Умберто Эко
3,3Кподписчиков
1327 год. Пожилой францисканский монах Вильгельм и юный бенедиктинец Адсон прибывают в бенедиктинский монастырь на севере Италии, чтобы участвовать в богословских диспутах. Это аббатство служит нейтральной территорией в непримиримом споре между папой Иоанном XXII и францисканцами, обвиненными в ереси.
Покой монастыря нарушен внезапной смертью монаха-художника. Настоятель поручает Вильгельму разобраться в этой трагедии. В течение нескольких дней францисканец опрашивает обитателей монастыря и ведет дискуссии о богословском значении смеха со старейшим монахом аббатства – слепым Хорхе. В это же время одно за другим происходят новые убийства ученых служителей. Вильгельм и Адсон идут по следу жестокого преступника: они проникают в запрещенную секцию монастырского скриптория и обнаруживают там потайные комнаты…
Вскоре в аббатство прибывает инквизитор Бернард Ги. Вместо того чтобы поймать настоящего убийцу, он арестовывает крестьянскую девушку, в которую влюблен Адсон, и собирается сжечь ее на костре как еретичку.
Удастся ли Вильгельму найти преступника до того, как станет слишком поздно? Что случится, когда прозвучат все семь труб ангелов Апокалипсиса? И как в деле замешаны труды Аристотеля? Чтобы узнать, читайте самый знаменитый роман Умберто Эко «Имя розы» онлайн или скачайте книгу в подходящем формате на ЛитРес.
Цитаты
Имя розы
«В истинной любви важнее всего благо любимого».
Маятник Фуко
Должна существовать связь между волей к власти и половым бессилием. Маркс симпатичен мне: чувствуется, что он и его Женни занимались любовью с энтузиазмом. Это ощущается по умиротворенности его стиля и по неизменному юмору. В то же время, как я заметил однажды в коридоре университета, если спать с Надеждой Константиновной Крупской, человек потом с железной неотвратимостью пишет что-то жуткое, типа "Материализма и эмпириокритицизма".
Пражское кладбище
Ненависть — истинная природная страсть. Аномальна как раз любовь. За нее Христа и распяли.
Баудолино
Поскольку по определению объездить весь мир жизни не хватает, имеется один выход: прочитать все в мире книги.
Имя розы
Повсюду искал я покоя и в одном лишь месте обрел его - в углу, с книгою.
От чужой глупости своя не уменьшается.
Эстетическая функция, как мы видели, есть продукт сложных взаимодействий информации и избыточности, при этом именно избыточность рельефно оттеняет информацию
Постмодернистская позиция напоминает мне положение человека, влюбленного в очень образованную женщину. Он понимает, что не может сказать ей "люблю тебя безумно", потому что понимает, что она понимает (а она понимает, что он понимает), что подобные фразы - прерогатива Лиала. Однако выход есть. Он должен сказать: "По выражению Лиала - люблю тебя безумно". При этом он избегает деланной простоты и прямо показывает ей, что не имеет возможности говорить по-простому; и тем не менее он доводит до ее сведения то, что собирался довести,- то есть что он любит ее, но что его любовь живет в эпоху утраченной простоты. Если женщина готова играть в ту же игру, она поймет, что объяснение в любви осталось объяснением в любви. Ни одному из собеседников простота не дается, оба выдерживают натиск прошлого, натиск всего до-них-сказанного, от которого уже никуда не денешься, оба сознательно и охотно вступают в игру иронии... И все-таки им удалось еще раз поговорить о любви.
Остров накануне
Вывод Роберта был такой: хочешь избежать войн, первое дело – не подписывай мирные договоры.
Нулевой номер
Неудачники (и самоучки) по знаниям всегда превосходят человека преуспевающего, ибо тому достаточно преуспевать в чем-нибудь одном, он не тратит время на прочее; а энциклопедичность - признак невезучести. Чем больше вошло кому-то в голову, тем меньше у него вышло в реальной жизни.