Мария Милюкова

– Он тако-ой…– Кто и какой?– Охотник, – мечтательно закатила глаза фея. – Краси-ивый…Мне стало не по себе: уж не свихнулась ли часом подруга от красоты такой неземной?!

– И хто та-ам? – донеслось из-за двери протяжным хорошо поставленным баритоном. – Филимон, это я – бесовское отродье! – радостно проорала я и даже прижалась к железным пластинам ухом. За дверью витиевато выругались, тут же попросили прощения у загадочного Дебриабрия и снова поинтересовались: – И чего тебе надо, исчадие в юбке?

– Народная медицина. А таблетки у вас есть? Антибиотики бы пропить. – Это что за сатанинское зелье? – С любопытством поинтересовался Лари и снова зашелся в удушающем кашле. – Другой мир. – Тихо напомнил Войн. – Помнишь?

– И ты… довольна?У Агаты заметно расширились зрачки, приоткрылся рот:– Довольна ли я тем, что меня заперли в теле животного, что мне нужно заново учиться ходить и есть, а еще тем, что меня на рассвете выкидывает из тела в чем мать родила? О да, я в восторге!

Кикиморы опасности для животных не представляли, и деревенский тяжеловоз вполне смирно тащил телегу, оскверненную моим присутствием. Не волкодлак за спиной маячит, и ладно.

Мы рассчитывали на рутинную и легкую работу по зачистке кладбища от нежити, а в итоге удирали от взбешённого упыря по лесу. Ещё неизвестно, кто кого убил бы в итоге, не сломай тварь ногу.

умеет. И страшные, между прочим, рожи! Будто ее песчаная змея за щеку цапнула. – Тебе плохо, что ли? – Шепотом спросил он. На всякий случай.