Владимир Колычев

соглашаясь принять его покровительство. Да и Чернобровский был не прочь поучаствовать в ее судьбе. И он постарался привлечь к себе ее внимание. – Этих в карцер! – распорядился он в отношении чеченцев. – А вы, гражданка, пройдемте! Лену он увел в штабной каземат. Там хоть и тесновато, зато вполне уютно

друг друга? По-мирному вопрос решим… – Хотелось бы по-мирному, да у меня претензий очень много… Поехали!

Да нет, проблемы, моя милая, у тебя... Но мы их обязательно решим. Ты выйдешь за меня замуж, и одной проблемой станет меньше... – Как я могу выйти за тебя замуж? – Очень просто. Мы распишемся в загсе... У тебя паспорт, у меня паспорт. Штамп в паспорте, и ты моя жена... – Кто нас распишет? – Не волнуйся. Ты же знаешь, если я возьмусь за дело, то обязательно доведу его до конца... – Скотина ты! – Но тем не менее я тебе нравлюсь... – У тебя больное воображение... – А у тебя неблагодарное воображение... Так ты согласна стать моей женой? – А если нет? – Я очень не хочу тебе об этом говорить, но... – демонически усмехнулся Алекс. Марта готова была убить его в этот момент. Но, увы, эта моральная готовность не соответствовала физическим возможностям. – Что но? – Тогда пострадают твои дети... Они сейчас в погребе, а там, как ты знаешь, не очень тепло... – Ты – ублюдок!

вишу звонка. Дверь открыл мужчина лет тридцати. Чернявый, голубоглазый

Алик также попрощался с раненым другом до завтра и вышел за дверь. В коридоре на кушетке у входа в палату сидел милицейский сержант. Вид у него как у работяги, только что узнавшего, что его на целый год лишили премии. Скучно ему в больнице, тоскливо, запах лекарств и карболки действует на нервы

промышляет, это совсем другой уровень. И даже непонятно, с каких это коврижек она могла дать под хвост тому же Тихе? С чего это он так лихо размечтался? Тиха принял деньги молча. Паша сказал, сколько поднял, отдал ему двадцать пять рублей одной купюрой, боясь, что Тиха заберет больше. Но пацан, забрав деньги, кивком указал на площадь. – Давай, работай! – Э-эй! – Паша мотнул головой. – Мне на сегодня хватит!

Хорошая книга

сладко спал, а я в это время выживал. – Я же не виноват, что Ставровские

– Но не сейчас… Ты же немного подождешь? Егор кивнул, закрывая глаза. Ни сейчас он не сдастся, ни потом, но зачем сейчас об этом говорить? Сейчас главное – проверить себя на прочность. И Альбину – на ее силу. Если она сможет совратить его, тогда он и задумается, а не она ли стоит за Ребровым и

глазах пугающий блеск. – Так и знал, что ты появишься,