Валерий Пылаев

но плечи ее выровнялись. Послышался легкий стук в дверь, я напрягся, но

водитель молчал, и даже с моего места была видна напряженная работа мысли

бронежилетами, шлемами… Террористы явно обживались

тельная часть «порки» подошла к концу и пришло время

месяцев превратить человека в высушенный ходячий труп, рано или поздно становились обыденностью. Невозможно долго выдерживать такое напряжение – и хитрый организм запускает процесс, выверенный тысячелетиями. Один за одним перегорают тоненькие предохранители, превращая изящный и хрупкий компьютер человеческого сознания в машину попроще. Первыми отключаются энергоемкие эмоции вроде сострадания. За ними – способность к сложной рефлексии. Узники перестают мечтать о

крови, но я так и не попросил перчатки. Даже

чая… Черт, кто вы вообще такой – и откуда? ФБР? АНБ? ЦРУ? – Давайте обойдемся без жетонов, полковник. – Я старался говорить как тот, у кого в карманах нашлось бы что-нибудь поубедительнее пропуска в Кэмп-Дэвид.  – Скажем так: я – человек, который желает народу Соединенных Штатов только

пока Конструкты не перекачали в мышцы хоть какие-то крохи энергии из резерва. Может

головная боль, ты уж мне поверь.

германского канцлера, я бы поступил именно так – поэтому и занимался безопасностью дворца лично, гоняя местных осведомителей, полицию и вояк чуть ли не трое суток без перерыва. Защитные и сторожевые плетения охраняли каждую щель, ведущую в бывшую резиденцию герра штатгальтера, надежные люди дежурили на каждом углу, а все подступы надежно прикрывали вооруженные до зубов караульные. Бальный зал и все восточное крыло проверили трижды. Каждого из