегрузить этим.

– И что это значит?

– Вижу потеряшку, ребёнок тот ещё, но умный. Поговорил с вроде бы мудрым человеком, только обдурить его, как тебя, не удалось, ну и ушёл прочь. – Настя хихикнула, и пояснила: – Не удивительно, этот психолог только карманы простаков просвещает, а был здесь в прошлом году настоящий гуру… но это так, к слову. В повозке ехал, то ли в автобусе, то ли в метро – не знаю, далеко уехал. И да пришёл любопытный путник к фонтану со львами, и увидел что это хорошо! Короче, ясно! Пока ты его бегаешь-ищешь, вы не столкнётесь, но всё хорошо закончится, в коричневом доме увидитесь.

– Скажи прямо, где мне брата искать! – я начал сердиться, что передо мной снова разводят туман.

– Т-т-т, звиняюся, что вижу, то и говорю! – прозвенела девчонка, и комично развела руками. – гадание штука такая, вилами по киселю! В кофейне он, что ли? Не знаю. Есть тут одна через остановку, у неё и облицовка коричневая, и кофе коричневое.

– Коричневый. – педантично поправил я. Не люблю, когда коверкают слова.

– Я ведьма, мне всё можно, даже пить коричневое кофе! – рассмеялась Настя, и убрала карты в кармашек, а меня почему-то обидно резанула фраза, словно украденная у братишки.

– Лу говорит так же, вы знакомы! – я смерил гадалку мрачным взглядом.

– Нет, просто у гениев мысли сходятся. Не грузись, тебе сейчас стократ тяжелее, чем ему, ещё кого спасать надо! Параноишь себе, по подозрительным местам шляешься, а братик уверен, что с тобой всё в порядке.

– И тебе это всё карты рассказали? – я всё больше приходил к мысли, что передо мной разыгрывают шоу.

– Конечно! Карты надо самой делать, под себя, тогда никогда не соврут. В чудесное время живём, а значит надо действовать с умом и креативом!

– Угу, а не шарады разгадывать. Многим уже погадать успела? Который я лопух по счёту?

– Второй! – мошенница улыбнулась, а потом до неё дошло, что проболталась. – Э, ну нет, так нет! Что я, самая рыжая?! Я тебе всё сказала, делай, что вздумается! Позже ещё увидимся, Стас!

– Это вряд ли. – буркнул я, и направился в сторону автобусной остановки, не оглядываясь. Как я был сердит! И на Лу, пропавшем в неизвестном направлении, и на себя, так легко влипшего в цирк ролевиков, и на эту ведьму, на ходу сочинившую «самое верное решение проблемы». Дурацкая шутка!

То, что эта «ведьма» назвала меня по имени, я почему-то оставил без внимания.

Человек я простой, и временами это очень удобно: все мои обиды были утоплены в чашке кофе, а страхи заткнуты сладким пирожным, оттенившим посредственный вкус напитка. Маришка до сих пор молчала, но я догадался, кто мог помочь ещё.

– Здравствуй, Стас, что случилось? – Евгения стала заметно спокойнее; как говорила «вампирша» Лиля, эмоциональный паралич проходит после короткого сна, но Евгения – разумная девушка, и смогла выбраться из хандры по случаю тяжёлого состояния отца. Я, не кривя душой, пересказал свои приключения.

– Обидная ситуация. – вынесла вердикт начальница. – Возможно, Настя тебе в самом деле могла помочь. Лу так Лилю нашёл.

– То есть думаешь, её фокусы были реальными? Дешёвый балаган какой-то… «Помогу по доброте душевной», бред!

– Не будь категоричен, люди изменились – возразила Евгения. – Помогать друг другу начали. Знаешь… меня сегодня в парке слойкой угостили. Просто так! Потому что я показалась голодной. Деньги продавец не взял, сказал, «лучше сделай тоже кому-нибудь доброе дело». Неожиданно, правда? Но мне нравится! Мы заслужили немного радости…

– Это точно, – выдохнул я, с небольшой горечью вспоминая события последних десяти лет. Как любитель подобных теорий, Лу часто повторял, что индейцы Майя оказались правы, и после декабря две тысячи двенадцатого всё пошло «не туда».

– С Лу всё в порядке, Стас. Сам подумай, перевернуть Коллегию вверх дном за один день, просто так, между делом! Его живучести и удачливости любой таракан позавидует!

Я согласно промолчал. Как говорила бабушка Аня, «дураков и детей Господь бережёт». Та самая бабушка, которая убедила маму назвать мелкого Лукой, пусть он и мечтает сменить имя на короткое и звучное «Лу».

А я и правда дурак. Может, сейчас Лу ищет меня, чтобы набить морду за взломанный телефон? Если всё закончится хорошо, обещаю больше не бояться, и завтра отправиться в командировку. Вернее, мы с Лу вместе поедем, даже если всё, что он сможет – это превратит деловую поездку в волшебное приключение. Даже прошлую новогоднюю ночь он раскрасил своими детскими мечтами о северном сиянии над Переславлем… а сейчас аврору нам обещают едва ли не ежедневно!

Мысли приходили в норму, спокойная речь Евгении прояснила разум, развеяв остатки дурманящих благовоний и вкрадчивых гипнотических интонаций.

– Спасибо тебе, Евгения! Кажется, тебе удалось меня поддержать! Моя очередь передавать кому-нибудь хорошее настроение. – сказал я со всей уверенностью.

– Так и надо, Стас! Всегда рада твоим звонкам! – Евгения отключилась, а я снова глянул на дно чашки: остатки кофе образовали там неопределённый узор. Моё личное предсказание звучало так: это ничего не значит! Кроме того, что Настя права: кофе такого качества и правда… кхм. Коричневое.

Лу

Дома я оказался за полчаса до Стаса, а в таинственной «Сахасраре» я не нашёл ни намёка на ключ к собственному дару. Обидно, но не смертельно. Как и то, что телефона на тумбочке не обнаружилось. Моё воображение моментально нарисовало Стаса, как он бежит выручать меня из лап Злого Колдуна, вооружившись лучшим оружием из возможных, то есть моим телефоном!

Когда дверь забренчала от появления в ней ключа, и в квартиру ввалился вымотанный, но не перепуганный до полусмерти старший брат, я понимающе закивал:

– И почему я думаю, что ты полгорода оббежал в поисках одного любопытного меня?

– Балда! Я бы не гонялся за тобой, если бы ты взял телефон! – Волшебный артефакт для победы над Злыми Похитителями Младших Братьев был извлечён из ветровки, и водружён на место.

– Ну не мог же я ходить во всякие подозрительные места с телефоном!

– Поэтому пошёл сам? – Стас продолжал изображать строгого главу семейства.

– Я только подозревал, что оно подозрительное! Чего ты так разволновался?! Я же написал записку, и прикрепил её к холодильнику…

– На холодильнике не было никакой бумажки, не ври.

Я рванул на кухню: листка не было, потому что отвалившийся магнитик лежал на полу, а край бумажки – выглядывал из-под пластиковой этажерки с овощами. Стас достал листок, прочитал моё сообщение; буря в его глазах стремительно стихала.

– Вот что, предлагаю компромисс. Я ни слова не говорю о записке, а молчишь о взломанном телефоне. – сказал брат, и примирительно протянул лапу.

– Договорились! – я пожал пятерню, и предложил: – А хочешь, я расскажу тебе, что со мной приключилось?! – моё предложение поддержали кивком. – В магазине ничего интересного я не заметил. Книжки, вкусняшки, свечи, но ничего полезного для себя. А когда местный «лектор» начал затирать о моей якобы избранности, типа «только мне, только сегодня и только сейчас и даже со скидкой», я понял, что ну его, в Гималаи, этот подвал! Так что вышел, даже подарка тебе не догадался прихватить, а там чай продавали.

Стас смущённо отвёл взгляд; похоже, чай он тоже успел оценить.

– То, что я не нашёл «себя» в этом месте, ничего не значит! Просто ответ на мой вопрос не здесь. Поехал на Патриаршие пруды. Помнишь, про них ещё Булгаков писал? Было бы классно встретить там…

– Дьявола?

– Зачем? Не думаю, что там и правда ходил Дьявол со свитой. На Патриарших прудах никакой мистики не нашёл, зато увидел там кое-что поинтереснее! Сейчас покажу, про это должны были написать!

Я быстро набрал на планшете координаты, и протянул брату: тот как-то странно посмотрел на меня.

– Выставка декоративных фонтанов?

Я закивал:

– Ну да! Особенно со львом был шикарный! – Я вспомнил нечто, сделанное по мотивам шедевров Танчика; только её музы могут держать льва над головой, пока тот, с глазами полными Страдающего Средневековья, пытается не выронить из лап кувшин с водой.

– А я ведьму встретил, пока тебя искал. Погадала даже. Обещала, что я тебя встречу в «коричневом доме».

Я восхищённо вытаращился от этой новости:

– Ого, она тебе реально сделала предсказание! Ты же позвал её в Коллегию?!

– Зачем? И где здесь «коричневый дом»? – Нет, Стас откровенно тупил! Может, мне брата подменили, заменили на инопланетянина-дальтоника?! Я покрутил пальцем у виска, и воскликнул:

– Алё, Стас! Мы УЖЕ в коричневом доме! Который облицован коричневым кирпичом! И в комнате с коричнево-полосатыми обоями! Даже ковёр здесь коричневый! Так что тебе попалась самая настоящая ведьма! Телефончик её хотя бы стрельнул?! Я бы очень хотел с ней познакомиться!

На этой ноте брат снова мысленно издал вопль суслика, закрыл лицо руками, и выдавил:

– Нет, но… мы с ней ещё встретимся. Это она тоже предсказала.

Глава 5. Попутчики.

Лу

А вот и день поездки! Начну по порядку, а именно – с утра. Всего лишь сборы в город в четырёх часах поезда от Москвы: что может быть проще?! Но Стас заглянул ко мне, ещё раз проконтролировал, насколько я умело собрал рюкзак, и недовольно поморщился на мой прикид.

– А что такого?! Нормальная одежда! Чистая, удобная, мне в ней хорошо. – я только плечами пожал, потому что пиджак-тройку цвета скукотищи не надену, даже не просите.

– Хотя бы жилетку эту сними, ты в ней, как школьник. – любитель скучных рубашек скуксился, увидев на мне цивильную одежду.

– Не сниму! Считай значки моей личной коллекцией талисманов! – Я показал Стасу язык, но взял расчёску, и прошёлся пару раз по макушке. А смысл в коллекции, если держать их в тёмной коробке, и вспоминать раз в год? Братишка уделил внимание истерящему в кармане телефону, и махнул рукой, мол, позже поспорим.

– Евгения, здравствуй, мы почти выехали. Да, есть примерно два часа… ЧТО?! Едем! – лицо Стаса вытянулось от услышанного, а после разговора он повернулся ко мне с диковато-радостной улыбкой. – Лу, Цепин выздоровел!

– Надеюсь, это всё-таки чудо, а не зомби-апокалипсис, – пошутил я, хотя исцеление меня тоже заинтересовало. Я был почти уверен: одноразовой раздачей пряников всё не закончится. Может какая-нибудь медсестра получила суперсилу исцелять одним взглядом? Надо проверить! Тем более, что, как сказал Стас, у нас было время в запасе. Сделаем крюк, это нельзя проигнорировать!

Мы прибыли в Коллегию, и Евгения, встречавшая нас у входа, весело улыбнулась: мы выглядели, как две противоположности. Стас весь причёсанный, в новой рубашке, с галстуком, который он, не без приключений, но завязал сам, в блестящих ботинках… А рядом – я. В любимой футболке, рыжей, с принтом Млечного Пути. Жилетку со значками я тоже не снял. И кроссовки, в которых можно бегать даже по лужам, не боясь, что шнурки помнутся.

– Привет! Поздравляю с папиным выздоровлением! Как он? – воскликнул я. Стас снова посмотрел на меня взглядом, означающим «ты уже не ребёнок, так говорить с начальницами», а я этот взгляд снова проигнорировал.

– Прекрасно! Говорит, ему даже лучше, чем прежде, как заново родился! Хотел с вами повидаться перед отъездом! – Евгения сияла как солнышко. На щеках ямочки, в глазах искорки, такая обаяшка, когда радуется!

Такие дела, наша молодая начальница (да и вся Коллегия заодно) переживала, что будет дальше – ожидаемый удар Старости не доведён до финала… буквально Чудом!

– Надеюсь, он в вампира не превратился? – опять пришлось игнорировать взгляд брата «что ты мелешь?!», но Евгения отнеслась к этому адекватно:

– Нет, в смысле на солнце ему хуже не становится, и к крови не тянет, даже мыслей о мировом господстве не появилось. А чёрное он всегда носил!

Теперь моя очередь телеграфировать взгляд брату: «видишь, как реагируют нормальные люди?». Мой взгляд тоже успешно продинамили.

Коллегия на слуху, как Кембридж, Суворовское училище, и Шао-Линь, так что Цепина я видел часто, но вживую он показался моложе, чем на фото. Старый (восемьдесят лет с небольшим – не шутка), но он походил на того мудрого волшебника, который находит в старости больше преимуществ, чем неудобств. Глаза спокойные и чёрные, смотрят прямо в душу, где находится жемчужина таланта. И он совсем не похож на человека, только утром сбежавшего с больничной койки! Скорее из санатория, где ему провели сногсшибательную терапию по омоложению, даже цвет лица не старческий, а просто бледный! Он посмотрел на нас, и вежливо кивнул.

– Здравствуйте, Станислав, Лу. Как понимаю, это вас я должен благодарить за спасение Коллегии.

Всё, этим Цепин меня просто подкупил! Обычно все мои новые знакомые из «приличных взрослых людей» пытаются называть меня полным именем, а чтобы такой солидный дядька, и сразу «Лу»?! Обалдеть! Сразу видно: наш шеф первоклассно разбирается в людях!

– Марк Абрамович, что вы имеете в виду? – Стас задал интересующий нас обоих вопрос. Начальник приглашающе указал на диван:

– Присаживайтесь, молодые люди, немного передохнуть можно. Чай наливайте, не стесняйтесь. Я, знаете ли, в курсе того, что творилось в Коллегии, хоть дочка меня и щадила. Ничего, у неё ещё будет время поработать над собой, молодёжи всё равно нужно дорогу давать.

– А Марина?

– Марина хорошая девушка, но, понимаешь, Станислав, здесь не только думать надо. Здесь чувствовать надо! Вот брат твой почувствовал. Я ведь сам так когда-то поступил: пришёл студент с однокурсниками, вынес на обсуждение одну очень несерьёзную идею. Время, сам понимаешь, какое было, мне все говорили, что ерунду задумал. А мы пробились! По результатам командировки, для очистки совести, я бы даже предложил тебе, Лу, на правах помощника, заняться атмосферой Коллегии…

– Э-э, нет, спасибо, конечно, но это для меня перебор! – запротестовал я, смеясь и отмахиваясь от внезапного повышения. Цепин мягко улыбнулся, и развернулся в сторону Стаса:

– Видишь, как вы похожи, Станислав? Ты так же отреагировал, когда я предлагал тебе место своего помощника, в итоге ты проработал несколько лет за компьютерами. Хорошо проработал, никаких нареканий! А теперь вы с братом едете на первое серьёзное занятие.

– Марк Абрамович, а у вас есть какие-нибудь советы? – пай-мальчик Стас снова глянул на начальника, но чай пьёт, не стесняется, молодец!

– Только один, знаете ли. Слушайте себя, у вас у обоих чутьё хорошо работает, оно из любой беды выведет.

– У меня тоже вопрос! А как так вышло, что вы сами исцелились?! – это уже я любопытный. Начальник посмотрел на нас двоих, потом на притихшую дочку, которая, видимо, тоже этой истории ожидала, и поделился секретом:

– Расскажу, пожалуй. На больничной койке, я смог кое-что вспомнить о своей жизни. Вроде как сон умирающего старика в бреду. Не спорь, Евгения, я знаю, в каком я был состоянии, чай, не мальчик, врать себе! А там, в воспоминаниях, я увидел всю свою жизнь, какой она была. Откуда только вспомнить удалось! Проснулся, понял: сознание ясное, как у студента перед экзаменом. Какие-то проводки, трубки в венах торчат, неприятно, знаете ли. Я их вытащил аккуратно, потому что зачем это здоровому человеку? А тут и нянечки прибежали. – старичок усмехнулся, видимо, вспоминая лица «нянечек», от которых сбежал пациент. – Я поговорил с ними, чтобы не волновались, объяснил, что к чему, ради порядка меня проверили по-быстрому, ну и выписался самостоятельно. И сразу в родную Коллегию, как же я без вас?

Ой, недоговаривает что-то Цепин, явно недоговаривает! Но секреты могут быть у каждого. Может, позже я узнаю, что случилось. На живого мертвеца он не походил, и это радовало. А внутри меня что-то приятно дрогнуло: каждого принимающего чудеса за что-то хорошее, я сразу записываю в родственные души!

Надолго нас задерживать не стали, но приехали мы раньше, чем планировали, а под видом поезда «Москва – Казань» нас ждал ещё один сюрприз: из-за каких-то накладок было решено ввести вместо обычных электричек – поезда дальнего следования нового образца. Удивились многие! На таком поезде можно уехать не то, что в другой город – в Светлое Будущее! Куда бы эти поезда ни планировали направить, я рад, что удалось прокатиться в одном из них!

Пока мы ехали, я смотрел в Интернете брошюры о Китеже, и мой восторг чуть увял: самый типовой туристический город, вроде Золотого Кольца. Радушные красавицы в традиционных сарафанах, с голливудским «чи-и-из» зазывали получить непередаваемые впечатления от города, посмотреть на исторические памятники и живописную природу. Всё, как у всех!

Хотя Марк Абрамович очень просил нас задержаться, чтобы посетить «Летнюю ночь» – музыкальный фестиваль, который едва не прикрыли из-за Чуда. Там будет очень легко найти ещё четыре «таланта», как того требуют традиции начальника. Согласен, простое и изящное решение проблемы… или почти простое, потому что ни одного упоминания о фестивале я так и не нашёл.

– Странно всё это. Ссылка битая, поисковики молчат. Не могли нам его придумать, не? – Я честно перелопатил Интернет с восьми поисковиков, но ничего не нарыл.

– Отменили, значит. – Вчерашний компьютерщик сделал вид, что это его не волнует. И это натолкнуло меня на ещё одну мысль:

– Хватает странностей. Но знаешь, что меня ещё больше удивляет?

– У?

– Люди к этому подозрительно спокойно отнеслись, будто ничего не произошло! Ну да, соседка огнём дышит, дворник листья в пряники превращает, ничего необычного, правда?! Будто все давно всё знали! – я понял, что засёк что-то Очень Важное, но не мог сформулировать даже для себя. Зато мой внутренний конспиролог проснулся, и начал соединять заметки.

Стас таким конспирологом наделён не был, поэтому продолжил зубрить учебник под названием «Люди: как с ними разговаривать». Да-да! Кое-кто настолько волнуется, что даже в поезде продолжал учиться, чтобы избежать возможных проблем! А я был спокоен: моя стезя – обаяние импровизации, а не заготовленные схемы, и это тоже имело смысл. Так что, пока Стас продолжал свой интенсив по превращению в «охотника за мозгами», я продолжил сёрфить инет в поисках упоминаний «Летней ночи».

От процесса меня отвлекла раздвинувшаяся дверь купе, и появившаяся в проёме загорелая физиономия парня чуть постарше меня, с хитрой улыбкой от уха до уха.

– Здарова, пацаны! Не возражаете, если я у вас тут перекантуюсь? А то от соседки зубы сводит. – попросил он. Стас пригласительно подвинулся, а я невежливо, но от чистого сердца, начал рассматривать нового попутчика. Прикольный! Похож на любителя солярия, потому что так бронзово загореть можно только там. А с его блондинистыми волосами это смотрелось особенно чудно! Лицо угловатое, несимметричное, но очень живое и запоминающееся.

Попутчик нас тоже изучал с плохо скрываемым любопытством: нормальные мы, или тоже огнём дышим? Притворяется, будто в телефоне сидит, но всё равно поглядывает то на меня, то на Стаса. Я ждал целую вечность (секунд десять где-то), но наш попутчик сдался первым, отложил гаджет в карман толстовки, и протянул руку:

– Меня Жека звать, будем знакомы! Вы как, тоже на фест?

– Я Лу! А это Стас, мой брат. Так фест не отменили? – не хотелось обламывать хорошего человека, но вдруг он ещё больше расстроится, узнав всё на месте? Жека заржал только:

– Да ты чего, его не отменят, даже если Всемирный Потоп случится! Дай угадаю, вы неодарённые, да?

– Не совсем, у меня какой-то дар точно есть, просто не знаю, какой. – уклончиво заметил я. – А почему ты спрашиваешь?

Жека почесал переносицу, и хитро ухмыльнулся.

– Ну так как же, в Китеж сейчас куча одарённых съезжается, потому и спрашиваю! Вроде ничем не выделяетесь, а тоже в поезд попали. По ошибке, да?

Я обиделся, а Стас дополнил:

– Всё верно, если у Лу есть дар, то он пока не раскрыт.

– А быстрый тест хотите?

Всё. Меня купили с потрохами! Именно за этим я колесил по всей Москве! Мой восторг в глазах был красноречивее любых прыжков до потолка и воплей на весь поезд, поэтому Жека ещё раз усмехнулся, и достал телефон:

– Прикиньте, инет тоже одарило! Админы «Летней ночи» что-то накрутили, и все упоминания феста видят только одарённые. Круть, правда?! Даже ссыль неодарённому не передать, проверял, в натуре колдовская капча!

– Ну, я где-то упоминания видел, просто ссылки пока не тыкал… – пробормотал я. Не понравилось мне высказывание Жеки, потому что если он прав, то никакого дара у меня не было.

– Ну-ка, продиктуй ссылку на фестиваль? – в Стасе проснулся программист, которому захотелось пощупать «одарённый Интернет». Полученный побуквенно адрес мы ввели оба, но браузер грустно ругался, что страницы не существует. В ответ Жека протянул свой телефончик, мерцающий ярко-жёлтыми буквами на фиолетовом фоне: «ЛЕТНЯЯ НОЧЬ НАСТАНЕТ ЧЕРЕЗ…» и таймер в несколько дней.

– Если это и есть «магия», то она интересней, чем я думал. – заметил Стас, отложив книгу. Теперь его тоже проняло!

– А у тебя какой дар? – я повернулся к попутчику. Парень задорно подмигнул, и выдал:

– А я – демон!

И снова заржал, глядя, как я вытаращился на него. Демон, серьёзно? Вообще не похож! Ни мрачности, ни злобы, я в нём не заметил, на искусителя тоже не тянул. Максимум – курящий мальчишка из подворотни! Да нормальный смешливый парень, такой в каждой компании есть! Но сомнений не было: нам не врут.

– И… в чём это проявляется? – Стас хмуро посмотрел на «демона».

– Вот да! Или ты просто так сам себя называешь? – поддакнул я. Люди стали добрее, это точно! И попутчик тянул максимум на беса-проказника, в которых я вообще фэйри подозреваю; люблю разглядывать мифы и сказки ещё со школы. Обрадованный нашим вниманием Жека с готовностью пояснил:

– Не, я реально демон, без шуток. Вернее, ложился спать просто человеком, а потом проснулся, и вспомнил ещё жизнь… нет, много жизней! Ниточка за ниточкой, думаю, ну, сны классные снятся, прикольно. Потянул – а оно, как домино, посыпалось! В смысле, всё, что мешало вспомнить, типа. Так каждую ночь что-нить вспоминаю, даже паре фокусов научился! Не какой-то треш, а настоящая магия! – Жека явно хвастался.

– Но ты же не станешь использовать магию демонов? – осторожно заметил Стас.

– Ещё чего! Буду, конечно! – Жека подумал, и добавил: – Релакс, братва, кровавые жертвы и прочая жесть лесом идёт, я не монстр. Вообще многое умею, но так, по мелочам.

– Например?

– Ну… деда от ревматизма вылечил. Гопников, которые у школьников телефоны отжимали, до усрачки напугал. – на этом Жека ухмыльнулся, видимо, вспоминая тот фокус. – Или вот! Дошик в креветки по приколу превратил… да много чего умею! Мелочи всё, но в жизни полезные.

– Как-то не тянет на демоническую магию, или мы чего-то не понимаем? – я всё больше пытался понять, это в самом деле добрый демон, или просто фэйри прикалывается?

– Очень даже много не понимаем, если по чесноку, демонская магия – это не про злобу, а чтобы жилось проще. И куча пиара. Чё мы про джиннов знаем? Что желания исполняют. А демоны – все поголовно эгоисты, авторитетно заявляю! Нацепят страшную маску – и всё, джинну мозги будут делать, а к тебе сунуться с тем же не рискнут.

– Ну-ну, только святой водой обольют. – пробурчал Стас. Жека довольно закивал.

– Но это и не страшно, согласись? Вообще, много чего прикольного вспомнил, но всё рассказывать не буду. А то мало ли…

Ну нет, так не интересно! Я недовольно посмотрел на этого… искусителя! Впервые поблизости показался кто-то РЕАЛЬНО осведомлённый, пусть и демон, и тот колоться не хочет! Но есть одно верное средство, которое развяжет язык кому угодно.

– А давай договоримся? Расскажешь что-нибудь интересное, а потом мы?

– Обалдел?! – взвыл Стас, не ожидавший от меня такой подставы. Жека, как ни странно, тоже веселье не поддержал:

– На будущее, с этим теперь осторожно. Если хотя бы половина того, что я помню, сбудется, то лучше вообще никаких сделок не заключать. Но… раз уж предложил, сыграем в эту игру. Эй, ничего плохого вам не сделаю, клянусь! – Жека недоверчиво покосился на Стаса, который смерил демона таким тяжёлым взглядом, будто был готов защищать своего слишком болтливого младшего брата от всех девяти колец Ада, включая Садовое и МКАД.

– Ну, спрашивай. – его тон ненавязчиво намекал: если Жека, в силу своей демонической природы, решит навредить, то ему тоже прилетит. Чисто от физической природы кулака моего шкафообразного брата. Что из этого сильнее, и так ясно.

– Если по чесноку, мне сам фест до лампочки, но в таких местах будут появляться разные тусовки побольше-поменьше… вы ведь тоже такие? Вас сто пудов послал на «Летнюю ночь» какой-то одарённый. Если так, то поздравляю: вами воспользовались! Но это того стоит, увидите!

– Это называется не «воспользовались», а «работа». – сухо заметил Стас. Жека ему явно не нравился: слишком смешливый, ещё и открыто зовёт себя демоном. А парень всё-таки решился высказать главное:

– Вы тоже ищете какие-то, ну… «особые таланты»? Чтобы забрать к себе, где «работаете»? Я только вспоминаю, как других просматривать, но что-то в вас такое есть!

Нет, не демон Жека… как смотрит на нас, как будто мы волшебники из голубого вертолёта, прилетели специально за ним! Стас удивлённо приподнял брови, но в телефон полез.

– Ну да… у нас с тобой встреча назначена?

– Нет, но возьмите меня с собой! Пожа-алуйста! – Жека очень просительно сложил ладони, а я едва не прослезился: парень так тянется к продолжению сказки, хотя фейс-контроль Стаса он не пройдёт! Так что я взял ситуацию в свои руки:

– А какой у тебя талант?

– Дык, демон я! Ну или конкретно если: иллюзии умею клепать, на удачу влиять немного, холодить, нагревать, много чего по мелочи, и ещё кучу всего в теории… Мысли чувствовать, факты разнюхивать, но вас вообще едва проглядываю. В темноте видеть могу научиться, летать, если вспомню как…

– Летать?! – я подпрыгнул от восторга. Это же моя самая волшебная мечта на свете! Всегда хотел уметь летать, а сны с полётами до сих пор мои самые любимые! С тех пор, как в детстве наткнулся на пару компьютерных игрушек, где персонаж умел левитировать, с удовольствием повторяю этот фокус во снах… но… неужели теперь это РЕАЛЬНО?!

Жека смущённо усмехнулся, и отвёл взгляд.

– Ну да, знаешь, крылья отращивать на время. Старый простой фокус, его многие умеют, как помню. Только никак не пойму принцип, будто мешает что-то.

– Лу спрашивает о творчестве, – Стас посмотрел на попутчика, затем на меня, – контактов Жеки у нас нет. Какие у тебя творческие качества?

– Да какие хотите! Я тамадой подхалтуривал, всё тип-топ было! Банкеты, свадьбы, детишкам веселье, пока взрослые за воротник заливают, хотите – в актёры пойду, не надорвусь. Блин, просто это так обидно! Помнишь, что умеешь всё, чтобы жить на полную катушку! А на деле дальше мелочёвки не продвигаешься. А хочется…

– Максимум можем предложить мозговой штурм. Мы из Московской Коллегии Художников, а не оккультной школы.

Гоголевская «немая сцена» в современной обработке: наставительно-извинительный Стас, напряжённо-ожидательный я, и обалдевше-ошарашенный Жека… закончилась его хохотом.

– Ахахах, во номер! Сам себя уделал! Ладно, братва, если чё надо, расскажу, что хотите, заслужили!

Напряжение спало: мы вместе посмеялись над путаницей, и были готовы жить дальше.

– Сначала скажи, ты кого вообще искать хочешь? Демонологов? – поинтересовался я. Парень фыркнул:

– Да ну их в пень, я вообще нормальный, без придури на эту тему. Просто появилась где-то школа магии, где учат с даром справляться, самая ходовая легенда в инете среди паранормалов. Академией зовётся. Вот и еду, чтобы меня там заметили. Я и шпану пугал только ради этого.

– Какой-то светлый демон из тебя выходит, – Стас по-прежнему не доверял Жеке. Тот пожал плечами:

– Какой есть. Я и раньше моральным уродом не был.

А мне его жалко стало. Бьёшься, как рыба об колесо [Замечу: Лу любит подобные перлы], а что делать с собственным даром – не знает. Меня не обманешь, я ясно вижу, что человек он правда хороший. И демон человечный! И Академию эту я смогу найти, как для него, так и для себя, чтобы мне подсказали, как мой личный дар запускается. Все способы для этого я перепробовать не успел, но… фейс-контроль «заколдованного Интернета» прошёл, раз смог подсмотреть страничку, пусть и с чужого телефона. А значит, я – однозначно одарённый, как и Стас!

– Ладно, это всё ерунда. Лу, ты что узнать хотел? Что-то о своей «настоящей жизни»? – Жека вернул себе озорную кривоватую ухмылку. – Раз обещал, слово сдержу.

– Лучше про Академию расскажи. – попросил я. – И фестиваль, что знаешь.

Демон снова поморщился, и неопределённо помахал в воздухе рукой.

– Про Академию инфы полно, только вся – слухи и теории. То ли древнеегипетский пантеон проснулся, то ли пришельцы прилетели… кто что наврёт, всё равно не проверить. Говорят, её вообще устроили те, кто волшебство на Землю вернул, но я в это не верю, и вам не советую.

– А тебе верить, значит, можно? – Стас хоть и расслабился, но не до конца.

– Никому нельзя. Чудеса чудесами, а люди всё те же остались. Кто врёт, как дышит, кто недоговаривает аккуратно, кто-то словами жонглировать будет. Что демоны, что феи, что ангелы те же.

– Ну, ангелы врать точно не будут.

Интересно, Стас это из вредности за ангелов заступился, или правда им симпатизирует? А задетый за живое Жека вспыхнул:

– Все врут, и ангелы – в первую очередь! Присобачат ярлык «ложь во спасение», и вперёд! Все мы люди… ладно, не люди уже, но земляне! И ничем это из нас не вытравишь!

– Тебе что, ангелы дорогу перешли? – поинтересовался я. Ни за что не поверю, что такая неприязнь у него на пустом месте; все знают, что ангелы – хорошие.

– Да от них блевать хочется. Тащатся со своей правильности, ты перед ними виноват уже тупо тем, что неправильно моргаешь. Учителя благодетели, итить их за ногу… Хотя слышал, в Академии такие тоже работают, очень живучая байка про белобрысого человека в белом костюме: появляется из ниоткуда, пропадает в никуда, ещё и «студента» утаскивает.

– Людей похищает?! – Стас снова напрягся.

– Почему похищает, всё добровольно! Кто не хочет – того не берут, такие про этого Посла и рассказали. Только и кто хочет, не к каждому заглядывают…

Стас помолчал немного, но заметил:

– Думаешь, ангелы придут за демоном? И ты пойдёшь с ними?

Жека задумался, а потом серьёзно кивнул:

– Пошёл бы. Может, даже узнал бы их лучше. Что они тоже исправились за всё это время. Прикинь, я когда-то из-за них в демоны и грохнулся. Жил себе спокойно, никого не трогал, а меня приговорили тупо за то, что смел жить сыто и богато. Грохнули город метеоритом, а потом такие: «Благое дело вообще-то, там все поголовно развратники и уроды, ненавидьте их, пожалуйста, будьте хорошими!» Тьфу… Да у меня совсем по-адски полыхнуло, когда я узнал про это! Потому что, ТАКОЙ Свет мне не нужен!

– Так ты… – до меня дошло, о каком городе говорит попутчик. Тот хмуро кивнул.

– Угу. Житель Гоморры, здрасьте. А прикинь, если узнаю, что среди ангелов тоже нормальные есть, как я? Не урод я, одной ненавистью жить.

Я решил сменить тему, потому что маска Арлекина треснула, а под ней блеснуло что-то старое и… очень грустное.

– Ангелы есть, демоны есть, а ещё кто?

– Ну, «Летнюю ночь» фэйри организовывают. Или «феи», без разницы. Кто ещё мог такое устроить, потомки Шекспира?

Нет, ну это уже слишком хорошо, чтобы быть правдой. ПЕРВЫЙ. ФЕСТИВАЛЬ. ФЕЙ! И мы на него попадём! Когда они только успели?! Хотя… вдруг они всё и организовали?! В смысле и Чудо, и Солнце раздразнили до магнитной бури, в которую я всё равно не верю…

– Лу, пойдём в вагон-ресторан сходим? – подал голос Стас. Сейчас? За два часа до прибытия, когда у нас свой паёк не тронут? И закончить такую беседу?! Жека, кажется, прочитал мои мысли, потому что посмотрел на меня взглядом профессионального демона-искусителя, только что усыпившего бдительность своей жертвы! Ну, что тебе стоит? Целых два часа самых интересных бесед в мире, только пусть суровый и страшный Стас сам уйдёт в вагон-ресторан?

Но я решил, что секреты Чуда разнюхать ещё успею, а братишку наш попутчик раздражает. Переживает, как бы этот хулиган меня «за гаражи» не завёл.

– Без обид, но я тоже проголодаться успел. – Я почти не соврал. Но Жека всё равно всё понял.

– Не вопрос, рад знакомству! Если натолкнётесь на Посла, толкните за меня словечко? Пойду ещё к кому-нибудь в купе прибьюсь, хотя и с вами классно было…

– Ещё один вопрос напоследок, а что демоны вообще на Земле забыли? – я озвучил последний писк своего любопытства. Жека опять всё понял.

– Отдыхаем мы здесь, туристы, считай. Те самые «крейзи рашн» в Турции, от которых весь отель ноет. Когда знаешь о кошмарах демонических будней, начинаешь ценить самую обычную человеческую жизнь. Иногда это уже – счастье…

Произнеся это, демон немного осунулся, но уже через секунду сбросил наваждение, вновь став прежним «мальчишкой из-за гаражей», и подмигнул на прощание.

В вагоне-ресторане я понял, что люди и правда какие-то… не совсем люди. За соседним столом сидел мрачный старик, намного больший демон, чем болтливый Жека. Он так сурово смотрел на свой стейк, что если тот был недожарен, то это временно. На другом конце вагона щебетали две девушки – почти представил их, как Гамаюна и Алконоста. Такой простор для фантазии! Кого ещё можно встретить?! Но знакомиться мы не пошли.

– Странный он, Жека этот. – проворчал Стас, рассматривая меню. – Из него такой же демон, как из тебя.

– Может, мы и правда чего-то не знаем? – предположил я. – Демонов постоянно вызывают какие-нибудь хмыри, чтобы другим зло делать. А тут никто никого не вызывал, наоборот, на праздник едем. И вообще перемирие у нас! Прикинь, сталкивается демон с ангелом в одном поезде, и просто молча меняет купе?

Стас ничего не ответил, просто молчал, пока нам не принесли еду, а я жевал салат, и глядел по сторонам: вдруг здесь из людей только мы с братом?

Стас

Лу сохранил достаточно здравомыслия, чтобы согласиться со мной. Нашему внезапному попутчику я не доверял: когда он назвал себя демоном, он словно сказал этим: «Я ваш враг». Розовыми очками, по примеру мелкого, я не обзавёлся, так что в добрых «демонов» ни за что не поверю. Убедившись, что Лу попал в хорошую компанию двух проводниц (определённо – людей!), я шёл по коридору, бросая взгляды за стеклянные двери. На фоне веселящейся шумной толпы моё внимание привлекла старушка, тяжело и трагично спрятавшая лицо в ладонях. В мыслях снова всплыло обещание, которое я дал Евгении – сделать добро кому-нибудь ещё, поэтому я решил хотя бы морально поддержать женщину, если она не будет против. Эффект попутчика – хорошая штука.

– Вам нужна помощь? С вами всё в порядке? – я осторожно подошёл к женщине. Она подняла голову, и меня насквозь прошиб рентген проницательных и безгранично мудрых, пусть и уставших серых глаз. Я рассмотрел её: не такая старая, просто рано поседевшая светловолосая женщина лет пятидесяти.

– Ничего страшного, просто позволила себе расслабиться, не спала сутки. Хотите побеседовать? Вижу, вам тоже нужна помощь. – произнесла она твёрдым спокойным голосом. – Садитесь, это купе свободно. Вас тоже что-то тяготит?

Я решил признаться:

– По правде говоря… да. Я тоже немного не в своей тарелке, все эти чудеса, и… демон в попутчиках.

– Демон? Он так себя и назвал? – Женщина удивлённо подняла брови, а я вкратце рассказал о Жеке. Меня не перебивали, но молча показывали, что мои слова услышаны. Дождавшись финала истории, она повторила мои мысли:

– Удивительно, как быстро люди забыли, кто они такие. Череда снов, и вот кто-то готов признать себя демоном, это никуда не годится. У меня на работе тоже бардак, хоть санитаров вызывай, сразу трое одарённых после бури.

– Это из-за них вы сутки не спали? – уточнил я. Женщина покачала головой.

– Нет-нет, что вы! Охранник наш, Тимофей Яковлевич, гномом назвался. При росте в два метра, представляете, чудеса какие? Но из перемен только бороду решил отращивать. Хирург, Наташенька, умничка с золотыми руками… дриадой оказалась. Накануне серьёзной операции! На работу прийти не смогла, говорит, как на улицу выходит, так паника начинается.

– Хирург-дриада? И как это выглядело? – я вспомнил образы лесных дев.

– Внешне ничего особенного, только на работу ездить больше не может. Выходит во двор, и всё, паническая атака. Едва за город её вывезли, бедняжку. К счастью, замену ей быстро нашли, и тоже «одарённую», как это сейчас называется. Валя, интерн, не знаю уж кем оказалась, просто пришла в палату к пациенту, руками ему над сердцем поводила, и тот выздоровел, как по волшебству. Мало целителей среди этого нашего карнавала, но они есть, и слава Богу. А вы?

– Я – человек, и меня всё устраивает! – за эту реплику меня наградили одобряющей улыбкой, и я вопросительно посмотрел на собеседницу.

– Моя «сверхсила» – продолжать верить в добро. – Женщина задумалась, стоит ли мне говорить, но я, видимо, был подходящим кандидатом для исповеди. – Врачи спасают жизни, а такие, как я, «бюрократы», по мнению многих, только создают бумажную волокиту, и не поедут в Москву, выбивать у высокого начальства необходимые медикаменты и оборудование.

Судя по тому, как она это говорила, я понял: не будь эффекта попутчика, она продолжила бы держать это в себе; такие люди никогда не хвастаются, а молча делают свою работу… и сгорают на ней заживо.

– Китежградская Центральная Больница получила ещё полгода жизни. Возможно чуть больше, если Господь смилостивится, и мы найдём целителей. У нас анальгин не каждый день бывает, а от нас ждут спасение жизней, понимаете?

– Если бы кто-то мог помочь вам с этим, вы смогли бы немного отдохнуть?

Женщина тихо и безрадостно усмехнулась:

– На том свете отдохнём, а проблемы будут всегда. Лишь бы тоже не приснился какой-нибудь злосчастный сон, и это не добило бы больницу.

– То есть, вы не хотели бы сами получить, к примеру, дар исцелять? – может, я и почувствовал себя таким же «искусителем», как Жека, но мне показалось это правильным, а до уровня своей собеседницы, этой святой женщины, мне ещё расти и расти над собой.

– Хотела бы, но боюсь. Боюсь, что забуду себя, как наша хирург, и просто уйду от тех, кому посвятила свою жизнь, потому что не смогу рядом с ними находиться. – Женщина устало отмахнулась. – А вы? Вы же понимаете, что это не такое однозначное благо, как все считают?

Я закивал, представляя дебаты, какие мог бы развернуть Лу в поддержку Чуда. Женщина мягко перевела тему:

– Вы, должно быть, тоже на «Летнюю ночь» едете, верно? Планировали, как концерт, а выходит… как видите. Билеты не нужны, но пускают только одарённых, так решили феи. Хочу верить, что среди них и светлые тоже есть. Чего нам в жизни не хватает, это немного Света, понимаете? Если в нашу жизнь пришла… – она запнулась, – сказка, я искренне надеюсь, что это добрая сказка. Но если рассуждать здраво, то мы в шаге от Апокалипсиса.

Мне так захотелось поддержать её! Эту много раз обжёгшуюся об жизнь женщину, всё равно продолжающую делать добро, словно это – цель всей её жизни. Я вспомнил, как Лу предложил Лиле поискать себе «наставника» в Коллегии: может, Марк Абрамович тоже согласится оказать поддержку?

– Я хочу вам помочь, хоть как-то! Могу я… – Моя попутчица снова посмотрела на меня пронизывающим добрым взглядом святой мученицы, и на её лице блеснул призрак искренней благодарной улыбки.

– Не переживайте за меня, добрый человек, я сама справлюсь. Если увидите кого-нибудь со Светом в душе, просто попросите его по-человечески помочь ближним, это всё, чего я попрошу. А большего мне и не надо.

Наше с братом купе находилось на другом конце поезда, но по пути меня снова чуть не сбил «демон» Жека. Он оценил моё примерное настроение, бросил взгляд мне за спину, и закивал:

– Ну как, тоже пробрало?

– Ты о чём? – я бросил взгляд в сторону купе, из которого вышел, и всё встало на свои места… – Так это ОНА – ангел?!

Хотя не удивлён, похоже она была ангелом ещё до начала чудес. Волшебством, как Жека, не бравировала, о мистике не грезила, просто творила добрые дела, не ожидая поддержки и благодарности.

– Во-во! – Жека «понял» меня по-своему. – Да она на меня пялилась, будто я даже сижу неприлично! Ну, я чё, скандалить влом, просто ушёл, пока мне морали читать не начали. Они все такие!

Я сделал то, что напрашивалось: приподнял этого подонка за ворот толстовки.

– Э, ты чё, братан?! – запротестовал испугавшийся Жека.

– Не «братан» я тебе, понял? Она за жизнь больницы борется, а тебе только бы зубоскалить! – зло процедил я, но взял себя в руки, поэтому просто встряхнул перепуганного беса, и отпустил.

Но парень понял, что где-то дал маху, и вопросительно на меня посмотрел.

– В смысле «жизнь больницы»? Вот что, отойдём в сторону, переболтаем.

Когда я рассказал Жеке всё, что узнал, он помрачнел.

– Трындос… То есть, она такая, потому что своей больнице помогает?

– Да. На полгода ещё хватит, может, больше. Весь мир не спасёшь, но что-то хорошее сделать и ты можешь, хоть и демон. Как ты деда вылечил?

Жека удивился, но ответил:

– Как-как, просто очень. У меня вообще семьи нет, только дед остался, которому под сотню. Люблю его, единственный, кто меня вообще за человека держит. – Жека моргнул на этой формулировке, и помрачнел. – А тут я как вспоминать начал, знаешь, все эти сказки про чудесные исцеления? Совсем простой фокус для меня оказался. Деда весь изблагодарился, говорит, «ангел ты, настоящий ангел». Самый близкий человек, а неприятно…

– С чего неприятно?

Жека горько и зло ухмыльнулся.

– В весёлом мире живём, Стас! Мире красивых фантиков и ярлыков! Плохо сделал – демон! Хорошо – ангел! В обратную сторону стрелочка НЕ поворачивается! Баста! А я, знаешь, кем в Гоморре был, пока меня метеоритом не прибило? Лекарем! Потому и помню, как лечить!

Жека затравленно замолк; похоже, кошмар о Содоме и Гоморре на него подействовал особо сильно, даже фантазёра Лу никогда настолько от снов не перекашивало.

– То есть, наши шаблоны о добре и зле…

– Нет, не все, но конкретно этот – фуфло. Тёмные просто эгоисты, и за просто так не помогут, а Светлые в лепёшку расшибутся ради других, иного счастья себе не видят. Понимаешь, почему Светлых больше ценят?

– Если ты целитель, поможешь больнице? Подумай, если это так просто, что ты теряешь? К тебе по-доброму отнесутся, как ты хочешь. Покажешь, что демоны тоже могут быть хорошими?

Жека крепко задумался, но посмотрел на меня, и снова улыбнулся, только уже не той хулиганской ухмылкой.

– Знаешь… а попробую! Что было, то было, вдруг реально существуют нормальные ангелы! В конце концов, все мы люди! Может, и летать там кто научит… – на этих словах я тоже улыбнулся: перевоспитать человека за десять минут нельзя, но можно убедить посмотреть в другую сторону. Чутьё подсказывало, что это очень хорошая идея.

Через пару минут я выходил из купе женщины-ангела, с которой Жека вполне адекватно начал договариваться о совместной работе на благо больницы. Женщина даже и не думала отказываться от его помощи, а я взял телефоны обоих: и будущего целителя, и делопроизводительницы, позже обязательно им позвоню!

Глава 6. Охота.

Стас

Вот мы и в Китеже. Как типичный туристический город, Китеж пока ничем не удивил, но прохожие заставляли нас с Лу таращиться на них с детским удивлением!

– Как здесь много… землян! – только и проговорил брат.

То, что Жека говорил о лёгкости «фокуса с крыльями», на вокзале проявилось в полной мере! Девушка-репортёр брала интервью у загорелого пожилого азиата, с серыми крыльями хищной птицы; у ларька стояли две девчонки, блестя на солнце крыльями экзотических бабочек, а прямо перед нами эффектная леди куталась в свои чёрные кожаные крылья, как элегантный плащ.

– И никто почти так же не пялится… – шепнул я брату, пристально глядя на проходившего мимо румяного толстячка с пёстрыми попугайскими крыльями. Поймав наши взгляды, тот ответил благодарной улыбкой оценённого модника, и скрылся в такси на водительском кресле; крылья исчезли, не оставив ни намёка на ткани пиджака. Это какая-то магия? Хотя… а что ещё? Последние мысли, что в мир пришли супергерои, исчезли, это действительно Чудо!

– Я тоже так хочу! – восхитился мелкий, и просительно посмотрел на меня: – Как думаешь, а нам крылья наколдуют?

Я тут же представил себе восторженную торпеду, в которую превратится Лу, обзаведясь такими же пёстрыми крыльями, и прыснул со смеху. Через секунду до мелкого дошло, что я представил, и он неубедительно-сердито фыркнул, а потом потянул меня за рукав: пошли пешком?

Прогулка – лучше, чем такси, особенно в такую жару! По пути нам попадались и другие странные прохожие-нелюди. Кроме крылатых встречались обладатели рогов, у других – всего лишь были разноцветные волосы и глаза, как от хороших декоративных линз. Реже встречались обладатели хвостов. Но какого-то беспокойства это не вызывало, даже наоборот: Китеж встретил нас атмосферой маскарада, где ходили персонажи самых разных мифов и легенд.

Об этом я думал, глядя на изящную фигурку зеленоволосой девушки с острыми эльфийскими ушками. Эльфийка, или дриада? Она почувствовала наши взгляды, весело подмигнула, и смазанным быстрым движением скрылась в ближайших кустах шиповника, почти не зашумев листьями! Лу осмотрел куст, и осторожно протянул руку, чтобы не уколоться; листья и ветки тут же зашуршали, а до нас донеслось тихое хихиканье. Но в остальном, когда мы дошли до гостиницы, то успокоились, и перестали рассматривать каждого встречного прохожего. Возможно, поэтому в городе было на удивление спокойно: горожане успели привыкнуть к экзотическому виду одарённых.

Гостиница «Терем», где нам забронировали номер, соответствовала своему названию, и выглядела в точности, как теремок из сказки: трёхэтажное здание в вычурно-лубочном стиле. В приёмной – резные цветы и матрёшки, покрывавшие стойку регистратуры, за которой находилась румяная девушка, в классическом чёрном костюме. После пёстрого карнавала на вокзале, её лаконичный (и человеческий!) вид был настоящим бальзамом на душу!

Хотя сейчас, когда мы уже разместились, я с некоторым беспокойством вспоминал её… вопросы.

– Как думаешь, у нас в самом деле сосед – оборотень? – Лу повторил мои мысли. Девушка заставила нас подписать дополнительную бумагу, что мы не против находиться в одной гостинице с таким опасным постояльцем, хотя сам мелкий со знанием дела заявил, что оборотни опасны только в полнолуние.

– Не знаю, но я слишком устал, чтобы думать об этом. Программа-максимум на сегодня выполнена, можно расслабиться! – я закрыл глаза, и просто насладился мягкой кроватью; наконец-то горизонтальное положение! После небольшой паузы открыл глаза, и повернул голову в сторону брата; он достал свой планшет.

– Писать будешь?

– Угу. Такая идея возникла, закачаешься! – Лу мечтательно всплеснул руками. – Представь: война между вампирами и оборотнями заканчивается, и они теперь живут в мире, а потом…

Замолк. Завязка неплохая, мне даже понравилась, но я, как старший брат, просто обязан поддержать начинающего писателя мягкой ненавязчивой критикой, мотивируя на творчество и развитие.

– А потом? Какая основная идея?

– Ну… не знаю. Просто живут, и всякие бытовые мелочи происходят, наверное? – Лу нахмурился, и отложил планшет.

– У книги должна быть идея. Конфликт. Иначе её никто не будет читать. – заметил я.

– А если я просто хочу показать обычную жизнь? Эх… Ладно, ещё подумаю. Может, соседа растрясти, пусть расскажет, как оборотням живётся?

– Не стоит, братиш, человек отдохнуть приехал, а не в цирке выступать. – Я мазнул пальцем по экрану своего смартфона, просматривая новостную сводку. Всё, как всегда. Последствия урагана устранили, открылась выставка «Самоцветы Урала», директор ГлавКитежБанка опровергает слухи о своём сыне… зато о «птичьем базаре» на вокзале никто ничего не написал. Как всегда, мелкий угадал, о чём я думаю, и прокомментировал:

– Не понимаю этого! В мир пришло Чудо, а никто не удивляется!

– Просто не хотят раздувать панику.

– Ага, щас! Мы даже в поезде ничего об этом не знали, и тут тоже все молчат. Почему?!

– Цензура…

– Цензура?! – Лу подпрыгнул из положения лёжа. – Какая цензура, когда это вовсю в инете обсуждают?! Уже мемы пошли, смотри!

Я рассмеялся от этого логического заворота:

– Ты сам себе противоречишь, братиш! Учись формулировать мысли, для писательства полезно… а этому мему сто лет в обед, вообще-то. – я посмотрел на старенький демотиватор, с троллем за ноутбуком и подписью: «Сейчас докачаю студента до четвёртого курса, и спать»³. Вот и выросло поколение.

– Тем более! Представь, завтра мы узнаем, что всякие орки и оборотни ВООБЩЕ никуда не исчезали?! – Мелкий конспиролог снова сделал внезапный вывод, который я… не смог разбить. В неправоте этой абсурдной теории до конца я уверен не был, а на фоне крылатых и рогатых, мы могли встретить и настоящего тролля.

– Хорошо, ты прав.

– Э-э… вот так просто?!

– Угу. Лу, сегодня отдыхаем, а завтра – встречаемся с писателем и ювелиром, ничего сложного.

Брат выдал ещё одну идею, как мне показалось, хорошую:

– Разделимся, и встретим их одновременно! Я к писателю, ты – к ювелиру.

– Хорошо, но переговоры с обоими я проведу сам, а ты слушай, и учись, как это правильно делается.

Лу

Я впервые видел, как правильно вести деловой разговор с творческим человеком. Вежливым тоном Стас осведомился об удобстве разговаривать сейчас, смотрел в глаза (вернее, представлял себе эти глаза, и смотрел в них), умело спросил, почему нельзя встретиться завтра, послезавтра или вообще, а потом насупился сердитой бутявкой, потому что у начинающего писателя с чудесным именем Артём Александрович Болоцкий случилось что-то неприличное, что он сбивчиво извинился, и отказался от встречи. Ради которой, замечу! Мы приехали к нему из Москвы!

В двух вещах я был уверен точно! Первая – что всё обязательно пойдёт наперекосяк. Вторая – что стоило бы обратить внимание не только на творческих людей, но и просто на одарённых: Лилю пристроили, Жеку – тоже, а остальных? Евгения и Марк Абрамович дали понять, что идея годная, а прямо сейчас они решают вопрос об открытии нового отдела МКХ – об этом я успел списаться в чатике с Евгенией, пока Стас доводил до конца Важный Разговор с Эрнестом Аристарховичем (тоже красивое имя, если не псевдоним), вплоть до победного «пересечься завтра на выставке»! Ура, кажется, все эти учебники по болтологии работают! О чём я сообщил братику, вызвав смех.

– Ста-ас? А дай мне телефон писателя? Я договорюсь с ним, я упёртый! – предложил я брату за лёгким ужином. Ничего необычного, простой перекус, даже в столовую спускаться не стали.

– Упорный. – Меня снова зачем-то поправили. А что, есть разница? По-моему, нет.

– И упорный и упёртый, так что пока ты ездишь, мигом договорюсь о встрече!

Стас скептично посмотрел на меня, не прекращая жевать бутер с маслом.

– Братиш, привыкай, творческие люди все – странные. А этот, сам слышал, вообще раздумал быть писателем.

– В смысле «раздумал»?! – я опять подскочил от такого вывода! – То есть отказаться от встречи – это всё, раздумать быть писателем?!

– Не знаю, что Цепин в нём нашёл, я с трудом разбирал его быстрое бормотание, ты сам слышал. Оставим человека в покое. – Стас вернулся к набиванию желудка. Как видно, мой старший брат может позволить стеснительному литератору отступиться от своей мечты… а я – нет!

Утром после завтрака Стас ушёл на выставку к Ювелиру, а я попробовал позвонить писателю. Совпадением ли было, что сразу после этого из холла раздался звонок и звук падающего телефона?! Я тут же пулей выскочил из номера: не может быть так всё совпадительно!

За дверью боязливо сутулился тощий студент в зелёном халате, и нервно крутил в руках истерящий на весь коридор телефон. Такие неброские люди, как говорит мой опыт, самые потрясающие в мире, если удастся с ними подружиться! Хорошего человека за километр видно, а за полтора шага – тем более! Я сбросил звонок, и гаджет парнишки тоже умолк, что подтверждало: судьба столкнула меня с Писателем!

– Во дела, так это ты писатель Артём? – восторженно протянул я. Честно говоря, я ожидал увидеть престарелого интеллигентного старичка, а не студента под него косящего, но вышло даже лучше!

Стас может сколько угодно ворчать, что я похож на ребёнка, но неоспоримое преимущество в этом есть: я ни у кого не вызываю смущения! Я имею в виду у стеснительных ребят, боящихся осуждения старушек из регистратуры, солидных людей и всяких кактусов. Здесь осечка случилась, и я хлопнул себя по лбу.

– А, ну да! Не переживай, мы в Коллегии не кусаемся! Давай, посидим, поболтаем в холле? С меня чай!

Можно ли отвертеться от одного ненавязчивого, но назойливого меня? Вот и я думаю, что нет. Так что мы уже расположились в холле, в компании настоящего коллекционного чая (подарок Евгении перед отъездом) с мармеладными мишками (моё ценное приобретение на вокзале). Артём как на иголках сидел, потому что невооружённым взглядом было видно: есть проблема, а попросить о помощи некого.

– Спасибо вам… Лу, чай очень вкусный! – кажется, Артём только в процессе говорения фразы сообразил, что моё имя с «вы» звучит дико.

– Артём, слушай, ну я же вижу, что ты нормальный человек, может, вообще будущий великий писатель на уровне Морган!..

– К-кого, простите? – меня случайно одарили взглядом человека, сбежавшего в отшельники до начала века, а посему пребывавшего в неведении о мировых литературных трендах.

– Доротея Морган, подарившая миру «Люкса», и свернувшая мозги с волшебных палочек на бластеры. Не читал, что ли?

– Н-нет. Разве научная фантастика сейчас популярный жанр?

– Так, то ли лыжи не едут, то ли я долбанутый. Две секунды! – я достал телефон, и вбил нужный запрос, но уже в процессе загрузки догадывался, что случилось: в этом мире нет никакого эпоса про Люкса! «Надеюсь его коронная фраза про «взболтать, а не смешивать» по-прежнему в ходу», подумалось мне. Ещё две секунды понадобилось на додумывание плана.

– Тём, а ты веришь в параллельные миры? – спросил я шёпотом нового друга. Тот смутился, но отрицательно покачал головой. – Сейчас поверишь! Рад познакомиться, попаданец из другого мира! Только отличий в реальностях меньше, чем в книжках пишут…

После моей небольшой исповеди на тему параллельных миров, Артём явно стал увереннее: из просто любопытного надоеды я превратился в человека, поделившегося важным секретом!

– Видишь, мы, попаданцы, тоже можем быть замечательными собеседниками и хорошими людьми! Или тебя что, тоже на входе оборотнем запугали?

Друг поник, и отвёл взгляд. Я что-то не то ляпнул? Или…

– Так. Тём. Это ТЫ оборотень?!

– Простите, я правда не хотел причинять никому неудобств, и… я вообще-то до сих пор и не обращался. Ну, в этой жизни!

Я застыл, выпучив рот: то есть, это чудо в халате – волкомонстр из хорроров?! Я был уверен, что оборотень окажется мрачным волосатым громилой, с жутким шрамом через квадратное лицо, и тяжёлым взглядом хищного зверя! Но мой внутренний конспиролог встрепенулся, присмотрелся к писателю, и тявкнул: «Ну да, это же типичный волк в овечьей шкуре! Беги, пока не поздно!» Я этот тявк скомкал в кляп, заткнул им не по делу вылезшего конспиролога, и решил не отступаться от задумки. Спешите видеть, смертельный номер разоблачения оборотня! Поправка: смертельным он будет, если меня Стас застукает в процессе.

– Правда настоящий оборотень? – я снова повторил свой вопрос со всем возможным восторгом. Артём кивнул; видок у него был тот ещё. Мысленно я попытался представить этого интеллигента разъярённым и страшным, но воображение заявило, что тут даже для меня сюр зашкаливает, и отрубилось в фатал ерроре.

– Тогда вот что скажи! Современный городской человек, который привык здороваться, есть с тарелок, и решать конфликты словами… как думаешь, он будет бросаться на всех подряд, потому что оборотень?

Артём посмотрел на меня грустными глазами:

– Лу, не хочу тебя расстраивать, но так это и происходит. Мне это часто снится в кошмарах, а последнюю неделю я вообще боюсь заснуть. Оборотни – монстры, это все знают.

Я успокаивающе махнул рукой:

– Слушай, не бери в голову! Подумай дальше: все эти истории похожи одна на другую. Беднягу-волка тиранят в хвост и гриву полоумные крестьяне с вилами и факелами, загоняют в угол, а потом удивляются: а чего это он защищаться вздумал, зверюга такой?! И вообще, сейчас Луна… дай минутку… Вот! Убывающая, в Тельце, самое спокойное время в месяце, поверь специалисту!

– Прости, я не верю в астрологию. – оборотень виновато улыбнулся.

– Тогда и Луны не бойся! Сейчас почти новолуние, самое лучшее время, чтобы не сойти с ума! Если в полнолуние тебе, как ты думаешь, должно сорвать крышу, то сейчас, когда ты спокойный, всё пройдёт гладко! А может даже поймёшь, как сохранить разум и в полнолуние. – всё это было сказано таким уверенным тоном, что я сам себе поверил, а это главное!

– А ты не боишься, если я… поцарапаю тебя, или… ну… укушу случайно? – Артём смотрел на меня виноватым лабрадором, заранее извиняясь за ещё несделанный «кусь». А я представил себе идиллию: двое восторженных волчариков, больше похожих на хаски, с воем гоняются по разрушенной квартире, подвывая мячиками-пищалками. На заднем плане этой сцены стоял растрёпанный и небритый Стас: на голове полотенце, в руке – свёрнутая газета, а в глазах – желание устроить а-та-та обоим за третий подранный на неделе диван… так что я уверенно кивнул:

– Не поймаешь!

Дураков и детей хранят хоть Бог, хоть Судьба, хоть ручной хомяк Дарвина, которому жалко разбазаривать премию хозяина по мелочам… так что Артёма мой уверенный тон тронул.

– Ну, если ты так уверен… по правде сказать, я и сам рассуждаю, что если первый раз обращусь… ну… по свой воле, то… сохраню разум. Спасибо за совет, я попробую сделать это в своём номере. – и побрёл к себе. Эй, меня тут сгорать от любопытства оставят?!

– Я с тобой! Посижу рядом, чтобы ты понял, что никакой не монстр, а очень даже адекватный волк. Ты же в волка оборачиваешься?

 Артём неуверенно кивнул, но сопротивляться моему напору по-прежнему не мог.

Мебели в номере оборотня было вполовину меньше, что навевало грустные мысли. Зеркала сняты, вместо мягкого кресла – жёсткий стул… как только собачью лежанку вместо кровати не положили. У-у, волкофобы! Я бы и сам от такого озверел!

– Я… попросил администрацию убрать все хрупкие вещи… чтобы не сломать. – запнулся Артём, почуяв мои мысли.

– Ну нет, знаешь, что?! Когда у тебя всё получится, вернём мебель обратно, и хрустальный сервиз выпросим, отметить! У меня большая бутылка лимонада стоит, будешь? – Я изо всех сил думал о душистом и шипучем лимонаде местной марки, в большой бутылке с оленем «а-ля Боржоми», только бы не замечать эту тоскливую лампочку в ванной, с которой сняли фирменный плафон. Артёма надо спасать, пока с перепугу в аскеты не подался!

К счастью, опыт подсказывал мне: переволновавшийся оборотень очень ждёт, чтобы рядом кто-нибудь топнул, и уверенно рявкнул: «Без паники! Я знаю, как надо!», просто не признается даже себе. А если не я, то кто?! Героическое Спасение Оборотней начинается!

– Лу, встань, пожалуйста, ближе к входной двери, мне так будет спокойнее. – попросил Артём. Ну да, если выбирать, куда прыгать от разъярённого оборотня, то лучше в коридор, чем в окно со второго этажа. – Не заходи, пожалуйста, мне будет неловко превращаться в чьём-то присутствии.

Я кивнул, и сделал шаг назад. Дверь в ванную тихо захлопнулась, с той стороны щёлкнул замок. Сел напротив, стал ждать. Сосчитал до десяти… ничего интересного не происходило, даже мухи не летали.

– Тём, ты там как?!

Голос по ту сторону двери был жалобным, и всё ещё человеческим:

– Лу, мне очень неловко, но не мог бы ты меня разозлить? Я не могу сосредоточиться.

Двое захлёбывающихся от восторга волчариков снова запрыгали перед глазами.

– У меня есть идея получше! Чем злиться, лучше представь, как это классно, бегать по лесу на четвереньках! – я почти услышал, как за дверью кому-то стало очень интересно. – Быстро, удобно, в ушах ветер, птицы поют, белки стрекочут, мыши носы чешут! А в душе восторг, потому что ты в своей стихии, ты счастлив, и другого не надо! У тебя есть лучшее из двух миров, у человека уютный дом, у зверя – свобода и хорошая компания, и вот ты бежишь-бежишь-бежишь, друзья рядом, и от счастья хочется просто встать на задние лапы, и к небу так во всю глотку: Ау-у-у!..

Я настолько живо представил это, что даже не вздрогнул, когда мой импровизированный вой был подхвачен из ванной, громко и по-звериному! Да что там Тёма, я сам почти убедил себя, что такой же оборотень!

– Как ощущения? – я довольно постучался в дверь ванной. Что у друга всё получилось, я не сомневался.

– Хоррошо. Пррости. Тррудно. Говоррить. – голос Артёма загрубел, и подррыкивал, как у ребёнка, только выучившегося говорить самую сложную букву. Но дверь не выламывал, уже хорошо.

– Да нормально получается, это вообще, считай, твои первые слова! Ты в порядке?

– Угу.

– Ну вот, значит приступаем к опыту номер два: скажешь, когда я могу открывать дверь, чтобы мы оба убедились, что ты адекватный, лады? А пока просто поболтаем, у тебя какая любимая книга?..

Прошло пять минут. Артём отвечал кратко. Не огрызался. Я не торопил его. Сидели, общались. Как с ребёнком. Ещё десять минут. Фразы становились чуточку длиннее, слова звучали чётче. Ррычание наоборот, утихало. По осмысленности вообще никаких нареканий, не все люди так рассуждают! В итоге я понял, что мы так целый день просидим в ванной, а смысл?

– Ты что ли поэтому хотел отказаться от писательства? – наконец, догадался я.

– Угу. Оборотней-писателей не бывает.

– Значит, будут! А мы будем рвать стереотипы, как Тузик грелку! И вообще, Тём, тебе абсолютно нечего бояться, будь ты монстром, ты бы уже давно дверь выломал, а мы тут с тобой болтаем мило, сам видишь. Может, выйдешь?

Пауза затянулась, но ненадолго; моя смелость оказалась заразительной. Об ручку немного поскребли когтями, дверь открылась, а потом в дверном проёме показалась волчья башка! Ура, я увидел первого в своей жизни олохматившегося оборотня! Артём вымахал где-то на полметра, раздулся в плечах до размеров тяжеловеса, обзавёлся тёмно-серым мехом и большими, хоть и не гигантскими когтями, но в остальном передние лапы сохранили форму рук. Таких волкомонстров рисовать любят, только в реальности не было зубов-кольев, торчащих в разные стороны, и яростного оскала. Симпатичный интеллигентный волк! Любому собачнику понравится!

– Ну вот, а ты боялся. Выглядишь супер! И даже халат надел, молодец, а говоришь, с мелкой моторикой проблемы. – Впервые попадаю в такую ситуацию, но было прикольно, а не жутко. Человеком он вообще не воспринимался, скорее большой и доброй собакой, а собак я обожаю! Оборотень ссутулился, опасаясь задеть головой дверной косяк.

– Да не боись, не заденешь! Тут потолки высокие, – я похлопал оборотня по спине.

– Я очень страшный? – спросил Артём, присаживаясь на кровать. Ну да, зеркала он предусмотрительно убрал. А я оглядел меховую громадину в зелёном халате, так что, не кривя душой, сказал:

– Не-а! Как по мне, ты обаяшка! Даже дети от тебя в восторге будут! Так, давай проверим чувство юмора! Заходит в бар Вовочка с лопатой, а бармен ему и говорит…

– Прости, мне не смешно, – виновато произнёс Тёма, когда я закончил анекдот. Я согласно кивнул.

– И не должно быть! Вывод: чувство юмора – в порядке, честность – в порядке, реакция на тупые шутки… – я посмотрел на оборотня, который не вошёл в режим «Арртём Кррушить», – тоже в порядке! Давай я тебе кое-что из действительно смешного расскажу, поржём!..

Быстрый пробег по любимым приколам показал: чувство юмора даже улучшилось, а смеются оборотни очень прикольно! По идее, можно заявить, что всё прошло хорошо, но мне было мало! Оборотень – это не зажатая карманная собачка, а обалдительный и крутой волк, от которого весь мир взвоет! И пусть лучше от восторга, чем от ужаса, когда затюканный внутренний Человек всё-таки убедит проснувшегося Зверя, что от него почему-то никто не в восторге. Был ли это пустой страх или нет, но подавить его на корню стоило, и у меня, и у друга.

– Собирайся, пошли знакомиться с администраторшей! – я отважно потянул Артёма за лапу в сторону дверей. – А то мы только пришли, нас застращали: «У-у-у, оборотень, оборотень, страшно!» Пусть убедится, что ни разу не права!

– Может, не надо? – Ещё не освоившийся в волчьей шкуре Артём боязливо поджал уши, и отвёл взгляд. Мда. В который раз убеждаюсь, на монстра оборотень вообще не похож. – Надо! Нам ещё из отеля выходить, готовься!

Артём понял, что со мной спорить бессмысленно. Бросив понимающий взгляд в сторону шкафа… ну-ну. Когда худенькие «метр шестьдесят» превращаются в двухметровый шкаф пошире Стаса, остаётся радоваться, что в отеле оказался такой безразмерно-большой халат! Так мы и вышли: в халате и с босыми лапами.

Девушка за стойкой ресепшна увидела нас, и побледнела. Кажется, она словила форменный апофигей, увидев, как гигантский волчара в зелёном халате в цветочек пытается робко прятаться за спину худенького парнишки. Картина маслом, «угадай, кто из этих двоих опаснее»! А я ткнул в бок нервничающего Тёмку, и тот сделал шаг вперёд.

– Елизавета, здравствуйте! Не волнуйтесь, всё прошло без разрушений.

Администраторша что-то вежливо пискнула, пытаясь прикинуть, как бы срочно освоить телепортацию отсюда.

– Артём, так не пойдёт! Вообще-то мы хотели поболтать, а не извиняться. Лиза, вы сами понимаете, что скоро таких посетителей будут ТОЛПЫ?! Давайте заново, Тём, твой выход!

Оборотень смущённо покосился на меня.

– Лу, я не стал смелее. Я просто стал… монстром из своих кошмаров!

Монстром?! «Монстром» ты бы был, если бы разнёс гостиницу по камешкам, а не стеснялся заговорить с девушкой чуть старше себя! Только я набрал в грудь воздуха, чтобы высказать это всё вслух, как Лиза наконец отфигела от нашего цирка на выезде:

– Артём, вы не монстр. Наоборот, я… не ожидала, что оборотни такие… нестрашные.

– А кого вы ожидали? – я продолжал цепляться за разговор, радуясь, что не только я словил то самое ощущение «большой доброй и умной собаки». Девушка осторожно, стараясь никого не напугать, начала перебирать образы разношёрстных вервольфов, а дальше разговор тихо, но пошёл! Мы перебрали несколько компьютерных игрушек, фильмов, книг, с книг я перевёл разговор в сторону другой литературы… А дальше всё стало совсем хорошо! Потому что как можно бояться оборотня, который всерьёз рассуждает о схожих идеях Булгакова и Толкина?!

К концу этого часа все подходили и балдели от нашей литературно подкованной компании… Ну, ладно, может не столько из-за подкованности, сколько посмотреть на настоящего оборотня! Особенно мне понравилось, когда в отель вошёл ребёнок лет четырёх, и, пока маманя выходила из ступора, умный мальчонка сразу всё понял, и подбежал к Артёму с по-детски восторженным «Собачка!». Дело сделано, «монстр» превратился в того самого доброго волка из сказки про Ивана-царевича!

А перед тем, как сбежать от благодарной публики, самого популярного волка в «Тереме» уболтали на гвоздь программы; больше не оглядываясь в мою сторону, мол, «правда, можно?», Артём вышел на крыльцо, и громко взвыл! Понятно было и без слов, потому что весь город услышал в одном протяжном звуке самое главное, что понял для себя оборотень в своё первое превращение: «Я есть, и я счастлив»!

В лесопарке было безлюдно, поэтому я оседлал взятый напрокат велосипед, и мы устроили гонки. Доказано: оборотень быстрее велосипеда, и даже трамвая, если тот специально не замедлился, посмотреть на «бегуна».

– Как ощущения? – спросил я тяжело дышащего, но радостного волка, присевшего на скамейку.

– Здорово! Чистый восторг! – оскалился в улыбке Артём, совсем по-собачьи виляя хвостом. – Спасибо тебе, друг!

– Да чего уж там! – я махнул рукой. Если где-то и есть «злые и страшные оборотни», то Тёмка к ним точно не относится.

А по пустой дороге к нам приближался какой-то незнакомец. Хмурый, похожий не то на мрачного английского лорда, не то на… точно! Это же Шерлок из советских фильмов! Только в слишком тёплом, для середины июня, бежевом пальто, и очень противоречивыми намерениями.

– Кажется, сейчас проверим, есть ли у нас тут война оборотней и вампиров, – пробормотал я.

– Это не вампир, это… свой. – растерянно моргнул Тёма, принюхавшись. Свой? То есть… это тоже оборотень?! В полной тишине, нарушаемой только пением птиц и шелестом ветра, отчётливо раздался последний треск шаблона о внешности оборотней.

– Примите облик человека, пожалуйста. – произнёс он вежливо, но твёрдо; даже с «пожалуйста», это прозвучало приказом, и, если бы я умел, то обязательно перекинулся бы в человека из… человека! Про Артёма и говорить нечего: волчья морда втягивалась, шерсть таяла туманом, а великанская фигура сдувалась, как воздушный шарик. Через пару секунд на скамейке опять сидел тот самый смущённый писатель, закутавшийся в зелёный халат не по росту.

– Вожак китежградских оборотней Акелла. Псевдоним. Надеюсь, вы отдаёте себе отчёт, какой опасности подвергали себя и окружающих, молодой человек. – вожак холодно и сухо уставился на меня.

– Не было здесь никакой опасности! – я возмутился, что кто-то посмел обломать нам веселье. – Мой друг абсолютно адекватный!

– Юноша, как я могу заметить, вы не из числа перевёртышей, и не знаете нашей природы. Оборотень – это не домашняя собака, а зверь, пребывающий в постоянной борьбе с самим собой.

Я окинул взглядом «зверя в борьбе с самим собой», который только пять минут назад с визгом носился по парку и фоткался с девчатами, а потом на вожака, который больше на вампира походил. Кажется, мой скепсис разглядели бы даже с Луны.

– Могу быть хоть тысячу раз неправ, но всё прошло идеально! Поспрашивайте сами в отеле!

– Во время превращения оборотни крайне вспыльчивы и неуравновешенны, вам крупно повезло не присутствовать при самом выходе Зверя.

– А кто, по-вашему, его на превращение подбил?

Акелла удивился, и даже на мгновение стал выглядеть нормальным неосведомлённым человеком.

– Это правда, Лу очень помог мне с первым обращением, я даже сохранил разум, хотя очень боялся! – осмелевший Артём вывел Акеллу на новые уровни непонимания, окончательно выпавшим из образа Шерлока Холмса на задании.

– Поправьте меня, если я ошибаюсь, но вы прошли через первое обращение без лунного света, и сохранив рассудок?

Мы с Тёмой синхронно закивали, а потом начали пересказывать нашу встречу в отеле. Выслушав нас не перебивая, главволк кивнул:

– Мой опыт говорит, что сегодня вы перечеркнули несколько непреложных истин. Первое обращение, особенно спонтанное, могло устроить хаос в городе, и положить начало охоте на других перевёртышей. Мы все… боимся.

– Самих себя? – нахмурился я. Кажется, не только художникам Коллегии нужна помощь.

– Оборотни значительно разумнее, чем нас изображают. Контролировать внутреннего Зверя нам не сложнее, чем среднему человеку, но цена ошибки на несколько порядков выше. Где человек ударит, зверь вцепится в горло; мы не считаем это недопустимым. Я стал вожаком благодаря высокой информированности и умению засекать потенциально опасных перевёртышей. Но вы заставили меня поспешить, поскольку ни один здравомыслящий оборотень не будет выть на весь город.

– Что же вы один прибежали? Взяли бы с собой хотя бы танки… – огрызнулся я. Акелла походил на тех взрослых, которые считают, что если они чего-то не могут, то этого не может больше никто!

Но в новом знакомом я увидел, чем отличается взрослый оборотень от просто взрослого: Зверь бесцеремонно затолкал внутреннего Скептика куда-то в тёмный уголок, и подсказал Акелле очень хорошую мысль, по глазам вижу! Долго думать главволк не стал, огрызаться в ответ или вести «куда следует» тоже, перешёл сразу к делу.

– Раз тебе удалось усмирить Артёма, я бы попросил навестить остальных Буйных, чтобы подтвердить эффективность твоего метода.

– Лу, если хочешь, я могу пойти один, чтобы тебя случайно не покусали. – предложил Артём.

– Не покусают, точно знаю! На этой неделе никаких укусов, даже комариных… точно! Акелла, а вампиры тоже есть?

– Есть. Мы с ними не общаемся, но и не конфликтуем. Они тоже живут замкнуто, в страхе за свою природу.

В уме моментально построился список дел. Первое, доказать Артёму, что он – хороший волк – выполнено! Второе – доказать то же самое Акелле и остальным оборотням – скоро будет. Третье – провернуть тот же трюк с вампирами!

Чуть-чуть обратился к здравому смыслу, который подсказал: если Стас придёт раньше, лучше сразу сказать ему, что всё в порядке. Ни один разъярённый оборотень не справится с одним свихнувшимся на опеке старшим братом, так что надо будет предупредить его, и не ляпнуть лишнего.

– Я с вами! Будем спасать вас от… вас! – подмигнул я, набирая на телефоне номер Стаса.

Стас

Как бы сказал мелкий, мой «внутренний паникёр» пытался всячески отговорить меня от мысли запереть брата на десять замков, потому что ребёнок и есть ребёнок… Но я убедил себя, что Лу не полезет «приручать» оборотня в моё отсутствие, и успокоился в автобусе до выставки «Самоцветы Урала».

Перед самым выходом я с недоверием посматривал на двух бурно спорящих эффектных демонов; один с бордовыми крыльями, другой – с ярко-оранжевыми, почти бараньими рогами и золотыми глазами. Инфернальные существа вели себя шумно, но безобидно, споря с базарными интонациями о лучшем виде камня для талисманов, а толпа зевак смотрела на это, как на экзотическое шоу.

– Не волнуйтесь за них, они таки не настоящие демоны. – подсказал мне бородатый старичок, сидящий за прилавком изделий из яшмы и малахита, походивший на гнома. – Попросили, а их и заколдовали.

– Кто? Здесь кто-то… – я неопределённо покрутил рукой в воздухе. Старичок кивнул.

– Как актёрский грим, только чуточку сложнее! Брелок для ключей из малахиту не желаете, на счастье? Не магия, самородок, сама мать-Земля подарила!

Голова слегка пошла кругом, но я вовремя почувствовал знакомые «продающие интонации», и устоял от покупки, вернувшись к главному.

– Нет, я к вашему коллеге пришёл. Эрнест Аристархович Майхер здесь выставляется?

– Маленько погодя, через ряд! – гном махнул куда-то в сторону, а я с удовлетворением отметил, что желание потратить круглую сумму на «обереги на счастье» у меня пропало.

Стол с вывеской «ИП Э.А. МАЙХЕР. БИЖУТЕРИЯ» оказался пустым; сундуки арендующего мастера стояли, прикрытые брезентом, за ними следил скучающий охранник, меланхолично почитывающий газету. Самого ювелира рядом не было.

– Простите, где мастер? – я обратился к охраннику. Тот окинул меня равнодушным неприязненным взглядом.

– Исчез твой ювелир, к другим иди. А мне тут до закрытия за его цацками следить.

Поняв, что не в настроении спорить с этим хмырём, я решил снова набрать номер Майхера… через пару секунд под прилавком зазвонил телефон.

– Думал, самый умный? Такой телефон как почка стоит, а он его выбросил. Совсем зажрались, буржуи хреновы… – процедил охранник, ещё больше раздражённый моим присутствием.

А я подумал, что кого-то здесь в самом деле заколдовали, и конкретно ЭТО равнодушие кажется мне подозрительно знакомым! «Вампирша» Лиля легко вызывала паралич определённых чувств, а что, если её дар… не уникален?

В этот момент я порадовался, что рядом нет Лу. Увидев охранника, он тут же устроил бы «Сногсшибательно-Обалдительную Экспедицию по Героическому спасению», которая сделает его звездой Китежа… и отмотает мне пару лишних метров нервных клеток.

Пришло время вспомнить свой интенсив, который так высмеивал Лу: интуиция подсказывала, что даже заколдованным охранник будет выполнять приказы, заданные уверенным тоном, поэтому твёрдо спросил, глядя в глаза:

– Кто ещё знает о похищении?

– Я знаю, уборщица тоже. Говорит, с покупателями шёл, и пропал. – охранник подтвердил мою догадку; парализованное любопытство не дало ему даже усомниться в моём праве лезть в этот вопрос.

– Полиция знает?

– А смысл? Может, съели его рогатые. Буду сидеть до закрытия, потом барахло в мусорку, если не возьмёт.

«Точно заколдованный», – угрюмо подумал я. Но вызывать полицию мне показалось идеей не лучшей, чем попытаться растрясти сторожилу. Пока приедут, пока узнают, ювелира в самом деле «съедят». Надо брать дело в свои руки!

– Зови уборщицу, пусть объяснит, где видела мастера!

Охранник по-прежнему не думал возражать, удовлетворённый моим командирским тоном, только забурчал что-то в рацию…

Ничего конкретного уборщица не сообщила: такая же околдованная и уставшая, которую не удивили «покупатели, утащившие продавца в конференц-зал и исчезнувшие», а я отправился за помощью к другим одарённым. Нахальной ведьмы, которая бы отпустила шуточку в мой адрес, и раскинула бы карты, где найти Майхера, рядом не было, но на выставке хватало других необычных посетителей.

Несколько секунд я постоял рядом с толпой, окружившей демонов-спорщиков, и хмуро признал: в самом деле ряженые, которые просто привлекали внимание и рекламировали разные свойства камней. В этот момент мне позвонил Лу:

– Братиш, привет, уже поговорил с ювелиром? Едешь домой?

Перед глазами промелькнула сцена, как мелкий, узнавая о пропавшем Майхере, изобретает телепортацию, и переворачивает выставку вверх дном, так что я ответил уклончиво:

– Направляюсь к нему, ещё не нашёл. Ты связался с писателем?

– Угу! Поговорил, с ним всё просто оказалось, переволновался, но я убедил его, что всё хорошо! Цепин меня за это уже похвалил! А я в город поехал, так что если задержусь, не волнуйся, просто гуляю с Артёмом!

Я мысленно посочувствовал стеснительному бедняге-писателю, на хвост которого упал мой гиперактивный брат, но был даже рад. Артём Болоцкий показался мне человеком, который даже в бар постесняется заглянуть, такой в приключения точно не впутает, даже в наши дни. А мысль, что это может быть не так, задушил на корню. Интуиция подсказок не давала, но обещала, что Лу в безопасности.

В поисках кого-то, кто мог бы мне помочь, поддержка пришла сама: за плечо меня грубо остановил другой охранник: в этот раз пожилой, до белизны седой, и ещё более хмурый, чем «сторож», но крепкий, как богатырь.

«Одарённый. Ангел», – опознал я, почувствовав знакомый прошивающий насквозь взгляд, в точности, как у делопроизводительницы Китежградской больницы. Если демонам я ни за что не доверюсь, то Лу прав: Ангелы для меня всегда останутся теми, кто обязательно придёт на помощь, какими бы они ни были.

– Похитили человека, нужна помощь в поисках! – сообщил я. Охранник посмотрел мне в глаза ещё раз, и буркнул: «Пошли». Уже через две минуты сторож и уборщица равнодушно докладывали известное ангелу-охраннику.

– Значит, от художников пришёл, Станислав? Слыхивал я про Коллегию, хорошее место. – приговаривал Михаил Юрьевич (в честь Лермонтова, как сказал ангел, но всё равно символично), водя руками по воздуху. Я зачарованно смотрел на мерцающие бледно-золотым светом широкие ладони ангела, понимая: вот он, волшебный дар! Не для показухи, как у демонов и ряженых! Не для тумана в мозгах! Для защиты людей, во благо миру, вот что это был за дар!

Вдруг спокойное ровное сияние прервал сноп искр бенгальского огня, и бикфордовым шнуром в воздухе прорезалась яркая золотая нить.

– А вот и ниточка к похищенному нашлась. – спокойно произнёс ангел. – Золотая, хорошо, живой, значит. Глаза отвели, паразиты! Ну да ничего, и вслепую найдём. Без твоего сигнала, Станислав, так бы ничего и не заметили. Молодец!

– Что теперь будем делать, Михаил Юрьевич?

– Хочешь, помогай, парнишка ты крепкий, и голова на месте. Но скажу «уходи» – ты уходишь. Против колдунов не выстоишь, убьют тебя, или того хуже…

Я вспомнил о гноме с талисманами.

– Может, взять талисман для защиты? Поможет?

Ангел отмахнулся только:

– Пустое это! Не к камешку надо за помощью обращаться, а к Свету.

– К Свету? – я был готов к такому, но удивился формулировке. Ангел скупо улыбнулся.

– К своему свету в душе, он у каждого есть. Ты ведь неверующий, Станислав? Я тоже, можешь себе представить, с младых ногтей только в науку верил.

– И… стали ангелом?

– Как видишь. Чем я Господу приглянулся, не знаю, Его это дело, но ангелами не по вероисповеданию становятся. Жил, значит, правильно, по-светлому. Помяни моё слово, не просто так меня одарили. Ну да ещё успеем обсудить, пошли!

Ниточка в пальцах Михаила Юрьевича вывела нас на улицу, затем повела дворами и кустами. Чем дальше мы шли, тем мрачнее становился ангел.

– Вот ведь… А говорили, что мирные! Так и верь Тёмным после такого… – проворчал он, а затем пояснил: – Вампиры это. Булгаковцы! Весь старый дом обратило, две семьи живых мертвецов. Обещали вести себя тихо, хотя бы ради малышни, а так слова и не сдержали, душегубцы!

– Майхера тоже в вампира обратят? Или… – мне стало не по себе от догадки, почему Михаил Юрьевич сказал, что надо будет развернуться.

– Никого не обращали покамест, но они и слово раньше держали. Может, обратят, может, съедят, если успеют…

В конце улицы, уставленной аккуратными новостройками, находился небольшой пустырь, а дальше – двухэтажный дом дореволюционной эпохи. Кажется, исторический памятник, другой причины сохранять его я не видел. Вид особняка вызывал странные, неуютные чувства, как от заброшенной постройки, только он был по-прежнему живым. Или… неживым, как и его хозяева?

Об этом я думал, присматриваясь к человеку, спокойно зашедшего внутрь с полными сумками. Курьер? Вампиром он не выглядел; не было у него ни бледной кожи, ни средств защиты от солнца.

– В глаза им не смотри, жизнь выпьют! Вообще без солнечных очков на них не гляди. Посмотрят, потянут за ниточку, и пустота внутри. Но это на будущее. Ты мне очень помог, а дальше я сам. Ребятишек из полиции звать дело гиблое, передушат их, как кутят, а я выстою.

Ангел подтолкнул меня в сторону улицы, но чутьё раскалённой иглой пронзило меня.

– Я иду с вами. Не знаю почему, чувствую, это важно! – твёрдо произнёс я. Это не одурманенный сторож, но ангел просканировал меня своим взглядом, и кивнул, нехотя признавая: это не простое любопытство, а что-то важное.

– Ладно, но под ноги не лезть. Детишек не трожь, если не нападут. Может, перевоспитают их среди живых ещё. Вообще первым ни на кого не нападай, усёк? Пошли!

Пока мы подходили к дверям, непонятное ощущение только нарастало… а потом я услышал из открытого окна голос. СЛИШКОМ знакомый голос! В один момент я отбросил все мысли о мистических опасностях, и рванул вперёд!

– Куда ты, убьёшься! – рявкнул Михаил Юрьевич, надевавший в этот момент очки, но я бежал навстречу этому голосу! О способности вампиров к гипнозу я наслышан, но сейчас больше всего на свете я боялся узнать, что моего брата постигнет та же участь, что и Майхера!

Я не двигался бесшумно, даже навыками боя я не обладал, а лопата, которой я вооружился, могла сломаться в процессе спасения мелкого, но это было не важно. Если брат в беде, я порву вампиров голыми руками!..

Но в этот момент, в конце лестничного пролёта действительно оказался мой младший брат. Абсолютно нормальный! Не нужно быть одарённым, чтобы понять: он всего лишь удивлён моим присутствием.

– Привет, братиш! Чаю будешь? – это было произнесено с таким видом, что я сразу понял: с Лу всё в полном порядке!

Лу

А теперь в двух словах, почему мы ехали к оборотням, но попали в итоге к вампирам. Время: где-то за полтора часа плюс-минус полдня до прибытия братишки, мы с Артёмом и главволком едем на окраину леса в автозаке.

– Мы не звери, простите за каламбур. Все Буйные сейчас содержатся в комфорте.

– А просто поговорить вы с ними пробовали? – я продолжал язвить, оценивая «безграничный комфорт» автозака. Спасибо, что на переднем сиденье!

– Не огрызайся. Буйные боятся небезосновательно, они не в состоянии контролировать своего Зверя. Именно они лежат в основе легенды о разрушительной ярости оборотней.

– Даже если тишайший тихоня? Не верю.

– Зря, они – в первую очередь. – Акелла посмотрел на Артёма; писатель съёжился. – Нет опаснее Зверя, который боится сам себя, запомни. Когда такой срывается, он будет мстить за свой страх всем, кто окажется рядом.

Я возмущённо фыркнул, насколько позволило свободное пространство; не позволю пугать друга!

– Акелла, я не сомневаюсь, что вы что-то знаете, но у нас наступило ДРУГОЕ время, поймите это! И судить о нём старыми и страшными ярлыками – бред и тупёж. Можете хоть разорвать меня, если я не прав!

Акелла иронично приподнял бровь, прикидывая, насколько у меня ненулевые шансы отбиться от двух оборотней в автозаке, но всё же напомнил:

– Поэтому мы едем оказывать помощь остальным. Пользоваться услугами… подростка, – здесь я явно прочувствовал желание Акеллы назвать меня «ребёнком», – против правил, но я не вправе упускать такую возможность, Лу.

На моём счету уже два укрощённых оборотня, потому что дальше мы ехали тихо, мирно, и не споря со мной.

«Комфортные условия», предоставленные коттеджем с решётками на окнах, я тут же поменял на ближайшее кафе. Чудо Чудом, но какие-то старые правила ещё работают; например, суровый и уверенный в себе взрослый может запустить кучку «Буйных» бедняг в VIP-ложу, и даже организовать им маленький банкет, на котором я разбил в клочья последние сомнения, расписывая в красках наш с Тёмой опыт. Каюсь, вожаку, успевшему всех перепугать, какими они станут «злыми и страшными», я авторитет подмочил, но так ему и надо: заранее запугивать бедняг-одарённых своими домыслами я никому не дам!

А потом началось превращение, и если первые, самые смелые, делали это под мои рассказы о том, как классно быть волком-оборотнем, то остальные справились и без этого! Уровень перекидывания у всех был разный: четверо человекоподобных волков, наподобие Тёмы, были даже довольны своим обликом; особенно симпатичная волчица-подросток, которая тут же стала рассуждать, а что всё-таки будет, если покрасить волчью шерсть! Акелла так красноречиво закатил глаза, что я рассмеялся: всё он знает, просто при мне спорить не собирается!

Один, «самый опасный», перемахнул через гуманоидную форму, сразу превратившись в обалдительного тибетского мастифа… это если по виду, потому что размерами вымахал с телёнка! Большой чёрный мохнатый пёсо-лев, может, чуть-чуть более зубастый, но это только кинолог отличит, а Гугл уверенно подсовывал собачьи фотки.

– Вот видишь, Серёж, а ты волновался! В зеркало глянь, все девчонки твои будут! – старшая сестра-человек, отправившаяся с лохматым братом, пыталась его приободрить. – А помнишь, Ташу, китсунэ?

– И что, она тоже как лисичка? – я встрял в разговор.

– Как фенек! Мама – лиса-оборотень, а папа востоковедом был! – девушка улыбнулась, и потрепала брата по гриве.

– Кать, переста-ань, я тебе что-о, собака что-о ли? – укоризненно пробасил оборотень, забавно растягивая гласные. Мы переглянулись с улыбками, так умильно это выглядело. При своих размерах, Серж по-прежнему был добрым флегматиком-толстячком, прогнозы вожака не подтвердились. А Катя продолжила:

– Так вот, про фенека! Говорит, перевёртыши и не исчезали, представляешь? Мама ей всё рассказывала, только строго просила вообще никому! А сейчас что-то случилось, больше прятаться не нужно. Представляешь, она Шаляпина вживую слышала! Только выглядит на семнадцать. А я думала ещё, чего она постоянно улыбалась, когда наша историчка её «молодой и глупой» называла!

Я представил себе эту картину, и тоже рассмеялся. Значит, не все паранормалы появились сейчас? Кто-то просто притворялся человеком всё это время?!

– Значит, мы стали бессмертными? – поинтересовался Артём.

– Долгожителями. Естественная регенерация оборотня на порядок сильнее человеческой, это отдаляет старение. – кивнул Акелла, и решил признаться: – Я – современник Александра Сергеевича Пушкина. Лично знаком не был, замечу.

Я вытаращился на вожака: пятьдесят ему может и есть, но… двести?!

– И как до этого лета вы оборачивались? – мне стало очень интересно послушать о тайной стороне жизни, к которой удалось прикоснуться.

Акелла ответил уклончиво:

– Не без трудностей, но за годы я научился с этим справляться.

Последней обернулась одна волчица, слабенькая, поэтому её Зверя хватило на облик этакого йети, что её очень огорчило: человеком она была милее модницы-Маришки, со своими милыми кудряшками и весело вздёрнутым носиком, наверное, этим и была опасна, а тут… хнычущую заплаканную оборотницу утешали всей компанией, как настоящая стая! Но сошлись на том, что она ещё научится проявлять такого Зверя, какого захочет, а вожак потренирует её.

– Гляжу на вас, и знаете что? – сказал я, осматривая всех олохматившихся (и спокойных!) Буйных, – Вы все полностью адекватные! И в полнолуние с вами тоже всё хорошо будет, вот увидите! Ну да, прифигеете с непривычки, но не озвереете. Сами помните, что во снах было, ужасы, погони, а тут другое время, бояться больше нечего! Даже самих себя. Вам просто было нужно чуть-чуть помочь, а в остальном вы со всем прекрасно справились, молодцы!

Меня одарили благодарными взглядами и пониманием, а я почувствовал себя настоящим спасителем оборотней от Злого и Страшного Внутреннего Зверя! Сидят, только хвостами не виляют, но в глазах обожание.

Акелла был чуть-чуть недоволен: оборотнем я не был, зато эпично утёр нос двухсотлетнему вожаку! Но победой я не упивался, мне было важнее узнать, что оборотни, оказавшиеся все поголовно своими в доску, от Сержа до Галины Константиновны, спасены от участи трястись за свою природу!

А мы отправились к вампирам. «Буйные» разошлись по домам, радовать близких, что всё прошло прекрасно, и уже этой ночью – я уверен! – видели не кошмары, а приятные сны о радостях мохнатой жизни.

По дороге к особняку вампиров, я почуял что-то не то: из автозака я увидел, как двое парней, чуть старше меня, вели под руки какого-то захмелевшего дядьку с заплетающимися ногами… или нет? Нет. Точно нет, я это почувствовал! Вожак тоже; лёгкие признаки трансформации уже промелькнули, в виде посветлевших глаз и увеличившихся клыков. Все трое скрылись на заднем дворе особнячка.

– Вампиры, но не булгаковцы. – отрезал главволк. – Лу, беги в дом, предупреди хозяев. Артём, поможешь задержать!

Тёма предсказуемо смутился: ему с девушкой заговорить целый подвиг, а тут явно пахло дракой! Увидев это, сдержанный вожак окончательно сорвался, и сердито рявкнул:

– Вспомни, кто ты такой!

Я не оборотень, но словно бы тоже вспомнил. Даже комнатная собачка, милая и ласковая, встанет на защиту своих щенят или хозяйки, если придёт необходимость. А здесь не собаки, а… существа, живущие на границе между Природой и Человеком. Такими оборотни всегда и были: благородными защитниками, непобедимыми воинами, которым пытались подражать берсерки! И жили в мире с людьми, которые однажды просто с перепугу причислили их к монстрам… И я уверен, эта несправедливость будет исправлена, а перевёртыши ещё вернут себе доброе имя.

Выйдя из мимолётного транса, я увидел, как Акелла и Артём, оба в звериных формах, уверенно мчались к подвалу дома, а сам так же рванул к парадному входу.

Волновался ли я, думая, как отреагируют хозяева дома на вторжение? Ещё как! У самих дверей я почти сбил с ног старичка, выдав что-то вроде «А мы! Они! Э, а там! Это!! Там!!!», только ещё менее связное, но случилось нечто очень знакомое.

Одного взгляда в старческие карие глаза мне хватило, чтобы кипящая от адреналина каша в мозгах резко успокоилась, и я почти отрапортовал:

– У вас в подвале злодеи прячут человека! Чужие вампиры! Оборотни задержат, просят вашей помощи!

– Спасибо, внучок! – кивнул дедушка, и звонко свистнул в темноту коридора: – Колька-а! Хватай обалдуев, бегом в подвал!

Мы снова побежали вместе: очень прыткий старичок, и четверо взрослых парней. Если они и были бледными, то не больше, чем обычные люди. Что касается горящих глаз, когтей и острых клыков, этого вообще не было. Зато была нечеловеческая скорость, не хуже, чем у Артёма!

В подвале слышались звуки борьбы: «обалдуи» во главе с Колькой колошматили вторженцев-вампиров, а дедушка стоял на лестнице, караулил. Что может сделать старичок, если шестеро не могут с двоими справиться? Я узнал, что: когда из подвала, спотыкаясь и матерясь, выбежал растрёпанный блондин с расцарапанной физиономией, дед сделал короткий отталкивающий жест, и беглеца словно парализовало. Я подумал, что его убили, но испугаться не успел: блондин продолжал бормотать что-то многоэтажное, через которое вырывалось почти классическое «да ты знаешь, кто мой батя»…

Кажется, я очень метко обозвал Лилю вампиршей.

– Теперь можно, внучек. Поймали паршивцев, слава тебе, Господи. – тихо сказал дедушка, и мы двинулись в темноту подвала.

Бандитов связали, дополнительно завязав глаза, пока те скалились и шипели, едва приходя в себя.

– Лев, это Вожак. Подвози своих к Булгакову. – Акелла отдавал приказы кому-то по телефону. – Репортёра тоже. Добыча – буйные вампиры. Жду.

А я смотрел, пусть и без страха, но всё равно не понимая, что к чему. Вампирские тёрки? Битва за территорию? Или что это было? Старый вампир в это время глядел в глаза пленнику, пытаясь привести в порядок. Хм… впервые видел жертву мозговыноса вампиров: как будто пьяный. Страшно по-прежнему не было, интуиция подсказывала, что мозги на место ему скоро вправят.

– Знакомые лица, по криминальной хронике. – заметил главволк. – Золотая молодёжь, отец-банкир давно их беспредел оплачивает.

– Их опять отпустят?

– Теперь уже нет, такое больше никому не сойдёт с рук. – Акелла подумал, но решил позволить себе немного откровения: – Среди нас не только волки, ищейки в волчьей шкуре тоже есть. Не на свой кошелёк работающих, а на благо Родины.

Как Акелла это сказал! Во мне сразу включилось чувство собственной вредности, потому что я понял: всё это время передо мной был неизменный спутник любого конспиролога, просто больше не сидящий по ту сторону спрятанной видеокамеры! Вожак поймал мой взгляд, и кивнул: всё было сказано и услышано!

 План злодеев оказался прост и груб: мажоры обнаружили у себя вампирский дар, а потом и вампирское гнездо в своём городе, настоящее место силы, только вот незадача – жилой! По-старому прессануть жильцов в открытую не решились, поэтому выкрали человека, чтобы показательно по-вампирски убить его, и свалить всё на Булгаковцев! Клан хоть и жил тихо, но тайны из своей природы не делал, а дальше – как по накатанной. И опустевший особняк наградой для двух уродов! Буйных уродов: потому что если оборотням сносит крышу от своей звериной ярости, то Буйные вампиры расцветают полным букетом комплексов тирана-самодура!

Но эта история закончилась хорошо: в ближайшую новостную передачу прогремит неокупаемое ни одним батей-банкиром, а преступников отправят в камеру с мягкими стенами, и волком-надсмотрщиком! В условиях вампирской вечной жизни мозги им вправят быстро, может даже в этом столетии.

– Интересно, никогда не слышал про вампиров-сластён! – заметил я, глядя на полную салатницу шоколадных конфет. После героического спасения булгаковцев (да и всех остальных вампиров заодно) от главной беды города, нас пригласили на чаепитие; отказываться не стал ни я, ни оборотни.

– Не все сладости, шоколад. Что в нём такого, мы не знаем, не учёные, чай. Но помогает… С самого начала никто из нас крови так и не хлебнул. – сказал дедушка Влад, патриарх булгаковских вампиров, да и в целом глава семейства.

– Странно, почему именно шоколад? – Артём задумчиво заглянул в салатницу. – Это лишено логики.

– Тём, не вредничай! По-твоему, волшебный чеснок – это нормально, а волшебный шоколад – перебор? – засмеялся я. Писатель так и не нашёл, что ответить. А я так думаю: ни один вампир из легенд не мог попробовать священное лакомство с соседнего континента, известного своими кровавыми жертвами Солнцу… Или, наоборот, мог, но в это время вампиров успешно успели запретить, и люди этого не узнали.

– А если бы не шоколад?

– Ходили, высматривали, у кого настроение плохое. – сказала одна из молодых вампирш. Кажется, я начал понемногу оттаивать, потому что внутри опять чуть-чуть похолодело, когда я вспомнил, как мы с Лилей «спасали» метро от страхов.

– Это же не превратит никого в вампира?!

Успокоил меня, внезапно, Акелла:

– Нет. Инициация работала иначе, и намного сложнее. Как и у оборотней, это больше, чем простой укус.

– Работала?

Оборотень кивнул.

– Оба этих процесса стали невозможными почти триста лет назад.

Я тут же успокоился.

В остальном идилия: от особняка веяло не вампирской готикой, а обычной «бабушкиной дачей», детишки совсем живые, бегают по коридорам, да и Буйных среди них нет. Просто им так легче: сидеть дома, и поддерживать друг друга. Спасать от себя их не нужно, а домоседство – не порок.

Однажды я читал, что близнецы могут чувствовать друг друга, даже если не видят и не слышат. Хоть мы со Стасом просто братья, но я подскочил, когда заметил в окне след знакомой чёрной ветровки!

– Стас, Стас!! – Помахал я ему, справедливо решив, что братишка удивится, если это он. А если нет – куртконосец просто не поймёт, что это к нему обращались, значит, ничего страшного!

– Сейчас вы познакомитесь с моим старшим братом, он вам понравится! – сказал я остальным, и вышел на лестницу, потому что дверь внизу хлопнула тоже очень знакомо. А дальше… Похоже, это я на позитиве, потому что случилась картина маслом. В главной роли: мой братишка, с твёрдым намерением спасти меня от «этих страшных вампиров», даже не разбираясь, правда ли они страшные. Сзади – пожилой охранник в чёрных очках, словивший похожее состояние, но Стас молниеносно развернулся к нему, и заорал:

– Не трогайте, это мой брат!

А охранник снял очки, наградил меня тяжёлым взглядом, и кивнул, мол, «подтверждаю, это брат».

– С ним всё в порядке, но я требую объяснений, что он тут делает.

– Я тоже… Лу, надеюсь, ты в настроении всё нам рассказать. – выдохнул Стас. А я попросил поставить чайник ещё раз; двум гостям определённо нужна долгая и подробная история!

Стас

Дурдом… Мелкий укротил оборотней, беспокоивших двухсотлетнего вожака! Который старательно делал вид, что не слышал воплей Лу о «правильном оборотне в погонах», поражаюсь его выдержке. История вампиров тронула нас с Михаилом Юрьевичем до глубины души; большая дружная семья, объединившаяся перед лицом неизвестности, помогающая справиться с не самыми понятными позывами естества, но мечтающая не о роскоши или одиночестве, а о простой человеческой жизни, как раньше.

Ещё больше меня удивили обезвреженные преступники, их подлый план возмутил до глубины души, а новость, что «богатый папа» больше не сможет дать взятку стражам порядка даже порадовала. Майхер был найден вместе с ними, отдыхал в гостевой комнате. Его привели в порядок, и мы договорились обсудить сотрудничество завтра; я решил пойти ему навстречу, тем более что ювелир был на волосок от очень неприятной смерти, и не отошёл от шока.

Артём Болоцкий, стеснительный писатель, был тут же, но новость, что он – оборотень, оказалась меньшим шоком.

– …эта проблема решена, за что я очень благодарен Лу! Но я хотел бы помочь вам в другой работе. – сказал писатель, окончательно растерявший свой неразборчивый быстрый лепет, которым просил отменить встречу. – Мы сегодня все пережили очень серьёзное испытание, и, не побоюсь сказать, что это только начало.

– Братиш, начальник уже отзвонился, нам дали добро на создание нового филиала Коллегии, специально для одарённых. В Китеже! Угадай, кто будет первым и вторым директорами этого дела?!

– Лу, скажи, что это шутка такая, хватит экшна на сегодня. – я сам удивился, насколько жалобно это прозвучало, но мелкий только серьёзно покачал головой.

Кошмар… я подозревал, что не продержусь долго на посту охотника за талантами, но не по ТАКОЙ причине! Что нас ожидает, я примерно представлял, и это вызывало ужас. Зато этот ребёнок был рад внезапной карьере директора, свалившейся на него вопреки здравому смыслу!

– …свободное помещение для офиса организуем, проживание в отеле, пока не найдёте постоянного жилья. – говорил оборотень-вожак. – И не стесняйтесь обращаться за помощью по любым вопросам. Это заслуженная награда за подвиг вашего младшего брата.

– То есть, эти дети будут по всему городу бегать, и совать носы, куда не надо?! – Михаила Юрьевича тоже пробрало. – Один в пасть к волку лезет, второй команд старшего не слушает! Я с вами, нельзя вас таких бросать!

– Мудрое решение, – кивнул Акелла. – Этот ребёнок выжил большим трудом, но справился с задачей лучше квалифицированного специалиста. Отправить их по домам будет безопасно, но глупо. В наше безумное время удача – наивысшая драгоценность, а впереди нас ждёт «Летняя ночь».

– Ну да, а что с «Ночью» не так? – кажется, я окончательно потерял чувство реальности происходящего. Проснуться бы скорее…

– Стас, фестиваль организуют фэйри, ты слышал. – это опять Лу. – Про фэйри много страшных сказок рассказывают, но посмотреть на вампиров и оборотней – так ни разу они не монстры оказались. Вот Акелла и просит, чтобы мы там проследили, чтобы… ничего опасного не случилось.

Лу не просто так запнулся, подозреваю, он уже успел поскандалить со взрослыми на тему «Почему-вы-всего-боитесь», но вожак смог достучаться до разума и моего непутёвого брата. Из-за этого я почувствовал, насколько важно ему будет получить хотя бы мою поддержку.

– Знаете, можете не волноваться по поводу «Летней ночи». Если Лу туда пролезет, то всё пройдёт без проблем! – сказал я, и напряжение спало! Но в этот момент ожил телефон.

– Здравствуйте, Станислав, это Майхер, ювелир, который! – из динамика раздался голос спасённого.

– Эрнест Аристархович, у вас всё в порядке? – я заподозрил неладное; зачем ювелиру звонить из соседней комнаты?

– Извольте не волноваться, в полнейшем! Но, боюсь, ближайшее время с Московской Коллегией Художников мне будет не по пути.

– Почему?

– Видите ли, Станислав, намедни я обнаружил в себе умение создавать настоящие артефакты. Не просто амулеты, какие захлестнули рынок, а нечто большее! Магия, доступная неодарённым, заключённая в украшение из металла и драгоценный камень. Об этом я осмеливаюсь сообщить, поскольку это и становится причиной моего отказа вам-с.

– Поясните, пожалуйста?

– Пять минут назад я переговорил с уважаемым Послом Академии, и принял решение пройти обучение там…

– Стоп, Посол здесь, а мы не в курсе?! – Лу тут же подорвался из-за стола в комнату Майхера, я за ним.

В комнате было пусто.

– Можете не искать меня, многоуважаемый Станислав, мне уже дали объяснение, что это бесполезно! Ручаюсь, со мной всё будет в порядке, извольте не переживать! – Майхер всё ещё оставался на связи. – К моему превеличайшему сожалению, я не могу дать вам ответ, где нахожусь сейчас, и отследить искомое также не представляется возможным. Будьте здоровы, уважаемый Станислав!

Я жалобно посмотрел на оборотня и ангела: пока Михаил Юрьевич обходил комнату своим «сканером», оборотень-особист только досадливо вздохнул.

– К сожалению, это правда. Академия сообщила нам о своих планах брать под крыло одарённых, но мы не смогли отследить ни их мотивы, ни местоположение. И это с нашими ресурсами, замечу.

– Пусто. Никаких следов, будто и не было никакого ювелира! – проворчал ангел. – Тем более, останусь с вами! Очень уж любопытно, кто они такие, и что задумали.

Вечером мы с Лу сидели в номере, и вспоминали свои приключения, больше не опуская неудобные моменты. А чего теперь стесняться? Помещение для Китежградской Коллегии Одарённых будет готово уже к концу недели, жильё поищем после фестиваля, а пока поживём в «Тереме».

Но меня озарила очень точная и пронзительная мысль, которой я был просто обязан поделиться с братом, нравится ему это, или нет.

– Лу! Что, если твой дар – делать невозможное, ты об этом не думал?

Мелкий зашуршал одеялом, и едва не свалился со своей кровати, пока поворачивался ко мне лицом.

– В смысле?!

– Смотри сам, ты за несколько часов перевоспитал неуверенного тихоню, настолько, что Артём сам заразился твоей жаждой приключений. Ещё и звериную сущность Буйного усмирил, пока опытный вожак кругами ходил.

– Спасибо за поддержку, братиш, мне приятно! Но я всё равно буду ждать свой настоящий дар… – Лу мечтательно улыбнулся, вспоминая наше возвращение в «Терем». Артёма удалось подбить походить в волчьем облике ещё немного, на радость постояльцам, больше не считавшим оборотня опасным зверем. Даже одежду ему подходящую подобрали, среди которой была и оранжевая майка! А образ волка в зелёном махровом халате привёл в восторг наших художников и фотографов из МКХ! Сегодня очень многие задумались, стоит ли бояться перевёртышей.

Какое-то время мы продолжили умиротворённо молчать, и вспоминать прошедшие приключения.

– Ста-ас? А как думаешь, может кто-нибудь из артефакторов типа Майхера сделать нормальные крылья? На которых летать можно!

Ещё одна новость, которая заставила меня слегка грустно улыбнуться. Акелла поделился адресом гримёра, с лёгкостью создающему любому желающему рога, светящиеся глаза, и крылья, но максимум, что они умеют – изображать шевеление, как деталь одежды! Так что мы по-другому взглянули на многочисленных экзотических гуманоидов, которые оказались всего лишь ряжеными! А Лу пришлось распрощаться с таким простым способом получить крылья.

– Не знаю. Не уверен. Будь это легко, весь город взлетел бы на воздух. – Я задумался, но решил дополнить: – Зато ты сам помогаешь отращивать крылья другим! Образно. Это лучше, чем летать самому, и я рад…

– Смотри, опять аврора! – Лу вскочил с кровати, едва не запутавшись в одеяле, и подбежал к окну, в котором снова виднелись знакомые зелёно-фиолетовые всполохи.

Может, это теперь и станет чем-то обыденным, вроде дождя, но пока любая аврора была в новинку, и приносила какое-то особое чувство самого детского и чистого восторга. Вместе с переливами небесных огненных лент приходило ощущение уверенности в завтрашнем дне. «Всё будет хорошо, и если сегодня мы были в опасности, то завтра жизнь станет добрее» – вот что сказало мне небо в тот вечер.

– В мир пришло Чудо. – уверенно произнёс Лу, прикипев к окну.

– Доброе Чудо, – уточнил я. В жизни приземлённого материалиста, который полагается только на себя, чудеса были редкими гостями, но сейчас до боли хотелось, чтобы то, что перевернуло наш мир, привело к чему-то хорошему! Может, я никогда не смогу сделать это явными способами, но… вдруг я могу попросить, и мир откликнется на мою просьбу?

– А крылья я всё равно получу, вот увидишь! – заявил брат, когда последний зелёный язычок света растаял в сумерках. Писательский планшет сегодня вновь заработал, на нём дописывалась ещё одна короткая история – о дружбе вампиров и оборотней.

***

Уважаемая Доротея Морган!

Я знаю, у вас есть история о космическом пирате и контрабандисте по имени Люкс, но вы её почему-то не издали. Я хочу убедить вас исправить эту ошибку, потому что я жил в параллельном мире, где минтеанец Люкс Носберт известен так же хорошо, как в этом мире – Гарри Поттер. О нём тоже снимали фильмы, делали огромные тематические парки, а весь мир бредил Бескрайним Космосом, и мечтал однажды собрать свой собственный космический корабль!

Может быть, ваша рукопись и не совсем похожа на ту, которую я зачитал до дыр в детстве, ведь характером Люкс очень похож на капитана Джека Воробья, а любимая цитата досталась Джеймсу Бонду, но послушайте! Если у вас получилось написать бестселлер в МОЕЙ реальности, то может получиться и в ЭТОЙ! Просто напишите эту историю, не бойтесь!

Когда-нибудь я тоже подарю миру свою книгу, и обязательно напишу вам это же письмо ещё раз. И знайте: если вы прочитаете его на страницах моей книги, то ваша история действительно станет лучшим, что случалось с научной фантастикой современности! Не волнуйтесь, что сейчас в моде фэнтези, это не аргумент! Лучше напишите и всё-таки издайте эту книгу, или приезжайте в Москву, где вас обязательно поддержит Московская Коллегия Художников.

В этом мире историю Люкса Носберта знаем, наверное, только мы с братом, но писать её не будем, потому что это должна сделать его настоящая создательница – вы! Просто поверьте в себя! Потому что в вас уже верит, как минимум один будущий восторженный читатель – я!

– Лу К.

Глава 7. Недопонимание.

Лу

Прошло три дня и ещё одна аврора. Сегодня, после завтрака, мы трое (я, братишка и очень любопытный волк Тёма) отправились смотреть наши рабочие бетонометры, выделенные совсем с пылу с жару, даже запах стройки не выветрился! Внутренними декорациями он не оброс: снаружи современное здание, внутри – бетонный лабиринт. Впереди – ремонт, а значит и огромный простор для творчества!

– Этот зал вживую выглядит намного лучше, здесь будет столовая или гостиная! – я бегал по большой комнате, проверяя, за сколько секунд её можно пересечь неспеша.

– Если только сюда трубы подвести. – Стас уткнулся в бумаги, записав очередную мою заметку о назначении комнат.

– Я однозначно хочу повторить идею Цепина с разноцветными столами, только зелёными и лиловыми! Что скажешь?

– А почему такие цвета? – поинтересовался Тёма. Он как ожил, стал уверенным и открытым! Любовь к пальто у него осталась, а скучную причёску с прямым пробором он сменил! [Поясню: оборотень вообще не причесался с утра.] Некоторым причёсываться в принципе не идёт, и я тому живое доказательство!

– Мой любимый цвет – фиолетовый, а у Стаса – зелёный, всё просто! – пояснил я. – Кому-то завтракать надо много и молча, а кому-то в хорошей компании, и вперёд, за приключениями! Ладно, компьютерный зал отметили, библиотеку тоже, столовую… Спортзала не хватает.

– А спортзал зачем? – Брату стало забавно, что я заговорил об этом.

– Отрабатывать какие-нибудь масштабные фокусы! Нужны несгораемые стены, пуленепробиваемое стекло и всё такое, по мелочи.

– Бункер? – скепсис Стаса, похоже, окончательно развернулся. – Лу, давай сначала уменьшим аппетиты, а то на твои хотелки начальнику придётся всю Коллегию продать.

– Золотых унитазов я так и не попросил, не надо!

– Полный зал игровых компьютеров с поддержкой VR стоит не меньше.

Я ещё раз оглядел брата, который проявлял самое кислое выражение лица, какое только умеет. С чего бы это?! Он уже понял, что нам помогают, или есть что-то ещё?

– Ты сегодня явно не выспался, братиш. Давай лучше ещё раз посмотрим тот фейский сайт?

Вернусь на полтора дня назад, когда я уломал Тёму (который ТОЧНО одарённый!) посмотреть сайт «Летней ночи». Стас ещё идти не хотел, потому что «всё равно ничего не увидит», но я не дал ему сделать такую глупость!

Название сайта, который показывал Жека, у меня из головы выветрилось, а взять у Стаса его телефон, я не догадался, поэтому мы пошли другим путём: проинструктированный кибер-гуру Стасом оборотень вбил в поисковике «Летняя ночь Китеж 2023» и стал листать список.

– Ландшафтный дизайн, театральный сезон в Калининграде… Выставка, посвящённая творчеству Уильяма Шекспира, оно?

Посмотрели: и близко не похоже.

– Вот! – я тыкнул пальцем в ссылку. – Да что, не видите вы оба, что ли?! «Фестиваль «Летняя ночь», первое мероприятие фей для тех, кто нашёл себя!»

– Как-то слишком просто, я тоже это вижу. – фыркнул братишка, а у меня сразу нашлось этому объяснение:

– Наши легендарные хакеры взломали и фейскую магию!

Я верил, что простые люди и не на такое способны, когда их прижмёт любопытством! Даже если для этого пришлось вспомнить лучшие традиции карательного веб-дизайна: Вырвиглазно-зелёный фон с синими ссылками, поверх которых прилеплена фея с вотермарками стокового фото. Совсем как из древних талмудов «Всемирная Сеть Интернет, Броузер, Скайп и все-все-все»! Под картинкой мерцало пестрючими буквами:

ТОЛЬКО ЭТИМ ЛЕТОМ!

Вы тоже поняли, кто вы есть на самом деле? Хотите познакомиться с другими тайнами Мироздания, и узнать больше, чем есть наяву? Тогда бросайте свои дела, вас ждёт незабываемое приключение на фестивале «Летняя ночь» в Китеже! Квест-тур по мотивам любимой сказки детства, организованный феями! Банкет, музыкальный фестиваль, аттракционы и многое другое! Чудеса всем, и пусть никто не уйдёт обиженным! Разделите веселье с нами, начало – на закате, 21 июня! Если вы смогли увидеть это сообщение – то уже знаете, куда идти!

– Сделайте мне это «развидеть», пожалуйста! – засмеялся Стас, но быстро перешёл на серьёзный тон: – Всё, что я понял, что состоится это в Китеже. И, возможно, в парке, который сегодня перекрыли.

– Тём, ты пойдёшь, или как? – я вопросительно повернулся к оборотню.

– Не думаю. В большинстве сказок это удивительно проказливые существа. – Артём поёжился. – Я писал о них, и много успел изучить по разным легендам. Их вечеринки заканчиваются измученными до смерти гостями, а тех, кто съест или выпьет что-нибудь приготовленное феями, забирают в волшебный мир навсегда. А я только жить начинаю… Впервые выспался без кошмаров.

– То есть, сны об оборотнях продолжаются, но без ужасов? – восхитился я. Артём кивнул, и улыбнулся. Несколько таких снов даже легли в основу ещё одной книги молодого писателя. Я так и думал, что в жизни оборотней много хорошего!

– Стас, не переживай, возьмём с собой пирожков! Но вообще я на все сто уверен, этого не понадобится! – мне очень не понравился молчаливый протест против голодовки, мелькнувший в глазах брата. – И вообще! Нам дали задание первостепенной важности, ты помнишь? Так что положись на меня! И выживем, и с феями подружимся.

В тот день ничего интересного мы не нашли: городской парк перекрыли брезентовой ширмой, всё то же самое осталось и сейчас. Спросите, насколько надёжное укрытие ширма? Как оказалось, это вообще для галочки! «Оленинград» собрался устроить стрим в прямом эфире, где одна очень любопытная Анонимофея согласилась перелететь ограду с включенной камерой, но там не оказалось ничего интересного: пустой парк и горстка строительных вагончиков в центре. Когда тему одарённых перехватили каналы посерьёзнее, «сплетникам» пришлось тяжко, даже привычное вступление занимало теперь всего десять секунд, а не пять минут. Стас хмуро буравил взглядом надпись «Ведутся ремонтные работы», а мне пришла в голову мысль, как самому хакнуть, но уже не Интернет, а реальность, раз уж Стас считает, будто мой личный дар – совершать невозможное.

– Я знаю, как пролезть туда! Допустим, у нас уже не Сказка, а вполне здравое Фэнтези: в них всегда есть куча одинаковых деталей, на них и выедем! – уверенно заявил я.

– Не думаю, что всё так просто.

– Братиш, заткни чем-нибудь внутреннего скептика, это сработает! – я хлопнул угрюмого братишку по плечу. – Смотри сам: у нас уже есть король, который внезапно снисходит до главного героя, и выдаёт квест. В роли короля – вожак оборотней. Или Цепин, король Коллегии, который с барского плеча выдаёт нам филиал, так что мы с тобой почти рыцари, правда обалдительно?!

– Если бы они сами понимали, в чём дело…

– Оно всегда так! Зато на пути у любого героя-приключенца разбросаны книги и объявления с намёками. В роли удачно разбросанных книг… – я покрутил в руках смартфон. – Что ищем?

– Чит-коды к нашей «игре».

– Стас, скажи, в чём дело, с этим тоном у тебя сарказм вышел, а не шутка. – я забеспокоился: такого брюзжания от братишки я давно не слышал. Тот кисло скривился, неопределённо махнув рукой в сторону.

– Просто не выспался. Скажи сразу, к чему ведёшь, без ребусов.

– К тому, что самый информированный в куче игр – трактирщик! А вот и трактир! По-моему, стопроцентное попадание!

Пока мы гуляли вдоль ограды, мы приблизились к парадному входу в парк, рядом с которым находился небольшой домик, с вывеской в старинном стиле: «Трактир «Чердак Дэна»».

А ещё это был единственный кусочек парка, куда не закрыли вход!

Знаете что? Чердак мне понравился! Намёков на волшебство не было, зато всё, от пола до потолка украсили [Точнее даже захламили] под чердак самого большого любителя антикварных безделушек в Китеже! Меня это настолько очаровало, что я сделал себе зарубку на память: столовую Коллегии обязательно украсим в таком же стиле, настолько он вкусный!

Посетителей было всего двое, они лениво попивали свой кофе где-то в углу, и на нас внимания не обратили, зато я рассмотрел симпатичную молодую блондиночку в костюме «а-ля Октоберфест», и обаятельного черноволосого кудряша-трактирщика, походившего на обрусевшего итальянца.

– Добрый день, честной народ! Кофе с пирожным к обеду, или просто отдохнуть от трудов праведных? – от этих весёлых интонаций и звонкого живого голоса я ещё больше убедился, что мы нашли того самого Трактирщика, который знает всё и обо всех!

– Привет… Дэн! – я мельком глянул на бейджик, – Нам бы не только отдохнуть, но ещё и узнать что-нибудь интересного, есть такое блюдо в меню?

– А то! Но, как говорят, услуга за услугу! Отгадаешь загадку, друг, будет тебе ответ на любой вопрос! А какой заказ сделаешь, настолько и ответ верный получишь. Правильный напиток плюс достойная закуска, невелика цена, согласись? – Дэн показал на меловую доску с меню.

– Ты фэйри? – Стас странно зыркнул на парня исподлобья, но тот замотал кудрявой головой:

– Сегодня определённо точно нет, так что расслабьтесь, еда не заколдована, честное трактирское!

И всё не выходя из образа, обалдеть!

А я изучал меню со всей придирчивостью героя, которому загадали настоящую головоломку. Капучино, латте, раф, это вкусно, но вряд ли ответит на вопросы о празднике фей. Похихикал над «Экспрессо со вкусом слёз баристы», но попробую как-нибудь позже. Задумчиво вглядывался в строчку с «Полынной феей», но исследовать алкогольный напиток не захотел.

Сложно! Даже голова заболела, но Стас так мечтает, чтобы я научился серьёзно решать задачи, могу я сделать это сейчас?

– Пока Лу думает, я бы взял чёрный чай «Six o’clock» и крендель со свежим маслом. – Стас не стал долго думать, а взял первое, что пришло в голову. Дэн очень красноречиво улыбнулся и подмигнул.

– Нашёл! А мне «Летний Спрайт» и ягодно-медовый пудинг! – теперь и на свой заказ я получил одобряющую улыбку. Через пару минут ожидания, нас одарили вкусняшками и похвалили:

– Браво, ответы были чудо, как хороши у обоих! Так каков будет ваш вопрос, уважаемые?

– Где будет происходить «Летняя ночь», и как туда попасть? – с этой задачкой проблем не возникло, я знаю, чего хочу спросить.

– И как выйти оттуда живыми! – подбуркнул брат. Может, таблетку пустырника в него скормить?

Трактирщик поманил свою помощницу:

– Лизонька, подмени меня, заюш? А вы пройдёмте со мной в подсобку, есть кое-что для вас, что вам будет полезно услышать.

Пока симпатичная Лиза встала за стойку, Дэн неспеша побрёл в сторону служебной комнатушки, приоткрыл дверь, и поманил нас за собой.

– Всё нормально? – спросил Стас, и резко просел в дружелюбии, увидев у Дэна копыта. – Ты – демон?

– Сатир. – нехотя признался трактирщик, – Рогов пока нет, надеюсь, и не появятся. А с обувью теперь большая проблема! Будто на шпильках ходишь. Вы?

– Неодарённые. – брат проигнорировал мой осуждающий локоть в бок. Дэн удивился, прищурился, нахмурился даже больше Стаса.

– Феи ясно дали понять, на первую «Летнюю ночь» только одарённые, простым людям вход закрыт.

– Я не понял, они сами были людьми недавно, уже всё забыли?! Или… – меня пронзила очень интересная догадка. Дэн нехорошо ухмыльнулся, подтверждая её.

– В том-то и дело. На толпу одарённых нет-нет, да найдётся один, который всю жизнь притворялся простым человеком, а сейчас просто сбросил маску. Наша мэр и её сестра, как оказалось, урождённые фэйри! Ещё в Петровские времена в наши края мигрировали. Старушек-голландок из «Чёрной курицы» помните? Вот и познакомитесь.

Я понял, что дальше удивляться не могу; и так на вершине апофигея!

– Они согласны устроить вечеринку в честь «эпохи Чуда» для людей, но сначала хотят провести пилотный заезд для паранормалов. Люди их забавляют своей способностью выпутываться из любой западни… и пугают. Они боятся, что кто-нибудь сорвёт их планы.

– Короче, все друг друга боятся, понятно. Будем это исправлять! – я развёл руками. – Дэн, так ты расскажешь нам, как попасть на фестиваль? Ты обещал!

Трактирщик вздохнул, прочитав в моих глазах если не дар, то не менее полезное умение капать на мозги, пока не добьюсь своего!

– Есть одна слабая отмазка: подписать контракт на временное вступление в штат трактира, на пару дней, но официально. Обязанности – просто присутствовать в городе, униформы нет, жалования тоже. В то же время «Чердак» – территория парка, прогнать вас они не смогут.

– В чём подвох? – Стас сразу схватил быка за рога.

– Фей обманывать смертельно опасно. Найдут мельчайший просчёт, ухватятся за него, и погибнете эффектно, в назидание другим. А они найдут! На их стороне лепреконы, попадётесь случайно, но гарантированно. К счастью, мне есть, что ответить лепреконской магии, настоящий профи своего дела, но вам вряд ли понравится.

– Что с ним не так? – Стас, кажется, собирался дойти до состояния «абсолютно мрачного тела»: голос ледяной, морда кирпичом, руки в кулаки сжимаются, даже мне неуютно стало!

– Он лучший юрист города. И он – демон.

– Спасибо, нас это не интересует. Прощай, Дэн. Лу, идём! Нельзя, так нельзя, мы сделали всё, что могли! – Стас развернулся, и покинул подсобку; я за ним. Эх… обидно! Но я прекрасно понимал чувства братишки, да и Жека тоже предупреждал, что с демонами сделок вообще заключать нельзя. Значит, будем искать другие способы. А так хорошо всё складывалось!

Какое-то время мы шли молча, но Стас только продолжал мрачнеть. И тут до меня дошло, что он не «не выспался», здесь что-то ещё! Но что?

– Братиш, какая муха тебя укусила? Расстроен, что Маришка не звонит?

Угрюмый шкаф смерил меня тяжёлым взглядом со своих антресолей, но решил сдаться без боя: поник, немного даже погрустнел.

– Не только. У меня… зуб болит.

А у меня гора с плеч свалилась! Всё так и есть, мой самый смелый старший братик в мире готов ворваться с голыми руками в вампирский особняк! Но его отношения с зубными врачами мы обычно не обсуждаем, ведь у каждого сильного человека есть свои маленькие слабости. Поэтому я понял, что пора задвинуть все волшебные приключения, и приступить к более важному делу – Героическому Спасению старшего брата от коварного Больного Зуба!

Минута поисков, и мы нашли лучшую зубоврачебную клинику в городе. Вернее, я нашёл, потому что братик намеревался прогуляться пешком до Переславля, к единственному стоматологу, которого он не боится, но я знаю точно: не так страшны врачи, как их малюют!

– Нашёл! Пишут, лучше этой в городе нет! – я потянул брата за рукав. Тот нехотя покачал головой

– Может, сначала зубы почищу день-два?

– Не боись, братиш, я с тобой! Пошли!

Стас

«Лучшая клиника» проехалась по нервам уже на входе. Я способен оценить атмосферу эстетики Советского Союза, но какой гений решил восстановить антураж советских типовых лечебниц?! Впрочем, я был готов думать о чём угодно, только бы не сосредотачиваться на звуках строительной дрели; реставрация всё ещё проходила, но этот звук оказывается слишком жутким, когда находишься в зубной клинике!

Лу взял на себя лидерство (я даже порадовался: как быстро мой брат повзрослел), и смог уломать врача принять меня «по острой боли», игнорируя с детской непосредственностью все попытки объяснить ему, что здесь так не делается.

– Любовь Юрьевна! Острая боль, примете без записи? – молодая администратор разговаривала при мне с врачом по телефону, устав от напора мелкого надоеды. – Ну не может дежурная, сами знаете! Нет, он сейчас рядом стоит, куда я его пошлю?..

Лу успокаивающе поддерживал меня за руку, я незаметно сжал его ладонь. Ничего не могу поделать, я просто боюсь стоматологов с детства! Меня окинули немного извиняющимся взглядом, и я уже представил, как мне говорят: «Извините, совсем никак», но вместо этого мне сказали другое:

– К сожалению, все врачи заняты, но у нас есть специалист, который свободен. Ожидайте у кабинета номер семь, вас вызовут.

В уши продолжал вгрызаться звук ремонта, предательски не заглушавший настоящую зубоврачебную дрель из-за двери. Я уставился на геометрический узор паркета, но понял, что свихнусь без помощи брата.

– Это точно «лучшая» клиника? – беспокойно спросил я его. Мелкий кивнул, и показал мне страничку отзывов, где в лидерах, с кучей лайков, стояло главное: «Хорошая клиника, лучшая в Китеже! Ходим всей семьёй уже два года, за вежливость, мастерство и дружелюбие врачей каждому по пять звёзд!»

Может, я зря беспокоюсь? Всю жизнь я ходил только в бесплатные, а в частных, говорят, всё совсем иначе. Траты небольшие, один зуб вылечить – не так много. Да и, вспоминая старую проверенную фишку с просматриванием именно плохих отзывов, я убедился: их почти не было, все довольны здешними услугами. Кажется, я начал немного успокаиваться.

– Калитвин! – медсестра высунула нос из-за двери.

– Держись, братиш, всё будет нормально! – Лу ободряюще похлопал меня по плечу. – Я рядом!

В кабинете был всё тот же интерьер, вдохновлённый старыми советскими поликлиниками, но вид «врача» показался мне дурацкой и очень жестокой шуткой! Неопрятный мужик с квадратным лицом работяги, кустистыми колючими бровями и бородой лопатой, на врача совсем не походил! Скорее на сантехника, который спёр у кого-то белый халат, прикрыть грязную спецовку. На бейджике было грубо выведено маркером «СТЕПАН». Меня прошиб холодный пот: кто-то устроил этого колдуна так же, как я обормота Жеку! Который, пусть и демон, но хотя бы не выглядел пугающе.

– Чё стоишь? Как тебя там… Станислав! Садись, лечить буду! – сказал он. Грубый прокуренный голос и недружелюбные интонации коновала уверенности мне не придали. Я собрался занять место пациента, но меня остановили.

– На креслу садись, лежать дома на кровати будешь!

Я пожал плечами, и сел на место врача, пока колдун присматривался ко мне. Странный… не оборотень, но что-то дикое, звериное, я почувствовал. Тяжести ангельского взгляда не было, зато на мгновение мысли встряхнула дезориентирующая тревога. Запах перегара от дешёвых папирос и самогона только больше расшатывали нервы.

– Услугой отплатишь, но шоб усё по-честному!

Я удивился такому прямому предложению, да и «платить» услугами колдуну не хотел! Степан проигнорировал мои спутанные мысли (если вообще читал), и продолжил:

– Там у тебя дитё малое в приёмной сидит, братом твоим, значит, зовётся. Так вот, зубы я тебе вылечу, а ты сводишь его за это в парк какой-нибудь. Конфет купишь, сладкой ваты там, он же у тебя дитё дитём! Берёшься за уговор, или дохтуров с дрелью за рубли ждать будешь?

– А… в чём подвох? – туман в мыслях проходил, и я даже осмелился задать этот вопрос. Но какой мне смысл платить брату, ещё и такую странную цену? Колдун смешливо крякнул.

– Ишь ты, подвох ему подавай! Видишь ли, Станислав, Земля-матушка, она всё видит! У кого котелок варит, тот понимает: как ты к миру, так и мир к тебе. А кто тупой, тот пусть и дальше дерьма за шиворот себе ждёт, обязательно дождётся. Усёк?

– Усёк. Я согласен. Помогите, пожалуйста.

Медсестра протянула колдуну перчатки с тихим «Степан?..», но тот отмахнулся со словами «зараза к заразе не липнет», шумно потёр шероховатые ладони, и грубо схватил меня за нижнюю челюсть. Очень неудобно, кажется, на болевую точку надавил, потому что заболели все зубы сразу! Но через секунду боль стихла: вся, целиком, включая ноющий с утра зуб! Я надавил на него языком: никакой реакции.

– Ну, вот и всё. Здоров, богатырь! Можешь даже спасибо сказать, если хочешь. Зуб мудрости тебя больше беспокоить не будет, если поболит чутка – анальгину бахни, и хорош. Свободен!

– Спасибо… А как? – я понял, что кроме больного зуба во мне выправилось что-то ещё; я как будто перестал бояться и кабинета, и самого колдуна, зато был в полной готовности завалить его вопросами, в духе Лу! Колдун только отмахнулся.

– Как-как, лобом об косяк. К заводским настройкам вернул, считай! Зубы живит, переломы сращивает, слепые глаза лечит, трубы от ржавчины чистит. Это и есть колдовство, а не всякая абракадабра с волшебными, блин, палками. – Степан опять нахмурился. – Ушла Лизок, фея она, видишь ли. Неповадно лёгкой сучности в зубах ковыряться. А мне тоже всякие сны снились. Грибы-ягоды собирал, чужаков в болоте топил, а кто с добром к чуду-юду заявится от большой беды, тому помогал мал-мальски. Да ну, дело прошлое.

– Погодите, так кто вы?! – Я заподозрил, что это не тёмный маг, да и не ощущалось в нём ничего злого! Грубый, громкий, пугающий, неопрятный… но не злой.

– Да не жмись ты, леший я тутошний! – махнул рукой Степан. – К таким, как я, простой люд издревле ходил. А тут и сам человеком уродился, не в леса же сбегать.

Я с почти детским восторгом ещё раз посмотрел на Степана под этим углом, и понял: всё сходится! Если не смотреть на белый халат, то передо мной был самый настоящий очеловечившийся леший! Который мог бы столько всего рассказать, стольким помочь в нашей будущей задумке с Коллегией!

– А вы… – я уже хотел было попросить китежградского лешего о помощи нашим будущим ученикам, но меня перебили.

– Станислав, шо брат у тебя дитё дитём, шо ты туда же! Дело вы хорошее затеяли, но обоим говорю – отчепитесь от меня, здесь моё место, людя́м помогать! Заместо меня, вон, зуб даю, твой вылеченный. Будет вам в скором времени друзья-подружки, полон дом. Свободен, говорю, твой братец уж весь извёлся, наверно.

Когда я вышел из кабинета, то оценил выдержку Лу, невозмутимо подслушивавшего под дверью. «Дитё дитём» – подумал я, и улыбнулся. А мелкий смотрел на меня с немым восторженным вопросом в глазах.

– Не пойдёт Степан в Коллегию, тут его место. Но он потребовал в качестве платы сводить тебя в парк. Так что… – я не думал, что скажу это, но надо бороться со своими страхами. – Возвращаемся к Дэну. Надеюсь, нам его демон поможет.

Долго с Дэном мы не болтали, вместо этого пошли втроём в соседний квартал, к дому с сине-белой вывеской «НОТАРИУС». Табличка поменьше гласила, что здесь принимает Ф.Н. Иванов. А информация, полученная от трактирщика – что этот Ф.Н. – ещё и демон.

В безупречно аккуратном кабинете нас ожидал худой человек средних лет, с длинным и узким невыразительным лицом. Жидкие чёрные волосы зачёсаны набок, а серые глаза спрятаны за очками… заподозрить этого человека в связи с нечистой силой было очень тяжело!

– Здравствуй, Даниил. – Его голос был спокоен, и беден на эмоции. Сразу вспомнился Жека, хохотавший на пустом месте. Это тоже демон?

– Фёдор Николаевич, тут такое дело, нам контракт нужен, чтобы этих двоих на фесте не убили случайно. Поможете? – попросил Дэн. Нотариус посмотрел на нас с братом, я внезапно почувствовал на себе знакомый взгляд, как от охранника-ангела, но отличающийся чем-то. Теперь нас каждый встречный паранормал будет так сканировать?

– Форма 841А Приватного каталога в трёх экземплярах.

Я оглядел строку «ФИО», с которой начинается почти любой документ; Лу предсказуемо приступил к битве за собственное имя:

– А если я своим полным именем не пользуюсь?

– Имя полностью согласно свидетельству о рождении. – спокойно пояснил юрист. В его голосе по-прежнему не было каких-то эмоций, но желание спорить так и не возникло. – Мы делаем документ, который будет спасать вашу жизнь, прошу понять это.

В сверхсилы нотариуса я поверил, когда мелкий сам написал «Лука Михайлович Калитвин»! Но у меня возник другой вопрос, на который ответили раньше, чем я его задал:

– Здесь важно имя, которое вы получили раньше прочих, в вашем случае – имя из свидетельства о рождении. Для защиты от дурного глаза, как говорили в старину. Для других имён графа ниже, надеюсь, у вас их меньше двадцати восьми.

Мы с Лу переглянулись: на данный момент у моего брата действительно было двадцать восемь учётных записей в социальных сетях, и все с разными именами! Пришла пора вспомнить их все?

Само составление контракта не выглядело чем-то странным. Мы точно так же проговаривали каждый пункт, Фёдор Николаевич терпеливо отвечал на все вопросы. Наконец, когда бумаги были составлены и заверены печатью, сверкнувшей холодным синим пламенем, я не стал дожидаться акта любопытства моего брата, задал самый зудящий вопрос:

– Вы действительно демон? Мы уже сталкивались с одним из демонов, вы на него не похожи.

Лу посмотрел на меня с ехидством и пониманием, а юрист просто кивнул.

– Корректнее будет сказать, дьявол, молодой человек, бывший ангел и представитель высшего Тёмного сословия, представляю интересы легиона Жадности. Но для обывателей это не играет роли, как правило. Веду семейный бизнес с момента развития юриспруденции в этом государстве. Вас что-то смущает?

– Вообще-то да… – Я замялся, пытаясь подобрать правильные слова.

– Станислав, род дьяволов славится любовью к точным формулировкам и законам. Достаточное количество специалистов, выручавших из самых безнадёжных дел, обладали природой, схожей с моей. Но никто из нас ничего не делал с душами своих клиентов.

– А как же «продавшие душу»?! – подляпнул Мелкий. Я попытался пнуть его под столом, но промазал.

– Безнаказанность. Когда человек осознаёт, что вправе творить всё, что захочет – рамки возможностей растут. Но подавляющее большинство остаются рабами собственных низменных чувств даже с этим знанием, наше дело – лишь защищать их. Не совершенствовать. Вечность мучений придумана пострадавшими от действий такого охраняемого человека, которому они не в состоянии навредить – это утешает их, и в этом вся легенда. Мир не настолько прост, и вы, Станислав, в этом убедитесь, когда познакомитесь с теми, кто также изображал человека до последних событий.

О «событиях» мы тоже поговорить успели, но ничего интересного не узнали: возмущения в магической составляющей Земли дьявол заметил ещё задолго до лета, но ни разу не задался вопросом, к чему это приведёт. А после Чуда даже не сменил свой род деятельности!

Сам контракт мы перечитывали три раза, но одна вещь повергла нас с братом в шок.

– Дэн, так ты – Дионис?! – Лу тыкнул пальцем в строчку «других имён» нашего нанимателя. Трактирщик виновато улыбнулся, и кивнул.

– Ну да, не просто сатир, а толку? С памятью не везёт, из Интернета больше узнал. Из магии только иммунитет и копыта эти, дурацкие. Фёдор Николаевич, между прочим, по одному взгляду множество фактов о человеке расскажет! А я потому и напросился барменом на фестиваль, чтобы узнать правду о себе.

– Узнаешь, Даниил. Твоя, с позволения сказать, скорлупа уже покрылась трещинами, но это процесс не одного часа. И не только твоя скорлупа. – вставил своё веское слово дьявол. – Молодые люди, прочитайте ещё раз, на предмет дополнительных вопросов. С моей стороны всё, как всегда, безупречно.

– И что, просто «по доброте душевной»? – я вспомнил недавно вошедший в нашу жизнь принцип. С тех пор, как мир начал чаще отзываться на добрые дела, их стали делать охотнее.

– Нет, Станислав. – тонкие губы юриста впервые тронула снисходительная улыбка, но прежде, чем я испугался, дополнил: – За работу Даниил перечислит мне гонорар в фиксированной денежной сумме, согласно официальному прайс-листу. Напомню ещё раз, «продажа души» – предрассудок, рождённый профанами.

Правду говорят, что у дьяволов ангельское терпение, потому что позже я оценил уровень недоверия, который не стесняясь проявлял к помогавшему нам юристу, а он так и не возмутился, но педантично напоминал, что мы в плену предрассудков!

– Позволю себе небольшую рекламу, в вопросах договоров с паранормалами я готов задействовать весь персональный опыт. – ещё раз подал голос Фёдор Николаевич. Кажется, если и было что-то важное для него – то только привлечение новых платежеспособных клиентов, разговаривая о деньгах он проявлял чуть больше эмоций.

– Позже обязательно поговорим об этом! – кивнул я.

Ощущения от всей этой авантюры были странными: мы слишком многого не знаем! Если подумать, то всё, что нам известно – это сказки, где добрые люди побеждают злых нелюдей. А если поступить, как Лу, и рассмотреть сказки, как реальные исторические события, насколько нелюди были «злыми»? Историю пишут победители, в нашем случае – люди. А в Интернете о работе Фёдора Николаевича исключительно положительные отзывы о качестве… и недовольные о высоких расценках. Кажется, у меня появилась новая тема для размышлений.

Лу

До Стаса наконец-то дошло, что у нас тут не сказки братьев Гримм, ура! А до «Летней ночи» осталось совсем чуть-чуть. Благодаря нашему контракту, мы – настолько незаменимые трактирщику личности, что нас никто и ни за что не прогонит.

Дэн, он же Дионис, как оказалось, был очень тронут моим предложением помочь с самопознанием, на правах одного из первых участников Коллегии, и оценивал тусовочно-учебное пространство нашего заведения со всем божественным профессионализмом.

– Хорошее место, даже прекрасное! Энергетика нейтральная, здесь будет хорошо и тёмному, и светлому. – Дэн обвёл рукой помещение будущей столовой. Стас укоризненно покачал головой: «только иммунитет и копыта? Нну-ну». Некоторые вещи можно даже вслух не произносить! До бога виноделия и отдельно взятого трактира, кажется, тоже дошло.

– Это всё элементарные фокусы, их даже неодарённый освоит! Феи научили! – Дионис помахал в воздухе рукой. – Зарабатывают кредит доверия перед просыпающимся Олимпийцем. Если бог сможет нащупать ключ к своей силе…

И умолк на самом интересном!

– То что?! – Я начал подпрыгивать от нетерпения, сминая к сатирам весь пафос философской паузы.

– Сам не знаю. Не шучу!

– А как же Академия?! Они связывались с тобой?!

– Хотел бы, но нет, они, похоже, сами выбирают, с кем и когда. Я уже думаю, что просто придумал, будто я – тот самый Дионис. Может, обычный сатир с синдромом восьмиклассника? Бог виноделия копытами не сверкал! – Дэн снова обиженно и звонко цокнул об бетонный пол, но стряхнул флёр меланхолии, и вернул вайб командира операции: – В любом случае, у нас двадцать четыре часа на подготовку! Паёк на случай заколдованных угощений. Талисманы, красная шерстяная нить и железо холодной ковки. Никаких танцев, это важно! Видите, что собирается хоровод – бегите, не оглядываясь, это смертельно!..

– Хорош уже, мы не совсем дураки. – огрызнулся я. Как же бесит, что все друг друга боятся! Даже Стас оглядывается, как уберечь меня от своих же надуманных страхов!

– Лу, надо здраво смотреть на вещи…

– Надоели! Как вы не понимаете, в мир наконец-то пришло что-то хорошее! А вы заранее превращаете Чудо в Кошмар! Так… пойдём в другую комнату, а то тут будущая столовая.

Стас уже понял, к чему я клоню, но послушно вышел в коридор. Что мне понравилось, на защиту позиции Дэна он не встал.

– Мы просто реалисты, – только и пробормотал наш копытный.

– Нихренасеньки вы реалисты?! Реалист сейчас тот, кто не будет трястись от каждого куста! Интернет кипит, люди делятся новым опытом, Тикток забросил свой тренд с перечницей, и повернулся к Чуду! А мы делаем вид, будто нас сожрут!

– Лу, с тобой всё в порядке? – забеспокоился Дэн.

– Всё, а с тобой – нет! Почему самый весёлый бог Олимпа шифруется, что ничего не умеет, а то вдруг примут его за самозванца?! Это не сказки братьев Гримм, это реальность! Понял? Чудесная, непривычная, но РЕ-АЛЬ-НОСТЬ! Вот что, можете и дальше здесь сидеть, бояться, а я иду проветриться от ваших страхов! Ожидайте меня к ужину, а ещё лучше – к завтраку!

Я ушёл, громко топая, а Стас уже начал процесс расфигевания Дэна:

– Привыкай, Лу у нас личность… кхм. Творческая.

Обидно. Правда, обидно! Я так надеялся на поддержку от Чуда, чтобы оно помогло себя расшифровать! Вместо этого – разочарования одно за другим. Даже Дионис переписал себя из олимпийских богов в типичные паникёры…

Мечта о крыльях, как у половины китежградцев, накрылась: мастера-гримёры уже потирают сияющие руки, наколдовывая всем желающим любой мистический вид. Красиво, эффектно, но бессмысленно, а крылья мне нужны для полётов, не для показухи.

Если на кого-то у меня и была надежда, то только на себя. Даже не на Стаса, который схватит меня под мышку, и утащит подальше от первого, что его успеет напугать! Но, кажется, я теперь понимаю брата, который настолько отличается от меня: он тоже долго был один, и вырос. И мне придётся, просто чтобы не дрогнуть, и доказать всем, что в мир наконец-то пришло Чудо! Доброе, волшебное, которое мы так ждали!

Успокаиваться я начал, когда достал телефон, и в наушниках запел чудесный дуэт: «Уж скоро время рисовать на небе птиц, и чай под сенью дуба пить, и строить дом что так давно мы ждали»… Кажется, это хороший знак, говорящий, что я на верном пути! Следующий шаг к сытому и довольному спокойствию начинающего Взрослого Человека случился в одной из кофеен. Рассматривал бабл-ти, но в итоге взял просто травяной чай; оказалось очень успокоительно. Так я и сидел за столиком в углу, смотрел на других посетителей. Если кто-то и выглядел странно, меня это больше не цепляло: красиво, но не «вау», когда знаешь, что это просто маскарад.

А кто-то был в самом деле «вау», даже без крыльев, рогов или цветных волос! Например, милая и колоритная парочка двух старушек. Одна – седая до белизны и пухленькая, в красном платье, с тросточкой, походившая на одну из тех бабулек, которые всегда всё про всех знают. Другая – интеллигентная рыжая «учительница пения», в противовес своей спутнице худая, в очках и белой вязаной жилетке с жабо.

– Дорогая, ты будешь чай или кофе? – голос рыжей в очках был чистым и мелодичным, как у оперной певицы на пенсии. В тишине кофейни её вопрос прозвучал настоящей арией, Маришке такое и не снилось!

– Кофе, конечно, с сахаром и сливками! Какой чай в это время суток?! – Её седая собеседница, наоборот, обладала визгливым и высоким голосом, идеальным для скандалов! Ещё и на одном дыхании всё высказала.

– Чудесно! Юноша! Принесите к нашему столику две чашки крепчайшего чёрного чая! – отреагировала Певица. Скандалистка тут же нахмурилась:

– Глухая тетеря, тебе пальцем в меню тыкать надо?!

– Сначала попади им в нужную строчку, ты слепа, как Арчибальд Третий…

Как профи в спорах, я уверен: они лучшие подруги или сёстры, а их перепалка – такая же замечательная приправа к чаю, как сахар или перец! Спор продолжался, причём звучало это невероятно красиво: Певица играла интонациями, и патетически вздыхала, зато Скандалистка так и вываливала весь ответ кучкой драже.

– …сейчас конфеты достанут. – услышал я голос, и быстро глянул: не только я следил за старушками, миленькие девчата-официантки тоже заинтересованно переглядывались в уголке.

А старушки действительно достали расшитую бисером бонбоньерку, устроив при этом целую пантомиму.

– Это не ириски, а какие-то сухари!

– Дорогая, будь снисходительней, разве это сухари? Видывала я такие сухари, по сравнению с которыми это – нежнейший бисквит! – Певица подкрепила свой довод таким громким хрустом конфетки на весь зал, что зрители не смогли скрыть смешков. – Видишь? Настоящему таланту никакие годы не помеха!

Скандалистка активно закивала, и взяла в руки чашку.

– И то верно! Пора приступить бы и к чаю, пока не остыл! Ваше здоровье, дамы и господа!

Восхищённая публика благодарно зааплодировала, и я тоже. Вот это понимаю, настоящие актрисы, так обалдительно сыграть!

– Талантливые люди талантливы даже в чаепитии, не находишь? – шепнула мне одна из официанток, но когда я развернулся, то понял, что немного промазал: вместо официантки ко мне подсела смешная рыжая девчонка, похожая на Пеппи Длинныйчулок, только без косичек, но с рыжим ушастым ободком на голове. – Я Китти, будем знакомы!

– Хорошее имя, тебе идёт! А я – Лу! – я оглядел новую подругу: – Ты – китсунэ?

– Хуже, я ведьма! Страшно? – девчонка пошевелила у меня перед носом зелёным маникюром.

– Ни капельки! – Китти мне понравилась! Улыбается, как будто каверзу задумала, ещё и в глазах чёртики пляшут, сразу понятно: с ней будет весело!

– Скажи мне, Лу, а не у тебя ли есть старший брат, который будет искать тебя по всему городу?

– У меня… стоп, Стас меня опять ищет?! – воображение подсунуло понятную картину, где братишка собирает спасательный отряд, чтобы спасти меня от всего, что может найтись в Китеже, включая то, что сюда пока не завезли.

– Не, просто я уже пересекалась с ним однажды! Хэппи-энд твоих поисков нагадала, к слову, а то волновался, дурашка.

– А мне погадаешь?

Китти кивнула, потянувшись к карману, чтобы достать что-то гадательное, но заметила мою чашку, и кивнула:

– Давай, на чае погадаю? Ни разу не гадала на чае!

С такой уверенностью можно было сказать «я профессиональная гадалка и расшифрую любой чай, какой под руку попадётся!». Конечно, я протянул ей свою почти допитую чашку с плавающимим там чаинками.

– Про свой дар мне уже говорили, а можешь побольше про фейский фестиваль рассказать?

Китти покрутила чашку, и весело подмигнула:

– Ну, на тему фестиваля блок поставили, вот только знаешь, что сильнее фейских фокусов? Ведьминская смекалка! Гадаем по блоку на чае, в главных ролях: логика и импровизация!

Я рассмеялся, а Китти отставила бесполезную чашку в сторону, и заявила:

– Значит так! Блок стоит, значит, феи настоящие, сильные. Отдача небольшая, как будто намекают: «не лезь не в своё дело, дорогуша», значит, дружелюбные. Так что можно не бояться, что прибьют, в худшем случае немного попугают, и всё. Верно рассуждаю?

Я восхищённо закивал, а она ответила довольной улыбкой. Вот это мне и было нужно! Такая подруга, которая скажет: «Ничего непонятно, но это однозначно что-то позитивное!» Старушки продолжали вести свою светскую беседу с мастерством профессиональных юмористок, и, как и полагается хорошим актрисам, совсем не замечали восторженных зрителей.

– Китти, а ты фей видела? – спросил я ведьмочку, всё ещё пялясь на старушек.

– Бери выше, я с феей в поезде до Китежа ехала! Смеялись всю дорогу, у фей чувство юмора потрясное! Сейчас подберутся к Интернету, и мир захлестнут годные шутки хоть о высоком, хоть о сортирах!

А я ещё раз посмотрел на старушек: сначала они перепирались, кто оставит чаевые официанту, но в итоге оставили двойные, и с гордостью покинули сцену, то есть кафе. Уверен, это были феи! Хотя… феи – это что-то юное, чудесное, лёгкое. А видеть в каждом интересном человеке паранормала пахнет новым трендом паранойи. Среди людей тоже есть яркие талантливые личности, в Москве таких вообще целая Коллегия!

– …ау, есть кто дома?

– Задумался. Что ты сказала? – я повернулся к ведьмочке.

– Говорю, утечка по поводу шоу! Сами «MC-Starz» приезжают, прикинь? Тоже феи! И конспираторши, скрыли гастроли в Китеже!

– Обалдительно! Обожаю их песни, особенно эту… – я намурлыкал последний услышанный хит «сестричек». Китти закивала.

– Ага, они! А назовёшь их псевдонимы?

– Элси, Лэси и Тилли, да… – я пока не понял, к чему клонит подруга.

– А теперь фокус! Совмещаем это с идеей, что нам обещают «любимые сказки детства», и…?

А вот теперь я завис. Чего в моей жизни было полно, так это сказок! По полке на каждый континент, каждому народу по толстой книжке! И это не считая современных, авторских, и комиксов! В таком массиве информации отыскать имена сложно!

– Помогу тогда. Жили-были три сестрички, любили сидеть у колодца с киселём, рисовать всё, что начинается на букву «М»… Что общего у «Эм-Си-Старз» и «Эм-Систерз»?

– Алиса в стране Чудес! – я звонко хлопнул себя по лбу.

– Здорово, правда?! – Китти улыбнулась с «моей» фразой, а меня с головой захлестнуло ощущением сногсшибательного веселья!

Пока мы шли вдвоём к «Терему», радовать братишку утечкой инфы о «Летней ночи», над нами сверкали цветастые дорожки небесного огня. Днём, но всё равно красиво…

– А это откуда, ты гадала?

– А что там гадать, и так понятно, магия через край хлещет! – рассмеялась Китти. – Зовите меня дремучей ведьмой, но в солнечные вспышки я не верю!

Теперь и я ответил радостным смехом. Красиво это, как радуга после грозы! Да и настроение было на высоте.

– Как думаешь, когда все поймут, что с нами наконец-то случилось что-то хорошее? – спросил я; как мне хотелось получить тот ответ, который я так давно жду!

– Уже начинают понимать, верь мне! – сказала Китти, и на душе сразу стало светло. А я представил, как эти сияющие ленты уносят мои пожелания туда, где обязательно сбудутся в самом лучшем виде, и всё больше людей тоже порадуется вернувшемуся волшебству. Так мы и дошли до гостиницы: молчаливые и умиротворённые.

Карауливший меня у дверей «Терема» Стас красноречиво поприветствовал ведьмочку выпученными глазами.

– Ой-й, и что это мы на меня так таращимси? Привет, Стас, я знала, мы ещё увидимся! – Китти хитро посмотрела на хватающего ртом воздух моего братишку.

– Братиш, у Китти есть инфа по «Летней ночи», и нас ждёт… внимание! Страна Чудес! – провозгласил я.

Восторгов брат не разделил, но и ворчать не стал, просто отметил:

– А я ждал что-нибудь про богатырей. Пойдём читать Кэрролла, тогда.

– И фильмы! Знаешь, сколько фильмов по «Алисе» снято? – подхватила Китти. А я повернулся к подруге с понятным предложением:

– Останешься с нами на киномарафон?

А она рассмеялась:

– Вот ещё! Моя сильная сторона – импровизация! Чао!

С этими словами ведьмочка послала нам воздушный поцелуй, и удалилась танцующей походкой навстречу заходящему солнцу.

Глава 8. Бал в летнюю ночь.

Лу

Мы подготовились к «Летней ночи», как к самому важному экзамену в жизни! Я приложил все силы, чтобы Стас наконец-то ЗАБЫЛ, как все боятся фейского праздника, и даже уболтал Артёма выйти в столовую в волчьем облике. Такого шок-контента «Терем» не ожидал! Но шок прошёл быстро, а контент, что не так страшен оборотень, как его малюют – закрепился даже в голове у моего взрослого и серьёзного братишки.

– Ладно, ты прав, мы многого не знаем наверняка. – выдохнул Стас, глядя, как двухметровый волк кушает завтрак со всем возможным этикетом, а я довольно закивал. – Надеюсь, феи лучше, чем мы о них думаем.

А уже ближе к вечеру мой братишка (да и Дэн за компанию) окончательно отошли от мысли, что наша миссия имеет хоть какой-то шанс провала! Странно, но людей вообще не отпугивали от закрытой тусовки – на входе в парк не было ни амбалов в чёрных очках, ни Цербера, который бы пугал всех неодарённых. Просто все неодарённые были слишком хорошо убеждены, что ничего интересного на первом фестивале фей не будет, даже смотреть в эту сторону не стоит. Подозрительно, не правда ли?! Но это только закрепило мысль, что феи мастерски играют вниманием.

Ещё раз я глянул на открытые ворота: толпы не было, зато было понимание: в парк заходили только одарённые! Хотя больше половины выглядели обычными людьми. Я в который раз посмотрел в сторону запертого «Чердака», и махнул рукой брату: пошли. Дэн был не в восторге, что феи заказали его барменские услуги в парк, а не в его трактир, и явно разливал напитки уже где-то в центре веселья. И нам пора бы дойти до «рабочего места».

Взяв за руку нервничающего братишку, я уверенно шагнул на территорию парка. Чуть посмотрел по сторонам: молнией нас не испепелило, даже вихрем не отбросило, проход разрешён!

– Получилось! – Стас удивлённо вскинул брови. В силу нашего «контракта» он поверил только сейчас. А телефон у меня в руках забился, звеня о вызове нашего временного босса.

– Дэн, приём, куда пропал?! – я поднёс к уху гаджет. Перед выходом мы несколько раз проверили созвон, всё было хорошо; проблема на стороне трактирщика.

– Дозвонился, наконец! Лу, не выключай телефон, надеюсь, заряда хватит на всю ночь! – донеслось из динамика. – Ни в коем случае не входите в главный вход, вы примете правила игры!

Я посмотрел на ворота, которые сверкали гирляндой в паре шагов позади, и понял, что… ой. Это «Ой» чуть длиннее вырвалось и у Стаса. А Дэн озвучил ещё более многоэтажный вариант, а потом недовольно рявкнул:

– Поздравляю, теперь вы играете по правилам! Помните тематику феста, «Страна Чудес» – это ваша инструкция к выживанию!

– Не нагнетай, мы успели перечитать книгу. Даже в оригинале.

– Тем лучше. Что бы ни случилось, здесь абсолютно всё не то, чем кажется! Это фэйри, они мастера игр и иллюзий! Держитесь за сюжет, как только можете! – с этими словами телефон умолк, но звонок не сбрасывал.

На небольшой сцене перед самым входом, появился эльфёнок: мальчонка лет пяти, в зелёной курточке Питера Пэна. Ребёнок поклонился в разные стороны, и выразительно продекламировал:

Если тени оплошали,

То считайте, что вы спали,

И что этот ряд картин,

Был всего лишь сон один.

По законам Зазеркалья

Мы сегодня поиграем!

Ждут вас всех у нас, ребятки,

Сказки, шутки и загадки!

То ли парк, а то ли лес,

Это всё – Страна Чудес!

Это выглядело мило, совсем как на утреннике в детском саду! Кажется, и остальным понравилось: под аплодисменты эльфёнок исчез в снопе искр, а затем начали зажигаться фонари и мерцающие цирковыми лампочками знаки: «ТОТ ПУТЬ», «ЭТОТ ПУТЬ», «ВЕРНЫЙ ПУТЬ»… Гости парка разбрелись, кто куда, не задумываясь, чем «верный путь» отличается от «правильного», но мы с братом зависли. Ошибиться нельзя ни в коем случае!

– Дэн, куда нам идти? – Я сунулся за инструкциями. Наш Вергилий [лишь бы не Сусанин…] долго думал, но сказал:

– Идите «Другим путём», он выведет вас обратно ко входу, буду ждать вас у трактира!

– У трактира? Серьёзно?! – я встряхнул гаджет, но Стас аккуратно тронул меня за плечо. Мда. Мы отошли от входа всего на десяток-другой шагов, а сзади был такой же непроходимый лесной лабиринт, как и перед нами! Не будь это настолько серьёзно, я бы восхитился обалдительным фокусом, но сейчас почувствовал себя в ловушке. Стас понимающе протянул руку: я не маленький, идти за ручку с братиком, но мне в самом деле стало спокойнее.

Дощечка «ДРУГОГО ПУТИ» ничем не выделялась, разве что попутчиков у нас было мало. А мы шли по тропинке, которая внезапно свернула в сторону, в совсем дремучий лес.

– Так и должно быть, это фейская магия. – со знанием дела подтвердил Дэн.

– Красиво!.. – восхитился Стас, разглядывая светящиеся грибы и бабочек вокруг. Да и я позволил себе вспомнить, что миссия миссией, а сам же хочу всех убедить, что от «Летней ночи» подвоха ждать не стоит. Поэтому мы какое-то время забыли обо всём, и просто наслаждались лесным пейзажем, вытащенным из Сказки!

Тропинка исчезла так же внезапно, как и попутчики, а мы с братом оказались одни, посреди заросшей травы, вообще без ориентира, в какую сторону двигаться! Разве что перед нами возвышалась первая загадка, обещанная на входе – старый дуб, увитый золотыми цепями.

– А вот и наши сказки, специально для тебя, братиш! – я весело толкнул Стаса в бок. Он всё утро ворчал о психоделических фантазиях Кэрролла, не в пример чудливее и странноватее наших былин.

– Посмотрите, кто к нам пожаловал! – раздался мурлычущий довольный голос, а потом на ветке появился большой пушистый мейн-кун… только в розово-фиолетовую полоску, и с приветливой широкой улыбкой! Ещё одна иллюзия, но какая обалдительная!

– Лу, гляди, настоящий Чеширский Кот! – Стас по-детски потрепал меня по плечу.

– Уж видели ли вы котов с улыбкой под усами? Поверьте, если кто и был, они играли с вами! – продекламировал кот, пройдясь вдоль ветки. Остановился, развернулся обратно, – Я самый настоящий Чеширский кот, вызванный из чернильных лабиринтов красивых слов и бессмертных фантазий гениев! – Остановился, поднял лапу, будто собрался умыться, но передумал, опустил. – Для краткости зовите меня просто Чешир…

– Чешир, расскажи ещё что-нибудь? Это одна из загадок? – Стас явно что-то задумал; весь подобрался, и чуть сжал моё плечо, мол «не мешай, я знаю, что делаю»! Кот улыбнулся, и продолжил гулять по цепи.

– Сказать я много вам могу, но иногда дышу, как лгу, а может и наоборот – сказав, как есть закрою рот!

Пребывавший на вершине восторга братишка закивал, и смело продолжил:

– В таком случае, я точно знаю! В сказках есть камень с указаниями, что встретят богатыри!

– А стоит ли выбирать, если всё равно попадёшь к Мартовскому Зайцу и Шляпнику? – Чешир снова пришёл в движение. – Поверьте мне, я здесь не просто так, а для того, чтоб сообщить вам весть, что выбор ваш – не блажь, а жест как этикета. Говорю, как есть!

– Но камень здесь точно должен быть.

Я наступил Стасу на ногу: какая муха укусила моего серьёзного брата за детство?! А кот спрыгнул с ветки, и начал расти. Через пару секунд мэйн-кун превратился в гигантского льва, размером с джип, и одарил улыбкой голодного, но подозрительно обрадованного людоеда:

– Вот что, ребятки-котятки, меня тут не просто так поставили, но нарушать правила ещё веселее, чем им следовать, не так ли? Поэтому сыграем ещё немного! Загадаю вам загадку, если отгадаете – так и быть, будет вам камень, какой только душе угодно! Не отгадаете – я вас проглочу, как мошек.

И продолжает улыбаться, садист мохнатый! Мы с братом переглянулись: от такого котярища не убежать!

– Дэн, приём! Тут Чеширский кот, что делать?! – я вспомнил про подозрительно молчащий телефон, продолжавший отсчитывать секунды звонка.

– Мяу, вы и правда думали, что говорили с вашим временным начальником? Ребятки, вы до чудесного наивны! – донёсся из трубки голос Дэна с мурлычущими интонациями. Я мрачно посмотрел на котяру, который водил нас за нос с самого начала, и раздражённо сбросил звонок.

– Ну, коли теперь мы снова на связи, приступим к загадке, ведь выбора у вас больше нет. Меня интересуют вещи, чьи названия начинает литера «М», поэтому спрошу: что общего у ворона и письменного стола?

Я кивнул с облегчением: всего лишь знаменитая загадка Шляпника… хотя Кэрролл и давал на неё ответ, но в рамках книги она оставалась без решения. Я толкнул брата локтем, чтобы тот не ляпнул чего-нибудь с перепугу, но и сам не спешил отвечать. Как нам сказали до этого, «нарушать правила ещё веселее, чем им следовать», и это мне казалось главной подсказкой!

– Ответ я знаю, но давай перед этим сыграем ещё раз? – предложил я, и уши Чешира радостно дрогнули. – Я загадаю свою загадку, какую ты ни разу не слышал. Разгадаешь – я не отвечаю на твою, но мы проходим целые и невредимые.

– А если разгадаю? – Чеширу идея понравилась настолько, что он был готов забыть о собственной загадке.

– Тогда я говорю ответ на твою!

Огромный кот прислонился пушистым боком к стволу дуба, и приглашающе улыбнулся. А я подмигнул малость прифигевшему брату, и приступил к самому лучшему из возможных решений: импровизации!

Шестнадцать лап, как фонари,

Четырнадцать ушей.

Красна она, как снегири,

И тише всех мышей.

Кто по утрам совой молчит,

И лает по ночам,

На ветке ясеня сидит,

Поныне и с Начал?

Апофигей в глазах Стаса дал мне понять, что я на верном пути. Улыбка котяры тоже подвяла: он начал ходить вокруг дуба, задевая хвостом крону, обошёл несколько раз, и, наконец, мурлыкнул:

– Твоя взяла, хитрый путник, и каков же ответ на неё? Загадка мне понравилась! Я запишу её в записную книжку, и буду читать у камина каждую субботу!

– Погоди, сначала скажи, мы выиграли, и ты нас пропускаешь?!

– Выиграли и пропускаю. – подтвердил Чешир.

– А на неё и нет ответа, я его к ней не придумывал!

Как я уже говорил, что можно Кэрроллу, то и мне сгодится. Когда-нибудь тоже додумаю, и расскажу по секрету, но сейчас… как есть. Чешир не по-кошачьи взоржал, а потом снова улыбнулся умильным гигантским котиком:

– Ты тоже умеешь интересно Играть! Так и быть, я даже дам вам тот самый камень, который вы ждёте. Вуаля!

Земля вспучилась, и на свет вылезла замшелая глыба. Богатыря на коне в комплекте не оказалось, и спасибо. А сквозь мох золотым сиянием на камне проступили буквы:

«Немножко налево пойдёшь – к Мартовскому Зайцу попадёшь. Немножко направо пойдёшь – к Безумному Шляпнику попадёшь. Немножко назад пойдёшь – к Герцогине попадёшь».

– Куда теперь? – спросил я брата, наконец-то получивший свой камень, но так и не понявший, что дальше делать. Чешир смотрел с не меньшим любопытством; из туристов мы превратились в интересных игроков. А Стас смотрел на этот камень… немножко убитым взглядом. Потому что немножко облажался с этим желанием! Понимая, что придётся выкручиваться самому, он стал рассуждать:

– Зайца дома не окажется, он у Шляпника на Безумном Чаепитии. Но отправляться туда, где всё время пить чай, я бы не стал. У Герцогини вообще перцем пахнет, и младенцы в поросят превращаются. А… белого кролика не найдётся?

Чешир радостно улыбнулся, и одним ударом лапы загнал камень обратно под землю. Я содрогнулся, поедставив себе мощь фейского котяры!

– Где ему быть, как не здесь! Интересно с вами, да ещё пересечёмся, честное чеширское! А мне пора других смотреть, себя показать, вдруг кто-то так же развлечёт? И гран-мурси за новую загадку!

Облик кота подёрнулся рябью, и исчез, оставив после себя на пару секунд клыкастую улыбку. А Стас шумно выдохнул.

– Не ожидал такого поворота!

– Я тоже. Камень ему подавай. Почему камень?! – вспылил я. Нет, было приятно, что в братишке тоже проснулось детство, но случилось это слишком невовремя!

– «Златая цепь на дубе том», – напомнил Стас. – Шёл направо – «песнь заводил», стихами разговаривал. Налево – «сказку говорил», врал напропалую. Ну я и подумал, может, он ещё и Кот-Учёный… – на этом Стас окончательно поник. Кажется, мы поменялись местами: я был серьёзен, как никогда, а маленький Стасик понял, что заигрался.

– Угу, а ещё Кот-Баюн, который вообще людоед! Видишь кролика? Где он?

– Не ворчи, вот он, ждёт нас. – Стас ткнул пальцем в кусты, откуда высунулась мордочка матёрого белого кроля, ростом с кенгуру, одетого в жилетку. Такого в траве не потеряешь.

Как и предполагалось, кроль побежал в обход маршрутов камня, то есть прямо. Мы бежали следом, пока наш ушастый Сусанин не прошмыгнул в крошечную дверку, размером со спичечный коробок, тут же закрывшуюся. Весёлые игры с пространством и размерами вывели нас из леса в круглый зал с кукольной дверцей, без других окон и дверей. А перед дверцей на столе стояла куча красивых разноцветных пузырьков с ярлычками, на которых было выведено предсказуемое «Выпей меня».

– Что-то не хочется рисковать с заколдованной едой. – проговорил Стас, боязливо разглядывая крошечную пироженку у ножки стола. – Но Алиса так и поступила. Выпила из бутылочки, съела пирожок… чуть не утонула в слезах, объелась грибов, и только потом попала во дворец, где узнала, что это всё было сном.

– Да, такая себе перспектива. – я задумался, но покрутил в ладони пузырёк с фиолетовой микстурой. – Будем искать разгадку.

Стас подумал, и наконец-то высказался.

– Знаешь, я думал, ты ломанёшься играть с феями, а я буду за тобой бегать, успокаивать. А ты как будто за ум взялся. Молодец!

Молодец-то молодец, но как разгадать эту загадку я пока не понял. Даже больше: круглый пузырёк с фиолетовой жидкостью поменял форму и цвет сразу, как вернулся на стол, а этикетка просила «выпить» не каллиграфическим почерком, а типографским шрифтом печатной машинки.

– Стой! Не пей! – Стас толкнул меня, вырывая пузырёк из рук. Через секунду он показал на дно, на котором была жутковатая пометка «ЯД!». Я испуганно икнул, и стал рассматривать другие пузырьки, стараясь не обращать внимание на их метаморфозы: на всех была такая же пометка!

– Не-не-не! Ни в коем разе! А то… кхм. Почувствуешь недомогание! – этот совет «умненькой Алисы» был невероятно полезным!

Вообще я уверен, убивать нас никто не собирался, но просидеть до рассвета на троне, напившись лучшего в мире слабительного, я тоже не хотел. Подозреваю, мы просто не разобрались, в чём тут загадка, но…

– Вот вы где! Еле нашёл!

Прямо из мраморной стены показалась кудрявая голова запыхавшегося Дэна. Я посмотрел на неё с подозрением: нормальные люди, сатиры, боги и все остальные из стен не высовываются!

– Откуда нам знать, что ты не иллюзия? – подозрительно сощурился я.

– На меня иллюзии не ложатся, личная фишка. Лу, у тебя есть железная булавка? – Дэн предусмотрительно таращился на нас из-за стены, не подходя ближе, а я показал ему наш талисман: купленную у реконструкторов настоящую портняжную иглу холодной ковки. – Уколи ей себя, обязательно до крови! Пока ранка не заживёт, чары фей на тебя действовать не будут.

– Где ты был всё это время?! – возмутился Стас. Дэн досадливо скривился, но признался:

– Меня самого подловили! Я по телефону полчаса болтал, пока не сообразил, что они его заколдовали!

В это я поверил, Чешир уже показал высший пилотаж чревовещания. Повертел в руках булавку… а что ещё остаётся? Зажмурился, и черканул остриём по коже, но ничего, кроме покраснения, не сделал. Вот так, оказывается, поранить себя умышленно не так-то просто, даже для дела! Стас аккуратно взял иглу у меня из рук, скривился, и ткнул остриём себя в палец, оставив глубокую царапину. Заметная ярко-красная капелька тут же была стёрта рукавом, а Стас огляделся с выражением только что протрезвевшего человека:

– Лу, Дэн не врёт, он настоящий. А каких-то дверей тут вообще нет, и стен тоже, одни заборы. Целый, мать его, строительный лабиринт из строительного забора! Побежали, пока вижу куда!

Я без вопросов взял братишку за руку, и зажмурился, когда мы пробежали прямо сквозь стену! Но вместо удара головой об камень, просто пробежал насквозь! Мир рябил и переливался, как винегрет из снов детей, гениев и психов, угадай, где чей! Это настолько выносило мозг, что я опять закрыл глаза: всё равно меня за руку ведут! Так и шёл, пока братишка не остановился.

– Это уже настоящее… Или просто рука зажила. – Стас рассмотрел пораненную лапу: кровь больше не сочилась, даже маленького следа не осталось. Зато мы стояли прямо перед роскошным цирковым шатром, позади нас – выход из парка и главная дорога… но я уже умный, понимаю, что нас снова разыгрывают!

А дворец был весь увешан разноцветными бантиками, завязочками и фенечками! Стало смешно, как эти девчачьи милости-радости работают. Дэн заметил моё веселье, и укоризненно покачал головой.

– Ничего смешного, каждый бантик – отдельный алгоритм! Перед вами исходный код квест-тура «Страны Чудес». Будь всё это в реале, они бы весь Китеж застроили.

В братишке проснулся программист, и он склонился над одним из бантиков, завязанных морским узлом, но никакой магии разглядеть не смог.

– Может, развязать их надо? – спросил он, но к делу не приступил, потому что ворота шатра распахнулись под фанфары, и навстречу нам вышла целая процессия лягушек-трубачей во главе с глашатаем в цирковой ливрее и фарфоровой карнавальной маске кролика. Протрубив в горн, глашатай провозгласил:

– Рокировка засчитана! Следуйте за мной, уважаемые победители «Летней ночи»!

В тот же миг вывеска над входом вспыхнула надписью: «КОРОЛИ ЛУ И СТАС»… совсем, как в книге!

Я понял, что можно выдохнуть, когда мы вошли внутрь, навстречу самому настоящему веселью и восторгу! Настоящему – теперь я это чувствовал и сам! Победителей было море, и все они получили в награду настоящее шоу! Фокусники с реальной магией, кулинарные шедевры, пляшущие в воздухе музыкальные инструменты… и всё это в самом праздничном цирковом шатре с тусовочным настроением! И если встреча с Чеширом нагнала адреналина, то теперь… наступило время повеселиться на Королевском балу!

Стас

Очень рад отмене запрета на угощения! Какое-то время я держался, но видя, как все вокруг вкусно налегают на шведский стол, поступил, как брат: растворился в нирване от нежнейшего воздушного пирожного! Мягкое слоёное тесто, нежнейший крем, тонкий, но ощутимый вкус ягод… в жизни не ел ничего подобного!

– В мир пришла эпоха самой вкусной еды! – воскликнул довольный Лу, и ткнул пальцем в соседнюю тарелку. – Попробуй эти штуки, они обалдительные!

– Они не заколдованы? – на всякий случай я спросил у Дэна, встряхивающего шейкер рядом. Дионис кивнул, и неловко улыбнулся:

– Как оказалось, зря себя пугали! Из колдовства… – он посмотрел на пирожное в моей руке. – Небольшое кулинарное заклинание, просто и безопасно, «Мишлен» каждой кухне!

Лу рассмеялся, и я понимающе закивал: может, я и люблю вкусно поесть, но готовить никогда не умел. Дэн ушёл обслуживать посетителей бара, а мы постарались сильно не объедаться. Особенно этому помогла всплывшая в мыслях Маришка; я почти видел, как моя девушка поморщилась, и красноречиво помахала стеблем сельдерея. То, что после свадьбы я буду переведён на какую-нибудь модную диету, я знал слишком хорошо, она постоянно на это намекает. От такой жуткой мысли я поёжился, и сцапал второе пирожное, на этот раз шоколадное. Полегчало!

Страхи отступили, а Лу был прав: «Летняя ночь» оказалась идеальным подарком для маленьких детей, какими мы все здесь были! Сладкий стол, актёры и фокусники, даже контактный зоопарк в лице ласково ластящихся к гостям котиков, кроликов и птичек. Одного из таких кроликов я сейчас чесал за ушком, думая, что иллюзорность зверушки не отменяет её милоты.

Каких-то жестоких шуток, приписываемых фэйри, так и не случилось, и я с большим облегчением отмёл последние страхи! Вместо этого решил поступить примеру Лу: подходил к разным гостям, интересуясь впечатлениями от «Страны Чудес». Немного интриговала судьба тех, кто «проиграл» в квесте, и в одной из таких групп нашёлся ответ на этот вопрос.

– …я тоже хотела повидаться с Чеширом, но вместо этого дралась на перечницах! С Герцогиней! Это было классно! – восторженная гостья, косплеящая одну из вариаций Алисы, довольно продемонстрировала трофейную литровую перечницу, выточенную в виде кабанчика. По глазам вижу, девушка была в восторге!

– А я пил чай на Безумном Чаепитии! – подхватил полноватый подросток в очках. – Там взаправду остановилось время, здорово отдохнул, а когда ушёл, оказалось, что прошла всего минута! Но загадку не заметил.

– А мне отрубили голову! – засмеялся третий, с золотыми глазами и острыми ушами. – Я добрался до крокета у Червонной королевы, она сказала, что я жулил! Пришёл палач, ка-ак замахнётся топором! А потом я просыпаюсь под деревом в куче листьев! Без приза остался, зато какое приключение!

– Приза? – я заинтересованно покосился на окружение. Мне казалось, фестиваль и был призом!

– Кто пройдёт квест до конца, тому исполнят любое желание, а сейчас промежуточный этап. – пояснила «Алиса», а я понял, почему она так оглядывается по сторонам; Лу ведёт себя так же, когда ищет скрытые камеры.

– Может, ещё и дар раскрыть помогут?! – я вздрогнул; только что мелкого рядом не было! Но братишка вовремя вспомнил, что мы тут единственные неодарённые, и поправился: – В смысле до конца раскрыть!

– А какой у тебя дар? Хотя погодь, я умею! – златоглазый внимательно присмотрелся к Лу, потом ко мне, и непонимающе покачал головой. – Хах, неожиданно!

– Что ты увидел?! – Мелкий начал радостно подпрыгивать от нетерпения.

– В том-то и дело, что ничего, но этого просто быть не может! Неодарённым фест вообще не интересен, так феи наколдовали. Ладно, буду ещё тренироваться.

– Удачи, у тебя всё получится! – Лу ничуть не обиделся, но ободряюще похлопал нашего собеседника по плечу. А я подумал, что нет лучше маскировки дара, чем его отсутствие.

Что должен был делать Лу, чтобы всё прошло «без проблем», я так и не понял, но у него это получалось; по крайней мере, неприятностями на фестивале не пахло, даже интуиция отказалась их искать, намекнув, что это – задача для паранойи. В результате я с лёгким сердцем решил заняться вопросами охотника за талантами и директора будущего филиала Коллегии.

В публике угадывались знакомые персонажи – ангелы, эльфы, пара синекожих весельчаков, наверное, были джиннами. Эффектная черноволосая леди, должно быть, ведьма – её тонкие запястья были увешаны элегантными фенечками ручной работы. Действительно, как в сказке! Правда, я всегда больше любил былины, они роднее и понятнее.

Дэн за стойкой, жонглируя шейкером, и лихо разливая коктейли. Я красноречиво посмотрел на него; трактирщик всё понял, и хитро подмигнул:

– Расслабься, работать не заставлю! Лучше попробуй это, настоящая амброзия! Адаптация старого рецепта под современность!

Я недоверчиво покосился на «не помнившего ничего» Диониса.

– Она не сделает из нас бессмертных?

– Не больше, чем кефир, а то Олимп до сих пор бы пьянствовал не просыхая.

Я посмотрел на напиток, походивший на золотистую газировку, пахнущую полевыми цветами и миррой. Отхлебнул, благодарно кивнул Дионису: на вкус и правда божественно!

Амброзия оказалась прекрасным дополнением к выступлению незнакомой мне юной певицы: слушаю и понимаю, что готов внести правки в собственные вкусы. Есть среди современных артистов настоящие таланты, которые трогают за душу! Кто она? Не знаю, но её голос, интонации… вложенная душа! Убедили меня в том, что после выступления я обязательно найду другие её песни! А то и посмотрю в сторону других современных исполнителей, если в мир пришло волшебство красивой музыки.

На сцене снова появился ведущий в маске зайца, и громко произнёс:

– Дамы и господа, вы давно знаете их, и давно полюбили их песни! Они звучат из каждой колонки, их голоса – в сердце каждого ценителя! И сейчас они здесь, рядом с нами, с эксклюзивной премьерой специально для «Летней ночи»! Встречайте! ЭМ СИ СТАРЗ!!!

Я был в шоке, когда прожекторы осветили барную стойку: три абсолютно одинаковые «клубные чиксы», невозмутимо хихикавшие и попивавшие розовые коктейли, отложили свои бокалы, и с лёгкостью профессиональных акробаток прыгнули в сторону сцены! Как в кино! Первая, совершив двойное сальто, вспыхнула облаком искр, превратившись в шикарную брюнетку Элси, и послала восторженной публике свой фирменный воздушный поцелуй. Вторая, в облаке белого дыма, обернулась солисткой-блондинкой Лэси, в роскошном тёмно-синем платье с блёстками. Поманила пальчиком микрофон, и тот послушно подлетел к ней, сверкая такими же синими искрами. Третья сделала тройной тулуп, как фигуристка, и стала элегантной рыжей Тилли, в чёрно-белом платье и шляпе-котелке.

– Здравствуй, Китеж!!! – воскликнула Лэси, и публика радостно зашумела в ответ. Включилась музыка, пошли спецэффекты, начиналась песня…

То ли филин, то ли мышь,

То ли на ветру камыш,

Ты мигаешь надо мной,

Светишь утренней звездой.

Разжигай котлы скорей,

И в чернила чай пролей,

Тост за всех поднять пора:

Сотню сотен раз «Ура»!..

Позади звёзд шло целое выступление: клоуны в красно-белых костюмах «льва и единорога», идеально повторяя друг за другом, устроили целый акробатический номер. Но от выступления меня отвлёк один эльф в белом пиджаке, который осторожно потрогал меня за плечо. Посол?

– Простите, вы ли Станислав Калитвин? – спросил он с выраженным прибалтийским акцентом. Я кивнул, и мы отошли в угол. Лу опять унесло в неизвестном направлении, но надеюсь Посол никуда не сбежит!

Не эльф, но и не человек; бледная кожа, светло-золотистые волосы, холодное вежливое лицо молодого бизнесмена, и явное чувство нечеловеческой природы, такое было не за каждым одарённым. Ещё один урождённый?

– Моё имя Ви́товт, я представитель влиятельного клана вампиров Восточно-европейской равнины. Как видите, долгожитель. – подтвердил он мои догадки. Не скажу, что Витовт мне понравился, но за ним чувствовался потенциал хорошего делового партнёра: молодого, но гениального и перспективного.

– О вашей бескорыстной, но действенной помощи юным вампирам Булгаковской общины мы знаем, и весьма польщены этим поступком. Хоть они и выказывают желание обособиться, они остаются сородичами в наших глазах.

– Кажется, теперь уже ни от кого не скрыться… – выдохнул я. Вампир серьёзно кивнул.

– Именно. Вы не представляете, насколько вы правы, Станислав. Но позвольте вам сказать: сохранившие себя со времён Упадка адаптировались.

– Что вы хотите этим сказать?

– Лишь то, что вы можете не бояться нас. Не все понимают, но знают все без исключения: наш мир не только Открыт, но и получил временный статус… мирной зоны. У всех нас есть время представиться остальным, и завести полезные знакомства, прежде чем в игру вступят гости иных миров.

Я искал глазами Лу, который до сих пор где-то ошивался, пропуская такое знакомство. Он точно задал бы Витовту миллион важных вопросов, но… сейчас эта роль легла на меня.

– То есть, скоро всё вернётся на свои места, я прав?

– Отчасти. Магия останется, но уровень тотального миролюбия снизится до значения нормы. – вампир задумался, и решил дополнить. – Впрочем, нормы также не земной.

Я содрогнулся. Воображение подсунуло мне кошмарные картины разъярённых оборотней, зловеще хохочущих ведьм, и перепуганных людей, прячущихся от монстров в подвалах разрушенных городов. Вампир догадался, о чём я думаю, и недовольно покачал головой.

– Избавьте разум от этого. Общество так долго пребывало во мраке, что привыкло воспринимать его как данность. По достижении эталона вам может показаться, что наступил, как это говорят, «Золотой век».

– То есть, нас не ждёт возвращение в Средневековье? – уточнил я.

– Отнюдь нет. Мы также вкусили блага человеческой цивилизации, и не собираемся чинить препятствия её развитию, но поддержим новые веяния. Мой клан предоставляет предложение для Китежградской Коллегии Одарённых в виде учителей магии, медицины, прорицания и подлинной истории. В случае вашего отказа, мы лишь найдём тех, кто более дальновиден.

– Учителя нам пригодятся, но какие вам нужны условия для работы? Защита от солнца… пища?

Видя моё замешательство, вампир понимающе улыбнулся, сверкнув клыками.

– Станислав, вы принимаете мифы слишком близко к сердцу. Современная медицина устраняет аллергическую реакцию на ультрафиолет. Кровь также не пища, но важный витамин для организма вампиров, и лишь слабейшие страдают от зависимости, сродни алкогольной. Нам подходит человеческая пища, но в силу своих норм воспитания, мы способны отказаться употреблять неуместную и некачественную.

Я представил себе и эту картину: чёрствая грязная краюха хлеба, протянутся сострадательным крестьянином может быть неаппетитной даже для многих современных людей. А впивающиеся в шею кровососы? Наркоманы и пьяницы у людей тоже вызывают отвращение. На фоне этого вампиры показались… очень даже человечными.

Лу до сих пор где-то бегал, но итог беседы меня порадовал: трое вампиров-учителей, контактные данные всемирно известной (вампирской!) компании, и наметившееся обещание наладить дружбу с урождёнными паранормалами. Это прекрасно!

Лу обнаружился в стороне, в очень знакомой компании: загорелую физиономию Жеки я разглядел сразу, как тот окликнул меня.

Компания вокруг демона-целителя собралась небольшая, но весёлая: довольный «новыми друзьями» Лу, бледный юноша, походивший на ещё одного вампира, и румяная улыбчивая пышечка с кудряшками цвета светлого янтаря.

– Стас, братан! Я тебе по гроб жизни теперь обязан, это была самая крутая идея в мире! Отвечаю! – восторгался парень. – Знакомься, наш коллега Гера и Дуняша, моя девушка!

Гера отсалютовал бокалом, а Дуняша отозвалась знакомым ангельским «рентгеном».

– Дуняша у нас самое-самое солнышко в городе! – подтвердил мои догадки демон, и чмокнул её в щёчку. В его глазах читалось то самое выражение, знакомое каждому влюблённому, а я чуть мягче посмотрел на этого раздолбая: он лучше, чем кажется, если полюбил ангела.

– А Гера, ты не смотри, не вамп, а шаман!

– Не удивляйся, за нами всегда стоит целая группа поддержки! – кивнул Гера на мой вопросительный взгляд. – А мне с ними проще, чем с живыми, они больше знают.

– Стас, спасибо вам с Лу за Женьку, учим его понемножку всей компанией, но он уже сам любого пациента вылечит! – Дуняша благодарно кивнула мне. Жека ласково приобнял девушку. Меня слегка укололо ревностью: Маришка редко позволяла мне такое, называя «сельской романтикой».

– Это ещё что! Помнишь, я о крыльях мечтал?! Смотри! – Жека вскочил с диванчика, и за спиной у него распахнулись крылья. Демон покрутился, чтобы я лучше их рассмотрел. Определённо живые и функциональные, а не модный аксессуар!

– Поздравляю! А почему зелёные? – я не ожидал, что у этого шалопая будут попугайские крылья с зелёными перьями, рыжеющими сверху. Правда классические кожаные, какие рисуют у демонов, ему бы не подошли.

– Ничего не знаю, «моё» и всё тут! – категорично заявил Жека, и уселся обратно. Лу продолжал зачарованно и радостно смотреть на исполнившуюся мечту целителя, но отреагировать я не успел: на сцену вновь вышел заяц-ведущий.

– Прошу минуточку вашего внимания, уважаемые гости. Наши добрые хозяйки и благодетельницы, осчастливившие Китеж своим вниманием! Их Величества, Алая и Белая Леди, собственными персонами!

Под фанфары на сцене появились две изящных женщины лет сорока, в поистине королевских платьях: рыжеволосая в белом и седая в красном. Без эстрадного блеска, обе дамы превращали цирковую эстетику сцены во что-то невероятное, а сами они излучали уверенность, величие и… огромную силу бессмертных существ. Если остальные феи походили на беззаботных проказников, то эти – на настоящих фей-крёстных! Лу чуть толкнул меня в бок и подмигнул: «я тоже в восторге!», а королевы всё с тем же величием помахали восторженным зрителям, и начали своё выступление.

– Не считает ли ваше Белейшее Величество, что на нашем чудесном балу стало немножечко скучно? – спросила леди в алом платье, звонким и высоким голосом.

– Полностью согласна с вами, ваше Алейшее Величество! – в тон ей ответила рыжеволосая фея в белом, согрев уши низким и глубоким голосом оперной певицы. – Давайте же предадимся старинной традиции загадывания загадок, чтобы вернуть веселье. Но кому же падёт жребий их разгадывать?

«Отборочный тур» начинался, и гости всячески пытались привлечь к себе внимание. Но королевы смазанным быстрым движением перебежали из сцены в зал, и очутились… рядом с нами! Где-то неподалёку раздался звон стекла: Дэн выронил бутылку от испуга.

– На счастье! – торжественно прокомментировала сей звук Белая леди, а потом нежно, но цепко схватила меня за руку, и повела на сцену, под аплодисменты. Лу вела Алая леди, он выглядел собранным и внимательным. [Вообще-то просто офигевшим.] Но что я знал точно – ничего хорошего для нас это не предвещало.

Как и боялся Дэн, мы попались случайно, но гарантированно.

– Минуточку внимания! – начала свою речь Белая леди. – Мы долго думали о том, кто же тот герой, что удостоится главного приза! И тут мы узнаём, что эти два поистине чудесных мальчика изящно прошли лабиринт Страны Чудес, совершив… Рокировку!

Толпа бурно зааплодировала, так торжественно это было произнесено. Алая продолжила:

– А значит, что? Правильно, второй тур будет пройден ими же! Есть ли у кого возражения этому?

– Ваши Величества, я возражаю! Это мои сотрудники! Не гости фестиваля! – донёсся голос Дэна. Мы с Лу тревожно переглянулись: кажется, Дэна что-то испугало.

– Что же, не только лишь гостям можно сегодня предаваться веселью, но и работникам тоже! – заметила Белая, а её сестра дополнила: – Не переживайте, многоуважаемый виночерпий, всё пройдёт без риска для жизни. Слово королев бала!

– Итак, начнём же следующий тур Игры! Задача проста, но справятся ли с ней наши Избранные? Скажи мне, дорогой юноша, сможете ли вы отгадать две загадки?

Белая леди дружелюбно и успокаивающе улыбнулась, а я почувствовал прилив смелости, и ответил:

– Конечно! Хоть три!

Лу поморщился и едва слышно простонал от досады.

– Какая смелость, какое великодушие! Наши дорогие гости согласны пройти целых ТРИ загадки! В таком случае и третий не лишний, а? – радостно воскликнула Алая, и приказала: – Слуги! Приведите сюда нашего почтенного виночерпия на помощь Героям!

Взошедший на сцену Дэн отвесил мне многоэтажный эпитет своим хмурым взглядом. Протрубил туш, и мы, под восторженные аплодисменты толпы, провалились в открывшийся под нами люк.

Оказались мы в помещении, подозрительно похожем на «Чердак Дэна»: такой же склад безделушек с блошиного рынка, только более захламлённый, как в играх по поиску предметов.

– Младший умный был детина, средний был и так и сяк, старший вовсе был дурак! – проворчал Лу. – С котом лопухнулся, теперь с королевами, что дальше? Возьмём на «слабо» дракона, что не сожрёт нас?!

Я вздохнул, и признался:

– Знаешь… Я думал, если я буду вести себя… как ты, то тоже смогу, ну… Вертеть всем этим.

Брат досадливо махнул рукой.

– Если бы я «вертел» чем-нибудь, то давно умел бы летать, колдовать и всё остальное!

Мы оба были не в своей тарелке, но я всё равно успел подумать, что Лу будет отрицать очевидное до последнего.

– Ладно, и что тут за загадка? – пробормотал я, оглядываясь по сторонам. Телефон в моём кармане зазвонил, и, не дожидаясь пока я отвечу, сообщил голосом Чешира:

– А загадка очень проста и понятна: найти три ключа, легко и приятно!

– Ни в коем случае не расходитесь, мало ли…

– Дэн, не нагнетай! – раздражённо бросил Лу. – Лучше просканируй тут всё, как умеешь!

– Не выйдет, тут полно магического мусора.

– Тогда колдовским нюхом или слухом!

– Такого нет.

– Тогда просто пятой точкой, она у всех приключения хорошо ищет! – подытожил мелкий, и выразительно посмотрел на меня, будто сам не при делах. Расстроенный Дэн нехотя достал из-за пазухи небольшую фляжку.

– Зелье? – спросил я.

– Сувенир с прошлого года. – кратко пояснил Дэн, и приложился к фляжке, запрокинув голову. Сделав пару глотков, пояснил: – Сувенирное вино из Дельф, но пьянит хуже самогона. С каждым глотком что-то из древнегреческой жизни вспоминаю. А сейчас нам нужно чуть больше магии.

Глаза Дэна засветились мягким лазурным светом. Трактирщик присмотрелся к бардаку, освещая его с эффективностью фонаря, сделал неуверенный шаг вперёд. Потом ещё, и ещё… наконец, он остановился перед огромной птичьей клеткой, в которой сидело чучело ворона на насесте. Дэн развернулся к нам: его глаза блестели таинственным лазурным блеском.

– Первая загадка. «Но ворон, чёрный будто ночь, на них слетел во мраке. Герои убежали прочь, совсем забыв о драке». Алиса в Зазеркалье. – пояснил Дэн. Чучело с лёгким хрустом повернуло голову, и скрипуче прокаркало:

– Героев не пришла пора пугать! Задай вопрос, чтобы отгадкой мрак нависший разогнать.

– И этот стихами говорит. – вздохнул Лу. – А почему вопрос, а не ответ?

– Зазеркальная логика Льюиса Кэрролла, бессмысленная и беспощадная. – пожал плечами наш Сусанин.

– Значит, ищем вопрос на ответ, который нам нужно получить! – Лу снова нахмурился, и взял командирский тон. – Какой вопрос нужен чучелу? Чем ворон похож на письменный стол?

Чучело не отреагировало. Мы устроили целый мозговой штурм, вспоминая все вопросы, которые возникали в обеих сказках.

– Едят ли мошки кошек? Или как там в оригинале было… Does bats eat cats? Я правильно запомнил, да? – Лу устало смотрел на чучело, которое по-прежнему игнорировало нас из своей клетки. – Едят ли кошки мошек, едят ли мошки кошек!..

– Отвечу на этот вопрос односложно: поверьте, такое возможно. – внезапно шевельнулась птица, а меня осенило:

– Кажется, я понял! Смотрите! Чучело ворона, на вопрос ответь, как нам этот чулан отпереть?

– Чулан? Что за вздор, вы в волшебном дворце! Вы выход отсюда найдёте в конце. – всё той же скрипучей насмешливой интонацией прокаркало чучело.

Очередь Лу:

– Ответишь ты нам на вопрос если он… надёжно и правильно в рифму сложо́н?

– Лу, какой «сложо́н», ты будущий писатель, не коверкай слова. – фыркнул я.

– Скажи это Кэрроллу. – парировал мелкий. Возразить было нечего.

– Вы верно подметили, рифма в загадке. Задайте вопрос – и я дам вам отгадку…

– У этого чучела ответы не лучше. – заметил Дэн. Пьяным он, вопреки предупреждению, так и не выглядел, а глаза уже приняли прежний карий цвет.

– Ладно, хватит шутить, я рифмой могучей, прошу тебя, чучело: отдай же ты ключ нам! – пафосно продекламировал Лу, для атмосферности закинув ногу на стоящий рядом табурет, и подняв руку. Ворон ничего не ответил, просто вскочил с насеста, бросил перед нами бронзовый ключик, и сел обратно.

– Э-э… А что, так можно было? – я не выдержал, и заржал в голос. Дэн меня поддержал, а братишка гордо окинул нас взглядом победителя стихотворной дуэли.

– Спасибо за ключ, но поведай теперь, какая же им открывается дверь? – спросил Дэн. Чучело не шелохнулось; загадка была разгадана, и ворон снова превратился в декорацию.

– Раньше надо было спрашивать… Но дверей тут немного, пробуем открыть все, какие найдём. – заметил Лу, и взял ключ.

Всего обнаружилось три двери, за каждой из которой было по ещё одной комнате. И… всё. Абсолютно такая же картина: много хлама и никаких намёков на выход.

– Слушай, Дэн, отпей ещё из бутылочки, что тебе эта «истина в вине» подскажет? – предложил Лу.

– Лучше я скажу. – пора старшему брату некстати повзрослевшего конспиролога входить в игру. – Заметили зеркала напротив дверей? Это феи, они явно придали этому смысл!

Братишка обрадованно закивал, на мгновение возвращая свою жизнерадостность, а Дэн спрятал бутылочку обратно, довольный, что спаивать трактирщика больше не обязательно.

Мы осмотрели все три зеркала: загадка в них присутствовала. Два из светлого дерева, одно – из красного, на обратной стороне каждого – стилизованная корона ферзя.

– Вытащим зеркала друг напротив друга. – предположил я. – Шахматная партия в «Зазеркалье» закончилась тем, что Красная, Белая и Алиса пошли на бал.

– Может сработать! Надеюсь, мы не провалимся в кроличью нору. – заметил брат, и попробовал его сдвинуть. Это получилось, но зеркало всё равно оставалось слишком тяжёлым, а проверять на практике примету о разбитых зеркалах я не хотел.

– Давай, помогу! – Я аккуратно выхватил белое зеркало из тонких ручек брата. – Оно совсем лёгкое! Выберемся, подарю тебе гантели.

– А я тебе – калькулятор калорий…

– Один – один.

Как самый сильный из троих, я перетащил зеркала в центральную комнату, в точности на ковёр, украшенный тремя коронами (спасибо Дэну за внимательность!). Стоило зеркалам образовать треугольник, как они начали гудеть и дрожать.

– Кажется, сейчас начнётся – пробормотал Дэн, – В сторону!

С громким хлопком взорвавшейся лампочки всё погрузилось в кромешную темноту.

Судя по ощущениям, мы находились в пустой комнате. Пустой и… большой. Неясный источник света позволял нам видеть очертания друг друга, но не больше.

– Может, снова палец уколоть? – предположил Лу. Голос его раздался эхом, как по пустому ангару. Большая комната… – Опять фейский морок!

– Не фейский, я это продавить не могу. – пожаловался Дэн убитым голосом. – Башка гудит… Чёрт, теперь ещё и рога лезут!

– Шляпой прикроешь. – парировал я, глядя, как трактирщик пытается выдрать что-то из своей густой шевелюры. Нашёл чем страдать в очередной загадке.

– Отпилю лучше.

Лу не стал включаться в нашу перепалку, только хмуро ходил из стороны в сторону, пока не заявил:

– Нам нужен артефакт какой-нибудь, вроде нити Ариадны. Потому что это место пахнет наказанием за «Рокировку», вы же поняли, что они уловку Дэна сразу раскусили?

Лу как будто повзрослел на балу, но… меня это почему-то совсем не обрадовало.

– И где ты её возьмёшь? – поинтересовался Дэн.

– Где-где, я всегда её в кармане ношу, на такой случай! – огрызнулся мелкий. Тут же с гулом натянутой струны между нами пронеслась сияющая серо-голубая нить, соединившая две противоположные стены. Я осмотрел её, даже потрогал: наощупь, как каучук, слегка холодная, и липкая. Промелькнула интересная мысль.

– Лу, даю тебе слово, когда мы выберемся, я куплю тебе жирафа! – заявил я. Вторя нить показала, что я правильно понял принцип загадки. – Видите? Они появляются от лжи, я знал это с самого начала!

Третья нить.

– На самом деле я профессор философии! И автор «Шерлока Холмса»! Я прилетел с Юпитера! Я люблю сгоревшую пиццу!!! – веселился Лу, прыгая между нитями. – А тут становится светлее!

Спустя очень большое количество безобидных выдумок, наша «паутина лжи» сплелась в запутанную и неправильную светящуюся паутину, осветив всю комнату тем же холодным, но приятным глазу серо-голубым светом. Комната оказалась не бесконечной, но абсолютно пустой, и… часть стены полностью игнорировалась нитями.

– Смотрите, это похоже на выход! – Лу подтвердил мою догадку.

Но пробраться сквозь липкие нити оказалось сложно: уже через пару шагов мы завязли в паутине, не в силах сделать даже шага! Чистый кусок стены был так близко.

– Дурацкая идея оказалась, я знал, что налажаем. – проворчал Лу, породив ещё одну ниточку к кокону, в который превратился. – Ладно. Ладно! Может, оно в обратную сторону тоже работает? Мне девятнадцать лет, я ношу футболку, сегодня на завтрак я пил кофе!.. Нет, если эффект есть, то незаметный.

– Нужно что-то более весомое. – предположил Дэн. – В школе я придумал себе автокурсы, чтобы казаться круче перед одноклассниками, а вообще я никогда не хотел водить машину.

Паутина дрогнула, пара тонких ниточек порвалась, но не больше.

– Бесполезно, мы слишком много наврали. – я вздохнул, и ещё раз с надеждой посмотрел на слепую зону паутины. Хотелось бы, чтобы сейчас появились судьи, сообщили нам о провале, и выпустили из ловушки. Плевать на приз, я просто пожалел, что позволил втянуть себя в это безобразие! Отправил бы брата одного, сегодня от меня больше проблем, чем пользы.

Возможно, феи не планировали ничего опасного, но мы сами вынудили их вспомнить о своём смертоносном чувстве юмора, когда попытались обойти заклинание. Может, так и останемся навсегда мухами в этой паутине… если не найдём решения головоломки. Сердце неприятно сдавила холодная рука паники, так что я, скорее ради собственного спокойствия, повернулся к брату:

– Лу, пожалуйста, скажи, что всё будет обалдительно.

– «Всё будет обалдительно». – холодно повторил брат, вызвав ещё одну паутинку. – И?

– Просто я рехнусь, если ты будешь таким серьёзным! – рявкнул я. Немного полегчало. Желал ли я больше адекватности и здравомыслия этому ребёнку? Доволен результатом?! Стоило ему повзрослеть, я сам захотел нарезать круги по ближайшему парку, чтобы проветриться от этого зрелища. Но брат понял мои чувства, и попробовал приободрить.

– Стас, я просто пытаюсь справиться с нашей миссией, это очень важно для всех нас.

– Тебе больше идёт «выигрывать в игры», чем «справляться с миссией»…

– Кажется, это помещение когда-то было кухней. – заметил Дэн с предсказуемой лживой ниточкой, но намёк мы уловили.

– Ладно, прости меня, Лу. Ты – ребёнок, и это твоя сильная сторона, прости, что я понял это только сейчас. – сказал я не столько с целью эксперимента, сколько ради признания. Пара нитей со звоном лопнули, а нити стали чуть менее липкими. Лу всё понял, и жалобно воскликнул:

– Стас, и ты меня тоже прости! Просто нам задали такое важное задание, а ты всегда такой уверенный в себе, такой сильный, потому что взрослый! Ну я и решил тоже повзрослеть!

– И как тебе ощущения?

– Паршивые. Нет, вроде бы работает, но я как будто собой быть перестаю, зато вместо меня кто-то другой появляется. Это и называется «взросление», да? Когда ведёшь себя, будто все вокруг тупицы, а ты один умный и правильный?

Сейчас было самое время для откровений, а если брата понесло в его излюбленном ключе, то стоит впервые не пресекать это, а воспользоваться, и устроить беседу по душам.

– Думаю, да. Взросление. Когда я съехал от семьи, то заметил, будто многие только и ждут, что я облажаюсь. Нет, не мама с папой, я про соседей, коллег, друзей даже. Ждали, что Москва меня отфутболит обратно в Переславль. Кто-то просто мечтал снисходительно обесценить мои проблемы, когда я сдамся, и пойду к ним жаловаться. А поддержки рядом не было! Я даже в качалку ходил ради этого, веришь?

– Не-а… Стоп, это правда? Ниточки не было! – удивился Лу. – А как же «чтобы не толстеть»?!

Я усмехнулся, вспоминая времена гугления планов тренировок и протеиновых коктейлей.

– Чтобы не толстеть, столько заниматься не нужно. Зато отстали. Кому-то морду набил, потому что продолжали на мозги капать. Я загрубел, очерствел, чтобы выжить. И иногда защищаюсь не от тех, от кого стоило бы…

– В смысле?!

Я пошевелил плечами: паутина вот-вот будет готова, да и ниточки лопались одна за другой. Нужно ещё немного откровений!

– Знаешь, почему я к тебе пристаю? Оберегаю, как ребёнка? Потому что хочу, чтобы ты и дальше оставался собой, а не превращался, как ты говоришь, во взрослого хмыря! Была бы возможность, сам бы стал «ребёнком», только не перед кем! И запереть мне тебя хочется ещё и для того, чтобы ты сохранил свой детский светлый взгляд на мир! Защитить от всей этой Взрослой Жизни. Понимаешь меня теперь?

– Ну…

– Только не ври, пожалуйста.

Лу всё понял, и кивнул.

– Вообще, наверное, понимаю. Видишь, правду сказал, даже ниточка одна лопнула! Просто я… ладно. Я тоже боюсь. Я очень ценю, что ты пытаешься помочь мне поверить в себя, братик! Но я не ангел, который желает счастья всем, я чего-то личного хочу, для себя. Крылья те же, только не карнавальные, а настоящие! Никогда не мечтал всерьёз, что это будет возможно, а тут такое! Знаю, что это и ребячество, но мечтаю, как будто это самое важное для меня, что только может быть! Сам не знаю почему.

Лу пошевелился в коконе, но выбраться, предсказуемо, не смог.

– А по поводу книги… я её думал даже бросить.

– Почему?!

Брат горько вздохнул.

– Да вы меня слишком поддерживаете все! Такое не пиши, о том не мечтай, этого слова в словаре нет, переписывай! Ну я и думаю, что наберусь смелости всё-таки написать что хочу, а не что правильно, а какой-нибудь зануда прочитает и ляпнет: такое читать невозможно, тут у эльфов уши на сантиметр длиннее! Потому что на форме зациклятся, а смысл понимать не захотят!

– Ну и плюнь ты на этих зануд…

– Не могу! Потому я о даре и мечтаю! Не стану писателем, так хотя бы узнаю, зачем я вообще эту жизнь живу. А я даже от тебя слышу только то, что весь мой дар – наглость и ребячество, и больше ничего!

Голос братика начал дрожать, и я понял, что перегнул палку. Искренне надеюсь, что наши откровения никто не транслировал, слишком личное для праздничного шоу.

– Лу, обещаю тебе, что приложу… – я с усилием растягивал свой кокон, с радостью чувствуя хлопки рвущегося каучука, – …все силы! Чтобы помочь найти тебе… ух… такой дар, какой ты ждёшь! Фух… Справился!

Я отряхнулся от остатков нитей, превратившихся в гнилую резину, и встряхнул руки; никогда бы не подумал, что качалка однажды спасёт мне жизнь, потому что я не знал, о чём ещё откровенничать!

– У меня тоже получается… кажется! – пыхтел Лу, пытаясь повторить мой маневр, но если у меня это вышло с трудом, то худенький Лу вряд ли бы справился, поэтому я напрягся, и разодрал в клочья его кокон!

Через несколько секунд я обнимал братика, который подозрительно шмыгал носом. Довёл ребёнка до слёз, молодец, хороший старший брат… только вслух не сболтнуть. Но жестокая шутка фей обернулась нам обоим на пользу.

– Не переживай, я помогу найти тебе своё место в жизни. Обещаю!

Трогательная сцена длилась недолго; Дэн стоял обиженный и насупленный, понимая, что ему тоже придётся рассказать что-то важное о себе. А я понял, что если Лу у нас ребёнок, то я составляю ему идеальную компанию своим здравомыслием, и это – наши сильные стороны.

– Дэн, почему ты притворяешься, будто ничего не умеешь?

Каюсь, мне ОЧЕНЬ хотелось раскрутить этого слишком хитрого сатира на искренность, и наконец-то был веский повод! Дэн понял, в каком положении находится, но отпираться не стал.

– Честно? Я тоже боюсь. – выдавил он, и попробовал паутину на прочность. Безрезультатно, даже ни одной нити не порвал.

– Чего именно боишься? Уточни.

– Да всего боюсь! Окажусь простым бараном, пардон, сатиром, на которого никакой грим не ложится – плохо! Окажусь интриганом-алкоголиком – ещё хуже! Я не хочу менять свою жизнь только потому, что я кто-то иной! Это Лу мечтает о даре, а я человек простой, люблю, чтобы всё было спокойно и понятно! Случилось Чудо – пофиг, приспособлюсь! Но если собой останусь! А если реально в Диониса превращусь?!

– Дэн, мы в любом случае поможем тебе остаться собой, веришь? Лу даже с оборотнем такое провернул. – заявил я.

– Только я не оборотень, а бог. Вы хотя бы одного пробудившегося бога видели?

– Леший считается? – я вспомнил сурового Степана. Насколько это истина не скажу, но лично я считаю, что леших можно причислить к младшим языческим богам. А Дэну объективное мнение тоже поможет. – Лешего видел, так он даже не думает в лес уходить. А ты и так на Диониса похож: заведуешь напитками и весельем в своём храме-трактире. Будь в Античные времена такой ассортимент, ты бы одним виноделием не ограничивался.

– Верно! И вообще, ты же сам к феям пошёл! Чтобы узнать что-то новое о себе, помнишь? – поддакнул братишка, возвращая себе детские интонации.

Дэн завис, а потом подтвердил мои мысли:

– Мда. Кажется, себе я вру не меньше. Ладно, скажу, как есть. Дельфийское вино у меня ещё осталось, пара последних глотков. Я как первый раз к бутылке приложился, мне всю неделю Греция снилась, сатиры, пьянки… тогда впервые задумался, кто я такой. Выпил ещё – узнал «кто», заодно копыта выросли. Рука вылить остаток не поднялась, так с собой и носил, на крайний случай. На загадке отхлебнул, понял, что почти вспомнил всё окончательно. А мне это не нужно! Хочу простой и практичный дар, поэтому и к феям пошёл, чтобы они глянули, и сказали, мол «Ну да, мальчик, силы есть, но звёзд с неба не хватаешь». Какое-нибудь бытовое колдовство уметь я не против, но Дионисом быть не хочу!

– Ха! Да я ка-ак подойду к Дионису! Ка-ак начну его трясти, «А ну вспоминай обратно нашего Дэна!» И вспомнит, никуда не денется! – Лу снова залился смехом, – Видишь, я не вру! Даже себе!

Трактирщик осмотрел комнату, глянул на нас, и кивнул.

– Хорошо, я вам тоже поверю. И постараюсь принять себя таким, какой я есть.

Для подозрительного сатира […или всё-таки олимпийца?] это было настоящим откровением, потому что лопнули почти все нити разом! Его кокон был разорван, а потом Дэн смотрел на нас взглядом бесконечно виноватого человека, огорчённого, сколько ему пришлось лгать по жизни.

А Лу подытожил, обнимая нас обоих за плечи:

– Давайте договоримся, сегодня никто ничего плохого не сказал, лады? Сейчас выберемся по-быстрому из этой ловушки, и растрясём фей на что-нибудь очень обалдительное!

Я молча и спокойно кивнул, Дэн поддержал мой жест, и достал из кармана куртки флягу.

– Спасибо вам, Лу, Стас. Вы настоящие друзья! В любом случае, Дэн был рад этому знакомству. Ваше здоровье! – с этими словами трактирщик осушил сосуд. Его глаза ярко вспыхнули, осветив всё лицо двумя лазурными прожекторами.

– Вспоминаю! Пока я здесь! Лу, я проявлю дверь, открывай своим ключом! – скомандовал трактирщик, и, пошатываясь, поковылял к тёмной стенке. Его руки вспыхнули снопом таких же небесно-голубых искр, вырисовывающих причудливые очертания двери. Не дожидаясь повторного приглашения, мелкий вонзил ключ в место, подсвеченное пятнышком замочной скважины, и контуры двери вспыхнули ещё ярче. Нарисованная дверь распахнулась, и мы трое быстро выбежали в ещё одну комнату, в этот раз светлую и настоящую… или нет?

Лу

Ну-у… не такую уж и настоящую, Стас погорячился. Зато эта комната выглядела мечтой ребёнка: большой кукольный домик! Большой, подвижный, настоящая полоса препятствий, я не шучу! Часы танцевали стрелками, кисточки на шторах ритмично подрагивали, а пузатая ваза кивала пластиковым нарциссом из стороны в сторону. Как будто в мультик попали!

Я развернулся к Дэну… или уже не Дэну? Где он у себя рога нашёл, я так и не понял, а теперь он ещё и сверкал совершенно нормальными босыми человеческими пятками.

– Ух… Сорян, парни, у меня в голове такая каша-а! – протянул он похмельным голосом, продолжая нащупывать в кудрях исчезнувшие рога. – Столько всего вспомнил, это нечто! И понял, почему в сатира чуть не превратился. Лу, ты прав, от себя бегать смысла нет, как был Дэном, так и останусь. Никто на моё место не придёт.

– То есть ты не стал Дионисом? – уточнил Стас.

– Всегда им был, просто сам себе верить не хотел. Но мой Олимп в прошлом, хватит! Прижмёт – вернусь, а пока я, считай, в отпуске. – пожал плечами трактирщик.

Оббежать кукольную полосу препятствий было непросто, но мы справились. Не считая подвижных декораций, дом обычный, кукольный, двухэтажный, заколдованный. Особенно мне понравились окна! Они выходили каждое на своё место, и мы на какое-то время забыли обо всём, просто восторженно пялились на пейзажи! Только представьте: кухонное выходило на ночные небоскрёбы Токио, соседнее – на гору Кайлас в Гималаях, я узнал! В другом окне – та самая киношная Франция, в которой абсолютно все окна выходят на Эйфелеву башню! Но мы не в кино, поэтому я искренне порадовался красивому пейзажу и ласковому французскому солнышку. Все эти милашные пластиковые окошки были заперты, а пластик даже ключом не царапался. Попытка привлечь внимание прохожих на улицах тоже ни к чему не привели, так что полюбовались, и хватит.

– Дэн, ты знаешь, где мы вообще оказались? – спросил братишка. Дионис прислушался к себе, и пожал плечами.

– Ничего особенного, фейское иллюзорное пространство, красивая, приятная канве Мироздания магия, сам видел узелки. Сделана специально для фестиваля, на базе зачарованных картин-ловушек.

– И как оттуда выбирались?

– Никак! – Олимпиец виновато потупил взор. – Изнутри шансов выбраться почти нет.

– Давайте мыслить логически, кто может. Я вот не очень. – объявил я. – Здесь есть несколько дверей, я успел поковырять их все, результата ноль. Может, попробовать какую-нибудь математику, или как это называется? Ну, когда три раза поклониться на восток, перекувырнуться, удариться головой оземь, вырубиться, и проснуться дома, с чёрным котёнком в руках?

– То есть, попытаться искать скрытый смысл во всём, что видим? – обрадовался братишка. – Похоже на план! Но, будете смеяться, я есть хочу.

Я действительно рассмеялся, глядя на достающего пирожок брата.

– Фто? Это фскафках… – Стас дожевал кусок, и повторил. – Это в сказках герои только на пирах питаются, а я нормальный живой человек. Будете? Не фейская кухня, но тоже ничего.

Вид жующего братишки был настолько умиротворяющим, что мы решили сделать перерыв, и устроить внеплановый перекус.

Покончив с пирожками, мы стали осторожно осматривать фэн-шуй местного кукольного жилища. Хотя можно было не осторожничать, никакие шевелящиеся декорации вредить нам не собирались.

– Что меня смущает, что здесь только одна дверь – входная. И она просто выплавлена в пластике стены. – задумчиво проговорил Стас, ощупывая розовый барельеф в форме дверной ручки. – Если идти прямо, выходим в соседнюю комнату. В которой висит… Фреска с камином! Буратино, доставай свой золотой ключик!

Я пискнул от восторга, и рванул к картонной фреске. Если Стас и ошибался, то организаторы должны исправиться, и провести нам выход через нарисованный камин! Мне эта идея показалась лучше любой другой!

Познакомившаяся с бронзовым острым ключиком, картонка треснула, и – ура-ура-ура! – явила нам тоннель, собранный из разноцветных коробок, как в детстве! Внутри было проведено освещение из новогодних гирлянд, и разбросаны разноцветные платки с полотенцами, так что мы ползли по этой детской радости почти в комфорте.

Где-то через минуту с нашего тоннеля сняли крышку, и, под цирковой «Алле-оп!» меня вытащили, и продемонстрировали радостно аплодирующим зрителям! Мы прошли испытание, и выбрались на той же сцене, где сейчас выступал фокусник в фиолетовом цилиндре и карнавальной маске. Сообщив публике об успехе фокуса, он подмигнул ассистенткам, и те увели нас за кулисы.

«Летняя ночь» для нас закончилась хорошо: трансляция «антикварной лавки» и «кукольного домика» стала хорошим дополнением к культурной программе, а «Зазеркалье», к нашему большому облегчению, никто не видел; ведущий сказал, будто мы там просто отдохнули.

Алая и Белая, уже не в платьях, а современных костюмах, и постаревшие до возраста тех самых старушек из кофейни, встретили нас с теплотой.

– Садитесь, дорогие! Надеюсь, вы не сильно обиделись на нас за эту шутку? – спросила Алая.

– С чего бы вдруг? – пожал плечами Стас. Очень неискренне, и королевы переглянулись.

– Люди слишком серьёзны к Игре, и слишком уж ценят собственную жизнь, нам, феям, живётся легче. Поэтому мы организовали первый фестиваль без неодарённых, чтобы никто не огорчился, попав под шутку, которая могла бы закончиться… несмешно для них.

– Поэтому на свой «Форт Боярд» вы именно нас вытащили?

– Возможно, причиной тому стало волшебство, несогласие с реалиями, или желание показаться кем-то ещё. – молвила Белая, хитро посматривая на насупившегося Дэна. – Милые, знаете ли вы о священной традиции Игры? Мы не порицаем жульничество, наоборот! Заметив хитрость, мы с радостью ответили тем же.

– Но вы завершили партию достойно, очень достойно! – заметила Алая. – Мальчики, вы заслужили уважение всех фей Китежградского двора! Поэтому простите всё, чего душе угодно, мы исполним любое желание, как настоящие феи-крёстные!

– У меня есть желание, но оно для Стаса, можно? – попросил я. – Он давно мечтает о большой и просторной квартире, я бы хотел попросить для него такую. Можно? И обустроить бы, а то я ещё в Коллегии понял, что ремонт штука долгая.

Королевы синхронно одарили нас светлыми улыбками.

– Пусть будет так! – объявила Белая. – Открою тебе тайну, милый Лу, нельзя сотворить «что-то» из «ничего», если только к этому не приложено искреннее бескорыстие и любовь. Когда они есть… Мироздание улыбнётся, и окажется, что мэр Китежа, всегда была фэйри.

– А у её сестры большая строительная компания, которая отреставрировала Китеж! – дополнила Алая. – И у неё готов элитный дом с большим, но уютным пентхаусом, в котором мы сможете проживать столько, сколько захотите!

Я вытаращился на фею: пентхаус?! Звучит обалдительно! А если ещё и в той потрясной новостройке, на которую я заглядывался… да оттуда весь Китеж будет виден из окон!

– А чего бы хотел ты, Стас? – спросила Алая леди.

– Я тоже хочу попросить для брата. Лу очень хочет найти свой дар, чтобы понять, как выстроить свою дальнейшую жизнь. Можете помочь ему в этом? Ведь вы и устроили Чудо!

Белая леди покачала головой.

– Обещание есть обещание, но… мальчик, ты ошибаешься. Не мы явили миру Чудо, мы – такие же гостьи на этом празднике, как и вы.

Алая продолжила:

– Мы ожили в сиянии Чуда, впервые за века! Здесь действительно присутствует магия, схожая с той, что подвластна мудрейшим из Ши⁴, но никто из нас не задавался вопросом, что же произошло. Никто, кроме вас!

– Разве? Но ведь весь мир об этом гудит! – возразил я.

– Гудит, но… безрезультатно! Мы слышим чудесную песнь, но так и не увидели творца, что её играет. – взмахнула рукой Белая. – Что до раскрытия дара, то… и здесь трудность. Любой талант подобен бутону цветка. Попытаешься раскрыть его насильно – загубишь. Всё, что мы можем дать, так лишь своё благословение, чтобы жизнь привела тебя к твоему долгожданному дару… или пониманию, что сей дар уже обретён.

У меня кольнуло в сердце: такое себе обещание, а если я к своему дару буду годами идти?!

Алая продолжила:

– Не спеши расстраиваться, милый! Китежградский двор поможет вам на вашем славном пути. А ваше стремление помогать друг другу прославит человеческий род, и пусть любой, кто слишком заиграется, вспомнит главный посыл Летней ночи, написанный вами: все мы остаёмся людьми, даже если забыли об этом за блеском зачарованных огоньков!

Наступила чередь Дэна, которого оставили на сладкое, и… я понял почему!

– Отрадно видеть, что Игра пробудила вашу истинную сущность, светлый Дионис. – Белая леди почтительно поклонилась трактирщику. – Какого вы мнения о вновь обретённой частичке себя?

Трактирщик посмотрел на королев с ожиданием пакости в глазах.

– Скажите прямо, чего вы добиваетесь.

Королевы снова сыграли в гляделки, и синхронно ответили:

– Нам нужен покровитель.

Увидев наши моськи невдупляющих котят, Белая пояснила:

– Времена поменялись, благородный Дионис. Веками не слышали мы сладостных песен Тир-на-Нога, но Чудо разожгло в нас надежду, что мы сможем создать собственную Страну Юности. Всего лишь нужен тот, кто смог бы одарить наше начинание своим божественным светом.

– То есть вы хотите сделать меня… новым богом фэйри?!

Я радостно взвизгнул: неужели Дионис снова вернётся в ряды земных богов? И не просто в олимпийские бармены а… в настоящие мировые божества?!

Но Дэн только хмуро покачал головой.

– Если это всё, ради чего вы пытались со мной подружиться, я отказываюсь. Ищите себе другого покровителя. Неужели рядом нет других кандидатов на эту роль?

– Увы, нет. Мы устроили бал, чтобы увидеть возможных покровителей, но никто из них не сравнился с вами, Дионис. Подумайте только, в ваших руках – счастье всех фэйри Земли!

Кажется, феи что-то колдовали, потому что будь я богом, то однозначно бы ухватился за это самое обалдительное в мире предложение! А Дэн нахмурился ещё больше, и неожиданно жёстко отрезал:

– Хватит врать. Я вижу, есть настоящая причина! Что это? Власть? Гонка силы? – глаза Дэна всполыхнули голубым пламенем. – Я тоже засёк за вами «Рокировку», дамы. Вы же не станете идти наперекор священной традиции Игры?

Я резко проснулся от сладкой колыбельной, и смотрел во все глаза в сторону рассерженного Дэна, но Стас внезапно выступил вперёд:

– Дэн, ты сам только что говорил, что хочешь остаться самим собой. Не позволяй им изменить себя!

Олимпиец не слушал, продолжая осматривать замерших королев. Похоже, они ясно представляли силу пробуждённого бога, и… боялись его. Две урождённые фэйри, устроившие такую шумиху, перепугались пробудившегося бога виноделия! Но уже через десять секунд напряжённого молчания, трактирщик растерянно моргнул. Его глаза померкли.

– Любопытство? То есть вы, две Ши, просто… мучаетесь любопытством?! И весь фестиваль только из-за этого?!

Белая виновато покачала головой.

– Вы поймали нас, уважаемый Дионис. Почуяв дыхание Чуда, мы хотели узнать, кто же Чудотворец, что вернул жизнь засыхающему саду! Наш план был прост, мы хотели увидеть, из-за чьей спины дуют цветные ветры Чуда, заручиться поддержкой Садовода, в чьём саду расцвело новое Мировое древо… Фэйри всего мира возлагают на нас большие надежды, и не только они. Многие… потеряли в веках надежду вновь увидеть светлые лики королев Лета и Зимы.

Дэн кивнул; королева говорила правду.

– Вот что, я хочу жить такой жизнью, какую выберу сам. Без чьего-то давления и благих помыслов! Поэтому моё желание будет таким: ни вы, ни Двор, ни ваши сторонники! Никто не смеет уговаривать меня ни словом, ни делом, ни намерением принять вашу позицию и как-то помогать в ваших затеях, если я сам не захочу этого естественным образом. И вы больше не втравите меня в свою Игру за эти отказы. Прошу засчитать исполнение этого желания в мою награду.

Белая королева расстроенно, но серьёзно прикрыла глаза.

– Да будет так. В согласии с правилами Игры, мы тоже пошли на обман, и должны извлечь из этого урок. Мы смиренно дождёмся ответов на свои вопросы, не прибегая к вашей помощи, светлый Дионис.

– Послушайте, мы сами хотим понять, что случилось, так что скоро и так всё узнаем! – заметил я. – А Дэн пусть и дальше живёт, как хочет, оставьте человека в покое, даже у бога должно быть собственное мнение, разве нет?

– Спасибо за поддержку, милый Лу, мы обязательно подумаем об этом. – благодарно улыбнулась Белая, и мне не понадобился никакой колдовской взгляд, чтобы понять: подумает, и решит со мной согласиться!

С Дэном мы продолжили общение – он как был хорошим парнем, так им и остался, а что ему не интересно болтать о Чуде – его право. Феи обещали нам помочь не только с новым домом, но и с обустройством Коллегии. Найденные Стасом вампиры-учителя тоже помогут, а я с чистой совестью уже сейчас запустил в соцсетях несколько групп, посвящённых нашей затее! Потому что ездить, как Цепин, по городам и сёлам в поисках особо одарённых мы не будем, наша задача – помочь всем, кому эта помощь нужна! А ещё… я до сих пор хочу убедиться, что в самом деле одарённый. Просто слишком крепко спящий!

Глава 9. Разоблачение.

Стас

Мы зря боялись, «Летняя ночь» прошла гладко; не считая нашего испытания, больше ни одного несчастного случая, а на следующее мероприятие обещали фейс-контроля по дару не делать.

Акелла пообещал отблагодарить за помощь, чем сможет, и это было очень кстати: в первый день на аккаунт Коллегии, заведённый братом, подписалось пять сотен человек! Как мы будем с ними разбираться – не знаю, но Лу прав: в мире может быть миллион творческих организаций для отбора лучших из лучших. А магические пока только начинают появляться, и наша задача – быть в числе первых, кто удержит положительный настрой одарённых.

Вне Интернета Коллегия тоже развивалась семимильными шагами. Я так и не избавился от мысли, что на одной интуиции выехать не получится, и был прав. Пока Лу развлекался и смешил остальных своими выходками, я проверял базы данных, перенимал ценный опыт Марка Абрамовича по управлению организацией, консультировался с Фёдором Николаевичем (дьявол-юрист сделал весомую скидку на свои услуги, чтобы компенсировать свой первый, за двести лет, промах), да и остальных не стеснялся беспокоить. В итоге я собрал серьёзную группу поддержки, чтобы справиться с любой возможной неприятностью, и был горд этим!

Так мы и работали: Лу возился с учителями, обсуждал тонкости волшебства, успокаивал оборотней, вселял в сердца выгоревших ангелов желание жить и бороться дальше – тут его стихия! «Бумажные дела», как он их называет, совершенно ему не даются. Но вместе мы были командой: помогали друг другу, не спихивая лишнее. А Марк Абрамович оказался прав: вдвоём мы действительно подходили на роль управляющих Китежградским филиалом! Сам начальник радовался нашим успехам, и обещал прилететь, посмотреть на нашу работу чуть позже. Именно прилететь; в том, что он собирался опробовать собственные крылья, я был уверен.

Но прежде, чем наша жизнь наладилась, трудотерапия стала для нас спасением, потому что сразу после фестиваля Лу захандрил. Этот жизнерадостный ребёнок грустит редко, но если хандра накрывает его, то это – катастрофа. В такие моменты я беру срочный отпуск за свой счёт, и уезжаю домой, в Переславль. Такое важное дело, как вытаскивание одного маленького фантазёра из трясины мрачных мыслей, я не могу доверить даже нашим родителям.

Сам я тоже чувствовал себя виноватым. Я честно хотел помочь брату стать хорошим писателем! Знакомил с профессионалами, культивировал в нём правильную речь, углублялся в его рассказы, и выдавал конструктивную критику, но что оказалось? Что ему была нужна всего лишь поддержка, братское «Я в тебя верю», а критика только укрепляла мысль, что ничего не получится! А сколько ещё «помощники» вроде меня загубят талантливых фантазёров?! Ещё и с феями облом, которые сказали «просто подожди». Мелкий хандрил по-чёрному, общался короткими фразами, и даже осунулся. Я предлагал позвать на помощь кого-то из друзей-вампиров, но мы оба отбросили эту мысль: после «Рокировки» решать эту проблему магическим жульничеством не хотелось.

Ещё в день осмотра нашей будущей квартиры была заметна разница между нами: я пребывал в восторге от просторных светлых комнат и чудесного вида из окон! Даже в мечтах я не предполагал, что когда-нибудь поселюсь в таком жилище! Метраж позволял спокойно поселить здесь и брата, и Маришку, и даже гостевую комнату для родителей оставить! Лу смотрел на это великолепие отстранённо, будто не видел разницы между хрущёвкой и элитным пентхаусом.

– Я думаю, сюда хорошо пошёл бы пластиковый гарнитур, вроде этого. Что скажешь? – я протянул брату телефон с эскизом московских друзей-дизайнеров. Лу молча ответил мобильным симулятором строителя. На мои попытки завязать диалог, он сбрасывал скрины, чем пытался вступить в дискуссию.

– Я всё равно найду, как тебя растормошить! – сказал я, когда в дверь позвонили.

– Удачи. – буркнул мелкий. А я открыл дверь; в холле стоял мейн-кун черепаховой расцветки, и поприветствовал меня улыбкой.

– Между прочим, на новоселье первым принято впускать в дом кота, знали ли вы такую хорошую традицию? – промурлыкал он. Мы с Лу настороженно переглянулись, в ожидании каверзы. Кот всё понял, и поспешил добавить: – Расслабьтесь! В парке была всего лишь культурная программа, а сейчас всё на полном серьёзе. Позвольте представиться, Чешир. Мастер-иллюзионист…

С этими словами кот выпрямился, и превратился в эльфа в розово-фиолетовом строительном комбинезоне, с хитрой ухмылкой и меховыми кошачьими ушками на голове.

– Вы же не думали, что я и правда говорящий кот? – спросил Чешир и залился смехом. В человеческом облике у него был приятный голос, без мурлычущих интонаций, живой и яркий, как у профессионального блогера.

– Не ожидал, что ты человек… фей… эльф… кто вообще? – я неловко рассмеялся.

– Да как угодно, все варианты хороши! – и снова смех. – Ладно, шутки шутками, а давайте-ка сейчас мне обрисуете, какой вообще интерьер хотите. С вас хотелки, с меня – иллюзия, а потом смотри, зашло или нет. А то поназаказывают канделябров, а они «не играют»!

– Иллюзию? – подал голос Лу. Чешир закивал.

– Только иллюзия, но очень даже осязаемая на пару дней. Настоящую мебель привезут со складов, и подгонят под ваши вкусы. Превратить ДСП в красное дерево – проще простого, пробовали наши пироженки? Так вот, тот же принцип. А пока… але-оп!

Посреди комнаты появился простой современный диван, обтянутый чёрной кожей. Внешне ничем не отличается от настоящего, даже запах свежей мебели имелся.

– А так?

Ещё взмах рукой, и кожа потускнела, сиденье промялось, форма поплыла, но эта неказистость разом преобразила диван, подарила уют старого и нежно любимого друга, которому простят любую степень износа. Хоть я и видел этот диван всего минуту, но поразился чувству узнавания «своего любимого дивана из детства»!

– Не переживайте, на самом деле он ещё лет сто не износится. Нежелательные повреждения заживают сами собой, а любимая мозоль на подушке никогда не потускнеет!

Я указывал Чеширу, где какую мебель ставить, а Лу бродил за нами тенью, но в процесс не вмешивался. Даже на обустройстве собственной комнаты! Мне пришлось проявить выдумку, пытаясь представить, как могла бы выглядеть «квартира мечты» с точки зрения Лу. [И у тебя получилось!] В итоге мы управились за час; не считая того, что без поддержки чар мебель растает через два дня, квартира выглядела полностью обжитой, вплоть до пыли под плинтусами.

– Дружище, ты чего такой кислый? Ещё вчера улыбался от уха до уха, а теперь будто забыл, в какой сказке живёшь! – Чешир хлопнул Лу по плечу. Тот скривился в попытке ухмыльнуться.

– Угу. Только даже ваши королевы мне не помогут.

Эльф задумчиво почесал подбородок.

– И что теперь? Они не всезнающие! Открою секрет, но чудо может случиться с каждым! И с тобой тоже, просто не здесь и сейчас. Твоё время ещё наступит, вот увидишь!

– Посмотрим.

– Обязательно посмотрим, но, если тебе будет проще, познакомлю тебя со своим бывшим соседом, он враз мозги на место вправит. Мировой человечище! В этом его личный дар, тебе понравится!

– Соглашайся, а? Тебе помогут! – я попробовал подбодрить брата.

– С условием. – на этом я понял, что лёд тронулся; если он не сказал сразу «нет», значит, у него появились силы бороться с внутренним мраком.

– Согласен заранее, с каким? – Знаю, что Чешир специально построил фразу таким образом, да и Лу, будь в настроении, обязательно «поймал» бы котофея. Попросил бы ведро мороженого, ручного слонёнка или целый день игры в любимых «Героев»! Но всё было проще. Братик повернулся ко мне:

– Стас, привези сам вещи из Москвы? Не хочу уезжать из Китежа.

– Как скажешь! – я прикинул дорогу; займёт весь день, вернусь я, в лучшем случае, вечером, но, если Лу готов принять помощь на этом условии – согласен.

– Ну вот и ладненько! Значит, завтра Стас отправляется в Москву, а мы с тобой – к моему другу! – подмигнул Чешир, и исчез в облачке пара. На оконном стекле сзади остался след выведенного пальцем смайлика: визитная карточка испарившегося фокусника.

Вечером Лу снова просил оставить его в покое. То, что это не означало «Надоедай, пока я не соглашусь поболтать», я точно понял, но теперь лихорадочно соображал, как поднять брату настроение. От грустных мыслей меня отвлёк долгожданный звонок ещё одного близкого человека.

– Мариш, наконец-то! Как я рад, что ты позвонила, мне нужно столько всего рассказать! – я вцепился в эту возможность, забыв обо всём. Больше месяца моя девушка не брала трубку, а на СМСки отвечала не иначе, как «Терпение, мой Ёжик, позже отвечу!».

– Ёженька, я всё знаю, и скорблю с тобой от всего своего большого и любящего сердца! – раздалось из трубки выразительное горестное восклицание моей невесты.

– Откуда? Ты общалась с Лу?

– Причём здесь твой миленький младший братик, Ёжик? – фыркнула девушка. А я понял, что слишком зациклился на проблеме брата, и пропустил, по-видимому, что-то ещё.

– Просто Лу хандрит, и это для меня сейчас самая большая проблема. Есть ещё какие-то поводы для беспокойства?

– Малыш, ты такой смешной и наивный. – из трубки раздался вздох. – Наш многоуважаемый начальник допустил роковую ошибку, но твоя личная фея-крёстная снова спасёт ситуацию с мастерством и изяществом, применив сильнейшее волшебство в мире – свою всепобеждающую любовь! Я уже наслышана, как безжалостно вас бросили в одиночку справляться с филиалом Коллегии!

Я закашлялся от неожиданности, но в какой-то степени Маришка права: она помнила, как я боялся роли охотника за талантами, и не знала, что я вырос, чтобы стать директором волшебного филиала Коллегии.

Но возвращаться в неуверенное прошлое я совсем не хотел, потому что в кратчайшие сроки сумел собрать команду поддержки по всем вопросам. Каждый день общался с Цепиным, перенимал его опыт. Консультировался с юристом, понимая, что ему ничего, кроме денег, не нужно. Уже сейчас я понимал: если бы Чуда не случилось, я справился бы с управлением Московской Коллегии Художников! Марк Абрамович был прав, я мог стать его наследником, не испугайся его предложения.

– Я не один! Со мной брат, феи, вампиры, а ещё…

Увы, я не актёр, мою речь перебить просто, особенно Маришке.

– Не будь ребёнком, мы оба знаем, кто здесь права! Рассуди здраво, как полагается мудрому человеку. Ты просто в этом не разбираешься, и опять всё испортишь, это слишком сложно для тебя, мой хороший. Через пару дней я приеду в Китеж, чтобы спасти тебя своим личным опытом и мастерством истинной хозяйки положения, предвкушай!

– Не думаю, что это необходимо. – сдержанно пробубнил я, после недолгих колебаний. Обидно! Я ожидал, что моим успехам порадуются, а что получил? Реакция невесты мне показалась странной, словно в её глазах я мог только сидеть за компьютером… и быть «Ёжиком» для неё.

– Умоляю, не путай уверенность и гордыню! Подготовь мои покои, и найди лучший суши-бар с доставкой на дом. Так уж и быть, я согласна на эту крохотную уступку. На этой неделе я люблю норвежский лосось и тамаго. И будь благоразумен, ты и так возмутительно заставляешь ждать свою даму сердца чего-то очень важного, не находишь?

– Хорошо, прости, Мариш. Признаю, был неправ. Буду рад твоему приезду. – сказал я, и довольная девушка перевела тему.

Я не сказал ей ни слова поперёк, но осадок от разговора остался неприятный.

Лу всю ночь ворочался во сне, а я из-за этого тоже не мог заснуть. Звукоизоляция здесь прекрасная, но я специально оставил дверь в комнату приоткрытой. А утром собирался, как можно тише; кажется, брат уснул только час назад. Заказал ему «королевский завтрак» из лавки домовых с первого этажа; надеюсь, он оценит, блюда там такие же фееричные, как на балу. Покончив со своей долей, я покинул квартиру, и направился в сторону вокзала.

Я так погрузился в свои мысли, переваривая наш разговор с Маришкой, что едва не столкнулся лбом с ещё одной знакомой – ведьмой Настей!

– Какие люди, привет королю «Летней ночи»! – Китти отвесила мне шутовской поклон. – А где второй? Неужели отсыпается от впечатлений?

– Почти угадала, – выдохнул я, и пересказал вкратце ситуацию. Настя цыкнула языком, и протянула:

– Вот так оно и бывает. Ищешь Веру, Надежду, Любовь, а на деле нужно найти одну Настю, которая всё разрулит! Вот что, Стас, ты сильный, с вещами справишься, а на мои хрупкие плечики ляжет спасение одного весёлого мальчишки. Разрешишь заглянуть к вам в гости?

Я посмотрел на табло: поезд прибудет ещё нескоро, но это время можно скрасить хорошей беседой. Может, Настя сможет помочь с моей проблемой.

Маришка: Милый, я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Особенно, когда Маленький Ёжик плачет горючими слезами, хотя должен порадоваться, что остался собой.

Стас: Прошу тебя, не говори такого при Лу, для него это важно.

Маришка: Почему же? Нужно смело смотреть правде в глаза. Это психология, малыш, учись распознавать манипуляции! Твой замечательный младший братик, к большому прискорбию, застрял в детстве, и пытается привлечь твоё внимание капризами. Убедить тебя бросить важные дела, и поиграть с ним вместе. Но лишь расставшись с детством ощущаешь подлинный смысл жизни.

Стас: Не думаю, что ты права.

Маришка: Милый, ты плохо разбираешься в людях. Особенно в тех, кого трогательно считаешь своими близкими, но здесь все мы слепы. Я ушла из родительского дома, когда матушка заявила, что я должна отправиться в сферу юриспруденции. Моё увлечение прекрасным она никогда не одобряла.

Стас: Как у неё дела, кстати? Она поправляется?

Маришка: Мой хороший, ты всё снова перепутал. С моей матушкой всё давным-давно в порядке, недуг случился у моего отца. Но, я услышала тебя, и буду снисходительна: я наняла ему сиделку, на этом мой дочерний долг выполнен.

Стас: Кажется, я помню, что ты говорила именно про матушку…

Маришка: Малыш, ты хочешь сказать, что я настолько невнимательна, что перепутала маму с папой? Ты меня насмешил!

Стас: Ладно, проехали. Я сейчас в Москву еду, мы можем пересечься?

Маришка: Ты снова утратил реальность происходящего, похоже, тебе действительно нужна моя помощь! Я сажусь на поезд из Норильска в Китеж, Москва мне совершенно не по пути! Тем более все эти накладки из-за странных пассажиров! Разве может быть что-то светлое в том, кто отрицает свою человечность, и называет себя… скажем, демоном? Кошмар!

Стас: Я с таким уже встречался, сначала он мне не понравился, но оказалось…

Маришка: Видишь? Я снова права! Но я вынуждена откланяться, и взять антракт, поскольку мне нужно срочно сделать одно маленькое, но нужное дельце. С нетерпением жду нашей встречи, Ёжик, я снова окажусь в центре сцены, и сыграю главную роль спасительницы ситуации! Ты же будешь мне ассистировать?

Стас: Посмотрим. До встречи.

– Телефонный разговор в поезде «Китеж-Москва».

Лу

Каким я был кислятиной, самому противно вспоминать! Но Стас всегда понимает, когда мне нужно побыть в одиночестве. Хотя бы чтобы задуматься: насколько верны мысли, которые довели меня до хандры? А если я дошёл до этого… значит, я на верном пути! Моя крыша уже пытается нащупать шифером петли, с которых слетела. Но это случится чуть позже, а пока я лежу и думаю, что всё равно буду в окружении чудес, и однажды когда-нибудь найдётся способ научить магии всех подряд. Или это станет таким же повседневным, как грамота, а значит и сказке конец? Так вот моё настроение и скакало: от нормального к ужасному и наоборот, с робкими попытками зацепиться за «хорошее».

Шуршание входной двери отвлекло меня от размышлений. Стас чего-то забыл? Нет, это не Стас! Из-за двери выглянула приветливая мордашка в окружении рыжих волос.

– Ку-ку! Я тут узнала, что кое-кто возмутительно грустный, так дело не пойдёт! Я тебя похищаю, мы идём обжираться фейским мороженым, искать цветущий папоротник и прогонять мрачные мысли!

– Китти! – я искренне обрадовался внезапной гостье. – Ты как вошла?

Девушка помахала пучком какой-то травы; присмотревшись, я углядел петрушку, базилик и что-то ещё кулинарное, перевязанное разноцветными лентами.

– Я же ведьма, забыл? А это моя «отопри-трава»! Спокуха, я не домушница тебе, травка только с разрешения хозяев работает. – Китти снова глянула на пучок зелени. – А ещё это просто волшебный маринад для хорошего шашлыка!

Мы посмеялись, но я вспомнил наш разговор с Чеширом, и его обещание познакомить меня с мозгоправом.

– Китти? А можешь сделать такой оберег, чтобы… ну, не врали мне? Стас сейчас всех на уши поднимет, чтобы мне лапши на уши навешали, какой я весь из себя волшебный, просто не понимаю этого. – я снова помрачнел. Но кто ещё, кроме обаятельной ведьмочки, придёт на помощь? Друзей у меня много, скоро вся Коллегия съедется меня утешать.

– Сейчас сделаем! Нитки нужны из твоей одежды. Из подкладки, например.

– Шнурки из кроссовка подойдут?

– Идеально! Эти, которые рыжие, да? Достала! А теперь смотри фокус! Я порою раннею-первою, плету косичку мудрую-верную…

Я зачарованно смотрел на процесс оберегоплетения! Не латынь, всё понятно, ритмично, с общим смыслом, чтобы никто мне наврать не смог, а только правду говорил, какую мыслит. Из шнурка и пары разноцветных тесёмок вышел браслетик: нормально, на руку мне в самый раз! Но вместо этого Китти просто сунула оберег в ладонь, уже завязанный.

– Готово! «Правдоруб» называется, работает просто: пока завязано в бублик, всё хорошо, никто не заметит. На шамане проверяла, а их, говорят, вообще невозможно подловить! Нну-ну. Хочешь раскрутить на правду – разъедини фенечку, и назови своего собеседника хоть по-паспортному, хоть козлом…

– И сработает?

– Обижаешь! Только осторожнее, глюк прикольный имеется.

– Какой?

Китти прыснула, видимо, вспоминая проявление глюка, и пояснила:

– Вообще мы честные, как бы, привираем по мелочам, но в меру. А если на махрового вруна напорешься, то его так переклинит, что хоть экзорциста зови! Правды тебе прямо не скажет, зато врать будет, как в стёбном театре!

– Такое мне подходит. – я подумал, что так даже лучше: если передо мной будут разыгрывать мультяшного злодея и злорадно хихикать, то я легко пойму подвох.

– Правдоруб я тебе сделала, а теперь пошли гулять, мороженое не ждёт! – не дожидаясь моего однозначного согласия, Настя нацепила мне на голову бейсболку, показала условно цензурный жест в сторону прихожей, и оттуда пришагали мои кроссовки. Я бы даже рассмеялся, если бы это не напомнило, что я – всего лишь обычный человек в окружении волшебников. Вот только далеко мы не ушли: следом за кроссовками раздался дверной звонок, а потом появился ещё один гость.

– Оп, а чего это у вас тут не заперто?.. Мяу! Моё почтение, леди! Лу, я тебя раскусил, это был гениальный план! Братик, значит, в Москву, а сам – на рандеву с чудесной девушкой! – Чешир, снова в кошачьем облике, душевно рассмеялся, и отвесил галантный реверанс Китти. Похоже, котофей постоянно шутил, но даже в моём пасмурном настроении это не вызывало раздражения.

– Китти, это Чешир, фей-иллюзионист. Чешир, это Китти, ведьма и моя подруга!

– Алиса, это пудинг, пудинг, это Алиса. Рад знакомству! А вы местная, или с Альдебарана? – поинтересовался Чешир, выразительно подмигивая.

– Чего это с Альдебарана? – Настя тоже рассмеялась.

– Ну, знаешь ли, куча любителей астрологии в самом деле оказались одарёнными! Вот так вот серьёзные люди высмеивали ретроградный Меркурий и любовь Дев с Козерогами, а зря! Всё-то мы чувствовали, вот и тянулись, до чего дотянемся.

Мне такая теория пришлась по душе, а Настя почесала затылок и хитро улыбнулась.

– А не ты ли тот самый Чешир, который полгода торчал в ролёвке по «Салемским Гроссмейстерам»?

– Э-э… так ты тоже там была?! – котофей, кажется, удивился такой внезапной встрече.

– Не так быстро, котик! Правда?

– Ну да…

Китти повернулась ко мне с видом победительницы.

– Вот! Говорят, на фей ведьминская магия не действует, а мой пустячный «забавный факт» зашёл влёт! Без обид, Чешир? Я ж так, ради науки.

Котофей закатился в приступе заливистого ржача. Да с Китти вообще никогда скучно не будет! И почему вместо таких потрясающих девчонок мой брат втрескался в приторную актрису?!

– Мадемуазель Анастасия, вы восхитительны! – Чешир сделал галантный реверанс. – С меня кофе, если вы сможете так же прикольнуться над управляющим одного замечательного трактира в парке…

С Чеширом и Китти было весело, но котофей заявился исполнить обещание, и познакомить меня с психологом, открывшим в себе способность замечать и пробуждать таланты в других. Бывшим: обратная сторона его дара в том, что психов на обострение он раскручивает ещё легче. А как по мне, так это отличная проверка, что я нормальный!

Идти к мозгоправу очень не хотелось, но Чешир настолько хорошо расписывал своего знакомого, а Китти так красноречиво размахивала рукой, увешанной фенечками, что я подумал: а чего я теряю?! Правдоруб лежал у меня в кармане любимой жилетки, одно движение – и узелок развяжется.

Об этом ещё раз я подумал, когда стоял у дверей забегаловки, вроде стоматологий и оптик. И никого рядом, хотя желающих получить какой-нибудь дар хватало. Чешир понял мои мысли, и хмыкнул.

– Он рекламы не делает, кто знает, тот знает.

– А вы со мной пойдёте? Мне что-то страшно одному.

– Чего страшного-то? Тебе просто по-человечески скажут, как дар твой определить, делов-то! – Чешир совсем по-кошачьи фыркнул. Ладно. Задержал дыхание, переборол желание закрыть глаза, зашёл внутрь, под звон колокольчика.

А уютно здесь оказалось. Чувство, что шёл к мозгоправу, а оказался у педиатра! Всякие куколки фарфоровые, мишки плюшевые, деды-морозы, и… обалдительный запах свежих плюшек! Настроение бодро поползло вверх, потому что на пару секунд я успел заглянуть в жизнь пятилетнего Луши, который пёк с папой пирожки, и мечтал стать поваром, когда вырастет! Приятное воспоминание!

Посреди этого уютного уголка сидел, наверное, врач, потому что одет он был не в медицинский халат, а в обычный, домашний махровый, как у Тёмы. На всякий случай присмотрелся к носу и глазам: уйти в целители душ вполне в духе оборотней. Нет, просто добрый доктор Айболит, только пока не поседевший, с нормальным человеческим шнобелем, а вот глаза у него были нереальными! Правый – обычный, карий, зато левый – ярко-фиолетовый и слабо мерцающий! Я сразу понял: этот Айболит мне поможет! На душе стало теплее, а ведь он даже ничего не сказал!

– Здравствуй… Лу, верно? Присаживайся, где удобно, бери плюшку, ты же любишь сладкое? Сначала познакомимся, потом я расскажу тебе, как будет проще опознать твой дар. – тембр голоса, правильное имя и доверительное обращение на «ты» снова отдались приятным теплом в душе! И всё же я не мог не поторопить события:

– А дар у меня вообще есть? Королевы фей его не увидели.

– Ну, я, конечно, не фея, но всё очень хорошо вижу! – тепло рассмеялся Айболит, и показал на свой волшебный глаз. – Когда передо мной одарённый, он как будто светится весь изнутри…

Врач, Антон Семёнович, оказался отличным дядькой, который совсем не оправдал моих страхов, что я ожидал от мозгоправа. Ни детских травм мне не придумал, ни группу поддержки анонимных психов не посоветовал. Вместо этого просто сказал:

– С тобой всё ясно, Лу. Определить твой талант наверняка – выше моей компетенции, врать не буду. Дар подобного уровня сложности обычными тестами за короткий разговор не распознать.

– То есть мне нужно будет ходить ещё? – убаюканный плюшками параноик всё-таки встрепенулся в ожидании подвоха. Но Айболит покачал головой.

– Зачем? У тебя ясный ум и живое воображение, тебе не нужна помощь врача. Есть более, чем эффективный метод – попробовать себя в разных сферах деятельности. Продолжай писать книгу, вдохновение и воображение – первые помощники в поиске себя. Изучай языки программирования, это поможет найти личный интерфейс, если твой дар имеет элементы машинной логики. Прислушайся к своей интуиции, наконец, она у тебя должна быть хорошо развита! И в самое ближайшее время ты продвинешься в изучении себя. Это, пожалуй, вся рекомендация на сегодня. Есть у тебя ещё какие-либо вопросы?

– Есть, – сказал я, и сделал вид, что всего лишь достал телефон из внутреннего кармана. Но на самом деле, я ещё и распутал Правдоруб. Колечко слегка укусило меня за палец статическим электричеством, сигналя: «назови имя, и готовься к откровениям!»

– Антон Семёнович, скажите правду, вы же сейчас во всём со мной были откровенны? Ну, что дар мой увидели, и что точно знаете, что ваш метод мне подойдёт?

Айболит хотел что-то сказать, но умолк с разинутым ртом. Какое-то время его глаза бегали из стороны в сторону, заставляя выбирать между необходимостью сказать, как есть, или баюкать пациента «правильными словами». В итоге волшебство оказалось сильнее; врач снял очки, протёр, и грустно вздохнул.

– Твоя интуиция и правда отменна, Лу, здесь я не ошибся. Признаюсь тебе тоже, я не способен определять дар на глаз, я всего лишь помогаю вернуть утраченное душевное равновесие.

– А… глаз?

– Заказал эффект у гримёров. Я успел заметить, что если выгляжу одарённым сам, то мне верят больше, чем простому психотерапевту.

– И психов вы тоже до обострения доводите? – продолжал наседать я.

Айболит смутился, готовясь отмахнуться, но ведьминская фенечка продолжала работать.

– Приврал немного, этот слух косвенно помогает мне. Понимаешь, достаточно тех, кто не доверяет психиатрии в наши дни. Мы, врачи, не стремимся навредить, но и как гарантированно помочь, тоже не всегда знаем, отсюда – ошибки и недоверие пациентов. Я решил, что подобный ход поможет мне быть в числе тех, кто сможет дать поддержку нуждающимся.

– В таком случае, что вы мне посоветуете? Только честно! Чтобы раскрыть дар, если такой у меня вообще имеется.

– Абсолютно то же самое! – Антон Семёнович развёл руками, ничуть не колеблясь. – Если бы у меня был иной метод пробуждения дара, я бы сделал это, в первую очередь, с собой!

Вот дела… я был уверен, что мне вешали лапшу на уши, а оказалось, что в главном мне ни капельки не соврали!

– А какой дар вы хотите себе? Исцелять?

Айболит задумался.

– Из всех чудес мне хотелось бы научиться дарить людям целебные сны, которые дали бы опыт решения беспокоящих проблем в приемлемой форме. Я впервые делюсь этим секретом с кем-либо.

Я с восторгом вытаращился на врача, который пусть и не был одарённым, но мечтал о чём-то светлом, и… таком родном для меня! «Несбыточная» мечта, которая наконец-то стала реальной! И… не просто чего-то для себя, а помогать людям!

– …Но всё, что я могу сделать сейчас, это отвлечь пациента от грустных мыслей. Может быть, он в самом деле окажется одарённым, а может поймёт, что быть в наше чудесное время обычным человеком – тоже, в какой-то степени, дар.

– То есть? – я уже приготовился спорить, но передумал: а какой вообще дар может быть у простого человека?

– Мы не ценим то, что имеем, Лу. Особенно то, что есть у большинства из нас. Ты мечтаешь обрести крылья, или создавать огненные шары, как персонаж видеоигры, но со временем ажиотаж новинки утихнет. Нет, Чудо не уйдёт, в это я не верю. Но люди поймут, что наш простой быт тоже достоин восхищения. К тому же, естественный отбор показал, что люди сильнее всех мифических существ.

– Об этом я не задумывался… но соглашусь! Может, мы не умеем наколдовывать сладости, как феи, но зато отлично делаем их без магии! Кстати, а плюшки вы тоже сами пекли?

– Да, по бабушкиному рецепту, рад что ты отметил моё маленькое хобби! – Антон Семёнович улыбнулся, и бросил взгляд на часы. – Сколько времени, ко мне скоро придёт следующий клиент. Лу, мне было очень приятно пообщаться с тобой, ты – первый, кому я сам смог выговориться. Спасибо тебе!

– До свидания, Антон Семёнович! А я обязательно найду, как воплотить в реальность и вашу мечту! – я улыбнулся ему со всей искренностью, и никакая фенечка мне для этого не понадобилась!

Выйдя из приёмной, я устыдился своего поступка: раскрутил хорошего, в общем-то, человека на правду с помощью колдовской побрякушки, а сам даже не смог признаться в этом! Но раз со мной поделились мечтой, то я просто обязан выполнить и это желание; если не найдётся способа нарисовать любой дар, то хотя бы артефактора подыщу, вроде Майхера. Так в моей жизни появилась ещё какая-то цель, кроме поисков себя, а значит… Чешир прав, мне действительно помогли! От неожиданности я рассмеялся, и это заметили сидевшие на лавке неподалёку ведьмочка и котофей.

– Чешир, ты был прав на все сто, Антон Семёнович смог мне помочь! – я улыбнулся не менее лучезарно, чем фей-иллюзионист.

– А фенечка сработала? Ага, по глазам вижу, что сработала. – хмыкнула Китти, заметив акробатический финт лицом «Лу стало стыдно». – Ну, будет тебе урок, что не все, кто врут, делают это из пакостливости!

– Я знаю, что мы будем делать. Погнали, захватим Тёму, Дэна и в луна-парк!

– И Дэна? Прямо с работы? – усмехнулся Чешир.

– А что?! Наколдуешь вместо него двойника с табличкой «Трактирщикозаменитель»! А потом я отправлюсь… – я заговорщицки понизил голос, – на встречу с Судьбой! Разумный фатализм спасёт меня от хандры! Поэтому условимся, что я жду ещё одну… Нет! Две авроры, и только после этого продолжу поиски своего дара, если всё не случится само собой!

– Смотри-ка, хорошо мыслишь! – рассмеялась Китти, указывая на небо, на котором начали появляться сияющие фиолетовые ленты первого из двух ожидаемых сияний. А я воспринял это как однозначное обещание, что к следующей авроре всё точно получится!

Стас

Пока Лу боролся с грустью, я боролся с самокопанием за медвежью услугу, оказанную самому близкому человеку. Надо было что-то заподозрить, когда он забросил писательство после третьего рассказа! Но отошёл я быстро; накручивание себя ситуацию точно не исправит.

Пролистал профиль Маришки после нашего разговора; моя невеста пусть и не сказала о своих планах напрямую, но, глянув на репост «Лучших отелей Арабских Эмиратов для молодожёнов», я догадался о программе нашего медового месяца. И всё же меня грызли сомнения. Маришка не глядя записала серьёзную проблему, хандру моего брата, в раздел капризов, будет ли это повторяться? Смогу я убедить её в важности этих «капризов», или мне будет заявлено, что я, как всегда, заблуждаюсь? Из-за этого мысли о Дубае меня почему-то расстроили.

Чтобы развеяться, я переписывался с Танчиком. Подруга без вопросов пообещала помочь с погрузкой вещей, попутно намекнув на сюрприз: «Я те такое покажу, охренеешь!». [Что, так и написала?] Почти так, только менее цензурно.

Через пару часов я оказался в своей старой квартире в Москве, и это было целое испытание. Бывшая холостяцкая берлога встретила меня неожиданным запахом старости, низкими потрескавшимися потолками и другими напоминаниями о жизни, которую я ещё месяц назад считал нормальной. Как?!

Чтобы быстро прийти в себя, я решил умыться; повернул заржавевшую ручку крана, и поморщился, глядя на ползущую по стенке плесень. В зеркале в пластиковой оправе, под светом жёлтой лампочки на меня смотрело недовольное припухшее от усталости лицо. На самом деле спокойное, но свет падал неудачно.

В темном, словно чулан, коридоре даже не пахло очарованием «Чердака Дэна»; скорее намекало на неряшливость владельца жилища. Невольно я понял, почему Маришка сбежала; должно быть её, как и меня сейчас, напугала эта картина!

«Когда я только успел отвыкнуть от этого?!» – спросил я себя. Но мне действительно здесь больше не нравилось. В итоге я решил дождаться Танчика у входа в подъезд, но и там было не лучше: детскую площадку оккупировали две насупленные старухи в шерстяных пальто. Вместо пёстрых, почти тропических цветов, в клумбе угадывалась пара кустиков чахлых ромашек…

Отвернулся. За какие-то две недели я настолько привык к красивому и волшебному Китежу! Да и к непоседе Лу поблизости; кто ещё способен внезапно сорваться на поиски нового «Обалдительного Приключения»? Сначала мне хотелось, чтобы он вёл себя тихо, а теперь удивляюсь, как я столько лет в одиночестве прожил!

Тяжёлые мысли отступили вместе с прибытием грузовой машины, из которой выбралась довольная скульпторша, в любимой потёртой джинсе, и клетчатой шофёрской кепке.

– ЗДАРОВА!!! Стас, ну ты прям ваще посвежел! Китеж – тема, отвечаю! – подруга хлопнула меня по спине от всей широты души. – Тож на недельку смотаться, чо ль. Готовься, ща будет ржомба. ГАЛЯ ВЫЛАЗЬ!

– Иду, голуба!

Грузовичок качнулся, и я во все глаза вытаращился на «Галю». Голос – самый обычный старушечий. Одета в халат в «турецкий горошек», голову украшал платок. Но Галя была… СТАТУЕЙ! Живой и подвижной, если бы не мраморные бельма глаз, её было бы легко спутать с человеком в гриме!

– Значт, знакомься: Галя! Полностью – Галатея Буратиновна! – Танчик гордо и любяще приобняла мраморную старушку за плечо. – Живая, бошк варит, дай Бог каждому, самая лучшая бабуся со стальными нервами! Моя последняя муза, ток хрена лысого я её кому отдам!

– Тань, так ты тоже одарённая? Обалдеть! – за неимением Лу поблизости, я сам восхитился этому чуду, и на душе заметно посветлело!

Попав в квартиру, Танчик осмотрела моё бывшее место проживания, и присвистнула.

– Кучеряво живёшь, щас такие шторки – хренический винтаж!

– Вот такого жениха тебе надо бы, Танюшенька, сразу видно, зажиточный молодой человек! – отреагировала её спутница. Я покраснел от смущения.

– Бабусь, позже перетрём, ты ж его впервые видишь! – ляпнула Танчик, закатив глаза. Воображение тут же подбросило мне образ скульпторши в белой свадебной косухе, и наш обмен кольцами под нежные переливы «Рамштайна»… Но портить хорошую дружбу романтикой мы, чувствую, не хотели оба.

– Хорошего человека сразу видно, а я внуков жду! – заявила мраморная старушка. – Ну да ничего, дело молодое, как говорится.

– Тань, а как вообще так вышло? – я повернулся к подруге, указывая взглядом на её каменную бабушку.

– Так! Ты показывай, чё грузить будем, а я тя загружу историей про Галю! Ты мои работы знаешь, кому говорю, ты ж их сам в базу вбивал тыщу раз. А тут мне и заказывает один. Грит, Татьяна Батьковна, а заделай-ка мне древнегреческую музу! Ну типа ща у богатеев тренд, каждому приличному дому – стату́я от Эрнест. Помнишь Герострату? Вот эт она начала! Ну ОК, ты ж меня знаешь… так, эту бандуру берёшь, не?

Я немного сбился с мысли; Танчик потрясла у меня перед носом железным бидоном. Секунду я пытался сообразить, откуда он у меня, но потом помотал головой.

– А чё, хорошая. Ну, тип, короче! Образ у меня слепился сразу! Бабу Киру помнишь?

– Это та старушка – божий одуванчик из продуктового?

– Она самая. Ей и вдохновилась! Дальше картина маслом по Берлиозу: бошк еёшный я выточила, смотрю: красотенищще!

Я рассмеялся, вспоминая свою борьбу за чистоту речи Лу. Но в чём он прав, что его «обалдительные» словечки здорово поднимают настроение. И не только его!

– Ну чё ржёшь, глянь сам, баб-Кира! И тут этот самый бошк мраморный со мной ка-ак заговорит! Из меня сперепугу, в натуре, целый Рэдиссон вылетел! Пятизвёздочный и многоэтажный. Не ну чё ты ржёшь, а? Шо сторож от пальца прикуривает, мне параллельно, но себе такого… кхм. Северно-пушного я не ожидала! Короче, поговорила с этим Доуэлем, в смысле с башкой, долго говорила. Стрёмно было Галатею свою допинывать, а то сегодня баба Кира, завтра – кирдык-бабай! Но забить тож такое себе. Посидела, репу почесала… свою, а не каменную, ес чё. Вспомнила брательника твоего, крутой пацан, реально! Как мы все похоронными соплями уливались, а он пришёл, и всё! Донт ворри би хэппи! Ну и решила – прорвёмся. И допинала музу. Кстати, реально муза, она прям советы советовала, а когда ей руки слепила, прикинь? Помогать начала!

– В смысле, сама себя вытачивать?

– Ага! Прикол, да?! Вообще думала, ща по пальцу тюпнет и каюк, но нет, на ней… Галь, куда ты этот хлам прёшь! Хлам же, да, Стас?

Я всмотрелся в бабульку с толстой кипой журналов. Вспомнить, откуда у меня это, удалось тоже не сразу. Часть мусора мне презентовали с покупкой квартиры от всей широты души со словами «захочешь – выкинешь», только рука не поднималась. Наоборот, своего добавил!

– Там подшивки «Дачника» с семидесятых по нулевые, хозяйка презентовала…

– Во, слышала?!

– Тем более заберу, Танюш! Это же бесценная литература! – отреагировала помощница. Я улыбнулся, глядя, как кучка «полезных вещей» для удовлетворения инстинкта Плюшкина у Галатеи медленно, но верно растёт.

– Так вот, на ней любая трещина заживает, шо твоя царапина! Но руку ей отламывать не стала, не по-людски это. Так что перед заказчиком расшаркнулась, аванс вернула, всё по чесноку! А наши от восторга орут! Галю заценили, просят ещё кого-нибудь, это ж, блин, ИИ!

– Интеллигентный Индивид! – расшифровала мраморная старушка, поучительно поднимая вверх палец.

– Вот сто процентов! Сбылась хотелка фантастов о роботах, моими граблями! Но я решила, лесом. Потому что лан эта Буратина меня с полуслова понимает, что я прост со всеми так, а прикинь реально Мальвину запилить?! Которая будет гундеть в трубочку, «не так ложку держишь, не той рукой и не за ту сторону»!

– Любую Мальвину, Танюшка, перевоспитать можно! – парировала Галя.

– Розовые очки сними, ба! Ремнём стату́ю по жопе это для извращенцев. Так шо каменные цветки всякие – эт пожалуйста. А людёв – звиняюсь, лавочка прикрылась, мастер ещё не расхренел на продолжение банкета! Но вообще Галя молодец, а пирожки печёт, у-у-у! Реальная бабуля! Ес какие тараканы имеются, то старческие, все в тему, я прям тащусь! А как пойму, как лишних дров не ломать, вернусь к музам.

– Тань, у нас уже хорошая база одарённых собралась, помогу тебе! – я достал телефон, но не успел войти в сеть Китежградской Коллегии Одарённых, как на балконе раздался какой-то грохот.

– Галь, ты? – поинтересовалась Танчик, но так, для вида.

– А я чего, я ничего, может, домушники какие? – добрая каменная старушка вооружилась мухобойкой, а я подумал, что она одним подзатыльником в нокаут отправит. Но это были не домушники; в соседней комнате обнаружилась смеющаяся и очень знакомая компания из одного растрёпанного ребёнка и тощей рыжей девчонки.

– А я говорила тебе! Всё, ты мне проспорил, с тебя торт! – Настя устроила на голове моего брата ещё больший бардак. Что творилось внутри этой самой головы, я тем более не представлял, но в груди радостно ёкнуло: Лу закончил хандрить, и теперь искренне улыбался от уха до уха!

– Галя, расслабьтесь, это свои. – кивнул я старушке. – Вы как сюда попали?

– У Лу нашлось кое-что волшебное! – рыжая ведьмочка стряхнула с лица непослушную прядку. – Фейский ключик вам как, презентовали? А он и правда любые двери открывает, куда захочешь! Ещё и многоразово, моя отопри-трава после второй двери в гербарий превращается.

– Эт чё, вы телепортацию освоили? – загоготала Танчик.

– Агась! Искали личный дар этого вот товарища, а Чешир нам: «Это фейская магия, у вас не получится!» Но мы же упёртые! Всё, проспорил котофей ключик, сейчас позвоню, обрадую! – Настя застучала пальцем по экрану телефона.

Переезд внезапно перетёк в чаепитие; Лу предсказуемо пребывал в восторге от Гали, и предложил Танчику множество идей, как безопасно проверить свой дар. Успех с ключом его не вдохновил, но хандра отступила, и это главное! Пока Танчик в красках и выражениях расписывала последние новости Москвы, я, не кривя душой, поблагодарил ведьмочку. А она только подмигнула:

– Ерунда, Стас. Такие солнышки, как Лу, должны сиять всему миру, это лучше любых фокусов!

Выносливая, сильная, неконфликтная Галя, относившаяся к нам, как к любимым внучатам, оказалась просто находкой! С ней мы загрузили машину в рекордные сроки, а раз Лу тоже занесло в Москву, я решил, что можно и прогуляться, посмотреть, какие перемены принесло Чудо городу, которому я отдал почти десять лет жизни.

Москва тоже поменялась, хотя до Китежа ей было далеко, но рекламный щит над торговым центром зазывал на эксклюзивную коллекцию эльфийской бижутерии. Метро дополнило список правил поведения в вагоне просьбой прятать крылья, а Лу был в восторге от новой социальной рекламы, где прохожий приветливо отнёсся к «злой ведьме», а та превратилась в «добрую волшебницу». Наше дело жило, нам отовсюду напоминали, что доброта к незнакомцам вознаграждается взаимностью.

В МКХ тоже нашёлся мастер-иллюзионист, и евроремонт сменил органичный и родной советский ампир. Вахтёр кивнул нам, и вернулся к чтению газеты. Пока Лу обсуждал с ним, умеет ли он что-то кроме прикуривания от пальца, я заглянул в театральный уголок, где шло выступление. Маришки не было ни в центре сцены, ни в кресле режиссёра, а в других местах её быть не могло. Жаль, я очень хотел повидаться с ней вживую, была вещь, которую я не мог уточнить по телефону. Вместо Маришки я встретил Евгению: дочь шефа выглядела веселее и увереннее, чем в первый день своего появления.

– Стас, здравствуй! Рада тебя видеть! – улыбнулась она. – Папа хотел прилететь к вам на днях, но может вы сейчас к нему сами заглянете?

– Почему бы и… да? – я ответил улыбкой. Уверен, Лу будет счастлив снова встретиться вживую с нашим начальником. А Цепин – повидать моего брата, спасшего дело всей его жизни.

Евгения распахнула двери директорского кабинета перед нами, и мы увидели у окна основателя Московской Коллегии Художников. Марк Абрамович заметно помолодел, больше пятидесяти ему я бы не дал! Седина превратилась в эффектный серебряный налёт, в тёмно-карих глазах плескалась непонятная сила, а бледная кожа разгладила морщины. Тёмно-синий костюм сменился чёрным, с бордовым галстуком и серой рубашкой. «Он – вампир?» – промелькнула маленькая трусливая мысль. Промелькнула и угасла; я бы испугался, если бы не знал о невысказываемом, но строго соблюдаемом «правиле о перемирии» между всеми паранормалами. А шеф окинул нас взглядом, и вежливо кивнул.

– Здравствуйте, Лу, Станислав. Право, не ожидал, что мы пересечёмся с вами так скоро, но искренне рад этому, знаете ли! Вы, так сказать, вдохнули новую жизнь в Коллегию, идейно её продолжили! Как дела ваши? Насколько знаю, вы успели хорошо проявить себя на «Летней ночи».

В памяти всплыло завершающее выступление королев бала, которые пусть и не упомянули нас прямо, но все наши знакомые знали, кем были те «люди», что очаровали фей Китежа до глубины души.

– Спасибо, Марк Абрамович, всё хорошо. Как здоровье? – осторожно поинтересовался я. Начальник душевно рассмеялся.

– Не стесняйся, Станислав, скажи уж прямо, вас с Лу тоже интересует, как я вернулся к жизни, хотя был готов отправиться в мир иной!

Мы переглянулись с Евгенией, которая просигналила бровями: «не бойтесь», а Лу прыснул в кулак; может, он и перебрасывал нашему шефу мемы между делом [А что? Он нормальный дядька с чувством юмора, просто чуть старше!], но историю чудесного исцеления Цепин не раскрывал.

Начальник, похоже, сам не знал, как сказать, это чувствовалось! Удивительно, такой старый и мудрый, а смущался… совсем как я. И всё же он решился. Прикрыл глаза, и на мгновение что-то в его облике неуловимо поменялось. Когда я снова сфокусировал взгляд, то увидел, что вместо знакомого человека…

– Так будет проще. Я – дракон. Чёрный дракон, если точнее.

Мы с Лу зачарованно таращились на драконью морду, покрытую чёрной блестящей чешуёй, в которой неуловимо угадывалось странное сходство с начальником; это ещё круче, чем оборотни! Какого-то страха или отвращения ящер не вызывал; в сочетании с человеческими очертаниями тела, дракон [Драконид! Таких человекообразных драконов называют драконидами, поверь моему опыту!] больше походил на персонажа компьютерных игр, чем на кровожадного ящера из средневековых баллад. «Теперь всё правильно» – подумали мы с Лу синхронно, но потом я всё же удивился; правильно или нет, но такого фокуса от Цепина я не ожидал!

– А разве драконы – не крылатые динозавры? – ляпнул мелкий, в своей детской смелости подойдя поближе к начальнику. Нас смерили спокойным взглядом ярко-жёлтых глаз.

– Как видите. Драконов сравнительно мало, за всё время я встретил буквально пару собратьев. В подавляющем большинстве миров драконы пользуются гуманоидной формой, и в этом мире я сомневаюсь, что облик… – дракон не выдержал, и улыбнулся. – крылатого динозавра будет мне полезен.

– В смысле? А летать, вы же сказали, что прилетите, не на самолёте же? И вот… так? И не боитесь? Точнее, вас не боятся? – я умолк, понимая, что от волнения путаюсь в словах. Шеф усмехнулся, и через мгновение снова стал человеком. Почти, потому что за спиной у него развернулись знакомые чёрные чешуйчатые крылья. Кивнув нашей реакции, он свернул их обратно.

Я в который раз ничего не понимал; пожилой джентльмен с чёрными драконьими крыльями выглядел эффектно, но не страшно, и… почему я не могу отвязаться от странной мысли, что это было гармонично? Как будто я всегда знал, что начальником Коллегии мог быть только дракон, и никто иной, и теперь успокоился, что всё наконец-то встало на свои места.

– Их можно вызвать в человеческом облике, и это, замечу, необходимость. Вместе с памятью и жизненной силой, ко мне вернулась забытая тоска по небу. Противовес, увы, есть у любого дара, драконы страдают без живого полёта.

Лу завистливо воздохнул. Его давняя мечта стала на порядок более реальной! Но… даже вампиры и оборотни утратили способность к инициации, а у драконов такого и вовсе не было. Счастливая детская улыбка завяла, Марк Абрамович это, конечно, проигнорировать не мог.

– Что с тобой, Лу, ты расстроен?

Опустив неудобные моменты, я пересказал историю поисков братом своего личного дара, заканчивая вердиктом королев китежградских фей. Цепин недовольно нахмурился.

– Лу, прости, но это даже не вымысел, а чистый бред двух недальновидных особ. У тебя определённо есть дар, говорю, как начальник самого большого объединения для молодых талантов бывшего Советского Союза. Ты способен на большее, чем простые фокусы, и широко пользуешься своими способностями, понимаешь? Я в очередной раз убеждаюсь, что был прав, назначив вас со Станиславом руководителями филиала для магически одарённых. Ты даришь свет всем вокруг, это важнее любых фокусов.

Я говорил брату почти то же самое, но наш шеф обладал бо́льшим авторитетом. Лу посмотрел на Цепина с недоверием и робкой надеждой, но так и не возразил, как возражал мне. И не только мне, ему ВЕСЬ КИТЕЖ говорит одно и то же! А мелкий до сих пор, очертя голову, гонится за «фокусами»! Но Цепин – живая легенда, у него репутация человека, способного определить гениального творца в толпе, и эта байка не очень далека от истины. Полагаю, одарённых волшебством он тоже умеет опознавать. Шестым чувством я понял, что Лу пришёл к тому же выводу, и угроза очередной хандры прошла так же внезапно, как и появилась.

– Я читал ваш отчёт, и даю вам полный карт-бланш на любые действия, можете считать, что в Китеже вы главнее меня. Но есть вопрос, который я был бы рад, чтобы вы решили. Нужно заручиться поддержкой Академии, как возможных инициаторов Чуда. Меня Послы игнорируют, понимаете ли! – Цепин немного нахмурился, и я понимаю почему; неприятно наблюдать открытый игнор тех, кто имеет самую полную информацию о Чуде. [Эй, это я должен был сказать, я у нас конспиролог со стажем!] А я – брат конспиролога со стажем, мне можно, бе-бе-бе!

Шутки шутками, но задачу перед нами поставили серьёзную, и почти невыполнимую, в духе… кхм. Драконовых порядков, какими наш начальник всегда славился.

Лу

Маришка приедет сегодня якобы поддержать моего якобы никчёмного брата в якобы трагедии в лице шефства над Китежградской Коллегии. Не верю ей! Стас тоже, но кажется, он убеждён, что его невеста просто соизволила оказать ему честь сделать ей предложение… Я только порадовался, что он вспомнил, что тоже живой человек, но почему рядом с этой любительницей ёжиков он обратно тупеет?!

А мы подготовились! Спасибо Чеширу, гостиная превратилась в кошмарно романтическую сцену, хотя от стульев в виде лебедей я до сих пор ржу в голос, это стало нашим локальным мемом. Стас превратился в… не знаю кого. И не знаю, каким словом можно назвать всю эту беготню вокруг трёх галстуков, обидок, что они одинаковые, обсуждения меню, ещё раз обидок, что его ненаглядную фею будет с этого феерически пучить [Лу?!] А что?! Она современная леди на современной диете, ей нельзя глютен, пурген, сахарозу, лактозу, мясное, солёное, горячее и съедобное! Братишка понял, что от роллов не отвертеться, психанул, позвонил Чеширу, случайно попал к Китти, со второй попытки дозвонился до Чешира, и наконец-то сел успокаиваться, потому что наш котофей подметил, что в таком состоянии Стас и правда похож на ёжика. Реактивного. Всё это уместилось между СМСкой «Ёжик, я отправляюсь в Китеж, буду к 17:00» и СМСкой: «Ёжик, я подъезжаю к твоему дому на такси, приводи себя в счастливое предвкушение!».

Я уважаю Стаса, поэтому не говорю при нём о Маришке плохо, но сейчас, так же из уважения, скажу, что она меня раздражает! Самый лучший в мире старший брат теряет с ней всё самоуважение, а она только лыбится фальшиво. Примерно это я обсуждал с Настей, вызванной с целью «сдерживать мои порывы», потому что Стас слишком хотел провести всё идеально, а я мешался.

– Говорят, в каждой женщине спит ангел и ведьма, но, судя по всему, Стас разбудил птичку-мозгоклюйку. – подвела итог ведьмочка, передавая мне театральный бинокль для наблюдения за Стасом. Мой брат суетился внизу в смокинге, ссылку на который Маришка красноречиво репостнула в своём инстаблоге.

– Сначала мне она показалась просто приторной, но ладно, сам паясничать люблю. – признался я. – Но Стас с ней сам не свой. Требует, чтобы я вёл себя прилично, даже одеться уговорил, видишь?!

Китти окинула взглядом мою голубую рубашку с галстуком-бабочкой, и подняла взгляд ещё выше. На голове, в честь приезда высокой гостьи, царил откровенно невразумительный порядок! Да и гладкий подбородок омолодил меня лет на пять-шесть.

– М-дэ. То есть, эта тётка будет дрессировать вас? – ведьмочка поморщилась, да и я тоже. – Лу, ты, может, и давал обещание, но про меня речи не шло. Подправлю сценарий вашей трагикомедии? Сегодня в репертуаре: добрая фея против злой ведьмы!

Мне это пришлось по душе. Стас, конечно, упросил Настю побыть для меня «нянькой»… а может, он сам ждал, что подруга сорвёт предохранители с чувства собственной вредности, и сорвёт шоу?

– Ни один театр не устоит перед старой доброй ультрабольной фантазией! Главное, что бы ни случилось – не лезь, я всё сделаю! – невинно улыбнулась девушка, но развивать тему не стала, – О, а это не её лимузин?

Чего не ожидал, так это что в китежградском таксопарке окажется свадебный белый лимузин. Стас, похоже, тоже. Шарики и кольца на крыше семафорили: свиданка закончится ЗАГСом! Стас подбежал к двери машины, но почему-то развернулся. Через пару минут брат поднялся один, волнующийся, как перед экзаменом.

– А где наша дражайшая фея Драже? – подняла бровь Китти.

– Просила занять места, скоро поднимется. А вы садитесь в сторону, молча. Будете болтать – головы поотрываю!

– Лу, как насчёт чипсов? Люблю чем-нибудь похрустеть в театре. – невинно улыбнулась девушка. Стас раскорячил показательно-суровое лицо, мы впечатлились, и заняли свои места в партере.

Двери в квартиру распахнулись, и перед нами появилась Маришка, Собственной Персоной. Торжественно она прошлась по коридору, посылая нам воздушные поцелуи и провозгласила:

– Я счастлива видеть, что мои любимые ёжики наконец-то обрели достойное жилище! А это, полагаю, ваша коллега, не иначе?

– Что-то типа того! Китти! – Настя помахала ручкой. Гостья слащаво улыбнулась.

– Маришка, просто Маришка, но, как к будущей начальнице можно попрактиковаться выучить полное имя – Нилова Марина Александровна…

– Э, какая такая «начальница»?! – я был готов пробить макушкой потолок, но был остановлен тяжёлым взглядом брата. – Прости, Стас.

– Милые, неужели вы такие наивные? Думали, наш замечательный начальник просто так скажет вам «делайте, что хотите», и бросит на произвол судьбы? Он слишком дорожит вами, мои хорошие, поэтому послал в награду за ваши труды меня. Я расскажу, как правильно управлять корпорацией вроде Коллегии, и как сделать всё красиво и изящно, чтобы ни одна вредная бумажка с казённой печатью не стала косой Мрачного Жнеца, а штат работал безупречно, как актёры, играющие бессмертные шедевры!

– Кстати, мой любимый шедевр – «Макбет»! Играли такой? – подала голос непосредственная Настя. Многие знают о пьесе, название которой произносить на сцене – плохая примета у театралов, но Стас шпильки не заметил. Маришку перекосило, в смысле нам улыбнулись от уха до уха.

– У вас хороший вкус, милочка. Я много раз играла главную героиню «Пьесы Барда», но к делу это не относится, учитесь такту, если не хотите быть осмеянными. Ёжик, ты же подтвердишь нашим дорогим зрителям, что мы давно обо всём договорились?

Стас пребывал в таком шоке, что пробубнил что-то неразборчивое, но узурпаторшу это устроило, и она победно кивнула в нашу сторону.

«Стаса нужно спасать, но как?!» – думал я, глядя как братишка блистает альтернативной гениальностью под маникюром своей будущей невесты. Волнуется… но правила этикета соблюдает, достал платок для протирания лба, посмотрел на меня, но поднялся, и пошёл к мини-бару за роллами. Пробубнил: «Мариш, скажи…?», получил в ответ классическую улыбку. Крепись, братиш, когда она уйдёт, я накормлю тебя самой вкусной пиццей, какую только умею готовить!

– Ёженька, позволь, я покажу тебе, как нужно есть палочками, ты снова всё испортил! – Маришка пыталась учить Стаса, который за месяц так и не приступил к постиганию искусства поедания рыбно-рисовых шариков. Не до того было!

– Разве их не едят руками? – Стас молодец, проявляет характер, не сидит в послушной массовке!

– Малыш, когда мы поедем с тобой в Японию, не делись такими мыслями, чтобы не опозориться перед местными.

Китти смотрела с непонятным напряжением, а когда я пытался ей намекнуть, что пора бы «злой ведьме» выйти на сцену, только семафорила бровями: «рано, пока рано!».

– Мариш, скоро у нас всё изменится, может, скажем Лу…

– Ёженька, я абсолютно ясно вижу, что твой миленький братик счастлив и доволен жизнью, и даже выглядит, как благородное дитя из приличной семьи, чего ещё не хватает для счастья, согласен ли ты со мной? Впрочем, это риторический вопрос, конечно же согласен.

Я почувствовал, как закипаю, но молча глотать сомнительные Маришкины комплименты не хотел.

– Ста-ас? Мы ведь не на кухне, да? – сделал я маленький намёк. В ответ получил взгляд, в теории говорящий: «сорвёшь свиданку – получишь по шее!». На практике вышло «Я не врубаюсь, зачем надо мной так изгаляются, но не порти настроение ещё больше, очень тебя прошу!».

– Знай же, милый, я очень горда тобой. Ещё недавно ты был никем: маленький человечек, робко выглядывающий из-за компьютера, но стоило мне тебя увидеть, выходящего из кабинета нашего начальника в день, когда ты едва не стал моим коллегой, я поняла: вот он, мой неогранённый бриллиант, мой ключ к счастливой жизни, которой я достойна! Мой священный долг – направить тебя к своему призванию, красоте и пользе, признайся, ты счастлив, что у тебя есть я, ведь бриллианты – лучшие друзья девушек.

Глубокий вдох, и пошла музыкальная пауза из любимого сценического репертуара:

О, Себастьян, мой ангел снов чудесных,

На всё готова, только лишь поверь!

Слог тысячи молитв одною песней,

И было бы чего чудесней,

Чем знать, что нежным взором

Был обуздан этот дикий зверь…

«А акустика здесь и правда театральная», – подумал я, замечая, как звук раскатывается по холлу. Маришка чувствовала себя в своей стихии: кружилась в танце по всей гостиной, бросая взгляды и обольстительные жесты в сторону Стаса, а мы смотрели шоу. Кстати, «Станислав» спокойно заменил бы «Себастьяна» в арии, размер тот же, но прима этого сделать не захотела.

– Это случайно не та пьеса, где одна циркачка охмурила короля, а потом отрезала ему голову во сне? – подала голос Китти, но актриса снисходительно покачала пальчиком, и картинно присела на кресло. – А что-нибудь повеселее исполняете?

– В моём репертуаре есть всё, от плача безутешной вдовы до невинного детского смеха! – ответствовала актриса, заглотив наживку. А Настя подмигнула мне, и холл наполнился не таким чистым, но намного более живым голоском:

Можешь на любовь не ответить,

Обмануть мои сны,

Только не забудь, что на свете,

Есть ещё колдуны…

«Я тебя давно опоила колдовскою травой, где бы ты ни бегал, да что бы ты ни делал, всё равно ты будешь мой»… – это продолжил я, и мысленно, потому что Маришка отказалась подхватывать музыкальную эстафету. Стас посмотрел на принесённое гостьей вино, затем на невесту, и вспомнил, что терпеть не может алкоголь! Чтобы мой влюблённый в ретро братишка и не знал этой песни?!

– Посмотрим же правде в глаза, в этом – самая большая беда наших дней. Бедные запутавшиеся люди гонятся за выдумками, забывая, кто они есть на самом деле, и где их место. – Маришка с намёком покосилась на запястье, на котором болталась пара плетёных браслетиков.

– Вот как? А может, мы наконец-то смыли старый грим, и стали собой? – ведьма хитро прищурилась, накаляя обстановку.

– Не будь этого катаклизма…

– Чуда! – это уже я не вытерпел, но меня хронически вымораживает, когда пытаются очернить лучшее, что случалось в этом веку! Настя одарила меня ласковым успокаивающим подзатыльником.

– …я по-прежнему оставалась бы успешной леди во главе самой значимой в стране творческой компании, открывающей миру новые таланты.

– Мариш, ты сама помнишь, что Марк Абрамович выжил только благодаря Чуду. – Стас продолжил подавать признаки жизни. – Если бы не дар, он бы умер от инфаркта.

– Ёженька, не будь наивным ребёнком, мы живём в двадцать первом веке! Если у тебя достаточно денег и влияния, хирург пересадит тебе даже своё собственное сердце! Или ты тоже отуманен сказками, и перечеркнул для себя все достижения людей?

Я заметил, что Стас заметно напрягся, но гостья даже под фарфоровой маски кошечки выглядела, в лучшем случае, львом-людоедом. Ещё и с любимой гримаской: «Либо я права, либо ты дурачок».

– Ёженька, милый, мне та-ак тебя жаль! Я плачу по ночам от жалости, но ты – лишь наивный мальчик, которого закружило в безжалостном вихре безумия! – Маришка начала очередное представление, в этот раз просто кружась по комнате, и жестикулируя. – Мир так жесток и обманчив, тихий попутчик жаждет испить твоей крови, а родной братик готов коварно принести в жертву ради собственных детских капризов! Но не предавайся панике, ибо выход есть! Тебе нужна твёрдая рука той, кто направит тебя на путь истинный, к своему предназначению, красоте и пользе! И я счастлива стать этой рукой, таков мой тяжкий крест, который я понесу без ропота, во имя своей любви!

Стас пребывал в апофигее от цирка, который перед ним раскручивался, а Маришка продолжала гримасничать, трагически заламывать руки, и играть интонациями:

– Красота не вечна, сидячая работа и возраст скоро подточат твою чудесную фигуру Аполлона, сделают тело дряблым и беспомощным. Хорошая работа не панацея, ибо все мы понимаем: в нашем жестоком мире сегодня ты в короне, завтра – выпрашиваешь подаяние у стен собственного дворца. Родители не бессмертны, и близится прощание, а Маленький Ёжик тоже найдёт свой билет в реальную жизнь, и покинет тебя… Но произнеси то, что должно быть произнесено, и эхом откликнусь я, под музыку твоего безгранично любящего сердца прошептав: «Я согласна»!

Цирк закончился, но Маришка, продолжая улыбаться, протянула из клатча бумажный конвертик Стасу. Тот посмотрел на неё неожиданно холодным взглядом.

– Что это?

– Карта. Карта к моему сердцу! Милый Ёженька, я ждала долго, целых два года.

– Ты сама пресекала все попытки сделать тебе предложение.

– …но ты вероломно не замечал моих подсказок, посему я готова пойти на маленькое преступление перед красотой, и вручить тебе одну из них прямо сейчас. Разверни же её, и встань на путь к правильному счастью!

– Нет. Марина, я отказываюсь решать этот ребус.

– Фу, какой ты скучный, Ёженька, правильно отвечают так: «Конечно, любимая, мне в радость исполнять твою волю!». Ничего, я обязательно отучу тебя от инакомыслия. – противно осклабилась белобрысая заразочка.

Я только собрался открыть рот, и высказать всё, что у меня накипело, как Настя неожиданно больно ударила меня кулачком в бок, а потом ещё и рот персиком заткнула. Мой маневр не остался незамеченным.

– Милый малыш, когда-нибудь в твоём сердце тоже расцветёт неведомое раннее светлое чувство любви, и ты поймёшь… – что именно я должен был понять, не знаю и не хочу знать, но публика такой в край опошлевшей игры больше не выносила.

– Довольно. Марина, мы расстаёмся. – мрачный Стас окончательно сбросил с себя роль массовки, и встал из-за стола. Элитный пиджак, выбранный Маришкой, отлетел в сторону, как тряпка, а любимая бледно-зелёная рубашка выглядела почти, как знамя борца за свою свободу.

– Нам определённо нужно посетить семейного психотерапевта перед…

– Посещай его сама, без меня. Прощай. – Стас пододвинул к ней бутылку вина.

– От подарков не отказываются, как и от лучших предложений…

– Предложений? Ты только что дала понять, что хочешь сделать меня своей игрушкой! Как я не замечал этого?!

– Любовь – это доверие и покорность, мой глупенький, я проявляла поистине ангельское терпение, два года ожидания…

– Хватит. Уходи.

Актриса одарила нас всех особо ледяным взглядом в сочетании с неизменной фальшивой улыбкой, превращавшим милый образ Мэрилин Монро в неприятную пародию.

– Я буду ждать извинений, мой любимый, всему есть предел, даже моему великодушию. – с этими словами возмущённая узурпаторша направилась к двери; Стас проигнорировал кавалерскую обязанность открыть дверь перед дамой, так что она сделала это сама, но развернулась, по-театральному провозгласив прощальную фразу: – Любовь всегда побеждает, победит и сейчас.

– Смотри, не навернись на лестнице! – крикнула Настя, и сделала знакомый жест в коридор. Теперь он ТОЧНО показался мне неприличным! Дверь пришла в движение, выпихнув гостью из квартиры, и довольно щёлкнула замком.

Немая сцена. Я вне себя, зато Стас уравновесил это, в себе же замкнувшись. А что тут сказать?! Что в нашей жизни больше не будет никакой Маришки, я и так знал, а… всё равно внутри всё кипело и бурлило!

Сделать в этом состоянии я мог только одно: помочь брату, который всё ещё стоял, уставившись в одну точку, и даже не двигался. Просто подошёл к нему, и молча стиснул в самых крепких объятиях. Когда я был маленький, мне такое помогало, а ему?!

Кажется, помогло. Спустя целую вечность, когда мы оба относительно ожили, Стас подошёл к лежащему у стенки пиджаку, и достал из кармана… нет, не платок для промокания лба. В кармане лежал ещё и маленький разорванный плетёный браслетик…

Какое-то время мы все молчали. Втроём: Китти никто не гнал, но и утешать нас она не спешила, за что ей спасибо. Маришка раздразнила меня, и теперь я был готов принять в штыки даже помощь лучшей подруги.

– Лу, я выскажусь, хорошо? – наконец, проговорил брат. Я кивнул, и он начал свою исповедь.

– Наши встречи с Маришкой всегда были такими. Я чувствовал себя беззащитным и никчёмным, она меня постоянно в этом убеждала, потому что… не знаю почему, на самом деле. Говорила, что я не понимаю настоящей романтики, я ей верил. Она часто говорила то, что было верным логически, так я привык слушать её, а не себя. Зато был счастлив, что меня любят вопреки моим недостаткам, о которых она не давала забыть.

– Кажется, не только тобой она вертит, вспомнить Коллегию… – проворчал я.

– Верно. Планы на Коллегию у Марины всегда были, но шеф постоянно подчёркивал, что в качестве наследницы её не видит. Поэтому МКХ почти развалилась, когда Цепина увезли в реанимацию, а на его место пришла ничего не понимающая Евгения. Но свалить всё на свою дочь было проще, чем поступить… логично! А потом случилось Чудо, и шеф внезапно ожил. Говорил он ей о своей драконьей природе или нет, не знаю. Но Марина поняла, что здесь ловить больше нечего.

– Но у неё оставался ты. – заметила Китти.

– Оставался. Во мне она любила перспективы, сначала потенциального начальника МКХ, потом – Китежградского филиала. Она разглядела во мне спящее лидерское начало, поняла, что я всё же соглашусь на эту роль, но прививала мысль, что без неё я не справлюсь. Она была для меня непререкаемым авторитетом, с ней я разучился верить себе. И даже огрызался, когда мне кто-то на это указывал.

– …и тогда на сцену вышла я! Лу, представь: одна незнакомая девчонка помогает просто потому что хочет и может. Задним умом было додумано, что я не кусаюсь, и в итоге мне доверились. Это был наш секрет, прости, даже от тебя.

– Я попросил Настю помочь вынудить Марину раскрыть карты. Что меня беспокоит, интуиция или паранойя? Мне сплели «Правдоруб», в тот же день, что и тебе, на вокзале. Когда она сказала, как он действует, я уже понял, что Маришку переклинит.

Я понимающе кивнул. Доброжелательного психиатра Правдоруб раскрутил всего лишь на разговор по душам… Грим Стервеллы въелся слишком сильно, чтобы перед нами появилась злобная манипуляторша.

– Когда Маришку переклинило, я сразу всё понял. Даже больше, я понял, что это было каждую нашу встречу, просто не так явно!

– А вино, оно в самом деле отравлено? – поинтересовался я, глядя на Китти, вспомнившую песню про «колдовскую траву». Стас помотал головой.

– Лу, ты меня знаешь, от её вин я пьянею и ещё больше тупею! Но чуть что – «от подарков не отказываются». Так меня и спаивала. «Воспитывала вкус». Хватит, устал от этой дряни.

– И… что делать теперь будем? – я удержался от уточнения, «дрянь» – алкоголь или Маришка, мысленно себе ответив, что и то и другое.

– Жить. Просто жить дальше.

– Марина идёт лесом, тем более что от маленькой пакости я не удержалась. – хитро подмигнула Китти.

– На лестнице навернётся?

– Угу, карьерной! Моралью я в её сторону не страдаю, а некоторым старым драконам будет интересно послушать, что на уме у пригретой «первой леди». Я же говорила про некоторые фокусы? А ты телефон у меня в руках заметил?

– Неа… – я обалдело хлопал глазами, понимая, что Настя беспалевно снимала всё это на видео, а я… понял это только сейчас! От этой мысли случился немного апофигистический хихик, перешедший в истерику, и закончившуюся облегчением!

А вечером того же дня протрезвевшая от Правдоруба Маришка позвонила Стасу. Я впервые наблюдал, как братишка сбрасывает звонок. Спустя полчаса в мессенджере появилась целая россыпь кружков видеосообщений, также непросмотренных. Ещё через час – написан длинный и проникновенный монолог, размером с два моих рассказа… Чёрный список пополнился одной смазливой мордашкой.

Спектакль окончен. Хэппи-энд!

Глава 10. Обещание.

Стас

Когда я порвал отношения с Маришкой, стало легче! Думал, что помучаюсь от разбитого сердца, а вместо этого был на невероятном подъёме! И даже не стал спорить с Лу, когда он предложил, что меня «энерговампирили».

Состояние подъёма мне очень пригодилось на работе, когда случилась первая встреча более, чем с сотней новых коллег. Было интересно, но в какой-то момент я устал от вопросов уровня «я что-то могу, а что – пока не знаю», но со мной была хорошая поддержка – мой брат и наша «Первая леди» Настя. Дела были уложены в рекордные сроки, в лучших традициях Марка Абрамовича!

Другая важная работа, уже не начальника Коллегии, а будущего писателя, продолжилась на целую большую повесть с картинками, но почему-то завязла: вместо этого Лу проводил много времени, смотря в небо, ожидая авроры. Когда меня попросили оценить получившуюся повесть, я понял, что хандра возвращается.

– Чтобы остановить ведьму, задумавшую отомстить человечеству, герой заключает сделку с Матерью-Природой, и превращается в человека-растение. Спасает мир, скармливает ведьму её же боевым росянкам, а сам засыхает и умирает. – я посмотрел на брата, ожидавшего критику с деланным спокойствием. – Справедливо, но я бы предложил добавить больше реализма.

– То есть он должен проснуться в дурке, и узнать, что всё это были глюки? – огрызнулся брат, неприятно резанув по нервам.

– Не пессимизма, Лу. Реализма. Почему Природа не смогла спасти… – я снова сверился с планшетом, – офицера Клайтона, когда тот выполнил своё обещание? Это было ей под силу!

– Ага, а потом герой внезапно выигрывает в лотерею, обретает волшебный дар и до кучи ещё и писательский, чтобы срывать «Оскары» за все свои книги! – раздражённо пробубнил мелкий, закатив глаза.

– Хандришь.

– Угу.

– Что сегодня не так? У оборотней всё замечательно, твоими стараниями, весь мир ликует!

В памяти всплывали кадры подготовки к первому, после июньской грозы, полнолунию, которое очень пугало проснувшихся перевёртышей. В большинстве своём хорошие люди, о которых несправедливо судят по самым проблемным. Но я понимаю, почему Лу так проникся к ним симпатией, и помог ему в затее, не оглядываясь на скептиков. Выпросил у Цепина доступ к прямой трансляции в Останкино, где и была произнесена та самая судьбоносная речь. Кроме МКХ подключали Акеллу и сестёр-фей из Китежградского двора, которые едва не расплакались от умиления, когда Лу расписывал, почему нужно сделать это для перевёртышей.

Третье июля, до астрономического полнолуния – около часа, но все передачи были прерваны внезапной трансляцией. Эта речь была эмоциональной, непрофессиональной, переполненной просторечиями, и… действенной. Голос ребёнка, призывающий не бояться самих себя, был услышан, и, когда небо озарила идеально круглая Луна, оборотни, перевёртыши, ликантропы, вервольфы обратились, но… сохранили ясный разум! Главная причина страха перед ними была уничтожена у всего мира!

Вместе с этим по-другому стали смотреть и на других паранормалов; даже суровый и серьёзный ангел Михаил Юрьевич, присматривающий за нами, как за своими внуками, пришёл в офис к дьяволу-юристу с предложением мирно пересмотреть частный случай встречи противоположных лагерей Извечной войны.

Заслуженных лавров Лу благополучно избежал, для чего и требовалась помощь главволка, который со всей серьёзностью особиста задавил лишние инициативы телевизионщиков, осознавших прибыльность съёмок нового мирового героя. Алая и Белая соткали идеальную маскировку для всех остальных: провести параллель между красноречивым малолеткой и моим братом никто так и не догадался. Зато теперь нашими стараниями родилась ещё одна современная легенда: «Маленький Оратор».

Но сейчас Лу напомнил мне о том, что обещания надо выполнять, а не хранить в долгом ящике.

– Вот что, братиш, сегодня будем разбираться с очень важными делами! – сказал я ему. – Во-первых, твой дар, займусь этим вопросом уже сегодня, слишком долго тянул. А с тебя – выполнение твоих обещаний.

На меня посмотрели с недоверием, непониманием и робкой надеждой.

– Каких это? Булгаковцам я помог, насколько оказалось возможно, Айболиту тоже… или ты про что?

Лу действительно поставил эти вопросы перед Коллегией, как первую рабочую задачу. С вампирами всё оказалось просто: урождённые давно негласно покровительствовали медицине, и хранили секрет сыворотки, лечащей аллергию на солнце и жажду крови. Булгаковцам выдали стандартный контракт, но Фёдор Николаевич играючи переписал его, вычёркивая многолетнюю службу клану Витовта и его идеалам. Михаил Юрьевич, в свою очередь, доступно (и без мордобоя) объяснил возмущённому вампиру, что многодетная и не самая обеспеченная семья, случайно записанная в ряды детей Ночи, нуждается в поблажке. А вместо вассалов они получат куда больше – сделают серьёзный шаг к избавлению от ярлыка безжалостных кровососов. Сработало!

Айболиту дар не пробудили, но нашли двух талантливых артефакторов, семейную пару, делающую добрые и поучающие сны для детишек. Антон Семёнович был счастлив, и много времени корпел над сюжетами лечебных снов. Можно ли излечиться от душевного недуга за пару ночей? Теперь – да!

Но было ещё одно важное дело…

– Ты так и не выполнил обещание, которое дал самому себе. Напиши книгу, и всё получится, увидишь! Подсказать, как это сделать быстро?

Лу вопросительно посмотрел на меня: о чём речь?

– Смотри, у нас уже пара тысяч подписчиков в Коллегии, и все хотят знать «как жить свою Паранормальную Жизнь». А ещё у нас хватает знакомых, которые могут дать ответ на этот вопрос.

– То есть ты предлагаешь написать… учебник?!

– Да.

Лу задумался, но сразу отмахиваться не стал.

– Подумай! Витовт не только о вампирах расскажет, Дэна растрясёшь на что-то кроме античных анекдотов. Акелла с тобой многим делится, как ты его только разбалтываешь. Да ты за неделю книгу напишешь!

Ну да, перегнул палку, но мне хотелось поддержать братишку, который только вспылит, если я скажу ему, сколько времени уйдёт на эту работу. Сам поймёт, не глупый. А Лу понял, на несколько секунд выпав из реальности, но оценив мой жест доверия.

– Не, за неделю я это не напишу… – задумчиво протянул он, но на его лице снова расцветала знакомая упрямая улыбка. – Я напишу это за три дня!

Следующий рабочий день Лу начал внезапно рано, с восьми утра, собрав в антиконференц-зале компанию самых информированных для мозгового штурма. К слову, украшением он руководил сам, поэтому место для собрания совета директоров блестело жёлтыми обоями с узором из уточек, махровым ковром и яркими креслами-мешками. К моменту, когда я зашёл, у него собралась хорошая компания: начальник охраны, юрист, Алая леди и главволк. Как Лу умудрился вытащить их всех в такую рань – не знаю, но его упрямство затыкает за пояс любую магию.

– …так вот, о растениях! Феи могут вырастить и конфетные деревья, если найдут это достаточно милым и забавным! – рассказывала Алая леди, попивая свой чай. – Казалось бы, чего ещё для счастья надо? Но умудрённые опытом ши понимают, что кроме смеха есть и другие потребности, и нельзя этим пренебрегать…

– Братиш, боброутречка! Ты прав, мы уже почти набросали кучу всякого-разного для черновика! – Лу радостно помахал мне рукой с планшетом.

– Когда успел только. – рассмеялся я, но потом заметил странное поблёскивание стен, словно присыпанных блёстками. – Вы комнату заколдовали?

– Простейший фокус, милый, всего лишь маленькая договорённость со временем! – ответила пожилая фея. – Ты удивишься, если узнаешь, как долго мы уже беседуем!

Я посмотрел на часы: секундная стрелка подозрительно стояла на месте. Решил, что Лу в самом деле взрослый… хоть и ребёнок, поэтому ушёл к себе в кабинет довольный.

Как Цепину удаётся поддерживать порядок в Коллегии, я не понимаю! Каждый день творился настоящий бардак, в духе Лу. Сейчас Чешир, на правах дизайнера, учил наших мало-мальски опытных колдунов строительным фокусам, поэтому интерьер менялся по нескольку раз в день. [Так здорово же!] Может, и здорово, но выбивает из колеи. А прямо сейчас двое практикантов шумно спорили о цвете ягод винограда, растущего на потолке.

– Чешир, зайди на минутку? – сказал я их учителю.

– Шеф, если ты скажешь, что тебе не нравится падающий на голову виноград, я буду грустить до обеденного перерыва! – иллюзионист картинно прижал руки к груди, но улыбаться не переставал.

– Не в этом дело. Способа пробудить дар не обнаружилось?

Фэйри посерьёзнел, и задумался.

– Чего нет, того нет. Но Лу, как никто другой, близок к славе первооткрывателя.

– То есть, дар у него есть?

– Стас, кончай придуриваться, сам всё видишь! Алая и Белая могли круто сэкономить, просто пустив твоего братишку в парк и сказав «сделай нам обалдительно»! На Ивана Купалу они его, кстати, приглашали. Англия это красиво, но у нас корни даже поинтереснее будут! Так что пока Алая леди вещает о прекрасном, Белая и Настя готовят поляну. Готовься, скоро Интернет завалят фотки цветов папоротника. Некоторые моего авторства даже. Цветы, конечно, не фотки.

Кажется, меня пытались сбить с темы, но я не дал этому случиться.

– Чешир, не юли, какой у Лу дар?

Котофей посмотрел в сторону двери, откуда не раздалось спасительное «срочно нужна твоя помощь», и пожал плечами.

– Понятия не имею, правда. Перед нами очень заснувший одарённый, ещё и постоянно мельтешащий. Характер о многом говорит, но Лу и в фэйри можно записать, и в боги-трикстеры, пока не раскроется, не определишь. Лучше вот что скажи, что будешь делать, когда это случится?

Я задумчиво почесал щёку. Лу стоит на твёрдой земле только одной ногой, и той подпрыгивает, но пока прислушивается ко мне. А дальше что?

– Если он окажется просто одарённым, не вижу проблемы. К фэйри… – я посмотрел на улыбчивого дизайнера, – я тоже привыкну.

– А если демон?

– Знаешь на что давить… – я шумно выдохнул. Демоны оставались единственными, к кому я по-прежнему относился с подозрением. – Лу точно не демон, но если я ошибаюсь, это будет веский повод пересмотреть моё к ним отношение.

Чешир посмотрел на меня с восторгом и уважением.

– Всем бы таких старших братьев! Тогда скажу, как есть: если аврора не принесла Лу ключика к Чуду… сделаем это за неё.

Лу

Сколько времени прошло за писательством, уже неделя или ещё пока нет? Не знаю, даже не подозреваю! Я настолько погрузился в создание «Большой Паранормальной Энциклопедии», что попутно растряс Дэна на волшебный энергетик! Но обещание есть обещание, Стас прав! Поэтому он дрыхнет без задних ног, я сижу за компом, и перелистываю тексты ещё раз! Двести вордовских страниц, и это не считая того, что мне скидывали на почту, там ещё на сотню наберётся. Может не то, чем я хотел потрясти мир, но для сборника сказок о всяком-разном ещё будет время, а кто, кроме меня, соберёт всё о нашей паранормальной жизни от «А» до «Я»?!

День на беседу под фокусом «Безумного Чаепития», попутно – проверка Коллегией ста тысяч миллионов записок из корпоративной почты, и быстрая совместная вёрстка с московскими коллегами, помноженная на свежеизобретённый Настей заговор «Сделай-Мне-Красиво», превративший комп в плавленое железо, а текст в конфетку! Написать толстенный учебник за неделю? Ха, теперь это реально!

– Лу, мне с тобой поговорить нужно.

– Боброутречка, Стас! – я кивнул, не отрываясь от монитора. Брат присел на кресло рядом. – Тебе что, тоже не спится?

– Об этом я и хотел поговорить… может, спать пойдёшь?

– Не хочу и не буду, я уже выпил волшебный энергетик, и ни капельки не устал! – бодро оттарабанил я, продолжая высматривать, какую из трёх статей по алхимии выложить первой. Стас укоризненно покачал головой, и показательно постучал по крышке полной бутылки, сияющей, как жёлтая лавовая лампа.

– Ладно-ладно, признаю, я к ней даже не притронулся, всё сам!

– Лу, про неделю я преувеличил.

– А я про три дня – нет!

– Ты чокнутый…

– Здорово, правда?

Стас понял, что меня сейчас ничем не проймёшь, и пыхнул жалобным чайником себе под нос.

– Лу, давай упростим задачу? Сейчас у тебя полно друзей, кто может действительно помочь написать учебник с нуля за три дня, ещё и на журнал останется…

– Лучше онлайн-энциклопедию, её уже собирают попутно! Интернет, хэштеги, поиск и всё такое, сам понимаешь!

– Я знаю, как пробудить твой дар, Лу!

Искра, буря, макароны. Стас наконец-то высказал самое главное! В этот момент у меня перед глазами промелькнули все те гигалитры концентрированной инфы, которую я успел перелопатить; не дивный сон о моём таланте, но тоже хорошо, я считаю. Стас дождался, когда я приду в себя, и пересказал беседу с Чеширом.

– Я не понял, а чего это вы тянули, вредины?!

– Лу, ты настолько сосредоточился на работе, что просидел весь день за компьютером не отрываясь. Сначала я терпел, но…

– В СМЫСЛЕ?! – я глянул в угол монитора, где мерцало немного не то число, какое я ожидал. Мда, я немного увлёкся. Мне казалось, я всего ночь просидел!

– Эта штука тебе точно не нужна, – Стас убрал со стола бутылку шипучки со вкусом бессонницы.

– Да оставь, зато светится прикольно. Так какой у нас план? Я готов!

– Сначала отоспись, потом будет план! – строго припечатал братишка. Ладно, послушаюсь в этот раз! Всё равно Стас молодец, я весь день за компом, а он даже не психует по этому поводу.

Знаете то чувство, когда незаметно просидел за компьютером тридцать часов подряд, а потом встаёшь? Надеюсь, не узнаете! Потому что сначала я долго-предолго врубался, где вообще нахожусь. Потом эта минута прошла, и я понял, почему старички ходят сгорбленные или вообще с ходунками! Стас посмотрел на меня жалобно, додумал отнести меня на руках, справедливо решил, что тогда я вообще рассыплюсь, и дождался, пока я докочебрякаю до кровати. Кажется, я заснул ещё до того, как на неё обрушился.

Для человека просидевшего за работой тридцать шесть часов подряд, я спал мало: всего лишь до обеда. Зато смог сам подняться, сладко потянуться, сорвать с монитора листок с красноречивым «УШИ НАДЕРУ!», и позвонить труженикам Китежградской Коллегии, сообщить радостную новость.

– Боброутречка, братиш! Я снова живой, и готов клянчить у тебя пробуждение дара! – Говорил и буду говорить, когда проснулся, тогда и утро!

– Скоро буду. Сначала разомнись только, пару кругов вокруг дома сделай. Я за это время завершу дела и приеду.

Спустившись на лифте, я помахал нашему консьержу, деду Никите. На эту роль нашли самого идеального кандидата из возможных – урождённого домового! Добрый, умный и прикольный миниатюрный дедуля, он мне сразу понравился! И сейчас тоже сидит на подоконнике, бутер жуёт, по-матроскински, колбасой на язык!

– Доброго тебе здоровьичка, Луша! Весь день за конплюхтером просидел, небось? – дед Никита помахал мне мохнатой рукой.

Я рассмеялся: сам этому слову научил, но как оно домовому обалдительно подошло!

– Не поверите, но так всё и было, но уже исправляюсь! А Стас нашёл, как мне дар пробудить!

Домовой почесал седую голову.

– Эвона как! И что же за дар-то такой?

– Пока не знаю, надеюсь только, что не оборотень.

– Ишь ты! Так они ж тебе нравятся! – Дед Никита добродушно прищурился.

– Нравятся! Просто летать охота. Хотя бы на метле, как Китти! А лучше на собственных крыльях! – я мечтательно улыбнулся, вспоминая «птичий базар», которым нас встретил Китеж.

– И чего тебе на земле не сидится… Ладно уж, раз тянет, значит надо тебе это. Душа, значит, просит. Брату привет передавай!

Последствия рабочего круглодня прошли к концу уже первого круга прогулки. А почему нет? Солнышко светит, птички поют, на площадке детишки резвятся! Среди детишек одарённых даже больше оказалось, а всё почему? Потому что их ещё не успели испугать ужасами взрослой жизни, и они, как я, порадовались Чуду!

– Привет, шеф! Продолжим выходной? – меня похлопали по плечу мягкой лапкой, и я поддержал улыбающегося парящего котофея своей улыбкой.

– Как ты, братиш? – Стас помахал рукой.

– Эх вы, черепашки, я уже на третий круг пошёл, пока вас дожидался! – проворчал я, чтобы прикрыть нетерпение ворчанием. В глазах брата читалось отчётливое: «А вот и не верю, бе-бе-бе!».

– Пошли, сейчас будет сюрприз, если не сказать день Рождения! – Чешир выдал улыбку профессионального искусителя, и тогда я понял окончательно: сегодня моя мечта просто обязана исполниться!

– …А знаешь, выглядит красиво. Свежо, для этого времени года, я бы сказал! – Парящий в воздухе довольный кот-дизайнер осмотрел мою комнату, увешанную ёлочными огоньками, которые сейчас приятно мерцали.

– Это волшебные огоньки? Те самые, путеводные? – уточнил я, присоединяясь к созерцанию красивого. Почему я не догадывался развесить их летом?!

– Обычные, из интернет-магазина. Здесь лучше без лишнего колдовства обойтись, поверь котофею.

Братишка необычайно серьёзно посмотрел на меня:

– Лу, помнишь прошлую новогоднюю ночь?

– Помню, а что? – я задумался, потому что ничем особенным она вообще не выделилась. Салаты, мандарины, гирлянды, торт, ёлка, рисунки на окнах… Стас встречал полночь, меня вырубило в одиннадцать. Сам в шоке: я могу не спать всю ночь, и свалиться по классике от усталости до курантов, даже когда… – Точно! А ведь я говорил, что в этом году мир изменится?! И оказался прав!

– Конечно, прав. – Чешир подплыл пушистым облаком поближе, и заговорщицки прошептал в ухо: – Тебе нужно вдохновиться. Настолько, чтобы вспомнить главное. Настоящую жизнь!

– В смысле «настоящую», а эта что, симуляция? – пошутил я, но потом вспомнил, что мы с братом как бы вообще попаданцы в этом мире; шутка получилась на удивление серьёзной. Чешир отлетел чуть подальше, и кивнул.

– А то! Любой фэйри тебе это скажет, вся наша жизнь – Игра, и мы Играем свои роли, забыв всё, пробегая один и тот же сценарий с вариациями раз за разом!

– То есть, дядя Миша, выходит, тоже в Настоящей жизни ангелом стал? – пробормотал я, и задумался. Наш ангел-хранитель был одним из тех, кто вообще не помнил, откуда растут его ангельские крылья. Сны о прошлом показывали простые жизни генерала, крестьянина, священника, купца… не всегда счастливые жизни, но всегда по совести. Как потом дядя Миша красиво заметил, «самое главное, что было в этих снах, это посыл: вокруг нас полно добрых душ, ради которых стоит и жить, и умирать, не придавая значения тому, как они выглядят».

– …по миру гуляют люди как люди. Но только секрет в том заключается…

– Есть люди, а есть кто людьми притворяется? – я не знаю, что хотел сказать Чешир, но не удержался. Уплыл куда-то в воспоминания! Но меня внезапно поддержали щелчком кошачьих пальчиков.

– Бинго! В том же ключе действуй и дальше! Ищи рифмы, чудеса в повседневности, замечай красивые числа, любым способом ищи вдохновение!

– Я так и делал всегда. – я снова вспомнил, как в школе увлёкся нумерологией: старался писать самое важное в 12:12 или 15:51, а домашнюю работу делал либо без пяти минут пять, либо в шесть ровно. Это даже к успеху привело: мои оценки по математике улучшились! Обратной стороной медали стала математичка, упрашивающая представлять школу на олимпиаде по математике и не понимавшая аргумента «не хочу».

– Главное, вспомни, кто ты такой. Это всё, что тебе сейчас нужно понять. А то у нас некоторые думают не о том, а потом радиоволны ушами ловят, вот и весь дар.

– Чешир, не смешно! – я уже сердиться начал.

– Не смешно, но лапшу на уши тебе не повесишь, и это хорошо! – Эльф похлопал меня по плечу, а я вспомнил, как сам во время первого обращения Артёма проверил его, рассказав тупой анекдот. Теперь со мной так же поступили, справедливость восстановлена! Что-то я в воспоминания слишком легко уплываю, это знак!

– Так, я уже чувствую, начинается! – до меня дошло, с чего у меня мысли о прошлом зашевелились. Стас убедился, что я устроился на кровати, и вышел из комнаты вместе с Чеширом. Я лежал, и соображал: чего ещё не хватает? Гирлянды перемигивают, окна занавешены…

Не аврора, но кто сказал, что это не сработает?! Для полноты картины я достал свой плейлист с музыкой для творческого настроения: первая композиция из любимого платформера удивительно гармонировала с общей атмосферой комнаты, поэтому я поставил её на повтор, и запряг таймер на полчаса. Подумал немного, выключил: мало ли кто позвонит в самый неудобный момент?! А сто одной секунды музыки более, чем достаточно.

Усталость навалилась на меня большим пуховым одеялом. Под головой подушка-подкова, я в любимой пижаме, надо мной мерцают огоньки… я сам не заметил, как уснул.

***

Родные Красные скалы уже озарил свет двух лун, но мне не засыпалось. Завтра наступит самый важный день в моей жизни: обряд Напутствия во взрослую жизнь, и первое путешествие! Так живут все драконы Н’азиры, мира сияющих чёрных морей, зелёных лесов, и красных гор. А сейчас я лежал на удобном выступе, и размышлял, куда могу направиться.

– Не спишь? Лукаро? Ты же не спишь, я права? – из-за скал появилась любопытная рыжая мордашка моей подружки, которую звали… уже не помню как. Забавно, своё имя я знаю, а её – забылось. Только прозвище помню, но это важнее имени. Имена дают в дар лишь за вступление в жизнь. Прозвища – приходят к сформировавшейся личности.

– Если бы я спал, ты бы меня разбудила. Чего тебе, Ши́па? – «Шипами» драконы Н’азиры величали маленьких надоедливых зверушек, вроде лемуров. Но эта Шипа была более надоедливой, чем все шипы вместе взятые, а привычка постоянно ходить за мной хвостиком часто выводила из себя.

– А завтра такой де-ень… – дракошка мечтательно склонила голову на бок и покосилась на меня.

– Ну да. – я развернулся к собеседнице. – Ты уже думала, что найдёшь в странствии?

– Пока нет, но это неважно! Тохиро принёс свой булыжник синий, а толку? Я и без булыжника могу огонь разжечь! – в подтверждение слов, Шипа дыхнула, выпустив тонкую струйку огня. Я снисходительно улыбнулся. Какой она ещё птенец…

– Смотри, как надо! ХАРР! – Вместе с рёвом-выдохом я выпустил из пасти целый сноп пламени. – И камень Тохиро очень даже интересная находка. Куда лучше лысой шипы, которую притащил Кромахо. – Я скривился, вспоминая крошечную лысую зверушку, завёрнутую в шкурки, наверное, сброшенные во время линьки другими зверьками. Лысая шипа очень забавно верещала, и пыталась бить нас палкой, которую ловко держала в передней лапке. Но Мати Умано решила, что Кромахо стоит поискать что-то ещё, потому что шипа быстро загрустила, и перестала играть со своей палкой. Потом зверушка убежала, а мы сделали вид, что не заметили этого.

– Ладно-ладно, не паясничай! Дышать снопом он умеет, между прочим, мама говорит, от этого зубы выпадают! – Дракошка явно завидовала мне, но скрывала это за ворчанием, как взрослая.

– Открою тебе секрет, зубы всю жизнь выпадают, но отрастают заново. Это закон природы! – наставительно произнёс я. Для Шипы, пренебрегающей общением со старшими, это стало целым открытием. Она округлила свои большие жёлтые глазищи, и раскрыла рот от удивления.

– И даже если совсем-совсем не дышать? А это не больно, когда они выпадают?

– Не больнее царапины, потом пару раз дыхнёшь огнём, чтобы прижечь ранку, и всё пройдёт. А к следующему сезону вырастет новый зуб.

– Слушай, что мы о зубах говорим, я вообще-то пришла спросить, что ты искать будешь!

– Это я спросил, что ТЫ будешь искать, – я поправил мелкую фантазёрку.

– Какая разница, ты или я, может вообще отправимся вместе?!

Эхо моего хохота распугало крошечных мохнатых надоед. Шипа была настолько маленькой, что Мати Умано хотела вовсе оставить её в гнезде, но эта вредина убедила Мати, что проще будет отпустить её, чем терпеть нытьё и уговоры. Мнение Мати священно для стаи, но Шипе многое прощают, как будто она всё ещё птенец.

– С тобой?! Какой смысл мне брать ТЕБЯ с собой в странствие?

– Со мной тебе никогда не будет скучно! – уверенно заявила малышка.

– Ну, если только. Но сейчас я хотел бы поскучать, точнее, поспать. – произнёс я, и снова поудобнее устроился на скалах. Спать по-прежнему не хотелось, но я был готов притворяться, чтобы маленькая надоеда от меня отстала. Подумать только, а ведь завтра она тоже получит Напутствие. Мы были с ней забавной парой. Я – самый большой из молодняка, она – наоборот, маленькая как птенец. Я – серьёзный и разумный, а она постоянно витает в облаках. Когда я ищу логическое решение задачи, она придумывает тысячу идей, чтобы выбрать даже не самую действенную, а самую интересную. И всё же, мы из одной стаи, а значит она мне – почти что сестра. Младшая. Я старше её: Мати Умано точно знает, что я родился утром Дня Вылупления, а Шипа – вечером, на закате. Наверное, поэтому она такая чудачка.

Но сейчас я посмотрел на подружку под другим углом. Маленькая, но ловкая, за что и получила своё прозвище, которое предпочитает родному имени, даже Мати Умано зовёт её Шипой. Ей никогда не бывает скучно, потому что она может придумать себе приключение на ровном месте. Сама традиция Странствия была придумана, чтобы мы не считали мир за пределами своего гнезда недостойным изучения. А достойна ли изучения твоя собственная стая?..

– Знаешь, я бы нашёл и притащил в гнездо тебя, – признался я Шипе, по-дружески обнимая кроху широким крылом.

– Если тебе когда-нибудь снова будет грустно, знаешь, что сделай? Возьми меня за руку, и не отпускай, тогда всё будет хорошо! – сказала она. Я осторожно выполнил её просьбу, и теперь уже мы вместе лежали на скалах, и рассматривали переливы Мерцающей Реки в чёрном небе.

– Ты права, Шипа. Побудь со мной ещё немного?

События ускорились; я понял, что сплю, и вижу то, что когда-то проживал давным-давно. В день Напутствия мы с Шипой отправимся вместе, поругаемся, помиримся, я почти потеряю её в густых лесах-лапохватах, а она вернётся с добычей. Потом будет большая стоянка лысых шип, они окажутся ещё интереснее и смешнее той из них, что притащил Кромахо, а ещё они не умеют ни огнём дышать, ни правильно собирать драгоценности: уж лучше синий камень, чем горящая ветка! В итоге я буду заинтересован и очарован странными зверьками, а моя маленькая подружка станет для меня родной душой…

***

Другой эпизод. Уже не скалы, и я не дракон, а бескрылый драконид. Это было на линкоре «Ао», странствующем в поисках пригодных для жизни планет для девяноста пяти разумных видов. Здесь и шумные таракки в огромных высоких тюрбанах, и молчаливые пау, трусливо бегающие даже от своих сородичей. Лаватты и паурасане всегда ходят вместе: их цивилизации прошли много циклов рука об руку. Диковатые хуумы держатся, как венцы творения, а на деле лишь слегка умнее животных… Расчёты подтвердились: их звезда взорвалась цикл назад, уничтожив три обитаемых планеты, но мы успели спасти достаточно, чтобы не дать угаснуть этим видам разумных. Такой работой мы и занимались: следили, чтобы многообразие видов Вселенной никогда не иссякло.

– Лударрат, доложить обстановку! – ко мне подошёл офицер линкора. Я отдал честь, пару раз стукнув кулаком по забралу шлема.

– Квартал «А», всё в норме. Квартал «В», утечка газа устранена. В квартале хуумов снова шумно. – я недовольно скривился. Офицер окинул меня суровым взглядом, и нервно дёрнул хвостом.

– Проверь!

Адмирал знал про мою неприязнь к малоцивилизованным видам, но постоянно ставил работать с дикарями, чтобы я «проникся» нашей миссией, и избежал казни за расизм – страшнейшего из преступлений для садовника «Ао».

Я побрёл в указанный проблемный квартал. Хуумы постоянно лопочут, и дерутся даже за вольеры. На своих местах эти непоседы тоже не сидят: один рычит, когда к нему приходят, второй постоянно пытается отобрать комнату соседа вместе с самкой. Это слишком молодой вид! Но есть ненулевой шанс, что когда-нибудь они тоже пополнят созвездие разумных видов…

– Бобо мнесласно! – мои мысли прервало жалобное бормотание детёныша, стоящего передо мной. Полёт затянулся на несколько лет, хуумки разродились, младенцы подросли, и теперь гуляют среди остальных. Этот каким-то образом умудрился выбраться в коридор.

Вспомнить лексические зачатки языка хуумов оказалось элементарно.

– Не бойся, дитя, пойдём со мной, я отведу тебя в безопасное место. – я наклонился к малышу, а тот с интересом рассматривал меня. Меня пронзила страшная мысль: я не надел маскировку! Пока меня не увидели остальные, я похлопал себя по кристаллу на запястье, активируя иллюзию: синяя чешуя превратилась в красную кожу, конечности и глаза поменяли форму, а на нижней челюсти вырос большой клок меха, сигналящий о значительном жизненном опыте.

Но протокол чистоты был нарушен, по счастью всего одним детёнышем. Я хмуро посмотрел на нарушителя, и включил рацию; порядок действий был един для всех рас. Я поморщился; это слишком жестоко!

– Дезинфекторы, подготовьте капсулу. Хуум, на вид четыре года возраста. Рост – восемьдесят сантиметров. – Я называл другие термины, но в том сне их удобно перевело в земные.

Ребёнка почистили, привили от возможных болезней, и признали жизнеспособным, а потом началось самое тяжёлое – моё знакомство с приёмышем. Моя раса не принимала концепции родственных связей, но этим словом пользовались, когда кто-нибудь, как и я, нарушал протокол чистоты. Наказание одно для всех: следить за приёмышем, чтобы он мог прожить жизнь среди садовников, не возвращаясь к сородичам.

Малыша назвали Тазтэнн, и он перевернул мои представления о хуумах, оказавшихся намного смышлёнее, чем если наблюдать за ними в больших скоплениях. Не забывший родное наречие, он смог изучить язык Ао: этому удивился даже суровый адмирал, пришедший лично посмотреть на приёмыша. «Возможно, хуумы смогут постичь цивилизацию раньше, если обучать их», – говорил он. Протокол был пересмотрен, высоким судом Арбитров Тазтэнн был определён в первые учителя расы хуумов, когда достигнет зрелости.

Циклы проходили один за другим: из всех спасённых на корабле остались только дикари-хуумы: планеты, пригодной для этих слишком чувствительных к температурам созданий, ещё не нашлось, а малыш Тэн рос, и проявлял чудеса сообразительности. Он едва доставал до пищевых контейнеров, но сам нашёл способы решения этой проблемы. Не имея органов осознания интерфейса инфопанели, он запомнил мои действия, и безошибочно включал интересующие его записи открытой части научного журнала. Ещё через пару циклов он стал любимцем команды! Отличавшийся от нас только внешним видом, он обладал острым умом, живым воображением, и даже чувством юмора.

Когда мы всё же нашли планету для его соплеменников, и те разбежались от луча телепортации, громко вереща и спотыкаясь, Тэн смотрел на них отстранённо и грустно.

– Иди с ними, теперь это твой новый дом. – сказал я. Тэн грустно посмотрел на меня:

– Дарр? Можно я останусь здесь, с вами? На Ао? Я не хочу забывать вас!

– Это твоё предназначение, Тэн. Мы уже обсуждали это. – я покачал головой. – Штаб дал добро, хуумы признаны разумными четвёртого порядка, а ты сможешь донести до них всё то, чему мы научили тебя. Образование языка, законы природы, начальные познания в организации общества, твои деяния пройдут сквозь тысячелетия.

– Есть что-то важнее знаний. Дарр, мы жили эти циклы, как одна душа, ты не понимаешь этого, а ты был мне отцом.

Ещё несколько циклов назад я бы никак не отреагировал на это, но общение с Тазтэнном и изучение особенностей хуумов помогло понять мне значимость родственников на своём опыте. Тэн – будущий просветитель этой планеты. Я – рядовой член экипажа. Решение пришло внезапно, от самого воспитанника. «В этом холоде без сердца никак», говорили мы ему, но он придавал этому другой смысл.

– Дарр, ты можешь поговорить с адмиралом, чтобы тебя отправили под маскировкой?

Я взвесил все «за» и «против». Стоящий чуть поодаль адмирал посмотрел на меня и кивнул. Нам всем было интересно: гений ли Тазтэнн, или все представители его вида настолько смышлёные? Это знание интересовало даже древнейших из садовников.

– Иди, Дарр, может, даже станешь их божеством. – кивнул он. Я настроил маскировку, и покачал головой.

– Спасибо, лучше прослежу, чтобы их манера передавать знания не привела к очередной склоке!..

События снова ускорились: Дарра и Тэна приняли за своих. На далёкой планете, окружённой поясом астероидов, они стали учителями молодой цивилизации, а Лударрат не только поборол предвзятое отношение к хуумам, но и проникся к ним симпатией.

***

Я задумался, и не заметил подошедшего сзади учителя, прогуливающегося между рядов, чтобы лупить задремавших школяров деревянной лопаткой. Меня больно стукнули по затылку и потребовали:

– Луиго, ты снова мечтаешь! Отвечай! Три отличия поющего шелкопряда от мухоеда!

– Всего одно, учитель. Это два разных названия одного вида, подаренные альфами и уруками. – меня на таких мелочах не проведёшь! Учитель это оценил, и удовлетворённо похлопал в ладоши.

– Ты гордость своего класса, Луиго, но сейчас у тебя не то настроение. Пожалуйста, будь собраннее. – уже мягче сказал он. Я благодарно кивнул, и вернулся к решению задачи.

Как ученик закрытой школы, я не видал мира за её пределами, но такова была веками отработанная методика обучения кэров, господствующей расы шести миров Серебряного Пояса. Порядки близки к монастырским, даже день мы начинали со своего рода молитвы: гимнастики для ума. В остальном мы были, скорее, учёными, для которых нет в жизни лучшего занятия, чем поиск и преумножение знаний.

События ускорились, и я стоял возле учителя, одетый в почётную бело-зелёную мантию. Моё обучение подошло к концу, и у меня, как у отличника, был выбор: отправиться применять знания на практике, или продолжить заниматься изысканиями в архивах. Я выбрал первое: в мирах-сателлитах больше интересных дел, чем в родной библиотеке.

В следующем эпизоде я снова говорил с учителем.

– Луиго, твои знания безупречны. Скажи, какую область науки ты хотел бы изучить следующей, после естествознания миров Верхнего Пояса?

– Разумные формы жизни. Я хотел бы изучить их подробнее. – твёрдо произнёс я. Учитель одобрительно похлопал в ладоши.

– Иного я и не ожидал от тебя, тебе интересна жизнь во всех её проявлениях. В чём причина твоего выбора именно разумных? Обоснуй!

Я замялся, но решил сказать, пусть не по форме, но правду:

– Ну… понимаете, кэры давно живут как альфы, гоббы, человеки, и прочие разумные. Мы спустились с гор, чтобы строить дома и возделывать землю. Научились использовать их инструменты, а не магию, прибегая к ней в крайнем случае. Даже облик используем, вдохновлённый эстетикой этих рас. Моё будущее исследование будет о том, как наша жизнь изменится дальше, на примере, скажем, человеков. Они живут мало, но за своих тридцать лет проходят тот же путь, что альфы за пятьсот!

Я немного слукавил: мне не были интересны диковатые гоббы или агрессивные альфы, человеки были лучше всех! Малоспособные к магии, они использовали подручные инструменты, это была их стихия. Там, где альф неотвратимо погибал от голода и холода, человек разбивал плодородный сад… А ещё они никого не боялись: ни богов, ни своих правителей, ни кэров! Ректор считает, что такова сущность человеков вне зависимости от мест обитания; будь то Предел Хаоса или тихие миры-сателлиты, эти удивительные разумные найдут способ выжить даже в открытом космосе!

– Это исследование идеально для твоего уровня знаний. Я позабочусь о том, чтобы твоя практика проходила в местах обитания человеков.

– Спасибо, учитель.

– Луиго, прежде чем ты отправишься, я хочу предостеречь тебя. Помни, даже под маскировкой, ты – другой. Ты не человек, и никогда им не станешь, но использовать нетипичные для человеков способности можешь в крайнем случае, полагайся на свои знания и доступные инструменты.

Месяцы изучения культуры человеков прошли за мгновения, и вот наступило время практики! Я приземляюсь у ворот города, и неуловимо меняю драконий облик на человеческий. Кэры – тоже драконы, давным-давно перенявшие образ жизни других разумных. А меня ждёт целых десять лет жизни в этом чудесном городе, полным одноэтажных домов, зелёных фигурных крыш и журчащих фонтанов.

***

Это всё красиво, интересно, но не то, НЕ ТО! Я жадно хватал осколок за осколком, перебирая их, пока не почувствовал, что вот-вот проснусь, не достигнув нужного результата. Чтобы не сделать этого, я аккуратно скатился с кровати, и… снова забыл, что вот уже несколько дней, как сплю на бортике фонтана, для ясности разума! Пока я отфыркивался от воды, ко мне подошёл мой брат. Его имени я не помнил, даже сам образ почему-то казался смутным.

– Давай помогу. – он протягивает свою сильную руку, и вытаскивает меня без какого-то усилия. У меня самый лучший брат, который всегда меня защищает, даже от моих причуд! Я тепло улыбнулся, вспоминая эту жизнь, показавшуюся самой родной. Какой-то частью себя я понимал, что всё ещё сплю и вижу сны, но эта жизнь тронула меня за душу особенно сильно. Жизнь, которая определила для меня все дальнейшие. Наверное, это и была та самая Настоящая жизнь…

– Я бы и сам выбрался, но всё равно спасибо, – проворчал я для порядка, а то опять будет со мной нянчиться. Но мой братишка прекрасно понимает, когда я сержусь, а когда только делаю вид.

– Я буду скучать по тебе, – брат отвёл взгляд, и смущённо потрепал себя за край сложенного крыла за спиной.

– Слушай, да не переживай ты так, я быстро! Сам знаешь, человеческий век недолог, всего каких-то полвека – и я снова с тобой. – я обнял братишку, который искренне считал, будто мечта пожить среди героев любимых сказок – умелых, ловких и изобретательных людей – это что-то опасное. В отличие от Бронзовых драконов, люди живут значительно меньше, но один человеческий год насыщенный, как сто драконьих! Современная наука позволяла стать кем угодно, в том числе и совершенно заурядным человеком. Что может быть лучше?

– Можно я буду твоим гардантом? – спросил он. Кто такие «гарданты» я, увы, не вспомнил.

– Я очень ценю твою поддержку, и рад, что и ты хочешь мне помочь. Но разве это будет верным решением? Жить пусть и человеком, но среди драконов. Я так ни за что не прочувствую настоящую человеческую жизнь! Они лучше всех, понимаешь?!

– Тогда хотя бы выбери для рождения подходящую семью.

– «Подходящую» и выберу, но не такую, какую ты думаешь. Какой смысл рождаться там, где меня будут поить из серебряной чашки?! Или быть ребёнком у родителей, готовых пожертвовать ему свою жизнь без остатка?

Мой упрямый братишка отвёл взгляд, но признал:

– Для начала это будет хороший вариант.

Я вздохнул: многие видят в перерождениях просто развлечение. Весёлое приключение для тех, кто не знает, как ещё справиться со страшнейшей бедой нашего мира – скукой! А между тем это – уникальная возможность получить бесценный опыт, который мы бы не получили в других условиях!

– Как раз лучше будет оказаться в соломенной хижине, среди толпы голодных родственников, которые от лишнего рта не в восторге. Вырасти, найти своё дело в жизни, разобраться, кто даёт хороший совет, а кто ошибается, ценить каждую лепёшку, которую испёк, и не быть уверенным, что завтра мир не перевернётся… возможно даже твоими руками! – я представил себе будущие восторги от этого увлекательного приключения. Брат неуклюже улыбнулся; наши споры об удивительности людей были частыми, но со мной всегда проще согласиться, чем спорить.

Смена кадров – и я стою в центре магического круга, а мастер-переродитель смотрит на меня внимательным взглядом зелёных глаз:

– Помни, что фальшив твой рай, когда упадёшь со звёзд. Если ты забудешь это, то можешь навеки потерять себя в лабиринте иллюзий.

– Может, передумаешь? – брат за меня явно беспокоился. Я крепко обнял его:

– Не переживай, я быстро! Человеческий век недолог!

– У меня дурное предчувствие. Прошу, согласись, чтобы я побыл гардантом для тебя! Обещаю, ты меня даже не заметишь! – брат слишком боялся, как будто я задумал какую-то глупую авантюру.

– Предчувствия – это просто наши страхи, слушай логику, она не обманывает. Я пойду без гардантов, чтобы прочувствовать всё в полной мере, а потом мы вместе сочиним балладу об этом!

***

Прошла целая череда жизней, ничем не выделяющихся, но для меня эти рутина и бытовуха были источниками неподдельного восторга! Мой брат, увы, но бы прав: в калейдоскопе перерождений я настолько погрузился в человеческий быт, что мой фальшивый рай стал для меня настоящим. Жизнь за жизнью, я блуждал по мирам и планетам, посещая то юрты из мехов, то ангары космолётов, а потом в те же юрты и возвращаясь. Память о моей Настоящей жизни почти стёрлась, разбилась на мелкие осколки. Я был одержимым! «У тебя есть мир, и ты его покоряй» – так говорили мудрецы моего народа, когда я родился наследником престола, чтобы узнать каково это – привести умирающее государство к Золотому веку.

Череда небольших, но ярких жизней снова и снова вызвала у меня восторг. Я был очарован людьми, и это чувство незримо сопровождало меня всегда и везде. Я мог быть рыцарем Крестового похода, и сложить голову в схватке вдали от дома, а потом тут же рождался в семье островитянина-рыболова, радуясь безмятежной жизни, где есть только я, море, и моя острога! И так бесчисленное множество раз: было ли это всё настоящим, или половину я выдумал?

ПОМНИ, КТО ТЫ ТАКОЙ!

Я забыл самое важное. Я забыл, что где-то далеко у меня уже была семья, а ведь когда-то помнил их всех. Помнил своего отца, который был мне настолько же близок, насколько и брат. Помнил своих родственников, помнил своего прадеда, который по-доброму посмеивался, наблюдая за первыми робкими попытками малыша познавать мир. Я так и не вспомнил деталей, но любовь к семье резанула по сердцу настолько сильно, что я понял: я должен стать собой. Ради них. Ради брата, который от страха навсегда потерять меня бросился следом, и так же потерялся. Был ли Стас этим братом? Очень надеюсь, что да, с каждой новой мелкой подробностью, я всё больше замечал их сходство. Сердце сжималось: став человеком, мой брат тоже постиг главную особенность людей – совершать невозможное, он нашёл меня, зёрнышко льна, подхваченное ураганом!

ПОМНИ, КТО ТЫ ТАКОЙ!

Осколки жизней обрастали подробностями всё больше и больше. Я наконец-то понял, зачем вообще мне снятся эти сны, посмотрел на свой детский каприз под другим углом. Всё это время я искал давно забытого себя! Я знал, что у меня появился шанс снова вспомнить самое главное, очнуться, как игроман, которого развернули спиной к монитору! Встретиться с заждавшейся меня семьёй! Я жадно глотал подробности из разных жизней, выделяя самое важное для той, которую живу сейчас, потому что всё больше понимал смысл всей этой авантюры! Это было важнее, чем какие-то эффектные суперсилы или забавные факты о прошлом, это собиралась по крупицам моя давно потерянная, забытая жизнь. Настоящая жизнь!..

ПОМНИ, КТО ТЫ ТАКОЙ!

Эпизоды мелькали, но уже не сбивали с толку: осколки соединились в один сложнейший узор совершенной формы, олицетворявший то, что я искал, и тогда я…

Проснулся?

Стас

Теперь я расскажу, что было после того, как мелкий уснул. То, что брат так легко вырубился, я не удивился: он сильно перегрузил себя работой.

– Что дальше делать? – спросил я котофея, придумавшего этот «верный способ» персонально для одного упёртого фантазёра. [Ты хотел сказать «упорного»?] Нет, сейчас именно упёртого! Но с Лу это и правда могло сработать.

– Расслабься, отоспится, и всё будет замурчательно! Тридцать лет и три года он спать не будет, может вообще через час проснётся, или завтра утром. Просто не буди его, будь человеком? – невозмутимо мурлыкнул Чешир. Я прикинул, какая буря меня ждёт, если я разбужу его в самый ответственный момент, и молча согласился: за такое я сам по шее бы надавал.

– Волнуюсь за него. Вдруг он себя забудет…

Чешир выдал понимающую сочувственную улыбку:

– Друг мой, когда я своё прошлое вспоминал, меня это не сильно изменило. Только смелости прибавилось: послал дядю, который напирал, что я рождён для битвы с экселем в его честь, взял себе имя любимого героя детства, образ придумал, ушёл к феям дизайнером, бложик на днях заведу для души, ну и так, по мелочам… – главный вдохновитель фей взять за идею бала сказку Кэрролла залился весёлым смехом. – Нет, ты прав, перемены что надо! Но все к лучшему! Не переживай: Лу уже достаточно чудесный, чтобы измениться ещё больше!

– Я хотел бы, чтобы он перестал гнаться за своими детскими идеями.

– Всё равно продолжит, но в этом все мы!

Я неодобрительно посмотрел на котофея.

– Даже если однажды полезет туда, куда в самом деле не стоит? А мне просто стоять, и смотреть, как ему откусывают голову, потому что «а вдруг пронесёт»?! Лу мой брат, Чешир, я не могу его бросить в беде. Я могу не быть с ним вечно рядом, но сейчас этому ребёнку нужна поддержка, старший друг, который защитит его от самого себя.

Что-то во мне такое было, потому что улыбка котофея на мгновение завяла. Может, задумался о собственной родне?

– Ну, в чём-то ты, может и прав. Я пошёл, если будет желание поболтать, звони в любое время! – летающий кот подмигнул, и привычно растворился в воздухе. На пол спланировала открытка с улыбающейся рожицей, и подписью «Всё будет хорошо!».

Лу спал, я – нервничал и даже злился. Этот ребёнок по детской наивности не замечает, что между делом творит с миром ТАКОЕ, что взрослые и влиятельные личности вроде Акеллы или фей переступают через себя, и просят его о помощи! Но мы это не признаём, нет, мы продолжаем «искать свой дар», чтобы уметь летать и пускать огненные шары из рук! Вряд ли кому-то под силу повторить подвиги моего брата, но это ему НЕ ЗРЕЛИЩНО!

А что зрелищно? Утратить человеческий облик, как оборотень? Вынести кому-нибудь мозг сюрреализмом, как на «Летней ночи»?! Так… успокойся, Стас, ты просто нервничаешь. Не потому что тебя это злит, просто ты боишься.

Это в самом деле страшно для меня. К своим двадцати девяти я уже успел обжечься, и знаю, что слепо следовать своим мечтам не стоит. Это идеал, возможно вообще несбыточный, ориентир! А Лу с этим не согласен. Брат даже не заметил, как весь день провёл за энциклопедией, это натуральная одержимость! Мне страшно захотелось просто прибежать в его комнату, разбудить, а потом хоть весь мир переверну, чтобы убедить Лу…

В чём?

Теперь я понял, что сам не знаю, почему так боюсь. Что я всё это время был неправ, и отталкивал собственное счастье? Или что Лу меня послушается, погаснет, и станет угрюмым материалистом? Смогу ли я смотреть ему в глаза, зная, что своими руками убил в нём позитив и любовь к жизни, пытаясь сделать «лучше»!? Если после этого мы вообще не разойдёмся навсегда…

Призрак паники уже схватил меня за горло, надо было уходить от этих мыслей, пока не сделал себе ещё хуже! Но чем хороша жизнь одиночки, которому не к кому обратиться, она учит справляться с подобным своими силами. Сходил к домовым в пекарню, немного пострелял монстров в компьютерной игре, устроил пробежку вокруг квартала, вроде стало легче.

К вечеру я успокоился. Когда-нибудь я ещё пойму, почему меня это настолько напрягает. Может, обретённый дар Лу поможет ответить на этот вопрос? Хотя он бы и без дара мне мог бы дать хороший совет. Какой, к примеру? «Братиш, всё будет обалдительно, не переживай! Мир такой, каким мы сами себе его придумываем, поэтому думай о хорошем… или о макаронах! Макароны – это всегда хорошо, даже когда летят на третьей космической скорости сквозь стратосферу!» Эта дурацкая мысль в духе мелкого меня повеселила. Эх… Будь у меня заботливый старший брат, на которого я мог бы положиться, я тоже мог бы вырасти весёлым мечтателем, с восторгом ждущим свою Взрослую Жизнь. С Лу я всё чаще замечаю, что иногда мы одинаково по-дурацки себя ведём, и это… радовало!

Ночью я ждал пробуждения брата, прислушивался к каждому шороху из его комнаты. Бороться с тревожными мыслями удавалось всё легче; особенно мне в этом помогла интуиция, которая советовала довериться брату, и не портить «Эпический Опыт Собственного Чуда»… вроде того. Лу скажет, как назвал бы это приключение, если моя гиперопека его не доконает, и он не сбежит в Академию, подальше от меня.

Кем бы ни был этот Посол, я был готов драться с ним, если он посмеет увести у меня моего брата! Даже если это сам Жнец, как предполагают в Интернете, слишком много схожего. К счастью, был серьёзный аргумент: одарённые нередко отказывались бросить всё ради школы волшебства, после чего Посол уходил. Что Лу, способный перекраивать реальность под собственные хотелки, вынудит Посла пожелать ему «доброго утра», я был почти уверен!

Лежал и мечтал о срабатывании закона подлости, когда я погружусь в сон, и меня тут же разбудят радостным воплем «Стас, Стас, вставай, смотри как я теперь умею!», но не дождался: заснул и проснулся без приключений. К счастью и без кошмаров.

Утром Лу всё ещё спал, а я искал способы отвлечься. Зашёл в мессенджер, разбирать почту. Вчера, поддавшись слабости, я наябедничал на брата родителям. От мамы пришло привычное «Сына, вы оба уже большие мальчики, всё с Лушей будет хорошо, не забивай себе этим голову, вы оба большие молодцы!». Почему-то меня это расстроило, хотя я всегда воспринимал это знаком высокого доверия! Впервые мне захотелось, чтобы нас отругали за опасную выходку, и увели двух баловников домой, думать над своим поведением! Но в нашей семье процветало мнение, что «дети сами со всем справятся». Из плюсов – мы с братом реально многому научились. Из минусов – в подобные моменты чувствуешь себя сиротой.

Евгения поделилась новостью: Маришка решила вернуться к плану захвата Коллегии, и нашла рисковую ведьму, наславшую приворот на Цепина… Вернее, попытавшуюся, потому что на драконов такие фокусы не действуют. В результате ворожею сдали на суд главной ведьме Московского Круга, а бывшая «первая леди», согласно официальной версии, решила вернуться к карьере примы Мариинского театра. Не самая большая потеря: ещё в первый день работы Китежградского филиала, Лу нашёл несколько лёгких на подъём москвичей способных помочь шефу в поисках талантливой молодёжи. А драматичная финальная сцена «выхода Злой Королевы» с Маришкой в главной роли провалилась слишком обидно! Для неё. Актрисе было не так страшно сыграть злодейку, как облажаться в собственном выступлении у всех на виду.

Настя сегодня вообще выключила телефон: пропустить Ивана Купалу она не могла, но её ироничная самодовольная мордашка успокаивала так же хорошо, как жизнерадостная физиономия Лу. Китти странная! Никого не жалеет, но поможет не выслушивая отказа, потому что «хочет и может». Открыто говорит, что все её заклинания выдуманы, но они работают! Непосредственный Лу как-то предложил нам попробовать встречаться, но Китти далека от романтики. Как она сказала мне в тот день, «Ты ещё найдёшь свою настоящую любовь, или полюбишь неокольцованную жизнь, как я!». Хотя, чего скрывать, Лу знал, что Настя мне нравится. Настолько, что я готов уважить её позицию, и ценить нашу дружбу. А Настя достаточно благородна, чтобы не играть моим сердцем.

День прошёл, как во сне, я сам не заметил, как рассвет снова раскрасил Китеж. А Лу всё ещё посапывал, развалившись по всей ширине кровати. Присмотрелся: каких-то тревожных признаков в его затянувшемся сне я не замечал. Странно, но так и было!

А мне есть хотелось! С помощью новой зачарованной кухонной утвари, даже неумелые кулинары, вроде меня, справятся с завтраком: я засыпал в турку молотый кофе, бросил на сковородку гренки. Подумал: может, добавить моцареллу и ломтик вяленого томата, как это любит Лу? А базилик? Свежего нет, есть сухой, это сгодится? Посмотрел в сторону двери, надеясь, что братишка прибежит посмотреть на чудо под названием «У Стаса получилось не сжечь гренки»…

Резная морда льва на ручке сковородки молча погнулась, оглядывая готовый завтрак, затем перевела взгляд на меня, и поковыляла на холодную конфорку. Когда до меня дошло, что случилось, я всё-таки порадовался хорошей покупке, и переложил завтрак на тарелку. Как только тарелка оказалась на столе, я вздрогнул: наконец-то раздался звук открывающейся двери!

Растрёпанный и довольный Лу пришлёпал на кухню, и крепко обнял меня.

– Я знал, что это произойдёт! Я… я нашёл!!! Мы нашли друг друга! – запинаясь от переизбытка чувств пробормотал он. А я понял, что не смогу ему рассказать о своих потрёпанных нервах и страхах, просто был рад, что он наконец-то проснулся!

– Лу, что ты вспомнил? Мне уже начинать удивляться? – спросил я, но заинтересованно, без раздражения.

– Сначала завтрак пошли завтракать… второй бутер мне, да? Пахнет обалдительно, я всегда знал, что ты тоже научишься вкусно готовить! – Лу явно распирало от желания рассказать всё здесь и сейчас, но он держался. Спокойно доел гренку, ещё раз похвалил мои старания, и кивнул: пошли в холл?

Остановившись посреди холла, брат выдохнул, и… за спиной у него раскрылось два больших чешуйчатых крыла, оранжево-бронзового отлива!

– Я дракон! Здорово, правда?! – выдал он, и рассмеялся. – Ста-ас, видел бы ты сейчас себя со стороны! Кстати, я и огнём дышать могу, и магичить тоже, так что подпалины на обоях больше не видно. А ещё, знаешь, что самое главное?! Я всё равно остался собой!

Лу

Никогда не задумывался об этом, но вспомнить себя – было самым потрясным, что я вообще успел пережить за свои девятнадцать… нет! За свои МНОГИЕ жизни! Проснулся я совсем ошалевшим, потому что в моих мозгах открылась огромная библиотека, ключик от которой я и ходил добывать в лабиринт сновидений!

Сел на кровать, перетряхивая всю эту библиотеку… Лаватты, пау, кэры, это всё очень интересно, обязательно напишу об этом если не книжку, то пару рассказов! Но главное… ГЛАВНОЕ! Я понял, как вызываются крылья! Это даже не фокус, просто чуть-чуть сдвинуть форму… просто, как руки раскинуть.

Обалдительно! Ощущения непередаваемые: когда не просто сзади появляются огромные махалки, но ты даже знаешь, что с ними делать, это невозможно передать, это можно только прочувствовать! Теперь ясно, почему ряженые летать не умеют. А я покрутился, пощупал крылья руками: тёплые, блестящие, и такие родные! Хотя я впервые их вызываю, в этой жизни, и это здорово сносит крышу с петель. Очень хотелось прямо сейчас вылезти в окно, сделать круг над Китежем! Но надо держать себя в руках… поверить не могу, моя мечта СБЫЛАСЬ! И я наконец-то стал собой!

На подъёме я решил проверить ещё один драконий фокус – дыхание огнём. Тоже ни капельки не страшно, я теперь крутой кипяток выпью, не поморщусь, но даже при всей технике безопасности оставил на стене большую подпалину. Спасибо фейской магии и деду Никите, пожара не случилось, но я всё равно убедился, что мой магический арсенал тоже при мне, подлатав простым трюком стену раньше, чем если бы она сама заживила ожог. Где-то в этот момент, принюхиваясь, я понял: жареными обоями не пахнет, зато пахнет жареными гренками! Стас почувствовал, что я скоро проснусь, и пошёл устраивать на кухне сюрприз, обожаю своего братишку!

После завтрака мы вышли во двор, а я вдохнул полной грудью запах свежего воздуха: хорошо-то как! Стас хитро покосился в мою сторону. Знает, что спросить, по довольным глазам вижу!

– Ну как, пешком пройдёмся, или…

– А хочешь тоже полетать? Заодно на «динозавра» посмотришь! – предложил я, и только собрался перекинуться в большую форму, как представил себе эту картину со стороны. Представьте посреди улицы крылатого ящера, ростом так в пару этажей? А если добавить к этому чьё-то воспоминание, где драконы – неразумные монстры? Такие тоже бывают! Кажется, драконья мудрость ко мне тоже постучалась, поэтому я ещё раз посмотрел на напрягшегося Стаса [который думал примерно о том же самом!], и вызвал промежуточную форму дракона-гуманоида: маленькую, удобную, настоящую золотую середину! И довольно сощурился на братишку с видом победителя.

– Лу, ты даже в этом облике выглядишь узнаваемо! – рассмеялся Стас. Я не выдержал, и глянул на себя в камеру смартфона: ну да, узнаваемая моська, аккуратные драконьи рожки, между ними грива топорщится, как моя любимая причёска, я же говорил, что это мой стиль? Глаза жёлто-карие, но круглые, симпатичные! За спиной – крылья и хвост, чтобы в полёте рулить удобнее… а майка как болталась, так и сейчас болтается! Ну да, драконы выглядят, как им нравится, а мне нравится быть, как говорит Стас, макарониной! Кстати об оборотнях!

– Акелла, я знаю, что вы тоже подсматриваете! Подруливайте к Коллегии, если интересуют подробности! – довольно сказал я прямо в камеру. И пусть весь мир убеждает меня, что там не появилось следилки, я конспиролог, мне виднее!

Глянул на Стаса, прикидывая, как понесу его над городом, пригласительно протянул руки: летим вместе?

– Лучше сам лети, а я пешком дойду. – предложил он. – Я пока не готов к полётам.

– Лады! Тогда позвоню, как прилечу! – я помахал братишке лапой, и воспарил над улицей, будто только вчера летел навстречу своей самой первой человеческой жизни!

Полёт приятно отзывался радостным гимном в сердце, и ветром в ушах, теперь буду летать ежедневно! А я поднялся высоко-высоко, как всегда любил, и посмотрел на Китеж с высоты драконьего полёта! Такой маленький, и… это совсем нестрашно, когда умеешь летать! Какое-то время я просто парил, пребывая на седьмом небе от счастья!

Жаль, Стас пока этого не оценит… но я ещё дождусь его. Главное, что он всё-таки нашёл меня в этой жизни. Поэтому я почти чокнулся на теме крыльев, ведь Чудо обещало мне большее, чем просто волшебство – оно помогло мне найти себя! И братика тоже! Со временем он тоже всё вспомнит, но торопить его не буду: теперь я точно знаю, что для этого надо потянуться к себе всеми силами, а не ждать, когда Чудо всё сделает за тебя! И даже если Стас вспомнит себя через десять-двадцать лет… это правда смешно! Для драконов это совсем ерунда, а пока – живём и радуемся жизни! Закончив минутку философии, я погрузился в нирвану полёта над городом.

Когда я долетел до офиса Коллегии, то отзвонился братишке: даже с учётом крюка это вышло быстрее, чем пешком. Первым меня встретил, конечно, дядя Миша: просветил незнакомого дракона в знакомой оранжевой футболке ангельским взглядом, и тут же подобрел.

– Дядь Миш, здрасьте! Я всё-таки себя вспомнил! – я покрутился, позволяя себя рассмотреть получше, от рожек до хвоста. Старенький ангел добродушно усмехнулся.

– Симпатичный ящерёнок! Помню, на больших охотился, неразумных, а таких, как ты, не встречал. – одобрил он. – И что же, таким теперь и будешь?

– Зачем, мне и человеком быть нравится! Не поверите, я почти как Дэн! Настолько фанател от людей, что сам превратился в человека. И даже сейчас уверен на все сто, люди ничем не хуже драконов!

В поддержку своих слов, я перекинулся обратно. Ангел-хранитель одобрительно кивнул, а я вбежал в приёмную, где почти столкнулся – вот совпадение! – с заглянувшим на огонёк Акеллой! Главволк машинально принюхался, и поднял брови, по старой привычке притворяясь, что оказался в Коллегии случайно. А я только хитро улыбнулся: знаю, всё знаю! Но если вам проще, давайте будем понимающе молчать!

– Теперь, когда ты раскрыл свой дар, что будешь делать дальше, Лу? – спросил он.

– Искать Академию, конечно. Я столько всего вспомнил, что теперь точно уверен: её основали драконы!

А тут я задумался. Драгоценности (слово какое, заметьте!) у всех разные, у Бронзовых это – друзья, потому что какой смысл в побрякушках или знаниях, если не с кем ими поделиться? Но в этом главная проблема нашего вида, некоторые цвета СЛИШКОМ упёртые! С другой стороны… какого бы они цвета ни были, в первую очередь они тоже могут стать моими друзьями. А друзей можно любить, даже если в чём-то их взгляды не совпадают, верно?

Акелла хотел что-то уточнить, но просчитывал, стоит ли это делать здесь и сейчас. А я понял, что снова готов погрузиться в минутку… нет! В целый философский день, потому что узнал о драконах ОЧЕНЬ многое! В том числе и привычку делиться мудростью со всеми, кто к этому готов. И тогда мне на ум пришла самая лучшая идея из возможных:

– Вот что, зовите всех, кому интересно послушать про драконов, сейчас ещё Стас подойдёт, а я начну супер-лекцию с вопросами-ответами! – довольно объявил я. Сегодня в планах болтать о драконах, пока снова не засну от усталости!

Глава 11. Хакеры.

Стас

Дэн пугал нас, что некоторым одарённым здорово сносит крышу после пробуждения, но Лу этого избежал. Впрочем, он всегда был с крышей набекрень. [И что?! Умеренная шизанутость – первый признак гения!] Я понял, чего боялся: что Лу мог отмахнуться от всего человеческого. Но даже на ежедневное выписывание кренделей в воздухе я смотрю спокойно: развлечение вполне в его духе. К тому же это хорошая спортивная игра, не хуже пробежки.

История о брате-драконе меня растрогала, но одракониться за компанию не замотивировала: я по-прежнему стою на твёрдой земле обеими ногами, и люблю человеческую жизнь. Но даже если однажды тоже проснусь драконом, то отнесусь к этому спокойно: лишь бы мелкий был рядом. Сам он к моей позиции отнёсся на удивление адекватно.

Сейчас я шёл по зданию Коллегии, на этой неделе принявшей эстетику римского полиса, в честь первого дня августа. У входа на Полигон стоял огромный трёхголовый доберман, рядом с которым… кто же ещё? Наш котофей, беседовавший с учениками! Он по-прежнему обучал всех способных фокусам, оставаясь нашим связным с королевами.

– Чешир, пожалуйста, скажи, что это иллюзия! – очки-сканеры я оставил в кабинете, поэтому просто строго посмотрел на игнорировавшего меня Цербера.

– Расслабься, шеф, иллюзия, конечно же! Настоящего бы Лу уже утащил.

Я вспомнил, как недавно вспоминал старую мечту о собаке, и содрогнулся. Перед глазами замаячил грядущий день Рождения, и довольный Лу, демонстрирующий гигантскую зверюгу с подарочными бантами на шеях. Цербер сбил меня с мысли, громко гавкнув невпопад.

– Ну что, молодцы, рассинхронизировать удалось! С меня зачёт! Пошли отпразднуем! – Чешир довольно посмотрел на учеников, и вместе они ушли прочь.

– А собаку?! – возмущённо прокричал я им вслед. Пусть иллюзии и развеиваются со временем, но это не повод оставлять их в коридоре. Цербер посмотрел на меня со скепсисом, насмешкой и равнодушием.

На Полигоне, как всегда, идиллия. Ещё на прошлой неделе Лу принял в Коллегию ифритку. Шумная девчонка-пацанка Кира была идеальным актом вредности в сторону нашей преподавательницы-природницы, утверждавшей, что «фаерболы – нереалистичное клише из видеоигр». Если честно, я ответом Лу доволен, занудность вампирши была чуть меньше её гениальности, а кроме полётов в круг развлечений брата вошёл ещё и «фаербол».

Скамья болельщиков занята полностью: такое шоу мало кто пропускал! Я наклонился к Насте с видеокамерой: кто лидирует?

– Лу, но сегодня совсем с небольшим отрывом. Посмотри, интересно!

Наша синеволосая пироманьячка издала боевой клич в духе Шараповой, и разом запустила три огненных шарика по косой траектории. Лу, в полном облике драконида подпрыгнул вверх на крыльях, и эффектно отбил один огненным шаром, а два – сдул напалмом.

– Ага, три сразу?! А если так? – воскликнул мелкий, и выпустил из когтей сразу шесть огненных шаров, правда один пошёл криво, прямо в сторону трибун, но рассыпался о защитный контур. Пять остальных устремились к ифритке: четыре были рассыпаны искрами на подлёте, пятый – показательно пойман в ладошку, увеличен до размера мяча для аэробики, и запущен обратно. Лу разбил его на десяток мелких, но несколько подпалин всё же украсили доску позади него. В фаерболе победа достаётся тому, кто первый сломает доску соперника.

В свой ход Лу запустил два прыгающих огненных шара, будто вырванных из компьютерной игры, настолько их траектории издевались над физикой! Кира попыталась их отбить, но шарики резко увернулись, и рванули вперёд: один взорвался фейерверком прямо перед девушкой, второй – разнёс её доску в щепки. Зрители зажмурились от яркого света.

– Лу, твою ж за ногу, обалдел?! – завопил я. Только успел порадоваться, что брат всё такой же ребёнок, как он подтверждает это на практике!

– Стас, остынь, всё в норме, даже не ослепило! – раздался голос Киры. Девушка осмотрела взорванную доску, и махнула рукой Лу: – Три-два, так и быть, но в пятницу реванш!

– Отлично, на что спорить будем? – Лу выглядел немного запыхавшимся, но очень довольным: на забавной оранжево-бронзовой мордахе драконида читался неподдельный восторг от поединка.

– Потом придумаю! – Кира отсалютовала в духе Сейлор Мун, и вышла на трибуну. – Эй, Настюх, покажи, как это со стороны выглядело!

Рабочий день закончился, и мы с братишкой отправились домой: уставшие, но довольные!

– Кажется, всё устаканилось: в документах порядок, Полигон готов к дурдому, так и должно быть, наверное? – я повернулся к Лу, который жевал конфеты, развалившись на диване. В одной организации с компанией вампиров легко стать сладкоежкой!

– Не всё! Мы обещали Цепину, что достучимся до Академии, а нас динамят! – Лу обиженно фыркнул. – Как будто испугались!

– Может, просто заняты другими делами. – сказал я, просматривая работы нейросетей, заменившей отказавшим фоторобот Посла. Одна и та же картина: безупречный, как многие ИИ-модели, мужчина в белом костюме, с белыми волосами. Любимый раньше мелким «Оленинград» не так давно попытался устроить инфобомбу, но уже через час ряженого разоблачили, обозвали «Мэри Поппинсом» и разобрали на мемы. Не тот эффект, на который рассчитывал сплетник, но люди словно стали на порядок устойчивее к запудриванию мозгов. К чему-то приложили руку лично мы, продолжая пополнять свою базу данных по паранормалам, а я радовался, что никто, кроме Лу, не видел моей реакции, когда некоторые старые и очень сомнительные идеи конспирологов получали уверенное подтверждение!

– Заняты или не заняты, а у меня идея. Я тут что узнал, к Кире Посол уже третий раз пришёл. Влюбился, что ли… Только она его обратно посылает. Фью!

– Смотри, диван не испачкай! – я покачал головой, глядя на великовозрастное огнедышащее дитё, поджаривающее дыханием конфету. В человеческой форме это выглядело ещё забавнее! Средневековые драконы жгли города, современные – жгут сладости, потому что «так вкуснее».

– Придёт он в четвёртый раз или нет, не знаю, но готов поспорить на что угодно, если мы… хотя бы на недельку! Пригласим её к себе…

– Ну нет! – я вздрогнул, представив последствия этого. Лучше делегация оборотней, чем одна ифритка! Лу залился довольным хохотом.

– Шучу, расслабься! К чему веду, пробить прорицательский полог даже Китти не смогла, но это магией, а если иначе? Предлагаю Гошку позвать.

– Временщика? – я немного не понял, чем нам поможет изобретатель первой в мире машины времени, но Лу закончил жевать карамельку, и приготовился разжёвывать свой план.

– Угу, его! Смотри, у нас есть точная дата прибытия Посла, точное место – у Киры в спальне.

– Ну?

– Берём машину времени, и каждому по косичке на удачу, авторства Китти! Плюс я и саму Киру на желание раскрутил.

Я восторженно покачал головой. Если Лу и перестал быть человеком, то способность вертеть реальностью он не утратил! Ифритка приходила в ярость берсерка, как только её путали с джинном и просили исполнить желание, но Лу выехал не то на упорстве, не то на родстве душ: они оба те ещё спорщики!

– Ну ты даёшь! С огнём играешь, во всех смыслах!

– Могём, умеем, практикуем! Плюс сам подмагичу, помнишь, я теперь любую сгоревшую видеокарту на коленке восстановлю. У Гошки какая проблема, что никак свою машину времени не настроит. Шаг не туда – всё, железо дубу даёт. Почему он фей не хочет попросить…

– Потому что сам разобраться хочет. Магия магией, но ты сам постоянно твердишь о людях, совершающих невозможное. – заметил я. – Вот Гошка и совершает. Даже не отрываясь от реальной жизни!

Про отрыв от реальности немного приукрасил, Гоша – студент местного вуза; проживает в общежитии, где держит настоящую машину времени! Его несложный дар пришёл к нему вместе с чертежами прямо во время пересдачи. Сейчас машина выглядит неприглядно и сыро, но зато способна перемещать небольшие предметы в прошлое и будущее на целых пять минут!

Помощи он попросил у Лу, как у конспиролога, потому что только конспиролог поймёт опасения, что его машину украдут специально обученные ниндзя, как это случилось с изобретениями Николы Теслы! Я старался сохранять серьёзное выражение лица, когда эти двое любителей странных теорий перемыли косточки всему научному составу мира, но наградой стала уверенная работа с, возможно, самым гениальным из всех одарённых! А со своей стороны я подогнал Чешира и его увлечённых дизайнеров, так что общага теперь была, как новенькая!

– Здравствуйте, Станислав Михайлович, здарова, Лу! Двенадцать пятьдесят четыре. – по привычке Гошка записал точное время нашего прихода. Зачем – не знаю, он никогда не говорил. А я по привычке удивился, что в нас многие видят «уважаемого начальника и его прикольного друга-братишку»

– Гош, это же не машина времени разобранная? – спросил Лу, разглядывая распотрошённое нечто, отдалённо напоминающее системник с десятком видеокарт. Пока кто-то майнил криптовалюту на таких конструкциях, никто не думал, что похожая будет использована одним студентом для путешествий во времени!

– Нет, это новая модель, пока не опробована, старая лежит с шестьдесят второго апгрейда. – Гоша посмотрел в сторону чуть меньшего агрегата, и восторженно, почти влюблённо, прошептал: – КПД повысился на две сотых процента!

– Гош, как думаешь, оно может переместить нас двоих в прошлое на… сколько там Кира сказала? – я повернулся к Лу. – В общем, нам нужно на пару дней назад.

Студент почесал переносицу, и посмотрел на нас с сомнением.

– Теоретически есть пятнадцать процентов на успех. Это немало! Но только у Лу, как у дракона. Драконья чешуя защищает от ряда излучений. Это на двенадцать процентов больше, чем у представителя homo sapiens.

Брат красноречиво посмотрел на меня; может, он и верит, что я – тоже дракон, но пока я был человеком. Лу не передумал, так что его взгляд означал не «Стас, одраконивайся скорее», а «Гошка, разуй глаза!». Временщик понял, что сморозил глупость.

– Пятнадцать процентов. У Лу! В облике драконида! Станислав Михайлович, простите, ваш шанс всего лишь два целых, девяносто восемь сотых процента, если по грубой прикидке.

– Какова вероятность, что нам удастся убедить тебя отдать эту штуку на время? – спросил Лу.

– Для вас всегда сто ровно! Если вдруг что-то сломаете, не переживайте! – сказал изобретатель.

– Ага, как будто мы не знаем, где запчасти достать! – закивал Лу, и оба рассмеялись. Дорогое оборудование, пусть и последнее поколение видеокарт резко просело в цене. Техномагия уверенно набирала обороты, потому что фаерболы это весело, но поднимать научно-технический прогресс надо, и это понимают многие.

А рабочий прототип машины времени представлял собой что-то похожее на системный блок: типовой ящик, укомплектованный «железом» больше, чем того требует здравый смысл. Я с плохо скрываемым напряжением поднял этот агрегат, и уже задумался над тем, как буду переть эту бандуру до машины. Штука неудобная, вдвоём не утащить! А мне очень обидно признавать, что заброшенный спортзал будет настолько ощущаться! Лу посмотрел на меня, как я дотащил ящик до середины коридора, и предложил:

– Давай я донесу, я сильный!

– Уверен? – я с сомнением посмотрел на руки мелкого; может, новое спортивное увлечение и сделает брата крепче, но пока он как был макарониной, так и остался.

– Смотри, всё просто! И раз… – Лу перехватил агрегат, и снял его с меня. – … и два! Ничего, допру!

Что мне оставалось делать? Только наблюдать, как мой брат, которому лень зарядку делать, стал сильнее того, кто ещё зимой тягал железо в спортзале! Повезло же кому-то вспомнить себя…

– Завидуешь? – Лу, кажется, прочитал мои мысли. Я подумал, и не стал врать: кивнул.

Лу

Допереть эту штуку было не так просто, но уважение в глазах братишки того стоило. Уже через пятнадцать минут мы доехали до коттеджного посёлка, где жила Кира. Хороший загородный дом, в нём зимовать можно! Даже тем, кому теперь полюбилось выкручивать отопление до плюс тридцати.

Зажигательница нового тренда Тиктока, трижды пославшая Посла ёжиков пасти, рассудила так: идти за таинственным незнакомцем «в сказку» она не хочет, зато в Коллегии всё просто прозрачно! Вот сайт, который построил Стас. Вот куча статей и видюшек про нас, на сайте который построил Стас. А это – комменты, в которых всё классно, в статьях и видюшках (конечно, про нас), лежащих по группам, болталкам и сайту, которые также курирует Стас! Да и дистанционку мы наладили, насколько возможно, так что кругом одни плюсы!

Ифритка встретила нас в дверях, накрашенная, как египетский фараон.

– Приве-ет ребят! Этот металлолом и есть машина времени?! Круто! – и всё на повышенных тонах. Такой голос у неё, кажется, тихо она вообще не говорила.

– Про что новый ролик снимаешь, Кир? – я помахал подруге рукой, – Про Египет?

– Чего?! А! Ты про это! Стрелки не рисовались, ну и психанула! – Кира громко загоготала на всю улицу, спугнув голубей с забора. – А прикинь, ещё тренд запущу?!

Я так и не спросил, зачем девчонке-пацанке, которая из всей косметики юзала только камуфляж для пейнтбола, понадобились стрелки, но решил не уточнять; у нас сегодня другая задача.

Мы расположились в спальне посреди творческого беспорядка Киры: я настраивал на пульте координаты дома, со всеми нужными поправками на вращение Земли и косился на брата: хмурого, как в начале лета.

– Ста-ас! Что кислый такой? – мне эта перемена показалась плохим знаком.

– Не нравится мне эта идея с путешествием во времени, – пробубнил братишка. – Мы собираемся переписывать прошлое, это вообще нормально?

– Абсолютно! Не волнуйся, я уверен, всё у нас будет хорошо! Чуть взломаем пространственно-временной континуум, случайно отправимся в ещё одну параллельную реальность… что? Шучу, расслабься!

Стас по-прежнему сидел насупившийся и перепуганный, Кира наблюдала за нами с интересом, не вмешиваясь. Даже с учётом всего подмагичивания, у меня шансов выжить намного больше, чем у брата. Может, дело в этом?

Я потратил пару секунд на натягивание драконьего облика, и заявил:

– Стас, не боись. Я пойду один, у меня больше шансов на успех, а ты подождёшь меня здесь, лады?

Братишку, кажется, клюнул Апофигей, разве что от удивления не подскочил, по моему примеру.

– Какого?! Уши надеру!

– Брати-иш! Ну ты же сам слышал! Да и что со мной такого может вообще случиться? Клонирует временным парадоксом?! Так это даже прикольно будет, подружусь сам с собой, и буду чудить в два раза больше!

– Не, двух Лу этот мир не выдержит. – сказал брат, и наконец-то мы нашли в себе силы рассмеяться! Но шутки шутками, а это было проблемой. Пятнадцать процентов, плюс моя упёртость… жаль, что Китти наотрез отказалась поддерживать нас косичками на удачу, но у нас рядом была ещё одна первоклассная ворожея, которая легко могла догнать даже Стасовы три процента до уверенных ста!

– Кира, а давай ещё поспорим? – я хитро повернулся к ифритке. Та раздражённо фыркнула, и покачала головой.

– Хрен тебе, а не «поспорим»! Я уже подворожила, вы машину допёрли, никто не отвлёк, дальше – крутитесь сами. Или берите меня с собой, тогда может и передумаю.

– Мне это вообще перестало казаться хорошей идеей. – испереживавшийся Стас вовсю практиковался в нездоровом скептицизме, как подменили мне брата. А ведь так уверенно оживал! – Меня не покидают плохие предчувствия.

– Всё равно. Берёте меня и точка. – неожиданно тихо сказала Кира. Кажется, она тоже была настроена серьёзно, если ради этого понизила свои горластые децибелы. – Могу тебе хоть шорт записать, я теперь и в открытом космосе выживу.

– Не нужны мне шорты, пошли вдвоём тогда. Но только ты на удачу колдани, а? – сдался я.

Кира закивала, сделала сложный жест руками, выкрикнула что-то многоэтажное, и со звоном хлопнула в ладоши: я снова подивился, но так все её колдунства выглядели! Я снова подивился спецэффектам, а ифритка уверенно кивнула:

– Готово! Всё пройдёт в лучшем виде, запускай шайтан-машину!

Почти всё время Стас пронервничал, будто готовился к внезапному нападению знаменитых путешественников во времени, охотников на бабочкодавителей и всяких диктаторов. Сидел, будто не машину времени собирал, а электрический стул!

– Нет, не нужно нам этого делать. – сказал он, и внезапно обнял меня. Чего это с ним? Вроде всё сто раз обсудить успели, план прост, как обед из трёх блюд! А он встревоженный такой.

– Почему Посла никто не поймает, потому что никто не знает, где он окажется. А у нас есть точное время и место.

– Лу, я боюсь.

От такого признания я недоуменно склонил голову набок: мой хронически взрослый брат может сказать «уши надеру» или «займись чем-нибудь другим», но вот так открыто признаться в страхе? Взрослые врут, а не боятся!

Я только приготовился мастерски разбить страхи братишки одной левой, как взглянул в его перепуганные глаза, и сам словил дежавю. В один момент я почувствовал себя насквозь мокрым из-за дурацкой привычки спать на краю фонтана «для ясности ума», а мой братик – уже человек, не дракон! – Снова смотрел на меня точно таким же взглядом, как тогда, когда я отправился перерождаться «всего лишь одну коротенькую человеческую жизнь»!

Тревожность, которую я не успел вовремя заткнуть, разбудила воображение, и то дорисовало картину: мы с Кирой исчезаем в неизвестном направлении, в прошлом так и не появляясь. Стас сходит с ума, переворачивает мир (и Гошку заодно), чтобы отправиться следом за мной, в широту всех своих трёх процентов успеха, и, если он выживет, может мы даже пересечёмся… когда-нибудь.

Воображение может быть ОЧЕНЬ неудобным, когда ты видишь свет в конце тоннеля, а оно подрисовывает к нему мчащийся поезд и рельсы под ноги! Стас уверенно держал своё обещание не превращаться в няньку, и мы даже скандалить меньше стали! Но сейчас его страх пробрал и меня.

– Хорошо. Давай тогда рассуждать логически, что плохого может приключиться, – начал я уверенным тоном. – Предположим, я отправляюсь в далёкое прошлое, где стану Змеем-Горынычем, например. В таком случае вспоминаем сказки, которые нам в детстве рассказывали! Ты знаешь сказку о брате Змея-Горыныча?

– Знаю, «Сестрица Алёнушка и братец Иванушка». – огрызнулся Стас. Так затейливо козлом меня ещё не называли, метафору я оценил.

– Стас, съешь конфету, сладкое успокаивает! – подала голос Кира, уже успевшая достать откуда-то вазочку с халвой в шоколаде.

– Мне тоже, обожаю халву! Ого, они бумажные фантики завезли? – я запустил лапу в салатник, и схватил вкусную конфету в красно-жёлтой бумажке. – Рассуждаем дальше! Если меня закинуло не так близко, а, например, к динозаврам, то как я бы подсказал оттуда?

– Лу, не ёрничай, Гошкина машина дальше пяти минут никого ещё не переносила. – Стас раздражённо увернулся от моего полёта фантазии.

– И это логично! Тогда предположим, что… ВО! Идея! Вспоминаем, как работает эта штуковина, и делаем вывод, что если что-то пойдёт не так, то я бы спрятал подсказку где-нибудь под корпус. И если учесть, что я сейчас ТОЧНО намерен отправиться в прошлое, то сообщение об ошибке должно находиться… а пусть здесь, где дисковод! Самое удачное место для бумажек. Но сейчас мы увидим, что там пусто, и…

Я осёкся: в щели дисковода обнаружился красно-жёлтый фантик. Вернее, его копия из будущего, потому что МОЙ был всё ещё у меня в кармане, куда я его положил по привычке сохранять чистоту. А на фантике было выведено три слова, которые разбили где-то внутри меня колбу с жидким азотом…

«Врем петля застрял». – прочитал Стас бесцветным от ужаса голосом, и я понял, что он только что спас мне жизнь! Воображение подбросило жуткую, но бессовестно правдоподобную картину, как я раз за разом переживаю одни и те же пять минут, не в силах ничего сделать, и… ох. Не, я на такое не согласен!

Стоило мне об этом подумать, как бумажка пропала. А значит, будущего, в котором я застряну навсегда во временной петле, больше не существует. Звучит странно, но это нормально, когда речь про временные парадоксы. Фокус Киры сработал, со стопроцентной вероятностью нам повезло избежать чего-то очень жуткого.

Машину времени мы отвезли изобретателю обратно. Гошка не удивился: он был одарённым со способностью точно знать своё будущее в ближайшие две-три минуты.Когда-нибудь это может даже спасёт ему жизнь… а пока просто лишило всех сюрпризов.

Что до меня, то липкий страх ещё долго держал за горло колючей и холодной перчаткой. Чуть было я снова не попался в ту же ловушку, что и много жизней назад! И даже этот опыт не защитил меня… зато защитил Стас, который смог совершить фокус невероятной сложности – удержать меня от этой глупости! Киру я тоже не забыл, презентовал ей шикарную корзину вкусностей, какие не каждой любимой дарят! С её помощью наш с братишкой урок был отработан… и, надеюсь, больше никогда не повторится.

– Интересно, почему я телефончик тот же не додумался сунуть. Мог бы рассказать, как вообще эта временная петля ощущается. – проронил я, когда мы пришли домой.

– Думаю, ты специально этого не сделал, чтобы не испугать себя. – Стас недоверчиво посмотрел на меня. Вообще да, я бы так поступил. Одно дело читать всякие крипипасты, и другое – собственную эпитафию…

От внезапного озарения я подпрыгнул.

– СТАС! Идея, идея!!!

Братишка предсказуемо напрягся, и затаил дыхание: хорошая, или меня опять придётся огреть аргументом поувесистее?

– Крипипасты! Они же тоже сейчас должны работать, я уверен! Кого там вызывают? Пиковую даму… или Кровавую Мэри? Перед зеркалом чтобы!

Братишка посмотрел на меня с подозрением, но идею сразу не отмёл.

– То есть, ты хочешь вызвать какую-нибудь жуть, чтобы Академия нам попыталась помешать?

Я довольно рассмеялся:

– Вообще-то хотел вызвать академика, но твоя идея мне тоже очень нравится!

А вот теперь во взгляде братишки читалось здоровое любопытство и предвкушение веселья, а значит, идея действительно хорошая!

Стас

 Признаю, идея оказалась забавной, и речь не в однозначном миролюбии монстров. Дело в том, что некоторые вещи всё же попали под неведомый запрет: демонологи, призыватели и некроманты были разочарованы качеством призыва на Земле! Замученный конспирологами призрак Нострадамуса выдал целую горсть свежих пророчеств, ни одно из которых так и не сбылось. На правах профи Лу вообще уверен, что призрак – подделка.

– Что мы знаем, что магии оказалось не под силу вытащить даже нормального Нострадамуса! – заявил он. – Но мы не в сказке живём, поэтому на помощь нам придут те, кто вытащат не только Посла, но и всю Академию за компанию! Ещё до Чуда у нас появилось такое колдунство, которому даже бубен не нужен для призыва, и называется оно… программирование!

Я удивился логическому завороту брата, но всё же согласился. Сверстать заклинание, основываясь на законах программирования просто, у нас уже целый штат таких сотрудников, вплетающих машинную логику в магический быт.

А с другой стороны… нет, саботировать идею я не хотел, просто прикинул: стоит ли идти на поводу у собственных капризов, или я уже вырос из этого возраста? А потом подумал: идея ничем неприятным не пахнет, а раз мелкому можно… почему мне нет?

– Я бы тоже хотел в этом поучаствовать, как прогер.

– Ур-ря! Тогда у нас точно всё получится! – воскликнул Лу. Иногда его оптимизм переходит все границы… но это так приятно!

За прошедшую неделю команда Коллегии, включая нескольких специалистов из конторы Акеллы (Лу продолжает успешно раскручивать особиста на всяческую помощь и информацию), успела сделать целый ворох наработок, которые заставили футуристов прыгать до потолка. А я понял, насколько прав был «Маленький Оратор», что так перешифровался! Герой оборотней Земли так и не найден, зато «техномагия устроила ещё больший переполох, чем «Летняя ночь»! На помощь прибыл даже Цепин, потому что двух начальников Коллегии, родившей новое направление в земной магии, уже было мало.

А я снова протёр глаза. Иногда всё-таки нужно отдыхать, даже если магскрипт «Энергетик 1.0.3» перекладывает всю нагрузку с меня на компьютерное железо. Которое, в свою очередь, реставрировалось за минуту любым магом-универсалом уровня Лу.

– Боброутречка, гуманитарная помощь задолбавшимся прибыла!

Может, я и устал, но чувство времени не потерял. Наверное.

– Лу, какое утро, издеваешься? – проворчал я, даже не глядя в сторону брата.

– Стас, мы, конечно, похожи, но не до такой степени! Кажется, кое-кто слишком заработался… – Настя поставила на мой стол жёлтую кружку с горячим эрл-греем, и какую-то булку. Я устало выдохнул. Нет, всё-таки магскрипты пока не панацея.

– Кажется. Но если Академия и после такого фортеля нас проигнорирует, то я не знаю, чего они вообще ждут. Апокалипсиса? Вторжения инопланетян? Сбоя в матрице?! – я хлебнул чая, и посмотрел на ведьму чуть прояснившимся взглядом. Всю неделю она была рядом, поддерживала меня в порыве, как я решил, «похулиганить». Хулиганству мне ещё предстоит научиться…

– Зачем всё это вам, не пойму. Цепин уже дал знать, что встреча с Академией вообще не горит. А вы скомпилировали шкатулку Пандоры.

– ЧТО?! Когда?!

– Я образно. А ты, Стасик, совсем мозги перегрузил. – ведьмочка недовольно фыркнула, глядя на мой подскок в духе Лу. – Где скептик, послал меня в пешее эротическое, когда узнал, что я сама себе гадальную колоду придумывала?

– Пошёл тем же маршрутом.

Китти права, надо отдыхать. Я поставил компьютер в режим самостоятельного планирования, и встал с кресла. Кажется, если бы я это делал чаще, спина бы не болела!

– Отпусти ситуацию, решение найдётся тут же. – сказала ведьма, и плюхнулась в кресло напротив. – Например, узнаешь, что один мимокрокодил наткнулся на школьного приятеля, который до сих пор живёт в компьютере, и уже призывал на свою голову Нострадамуса. Да-да, того самого бедолагу, который, похоже, оставил свои пророчества в Средневековье. А мимокрокодил, в силу своей ведьминской вредности, разболтал этот его секрет!

Я уставился на Китти взглядом абсолютно невдупляющего тела. Забавно, кажется, я понял, почему Лу так любит придумывать странные словесные конструкции!

– В смысле?

– В коромысле! Говорю прямо, есть любитель пощекотать нервишки земному файрволлу, списывались полчаса назад. Пару лет молчал, а сегодня такой: «Привет как дела». Связываться будем?

– Смеёшься?! Будем, конечно! – Лу ворвался в мой кабинет, почуяв что-то интересное. – Стас, пошли приводить себя в порядок! Причешись, побрейся, и надень что-нибудь приличное!

Я почесал щёку; допустим, я сейчас действительно немного небрит, но рубашка у меня свежая. Братик просительно сделал бровки домиком, и намекнул:

– Хотя бы оранжевое, а?

– Не нужно никуда идти, я же говорю, он живёт в Интернете! Сейчас звякнем, и всё будет! Но перед этим я требую плату! – Настя искусно выдержала паузу, проигнорировав мой осуждающий взгляд; явилась меркантильность в самый неудобный момент! – Три дня выходных!

– Согласен, за такое не жалко. – выдохнул я, умолчав, что за время отгула свихнусь без неё окончательно. Но подруга только хитро покачала пальцем:

– Не-ет, Стасик, ты не понял! Три дня выходных вам с Лу! Коллегия без вас не рухнет, а вы двое слишком заработались. И оранжевое ты действительно наденешь, здесь я всеми руками-ногами «за»!

Мы переглянулись с братишкой, но аргументы против не нашли. И мы действительно заработались… Большая и светлая мечта «успешного современного человека» освещала нас яркостью ядерного взрыва.

– Хорошо, обещаю. Дела перекладываю на помощников. Но запрещать Лу хулиганить на Полигоне я не стану! – не надо быть Нострадамусом, чтобы знать: этот запрет будет нарушен к концу завтрашнего дня.

– И не надо! – Настя подмигнула, и включила смартфон. – Вам только послушать предлагаю, вы на его языке не говорите.

– Иностранец? – Лу сунул любопытный нос в экран гаджета Китти.

– Бери выше, житель иного мира!.. Ку, Фил! Срочный квест в тебя!

– Ку, Этна! Портанусь через пять минут, линк пойнт⁵.

– Никаких пойнтов, это в реале. У тебя ещё осталась нераспакованная заготовка на Нострадамуса?

– А? – на заднем плане гремели звуки драки на мечах.

– Падай, скажи РЛу про пинг, а то «F» твоему вай-фаю! – рявкнула ведьма. Я уважительно посмотрел на подругу, одной фразой привлёкшей внимание увлечённого геймера в разгар боя.

– Ладно. Сильно горит? – звуки схватки продолжались, но нам, кажется, уделили больше внимания.

– Двум друзьям жизнь спасаю. Перешлёшь текст? Нужно позарез!

– Не вопрос, вечером жди.

– Стоять! Филька, мне СЕЙЧАС надо! У тебя вечером всё равно ПТУ-25, или вы на проки собирать перестали?!

Мы с Лу переглянулись, потому что в современных онлайн-играх одинаково не разбирались, а Настя, кажется, была более, чем в теме… и авторитете у приятеля.

– Мне сворачиваться влом…

– Со второго монитора выведи.

– Тоже занят, там стрим идёт. Тебе привет передают.

– То есть ты наш разговор сейчас стримишь? – Настя, кажется, возмутилась. Из динамика раздалось довольное хихиканье. – А как ты сервер ВВ грохнул, ещё не рассказал?

Смех прекратился.

– Релакс, шучу. Я смотрю стрим, а не веду. Нострадамусы кончились, прокнула ещё наработка, новая, но рабочая. Чекай личку.

Ведьма посмотрела на экран телефона и кивнула.

– Так бы сразу. Бывай, удачного лута!

Прервав связь, она посмотрела на наши не обременённые пониманием лица, и пояснила:

– Игрулю такую, «Воины Вельтании», знаете? Вот в Вельтании Фил и проживает. Продаёт эпические пиксели и водит нубов за рубли. Хорошо устроился, кстати. Глава самого сильного ордена на ру-серверах.

– Как тебя только туда занесло. – я посмотрел на девушку, у которой компьютер для развлечения вообще не использовался.

– Ивэтна, Лизэтна, Жанэтна, и далее по списку, можно просто Этна! Я этной… тьфу! Этой игре полтора года жизни отдала, пока не оведьмачилась. Ролевики там душевные.

Идея магскрипта с вызовом была проста и гениальна, и базировалась больше на моей случайной шутке, чем на реальном вызове Посла. Мы с братом дождались заката: оба в оранжевых футболках, я своё обещание выполнил. И, пусть непривычно, но мне нравится! Надо будет подумать на тему расширения гардероба. [Давно пора!]

Всё было готово. Большое антикварное зеркало, одолженное у музея. Колдовские аромасвечи, мерцающие разноцветным пламенем. Заряженные энергией безделушки, собранные вскладчину у многих одарённых Китежа. И, наконец, самые старые часы, какие были у нас с братом. В роли последних выступила мамина кварцевая «Слава», обнявшая моё запястье, в котором я держал листок с текстом заклинания.

Лу осмотрел колдовской круг из побрякушек, и не выдержал, перекинулся в дракона. Я вопросительно поднял бровь.

– Надеюсь не рванёт, но мне так спокойнее. Случись чего, я и тебя укрою.

– Расслабься, братиш, всё пройдёт идеально! – отмахнулся я. – Сам помнишь, кого мы вызываем.

Напоминание попало в яблочко: «Ребёнок» вновь затолкнул «Труса» в самые тёмные глубины подсознания, чего я и добивался. Мы все давно заметили: когда мой брат заряжен позитивом во всю широту своего не по годам детского характера, это решает больше проблем, чем рациональный и логический подход. А когда он смеётся – тем более! Мир начинает смеяться за компанию, и больше не настроен вредить.

– Хах! А то! «Вы само совершенство, вы само совершенство, от улыбки до жеста…» Не, ну Фил даёт!

Я довольно кивнул, попутно вспомнив другую «Леди Совершенство», привыкшую украшать свои выступления оперными вставками.

– Готов? Читать тебе, я всё равно неодарённый.

– А то. И Чудо тоже, глянь в окно! – Лу тыкнул когтистым пальцем в полуночное небо, которое снова украсили ленты авроры. Действительно хороший знак, под такое у нас обязано всё получиться! А Лу встал в эпичную позу, и начал гордо декламировать слова заклинания:

– Задаю переменные А, Б, В!..

До сих пор удивляюсь такому дикому симбиозу магии и программирования, но доволен и горд: волшебство заговорило на понятном мне языке!

– …пока переменная «Узел три» больше или равна, скобка открывается, восьмидесяти плюс…

Как описывал свою работу Фил, в основе лежал парадокс. Найти то, что спрятано на самом видном месте. Использовать самое абсурдное. Заставить реальность принять код за новое правило, по принципу плагина. И, пока защита от призыва пытается перебороть это вопиющее нарушение, между делом достичь цели! А цель наша… нет, не призвать «Мисс Совершенство», но мы перечитали всем руководительским составом это заклинание, и единогласно решили: всё будет в точности, как мы того ожидаем!

Лу

Читать программистический код, попутно выписывая руками реальные магические кренделя – такое я могу. Помню, как ухахатывался вечером над этим текстом, зато сейчас не сбился, и произнёс со всей серьёзностью, даже не улыбнувшись, безупречное исполнение! Пламя свечей затрепетало и заискрилось, зеркало пошло рябью, а я огляделся по сторонам: вдруг сейчас, как в кино, на нас свалится отряд специальных боевых академиков?! Но нет, вместо этого из зеркала показалась фигура в плаще, шляпе и с зонтиком в руке…

– Пардон, я не хотел! – я повернулся к брату, который обалдело хлопал глазами. Шутка про «мисс Совершенство» внезапно была подхвачена на полном серьёзе! К счастью, это была не Маришка, а молодая синеглазая дама в безупречном строгом костюме, в одной руке – ковровый саквояж, в другой – зонтик.

– Доброй ночи, джентльмены. По какому поводу вы обратились ко мне? – вежливо поинтересовалась наша Мэри Поппинс, продемонстрировав идеальную дикцию, а заодно и русский язык без намёка на английский акцент.

– Мисс Совершенство?! – Стас экстренно пришёл в себя, и заозирался: а Посла нам за компанию недодали? Хотя леди тоже выглядела немного не в своей тарелке.

– А Посол где? Или мы случайно оживили… – я прикусил язык, потому что вовремя сообразил, что оживший персонаж может отреагировать на это откровение непредсказуемо.

– Говорите, как есть, мистер, вы хотели сказать «оживили персонажа книги»? – Мэри ещё раз осмотрела помещение, и вздохнула с облегчением. – Насколько я вижу, вы не отчаявшиеся родители, вспомнившие о существовании персонажа автора Памелы Трэверс. Господа, спешу сообщить вам пренеприятнейшее известие… – гостья ещё раз окинула нас внимательным взглядом, а потом по-человечески улыбнулась: – Вы крупно налажали.

С такого перескока в стиле я чуть без зонтика не улетел!

– Стоп, вы не Мэри Поппинс, она бы так не сказала!

Милой и живой улыбкой Мэри стряхнула с себя маску «самой идеальной няни», оказавшись вполне живой обаятельной девушкой!

– Потому что я не настоящая Мэри Поппинс, но от вашего вызова все радары забились в истерике. Могу поинтересоваться, как вы пришли к этой формуле вызова?

– Сначала представьтесь. – вежливо, но твёрдо попросил Стас.

– Зовите Мэри, раз я в этом образе. Полевой сотрудник Погранично-пространственного корпуса Академии.

– Ого, так мы реально Посла вызвали?! – я во все глаза вытаращился сначала на Мэри, а потом на листок с волшебным скриптом в руках.

– Не совсем. Посол ищет тех, кому нужна помощь. Мы – присматриваем за миром, чтобы ни один талантливый конструктор-порталист не нарушил процесс снятия режима изоляции раньше срока. Заодно беседуем с ними. Вот что, я, конечно, не английская леди, но и на часах сильно не «файв-о-клок», давайте продолжим за чашкой чая? Обещаю всё рассказать, но вы меня выдернули прямо с перерыва.

Мы с братом понимающе переглянулись: служба службой, а перерыв на вкусняшки – святое!

Устроившись в опустевшем (первый час ночи!) кафетерии, мы приступили к чаепитию с пирожными и горячими новостями. Фила Мэри знала, и хорошо отзывалась о нём: каждый, кто смог пробить земной файрволл указывал Пограничникам на слабые места, и чуть усиливал защиту Земли от незваных гостей из «глубокого космоса».

– А Нострадамус, он ведь тоже ненастоящий? – поинтересовался братишка. Мэри покачала головой.

– Наш штатный – нет. Такой же аниматор, просто я с педагогическим уклоном, он – историк-лингвист. И он намеренно сбивает дурацкое мнение, что французский средневековый пророк раскроет счёт футбольного матча в Саудовской Аравии.

– И всё-таки, почему вы это делаете…

– Это наша инициатива. Чудо только начало раскрываться, процесс займёт несколько лет. А мы следим, чтобы никто этому не помешал.

Мне сыто икнулось; всё-таки с нами случилась однозначно добрая сказка! Магия вернулась, но ни к чему плохому это не привело. Вместо того, чтобы превратить её в оружие нового поколения, люди распределили её по действительно важным сторонам жизни, и получилось прекрасно! Даже призыватели настроены не на монстров, а на лучшую в мире няню, дедушку Мороза и почти настоящего детектива Шерлока Холмса!

Но ходить вокруг да около можно было до рассвета, а проверять, не растает ли Мэри облачком тумана с первыми лучами солнца не хотелось.

– Мэри, скажите, почему Академия нас игнорит?! Я очень неадекватный гиперактивный огнедышащий дракон, мне горит попасть в Академию! – шутки шутками, но мне действительно было обидно, что таинственная школа волшебства так старательно обходит Коллегию стороной.

– Посол обходит тех, для кого дар смертельно опасен. С вами всё в порядке! – Мэри развела руками.

– А вы можете нас провести к себе? Прямо сейчас?

Мэри посмотрела на меня, затем на Стаса. Всё верно, «НАС», и мне всё равно, что братишка считает себя неодарённым! Уверен, его дар просто пока не обнаружился, а случится это завтра или через тысячу лет, дело десятое.

– Это будет проблемно. Но я вижу у вас артефакт двероманта. Можно попробовать.

Я взял в руку фейский ключик, который носил не снимая, в качестве талисмана. Только…

– Вы откроете им дверь к себе домой в Академию?

Мэри слегка смутилась, но виновато потёрла лоб ладонью.

– Ничего не могу обещать!

– Всё когда-нибудь случается впервые! – своей уверенностью я разогнал сомнения Мэри. – Импровизация наше всё, а я упёртый, вытяну!

– Нет, Лу. Запреты Академии без надобности… это выше правил. Без магического дара попасть на остров невозможно.

Стас напрягся, я тоже. Оставить брата погибать от любопытства?! Я на такое не подпишусь! Мы с братишкой обменялись взглядами, а потом хором посмотрели на пограничницу. Увы, это её не разубедило, она действительно говорила, что знала сама.

– Лу, я спокойно дождусь новостей от тебя, не волнуйся. – примирительно сказал Стас, почти безупречно маскируя обиду [Ничего я не маскировал…], но родного брата не обманешь!

– Какое «дождусь», нас разлучать нельзя! – я возмутился таким поворотом до глубины души. – Мэри, Стас – брат дракона, родители у нас одинаковые, так что он тоже дракон, просто пока не проснувшийся!

Мэри Псевдопоппинс виновато покачала головой.

– Лу, это не биология, ты сам это понимаешь. С позиции одарённости вы действительно можете оказаться драконом и человеком. Станислав обделён магическим даром, портал на него не подействует.

– Что значит «обделён», у него знаете, какая интуиция?! Это наша фамильная черта! И вообще! Даже пока магии не было, интуиция уже существовала, значит, она сильнее! И мне она говорит, что я справлюсь!

Душила обида! Почему на МОЮ долю чудеса ещё выделены, а братишку смахнули в мусорную корзину «для неодарённых»?! Но Мэри хоть и не выглядела суровой привратницей Страны Чудес, но на человека неспособного помочь очень даже тянула. А я встал со стула, и положил руку братишке на плечо.

– Я вытащу тебя, братиш. Веришь мне?

А он подумал секунду, и кивнул. В июле братик устроил для меня личное Чудо, а я сделаю для него то же самое, здесь и сейчас: подарю ему все чудеса Академии!

Мы трое стояли напротив двери в мой кабинет. Той самой двери, с которой у меня точно всё получится! Аврора за окном уже не сверкала, но я не поленился развесить гирлянды, мерцающие по всему потолку и стенам, окрашивая всё в знакомые мистические сине-зелёные цвета.

– Лу, ты точно уверен? – Мэри снова посмотрела на меня, но натолкнулась на самый красноречивый из всех моих взглядов. А может пограничник-Нострадамус заранее изрёк пророчество? Что-то вроде «Однажды с вами случится Лу, и лучше бы вам его послушаться, он точно знает, что делает!». Если это так, то я соглашусь, что там знают всё обо всех.

Пограничница перехватила зонт-клюку, и я обратил внимание на эту деталь костюма: не думаю, что ручка зонта английской няни должна была быть стилизована под драконью морду! А потом она постучала этой ручкой по двери. Тук. Ту-тук-тук. Тук. В этом был явный ритм и смысл, как в крошечном кусочке мелодии.

Я посмотрел на взволнованный шкаф в полтора раза шире меня. Идея проста и изящна, как взрывающий Интернет мем! Было бы так поэтично описать, как я хватаю его за руку, волосы развеваются на ветру, играет эпическая музыка, и нас окружает сияние магического дара… Но не сейчас, я за реализм! Поэтому просто схватил крякнувшего от неожиданности братишку, и перекинул через плечо, для верности ещё и крыльями поддержав, чтобы не свалился.

– Если свалишься – посажу на диету! – в шутку пригрозил я, и следующий братишкин кряк был больше похож на смешок. Не тяжело, просто неудобно! А за дверью появилось пространство, похожее на зеркальный коридор…

Как в случае с обычным порталом, я почувствовал то самое сопротивление, как при нырянии в воду. Но если для меня это была вода, то для Стаса – густой кисель! Думать поздно, возвращаться тоже, поэтому я только поддал жару, в смысле энергии, осветив невнятное пространство целым фейерверком золотистых искр! Выкуси, портал, не сдамся! Братьев не бросают!

Шаг, ещё шаг. Ещё…

Стоящая рядом Мэри смотрела на меня с удивлением и уважением, и, кажется, поверила, что всё получится! А потом пространственный кисель разбавился, и следующий шаг дался проще.

Шаг, ещё шаг, ещё…

Яркий свет, звон в ушах, непроизвольный вдох – и мы снова в реальном мире! Или около того: облицованная молочно-белым мрамором комната походила не то на дворец, не то на станцию московского метро, а воздух пробирал до глубины души озоновым ароматом.

Мэри преодолела портальное расстояние одним шагом; ей никого тянуть не пришлось, и уважительно поклонилась.

– Не думала, что такое возможно, пройти в Академию на упрямстве. Но у вас получилось!

– Лу, поставь меня, пожалуйста? А то мне ничего не видно. – попросил Стас, по-прежнему висящий на плече. Его просьбу я тут же выполнил, и принял человеческий облик. Уверен с того момента и навсегда, но молчаливая поддержка брата сыграла в этом подвиге самую ключевую роль!

Глава 12. Реальность.

Стас

Ещё в начале года я был серьёзным, адекватным и… скучным человеком. Лу смог пробудить во мне ту часть личности, которую я замуровал в «правильной жизни», и мир снова стал для меня красивым и интересным местом, достойным восхищения! Когда Мэри призналась, что в Академию меня не пустят, я расстроился. Но держался изо всех сил, чтобы братишка не подумал отказаться от этого невероятного приключения! Грустно, когда видишь новую интересную игру, а тебе говорят, что ты в неё сыграть не сможешь; подобной детской обиды я не чувствовал много лет, но привычно сказать себе «перехочешь» уже не смог.

Когда Лу внёс меня в портал, было тяжело: воздух и правда напоминал кисель, а Лу терял очертания, становясь похожим на призрака. Не нужно быть знатоком в магии, чтобы понять: мы были в разных состояниях. На какое-то мгновение я запаниковал… а потом понял: у нас всё получится. Лу не всезнающ, но своим упрямством уверенно продавливает реальность, а значит проблемы не будет! Знал это, когда поднялся почти ураганный ветер, пронизывающий до костей. Верил, что всё получится, и это… помогло!

– Братиш, ты как? – Лу напряжённо всматривался в моё лицо, пытаясь определить, не отлетел ли я в нирвану.

– Кажется, меня укачало, но скоро пройдёт. Это… Академия?

Мэри кивнула.

– Верно. Осмотритесь, и обязательно посетите директора, а дальше всё пройдёт, как надо. До свидания! – Мэри Поппинс скрылась в портальном дверном проёме раньше, чем я успел спросить, где вообще находится кабинет директора.

Покинув предбанник, мы ахнули, увидев Академию вживую! Попавшие туда могли писать и звонить в «большой мир», если хотели, но никто до сих пор не дал описания, на что она похожа. И хорошо, потому что это лучше увидеть, чем услышать! Колоссальное многоэтажное здание, облицованное белым мрамором, вобравшее в себя строгость геометрии античных храмов, величие Древнего Египта, и приятно узнаваемые элементы советского ампира. Классические формы удивительно гармонировали с современными элементами, вроде стеклянных перил, клумб и подсветки, а сквозь величественный стеклянный купол виднелось утреннее небо. Мы были в самом настоящем Храме Науки…

– Смотри, уже рассвет. Разница с Китежем, выходит, часа четыре? – Лу задрал голову, рассматривая купол.

– Причём тут разница во времени?

– Так узнать, где они примерно прячутся! – Лу сунулся в телефон. – Интернета здесь нет, геолокации тоже. Зато есть студенты.

По большому залу и правда ходили люди, дружелюбные и спокойные. Кажется, даже само ощущение от павильона дарило непонятное умиротворение, немного выбивающее из колеи, словно…

– Не могу отделаться от мысли, будто вернулся в родной дом. Смешно, правда? – Лу озвучил мои мысли, и продолжил восхищённо рассматривать фрески на стенах. Мы давно знакомы с декоративной атмосферной магией, но впервые попали в место, объединявшее в себе величие королевского дворца и уют беззаботного детства. Сердце сладко сжималось от этого ощущения, говорившее: «Какое счастье, что вы пришли! Вам здесь рады!»

– Стас, Лу, это вы, что ли?! Ребят, здаровки! – в реальность меня вернул очень знакомый голос! К нам подбежал первый замеченный нами паранормал, мой бывший сосед!

– Андрюха, приве-ет! Как ты?! Выглядишь супер! – Лу дружески похлопал Андрея по спине. Действительно, Андрей собрал патлы в хвост, кислотно-зелёная майка выглядела свежей, да и в целом «Провайдер» обрёл эмоциональность взамен полусонной рассеянности.

Его появление укололо меня в совесть: дар доставлял другу очень большие неудобства, а я ни разу за два месяца не вспомнил о нём!

– Андрюх, прости, я совсем закрутился…

Начинающийся поток извинений был прерван жестом Андрея.

– Расслабься, всё путём! Вы как в командировку уехали, ко мне Посол прибыл, и такой: «пойдёшь с нами, поможем справиться с даром», ну я и согласился. Здесь просто защита от паникёров такая. Кто в Академию попал, за того никогда не будут волноваться!

– Так тебе помогли справиться с музыкой? – встрял Лу. Андрей энергично закивал.

– Угум, теперь это с ней даже не связано! Смотри!

Друг достал из кармана пачку галет, и показал нам: на глазах перекус превратился в клумбу, когда поджаренные зёрна проросли, почему-то, миниатюрными ярко-малиновыми тюльпанами. Лу заржал, а я отметил, что какой-то музыки (или наушников) рядом не было.

– Просто в мыслях прокручиваю. Директор говорит, что нужно было просто найти другой интерфейс… А вот и Посол! Здаровки, Ист!

Мы с Лу уставились на приблизившегося к нам джентльмена в белом смокинге, шляпе-котелке, с тростью в руке. Ухоженное лицо эльфийского принца, белые волосы заплетены в косу, на лице – учтивая улыбка чемпиона по этикету. Понятно, почему никто не поверил в оленинградского «Мэри Поппинса», настоящий Посол выглядел уникальным в своей идеальности!

– Добро пожаловать в Академию, Лу, Станислав. – произнёс он тихим, н хорошо поставленным голосом. Моё имя Исте́н ла Маяр, я – Посол Академии.

– Здравствуйте, Истен, мы хотели бы попросить аудиенции у вашего руководителя, для заключения партнёрского союза между Академией и Китежградской Коллегии Одарённых!

Я удивился, как уверенно Лу произнёс такую «взрослую» фразу! Кажется, его настолько впечатлил облик Посла, что он тоже захотел блеснуть профессионализмом. Всё-таки не просто мальчишка-авантюрист, а один из директоров Коллегии! Истен ла Маяр понимающе кивнул.

– Директор не контактирует с организациями внешнего мира, сосредотачиваясь на делах более важных.

Андрюха покачал головой.

– Истен, это свои, отвечаю! Директору они точно понравятся, не вредничай!

Я благодарно кивнул другу, а Посол слегка сбился с делового тона, но быстро поправился:

– Поверю твоей оценке, Андрей. Возможно, для наших гостей он сделает исключение несколько позже. Идите за мной, господа.

Мы направились за Истеном по коридору. Я гадал, кто и когда возвёл эту постройку. Стили переплетались самым удивительным образом, фрески на стенах выглядели музейными произведениями, но все их сюжеты отсылали к событиям этого года. Городские панорамы, освещённые авророй, узнаваемые мотивы из жизни паранормалов… Подивился изображению «Маленького Оратора»: художник мастерски обошёл необходимость рисовать лицо, но майка с принтом кота Леопольда была словно срисована с натуры!

А мимо нас проходили самые разные люди и паранормалы: местные студенты. Чем они отличались – они не спешили; от любого учебного заведения это место отличалось отсутствием привычной студенческой спешки, будто впереди – целая вечность… А может, так оно и было? Позже узнаю! Кто-то даже присоединялся к нам, вроде смешливого рыжего парня с узнаваемым ангельским взглядом.

– Истен, а ведь вы – дракон! – заметил Лу.

– Как вы пришли к этому выводу, Лу? – Истен слегка повернул голову; в его серебряных глазах читалось вежливое любопытство.

– Почувствовал! – братишка пожал плечами. А я подумал, что у него было драконьего: не ангел и не демон, слишком спокойный для фэйри… Не было ни холодного интеллекта вампира, ни внутреннего жара оборотня. Дивы, пери, ёкаи, локальные боги, у них тоже были свои отличия… Кажется, Лу очень точно сказал, потому что назвать доводы не удалось даже мне.

– Вы правы, Лу, я – представитель рода Белых драконов. – кивнул наш проводник, но дальше тему развивать не стал. Мы дошли до конца коридора… и запертых дверей директорского кабинета.

Лу

Студенты Академии – невероятно весёлые ребята! К кабинету директора, которого все звали просто Альберт, мы пошли в компании, выросшей ещё на пару студентов. Опаски опоздать на урок не чувствовалось: в одном из снов я вспомнил типичную школу кэров, где прогулы допустимы за небольшие задания, что ещё больше убедило меня: здесь «свои»! То есть драконы!

– Может, позвонить ему? Здесь же работает телефон? – я сказал это сразу после того, как увидел прохожего со знакомым гаджетом. Сопровождающие переглянулись.

– Работает, только у Альберта телефона нет. А если он занят, то до него не достучаться. – сказал смешливый Стёпка. – Но мы его обычно всегда вытаскиваем!

– Стёпа, давай потом? – недостаточно тихо попросил Истен.

– А чего «потом», стесняешься, что ли?! – возмутился ангел. – Да они классные! А Лу вообще дракон, как ты!

Истен посмотрел сначала на Стёпку, потом на меня. Узнаю этот взгляд разоблачённого «взрослого», они все так странно смущаются, когда ведут себя несолидно! А Стёпка, смеясь, толкнул по-дружески Иста в бок, и пояснил нам: – Ист реально близок к байке, что у нас Посол – Жнец; прикиньте, меня он вообще из шкафа достал!

– Какого шкафа? – заинтересовался Стас.

– Как в старом анекдоте, «приходит муж из командировки раньше»! А у жены особнячок, и под одежду целая гардеробная комната, вот в ней я и спрятался… что? – Стёпка посмотрел на Стаса, у которого только что звонко хрустнул стереотип «все ангелы – паиньки», – И не надо «ни-ни», Купидон тоже ангелом был! А тут Ист появляется, и как по нотам: «Пошли в Академию»? Я чуть на нижний этаж со стыда не провалился от этой встречи, зато никто никого не застукал!

Эта байка, рассказанная не нам первым и не нам последним, вызвала смешки у группы, да и посол смирился с тем, что нам всё равно дружить. Его лицо стало более живым, и он немного недовольно попросил:

– Ладно, но выгораживать за непрофессионализм меня сами будете!

Студенческий хохот продолжился, а Стёпка, на правах гида, продолжил:

–Это Ист у нас идеальный, зато Альберт хоть в пижаме может по Академии прогуляться! Ист, ну правда, кончай комедию ломать, нам всё равно тебя ещё пытать, чем там Альберт занимается!

Истен вздохнул, а Стас как-то слишком понимающе посмотрел на Посла, и тот благодарно кивнул.

– Директор сейчас действительно занят, и много времени проводит в Часовой башне – центральном корпусе Академии, но туда вход закрыт даже друзьям.

– А чего нас бояться? Мы не кусаемся. – Я почесал затылок; мы почти коллеги, занимаемся одним и тем же! За конкурентов нас не считают, я это сразу понял. А вот то, что глава самого таинственного учебного заведения этого года испугался незваных гостей, выглядело… странно. Но эта дурацкая мысль слишком сильно зацепилась за интуицию, чтобы выглядеть верной!

– Давайте, дадим Директору немного времени, а пока перекусим чего-нибудь? – умный братишка подумал о том же, о чём и я! Истен опять обозначил кивком благодарность за понимание.

– Идея огонь! – заявил Стёпка. – Ребят, вас тоже приглашаем, кухня здесь королевская!

Столовая в Академии невероятна! Большой ресторан за пределами самого комплекса, отделан не под классику, а в стиле футуризма; как, кстати, и общежития. Замечательная метафора: учебные и парадные залы в исторических стилях, а места для жизни и отдыха – привет из светлого будущего! Но пока мы жевали местные деликатесы, что успел рассказать Истен?

Ничего особенного, на самом деле. Перечислил наши заслуги, в свободном доступе гуляющие по Интернету, оценённые академиками особенно высоко. Почему? Да потому что Часовая Башня и была мифической «админской панелью» к Чуду! Только если академики добавляли свои штришки с её помощью, мы делали то же самое без неё. Место, где обучают волшебству? Пожалуйста! Тут же найдём и где нового одарённого будут на руках носить. Написать справочник? Я сделал это за три дня, а сейчас наша «Большая Паранормальная Энциклопедия» вышла в виде интернет-ресурса, заткнувший за пояс классическую «Википедию»! По традиции от нас ожидали третьего чуда, а именно – сможем ли мы пролезть сюда без приглашения, поэтому и динамили. Был повод удивиться в очередной раз: мы с братишкой уделали Академию по всем параметрам! Вопрос «как» оставался пока открытым.

– Выходит, это Альберт теперь должен с нами пытаться познакомиться? – задумался Стас, доедая свой обед. Звучит логично, но мне такая логика не нравится!

– Предлагаю наплевать на все правила приличия, и доделать начатое! Ист, как думаешь, он уже достаточно осмелел на встречу, или мы должны сделать ещё одно чудо?

Взгляд Истена на секунду затуманился, словно у него внутри была рация для переговоров с Директором, а потом кивнул.

– Простите за ожидание, надеюсь, угощение скрасило эту паузу. Директор вас примет незамедлительно.

Андрюха показал Истену большой палец одобрения:

– Парни, вы идите, у нас скоро уроки начнутся. Ещё увидимся, вам теперь сюда можно!

Я посмотрел на часы: хах, внезапно! Почти восемь утра! А мы даже не устали; похоже, здесь висело какое-то плетение, защитившее двух полуночников от расшатанной крыши под утро! [Или просто другой часовой пояс.]

Мы подошли к одной из понятно-для-чего декоративных дверей; Ист перехватил трость, повторив жест Мэри: выстучал несложный ритм набалдашником, и открыл перед нами: в этот раз никакого зазеркального коридора, нормальный холл.

– Так будет быстрее. Кабинет Директора! – Истен ла Маяр хотел дополнить что-то ещё, но только посмотрел на меня, и кивнул: попрощался. Надеюсь, у нас ещё будет время подружиться!

Пройти через этот портал было просто, как и через мои, открытые фейским ключиком; наверное, вся проблема была в пересечении границы, за которой находилась Академия. Дверь за нами моргнула, и снова превратилась в декорацию, а мы огляделись.

– Симпатично! Интересно, как это снаружи выглядит. – проговорил я, рассматривая кабинет; окна, выходящие на все четыре стороны, открывались на вид острова откуда-то сверху. Это иллюзия, как в кукольном домике фей, или мы в самом деле попали в Часовую Башню?

Долго интерьер мы не разглядывали, потому что за столом сидел… директор. Честно сказать, я в шоке! В самом хорошем смысле этого слова. Я представлял, как этим заправляет какой-нибудь Хронос с длинной бородой: а кому ещё могла прийти идея управлять Чудом через Часовую башню?

Вместо этого в кресле сидел немного полноватый сутулый парнишка с круглым лицом, в очках и белом пальто, добавлявшего пафоса примерно столько же, сколько Тёме – зелёный махровый халат. И странное, сносящее крышу чувство узнавания!

Пока я пытался нащупать в памяти, где я его мог видеть, Директор встал, неловко ударившись о край стола, смахнув последний налёт пафоса с первой встречи. Посмотрел на нас, увидел, что мы не собираемся над ним смеяться, и приветливо улыбнулся.

– Здравствуйте, Лу, Стас, простите за ожидание. Я… рад с вами познакомиться!

Что случилось дальше, думаю, понятно, я в этом вопросе предсказуем! Альберт перестал нас стесняться уже через десять минут, только подтвердив, что мы с ним обязательно подружимся! Даже Стас оттаял. Не было в Альберте ничего от высокого начальника или Директора, как его подчёркнуто величали, вместо этого от него веяло обаянием того самого книжного персонажа, закинутого причудами автора в директорское кресло со словами «а теперь вертись как хочешь»!

– Ну, раз мы перезнакомились, поболтали о всяком-разном, может, теперь расскажешь нам, что здесь творится? – спросил я. – Сразу скажу, у меня слишком много вопросов, так что буду перебивать!

– У меня тоже, – поддакнул Стас. Альберт ещё раз посмотрел на навостривших уши гостей, убедился, что мы не кусаемся, и начал рассказ.

Альберт

С чего всё началось… скажу так, это случилось до начала лета. Заранее извиняюсь, если вам мой рассказ покажется странным, такая у меня манера речи!

Я проснулся на этом острове: вокруг был лишь первозданный лес, над которым возвышалась удивительная часовая башня из белого мрамора. Ощущения от того, что я попал в удивительное приключение, были необычны и свежи для меня, никогда не покидавшего родной город! Лу, тебе это может быть знакомо, когда ты вспоминал прошлые жизни. Я точно так же вспомнил свою, единственную, но не понял, что я делаю на острове посреди северного моря. Какой вопрос у меня возник, вы уже догадались, и ответ я стал искать в башне. [Единственную? То есть, это твоя первая жизнь в глобальном смысле?] Возможно, вторая, если считать моё появление на острове за новую.

На вершине Башни можно найти ответ на многие вопросы, и я смог удовлетворить любопытство, пусть и ценой некоторого потрясения. Это очень странно, но не доверять полученной информации я не могу. Прошу отнестись к этому без скепсиса, я – выбравшийся из своей истории персонаж. [Что-о?!][Из какой?] Одна из первых работ моего Автора, тогда он делал первые попытки делиться своим творчеством. Это была история о сказочнике, писавшем настолько живые книги, что их персонажи оживали, и выходили в большой мир. Но автор повести понял только под конец, что сказочник был персонажем, и тоже ожил: но не в доме своего создателя, а здесь, неподалёку от оси, вокруг которой вращается весь наш волшебный мир.

Нереальность удивила меня до глубины души, но позже я пришёл к выводу: я помню своё прошлое, для меня оно реально. По большому счёту, остальное не имело значения. Самое главное, я был свободен от своего сюжета и Автора. Знаете, с чего начинается жизнь написанного персонажа? С того момента, как заканчивается его произведение. Если он переживает последнее действие, совершённое им в рамках родной книги, он обретает Настоящую жизнь. Ту, которую напишет он сам! Но до последнего абзаца он связан несокрушимыми рельсами Сценария, который не в состоянии нарушить. Чистый фатализм, но я не жалуюсь! Моя родная история была достаточно мягкой и интересной, и, если бы я встретился со своим Автором, я бы поблагодарил его за это произведение. Но это в прошлом, нужно смотреть в будущее.

Чудо наделило меня уникальным даром: возможно, сильнейшим в мире, но ограниченным. Моё волшебство заключалось в том, что я почти всесилен на этом острове, но… не смогу покинуть его. Никак. Я получал ответы на все свои вопросы, и даже больше: стоило мне попросить, как на острове появлялся дом и любые вещи: от тех, в которых я нуждался, до безделушек ради утоления мимолётных капризов! Любые вещи – от бутерброда до волшебного дворца, вытесанного из единой глыбы белого мрамора! Какой-то нужды я не ведал, в том числе информационной, и подробно знаю о мотивах всех исторических гобеленов в Академии.

[Стоп, то есть ты знаешь и причину, по которой случилось Чудо?!] Да. На самом деле, причин было несколько, потому Чудо и было допущено высшими силами к воплощению в реальность. Магия – такая же неотъемлемая часть Мироздания как энергия или тепло, но Земля была запечатана. Но вопрос возвращения магии в наш мир был не блажью, а важнейшим из дел этого столетия!

Земле предстояла эпоха перемен, человечество ждало много вариантов, но в последний момент был избран лишь один. Инициаторы хорошо подготовились, собрали большую команду, и подкрепили свой проект выкладками. Кровь стынет в жилах, когда я представлял себе, что было бы, не случись в нашей жизни Чуда… но не хочу это упоминать. Земляне давно знают многие нереализованные варианты своего будущего. Но вместо конца света получили новое начало. Эпоху Чуда.

Долго я ждал на острове какой-либо поддержки от Инициаторов. А потом понял: ждать можно долго, надо брать ситуацию в свои руки. Так вокруг Часовой башни образовалась Академия с дубликатами бесценных трудов, навеки сгинувших в жерновах времени. Авалон, Александрия, Атлантида… здесь находятся ответы на вопросы, над которыми земная наука могла бы биться веками! [И среди этого не нашлось рецепта обойти твоё ограничение?] Увы. Известно точно, что лишь Автор способен исправить такое, посредством Сценария. Которым я связан более не был, но обменять свободу на неоценимую помощь всему миру? Не сразу, но я понял: это тот крест, который я готов нести до конца своих дней.

Книги были, но к ним понадобились и те, кто мог преподавать. Как и те, кто проведёт учеников в Академию. Ещё одно откровение Директора – все преподаватели и Посол тоже являются персонажами. Необходимость в последнем возникла, когда я понял важную вещь: остров находится на границе реальности, поэтому меня реализовало. Попасть сюда непросто, и… тут уж ничего не поделаешь! [А какие вообще условия попадания?] Логично, но… крайняя необходимость, граничащая со спасением жизни. Первые приглашённые обладали очень опасными дарами, и могли по неосторожности устроить многие разрушения. Академия дала идеальные условия для укрощения этих даров, и ни один из выпускников более не устроит случайную катастрофу. Необходимости держать больше одного Посла не было, время здесь течёт иначе, как вы успели убедиться.

Была в этом и обратная сторона: чем больше был шанс самостоятельно справиться со своим даром, тем проще было отказать неизвестному Послу, приглашавшему в Академию. С тобой, Лу, произошёл частый случай: ни один из тех, кто был способен сам укротить свой дар, не заметил Истена ла Маяра поблизости, как тот ни пытался привлечь внимание. Посол – это не просто персонаж, он – «Воображаемый друг», приходящий на помощь к нуждающимся, способным оживить его реальной необходимостью.

[У меня вопрос об авроре…] Расскажу и об этом. Я знал, что начало эпохи Чуда не пройдёт гладко, но был с этим не согласен. Настолько, что несколько раз воспользовался Часовой башней, чтобы вносить коррективы в Чудо. Каждый раз, когда я это делал, в небе мерцала аврора. Вернее, похожее на неё явление, ведь это не солнечный ветер, а отблеск потревоженных заклинанием лей-линий. Я был рядом с самого начала видимой фазы, и этим уберёг Землю от многих ожидаемых потрясений: убрал их вручную.

Чем серьёзнее перемены, тем сложнее было их осуществлять: легко было сказать миру «Не бойтесь», и «Давайте жить дружно», Мироздание уже подхватило этот посыл, и все мы это тоже чувствуем. Но однажды я – из самых благих побуждений! – решил внедрить в природу земных вампиров такой заменитель крови, как шоколад. Не все этим были довольны, но многие новорожденные благодарно вцепились в такую доступную замену, так и не узнав мук Жажды! Увы, это было серьёзной ошибкой: долго эта правка работать не могла, но мир стремительно терял реалистичность: Чудо превращалось в Сказку. [Как так?] Вы сами это видели: мир начал подчиняться законам выдуманных, исключительно позитивных, по-детски добрых сказок! Всё чаще мы говорили: «Живём, как в сказке!», сами не понимая кошмарности этого.

Сначала я хотел исправить, вернуть реализм в происходящее, но вовремя себя остановил: моими руками маятник мог качнуться ещё больше, превращая Сказку в Кошмар. Тогда я сделал то, что было единственно верным в моих глазах: создал Пограничный корпус, но наполнили его уже не персонажи, а живые люди, первые из выпускников Академии, укротившие свой дар в рекордные сроки. Затея была проста: пока Земля не придёт в равновесие, изоляция будет сохраняться.

[А почему никто из авторов Чуда не вмешался?!] Думаю, они считали, что свои ошибки я должен исправить сам, раз действовал один. А может, наблюдали, смогу ли я выбраться из этого? Представьте: что, если и этот мир тоже нереален? Если это всего лишь отблеск от настоящей Земли, которой только предстоит возвращение волшебства? Впрочем, это всего лишь мои домыслы, Башня так и не дала понятный мне ответ на вопрос, реален ли наш мир.

К счастью, перемены могут совершаться не только через Часовую башню, и вы тому доказательство! Угроза превращения Чуда в Сказку миновала… вашими руками. Лу, Стас прав, тебе под силу менять реальность. [Я же говорил!] Ты смог избавить оборотней от дурманящего эффекта полнолуния, и очень органично вплести это в реальность, не оставляя затяжек и прорех на канве бытия! Сказка же была остановлена в тот момент, когда Волшебство вошло в синергию с Наукой: в момент первых успехов угроза отступила.

Я почувствовал, что мир снова поменялся, и узнал о вас. Единственная проблема, я… испугался! [Нас?!] Да. Вы делали в разы больше, используя реальные рычаги воздействия, чем я, как оператор «консоли от Чуда», и даже откровение Башни не могло убедить меня, что мы поладим. Долгое время я надеялся, что вы отступитесь от идеи проникнуть в Академию, ведь причин, кроме любопытства больше не было! Но я начал успокаиваться, и даже собрался придумать ещё одного персонажа, который смог бы связаться с вами… как вы призвали с помощью техномагии одну из реальных сотрудниц Академии, способную провесить портал на остров!

А дальше мне предстояло перебороть волнение от неминуемой встречи, рассказать всё, что я знаю, поддержать всем, чем могу! И всё в обмен на одну большую просьбу, с которой справитесь только вы, и никто больше: защитить этот мир от превращения в Сказку, сделав Академию реальной.

Лу

– Осуществить Академию?! Нет ничего проще, щас мы быстренько всё это провернём, и моргнуть не успеешь! – авторитетно заявил я. Братишка посмотрел на меня взглядом вида «скромнее надо быть», но вслух сказал другое:

– Альберт, у тебя есть теории, почему Академия нереальна?

Директор покачал головой.

– Ни одной. Часовая башня не даёт понятного ответа на этот вопрос. Обидно, но мой Автор не написал меня гением.

А я ещё раз окинул взглядом кабинет Директора. Крышесносное сочетание домашнего уюта с дворцовой роскошью, собственное течение времени, тонизирующие заклинания… не удивительно, что столько всего удалось совместить, если это место нереально!

– Тогда попроси у Башни гениальности!

Альберт виновато улыбнулся.

– Уже пробовал! Получил, оценил, к чему это приведёт, и вернул всё, как было… вместе с многими знаниями.

Мда, у меня и без башенной гениальности хватало идей, как превратить Академию в реальный остров, но перед этим нужно куда-нибудь деть студентов и учителей. А потом позвать…

Кого?

С первого взгляда всё выходило просто, но присмотреться… у нас много взрослых друзей, которые имеют большие планы на Академию. Например, один серьёзный оборотень из серьёзной конторы. Или две хитрые феи, по-человечески мечтающие о «Новом Тир-на-Ноге»… А может деловые вампиры, которые всюду ищут выгоду?

– Слушай, может, оставим, как есть? – спросил я уже не так уверенно. Альберт не сказал ни слова, но в его глазах промелькнуло что-то настолько отчаянное, что я сразу понял: даже если я никогда не узнаю настоящей причины, осуществить этот кусочек мира будет необходимо.

Так началась моя кампания по самому главному вопросу этого года: осуществлению Академии! Единственное, я точно знал, что всех персонажей надо с острова вытащить в реальность, тогда и остальной остров поймёт, что надо делать. И если Альберт по-прежнему считает, что навечно заперт в стенах Академии, то переубеждать его надо аккуратно, мягко, и на примерах! Поэтому оставили попытку реализовать Директора немного на потом, а сейчас взялись за более простые дела. Первым стала новость, потрясшая мир: таинственная Академия раскрыла свои двери! Вернее, выглянула с острова в лице трёх учителей, одного посла, и горстки студентов, рассказавших о чудесной волшебной школе. Учителя с радостью согласились помогать нам в Коллегии, но с кем было по-настоящему сложно, так это с Послом: стеснительным драконом Истеном ла Маяром.

Истен очень смущался, когда мы показывали его новое жилище, всего в паре этажей от нашего пентхауса! Чешир, по-прежнему лучший дизайнер всей фейской компании, искоса поглядывал на дракона, ещё вчера убеждённого в неизменности своей жизни, а теперь избавленный от необходимости выжидать понадобится ли кому-то его посольская помощь.

– Я благодарен вам за поддержку, но не уверен… – Истен всё ещё мялся, но хотя бы не так настойчиво отказывался от нашей поддержки.

– Ист, не переживай, теперь наша очередь тебя спасать! – Студенты пришли поддержать своего друга и спасителя. Послу предстояло столкновение с первым днём своей Реальной Жизни!

– Да, всё уже решили! Сначала устроим вечеринку, как в Академии, потом по столице прогуляемся, в Эрмитаж обязательно заглянем… – Стёпка загибал пальцы, а Истен немного обалдело косился на него.

– Стёпа, я уже видел все произведения искусства в Эрмитаже.

– Бери выше, там хотят устроить кое-что покруче «Летней ночи», только теперь люди, и на историческую тематику! – возразил ангел. – Потом, пока лето не кончилось, в Геленджик смотаемся, посмотришь, что такое настоящее море, а ещё…

– Стёп, не наседай, а то Истен полюбит затворничество! – рассмеялся Стас. – Такие перемены надо постепенно вводить.

– Правильно, давайте поможем Истену освоиться, а через неделю я всех приглашаю на наш с братишкой день Рождения! – объявил я. Скоро начнётся осень, а там мы будем праздновать юбилей: я двадцатилетие, Стас – тридцатник.

– Я согласен, мне… нужно время перевести дыхание. – Посол нашёл выход из положения, и любители веселья ушли с чувством выполненного долга.

– И чего ты так стесняешься?! – я задумчиво покосился на Истена. Альберт говорит, что придумал самого идеального персонажа для это роли, но будь Ист действительно идеальным, он бы вышел без приключений, ещё и с Директором под мышкой, а потом сам же закатил по этому поводу обалдительную тусовку!

– Лу, когда в жизни происходят такие большие перемены, нормальные люди часто не знают, как реагировать. – произнёс Стас.

– Это верно. Всю свою недолгую жизнь я представлял реальность несколько иначе, а теперь… – Истен сделал небольшую паузу. – Теперь мне придётся привыкать к новым условиям жизни. К примеру, у меня нет практического опыта в ведении домашнего хозяйства…

– Всего-то?! Научим! Поверь, это не сложнее волшебства! Начнём прямо сейчас?

Стоит ли говорить, что с такими учителями, как мы, у Истена не возникло никаких трудностей с постижением своего первого дня Реальной Жизни?

Если веришь в себя, возможно всё! Но в случае с Альбертом эта истина дала странную осечку. Когда исполняются все желания, если не в Новый год? Правильно, в день Рождения! Мы с братишкой синхронно загадали успех в наших планах, отпраздновали с шумом на весь Китеж, и приготовились увеличить количество именинников на ещё одного.

Академия открыла двери для всех одарённых, так что посмотреть на наш успех собралась огромная толпа студентов, учителей и просто любопытных! Среди последних были и все наши коллеги из… хах! Коллегии! Наша пёстрая компания являла все возможные оттенки апофигея, когда я им рассказывал тайну главной легенды этого лета, окончательно расставшейся со своим «отводом глаз».

Но об этом ещё успеем поговорить, а сегодня – день рождения братьев Калитвиных и Альберта! Я перекинулся в дракона, и не в компактного драконида, а в того самого классического крылатого динозавра из средневековых баллад! Правда, баллада у нас вышла поинтереснее: я буду не похищать, а спасать, не принцессу, а Директора, и не из замка, а с воображаемого острова! Вот об ЭТОМ уже можно и нужно писать бестселлеры!

Стас немного боязливо посматривал на меня, но я вёл себя очень разумно, когда мне на спину привязывали что-то вроде санок; может, драконы и гибкие в своих формах, но седло на шее я не отрастил! Зато развернулся, сделал пару шагов туда-сюда, и убедился, что превращение меня в транспорт прошло успешно.

– Ну что, поплыли? Или всё-таки полетели? – спросил я. В этой форме мой голос был почти как у братишки, и это здорово веселило нас обоих!

– Поплыли, на всякий случай. – Стас помог Альберту взобраться ко мне на спину, а потом и сам залез. Получилось грациозно, как если бы они решили прокатиться верхом на самолёте. А «самолёт» убедился, что пассажиры на месте, и аккуратно погрузился в холодную морскую воду.

Не столько неприятно от холода, сколько от мокрости! Ощущение мокрой чешуи мне очень не понравилось, но я был готов пройти пешком хоть весь океан. Расчёт на то, чтобы вновь обойти магические штучки, и справиться силой собственной смекалки!

– Как ты? Терпимо? – поинтересовался братишка, помнивший мои вопли возмущения, когда я делал пробный заплыв вокруг Академии.

– Жить буду, поплыли! Если увидите Арктику, значит, я свернул не туда! – заявил я, и потопал по дну со скоростью парома.

Брр… Дно каменистое неровное, вода холодная, а я дракон, а не крокодил! Если всё пройдёт нормально, то уже через пару-тройку километров предложу подняться в воздух, чтобы добраться до континента уже сегодня…

Мои мысли прервал вопль брата, и я приложил все силы, чтобы не подпрыгнуть, а остановиться!

– НАЗАД, ЛУ, НАЗАД!!! – Стас едва не сорвал горло, но я послушно попятился в сторону Академии. Пройдя несколько сотен метров, я повернул шею, чтобы рассмотреть пассажиров, и раззявил пасть от удивления. С братишкой было всё в порядке, а вот погрустневший Альберт стал полупрозрачным, как привидение.

Хуже всего, что персонаж так и не вернул себе материальность, когда ступил на твёрдую землю, и даже Часовая башня не смогла ему помочь… Я же почувствовал себя не спасителем, а почти убийцей.

Вечером моё настроение спасали вместе с Альбертом и дядей Мишей; братишка, конечно, тоже рядом сидел, поддерживал изо всех сил. Директор мог делать всё то же, что и раньше, даже чай пил, не проливая на ковёр, но кажется делал это только для моего успокоения.

– Нет тут твоей вины, Луша. – вынес вердикт наш ангел-хранитель, по-ангельски просветив персонажа взглядом. – Никогда не встречал таких… персонажей. Только попытался выйти из своей зоны комфорта, как едва не развоплотился.

– Но Истен живёт! И учителя! – от обиды у меня перехватило горло. Таких грубых ошибок в моей жизни ещё не было!

– Лу, Истен и учителя придуманы мной, как их Автор, я могу позволить такой исход. А мой Автор… Боюсь, он нам не поможет. Он знает, что всесильных персонажей нужно ограничивать. – спокойно пояснил персонаж.

– Почему ты так уверен? – обиделся я. Будь у МЕНЯ оживший выдуманный персонаж, я бы до потолка прыгал! Радовал его, относился, как к самому лучшему другу! И совсем точно не стал бы запирать на острове на краю мира!

– Просто поверь, он нам здесь не поможет. – Альберт внезапно провернул тот самый персонажный фокус с говорящим взглядом, что я поперхнулся, а Стас постучал мне по спине. – Если Академия станет реальной, возможно, это произойдёт и со мной.

– А если ты вообще исчезнешь?!

– Лу, в любом случае прошу сосредоточиться на этом деле. Пусть это звучит безумно, но это необходимо совершить. Ради всех землян, ради Чуда…

Я не выдержал, и бросился в окно, распахнув крылья; мне СРОЧНО была нужна прогулка, для выветривания из головы мрачных мыслей! Не хотелось даже их обдумывать, только летать как можно быстрее, чтобы они не догнали!

Кажется, помогло, зато меня решил догнать дядя Миша; наш ангел-хранитель просто не мог оставить это всё без внимания! Но я снова ошибся: ко мне летел Альберт, на таких же чешуйчатых драконьих крыльях, как у меня, только серебристо-белых. В Академии полным-полно драконов… и все они были выдуманы! Один из мысле-комаров всё-таки смог меня укусить: «Если нет друзей, выдумай их сам, да?!».

Я сел на крышу одной из башен, Альберт последовал моему примеру.

– Лу, обещаю тебе, скоро ты всё поймёшь! Главное, что Чудо идёт верным чередом, а с твоей помощью всё произойдёт лучшим образом, верь мне. – мягко произнёс он. – Ты ещё встретишь многих друзей, настоящих, не выдуманных. Всё, чего я прошу – это в очередной раз помочь миру. Не мне, не Академии, а реальному миру. Смысл не в очередной школе магии, Чуду нужна поддержка, и потому я здесь.

– Угу, выдуманный персонаж, которого ни обнять, ни по плечу не похлопать. – пробурчал я. – Знаешь, чего я хотел бы сделать? Вернуться в прошлое, когда твой Автор писал твою историю, и убедить его, что ты должен быть живым и реальным! Но машина времени пока не доработана.

Я посматривал в сторону окон директорского кабинета, уверенный, что дядя Миша всё-таки спросит, что со мной не так, но Стас, наверное, убедил его это не делать. Альберт любопытно повернул голову и неловко улыбнулся:

– Зачем нам машина времени, когда у нас есть целая Часовая башня?

– Она только тебя впускает, пробовали. – я вспомнил, как началась моя череда обломов: Башня дала мне пробежать несколько лестничных пролётов, и увидеть, что всё это время топтался на первой ступеньке!

– Есть идея, как помочь этому. Какая ночь самая чудесная в году?

– Новогодняя, но я рехнусь так долго ждать! – я досадливо поморщился, вспоминая, что ещё ни одну новогоднюю полночь так и не встретил. Попросить Стаса разбудить меня? Всё равно до зимы ещё несколько месяцев, а вся уверенность и интуиция только добивали, что я опять просплю первое мгновение прихода две тысячи двадцать четвёртого.

Альберт хитро подмигнул:

– Если не хочешь ждать, почему не устроить новогоднюю ночь пораньше? Сотворим ещё одно Чудо, и кому, как не тебе быть главным заводилой этого.

Хотелось бы верить в свой успех. Хотя бы ради избавления от мысли, что, вернувшись к драконьей жизни, я мог потерять самое ценное, что было в жизни человеческой – умение выходить победителем из самых невозможных ситуаций…

Глава 13. Чудный день.

Стас

Работа на нас свалилась огромная, а я, наивный, считал, что стать преемником Цепина – непосильный труд! Но по Лу это ударило больнее, чем всем кажется: моему брату доходчиво показали, что не всё решается детской непосредственностью, пока взрослые хмурят брови в непонимании.

Устроить событие, сопоставимое с новогодней ночью, было бы сложно, если бы не обширная библиотека Академии, но и с ней пришлось задействовать почти всех знакомых, включая обе Коллегии, Китежградский двор фей, клан Витовта и сослуживцев Акеллы. Каждому выделено простейшее действие, но совершить это надо было одновременно по всему миру: извлечь звук из Царь-колокола, выпить чашку чая в шесть вечера в Оксфорде, поджечь ароматическую палочку в Дельфах – маги понимают смысл подобных ритуалов. Список был очень большим, но сделать всё это было реально!

Лу перепала особо важная задача: задействовать не волшебные, а творческие способности, поэтому братишка снова в планшет, и писал свою книгу. Не учебник, а повесть, пусть она и будет меньше, чем «Настоящая Книга». Сделать это за день под действием заклинания Безумного Чаепития я брата отговорил, и даже больше: вместо максимального ухода в работу, каждый день мы играли в любимые компьютерные игры, смотрели сериалы, обсуждали слухи и байки, и всеми силами искали вдохновение в реальности!

Работа тоже помогала: чего только стоили фейский Лугнасад, сходка драконов над Байкалом, делегация японских ёкаев, и даже новость о встрече дипломатов Нового Асгарда с Папой Римским! [Братиш, про последнее нам Акелла по большому секрету рассказал!] Угу-угу, а потом так же по секрету «случайно» слил это в массы неделей спустя. Вот уж точно, с кем поведёшься… а Лу у нас уникум, во всех смыслах!

– Ста-ас! Ты опять задумался?

Я понял, что «уникум» меня о чём-то спросил, а я замечтался. Цепин взял управление Коллегией на себя, а мы занимались важнейшим из дел: писали книгу сказок авторства молодого писателя Лу Калитвина! Имя он всё-таки поменял.

– День Икс, ну? Что делать будем?

– А… что с ним? – Обрывки памяти услужливо собирались в смысловую фигуру из пальцев. – Вот что, давай ещё раз, с самого начала, что ты хотел?

Братик всё понял, отложил планшет, и кивнул в сторону кухни:

– Пошли! Здесь настолько творческая атмосфера, что ты сам мыслями куда-то уплыл, а я хочу важную вещь обсудить! Ещё и на сытый желудок.

На кухне у нас давно царило равноправие и совместное приготовление блюд, я даже во вкус вошёл! Благодаря колдовской утвари, вроде самопомешивающих кастрюль, или мельничек, точно разгадывающих странную фразу «Соль и перец по вкусу», теперь я готовил не хуже Лу! Который продолжал с удовольствием обходиться без магии… только от прихваток отказался. И всё равно, пока ресторанные повара рвали волосы и проклинали колдовскую кулинарию, один мой знакомый поварёнок свято верил, что настоящий талант не затмит ни один волшебный горшочек каши!

– Начинаю заново, а ты слушай, лады? – Лу убедился, что я сыт, доволен, и готов слушать со всем вниманием. – Эта ночь будет началом чего-то нового, уверен на все сто. Академия с админской панелью к Чуду станет реальной, но… я тут понял одну жуткую вещь.

– Какую? – я нахмурился, примерно зная ответ. Брат опять столкнулся со своей самой худшей привычкой – придумывать себе страхи.

– Что, если после Второго Чуда реально начнётся другая жизнь? Вот как летом? Только наоборот, мы же пытаемся выдумку сделать реальной. Ну и с этим придёт то, чего ты сам боялся: охота на ведьм, намордники для оборотней, Акеллу, за то что рассекретился, вообще запрягут суперсолдат дрессировать, на благо Родины…

Я ещё больше нахмурился. Стало стыдно за своё поведение в июне, а ведь я всего лишь пытался смотреть на вещи трезво! Уточню: трезво, по меркам ушедшей эпохи. Сейчас люди уже не хотели лжи и мрака! Наоборот, у землян появились силы верить в лучшее, и больше не считать оптимизм чем-то неуместным!

– Лу, такого никто не допустит…

– Альберт говорил, и ты сам чувствуешь, я знаю! Мы всё глубже погружались в Сказку, а теперь нас ждёт т-такая… суровая Реальность! Ты был прав, надо было н-не лезть во всё это, а п-просто взять маму с папой в охапку, и спрятаться где-нибудь в глуши… поглубже, я хочу сделать т-то же самое, только бы нас не нашли! – Лу весь пошёл нервными пятнами от переизбытка чувств, запинался, и тревожно размахивал руками. Что на него нашло?!

– Лу, послушай меня. Я часто просил тебя трезво смотреть на вещи, но когда ты становишься серьёзным, мне самому не по себе. Может, не всё так страшно, как кажется?

Лу сжал лицо ладонями и громко шмыгнул носом.

– Я уже к этому готовлюсь. Не знаю, каким будет будущее, просто не будем в этом участвовать, свернём проект. Скажем такие: «Извините, кина не будет!», а нам: «Ок, нам в сказке всё равно веселее жить»! Пляски с феями, пьянки с демонами, конфетные деревья вырастим… Может, злобные инопланетяне тоже нас пожалеют, и не станут уничтожать, когда всё это увидят.

 Я отнял ладони брата от его лица: в испуганно вытаращенных глазах плескалось отчаяние студента, знающего предмет на зубок, но всё равно уверенного, что преподы окажутся злыми и несправедливыми, и обязательно его завалят. Впрочем, это мой опыт, Лу даже на школьном выпускном оставался ребёнком.

– Ты просто запутался. – Я обнял его. – Братик, я сам не знаю, что нас ждёт впереди, но буду рядом, что бы ни случилось. Как в июне, когда поддержал одного путешественника во «Взрослую Жизнь»! У нас нет причин для паники, и не будет, чувствуешь?

Лу прислушался к себе, и замотал головой.

– А если хорошо подумать? Вот совсем хорошо-хорошо? – я прищурился, вспоминая, как то же самое сделала бабушка, когда маленький Стасик приходил делиться своими детскими страхами. Первый день школы, первая олимпиада, экзамены, военкомат, наконец, последняя встреча в больнице… Перестал ли Стасик бояться? Сначала нет, а потом задумался: а чего он боится? Бабушка Гера книги в войну спасала; мужа, деду Мишу, ждала с фронта, верила, что вернётся… и вернулся! В нашей семье не только готовить умели, но и верить в лучшее, чувствовать, что это «лучшее» придёт!

– Мы все живые, у нас у всех бывают минуты слабости.

Лу молча кивнул, а я продолжил.

– Хочешь, я скажу тебе, что будет дальше? Мы приедем в Академию, ты отмочишь там самый обалдительный фокус в мире, настолько обалдительный, что Башне снесёт крышу с петель! А если Чудо вдруг ужмётся, то я ни капли не сомневаюсь, что ты развернёшь его снова, или вообще запустишь с нуля, без всяких мистических башен, просто потому что можешь и хочешь!

– Угу. Пойду полетаю лучше, пока ещё умею…

Я досадливо поморщился: как невовремя на брата накатила хандра!

Почти Новый Год обещал стать выжимкой из самого вкусного, обойдя стороной стрессовые закупки-распродажи, и другие приготовления! Вместо этого феи сами устроили умеренные праздничные декорации, организовали культурную программу по городским телеканалам, и даже присыпали улицы иллюзорным снегом. С братом я хотел провернуть то же самое: превратить его «подготовку к серьёзной миссии» в настоящий цирк! А если меня он слушать в этот раз не хочет, позову настоящих клоунесс!

Одна из них тоже переехала в Китеж; я нажал на кнопку дверного звонка, вызывая мелодичный перезвон.

– БА ОТКРОЙ! – вслед за перезвоном раздался ещё более громкий басовитый вопль «Внучки Микеланджело», а затем едва слышные шаги доброй мраморной старушки в мягких тапочках. К баб-Гале я настолько привык, что воспринимал её такой же живой и настоящей, как любую другую бабушку, а для неё я был таким же нежно любимым внуком; тепла в её золотом сердце хватило бы на целый мир!

– Здравствуй, Стасик, вот радость-то какая! А то Танюшка совсем захандрила, скрюченная весь день. – произнесла она, осторожно обнимая меня. Может ли ожившая статуя дарить душевное тепло? Говорю с максимальной уверенностью: может!

– Здравствуйте, баб Галя! А что такое?

– Ба, я работаю, а не хандрю! Здарова, Стас, ток звонить намылилась! – Одетая в потёртую чёрную майку с «Металликой», Танчик по-хозяйски выглянула в коридор из мастерской.

А я прошёл в квартиру, стараниями бабушки Гали убранную, и пахнущую домашней выпечкой; живот тут же буркнул, что не против перекуса, но я успокоил его, по запаху определяя, что выпечка пока только готовится. Танчик вышла в коридор, подтягивая треники, и по-братски хлопнула меня ладонью по плечу.

– Башковитый брат у тя, респект ему! А то сижу, настроение дерьмовое, кубизмом извращаться нахрен надо, думаю всё, отскульптурила своё! А Лу мне такой: харэ хандрить, копай глубже! Ну я и копнула!

Баба Галя тепло улыбнулась, и дополнила, гордая за «внучку»:

– Танюша у нас барышня настойчивая, второй месяц, болванчиков деревянных стругает.

Танчик довольно заржала, и достала коробку из-под холодильника, в которой что-то копошилось.

– Не ну а чё! Смари, простые совсем, на коленке за полтора перекура стругаются. Тупые как пробки, ну дак из них и варганила.

Я заглянул в коробку: внутри возились крошечные, размером с ладонь, фигурки, собранные из деревяшек и винных пробок.

– Бабуля права, болванчики натуральные. Но детишкам зашло! Как щенок, ток лужи не оставляет, шпана мобилки отбросила, терь в куклы играет! А щас пшли, чё покажу!

В мастерской было, как полагается, грязно, и пахло стройкой, а посреди комнаты стояла почти завершённая статуя фирменного стиля и видения Татьяны Эрнест. Античный бог виноделия, но в фартуке трактирщика и солнцезащитных очках, в руках – шейкер. Как всегда, высший пилотаж! Но признаков жизни работа не подавала.

– Всё усмотрела, на десять болванчиков, оказалось проще некуда! Хочу живое – леплю, как выйдет. А шоб неживое, как раньше, ну так во! – Танчик помахала у меня перед носом парой резиновых перчаток. – Техника безопасности, ёптыть! А всё бабуля! Гундела мне в ухо, «одень перчатки, одень перчатки»!

– Надень. – я улыбнулся, вспоминая время, когда ещё пытался поправлять Танчика. Кажется, шутку поняли все, включая Галатею Буратиновну, по-старчески не видевшей разницы, и отметили её дружным смехом.

– Надень так надень, однохренственно! Сам чо-как?

Выслушав мой рассказ о предпочтиновогодней хандре брата, Танчик почесала нос, и позвала самую идеальную кандидатуру в нашу команду спасения:

– Ну-у, эт у тя не песец, а так, фенек! А где один, там и второго позовём. Ща, наберу… Настюх, здаровище! Востри лыжи, дело есть, Стас всё обрисует!

Пять минут ушло на ожидание Китти, ещё десять – на поедание вкуснейших домашних пирожков бабушки Гали, а потом начался мозговой штурм.

Почти Новый Год, время – полдень. Лу сидел перед импровизированным тортом из магазинного кекса со свечкой, и косился на циферблат часов. Я уже представлял, как позже брат взойдёт на вершину Часовой башни, словно на эшафот, и мне это совсем не нравилось.

– Лу, когда наш мир поменялся, ты на ушах стоял! Интернет шерстил, меня среди ночи будил, почему сейчас ты такой мрачный?

Братик молчал, смотря то на часы, то на кекс. Сам придумал традицию «полуденной репетиции», как на дне Рождения. Брать приличный торт или выпечку домовых он отказался, откопав в универмаге дрянной дешёвый кекс на пальмовом масле, наверное, для особой трагичности момента.

– Ну не игнорь, я правда хочу это услышать! – я хотел сказать это как можно эмоциональнее! Вышло почему-то жалобно, но действенно.

– Тогда заканчивалась серая реальность, а сейчас заканчивается сказка…

– Опять двадцать пять, почему ты так решил? Кто-то сказал, что магии не будет? Что все разом забудут, как только вчера летали с друзьями, и жарили шашлык фаерболами?!

Лу промолчал. Этого ребёнка опять занесло накрутить себе ворох страхов на пустом месте. Раньше я сказал бы, что нельзя заставить человека измениться за один разговор; сейчас я был уверен, что можно и нужно! Сделать очень важный и нужный шаг в сторону хороших перемен! Поэтому я собрал всю уверенность, какая у меня была, и заявил:

– Скоро мы утрём нос всей Вселенной! И начнём с себя, здесь и сейчас!

– Не знаю, я просто привык ко всему этому… – пробормотал Лу, продолжая обнимать спинку стула. – Не хочу это терять.

– Послушай меня, это важно. Однажды в моей жизни тоже всё было хорошо. Меня устраивала моя работа сисадмином на фабрике грёз, жил в хрущёвке, но мне это нравилось. Были типовые планы на жизнь, как у всех: новая квартира, свадьба с Маришкой, машину мог бы научиться водить, летом на курорт… – я вспомнил события начала года. Жуть, как будто прошлая жизнь! – А потом всё резко поменялось. Начальник слёг, Коллегия под угрозой развала, предложение девушке сделать не смог, не оценила она. Мой привычный мир рухнул, всё стало не так, как я хотел.

– Ну вот, зато теперь всё будет «так». – огрызнулся мелкий, но с мысли меня не сбил. Кое-кто укротил буйного оборотня в первое обращение, а чем я хуже?!

– В моей жизни случилось Чудо, и я сейчас не о волшебстве. С твоим оптимизмом, твоей верой в то, что чудеса меняют нашу жизнь к лучшему, я сам прочувствовал вкус к жизни! Я ожил, понимаешь?! Ты был прав, мы действительно похожи, поэтому и родились в один день, прости, что я так долго в этом сомневался!

Лу недоверчиво посмотрел на меня. Говорил ли я ему такие вещи? Постоянно! Но произнесённые в нужный момент, они обрели особый смысл, стали в разы волшебнее любых самых заковыристых заклинаний, и магический дар для этого был не нужен!

– Ты серьёзно? – неуверенно пробормотал братишка.

– Абсолютно. А теперь посмотрим, что нас ждёт. Новые условия, в которых мы, с поддержкой или без, удерживаем реальность от превращения как в Сказку, так и в Кошмар, выдав в реале самое настоящее и волшебное, а всё потому что у нас есть ты! Уже одна мысль о тебе даёт силы принять, что оборотня можно успокоить, сунув ему мячик-антистресс! Ты сам слышал Альберта, все его правки были сделаны с помощью Башни, а ты просто адаптировался к условиям, и творил чудеса на силе воли, оптимизма и воображения. Вот оно, настоящее Чудо!

С эмоциональностью у меня, кажется, вышло: Лу смотрел на распалившегося вроде бы старшего брата, как на восторженного психопата. Совсем не то же самое, когда я вдохновился его примером, и пробовал «вертеть реальностью» на фестивале.

– Да не в этом дело, просто… мне тут сон приснился. Плохой сон.

Я насторожился: так проблема в этом? В случайном кошмаре?

– Какой?

– Как будто просыпаюсь, а всего этого и не было. Ни чудес никаких, ни Коллегии даже. Ты простой сисадмин, а я поступаю в институт и подрабатываю курьером, наверное. И до старости мечтаю написать книгу, но всё равно этого не сделаю, потому что повзрослел и разучился жить.

Я посмотрел на братишку самым твёрдым и уверенным взглядом, на какой способен. Кто, как не старший брат поможет победить главного врага любого фантазёра – собственные страхи?!

– Выбрось это из головы, забудь! Мы вместе напишем книгу, обещаю тебе! – я почти представил, как разбиваю в крошку гранитный панцирь братишкиного страха, голыми руками, потому что этой гадости больше нет места в нашей жизни. – Вместе мы справимся, верь мне! Ты будешь летать на сходки писателей, на своих крыльях! И никого это не удивит, потому что драконы реальны! И ты реален! И я! А в свободное время ты научишь меня разным волшебным премудростям! А ещё однажды я окончательно вспомню, что всегда был твоим братом-драконом, который отправился за тобой следом, и нашёл тебя! Ты сам знаешь, люди умеют делать невозможное, значит я смогу и это! И ты сможешь! Мы вместе сможем всё!

С каждым словом серый могильный гранит не то что превращался в крошку – распадался на атомы! Потому что я обещал защитить братишку хоть от всего мира сразу, и я справился! Кошмар исчез до того, как самый лучший младший братик в мире нечаянно воплотил бы его в жизнь!

В глазах Лу снова зажегся робкий огонёк. Просыпался тот самый наивный ребёнок-оптимист, который раздражает солидных людей и прочих кактусов, разучившихся радоваться жизни! Этот огонёк я никому не дам погасить, даже ему самому! Пока я рядом, я буду бороться за то, чтобы мой брат и дальше освещал мир вокруг себя! А где-то на страницах Сценария, скрытого ото всех из нашего мира, были вписаны новые, и очень важные строки в биографию двадцатилетнего парнишки, Лу Калитвина: с этого момента его воображение больше не порождало мучительные пустые страхи!

– У нас не просто выходной, а настоящий праздник, твой собственный! И ты сам предложил в этот день загадывать желание, которое обязательно сбудется, даже самое невероятное! Потому что у нас хватит сил это желание осуществить, так что давай сделаем это вместе!

Лу окинул взглядом кекс со свечкой, и покачал головой.

– Не, на этой штуке не хочу ничего хорошего загадывать. Вот что… пошли на кухню, настоящий торт готовить? Вдвоём?

Мы потратили пару часов на приготовление фирменного Обалдительного торта братишки, и украсили его настоящими фигурными свечами – зелёную резную и фиолетовую в форме дракона. Тайком подкрутили циферблат на пару часов назад – всё равно сработает! – и переглянулись: «давай сделаем, как всегда делали?».

Мы так и не произнесли вслух, что загадали, но точно знали, что одно и то же, и что это желание сбудется! С новым счастьем!

Лу

Обожаю своего братишку, он всегда вытащит из любой, даже самой мрачной ямы, в которую я могу залезть! Когда свечи погасли, я понял кое-что важное: время творить чудеса! Не просто осуществить Академию, это мелочи; дотянуться до авроры, и связать из неё самое надёжное полотно для запечатления Чуда, какое только захочу! А если авроры в этот момент в небе не окажется, свою нарисуем, не впервой!

Хорошее настроение расцвело ещё больше, когда к нам пришли гости; в дверях стояла весёлая ведьмочка в компании Чешира и Танчика, в руках у которой…

– Это… нам? – я аж прослезился от умиления! Стас был в таком же состоянии: как давно он мечтал о собаке, но сейчас мы её завести тем более не могли, ведь весь день проводили на работе. А такую милоту можно было хоть с собой в кармане проносить!

– Щастья вам, братва! Знакомьтесь, друг советских детей, Варежка! – Танчик вручила мне умильную красную вязаную собачку с глазками-бусинками и жизнерадостно виляющим хвостиком. Только честно, кто не мечтал получить в подарок настоящую живую игрушку?! А от этой вязаной собаньки я даже прослезился: надеюсь, её можно будет взять с собой?

– А от меня аттракционы! – мяукнул улыбающийся котофей. – Любые, в любом количестве, угощаю! Некоторые специально для вас открыл, сюрпризом будут!

– Ну, а у меня всё просто! Владей! Месяц её плела, называется «Как хочу, так и ворочу»! – Китти протянула мне шикарную фенечку, в которой между белыми и голубыми нитями были вплетены лампочки новогодней гирлянды, мерцающие сами по себе. Минута на размышления «пойдём мы по аттракционам или побежим», и вся наша компания отправилась отмечать Почти Новый Год!

Праздник прошёл обалдительно! Аттракционы Чешира были крышесносными, Варежка – самой лучшей собачкой из всех игрушек и собак, а настроение – как в лучший Новый год в мире! Темнеет осенью поздно, но я знал, что на закате началась цепочка событий по всему миру. Звякнул Царь-колокол в Москве, в Вологде у молодой продавщицы купили учебник истории, в парке Кемерово высажен свежий саженец, и так далее… наша очередь действовать придёт незадолго до рассвета; это я придумал, чтобы Чудо красиво пришло в мир вместе с первыми лучами солнца!

Альберт и пограничники без дела не сидели: опустевшую Академию украсили новогодними огоньками, бумажными фонариками, подсвечниками и лампадами; выглядело это невероятно красиво! И чуть-чуть сгладило жутковатое ощущение от опустевшего дворца, но даже в хорошем настроении я знал, что настоящие гости только помешают волшебству. Сейчас же Альберт встретил нас у портальной двери; на его полупрозрачном лице читалось настроение пророка, которому выпало убедиться в исполнении собственного пророчества.

– Ты готов? – спросил Стас, стараясь не смотреть вглубь опустевших коридоров.

Ответа вслух не прозвучало, но мы все были готовы.

Тишина звенела хрустальными колокольчиками, а обезлюдевшая Академия явила свою воображаемость в полной красе! Наш путь к «админской панели от Чуда» какое-то время проходил по прямому коридору, но скоро он изогнулся, а строгий дизайн поплыл, как будто вдохновившись творческим видением Гауди. Колонны плавились, строгие формы отращивали пёструю мозайку и лампочки в самых неожиданных местах, а вода в фонтанах превращалась в стекло, и завязывалась в морской узел. Я держал брата за руку; так нам обоим было спокойнее. Альберт шёл впереди, молча и не оглядываясь. Наконец, мы подошли к дверному проёму, который открылся сам собой, явив нам спиральную лестницу наверх.

«Посмотрим, пустит ли нас Часовая башня», – подумал я. Стас крепко сжал мою руку: пустит! От его уверенности мне тоже стало легче, и я смело ступил на мраморную ступеньку. Сто пролётов по сто ступенек, но один путь в десять тысяч ступенек начинается с первого шага!

Где-то в глубине души предательски шевельнулся червячок по имени «А вдруг опять не получится?», но его с уверенным хрустом раздавило братишкино «Получится!»… Когда я это осознал, то увидел, что мы преодолели первый пролёт! Альберт тоже молча кивнул: «Всё получилось сейчас, получится и на остальной лестнице»!

Мы поднимались… долго. Очень долго! Не устали только из-за плетения, дающего силы, и того, что происходило за окнами. В свете мерцающих лампочек я видел, как реальность вокруг ещё больше становилась… нереальной. В одних окнах опускался закат, в других светила полная луна, в третьих не было вообще никакого океана, только морозное зимнее утро над тундрой, в четвёртых – глубокий космос, в пятых…

–– Стас, только не смотри… Ста-ас, я же сказал! – выпученные глаза братишки, и его рука, лихорадочно вцепившаяся в перила, тонко намекнули, что его тоже впечатлило бескрайнее небо справа снизу и океан слева сверху. Картина маслом, пять секунд и тебя укачало!

– В следующий раз не говори «не смотри», это работает в обратную сторону. – пробурчал братишка.

– Я думал, так только у меня, а ты у нас неупрямый. Вроде бы.

Стас рассмеялся, и взъерошил мне волосы, а я повторил то же с его причёской; после нескольких месяцев нашей Взрослой Жизни он доказал, что если мы и отличаемся в характере, то только из-за десятилетней разницы в возрасте!

– Кажется, я сбился со счёта, сколько мы прошли, – заметил он. – Ещё долго?

– Мы будем подниматься, пока не поднимемся, всё просто! Логика здесь уже не работает. – откликнулся Альберт с каким-то вдохновлённым тоном. Кажется, он волновался даже больше нас, будто это не он поднимался на башню каждую аврору. – То, что вы не устали, это хороший знак, значит Башня вас признала.

А мы поднимались. И поднимались. И поднимались. И поднимались. Мысль о том, что мы ходим по кругу, развеялась раньше, чем дооформилась, спасибо Стасу, с ним чувствуешь себя спокойнее! Сколько себя помню, братишка всегда таким был: простой и надёжный, даже в драконьей Настоящей жизни. Зато Альберт выглядел совсем призрачно: временами забывал поднимать ноги, и просто парил над ступеньками, а края его белого пальто расплывались, как пар над чайником.

А мы с братишкой казались почти чужеродными: такие реальные и простые. Пролёт. Пролёт. Пролёт… В окнах царила крышесносная фантасмагория, но почему-то уже приевшаяся: в Интернете тоже много странного публикуют. Спустя ещё пару пролётов Стас всё-таки не выдержал:

– Альберт, а что вообще такое эта Часовая башня? Она и должна быть такой… не знаю, нереальной? Выглядит, как творение художников.

Я хихикнул, понимая, почему братишке пришло в голову такое сравнение: наши доблестные дизайнеры уже успели несколько раз шокировать его перескоками с ампира на барокко и дальше по алфавиту, а пролёт, по которому мы шли, был весь изрисован пёстрыми мазками красок.

– Ты невероятно близок к истине, друг. – эхом отозвался Директор, и туманно улыбнулся. – Сплав магии, фантазии, науки… Фейерверк из всех цветов радуги, какие только есть по обе стороны Зазеркалья! Такие вещи могут существовать только в песнях разноцветных ветров пространства Нереальности.

А вот тут мне самому икнулось. Не то, чтобы я интересовался такими высокими материями… я вообще был приземлённым, только дайте за человеками понаблюдать! Но из тридесятой жизни вспомнились обрывки того знания. Край мира, где нет вообще ничего неосуществимого! Бесконечно далёкое и близкое одновременно; любой творец, который что-то выдумывает, прикасается к крошечным микро-пылинкам Нереального, возникшего на стыке первостихий Хаоса и Порядка! Понятия не имею, ЧТО должно было случиться в нашем неволшебном мире, чтобы удалось проковырять дырочку сюда?! Надеюсь, когда-нибудь я получу ответ и на этот вопрос.

– Пока идём, есть время поведать и об этом… – Альберт прочитал мои мысли, и решил превратить «когда-нибудь» в «прямо сейчас». – Земля почти иссохла, но команда Инициаторов собрала по крупицам все доступные чудеса. И самым ярким из них осталось волшебство творцов: художников, писателей, музыкантов, архитекторов… Светлые вложили в это идею, ориентир, сделали волшебство благом для всех разумных. Тёмные – обозначили связь с физическими планами, следя, чтобы Чудо не обесценило ничью индивидуальность. Адепты Порядка оформили схемы и расчёты, по которым был построен оптимальный план достижения цели. Сторонники Хаоса разожгли двигатель творческого начала, интуиции, приспособляемости. Было проведено множество тестов и симуляций, которые убедили высшие инстанции выбрать Чудо, как лучший из возможных сценариев для Земли.

– Ого! Интересно… – проговорил Стас, и я был с ним полностью согласен! Кажется, Башня нашептала Альберту ответ на наш вопрос, и он любезно озвучил нам его. – А какая наша роль в этом?

Альберт слегка замедлился, но непонимающе покачал головой. А я незаметно пожал Стасу ладонь: мы и это узнаем!

Прошло каких-то Неясно Сколько Времени, а мы всё-таки дошли до вершины башни: стена сделала резкий загиб, и двери распахнулись, как на крыше. Мы оказались в круглом зале, мраморный пол которого был выложен в форме циферблата. Белые стены мерцали неясными мотивами двенадцати витражей, а в центре на хрустальном пюпитре лежала огромная книга в белой кожаной обложке с золотыми уголками и кучей закладок, как у настоящих волшебных фолиантов. Похоже эта книга и была той самой панелью ввода, потому что больше ничего на эту роль не подходило.

Альберт подошёл к пюпитру, и в его руке вспыхнул белый всполох; полупрозрачные пальцы теперь держали голубоватый кристальный стилус в серебряной оправе.

– Всё просто. Я вписываю нужные строки, Лу направляет это в верное русло… Стас следит, чтобы нас обоих не занесло, куда не надо. Прислушайтесь к себе, вы оба знаете, что здесь делать! Вселенная была создана самым совершенным из всех Творцов, и только потом в ней была намечена структура смысла.

– Мне немного не по себе, – заметил Стас, рассматривая витражи. Забавно, но сюжет каждого был понятен и точен, но… даже у меня, с моим обалдительно-крышесносным лексиконом не находилось слов, которые бы их описали! Одно слово, Нереальность! Край мира…

– Меня самого трусит, но сделать это необходимо. Не сомневайтесь, всё задуманное получится, иначе мы бы просто не дошли до вершины! – всё тем же эхом отзывался Альберт. – Для небольших перемен достаточно одного удара, но для нашей затеи потребуется максимум: все двенадцать.

– Каких ударов? – мысленно меня уже унесло, и я представил себе с десяток дурацких вариантов, достойных звания хорошего анекдота.

– Ударов часов, конечно же! – персонаж пожал плечами. – В добрый путь, друзья!

Стилус в руках Альберта вспыхнул белым пламенем, и зачадил переливами авроры. Персонаж так и не открыл книгу, писал прямо по воздуху: свет оформлялся в буквы неизвестного Земле алфавита, одновременно самого сложного в мире и самого понятного.      Текст образовывал странную схему из двух столбцов сверху вниз, пропуск, снова два столбца… каждое написанное предложение утекало в книгу, встраиваясь между уже написанных строк, меняя Сценарий самой планеты…

Спустя несколько предложений донёсся негромкий гул, похожий на бой колокола, а я понял: всё идёт правильно. Стас держит меня за руку, смотрит на Альберта, я… тоже смотрю. Замечаю, что происходит, потихоньку учусь тому же, и комментирую все важные мелочи. Предложение за предложением… Альберт, похоже, планировал написать целую поэму! Пока он писал, прозвучало ещё несколько ударов колокола, и каждый громче предыдущего.

– Всё в порядке? – шепнул Стас, и я кивнул, поковыряв в ухе, которое намекнуло, что после очередного удара витражи чуть треснули, и самые мелкие стёклышки выпали, а в дыры начал завывать ураганный ветер.

– Это был только седьмой удар, держитесь, дальше будет громче! – Альберт не оглядывался на нас, а продолжал строчить сияющий текст, столбец за столбцом. Витражи всё больше покрывались трещинами. Ох, что сейчас будет…

БОММ!

Витражи с громким звоном вылетели, осыпав мраморный циферблат разноцветной стеклянной крошкой, что же будет на двенадцатый удар?! Даже мраморный потолок пошёл трещинами…

БОММ!

Бахнуло громко, до боли в ушах; у Башни всё-таки снесло крышу, буквально! Всё, что осталось от мраморного купола – это ошмётки черепицы, которые трепыхались на ветру, как те самые петли, с которых слетает любая уважающая себя крыша. Теперь начали трескаться стены, а я зачарованно смотрел на цветастую круговерть из всех существующих и несуществующих цветов! Стас своевременно прикрыл мне глаза…

БОММ!

Осколки стен едва окружали нас от Нереальности, теперь начинающей грызть мраморный циферблат! Разноцветные ветры кружились вокруг нас безумной радугой, делясь сиянием с Альбертом, который цеплял их своими ярко сияющими руками.

Витражей больше не было, но вокруг циферблата вращалось колесо из двенадцати источников света. Интересно, что они обозначали? Волшебство Башни дало мне ответ, как давало Альберту: Свет, Тьма, Порядок Хаос… Созидание, Разрушение, Плотное, Тонкое… Прошлое, Будущее, Настоящее, Абсолютное… Ого! Никогда не рассматривал это в таких ключах, надо будет не забыть поделиться этой идеей с…

– Не отвлекайся, следи за книгой! – братишка наградил меня подзатыльником, выбивая из него несвоевременный мозговой штурм. Позже поделюсь, сейчас есть дела поважнее.

БОММ!

Одиннадцатый удар невидимого, но оглушающе громкого колокола взболтал нас со страшной силой! Внутренности задрожали от таких громких звуков, а в глазах потемнело, как от контузии. Пол под нами трескался и искрил, но я знал, что это энергия, которая уже начала вытекать из книги, чтобы воплотиться в реальности! Но сам Альберт…

Директор продолжал строчить столбцы текста, его руки сияли по локоть ослепительно-белым светом, тлели волшебным сияющим дымом. Каждое слово вписывало в историю Земли нечто новое, важное, реальное! Персонаж здесь был в своей стихии… буквально! В этом и была задумка Инициаторов, потому что Нереальным мог управлять только специально выдуманный для этого персонаж, только его могла признать Башня, как первого и единственного оператора в этой реальности! Но он уже так долго пишет, что начал уставать, а на лице знакомое выражение упёртости, когда готов костьми лечь, но доделать работу до приближающегося дедлайна!

– Нам не хватает совсем чуть-чуть! – Альберт начал паниковать, но я понимал: если он сейчас своими светящимися руками не допишет текст, то всё, абзац!

– Пиши, у тебя всё получается! Пиши, только пиши! – Я почти проорал ему в ухо, не дожидаясь этого от братишки. Иногда мало наблюдать со стороны, нужно действовать самому!

А вихри Нереального начали складываться в понятные образы. Переливы авроры над Москвой, заглушающие новогодние салюты. Восторги петербуржцев, наблюдавших аврору из окон своих домов, мерцающую не в космосе, а ниже уровня облаков. Сияющие вихри, поющие свои сказочные песни над Стоунхенджем, на радость ши. Огненные петли лей-линий, огибающие горы. Мерцающие потоки света, мчащиеся вдоль улиц мегаполисов в виде зверей и птиц, напомнивших каменным джунглям о жизни… Всё это создавало самый идеальный узор из всех возможных и невозможных! И… это было настолько понятно! Что я не мог подобрать слов! Чтобы! Описать! Эти чувства!!!

На запястье у меня засветился браслетик, подарок Китти, под названием «Как хочу, так и ворочу», тем же мистическим светом. Я загадал на Почтиновогодний торт, чтобы всё получилось! И даже ключ с «Летней ночи» был при мне!

А рядом был ещё более волшебный – потому что живой! – мой брат Стас, единственный и самый лучший старший брат на свете! Одно его присутствие говорило: «Я защищу вас, всё будет хорошо!»

Все фонари, свечи, лампочки в Академии засияли тем же перламутровым светом, окрашивая Академию в оттенки фантазии, окончательно вышибая полуреальный остров в царство абстракций! Некоторые огоньки не выдерживали, и с хлопками затухали, проливая в мир чернила, которыми вершилось Чудо. Фейский ключик вибрировал, как свихнувшийся камертон, ведь ему предстояло открыть самую важную дверь на свете! Я с силой сжал артефакт, потому что он должен был это сделать до того, как распадётся на атомы!

Каждая точка-действие, которые мы наметили с помощью Директора, замерцала на планете новой звездой, одной из тысячи в Созвездии, как это красиво выглядело, наверное! А Солнце бушевало, обдувая наш крошечный шарик ветрами, вынуждая учёных чесать макушки, и в который раз упомянуть «самую сильную магнитную бурю»…

Пол комнаты трескался и таял, а персонаж развернулся ко мне, и сунул стилус в руку; кажется, он окончательно выдохся.

– Лу, пиши!!! – Альберта было едва слышно за гулом нереального вихря. Я попытался пошевелить рукой с колдовской писалкой, но пространство было густым… как кисель! Это внезапное кулинарное сравнение помогло мне понять, как с этим справляться, но оставался ещё один важный вопрос: ЧТО ПИСАТЬ?!

Стремительно зарождающуюся панику вышибло из моих мозгов живительным подзатыльником братишки, и я опустил стилус на край строки. Текст продолжил твориться, я понимал, что пишу, но забывал раньше, чем успевал додумать это! Каждый иероглиф – целая фраза; очень сложный, и невероятно простой язык, который я успел изучить, мельком подсмотрев за персонажем, вместе с сюжетом, который он задал.

– КУДА?! – Стас попытался схватить Альберта за шиворот, но не смог, а сам персонаж вихрем подскочил к краю платформы, в прыжке выцепил один из сияющих шлейфов, вытянул на манер… нет, не копья, а стрелки часов! И со всей силы вонзил в пол, между двенадцатым и первым делениями!

Даже в жутком гуле Бури был слышен стеклянный хруст, надломивший циферблат, вырастивший невероятный сияющий бриллиант тринадцатого деления…

БОММ!

– Пиши, не отвлекайся. – сказал Альберт: тихо, но различимо в полной тишине. Вихрь кружился едва заметно, как сметана… и чего меня на кулинарную тематику всё тянет? Сияющие руки Директора продолжали удерживать стрелку часов, раздвинувшую циферблат на дополнительное деление, а мы с братишкой были окружены едва заметным, похожим на мерцающий мыльный пузырь, куполом, из-за которого всё и стихло. Альберт стоял по другую сторону.

– Не волнуйтесь, с вами всё будет в порядке. Просто иногда в нашей жизни наступает особый час. Алмазный час! Для одних это время воплотить в жизнь задуманное, для других – спасти кому-нибудь жизнь. Всё получилось, вы только что сделали Чудо реальным, с вашей поддержкой будущее уверенно окрасилось в добрые цвета. Весь мир будет благодарен вам за ваш подвиг. А вы вернётесь в реальность.

– «Вы»? А ты?! – я насторожился.

– Верно, Лу, вы. Когда встретите моего Автора, не обижайтесь на него за эту жертву, хорошо? Он специально придумал меня на остров, чтобы я сделал это. Вам ещё вместе заниматься Чудом и не воображать, а основывать Академию. – Персонаж рябил, как картинка на расстроенном телевизоре, быстро теряя последнее сходство с живым человеком. А я понял, что хочу спасти его, но… не могу! Просто не могу! Таков его сюжет, который НЕ КОНЧИЛСЯ в момент попадания на остров Академии! Именно это меня и тревожило, просто я сам не понимал, думал не о том. И либо я затаскиваю Альберта под купол Алмазного часа, а потом мы гибнем все втроём, либо делаю то, ради чего он пожертвовал собой. Возможно, я смогу написать ему новую историю, в которой он доживёт до своего заветного «Долго и счастливо»!

– Не расстраивайся, со мной всё будет в порядке. – Альберт дрогнул своим силуэтом, а руки полыхали костром. – А для вас начинается Настоящая жизнь, скоро вы всё поймёте, обещаю! Только пиши, я с трудом удерживаю время!

Не знаю, сколько ещё символов я успел наштамповать, но в один момент свалилось всё сразу. Купол треснул с хрустом растоптанного фужера, силуэт Альберта вспыхнул, и распался вихрем золотых искр, Буря развернулась с новой силой, книга сияла мощью всех солнц Вселенной, а последнее, что я запомнил, это вцепившуюся в моё запястье руку Стаса…

БОММ!

Стас

Случилось Чудо.

Эта мысль пришла внезапно, а я заметил, что задумался над бокалом шампанского. Наступил две тысячи двадцать третий год. Опять?!

ЧТО именно произошло… когда? В будущем?! «Произошло» или «Произойдёт»? Искушение сказать себе, что я опьянел с двух глотков праздничного напитка было слишком велико, но вцепился мёртвой хваткой в свои воспоминания, и удержал их!

Попутно всё поняв.

Альберт отвлёк нас, упрашивая осуществить Академию, мы даже не догадались, что вместо этого смогли сделать реальным… Что?! Замысел персонажа оказался куда более великим, потому что мы вышли из нереального мира вместе с Чудом, которое задало такт сегодня, под бой курантов.

Выдуманный мир был больше, чем Академия, теперь я это осознавал. Чудесного Китежа, «Волшебной столицы России», конечно, не существует, а столица у нас по-прежнему Москва. Забавно, Лу сразу заметил подвох, но я по взрослой невнимательности вообще не придал этому значения.

Московская Коллегия Художников… тоже красивая сказка. В реальности я сисадмин рядовой фирмы, не связанной с творчеством, а мой начальник не похож ни на дракона, ни на Влада Цепеша. Повышения до главы филиала мне тоже никто не предлагал. Но Китеж позволил мне обрести опыт, с которым я мог бы основать Коллегию… или даже Академию! Своими руками!

Маришка была таким же персонажем: её странный образ вобрал в себя все мои неудачные романы, начиная со старших классов. Милое личико Мэрилин Монро – как результат любви к ретро. Пессимизм, притворявшийся реализмом – как у Анжелы, студенческой любви, закончившейся сразу, когда она оценила мой достаток неприемлемым для себя. Сцена с расставанием была красиво дополнена ведьминской косичкой, но в реальности я сам разорвал отношения с Таней, которая откровенно играла мной. Это принесло столько же облегчения, но вместе с этим и боль: растоптанное сердце заживает долго, так что я уже несколько лет убеждённый одиночка, как и Китти или Танчик.

Танчик… Возможно где-нибудь она тоже существует, хамоватая неформалка и «свой парень» с золотыми руками, просто в её жизни не случилось доброго Цепина, который помог бы стать «Внучкой Микеланджело». Грустно, но она была моим лучшим другом! Хотя её последний подарок, красную вязаную Варежку, я теперь буду вспоминать каждый раз, когда в поле зрения попадёт любимая игрушка Лу. Мой подарок ему на день Рождения, он до сих пор спит с ней в обнимку. И в наш день Рождения мы оба получили эту же собачку!

Кажется, в этом и была самая страшная тайна Альберта: мы тоже были выдуманы, но смогли ожить! Теперь я был просто обязан найти его Автора… или нашего Автора? Даже если он действительно сейчас сидит в одиночестве, на полувоображаемом острове!

Хотя вероятнее всего, он празднует Новый год, как и мы. С друзьями, или с соседями, или вовсе спит в одиночестве. Но мы с Лу его обязательно найдём, уверен на все сто! И не за тем, чтобы набить морду за гибель бедняги Альберта, а чтобы выполнить то, ради чего родились!

Пробормотав что-то вроде «надо прилечь», я спокойно вышел из-за стола, и, слегка пошатываясь, вышел в коридор. Переклинившие воспоминания заставили меня почувствовать себя почти пьяным, так что я даже пошатывался!

Дойдя до нужной двери, обклееной вкладышами от жвачек, я на секунду задержался. Приключение совсем в духе братишки, который сейчас, наверное, видит свой… Новогодний Сон и тайком мечтает написать книгу. Разбужу или нет?

Дверь в детскую громко скрипнула, но Лу не спал, а стоял перед окном, обнимая красного игрушечного пёсика, и зачарованно смотрел в небо на всполохи новогодних салютов.

– Стас! Я так рад, что ты пришёл! Ты же помнишь? Ты всё помнишь?!

Как можно вопить от радости шёпотом?! Но Лу всегда был уникумом, способным и не на такое! Он потянул меня за руку к окну: – Видишь?! Я же говорил, северное сияние!

– Это не аврора, братиш, оно ниже облаков. – улыбнулся я, увидев знакомые сияющие шлейфы, так хорошо замаскированные вспышками пиротехники! Настолько привычное явление, что я его ни с чем не перепутаю!

– Чудо случилось, теперь взаправду! – кивнул Лу, а потом подошёл к двери, запер её на щеколду, и… выпустил из-за спины два перепончатых крыла с бронзовым отливом! Расправил, насколько позволяло свободное пространство, и скрыл обратно. – Я тоже по-прежнему дракон!

– Обалдительно! – я почувствовал, как на лицо сама собой наползает детская улыбка, под шумок скопированная у самого лучшего в мире младшего братишки, вместе с его любимым словечком.

– Стас, я был прав, ты действительно одарённый! И умеешь, как все люди, творить невозможное! – Лу сиял от радости, как солнышко, да и я был таким же! Переведя дух от внезапного восторга и понимания, что всё это происходило на самом деле, я заговорщицки шепнул:

– Слушай план! Дожидаемся лета, убеждаем родителей, что ты поступаешь учиться в Москву, потом переезжаешь ко мне. Мы начинаем искать Автора, а когда найдём – помогаем хоть с Академией, хоть опять за руку держим, чтобы Чудо правильно наступило. А пока у тебя есть время, пиши книгу. Коллегии здесь нет, зато есть пробивной старший брат, который поддержит в любой затее!

– Даже самой дурацкой?

– В такой тем более!

Лу немного недоверчиво посмотрел на меня:

– А можно? В смысле, я же сейчас назойливая мелочь, а ты – взрослый зануда, я же прав?

– Балда ты, а не мелочь! – я взъерошил растрёпанные кудряшки мелкого, и рассмеялся. Присутствие Лу рядом раскрашивает жизнь всех вокруг, а дар видеть чудеса в реальности так и останется в моих глазах важнее любых крыльев!

Послесловие от Стаса

Жизнь стала сложнее. С настоящим приходом Чуда всё происходило не так стремительно, и даже настоящим летом двадцать третьего никто не выказывал своей волшебной природы. Включая Лу, готового выписывать в воздухе танец радости уже первым реальным утром эпохи Чуда. А люди присматривались друг к другу: кто в курсе? Кому можно довериться? Некоторые высказывались будто бы в шутку, надеясь, что «свои» поймут.

Не сразу, но всё открылось, и старая картина мира рухнула, как карточный домик: никто не ожидал, что чудаки, называвшие себя феями или драконами были всё это время откровенны! «Серьёзные люди в серьёзных костюмах», как их называет Лу, обратили на Чудо самое пристальное внимание, но нашу семью это затронуло не больше остальных.

С нашей запылившейся жизни резко и безжалостно содрали серое покрывало мертвящего спокойствия, сгубившее ни одну цивилизацию, а люди поняли: безнаказанности больше не будет. Даже обиженный мажорами тихоня мог впиться в горло когтями и клыками своим обидчикам, а зачарованные купюры для продажных судей только довели до мысли: деньги утратили статус средства решения всех проблем. В наступившем, на первый взгляд, беспределе люди вспомнили о справедливости, и были просто вынуждены учиться быть добрее к миру, чтобы не накликать беду. Получалось не у всех, китежградский леший был прав: пессимисты раз за разом получали то, что ожидали, пока не начинали пробовать примириться с новой эпохой.

Со временем ситуация начала стабилизироваться: люди поняли, что устали от беспрерывной чёрной полосы жизни. Устали бояться. Устали злиться. И когда кто-то робко просил: «Может, отложим кнут и будем есть пряники?» – жизнь начинала налаживаться. Всех проблем это не решило, но «оптимистов» (на самом деле – реалистов) больше никто не мог окунуть в серые помои безнадёжности. Зародившийся новый взгляд на вещи разрешил многое, что было невозможно решить в дочудесную эпоху.

Академия… стала реальной, нашими силами. По-прежнему городская легенда и «Объект номер один», но уже без Часовой башни из слоновой кости.

Жить стало проще. Мир не переполнился фэйри, драконами, волшебниками и прочими одарёнными; были подчёркивающие свою природу, но многие находили свою гармонию в человеческом облике, особенно когда выяснили, что дар не меняет личность, лишь даёт возможность наконец стать собой. Перестать обманывать весь мир и себя заодно, а жить с той целью, с которой на Землю и являлись.

Когда волнения улеглись, люди присмотрелись к «монстрам» повнимательнее: жизнь показала, что нет однозначно добрых Светлых и однозначно злых Тёмных, тождественность этих лагерей с «Хорошими и Плохими» ушла. В нашу жизнь пришла гармония, мы научились жить в мире с паранормалами, включая тех, кто веками скрывал свою сущность! А с каждым днём мы всё больше убеждались, что смысл Чуда был не столько в возвращении волшебства – это лишь инструмент! – но в уверенном начале эпохи Гармонии, где противоположности не подавляют друг друга, а пользуются разницей, чтобы развиваться каждый в свою сторону, и радовать Мироздание. А мы этому помогаем.

Но этому только предстоит случиться, а сейчас, первого января две тысячи двадцать третьего года, пока никто ничего не заметил. Лу, высунув язык, записывает всё, что может помочь с Чудом в реальности, а я за него спокоен: впереди нас ждут большие перемены, но я знаю: они определённо изменят мир к лучшему!