Саша Грин

звонит снова. – Да, все хорошо. Да, контракт подпишем завтра. Я посмотрела на коробочку и осторожно вернула

В голове был полный раскардаш, готов был лезть на стенку от своего бессилия. Но в данной ситуации от меня ничего не зависело. Жизнь и здоровье моей Ленки и чужого ребенка зависели от профессионализма моих коллег и от высших сил.

у меня внутри! Это было странно. В тот вечер я впервые разговаривала с будущим малышом.

Меня пронзает очень неприятное воспоминание. Я знаю этого Михаила. Сердце пропускает удар. Только не это! Держу себя в руках, не показать ему своих эмоций. Теперь я не та наивная и влюбленная и безответная девчонка, с которой поступили несправедливо и которая не смогла дать отпор. Я столько времени старалась все забыть, собрать себя и свою жизнь по кусочкам. И была уверена, что мне удалось это сделать. Но сейчас все может снова разрушиться. Налаженная с таким трудом наша с дочкой жизнь.

– Хочу тут работать – отвечаю спокойным голосом, но сохранять самообладание уже труднее. – Хотеть не вредно, вредно не хотеть, Смирнова. Вот я, например, не хочу чтобы ты тут работала. И ты не будешь тут работать.

Нет, этого не может быть! – Лиза? –Андрей? Говорим мы дружным хором. Пять лет. Пять лет я не видела его, не отвечала на его сообщения. Стиснув зубы слушала восторженные рассказы подруг о том, как он преуспел в городе. Пять лет пыталась забыть, что он сказал мне перед отъездом. Передо мной стоит не просто какой-то мужчина – передо мной Андрей. Тот самый Андрей, друг детства.

Он положил меня на кровать и продолжил целовать, снимая с меня и с себя одежду. Делал это поспешно

объяснение тому, что в нашей прихожей у двери