Вера Гордиенко

Нет тюрьмы страшнее, чем тюрьма разума.

мягкими губами, становясь похожей на Джейн. Всё, как обещал Дэнни: его мама подкладывает мне на тарелку куриные крылышки и принимается рассказывать любимые истории

геля. Боба Фетт подмигивает мне – честное слово! – словно и не

разрешаю себя обнять и слушаю её шёпот. В груди поднимаются слёзы, готовые затопить

Знаешь, почему у меня такой свежий цвет лица? – Ева подмигнула. – Потому что ни один мужчина меня не напрягает.

теплым краскам. Герцог нежно дернул дочь за пышную медово-золотистую

Он отпрянул в тень, пытаясь спрятаться и выйти из здания тем же путем, каким пришел.

– спрашиваю я, растягивая губы в не самой искренней улыбке. – Глупо