Татьяна Филатова

Я убиваю для еды, а ваш брат – для удовольствия. Пить кровь – моя природа, вы же это делаете, чтобы отравить жизнь ближнему.

Никого не было. Вера сидела одна. Вдруг ее внимание привлекла выцветшая ученическая доска. На ней стали появляться буквы, словно кто-то невидимый писал на доске мелом. – «Привет, Вера», – медленно прочла Вера то, что мгновение назад появилось на коричневом покрытии. Она взяла мел и написала ниже: «Привет». Ответ не заставил себя долго ждать, буквы стремительно прописывались невидимой рукой старательным детским почерком: «Я рада тебя снова видеть. Я соскучилась».

лужи. Хотелось бы Максу насладиться ароматом

выслушивай: не так сделала, не так сказала, не туда пошла, не так дышала. Задолбали. Сдам я эти экзамены

нему не стал приходить призрак его забытой первой жены. Света знала конец

их и не было. – Но они были! – не успокаивалась девушка. – Точно так же, как и были сообщения и звонки

уже не обернулась, выходя из библиотеки. Он проснулся на старом, несомненно, дорогом, красном диванчике, на котором, видимо, не одно поколение Донцовых читало книги, хранившиеся в этой огромной библиотеке. Но Саша об этом не думал. Ему было плевать. Как он заснул и почему? – Ты – хороший работник. Я всегда тебя ценил, – услышал Александр за своей спиной. Он