Нина Александровна Гайбель

Один из крыс подталкивал словоохотливого Вождя в бок, как бы тот не выдал всех военных секретов незнакомцам. Но Вождь отмахнулся. Он соскучился за долгий поход по благодарным слушателям и зачастил. Рассказал воронятам сказку, расспросил про бульвар. – Дядюшка Вождь, помоги нам найти чёрных воронов. Летучие мыши сказали, что они помогут нам добраться до дома – попросили воронята. – А это можно, ребятки.

Ох и насмешили!!!Ха-ха-ха. Что за имя такое Август? – смеялась белка. –  Что смешного? У нас знатная мышиная семья! Мой муж – Август старший, мой сын – Август младший! А по мышиной родословной, передающейся у нас из поколения в поколение – Август четвертый и Август пятый!.. Громкий смех оборвал старую Агату. Все хохотали: зайцы, белки, барсуки, хорьки, куницы, сороки, вороны, синички, поползни

Манго, хоть и готов был к встрече, пригнулся и ощутил, как шерсть на затылке встала дыбом. Приведение кружило рядом, приближалось, удалялось и ухало. «Вот и поговорили!» – подумал онемевший Манго. Приведение подлетело ещё ближе, ухнуло в мордочку Манго, и он покатился с горы мусора вниз. Привидение продолжало кружить и ухать. И вдруг случилось неожиданное!

Клёпик, Шурочка и Ягодка подняли вверх головы. Перед ними стояла красивая девушка в светло-голубом нарядном платье, которое украшали узоры из цветов. Коса из ветвей нежной березы обрамляла ее голову изящной короной и спускалась до пояса. Веселые ручейки шумели вокруг ее шеи, искрились прозрачными бусами. Весна была так прекрасна, что никакими словами невозможно было ее описать.

– Ну куда же я денусь от нашей кормилицы? Не одно поколение наше выросло на этой ёлке, и я доживу здесь. Весь вороний табор переместился глубоко в лес, а раньше все жили здесь в береговом лесу. Зовут меня туда, да невдомёк им, что Родину не выбирают и не предают. Я с кормилицей до конца. Так все кто у нас живет на ёлке, знают, что она рано или поздно упадет, но не уходят же. Ястреб – понятно. Одиночка, вспорхнул и все дела.

Вот, где-то там за проливом, его родной край с такими же камнями на берегу, с такими же мхами по холмам, с таким же неугомонным птичьим базаром… Но Моте казалось, что дома все милее, все добрее и самое главное – родное! Душа рвалась навстречу дому…Светлому краю! Мотя горько заплакал…

– Что, хозяин, у тебя в кладовых хранится? Наверное, что – то ценное, учитываешь всё скрупулёзно! – спросил кот. – Конечно! Давно в нижних кладовых не бывал, проверил все ли семена у меня на месте! А то, как же весной? Не одно дерево в лесу не вырастет, если хозяин леса не позаботится! – говорил поползень с гордостью. – Вот здесь у меня ель, здесь – можжевельник, так…а тут что? – поползень заглянул в блокнот. – Ну конечно! Осина!

Фифи с Агнейкой ушли в болотный лес за советом к кунице. У той, по слухам, имелся журнал о здоровье. Куница зачитала им статью о разнообразии питания. Вывод был таким – не хватает в рационе муки. Что такое мука, звери и птицы не знали. Пошли снова советоваться, на этот раз к сове – сплюшке.

Сверкнула молния, ударил раскат грома и перед глазами зайца и вороны открылась ужасная картина. Молния ударила в макушку дерева на берегу, молниеносно расколов дерево на две части. Одна часть стала заваливаться вниз, к земле. Вторая часть загорелась. Груня в тихом ужасе зажмурила глаза. А Наум был уже на берегу, у несчастного дерева. Он кого-то ловил, прыгая у дерева. Рядом кружились две птицы.

Говорят, по хлевам промышляет, злодеяниями занимается. Если придет, то из окна полезет! Больше неоткуда! Смотрите, оборону держите! – вещал кот. Все перевели взгляд на единственное окошко. В него кидала снежные вихри метель. Одновременно все захрюкали, заблеяли и закудахтали. – Успокойтесь! – кот поднял лапу вверх.  – Может и не придет.